- Приятели какие-то мутные у них, - неодобрительно покачала седым пучком Кузьминична. – Во сне все ворочались, стонали… А как проснулись, сразу из дома засобирались. Я их даже толком расспросить не успела. Они сегодня ночевать будут или как? – сварливо спросила она, и только бабушка Сони, хорошо изучившая соседку, заметила в глазах Кузьминичны жадное любопытство. Соседке не терпелось разузнать всю подноготную гостивших у нее мальчишек, и по возвращении их явно ожидал допрос с пристрастием.
- Не знаю, - пожала плечами бабушка. – Насколько я поняла, идти им некуда.
- Беспризорники, значит? Не зря я серебро попрятала!
- Ой, да какое у тебя, Муза, серебро! Меня-то не обманывай!
- Какое-никакое, - обиделась соседка, - а серебряная ложечка имеется! Вот я ее из серванта и переложила в укромное место.
- Это в какое же?
Муза нахмурилась, отчего все складки на лбу сосборились, как у шарпея.
- Опять забыла? – пряча улыбку, спросила бабушка. Забывчивость Кузьминичны уже вошла в привычку. И дня не проходило, чтобы соседка не теряла какую-нибудь пустячную вещь, которая одновременно с пропажей приобретала колоссальную значимость и историческую ценность. Муза не успокаивалась, пока не переворачивала весь дом вверх дном, а пропажа потом находилась на самом видном месте.
- Пойду проверю! – заторопилась на выход соседка.
Выйдя из подъезда, Кузьминична остановилась, чтобы перевести дух. Наметанный взгляд выхватил на парковке незнакомый фургон – черный, с хищными фарами. Позади стояли двое бугаев и курили, не стесняясь находившейся в нескольких шагах детской площадки. Кузьминична только раскрыла рот, чтобы обругать незнакомцев, как один из них, короткостриженый и сероглазый, повернулся к ней. Взгляд у него был ледяной и злой, как у бешеного волка. Кузьминична так и захлопнула рот, поняв, что связываться с таким себе дороже. Незнакомец сразу же потерял к ней интерес и отвернулся. Ждут кого-то, смекнула Кузьминична. Уж не Соню ли и ее друзей? Старушка решила проверить свою внезапную догадку и подкрутила дужку слухового аппарата, увеличивая громкость по максимуму. А затем медленно, стараясь не вызывать подозрений, засеменила по двору мимо фургон.
- Не верю я этим байкам, - говорил сероглазый с волчьим взглядом. Голос у него был тоже под стать хищнику – хрипловатый, лающий. – Ты их фотки видел? Дети совсем. Парням по 18-20 лет, про девок я вообще молчу. Чтобы они этих лосей уложили?
- А вдруг они правда того, супергерои? – возразил его напарник, громила с литыми мускулами и не отягощенным интеллектом квадратным лицом. - Иначе с чего бы босс так всполошился.
- Наше дело – их привезти, а он уже сам пусть с ними разбирается, - отрезал сероглазый и внезапно обернулся к Кузьминичне. - Тебе чего, бабка? – Его глаза подозрительно сузились, как у волка перед прыжком.
- Ась? – Кузьминична так рявкнула, что мужчина вздрогнул. – Что ты говоришь, сынок? Я плохо слышу.
- Ничего, карга старая! - сероглазый бандит раздраженно повел плечом и сел в фургон.
А Кузьминична, проглотив обиду, заковыляла на угол дома. Может она старенькая, да удаленькая! Из ума еще не выжила и сразу смекнула, кого бандиты поджидают. Если Соня с друзьями приедет на машине, она успеет их предупредить.
Пока Соня с приятелями навещали Тарасова, Марк не терял времени и просмотрел бумаги из сейфа отца.
- Что-то интересное? – Вика, тяжело дыша после пробежки по парку, запрыгнула на пассажирское сиденье и с любопытством заглянула ему через плечо.
Быстро она, Марк досадливо поморщился. И чего ей в лесу не бегалось?
– Почему твой отец хранил эти бумаги в сейфе? – не отставала Вика.
Жалко, что у него нет второго кольца с лунными камнем, чтобы ее унять. Сидела бы сейчас тихо, как Глафира, и пилила себе ногти, как он ей приказал…
Марк бросил взгляд в зеркало на заднее сиденье и увидел, что блогерша бездумно двигает пилочкой, не чувствуя, что уже спилила ногти до крови.
- Эй, хватит! - Выхватив окровавленную пилку, он выкинул ее в окно.
Глафира, лишившись своего занятия, тупо вытаращилась на него в ожидании приказа. Марка завораживала та невероятная власть над девушкой, которую давало кольцо с лунным камнем. Ему, в отличие от старшего брата, не достался дар гипноза от отца. И теперь власть над сознанием Глафиры по-настоящему пьянила. Наверное, прикажи он ей сейчас исполнить стриптиз прямо на улице – она бы сделала и это…
Его мечты прервала Вика – выхватила одну из бумаг у него на коленях, за что получила шлепок по руке и обиженно ойкнула.
– Я просто посмотреть хотела! В них есть что-то важное? Что может нам помочь?
- Тебе уже ничто не поможет – ни завоевать Яра, ни выиграть Олимпиаду.
Спортсменка вспыхнула и отвернулась – ее мечты ни для кого не были секретом, и Марк ударил по самому больному. Хоть помолчит пару минут – уже хорошо.
Марк снова вернулся к бумагам. Пока ему не попалось ничего стоящего, да он и не рассчитывал обнаружить в них какие-то важные тайны. Так, захватил из любопытства, раз уж попались под руку. В отцовский сейф он полез исключительно ради денег. За время, проведенное в стенах лаборатории, он привык к тому, что на карте всегда достаточно средств на любые его прихоти. Спонсор лаборатории, бизнесмен Черский, был щедр к ним, а Марк и его команда служили ему, выполняя его поручения, и не задавали лишних вопросов. Вопросы возникли у Яра, тогда старший брат и сбежал, прихватив с собой подопытных - Лиса и Муромца. Вика тоже сбежала с ними. Яр считал, что спасает спортсменку из застенок психиатрической клиники по соседству, и не подозревал, что Вику приставил его отец – чтобы следить за беглецами. Первое время Вика исправно поставляла отцу информацию о беглецах, но вскоре влюбилась в Яра и перестала выходить на связь…
- Каково это – быть шпионкой? – лениво спросил Марк, и Вика вздрогнула.
- Каково это – быть марионеткой в руках отца? – Она не осталась в долгу, и ее словесная пощечина болезненно ударила по его самолюбию.
- Отец мертв, - отрезал Марк. Вчера, когда отец погиб, а лабораторию опечатали и заблокировали все их счета, его прежняя жизнь рухнула. Теперь он сам по себе, и деньги, которые он забрал из сейфа, позволят ему не думать о заработке какое-то время.
- Но не думай, что освободился от него, - предупредила Вика.
Марк сердито зашуршал бумагами, и среди белых листов вдруг заметил несколько старинных желтых страниц, исписанных чернилами. Вика тоже заметила истрепанные страницы и подалась вперед, забыв об обидах:
- Им на вид лет сто!
- Больше… - взволнованно пробормотал Марк, разглаживая измятые страницы и разглядывая каракули на незнакомом языке. – Это манускрипт алхимика, который Илзе привезла из Франции.
- И что там написано? – жадно спросила Вика.
- Я что, по-твоему, знаю французский? – огрызнулся Марк. – Я с детства тренировался в спортзале по многу часов в день, как-то не до языков было.
- Мне это знакомо, - Вика взглянула на него без прежней враждебности, как будто с сочувствием. Неудивительно, ведь гимнастка с малых лет занималась спортом.
Вот только жалеть его не надо! Он передернул плечам и ядовито сказал:
- Жаль. Лучше бы ты налегала на языки, толку было бы больше.
Марк сунул бумаги в бардачок и замолчал.
- Как думаешь, кто были эти бугаи, которые напали на Глафиру? – спросила Вика после паузы.
- А я знаю? Они мне не представились! – Марк раздраженно постучал пальцами по рулю игрушечной машинки. Он чуть со стыда не сгорел, когда пришлось взять мини-купер матери. Но не на метро же было ехать? А его машину, как и отцовскую, арестовали вместе со всем имуществом лаборатории.
- Думаю, они вычислили ее по блогу, когда она выложила ролик у здания лаборатории, - предположила Вика. – Кто-то не хочет огласки. А ты сама что думаешь? Глафира?
Девушка даже не откликнулась с заднего сиденья, как будто не слышала.
- Она там вообще живая? – Вика с опаской обернулась на блогершу.
- Эй, детка! – Марк щелкнул пальцами, привлекая внимание Глафиры, и она с готовностью подалась вперед, словно отмерла от заклинания. – Знаешь, кто были плохие дядьки, которые на тебя напали?
Глафира раскрыла рот, но не смогла вымолвить ни слова и помотала головой.
- Ты запретил ей говорить! – укоризненно напомнила Вика.
- Есть такие девушки, которым лучше молчать, за умных сойдут, - заметил Марк и махнул Глафире рукой: - Ладно уж, говори.
- Я их не знаю, - медленно, все еще находясь под влиянием кольца, ответила Глафира. – Может… - Она замялась на полуслове, словно хотела что-то утаить.
Марк с любопытством повернулся к ней:
- Говори!
- Может, - вынужденно призналась она, - они рассердились из-за той девушки, которая выпрыгнула в окно? Но, клянусь, я ее даже не трогала. Она сама!
Несмотря на действие кольца, которое притормаживало реакции Глафиры, блогерша явно занервничала.
- Какой еще девушки?
Марк и Вика удивленно переглянулись.
- Опиши ее, - потребовал Марк.
Глафира вздохнула и покорно перечислила:
- Блондинка. Стройная. В мужской рубашке. С босыми ногами.
Перед глазами Марка возникла мертвая Илзе, лежавшая на асфальте под окном отцовского кабинета. Босая, в отцовской рубашке, с удивленно распахнутыми голубыми глазами и окрашенными в кровь светлыми волосами. Отец даже не объяснил, что произошло, просто приказал Марку и его приятелям отнести труп в одну из палат в подвале лаборатории. Она погибла накануне Кровавого полнолуния, а на следующую ночь в лаборатории уже орудовали полицейские и забрали труп в морг.
- Ты меня щас разыгрываешь? – выдохнул Марк, гневно подавшись к Глафире.
Вика удержала его за плечо и тихо напомнила:
- На ней кольцо. Она не может тебя обманывать.
- Значит, - Марк недоверчиво уставился на Глафиру, - ты ее видела?
Глафира кивнула.
- Живую? – сурово уточнил он.
В мутных зеленых глазах девушки промелькнул испуг.
- Она была живая! А потом сама выпрыгнула в окно. Я ее не трогала!
- Допустим, - с сомнением протянул Марк.
Илзе происходила из старинного ведьминского рода, но не унаследовала дара предков. Поэтому и связалась с отцом - надеялась, что его исследования сверхспособностей лунатиков как-то помогут и ей пробудить свой дар. Именно Илзе привнесла в эксперименты отца магию. Она притащила в лабораторию лунные камни, и среди множества пустышек путем экспериментов отец нашел те, которые подчиняли волю лунатиков… Однако даже кровь предков не спасла Илзе от гибели – медики зафиксировали смерть в результате перелома шейных позвонков и увезли труп. Марк сам присутствовал при этом. Но кого же тогда видела Глафира? Призрака? Видение можно было бы списать на глюк, но уж слишком точно блогерша описала погибшую любовницу отца.
- Она тебе что-то сказала? – спросил он у Глафиры.
Девушка покачала головой.
- Не сказала. Оставила.
Марк выжидающе уставился на нее.
- Флэшку. – Глафира вытащила из кармана серебристую флэшку. - Я нашла ее на подоконнике, когда она спрыгнула вниз.
- Давай, - Марк отобрал флэшку и задумчиво уставился на Глафиру. - Скажи, а ты раньше видела призраков?
- Призраков? – испуганно переспросила девушка, в глазах ее заплескался испуг.
- Спокойно, - остановил ее он. – Я пошутил. Расслабься.
Глафира послушно сложила руки на коленях, любуясь кольцом с лунным камнем.
- Призраков? – тихо повторила Вика, глядя на него. – Ты шутишь?
- А как ты объяснишь, что она в точности описала Илзе в момент смерти?
Вика растерянно пожала плечами.
- Она оставила флэшку, - задумчиво пробормотал Марк. – Зачем?
В стекло постучали – к машине подошли остальные лунатики.
- Что там у вас?
- Ничего, - Марк поспешно спрятал флэшку в карман.
Вика бросила на него недоуменный взгляд, но выдавать не стала.
Они вышли из машины.
- А что у вас?
Соня коротко пересказала их визит к Тарасову и его предупреждение не возвращаться домой.
- Если за нас взялись спецслужбы, полицай дело говорит, - заметил Марк, выслушав Соню. – Вычислить твой адрес – им дело двух секунд.
- Мы с Лерой не можем просто исчезнуть, - упрямо возразила Соня. – Надо предупредить бабушку.
- Позвони ей на домашний, - Марк протянул ей айфон. Из всех лунатиков у него одного был мобильник.
- Самый умный здесь? – Лис вклинился между ними, перехватил гаджет, не дав Соне его взять. – Тогда прикинь, сколько им времени нужно, чтобы вычислить твой мобильник?
- Вся жизнь, - Марк усмехнулся. – Мобильник на левого чувака записан, отец был помешан на секретности. Звони, Соня, не бойся.
Лис неохотно отступил. Соня набрала номер бабушки, но в ответ полились длинные гудки.
- Странно, в такой час она должна быть дома…
- Радиотелефон, наверное, разрядился, - успокоила ее Лера.
- Или они приехали к ней! – еще больше встревожилась Соня.
- Позвони Кузьминичне, - предложила Лера.
Но Соня уже сама торопливо набирала номер соседки, который помнила наизусть.
- Не берет трубку… А что, если они обе?..
Она осеклась, не в силах произнести свои тревоги вслух.
- Поехали, - Лис, не теряя времени, шагнул к машине.
- Если кто-то хочет услышать мое мнение, - вмешался Марк, - то лучше нам туда не соваться. Там может быть засада.
Но его, конечно, никто не послушал. Соня, Лера и Муромец запрыгнули в развалюху Лиса.
- А мы? – Вика повернулась к Марку.
- Ладно уж, прокатимся, - Марк сел за руль розовой машинки.
Вика скользнула на пассажирское сиденье, взглянула на отрешенную Глафиру позади, потом на Марка.
- Почему ты им не сказал? Про флэшку?
- Пусть это пока останется нашим секретом. – Он направил машину вслед за белым «Москвичом». - Или ты не умеешь хранить секреты?
- Умею, но…
- Вот и помолчи.
Промолчала Вика недолго. Секунды три. Потом обеспокоенно спросила:
- Думаешь, там правда засада?
- Уверен.
Соня с тревогой смотрела на проплывавшие за окном городские улицы. Смеркалось. Был погожий июньский вечер, над городом парила круглая, как серебристый воздушный шар, почти полная луна. Всего один день прошел с Кровавого полнолуния, но какой же тревожный это был день… Похищение Яра, схватка за Глафиру, теперь еще бабушка по их вине может оказаться в опасности.
- А если Марк прав и у дома засада? – подала голос Лера.
- Что говорит твоя интуиция, Софи? – непринужденно спросил Лис, ведя машину.
- Не знаю… - Их взгляды встретились в зеркале, и Соня заметила в светло-зеленых глазах Лиса скрытую тревогу.
Он был готов рискнуть своей жизнью и свободой ради нее. Но могла ли она принять такую жертву? Могла ли подставить под удар всех их?
- Остановись, - попросила она.
Лис удивленно покосился на нее.
- Где?
- Здесь.
- Здесь стоянка запрещена. Видишь? – Лис продолжал рулить по направлению к дому, и чем ближе, тем больше Соню захлестывала тревога. Даже без лунного камня, усиливавшего ее интуицию, она чувствовала впереди опасность.
- Марк прав. Нам туда нельзя.
- А как же бабушка? – Лера растерянно взглянула на нее.
- Я пойду одна.
- Исключено, - Лис, и не думая останавливаться, продолжал ехать навстречу опасности. – Пойдем вместе.
- Вместе мы точно привлечем внимание, - возразила Соня. – А одна я смогу проскользнуть незаметно.
- Одну тебя точно схватят, - угрюмо возразил Лис.
- Останови машину, - потребовала Соня. – Или я выскочу на ходу.
- Не знаю, - пожала плечами бабушка. – Насколько я поняла, идти им некуда.
- Беспризорники, значит? Не зря я серебро попрятала!
- Ой, да какое у тебя, Муза, серебро! Меня-то не обманывай!
- Какое-никакое, - обиделась соседка, - а серебряная ложечка имеется! Вот я ее из серванта и переложила в укромное место.
- Это в какое же?
Муза нахмурилась, отчего все складки на лбу сосборились, как у шарпея.
- Опять забыла? – пряча улыбку, спросила бабушка. Забывчивость Кузьминичны уже вошла в привычку. И дня не проходило, чтобы соседка не теряла какую-нибудь пустячную вещь, которая одновременно с пропажей приобретала колоссальную значимость и историческую ценность. Муза не успокаивалась, пока не переворачивала весь дом вверх дном, а пропажа потом находилась на самом видном месте.
- Пойду проверю! – заторопилась на выход соседка.
Выйдя из подъезда, Кузьминична остановилась, чтобы перевести дух. Наметанный взгляд выхватил на парковке незнакомый фургон – черный, с хищными фарами. Позади стояли двое бугаев и курили, не стесняясь находившейся в нескольких шагах детской площадки. Кузьминична только раскрыла рот, чтобы обругать незнакомцев, как один из них, короткостриженый и сероглазый, повернулся к ней. Взгляд у него был ледяной и злой, как у бешеного волка. Кузьминична так и захлопнула рот, поняв, что связываться с таким себе дороже. Незнакомец сразу же потерял к ней интерес и отвернулся. Ждут кого-то, смекнула Кузьминична. Уж не Соню ли и ее друзей? Старушка решила проверить свою внезапную догадку и подкрутила дужку слухового аппарата, увеличивая громкость по максимуму. А затем медленно, стараясь не вызывать подозрений, засеменила по двору мимо фургон.
- Не верю я этим байкам, - говорил сероглазый с волчьим взглядом. Голос у него был тоже под стать хищнику – хрипловатый, лающий. – Ты их фотки видел? Дети совсем. Парням по 18-20 лет, про девок я вообще молчу. Чтобы они этих лосей уложили?
- А вдруг они правда того, супергерои? – возразил его напарник, громила с литыми мускулами и не отягощенным интеллектом квадратным лицом. - Иначе с чего бы босс так всполошился.
- Наше дело – их привезти, а он уже сам пусть с ними разбирается, - отрезал сероглазый и внезапно обернулся к Кузьминичне. - Тебе чего, бабка? – Его глаза подозрительно сузились, как у волка перед прыжком.
- Ась? – Кузьминична так рявкнула, что мужчина вздрогнул. – Что ты говоришь, сынок? Я плохо слышу.
- Ничего, карга старая! - сероглазый бандит раздраженно повел плечом и сел в фургон.
А Кузьминична, проглотив обиду, заковыляла на угол дома. Может она старенькая, да удаленькая! Из ума еще не выжила и сразу смекнула, кого бандиты поджидают. Если Соня с друзьями приедет на машине, она успеет их предупредить.
Пока Соня с приятелями навещали Тарасова, Марк не терял времени и просмотрел бумаги из сейфа отца.
- Что-то интересное? – Вика, тяжело дыша после пробежки по парку, запрыгнула на пассажирское сиденье и с любопытством заглянула ему через плечо.
Быстро она, Марк досадливо поморщился. И чего ей в лесу не бегалось?
– Почему твой отец хранил эти бумаги в сейфе? – не отставала Вика.
Жалко, что у него нет второго кольца с лунными камнем, чтобы ее унять. Сидела бы сейчас тихо, как Глафира, и пилила себе ногти, как он ей приказал…
Марк бросил взгляд в зеркало на заднее сиденье и увидел, что блогерша бездумно двигает пилочкой, не чувствуя, что уже спилила ногти до крови.
- Эй, хватит! - Выхватив окровавленную пилку, он выкинул ее в окно.
Глафира, лишившись своего занятия, тупо вытаращилась на него в ожидании приказа. Марка завораживала та невероятная власть над девушкой, которую давало кольцо с лунным камнем. Ему, в отличие от старшего брата, не достался дар гипноза от отца. И теперь власть над сознанием Глафиры по-настоящему пьянила. Наверное, прикажи он ей сейчас исполнить стриптиз прямо на улице – она бы сделала и это…
Его мечты прервала Вика – выхватила одну из бумаг у него на коленях, за что получила шлепок по руке и обиженно ойкнула.
– Я просто посмотреть хотела! В них есть что-то важное? Что может нам помочь?
- Тебе уже ничто не поможет – ни завоевать Яра, ни выиграть Олимпиаду.
Спортсменка вспыхнула и отвернулась – ее мечты ни для кого не были секретом, и Марк ударил по самому больному. Хоть помолчит пару минут – уже хорошо.
Марк снова вернулся к бумагам. Пока ему не попалось ничего стоящего, да он и не рассчитывал обнаружить в них какие-то важные тайны. Так, захватил из любопытства, раз уж попались под руку. В отцовский сейф он полез исключительно ради денег. За время, проведенное в стенах лаборатории, он привык к тому, что на карте всегда достаточно средств на любые его прихоти. Спонсор лаборатории, бизнесмен Черский, был щедр к ним, а Марк и его команда служили ему, выполняя его поручения, и не задавали лишних вопросов. Вопросы возникли у Яра, тогда старший брат и сбежал, прихватив с собой подопытных - Лиса и Муромца. Вика тоже сбежала с ними. Яр считал, что спасает спортсменку из застенок психиатрической клиники по соседству, и не подозревал, что Вику приставил его отец – чтобы следить за беглецами. Первое время Вика исправно поставляла отцу информацию о беглецах, но вскоре влюбилась в Яра и перестала выходить на связь…
- Каково это – быть шпионкой? – лениво спросил Марк, и Вика вздрогнула.
- Каково это – быть марионеткой в руках отца? – Она не осталась в долгу, и ее словесная пощечина болезненно ударила по его самолюбию.
- Отец мертв, - отрезал Марк. Вчера, когда отец погиб, а лабораторию опечатали и заблокировали все их счета, его прежняя жизнь рухнула. Теперь он сам по себе, и деньги, которые он забрал из сейфа, позволят ему не думать о заработке какое-то время.
- Но не думай, что освободился от него, - предупредила Вика.
Марк сердито зашуршал бумагами, и среди белых листов вдруг заметил несколько старинных желтых страниц, исписанных чернилами. Вика тоже заметила истрепанные страницы и подалась вперед, забыв об обидах:
- Им на вид лет сто!
- Больше… - взволнованно пробормотал Марк, разглаживая измятые страницы и разглядывая каракули на незнакомом языке. – Это манускрипт алхимика, который Илзе привезла из Франции.
- И что там написано? – жадно спросила Вика.
- Я что, по-твоему, знаю французский? – огрызнулся Марк. – Я с детства тренировался в спортзале по многу часов в день, как-то не до языков было.
- Мне это знакомо, - Вика взглянула на него без прежней враждебности, как будто с сочувствием. Неудивительно, ведь гимнастка с малых лет занималась спортом.
Вот только жалеть его не надо! Он передернул плечам и ядовито сказал:
- Жаль. Лучше бы ты налегала на языки, толку было бы больше.
Марк сунул бумаги в бардачок и замолчал.
- Как думаешь, кто были эти бугаи, которые напали на Глафиру? – спросила Вика после паузы.
- А я знаю? Они мне не представились! – Марк раздраженно постучал пальцами по рулю игрушечной машинки. Он чуть со стыда не сгорел, когда пришлось взять мини-купер матери. Но не на метро же было ехать? А его машину, как и отцовскую, арестовали вместе со всем имуществом лаборатории.
- Думаю, они вычислили ее по блогу, когда она выложила ролик у здания лаборатории, - предположила Вика. – Кто-то не хочет огласки. А ты сама что думаешь? Глафира?
Девушка даже не откликнулась с заднего сиденья, как будто не слышала.
- Она там вообще живая? – Вика с опаской обернулась на блогершу.
- Эй, детка! – Марк щелкнул пальцами, привлекая внимание Глафиры, и она с готовностью подалась вперед, словно отмерла от заклинания. – Знаешь, кто были плохие дядьки, которые на тебя напали?
Глафира раскрыла рот, но не смогла вымолвить ни слова и помотала головой.
- Ты запретил ей говорить! – укоризненно напомнила Вика.
- Есть такие девушки, которым лучше молчать, за умных сойдут, - заметил Марк и махнул Глафире рукой: - Ладно уж, говори.
- Я их не знаю, - медленно, все еще находясь под влиянием кольца, ответила Глафира. – Может… - Она замялась на полуслове, словно хотела что-то утаить.
Марк с любопытством повернулся к ней:
- Говори!
- Может, - вынужденно призналась она, - они рассердились из-за той девушки, которая выпрыгнула в окно? Но, клянусь, я ее даже не трогала. Она сама!
Несмотря на действие кольца, которое притормаживало реакции Глафиры, блогерша явно занервничала.
- Какой еще девушки?
Марк и Вика удивленно переглянулись.
- Опиши ее, - потребовал Марк.
Глафира вздохнула и покорно перечислила:
- Блондинка. Стройная. В мужской рубашке. С босыми ногами.
Перед глазами Марка возникла мертвая Илзе, лежавшая на асфальте под окном отцовского кабинета. Босая, в отцовской рубашке, с удивленно распахнутыми голубыми глазами и окрашенными в кровь светлыми волосами. Отец даже не объяснил, что произошло, просто приказал Марку и его приятелям отнести труп в одну из палат в подвале лаборатории. Она погибла накануне Кровавого полнолуния, а на следующую ночь в лаборатории уже орудовали полицейские и забрали труп в морг.
- Ты меня щас разыгрываешь? – выдохнул Марк, гневно подавшись к Глафире.
Вика удержала его за плечо и тихо напомнила:
- На ней кольцо. Она не может тебя обманывать.
- Значит, - Марк недоверчиво уставился на Глафиру, - ты ее видела?
Глафира кивнула.
- Живую? – сурово уточнил он.
В мутных зеленых глазах девушки промелькнул испуг.
- Она была живая! А потом сама выпрыгнула в окно. Я ее не трогала!
- Допустим, - с сомнением протянул Марк.
Илзе происходила из старинного ведьминского рода, но не унаследовала дара предков. Поэтому и связалась с отцом - надеялась, что его исследования сверхспособностей лунатиков как-то помогут и ей пробудить свой дар. Именно Илзе привнесла в эксперименты отца магию. Она притащила в лабораторию лунные камни, и среди множества пустышек путем экспериментов отец нашел те, которые подчиняли волю лунатиков… Однако даже кровь предков не спасла Илзе от гибели – медики зафиксировали смерть в результате перелома шейных позвонков и увезли труп. Марк сам присутствовал при этом. Но кого же тогда видела Глафира? Призрака? Видение можно было бы списать на глюк, но уж слишком точно блогерша описала погибшую любовницу отца.
- Она тебе что-то сказала? – спросил он у Глафиры.
Девушка покачала головой.
- Не сказала. Оставила.
Марк выжидающе уставился на нее.
- Флэшку. – Глафира вытащила из кармана серебристую флэшку. - Я нашла ее на подоконнике, когда она спрыгнула вниз.
- Давай, - Марк отобрал флэшку и задумчиво уставился на Глафиру. - Скажи, а ты раньше видела призраков?
- Призраков? – испуганно переспросила девушка, в глазах ее заплескался испуг.
- Спокойно, - остановил ее он. – Я пошутил. Расслабься.
Глафира послушно сложила руки на коленях, любуясь кольцом с лунным камнем.
- Призраков? – тихо повторила Вика, глядя на него. – Ты шутишь?
- А как ты объяснишь, что она в точности описала Илзе в момент смерти?
Вика растерянно пожала плечами.
- Она оставила флэшку, - задумчиво пробормотал Марк. – Зачем?
В стекло постучали – к машине подошли остальные лунатики.
- Что там у вас?
- Ничего, - Марк поспешно спрятал флэшку в карман.
Вика бросила на него недоуменный взгляд, но выдавать не стала.
Они вышли из машины.
- А что у вас?
Соня коротко пересказала их визит к Тарасову и его предупреждение не возвращаться домой.
- Если за нас взялись спецслужбы, полицай дело говорит, - заметил Марк, выслушав Соню. – Вычислить твой адрес – им дело двух секунд.
- Мы с Лерой не можем просто исчезнуть, - упрямо возразила Соня. – Надо предупредить бабушку.
- Позвони ей на домашний, - Марк протянул ей айфон. Из всех лунатиков у него одного был мобильник.
- Самый умный здесь? – Лис вклинился между ними, перехватил гаджет, не дав Соне его взять. – Тогда прикинь, сколько им времени нужно, чтобы вычислить твой мобильник?
- Вся жизнь, - Марк усмехнулся. – Мобильник на левого чувака записан, отец был помешан на секретности. Звони, Соня, не бойся.
Лис неохотно отступил. Соня набрала номер бабушки, но в ответ полились длинные гудки.
- Странно, в такой час она должна быть дома…
- Радиотелефон, наверное, разрядился, - успокоила ее Лера.
- Или они приехали к ней! – еще больше встревожилась Соня.
- Позвони Кузьминичне, - предложила Лера.
Но Соня уже сама торопливо набирала номер соседки, который помнила наизусть.
- Не берет трубку… А что, если они обе?..
Она осеклась, не в силах произнести свои тревоги вслух.
- Поехали, - Лис, не теряя времени, шагнул к машине.
- Если кто-то хочет услышать мое мнение, - вмешался Марк, - то лучше нам туда не соваться. Там может быть засада.
Но его, конечно, никто не послушал. Соня, Лера и Муромец запрыгнули в развалюху Лиса.
- А мы? – Вика повернулась к Марку.
- Ладно уж, прокатимся, - Марк сел за руль розовой машинки.
Вика скользнула на пассажирское сиденье, взглянула на отрешенную Глафиру позади, потом на Марка.
- Почему ты им не сказал? Про флэшку?
- Пусть это пока останется нашим секретом. – Он направил машину вслед за белым «Москвичом». - Или ты не умеешь хранить секреты?
- Умею, но…
- Вот и помолчи.
Промолчала Вика недолго. Секунды три. Потом обеспокоенно спросила:
- Думаешь, там правда засада?
- Уверен.
Прода от 27.08.2018, 20:51
Соня с тревогой смотрела на проплывавшие за окном городские улицы. Смеркалось. Был погожий июньский вечер, над городом парила круглая, как серебристый воздушный шар, почти полная луна. Всего один день прошел с Кровавого полнолуния, но какой же тревожный это был день… Похищение Яра, схватка за Глафиру, теперь еще бабушка по их вине может оказаться в опасности.
- А если Марк прав и у дома засада? – подала голос Лера.
- Что говорит твоя интуиция, Софи? – непринужденно спросил Лис, ведя машину.
- Не знаю… - Их взгляды встретились в зеркале, и Соня заметила в светло-зеленых глазах Лиса скрытую тревогу.
Он был готов рискнуть своей жизнью и свободой ради нее. Но могла ли она принять такую жертву? Могла ли подставить под удар всех их?
- Остановись, - попросила она.
Лис удивленно покосился на нее.
- Где?
- Здесь.
- Здесь стоянка запрещена. Видишь? – Лис продолжал рулить по направлению к дому, и чем ближе, тем больше Соню захлестывала тревога. Даже без лунного камня, усиливавшего ее интуицию, она чувствовала впереди опасность.
- Марк прав. Нам туда нельзя.
- А как же бабушка? – Лера растерянно взглянула на нее.
- Я пойду одна.
- Исключено, - Лис, и не думая останавливаться, продолжал ехать навстречу опасности. – Пойдем вместе.
- Вместе мы точно привлечем внимание, - возразила Соня. – А одна я смогу проскользнуть незаметно.
- Одну тебя точно схватят, - угрюмо возразил Лис.
- Останови машину, - потребовала Соня. – Или я выскочу на ходу.
