В один из дней супруг устроил званый ужин и собрал своих родителей, сестёр и близких друзей. Наконец-то я познакомилась со свекровью. Долорес сначала удивилась, что я та самая толстуха, которая спасла их от разорения. Потом она натянуто улыбалась, поджимая губы, видя, как нежно обнимает меня Джеймс.
Сестры графа сначала щебетали обо мне, а когда узнали о моём сотрудничестве с журналом и о том, что мои рецепты печатают, весь вечер не отходили от меня, расспрашивая о кулинарных навыках. Мы быстро подружились, и новые родственницы обещали приехать погостить в Шотландию.
Через три дня мы с Джеймсом нанесли визит моей матери, которая для супруга считалась бабушкой. Леди Сесилия Кэтрин с радостью встретила и разместила нас. Мама старалась не показывать виду, что знает о наших прошлых неудачных отношениях с мужем.
Миссис Фултон угощала нашу компанию деликатесами, и мы с ней попробовали новый рецепт бисквита под названием «Ароматная ягода». В его состав входили бренди и сезонные ягоды. На нашем столе в тот день красовался десерт из клубники.
По пути домой мы с супругом навестили поместье Калвертов. Джеймс познакомился с Джоном, и брат был рад нашему желанию сблизиться и построить крепкие семейные отношения. Калверт-старший показал нам свои угодья и рассказал супругу забавные истории из моего детства.
За всеми этими встречами и домашними хлопотами Эвелин лебезила перед моим мужем, изображая добродушную и гостеприимную хозяйку. Со мной мачеха вела себя скромно, расспрашивая о моей жизни в Шотландии. Бывшая маменька всем своим видом показывала, как она переживает за нашу чету и искренне желает счастья. Видимо, графиня Калверт получила нагоняй от брата за своё поведение. Я ей не верила!
Однажды за ужином Эвелин завела разговор о бриллиантовых драгоценностях, намекая на то, что она недовольна изъятием у себя маминых фамильных бриллиантов.
Мы с Джоном перебросились взглядом и сделали вид, что не подозреваем и не понимаем, о чём речь. Джеймс перевел разговор на животных.
Через несколько дней мы вернулись на «Остров Лахлама», чтобы подготовиться к летнему приезду моих родных. Джеймс был не против. Возможно, его сестры тоже навестят нас на несколько дней. Девушки никогда не посещали дальнее поместье своего рода.
- Ах, сколько же дел! Как же всех разместить? – размышляла я вслух, прогуливаясь с Джеймсом и выводком питомцев по саду.
- С таким большим количеством родных и близких нам придётся ещё и пристройку к замку делать! – воскликнула я.
- А это, в общем-то, хорошая идея! Я подумаю над проектом! – сказал Джеймс, нежно улыбаясь мне.
Потекли наши дни в домашних хлопотах, прогулках по саду и милых беседах. Я не сразу свыклась с мыслью, что у меня теперь есть настоящий муж – мужчина, который будет рядом большую часть времени. Мы старались узнать друг друга поближе, делясь интересными историями из жизни и мечтами.
С наступлением лета приехала первая партия долгожданных гостей – Уильям, Джон и Сесилия Кэтрин с камеристкой, левреткой Мими и миссис Фултон. Джейн, наша экономка, напросилась к поварихе Агате Маккейн на кухню, чтобы помочь в готовке на большое количество гостей. Каждое утро я присоединялась к дамам для приготовления десерта дня.
Граф использовал возможность собрать всех родственников в одном месте и устраивал балы. Мои шотландские знакомые были рады видеть, что я наконец-то показала своего мужа и перестала быть соломенной вдовой.
Ближе к осени к нам явился адвокат, уже знакомый мне по разводу, и сообщил, что на моё имя оставлено наследство в виде старого коттеджа в Глазго. В этом доме десять лет назад находилось газетное издательство. Фамилию дарителя адвокат не знал.
Мучимые любопытством, я, Джеймс, Джон, Уильям и Джейн Фултон отправились посмотреть подаренное имущество. Я пыталась выяснить у родных, не они ли приобрели этот щедрый подарок, но никто даже не думал об этом.
- Дорогой супруг, это вы преподнесли мне такой сюрприз, лишь бы я обратила на вас внимание? – шепотом поинтересовалась я у Джеймса, сидя в купе первого класса, следующего до Глазго.
- Нет, дорогая супруга, к сожалению, я не догадался об этом! Но это не моих рук дело, - нежно ответил мужчина, ласково сжимая мою руку.
Дом, который я наследовала, был трёхэтажным, от времени слегка покосившимся. Мужчины сняли ржавый навесной замок и открыли старую скрипучую дверь, и мы всей компанией вошли в пыльное помещение.
На первом этаже, в одной из просторных комнат, стояли два печатных станка, накрытые рогожей. Напротив, дверь вела в помещение с большим окном, вероятно, в кабинет редактора или хозяина печатного дома.
По деревянным скрипучим лестницам мы поднялись на второй этаж. В одной из комнат находились столы, стулья и кресла. Здесь, видимо, встречали посетителей и заключали договора. Были и другие помещения поменьше – кабинеты. А на третьем этаже располагалась просторная комната с камином и двумя большими окнами – своего рода гостиная для хозяев.
Я рассматривала помещения и думала, как здесь можно устроить своё издательство. Лучше запустить женский журнал не только со своими рецептами сладостей, но и вести колонку про милые сплетни в обществе. Я даже придумала название для журнала - «Английское лакомство». Но сколько ещё предстоит работы!
Я хотела подключить миссис Фултон и Элспет, которые рассказывали бы о житейской мудрости в хозяйстве: как ухаживать за домом, кулинарные хитрости.
Уильям носился по помещению, находил старые вещи и смеялся, показывая их нам.
- Виктория, на первом этаже, помимо печатных станков, можно поставить печь для выпечки. Будешь демонстрировать свои кексы не отходя от кассы. Читатели прочитают рецепты и попробуют твои лакомства! – предложил Джон, осматривая комнаты.
- Это здорово! – поддержал моего брата муж.
Уильям возбужденно носился по заброшенному дому, заглядывая в ящики рассохшихся столов. В углу у окна мальчишка влез в плотную большую паутину, которая накрыла его с головой. Юнец обернулся к нам лицом и замогильным голосом, вытянув вперед руки, стал говорить:
- Я привидение! Я страшный призрак! Прячьтесь!
Уильям нечаянно своим телом толкнул старый шкаф, который, кряхтя, упал, придавил Джеймса и рассыпался на части.
- Любимый! – крикнула я, падая на колени возле деревянных обломков шкафа и отбрасывая их от супруга.
Джеймс лежал бледный, с закрытыми глазами, тихо дыша. Мне пришлось хлопать его по груди, по щекам. Мои слезы капали на его грудь.
- Джеймс! Любимый! Очнись! Позовите доктора! – вопила я, пытаясь привести желанного мужчину в чувства.
Проходили минуты, а супруг продолжал лежать в бессознании. Тогда я наклонилась и поцеловала мужа в мягкие и теплые губы. Собираясь оборвать поцелуй и подняться с колен, я почувствовала крепкие руки у себя на спине.
- Так ты живой! Очнулся! Негодяй! Напугал меня! – закричала я на бессовестного мерзавца.
- Твой поцелуй привел меня в чувства! – шепотом произнес Джеймс Грэм и продолжил ласки.
- Слава богу! Моя помощь здесь не требуется! – произнес старческий голос.
Все присутствующие оглянулись на нового визитёра.
Уильям с перепугу выбежал из коттеджа и нашел первого попавшегося доктора на соседней улице. Им оказался восьмидесятилетний мистер Макдональд, местный ветеринар. Старик обработал ссадины и порезы графа и, получив щедрое вознаграждение, довольный удалился обратно к животным.
Мы приняли решение отремонтировать коттедж и превратить его в уютное место для работы сотрудников. Следуя совету брата, я распорядилась установить печь для выпечки и демонстрации своих кулинарных шедевров. Таким образом, у нас получилось небольшое кафе и издательство в одном лице.
Ремонтные работы закипели с новой силой. Чтобы не тратить время на постоянные поездки из поместья в Глазго и обратно, мой муж снял квартиру в фешенебельном доме.
Мама, Уильям и Джейн Фултон разъехались по домам. Джон остался со мной, участвуя в подборе персонала, пока Джеймс отлучался по своим таинственным делам.
К моменту открытия издательства помещения были в идеальном состоянии: чистые, с новой краской, обоями и добротной лакированной мебелью. Мы наняли наборщиков, фотографа, редакторов, двух молодых корреспондентов и множество других сотрудников, которые с радостью согласились служить в нашем небольшом печатном доме.
За неделю до Нового года вышел первый номер журнала «Английское лакомство». В нем были представлены три рецепта рождественских бисквитов, горячие напитки и советы по сервировке праздничного стола. В качестве пробного варианта наше издательство выпустило тысячу праздничных открыток по эскизам Сесилии Кэтрин.
Во время отдыха в оранжерее мама зарисовала зимний пейзаж, яркогрудых птиц и омелу. Нам с Джеймсом так понравились эти рисунки, что решили продемонстрировать мастерство графини Тильни всем жителям Шотландии, напечатав поздравительные открытки.
Журнал «Английское лакомство» вызвал восторг и ажиотаж в Шотландии. Критики написали в газетах хвалебные статьи и пожелали нам долгого процветания! Джеймс был счастлив и горд за наш общий труд.
На первом этаже мы выделили комнатку под кухню и установили маленькую печь. Там я колдовала над своими лакомствами, выпекая по нескольку бисквитов в день, которые расходились на ура! А на следующий год пришел большой заказ на выпечку в замок Балморал для королевы Виктории, которая проводила там летние каникулы!
Мы приняли решение отремонтировать коттедж и превратить его в уютное место для работы сотрудников. Следуя совету брата, я распорядилась установить печь для выпечки и демонстрации своих кулинарных шедевров. Таким образом, у нас получилось небольшое кафе и издательство в одном лице.
Ремонтные работы закипели с новой силой. Чтобы не тратить время на постоянные поездки из поместья в Глазго и обратно, мой муж снял квартиру в фешенебельном доме.
Мама, Уильям и Джейн Фултон разъехались по домам. Джон остался со мной, участвуя в подборе персонала, пока Джеймс отлучался по своим таинственным делам.
К моменту открытия издательства помещения были в идеальном состоянии: чистые, с новой краской, обоями и добротной лакированной мебелью. Мы наняли наборщиков, фотографа, редакторов, двух молодых корреспондентов и множество других сотрудников, которые с радостью согласились служить в нашем небольшом печатном доме.
За неделю до Нового года вышел первый номер журнала «Английское лакомство». В нем были представлены три рецепта рождественских бисквитов, горячие напитки и советы по сервировке праздничного стола. В качестве пробного варианта наше издательство выпустило тысячу праздничных открыток по эскизам Сесилии Кэтрин.
Во время отдыха в оранжерее мама зарисовала зимний пейзаж, яркогрудых птиц и омелу. Нам с Джеймсом так понравились эти рисунки, что решили продемонстрировать мастерство графини Тильни всем жителям Шотландии, напечатав поздравительные открытки.
Журнал «Английское лакомство» вызвал восторг и ажиотаж в Шотландии. Критики написали в газетах хвалебные статьи и пожелали нам долгого процветания! Джеймс был счастлив и горд за наш общий труд.
На первом этаже мы выделили комнатку под кухню и установили маленькую печь. Там я колдовала над своими лакомствами, выпекая по нескольку бисквитов в день, которые расходились на ура! А на следующий год пришел большой заказ на выпечку в замок Балморал для королевы Виктории, которая проводила там летние каникулы!
Через месяц после выхода еженедельного журнала «Английское лакомство» я получила письмо от Виктора Уотсона, моего настоящего отца. Мужчина сообщил, что именно он купил коттедж в Глазго под издательство на отступные от мужа Сесилии Кэтрин. Граф Тильни узнал об измене жены и ее беременности от Эвелин. К сожалению, графиня проявляла свой мерзкий характер с молодости.
В письме отец написал, что взял деньги, понимая, что их любовь недолговечна. Супруг мамы проявил благородство и не выдал, что знает о любовнике. Человек, которого я всегда считала дедом, хорошо относился ко мне, одаривая добром и драгоценностями.
Мама, поражённая коварством невестки, перестала разговаривать с Эвелин. Джон разругался с женой, и моя бывшая маменька уехала в Корнуолл к дочери. Через год женщина вышла замуж за барона и переехала во Францию.
Мой брат, будучи постоянным гостем в нашем поместье, сошёлся с миссис Элспет Мактавиш. Не боясь осуждения в обществе, Джон Генри Калверт, 3-й граф Тильни, обвенчался с моей экономкой. На место домоуправительницы «Острова Лахлама» встала моя Бетси, теперь уже миссис Элизабет Оливер. А камеристкой стала Глория Маккормак, каждый день благодарившая судьбу за встречу со мной на своём жизненном пути.
Папа сожалел, что не общался со мной, поскольку дал Сесилии Кэтрин слово сохранить тайну их любви. Виктор Уотсон со стороны наблюдал, как я росла среди чужих людей, не зная любви родного отца. Мужчина воспылал гордостью, увидев, что мои рецепты печатают в ведущем журнале Англии. Деньги графа папа сберёг, а узнав, что я вышла замуж, живу в Шотландии, а печатаюсь в Англии, решил подарить мне в Шотландии издательство, чтобы я была независима от прихотей редакторов и издателей. Так он хотел извиниться за своё отсутствие в моей жизни.
К Рождеству я вернулась в шотландское поместье. Там меня ожидал настоящий подарок от Джеймса. Оказывается, мой любимый муж провёл канализацию в замок! И теперь нашим бедным служанкам не нужно каждый день бегать по лестнице с вёдрами горячей и холодной воды, чтобы обслужить своих хозяев! И для полива растений в оранжерее не приходится ломать спины! У нас была вода в неограниченном количестве!
Джеймс даже в нашей спальне и в гостевых комнатах установил ванны. Это было настоящее чудо! И ещё супруг сделал пристройку к дому! Поместье пополнилось тремя новыми просторными спальнями! Вся наша родня и друзья могут оставаться у нас и проводить замечательное время в поместье с комфортом.
После того страстного поцелуя в пыльном коттедже мы с Джеймсом становились всё ближе и ближе. Общая работа, идеи притягивали нас друг к другу. В момент выхода журнала мы с супругом облюбовали общую спальню, в которой проводили прекрасные часы нашей семейной жизни. Я с каждой минутой, глядя в зелёные глаза обаятельного мужа, благодарила небеса, что проявила терпение и спокойствие и осталась с Джеймсом. Не ушла от своего счастья!
Кстати, моя верная дорогая Бетти родила сына, которого назвали Генри. Пол был счастлив!
Миссис Джейн Фултон была в восторге от работы в журнале и от суровой природы Шотландии. Она вышла замуж за нашего конюха мистера Гэвина Эллиота и поселилась в его доме. В поместье Сесилии Кэтрин была принята на работу Фиона Маккормак, проявившая себя талантливой кулинаркой.
Но, к сожалению, и плохие события случились в нашем поместье. Верные слуги миссис Огилви и её брат скончались с разницей в неделю. Хорошо, что Джеймс находился рядом и проводил их в последний путь. В освободившийся коттедж Иннис въехала молодая семья – Бетси с сыном и мужем. А в коттедж Маклина переехала Глория Маккормак со своими сёстрами и братьями.
Уильям решил пойти в инженеры после того, как воочию увидел строительство канализации и пристройки дома по проектам Джеймса. Мальчишка часто стал пропадать в библиотеке и окапываться за толстыми томами книг. Отец с силой выгонял мальчишку на конные погулки и званые балы.
Сестры графа сначала щебетали обо мне, а когда узнали о моём сотрудничестве с журналом и о том, что мои рецепты печатают, весь вечер не отходили от меня, расспрашивая о кулинарных навыках. Мы быстро подружились, и новые родственницы обещали приехать погостить в Шотландию.
Через три дня мы с Джеймсом нанесли визит моей матери, которая для супруга считалась бабушкой. Леди Сесилия Кэтрин с радостью встретила и разместила нас. Мама старалась не показывать виду, что знает о наших прошлых неудачных отношениях с мужем.
Миссис Фултон угощала нашу компанию деликатесами, и мы с ней попробовали новый рецепт бисквита под названием «Ароматная ягода». В его состав входили бренди и сезонные ягоды. На нашем столе в тот день красовался десерт из клубники.
По пути домой мы с супругом навестили поместье Калвертов. Джеймс познакомился с Джоном, и брат был рад нашему желанию сблизиться и построить крепкие семейные отношения. Калверт-старший показал нам свои угодья и рассказал супругу забавные истории из моего детства.
За всеми этими встречами и домашними хлопотами Эвелин лебезила перед моим мужем, изображая добродушную и гостеприимную хозяйку. Со мной мачеха вела себя скромно, расспрашивая о моей жизни в Шотландии. Бывшая маменька всем своим видом показывала, как она переживает за нашу чету и искренне желает счастья. Видимо, графиня Калверт получила нагоняй от брата за своё поведение. Я ей не верила!
Однажды за ужином Эвелин завела разговор о бриллиантовых драгоценностях, намекая на то, что она недовольна изъятием у себя маминых фамильных бриллиантов.
Мы с Джоном перебросились взглядом и сделали вид, что не подозреваем и не понимаем, о чём речь. Джеймс перевел разговор на животных.
Через несколько дней мы вернулись на «Остров Лахлама», чтобы подготовиться к летнему приезду моих родных. Джеймс был не против. Возможно, его сестры тоже навестят нас на несколько дней. Девушки никогда не посещали дальнее поместье своего рода.
- Ах, сколько же дел! Как же всех разместить? – размышляла я вслух, прогуливаясь с Джеймсом и выводком питомцев по саду.
- С таким большим количеством родных и близких нам придётся ещё и пристройку к замку делать! – воскликнула я.
- А это, в общем-то, хорошая идея! Я подумаю над проектом! – сказал Джеймс, нежно улыбаясь мне.
Потекли наши дни в домашних хлопотах, прогулках по саду и милых беседах. Я не сразу свыклась с мыслью, что у меня теперь есть настоящий муж – мужчина, который будет рядом большую часть времени. Мы старались узнать друг друга поближе, делясь интересными историями из жизни и мечтами.
С наступлением лета приехала первая партия долгожданных гостей – Уильям, Джон и Сесилия Кэтрин с камеристкой, левреткой Мими и миссис Фултон. Джейн, наша экономка, напросилась к поварихе Агате Маккейн на кухню, чтобы помочь в готовке на большое количество гостей. Каждое утро я присоединялась к дамам для приготовления десерта дня.
Граф использовал возможность собрать всех родственников в одном месте и устраивал балы. Мои шотландские знакомые были рады видеть, что я наконец-то показала своего мужа и перестала быть соломенной вдовой.
Глава 39.
Ближе к осени к нам явился адвокат, уже знакомый мне по разводу, и сообщил, что на моё имя оставлено наследство в виде старого коттеджа в Глазго. В этом доме десять лет назад находилось газетное издательство. Фамилию дарителя адвокат не знал.
Мучимые любопытством, я, Джеймс, Джон, Уильям и Джейн Фултон отправились посмотреть подаренное имущество. Я пыталась выяснить у родных, не они ли приобрели этот щедрый подарок, но никто даже не думал об этом.
- Дорогой супруг, это вы преподнесли мне такой сюрприз, лишь бы я обратила на вас внимание? – шепотом поинтересовалась я у Джеймса, сидя в купе первого класса, следующего до Глазго.
- Нет, дорогая супруга, к сожалению, я не догадался об этом! Но это не моих рук дело, - нежно ответил мужчина, ласково сжимая мою руку.
Дом, который я наследовала, был трёхэтажным, от времени слегка покосившимся. Мужчины сняли ржавый навесной замок и открыли старую скрипучую дверь, и мы всей компанией вошли в пыльное помещение.
На первом этаже, в одной из просторных комнат, стояли два печатных станка, накрытые рогожей. Напротив, дверь вела в помещение с большим окном, вероятно, в кабинет редактора или хозяина печатного дома.
По деревянным скрипучим лестницам мы поднялись на второй этаж. В одной из комнат находились столы, стулья и кресла. Здесь, видимо, встречали посетителей и заключали договора. Были и другие помещения поменьше – кабинеты. А на третьем этаже располагалась просторная комната с камином и двумя большими окнами – своего рода гостиная для хозяев.
Я рассматривала помещения и думала, как здесь можно устроить своё издательство. Лучше запустить женский журнал не только со своими рецептами сладостей, но и вести колонку про милые сплетни в обществе. Я даже придумала название для журнала - «Английское лакомство». Но сколько ещё предстоит работы!
Я хотела подключить миссис Фултон и Элспет, которые рассказывали бы о житейской мудрости в хозяйстве: как ухаживать за домом, кулинарные хитрости.
Уильям носился по помещению, находил старые вещи и смеялся, показывая их нам.
- Виктория, на первом этаже, помимо печатных станков, можно поставить печь для выпечки. Будешь демонстрировать свои кексы не отходя от кассы. Читатели прочитают рецепты и попробуют твои лакомства! – предложил Джон, осматривая комнаты.
- Это здорово! – поддержал моего брата муж.
Уильям возбужденно носился по заброшенному дому, заглядывая в ящики рассохшихся столов. В углу у окна мальчишка влез в плотную большую паутину, которая накрыла его с головой. Юнец обернулся к нам лицом и замогильным голосом, вытянув вперед руки, стал говорить:
- Я привидение! Я страшный призрак! Прячьтесь!
Уильям нечаянно своим телом толкнул старый шкаф, который, кряхтя, упал, придавил Джеймса и рассыпался на части.
- Любимый! – крикнула я, падая на колени возле деревянных обломков шкафа и отбрасывая их от супруга.
Джеймс лежал бледный, с закрытыми глазами, тихо дыша. Мне пришлось хлопать его по груди, по щекам. Мои слезы капали на его грудь.
- Джеймс! Любимый! Очнись! Позовите доктора! – вопила я, пытаясь привести желанного мужчину в чувства.
Проходили минуты, а супруг продолжал лежать в бессознании. Тогда я наклонилась и поцеловала мужа в мягкие и теплые губы. Собираясь оборвать поцелуй и подняться с колен, я почувствовала крепкие руки у себя на спине.
- Так ты живой! Очнулся! Негодяй! Напугал меня! – закричала я на бессовестного мерзавца.
- Твой поцелуй привел меня в чувства! – шепотом произнес Джеймс Грэм и продолжил ласки.
- Слава богу! Моя помощь здесь не требуется! – произнес старческий голос.
Все присутствующие оглянулись на нового визитёра.
Уильям с перепугу выбежал из коттеджа и нашел первого попавшегося доктора на соседней улице. Им оказался восьмидесятилетний мистер Макдональд, местный ветеринар. Старик обработал ссадины и порезы графа и, получив щедрое вознаграждение, довольный удалился обратно к животным.
Мы приняли решение отремонтировать коттедж и превратить его в уютное место для работы сотрудников. Следуя совету брата, я распорядилась установить печь для выпечки и демонстрации своих кулинарных шедевров. Таким образом, у нас получилось небольшое кафе и издательство в одном лице.
Ремонтные работы закипели с новой силой. Чтобы не тратить время на постоянные поездки из поместья в Глазго и обратно, мой муж снял квартиру в фешенебельном доме.
Мама, Уильям и Джейн Фултон разъехались по домам. Джон остался со мной, участвуя в подборе персонала, пока Джеймс отлучался по своим таинственным делам.
К моменту открытия издательства помещения были в идеальном состоянии: чистые, с новой краской, обоями и добротной лакированной мебелью. Мы наняли наборщиков, фотографа, редакторов, двух молодых корреспондентов и множество других сотрудников, которые с радостью согласились служить в нашем небольшом печатном доме.
За неделю до Нового года вышел первый номер журнала «Английское лакомство». В нем были представлены три рецепта рождественских бисквитов, горячие напитки и советы по сервировке праздничного стола. В качестве пробного варианта наше издательство выпустило тысячу праздничных открыток по эскизам Сесилии Кэтрин.
Во время отдыха в оранжерее мама зарисовала зимний пейзаж, яркогрудых птиц и омелу. Нам с Джеймсом так понравились эти рисунки, что решили продемонстрировать мастерство графини Тильни всем жителям Шотландии, напечатав поздравительные открытки.
Журнал «Английское лакомство» вызвал восторг и ажиотаж в Шотландии. Критики написали в газетах хвалебные статьи и пожелали нам долгого процветания! Джеймс был счастлив и горд за наш общий труд.
На первом этаже мы выделили комнатку под кухню и установили маленькую печь. Там я колдовала над своими лакомствами, выпекая по нескольку бисквитов в день, которые расходились на ура! А на следующий год пришел большой заказ на выпечку в замок Балморал для королевы Виктории, которая проводила там летние каникулы!
Глава 40.
Мы приняли решение отремонтировать коттедж и превратить его в уютное место для работы сотрудников. Следуя совету брата, я распорядилась установить печь для выпечки и демонстрации своих кулинарных шедевров. Таким образом, у нас получилось небольшое кафе и издательство в одном лице.
Ремонтные работы закипели с новой силой. Чтобы не тратить время на постоянные поездки из поместья в Глазго и обратно, мой муж снял квартиру в фешенебельном доме.
Мама, Уильям и Джейн Фултон разъехались по домам. Джон остался со мной, участвуя в подборе персонала, пока Джеймс отлучался по своим таинственным делам.
К моменту открытия издательства помещения были в идеальном состоянии: чистые, с новой краской, обоями и добротной лакированной мебелью. Мы наняли наборщиков, фотографа, редакторов, двух молодых корреспондентов и множество других сотрудников, которые с радостью согласились служить в нашем небольшом печатном доме.
За неделю до Нового года вышел первый номер журнала «Английское лакомство». В нем были представлены три рецепта рождественских бисквитов, горячие напитки и советы по сервировке праздничного стола. В качестве пробного варианта наше издательство выпустило тысячу праздничных открыток по эскизам Сесилии Кэтрин.
Во время отдыха в оранжерее мама зарисовала зимний пейзаж, яркогрудых птиц и омелу. Нам с Джеймсом так понравились эти рисунки, что решили продемонстрировать мастерство графини Тильни всем жителям Шотландии, напечатав поздравительные открытки.
Журнал «Английское лакомство» вызвал восторг и ажиотаж в Шотландии. Критики написали в газетах хвалебные статьи и пожелали нам долгого процветания! Джеймс был счастлив и горд за наш общий труд.
На первом этаже мы выделили комнатку под кухню и установили маленькую печь. Там я колдовала над своими лакомствами, выпекая по нескольку бисквитов в день, которые расходились на ура! А на следующий год пришел большой заказ на выпечку в замок Балморал для королевы Виктории, которая проводила там летние каникулы!
Через месяц после выхода еженедельного журнала «Английское лакомство» я получила письмо от Виктора Уотсона, моего настоящего отца. Мужчина сообщил, что именно он купил коттедж в Глазго под издательство на отступные от мужа Сесилии Кэтрин. Граф Тильни узнал об измене жены и ее беременности от Эвелин. К сожалению, графиня проявляла свой мерзкий характер с молодости.
В письме отец написал, что взял деньги, понимая, что их любовь недолговечна. Супруг мамы проявил благородство и не выдал, что знает о любовнике. Человек, которого я всегда считала дедом, хорошо относился ко мне, одаривая добром и драгоценностями.
Мама, поражённая коварством невестки, перестала разговаривать с Эвелин. Джон разругался с женой, и моя бывшая маменька уехала в Корнуолл к дочери. Через год женщина вышла замуж за барона и переехала во Францию.
Мой брат, будучи постоянным гостем в нашем поместье, сошёлся с миссис Элспет Мактавиш. Не боясь осуждения в обществе, Джон Генри Калверт, 3-й граф Тильни, обвенчался с моей экономкой. На место домоуправительницы «Острова Лахлама» встала моя Бетси, теперь уже миссис Элизабет Оливер. А камеристкой стала Глория Маккормак, каждый день благодарившая судьбу за встречу со мной на своём жизненном пути.
Папа сожалел, что не общался со мной, поскольку дал Сесилии Кэтрин слово сохранить тайну их любви. Виктор Уотсон со стороны наблюдал, как я росла среди чужих людей, не зная любви родного отца. Мужчина воспылал гордостью, увидев, что мои рецепты печатают в ведущем журнале Англии. Деньги графа папа сберёг, а узнав, что я вышла замуж, живу в Шотландии, а печатаюсь в Англии, решил подарить мне в Шотландии издательство, чтобы я была независима от прихотей редакторов и издателей. Так он хотел извиниться за своё отсутствие в моей жизни.
Глава 41.
К Рождеству я вернулась в шотландское поместье. Там меня ожидал настоящий подарок от Джеймса. Оказывается, мой любимый муж провёл канализацию в замок! И теперь нашим бедным служанкам не нужно каждый день бегать по лестнице с вёдрами горячей и холодной воды, чтобы обслужить своих хозяев! И для полива растений в оранжерее не приходится ломать спины! У нас была вода в неограниченном количестве!
Джеймс даже в нашей спальне и в гостевых комнатах установил ванны. Это было настоящее чудо! И ещё супруг сделал пристройку к дому! Поместье пополнилось тремя новыми просторными спальнями! Вся наша родня и друзья могут оставаться у нас и проводить замечательное время в поместье с комфортом.
После того страстного поцелуя в пыльном коттедже мы с Джеймсом становились всё ближе и ближе. Общая работа, идеи притягивали нас друг к другу. В момент выхода журнала мы с супругом облюбовали общую спальню, в которой проводили прекрасные часы нашей семейной жизни. Я с каждой минутой, глядя в зелёные глаза обаятельного мужа, благодарила небеса, что проявила терпение и спокойствие и осталась с Джеймсом. Не ушла от своего счастья!
Кстати, моя верная дорогая Бетти родила сына, которого назвали Генри. Пол был счастлив!
Миссис Джейн Фултон была в восторге от работы в журнале и от суровой природы Шотландии. Она вышла замуж за нашего конюха мистера Гэвина Эллиота и поселилась в его доме. В поместье Сесилии Кэтрин была принята на работу Фиона Маккормак, проявившая себя талантливой кулинаркой.
Но, к сожалению, и плохие события случились в нашем поместье. Верные слуги миссис Огилви и её брат скончались с разницей в неделю. Хорошо, что Джеймс находился рядом и проводил их в последний путь. В освободившийся коттедж Иннис въехала молодая семья – Бетси с сыном и мужем. А в коттедж Маклина переехала Глория Маккормак со своими сёстрами и братьями.
Уильям решил пойти в инженеры после того, как воочию увидел строительство канализации и пристройки дома по проектам Джеймса. Мальчишка часто стал пропадать в библиотеке и окапываться за толстыми томами книг. Отец с силой выгонял мальчишку на конные погулки и званые балы.
