– Проведи нас, – сказал он, стараясь придать голосу максимум официальности, чтобы скрыть позор. – Пожалуйста.
– «Пожалуйста»? – Яра приставила ладонь к уху. – Ой, я, кажется, ослышалась. Не могли бы вы повторить это чуть громче и с осознанием того, что в этом лесу моё слово – закон, а ваши железки годятся только на то, чтобы пугать ворон?
Аластор заскрежетал зубами так, что искры едва не посыпались. Он сделал шаг вперед, оказавшись почти вплотную к ведьме. От неё пахло травами, дождем и чем-то таким диким, от чего у него на мгновение перехватило дыхание.
– Хорошо, – прошипел он. – Твоё слово – закон. Мы сделаем всё, что ты скажешь. Только выведи нас из этой петли.
Яра спрыгнула с пня, и в её глазах вспыхнул озорной огонек. Она оглядела притихших, напуганных гвардейцев и самого принца, который выглядел так, будто проглотил шпагу.
– Отлично! – провозгласила она, хлопая в ладоши. – Раз уж вы признали мою власть, начнем обряд очищения мозгов. Всем снять куртки и плащи! Живо!
– Что? – Кай вытаращил глаза. – Зачем?
– Затем, что дух леса видит вас как чужаков, – объяснила Яра, уже вовсю помогая Борису стягивать его тяжелый колет. – Нужно его запутать. Выворачивайте одежду наизнанку. Швами наружу, подкладкой к миру. Это старый способ: когда ты «наизнанку», лес думает, что ты уже здесь был, и теряет к тебе интерес.
Через пять минут элитный отряд королевской гвардии представлял собой душераздирающее зрелище. Могучие воины стояли в вывернутых куртках, из которых торчали нитки, клочки ваты и внутренние карманы. Аластор, чей роскошный плащ теперь демонстрировал всем свою серую, неприглядную изнанку, выглядел как предводитель банды нищих.
– А теперь самое веселое, – Яра подавила смешок. – Чтобы окончательно развязать узел тропы, мы пойдем задом наперед. До следующего поворота. Не оборачиваться, не спотыкаться и, ради всего святого, не пытайтесь выглядеть при этом величественно. Это портит магию.
– Ты издеваешься, – это был не вопрос, а констатация факта.
– Ни капли, – ведьма сделала честное лицо. – Ну, может, самую малость. Но это действительно работает. За мной!
И они пошли. Это была самая нелепая процессия в истории королевства. Шестеро вооруженных до зубов мужчин в одежде шиворот-навыворот медленно пятились по лесу, ведомые смеющейся ведьмой, которая шла совершенно нормально, изредка поглядывая на них через плечо. Аластор шел последним (или первым, учитывая направление движения), постоянно натыкаясь на Кая и проклиная тот день, когда он решил, что быть принцем – это весело.
Но самое странное случилось через пару сотен шагов. Воздух внезапно очистился, липкий туман отхлынул, как по команде, а деревья... они словно расступились. Тяжелые ветви, преграждавшие путь, медленно поднялись вверх, открывая широкий, чистый проход вглубь чащи. Там, впереди, свет был другим – не мертвенно-серым, а золотисто-зеленым, пробивающимся сквозь кроны исполинских деревьев.
– Можете поворачиваться, герои, – скомандовала Яра, и в её голосе больше не было насмешки. – И одежду приведите в порядок. Лес принял вашу жертву самолюбием. Теперь он нас пропустит.
Аластор быстро привел себя в надлежащий вид, стараясь не смотреть на своих подчиненных, которые тоже лихорадочно переодевались. Он посмотрел на открывшийся путь. Лес больше не казался враждебным – он казался живым существом, которое просто решило проверить их на прочность. И, судя по всему, они прошли проверку только благодаря этой невыносимой женщине.
– Спасибо, – буркнул он, когда они возобновили движение в нормальном темпе.
– Не за что, – Яра подмигнула ему. – Но запомни этот момент, Аластор. В следующий раз, когда решишь поспорить с лесом, вспомни, как ты выглядел в вывернутом плаще. Это очень помогает сохранять здравомыслие.
– «Пожалуйста»? – Яра приставила ладонь к уху. – Ой, я, кажется, ослышалась. Не могли бы вы повторить это чуть громче и с осознанием того, что в этом лесу моё слово – закон, а ваши железки годятся только на то, чтобы пугать ворон?
Аластор заскрежетал зубами так, что искры едва не посыпались. Он сделал шаг вперед, оказавшись почти вплотную к ведьме. От неё пахло травами, дождем и чем-то таким диким, от чего у него на мгновение перехватило дыхание.
– Хорошо, – прошипел он. – Твоё слово – закон. Мы сделаем всё, что ты скажешь. Только выведи нас из этой петли.
Яра спрыгнула с пня, и в её глазах вспыхнул озорной огонек. Она оглядела притихших, напуганных гвардейцев и самого принца, который выглядел так, будто проглотил шпагу.
– Отлично! – провозгласила она, хлопая в ладоши. – Раз уж вы признали мою власть, начнем обряд очищения мозгов. Всем снять куртки и плащи! Живо!
– Что? – Кай вытаращил глаза. – Зачем?
– Затем, что дух леса видит вас как чужаков, – объяснила Яра, уже вовсю помогая Борису стягивать его тяжелый колет. – Нужно его запутать. Выворачивайте одежду наизнанку. Швами наружу, подкладкой к миру. Это старый способ: когда ты «наизнанку», лес думает, что ты уже здесь был, и теряет к тебе интерес.
Через пять минут элитный отряд королевской гвардии представлял собой душераздирающее зрелище. Могучие воины стояли в вывернутых куртках, из которых торчали нитки, клочки ваты и внутренние карманы. Аластор, чей роскошный плащ теперь демонстрировал всем свою серую, неприглядную изнанку, выглядел как предводитель банды нищих.
– А теперь самое веселое, – Яра подавила смешок. – Чтобы окончательно развязать узел тропы, мы пойдем задом наперед. До следующего поворота. Не оборачиваться, не спотыкаться и, ради всего святого, не пытайтесь выглядеть при этом величественно. Это портит магию.
– Ты издеваешься, – это был не вопрос, а констатация факта.
– Ни капли, – ведьма сделала честное лицо. – Ну, может, самую малость. Но это действительно работает. За мной!
И они пошли. Это была самая нелепая процессия в истории королевства. Шестеро вооруженных до зубов мужчин в одежде шиворот-навыворот медленно пятились по лесу, ведомые смеющейся ведьмой, которая шла совершенно нормально, изредка поглядывая на них через плечо. Аластор шел последним (или первым, учитывая направление движения), постоянно натыкаясь на Кая и проклиная тот день, когда он решил, что быть принцем – это весело.
Но самое странное случилось через пару сотен шагов. Воздух внезапно очистился, липкий туман отхлынул, как по команде, а деревья... они словно расступились. Тяжелые ветви, преграждавшие путь, медленно поднялись вверх, открывая широкий, чистый проход вглубь чащи. Там, впереди, свет был другим – не мертвенно-серым, а золотисто-зеленым, пробивающимся сквозь кроны исполинских деревьев.
– Можете поворачиваться, герои, – скомандовала Яра, и в её голосе больше не было насмешки. – И одежду приведите в порядок. Лес принял вашу жертву самолюбием. Теперь он нас пропустит.
Аластор быстро привел себя в надлежащий вид, стараясь не смотреть на своих подчиненных, которые тоже лихорадочно переодевались. Он посмотрел на открывшийся путь. Лес больше не казался враждебным – он казался живым существом, которое просто решило проверить их на прочность. И, судя по всему, они прошли проверку только благодаря этой невыносимой женщине.
– Спасибо, – буркнул он, когда они возобновили движение в нормальном темпе.
– Не за что, – Яра подмигнула ему. – Но запомни этот момент, Аластор. В следующий раз, когда решишь поспорить с лесом, вспомни, как ты выглядел в вывернутом плаще. Это очень помогает сохранять здравомыслие.
