Это же не то, о чём я думаю?! Он же не...
Первый шлепок оказался настолько неожиданным, отчего я даже замерла на мгновение, не поверив, что это происходит со мной на самом деле. Второй шлепок обжёг мою правую ягодицу даже сквозь достаточно плотную ткань брюк, заставив позорно вскрикнуть. Третий, по левой, обеспечил искры из глаз. Четвёртый – злые слёзы, брызнувшие в стороны. После пятого я стала вырываться яростнее, надеясь попасть пяткой в инквизиторский лоб или нос. Но всё было бесполезно. Меня быстро скрутили так, что дергаться не имело смысла. И как бы я не рыпалась, как бы не ругалась и обзывалась – мне ничего не помогало! Оставалось только кусать губы в кровь, чтобы не вскрикивать от обжигающей боли и сдерживать себя, лишь бы не попросить о пощаде.
Он не жалел меня, вымещая всю злость в этих шлепках. Конечно, били меня в пол силы, но от этого было не менее стыдно! Какой позор! Меня, двадцативосьмилетнюю ведьму, пусть и в теле двенадцатилетней ведьмочки лупасят по пятой точке, как нашкодившего ребёнка! И кто?! Сам грёбаный инквизитор! Теперь понятно, почему мы их ненавидим! Они же демоновы извращуги!
Десять унизительных шлепков. Именно столько длилась моя пытка, после которой меня освободили из этого позорного плена. Как только я почувствовала, что силки ослабли, тут же сорвалась с чужих колен, вскочила на ноги и отпрыгнула как можно дальше от обидчика. Мои ягодицы, как и залитое слезами лицо, горели огнём. От стыда. От унижения. И обиды.
Тяжело дыша я гневно уставилась на инквизитора. Мы скрестили клинки взглядов в неравном бою. Я заведомо знала, что проиграю, но должна была показать всё, что испытывала в данный момент. Пусть видит и знает!
- Ненавижу, - яростно прошипела сквозь стиснутые зубы, подмечая, как от моих слов этот гад едва заметно дёрнулся. Хоть какое-то удовлетворение получила от творившегося безумства!
- Пусть так. – Тихо отозвался ди эрн, взглянув на свои руки и сжав их в кулаки.
От его безразличия меня покоробило. Сцепив зубы, дабы не наговорить лишнего, стремительно рванула в ванную комнату, где захлопнула за собой дверь и закрыла её на замок.
Привалившись спиной к деревянной перегородке, сползла по ней вниз и закрыла лицо руками, дав волю слезам.
Я сказала инквизитору чистую правду. В тот момент я ненавидела его. Всей душой и искалеченной гордостью. Так ненавидела, что готова была пожаловаться на него своей бабушке, даже сгорая от стыда и вновь испытывая пережитое унижение. Я знала, Магда такое не простит. Меня даже мать никогда не била! А тут какой-то левый мужик посмел поднять на меня руку! Да какой он после этого мужик?! Извращенец и подлый негодяй! Ему ещё и плевать на то, что творится со мной!
Такому ничтожеству нет прощения! И только я вновь верну себе свою силу, ему мало не покажется. Я так отомщу ему, что моя позорная порка будет только жалкими цветочками, по сравнению с тем, что я сделаю с ним! Я сравняю его с землёй, развею по ветру и буду зловеще хохотать над его останками! И даже слова, сказанные бабушкой, о том, что у меня нет против него ни единого шанса – не остановят меня! Я ему покажу, как пороть бедных и несчастных ведьмочек! Пусть боится! Боится и знает: он нажил себе опасного врага! И он ещё пожалеет об этом!
***
Сколько я так просидела, не знаю. Но меня никто не беспокоил. И это и радовало, и расстраивало одновременно. Я гнала от себя мысли, что хотела бы услышать извинения из уст инквизитора, прекрасно осознавая, что никогда не дождусь этого. И видеть его самого не горела желанием.
Обхватив колени руками и положив на них голову, я сидела и считала полоски разной степени серости на стенах, размышляя о том, как бы свалить из этой квартиры. Ясное дело, что меня никто не отпустит, даже если попрошу, не говоря уж о том, чтобы требовать что-то. Так что нужно как-то изловчиться и сбежать. Хоть как-нибудь. Ведь есть же какой-то способ? И я его непременно найду. А потом...
Что «потом» пока ещё не решила. Да и где прятаться? Не дома же, где этот несвятой ёжик вплёл себя в защиту! Ну что за несвежие поганки?! Даже в собственном доме нельзя скрыться! И из города не уедешь из-за дурацких запретов!
Вспомнив, из-за чего могут быть запреты, поёжилась. Неужели Магда права и кто-то убивает детей? И почему у меня такое стойкое ощущение, что это не просто девочки, а именно ведьмочки? Как бы это выяснить, не спрашивая у Ваутерса?
К нему я теперь и близко не подойду! И разговаривать не буду! Плевать, что это выглядит совсем по-детски, но я и выгляжу как ребёнок! Так что пусть терпит мои заскоки! Я же его терплю!
Поднявшись с пола и вдоволь налюбовавшись своим опухшим от слёз лицом и растрёпанными волосами, умылась ледяной водой. Затем ещё раз. И ещё. Чтобы хоть немного прийти в себя.
Взгляд упал на зубную инквизиторскую щётку, потом переместился на бритву, и снова на щётку. Не знаю, что со мной случилось в тот момент, но меня будто переклинило.
Взяв в руки увиденные вещи, гаденько усмехнулась. Ничего же страшного не случится, если щётка немного облысеет? А если вдруг бритва совершенно случайно смоется в отхожее место? Упс! Так ведь случается, правда?
А ещё есть зубной гель, который может красиво дополнить интерьер стен. Серый цвет мне уже поднадоел! Тут хотя бы яркое светло-зелёное пятно – и то глазу приятнее. А вот тут можно нарисовать цветочек – ну и что, что это дверь! Зато как красиво будет! Моешься в ванной, бросаешь взгляд на дверь, а там цветок с мятным ароматом! Эх, жаль на травку не хватило! Ну ничего! У нас ещё пена есть для бритья! Белая? Не страшно! Сделаем облачка! Ммм, как она приятно щекочет кожу. Интересно, на щеках и на подмышках тоже такой эффект? Надо проверить! А если попробовать её на ноги? Жаль только раньше времени бритву утопила! Зато шапочка, больше напоминающая чьи-то отходы жизнедеятельности, прекрасно смотрится на крышке мраморного стульчака!
Скинув испачкавшуюся от моих художеств одежду, залезла в наполненную до краёв ванную и от души намылилась всеми гелями подряд, а остатки вылила в воду и с помощью рук попыталась сотворить воздушную пену. Пена делалась с трудом, и я хотела добавить ещё средств, но с сожалением обнаружила, что они закончились. Зато какой аромат стоял, мммм! Аж голова кругом идёт.
Блаженно откинувшись на бортик, прикрыла глаза. Всё, меня нет!
И можете стучать сколько влезет и вылезет! Разрешаю даже дверь сломать! Только не поскользнитесь на пене – художник решил, что на двери облачков мало, а потому добавил их на полу.
Да и ругаться так громко не стоит! Какой пример взрослый дядя подаёт маленьким девочкам? Вот кто виноват, что вы не смотрите себе под ноги и портите мой шедевр! К тому же вы мешаете мне расслабляться после пережитого стресса! И вообще, я русалка! Буду прятаться под водой и... почему мне сложно вздохнуть?! Где весь воздух? Почему кругом вода?!
Ладно, утоплюсь, на радость всем злым дяденькам инквизиторам и пусть потом кусают локти, что не уберегли.
Да и ну вас всех....
Распахнув глаза, резко села на кровати, схватилась за горло и сделала судорожный вздох. Дышу! Слава всем поганкам! Я дышу!
Отдышавшись и немного придя в себя, осмотрелась по сторонам и в изумлении обнаружила, что: мало того, что за окном ночь! - так и нахожусь я ни где-нибудь, а в инквизиторской спальне, на его собственной кровати!
Так, а где была до этого? Последнее что помню отчётливо, как ревела в ванной, а потом... ох ты ж дохлый ёжик! Пусть это будет лишь игрой моего воображения, пожалуйста!
Поспешно откинула одеяло в сторону, намереваясь встать, но тут взгляд упал на мои оголённые ноги, и я потрясённо замерла. Слабый магический светильник, находящийся на прикроватной тумбочке осветил то, во что я отказывалась верить: помимо голых ног на мне была надета...рубашка Ваутерса, под которой совершенно ничего не было, кроме меня самой!
Это как же... как же получается-то?! Он что меня...одевал?! Прямо вот так?! И всё видел?? Ох ты ж, голые ёжики!
Впервые за всё время меня охватило жгучее смущение, горячей волной прилившее к щекам и шее.
Практически вскочив с кровати, подбежала к шкафу и быстро надела хотя бы нижнее бельё. Так было немного комфортнее. А вот рубашку снимать не стала. Даже зная, кто её обладатель, не захотела расставаться с ней. Тем более она вполне прилично сидела на мне, скрывая даже колени, да и застёгнута была на все пуговицы под самое горло. И я не хочу знать, сколько времени потратил этот извращенец, пока застёгивал их!
Нет, мне срочно нужно узнать, что произошло!
Дверь спальни открывала не дыша, опасаясь услышать скрип, который разбудит если не весь дом, то хозяина данной квартиры точно. Но на моё счастье, скрипа не было – дверь открылась тихо и бесшумно. А вот сердце в груди грохотало так, что казалось его можно услышать даже на улице.
Боязливо замирая на каждом шагу я медленно кралась вдоль стены, по пути пытаясь понять, как так произошло, что после унижения от инквизитора я закрылась в ванной и выпала из реальности на такой большой промежуток времени? Вроде полудня ещё не было, как случился инцидент с его пассией, а сейчас уже ночь! И ведь со временем не поспоришь! Да и организм намекал на то, что мы как бы за всё это время кроме омлета и тоста ничего не ели, и сейчас не мешало бы подкрепиться. Одно особо громкое урчание вынудило и вовсе слиться со стеной и прижать ладонь к животу, заглушая столь оглушительный в тишине звук. Я даже дышать перестала, напряжённо прислушиваясь к окружающему пространству. Но ничего более не услышала. Пригрозив сама себе пальцем и пообещав обязательно в скором времени найти что-нибудь съестное, сделала ещё несколько шагов и встала как вкопанная.
Выломанная дверь ванной комнаты стояла прислоненной к стене, намекая, что всё же момент с её выносом не был бредом моего больного воображения. В темноте сложно рассмотреть, что представляло из себя внутреннее убранство комнаты, но зажигать магическое освещение было чревато.
Однако магические светильники всё же вспыхнули без моего участия, открывая шокирующий вид на то, что я сотворила.
На стенах и других доступных поверхностях вперемешку были набрызганы, нанесены, разлиты и выдавлены все средства личной гигиены: зубной гель, пена для бритья, раствор для волос и для тела, ещё какая-то субстанция светло-розового цвета... и всё это было в виде цветочков, бабочек, облачков... А на зеркале.... ох, ты ж ёжики зелёные! На зеркале красовались ругательные и обзывательные слова, самым приличным из которых было: «извращенец!»
Полотенца лежали кучкой вместе с моими вещами, с краёв ванны стекало буро-фиолетовая пена, капая на них сверху, а на крышке отхожего места красовалась шапочка из пены...
Значит, не бред...
Гулко сглотнув, сделала шаг назад, пытаясь развидеть это, но наткнулась на неожиданное препятствие.
- Какой сюжет, пассаж, экспрессия, - раздалось ироничное над головой, вынуждая дёрнуться и отскочить подальше от источника голоса.
Сердце ухнуло в пятки, пока я хваталась рукой за грудь, пытаясь поймать его и вернуть обратно на своё законное место, а рубашка прилипла к спине от внезапно взмокшей спины. Я старалась отдышаться прежде чем взглянуть в лицо своему личному и извращённому кошмару. Мои колени дрожали так, что это было заметно невооружённым инквизиторским глазом.
- И что теперь, господин инквизитор? – Выдохнула немного приходя в себя, и зло уставилась на мужчину, который вновь бесшумно подобрался ко мне.
В свете магических светильников, льющимся из ванной, я увидела, что ди эрн Ваутерс одет в белую футболку и серые домашние штаны, а вот ноги, как и у меня, были босыми. Только если у него были открыты только ступни, то у меня мои босые ноги прикрывала только мужская рубашка.
Вспомнив, в каком виде я сейчас стою перед этим извращенцем и что предшествовало этому, вспылила ещё больше.
- Снова выпорите за то, что я натворила? А что тянуть-то? Давайте! Ни в чём себе не отказывайте! Сейчас даже лучше будет, ведь я уже без штанов! Звонче получится! Да я даже помогу!
Каждое моё слово сочилось ядом. Последнюю фразу я практически выкрикнула, разворачиваясь спиной к экзекутору и задирая чужую рубашку чуть выше талии, открывая красивые рюшечки на своём нижнем белье. Пусть любуется тем, что я о нём думаю!
Мне бы в тот момент подумать над тем, что я вытворяю, но ярость и обида затмили весь разум, полностью отключая его.
За спиной как-то обречённо вздохнули, затем раздалось усталое:
- Ложись спать, завтра поговорим.
После этих слов послышались отчётливые удаляющиеся шаги, словно опекун решил специально обозначить свой уход. Я же выждала ещё некоторое время, напряжённо вслушиваясь в тишину за спиной и боясь обернуться, чтобы проверить, действительно ли он ушёл. После прислонилась лбом к покорёженной двери, и дрожащими руками опустила рубашку, скрывая весь свой срамной вид.
Докатилась! Показала практически задницу инквизитору! И главное, осталась после этого жива! Что ж, стоит в мой список нереальных вещей, происходящих со мной после одного неудачного эксперимента добавить ещё один безумный пункт.
Боюсь уже представить, что будет дальше...
Глава 17. В которой путь к примирению лежит через желудок
До кухни я всё же добралась. И там с немалым удивлением обнаружила на столе возле варочной поверхности бутерброды, состоящие из хлеба, тоненьких ломтиков мяса, зелени и овощей сверху, а также кружку с чем-то горячим, исходящим едва заметным дымком.
Во рту тут же тут же повысилось слюноотделение, а желудок жалобно заурчал. Но на еду покосилась с подозрением. И когда этот негодяй успел всё это сотворить?
Подойдя ближе, заметила мерцающий купол, сохраняющий всё, что находится внутри него достаточно продолжительное время в том виде, в котором это туда поместили. Значит подготовился заранее. Ясно.
И если инквизитор думает, что это сойдёт за извинения, то глубоко ошибается.
Гордо прошествовав мимо вражеской подначки, открыла холодник в надежде обнаружить там своё жаркое, но тут же разочарованно закрыла обратно.
То есть так, да? Слопал мою еду и решил посадить меня на сухомятку?! Ну-ну. Подавишься!
Снова задрав подбородок к верху, пошла спать. Но проходя мимо таких соблазнительно вкусных бутербродов, замедлилась и сглотнула голодную слюну.
Нет! Не буду я питаться его подачками! Лучше с голоду помру! Да и вообще я не голодная!
Живот вновь протестующе заурчал. Он был со мной совсем и полностью не согласен! И я почти сдалась под его натиском, но тут со стороны гостиной раздался голос, разрешивший все мои метания:
- Они не отравлены.
Вскинулась и яростно посмотрела на инквизитора. Он что, преследует меня? Это уже попахивает маньячеством!
Тем не менее, держались от меня на благоразумном расстоянии. Но одного вида мужчины вполне хватило, чтобы аппетит пропал окончательно.
Поджав губы, молча проследовала по широкой дуге мимо замершего истуканом опекуна и направилась в спальню, ощущая между лопаток тяжёлый взгляд.
Громко хлопнув дверью на прощание, хотела закрыться на замок от этого ужасного мужчины, решившего задобрить голодную меня бутербродами, да только не обнаружила ни замка, ни даже ручки. Ха! Подготовился, гад! Да чтоб его пронесло от его же неотравленных бутербродов!
