Она не будет перетягивать чашу весов на себя, ведь семья и любовь не могут находиться по разные стороны, чтобы между ними делать выбор. Это неправильно: выбирать из такого. Тем более, что любовь, она проходит. А вот семья остаётся. Всегда.
Именно это Эмили и поняла из разговора с Роквудом-старшим. Именно это он пытался ей объяснить. И пусть, что её не примут в эту семью. Главное – чтобы она не стала причиной её распада. Они и так пережили слишком многое. Не стоит ещё и лишать их Ансара…
- Кусачка, о чём задумалась?
Вынырнув из своих нерадостных мыслей, Эмили взглянула на оборотня и постаралась как можно искреннее улыбнуться.
- Думаю, как теперь быть дальше, - она знала, что выглядит совсем неубедительно. Зато не врёт. Ложь он бы почувствовал.
- А что тут думать? – беспечно пожал плечами Ансар, либо не замечая, либо делая вид, что не замечает, как тяжело сейчас приходится его паре. - Поживём у меня…
- А потом?
- Что «потом»?
- Что будет потом? Не сейчас, не завтра, не через неделю, а позже? – Эмили шумно втянула ртом воздух, тут же выдохнув, и с горечью продолжила: - Так и будем сосуществовать: полуволчица, которая теперь везде чужая и оборотень, отказавшийся из-за неё от семьи и клана? Разве это равноценный обмен? Ведь кто я такая, чтобы становиться камнем преткновения между тобой и семьёй…
Ансар сильнее сжал руль, внешне оставаясь совершенно спокойным. Только лишь стиснутые челюсти, на которых заходили желваки, выдавали его состояние.
- Ты – моя пара, хочешь этого или нет, – заговорил он таким тоном, что Эмили захотелось сжаться в комочек и стать совсем невидимой. – И я не собираюсь от тебя отказываться. – А после уже гораздо тише добавил: - Я просто не могу.
- В смысле? – голос девушки дрогнул, скатившись до писка.
Самые мрачные мысли вылезли наружу, подтверждая догадки о словах Роквуда-старшего. Ансар не собирался делать её своей парой. Просто, как он выразился: «неудачное стечение обстоятельств».
И от этого стало просто невыносимо.
- Мой волк признал тебя, - оборотень не смотрел на неё, сосредоточившись на дороге, голос его звучал глухо, отдаваясь болезненным эхом в груди Эмили, - правда ещё не прочь отведать твоей крови… Но эта жажда гораздо меньше, чем в первые часы и дни, когда я укусил тебя. Она ослабевает, но на её место приходит что-то другое. Мне постоянно хочется тебя видеть, слышать, ощущать рядом, чувствовать… Защищать. Даже от своей семьи. - Он мрачно усмехнулся, - раньше со мной такого не случалось. Это… сложно.
- У нас всё «сложно», - тихо отозвалась Эмили, отворачиваясь к окну, чтобы скрыть своё состояние от оборотня. Её растрогали и в то же время расстроили его слова, вроде бы похожие на признание, но с другой стороны – будто неприподъёмным камнем повисшие над ней.
Дрогнувшие пальцы Эмили перехватила горячая ладонь.
- Но мы справимся, да, кусачка?
«Кусачка», это прозвище так и приклеилось к ней. И если поначалу её раздражало то, как Ансар называет её, то теперь ей это даже нравилось. Ведь так называть её мог только он один.
- Да, - кивнула в ответ Эмили, ощущая тепло, что медленно растекалось по телу от места соприкосновения их с Ансаром рук. Ей было хорошо и плохо одновременно.
И это не укрылось от оборотня.
- Что-то не так? – нахмурился Ансар, отвлекаясь на несколько мгновений от дороги, чтобы всмотреться в Эмили.
Слишком внимательно, чтобы она могла спрятаться за маской безразличия или отшутиться, слишком проникновенно.
- В чём дело?
Врать не хотелось, да и было бесполезно. Смиренно выдохнув, Эмили всё же решилась спросить, глядя прямо в глаза:
- Если бы не было того укуса, ты когда-нибудь сам захотел бы сделать меня своей парой или нет?
Машина резко вильнула в сторону. Руку Эмили слишком поспешно отпустили, чтобы перехватить руль и вернуть автомобиль на свою полосу, при этом получив несколько гневных гудков от встречных машин. Оборотень тихо выругался и прибавил скорости, проигнорировав заданный вопрос.
Это и стало ответом поникшей девушке.
- Ясно, - удручённо отозвалась она, вновь отворачиваясь.
Объясняться никто не пытался, и это угнетало, всё больше наводя на мысли о том, что Альфред был прав. Во всём.
До квартиры Ансара они доехали в гробовом молчании. Также, не разговаривая, поднялись и зашли внутрь.
Но уже в квартире всё резко изменилось.
Эмили неожиданно прижали к стене, обрушивая сокрушительный поцелуй на приоткрытые от удивления губы. Это было словно цунами, сметавшее всё на своём пути. Одежда в одно мгновение была сброшена, а Эмили уже оказалась в горизонтальном положении, ощутив под спиной мягкие прохладные простыни, создающие неповторимый контраст между собой и жарким телом оборотня. Когда они успели переместиться на кровать, девушка не запомнила – весь её мир сосредоточился только на одном оборотне, что враз заставил забыть обо всех проблемах и отдаться чувству с головой. Жадные поцелуи, ворующие дыхание; жаркие руки, плавящие кожу; и движения: дерзкие, резкие и в то же время сводящие с ума и такие желанные.
Эта ночь была наполнена страстью и отчаянием, нежностью и желанием с едва уловимым привкусом горечи, безысходностью. Эта ночь была только для них двоих, укрыв от ненужных мыслей и чужих глаз. И они наслаждались ею и наслаждались друг другом, откладывая неизбежное на потом, стараясь как можно дольше отсрочить то, что всё равно настигнет их. Утром или гораздо позже, но этого не избежать. Ведь завтра их ждёт серьёзный разговор, который поставит вместо затянувшегося многоточия – точку.
Утро наступило гораздо раньше, как того хотелось бы.
И началось оно с того, чем закончилась ночь.
- Кусачка, - хриплый от возбуждения голос Ансара, послал табун мурашек вдоль позвоночника Эмили, подгоняя их тёплым дыханием и едва уловимыми прикосновениями губ.
- Ммм…? – зажмурившись от удовольствия и обхватив руками подушку, полусонно спросила она, не поднимая головы.
- Повернись, - не потребовали, не приказали, а попросили. И она не могла не подчиниться.
Развернулась к лежащему рядом Ансару и сразу же была сражена поцелуем наповал, причём в прямом смысле этого слова.
- Ансар, - едва переведя дыхание прошептала она умоляюще, - я больше не выдержу… Целая ночь без перерыва… это слишком даже для меня…
- Помнится, - губы оборотня коснулись плеча и уверенно двинулись дальше, - раньше ты не жаловалась….
Рычащие нотки в голосе посылали волны возбуждения по телу Эмили, скрыть которое она не могла, а чуткий нюх Ансара уловил запах её желания, разжигая ответный огонь в его глазах.
Поцелуи стали откровеннее, прикосновения настойчивее, возбуждение сильнее… И вновь по очередному кругу закрутилось безумие, сжигающее в страсти, возносящее к вершине наслаждения, и лишающее остатков сил…
И когда Эмили была практически на грани, сквозь стучащую в висках кровь она услышала отчётливые слова:
- Сделай это, кусачка.
- Что? – задыхаясь, сбивчиво спросила она, совсем не понимая, чего от неё хотят.
Вместо ответа Ансар чуть повернул голову, подставляя Эмили оголённое плечо. Рука легла на затылок девушки, подталкивая к нужным действиям.
И Эмили словно ледяной волной окатило.
Она поняла, чего от неё хотели. Но не могла в это поверить. И не могла сделать этого.
Шум в ушах сменил предупреждающий голос Роквуда-старшего: «Не смей ставить ему ответную метку», а возбуждение враз схлынуло, оставив внутри гудящую пустоту.
Оттолкнув оборотня от себя, Эмили соскочила с кровати, судорожно осматриваясь по сторонам, надеясь найти хоть какую-нибудь подсказку.
- Я… - она лихорадочно соображала, что же можно сказать такого убедительного, чтобы ей поверили, но в голову как назло ничего не приходило. Да ещё и помрачневший оборотень не способствовал мыслительному процессу. В конце концов она сдалась и обречённо прошептала, не глядя на него, - я не могу…
Такого ответа явно не ожидали.
- Что?
Разговаривать обнажённой оказалось не очень комфортно. Эмили схватила первую попавшуюся вещь, коей оказалась рубашка Ансара, и накинула на себя, не став застегивать, а просто запахнув её трясущимися от волнения руками. Короткая передышка помогла немного прийти в себя. И вспомнить вчерашний разговор.
- Я понимаю, что всё случилось не так, как ты планировал… И эта метка, - невольно коснулась одной рукой места укуса, - всего лишь недоразумение.
Горько усмехнувшись, Эмили поняла, что слово в слово повторяет сказанное ей Роквудом. Какая же все-таки злая ирония!
- Да, твой зверь признал меня, но… Ты этого не хотел. И теперь у тебя просто нет другого выбора...
Смелость под мрачным взглядом Ансара таяла, словно снежинка, попавшая в огонь. Эмили хотелось зажмуриться и не видеть того недоумения в глазах оборотня, которое медленно превращалось в понимание. Но она продолжила говорить, с трудом выталкивая из себя слова:
– Зато он есть у меня. А я… я так не могу. И не хочу. Всё же я осталась наполовину человеком. И я хочу… Хочу взаимности, а не обязательства перед второй сущностью. Не хочу, чтобы ты был со мной из-за принуждения своего зверя!
Последнее вырвалось на повышенных тонах, а Эмили задохнулась от обиды и боли. Внутри всё медленно умирало. Уже в который раз.
Ансар же потрясённо молчал. Но то, что слова неприятно ранили его, чувствовалось в напряжённо застывшей позе, потемневшим отнюдь не от возбуждения взгляде и плотно стиснутым челюстям.
- Вот значит как, - бесцветно произнёс, поднимаясь с кровати, медленно и неотвратимо – словно хищник, готовящийся напасть на свою жертву, - и это всё? Больше нет никаких причин для твоего отказа?
Это был провокационный вопрос. С явным намёком. Словно Ансар знал. Или догадывался об истинных причинах. О других причинах.
- Тебе эт-того недостаточно? – голос у девушки предательски дрогнул, а сама она сделала небольшой шажок назад. Едва заметный, но не укрывшийся от оборотня.
Что-то хищное промелькнуло на его лице, но Эмили рассмотреть не успела. Её довольно ощутимо дёрнули в сторону и прижали к стене. Перехватив одной рукой запястья растерявшейся жертвы, второй приподняли лицо за подбородок, заставляя смотреть в горящие недобрым светом глаза оборотня. Сила альфы усиливала эффект давления, сильнее впечатывая в холодную и твёрдую поверхность.
- А теперь ещё раз, - произнес проникновенно, склоняясь к лицу девушки.
И она прониклась. До кончиков пальцев на ногах, до остановки дыхания и замедления сердца.
- Не могу, - прошептала отчаянно, пытаясь сделать спасительный вдох.
Два альфы. Два приказа. И рвущаяся на куски душа, мечущаяся в агонии сущность. Это было просто невыносимо.
- Почему? – требовательные нотки в голосе, словно пчёлы впивались прямо в сердце, задевая сущность, которая рычала, скулила, и извивалась, требуя пощады.
- Ты меня не любишь, - просипела Эмили, и попыталась высвободить из цепких пальцев хотя бы свой подбородок, но и этого не позволили.
- Ну на кой тебе вообще сдалась эта любовь? - раздражённо выдохнул Ансар.
Эмили даже опешила от такого вопроса.
- На кой? – обескураженно переспросила она, заглядывая в непроницаемое лицо оборотня, по которому невозможно было понять, о чём он сейчас думает. – Ты серьёзно?
По всей видимости серьёзно, потому как ответ был довольно жёстким:
- Без любви ещё никто не умирал.
Внутри Эмили поднялась волна раздражения и злости.
- Вот и ты не умрёшь без метки, - прошипела сердито, вновнь предпринимая попытку вырваться из захвата. – Отпусти!
И её неожиданно отпустили. По инерции дёрнувшись вперёд и потеряв опору в виде стены, Эмили покачнулась и едва не упала, но всё же устояла на ногах. Сердце бешено колотилось в груди, а руки и ноги дрожали от перенапряжения.
- Это отец тебя настроил, да?
Безжизненный голос Ансара заставил дёрнуться.
Он больше не пытался давить своей силой, не пытался принудить к ответу. Он просто констатировал факт.
- Не в этом дело, - потирая запястья, устало пробормотала Эмили. Этот разговор вытянул из неё все силы. – Я просто так не могу. Понимаешь?
Но он не понимал.
- Ясно, - бросил сухо, разворачиваясь и уходя в другую комнату.
Этим «ясно» и была поставлена точка. По крайней мере, так думала Эмили.
После разговора Ансар отвез Эмили в её квартиру. Она сама попросила его об этом, на что оборотень согласился сразу и без вопросов. И от этого стало как-то тоскливо. Наверное, подсознательно она ожидала, что он всё же отговорит её или попытается переубедить, а на самом деле вышло всё иначе. И теперь Эмили убеждала себя, что это даже к лучшему. Вот только от этого было не легче.
- Спасибо, - уже на пороге своей привычной квартиры сдержанно поблагодарила девушка, намереваясь поскорее уйти. Ей было слишком плохо, чтобы маска равнодушия сидела на её лице ровно.
Но только она сделала шаг, как была перехвачена за руку и прижата к горячему и крепкому телу. Губы обжёг яростный поцелуй, который подчинял своей воле и будто наказывал. Сил на то, чтобы оттолкнуть просто не было. И желания тоже. Да, она оказалась слабовольной, когда дело касалось этого оборотня. Да, она будет страдать по нему, но он никогда об этом не узнает. Потому что «так будет лучше».
- Думаешь, я так просто отпущу тебя? – зло выдохнул Ансар в губы, когда лёгкие обоих обожгло от нехватки воздуха. – Даже если не могу заставить поставить ответную метку, это ещё не значит, что я отступлюсь. – Его рука зарылась в волосы девушки, сжимая их в кулак, практически на грани боли. - Ты – моя, кусачка. Только моя. И этого уже не изменить.
Ещё раз припечатав жёстким поцелуем на прощание, он резко выпустил растерявшуюся девушку из объятий и ушёл, оставив её одну, обессиленно прижавшуюся к стене и кусающую от безысходности и без того припухшие после поцелуя губы. Потому что она знала, что ничего не исправить.
Даже если бы она поставила ему ответную метку – это ничего бы не изменило. Оборотни никогда не примут её. Ведь она всего лишь «удачный эксперимент» сумасшедшего учёного. Не чистокровный оборотень. И уже не чистокровный человек. Полукровка. Этого тоже не изменить. Остаётся только смириться.
Эмили и мирилась. Первые несколько дней – с тоской, ещё несколько – с одиночеством и болью. А потом плюнула на всё и навестила подругу.
После произошедшего Хлоя сильно изменилась. Теперь от весёлой и беспечной девушки не осталось ни следа. Хлоя стала серьёзнее относиться к своей жизни и нашла себе постоянного парня, за которого в будущем планировала выйти замуж. Каково же было удивление Эмили, когда она узнала в «суженом» Хлои Джонатана Шелтона – того самого капитана полиции, с которым познакомилась не так давно. Хотя, по ощущениям казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как она испуганная и полураздетая повстречала в парке Джона и его верного пса. Тогда, когда Эмили нечаянно попала в дом к Шелтону, у него был трудный период в жизни – от него ушла девушка. Теперь же капитан полиции нежно обнимал её подругу и был абсолютно счастлив, как и Хлоя, млеющая от его объятий.
Как оказалось, именно Джон помог Хлое в период реабилитации после её «странной» потери памяти. Как не старалась подруга, вспомнить что-то, что было после того, как её похитили, да и сам момент похищения – она так и не смогла.
Именно это Эмили и поняла из разговора с Роквудом-старшим. Именно это он пытался ей объяснить. И пусть, что её не примут в эту семью. Главное – чтобы она не стала причиной её распада. Они и так пережили слишком многое. Не стоит ещё и лишать их Ансара…
- Кусачка, о чём задумалась?
Вынырнув из своих нерадостных мыслей, Эмили взглянула на оборотня и постаралась как можно искреннее улыбнуться.
- Думаю, как теперь быть дальше, - она знала, что выглядит совсем неубедительно. Зато не врёт. Ложь он бы почувствовал.
- А что тут думать? – беспечно пожал плечами Ансар, либо не замечая, либо делая вид, что не замечает, как тяжело сейчас приходится его паре. - Поживём у меня…
- А потом?
- Что «потом»?
- Что будет потом? Не сейчас, не завтра, не через неделю, а позже? – Эмили шумно втянула ртом воздух, тут же выдохнув, и с горечью продолжила: - Так и будем сосуществовать: полуволчица, которая теперь везде чужая и оборотень, отказавшийся из-за неё от семьи и клана? Разве это равноценный обмен? Ведь кто я такая, чтобы становиться камнем преткновения между тобой и семьёй…
Ансар сильнее сжал руль, внешне оставаясь совершенно спокойным. Только лишь стиснутые челюсти, на которых заходили желваки, выдавали его состояние.
- Ты – моя пара, хочешь этого или нет, – заговорил он таким тоном, что Эмили захотелось сжаться в комочек и стать совсем невидимой. – И я не собираюсь от тебя отказываться. – А после уже гораздо тише добавил: - Я просто не могу.
- В смысле? – голос девушки дрогнул, скатившись до писка.
Самые мрачные мысли вылезли наружу, подтверждая догадки о словах Роквуда-старшего. Ансар не собирался делать её своей парой. Просто, как он выразился: «неудачное стечение обстоятельств».
И от этого стало просто невыносимо.
- Мой волк признал тебя, - оборотень не смотрел на неё, сосредоточившись на дороге, голос его звучал глухо, отдаваясь болезненным эхом в груди Эмили, - правда ещё не прочь отведать твоей крови… Но эта жажда гораздо меньше, чем в первые часы и дни, когда я укусил тебя. Она ослабевает, но на её место приходит что-то другое. Мне постоянно хочется тебя видеть, слышать, ощущать рядом, чувствовать… Защищать. Даже от своей семьи. - Он мрачно усмехнулся, - раньше со мной такого не случалось. Это… сложно.
- У нас всё «сложно», - тихо отозвалась Эмили, отворачиваясь к окну, чтобы скрыть своё состояние от оборотня. Её растрогали и в то же время расстроили его слова, вроде бы похожие на признание, но с другой стороны – будто неприподъёмным камнем повисшие над ней.
Дрогнувшие пальцы Эмили перехватила горячая ладонь.
- Но мы справимся, да, кусачка?
«Кусачка», это прозвище так и приклеилось к ней. И если поначалу её раздражало то, как Ансар называет её, то теперь ей это даже нравилось. Ведь так называть её мог только он один.
- Да, - кивнула в ответ Эмили, ощущая тепло, что медленно растекалось по телу от места соприкосновения их с Ансаром рук. Ей было хорошо и плохо одновременно.
И это не укрылось от оборотня.
- Что-то не так? – нахмурился Ансар, отвлекаясь на несколько мгновений от дороги, чтобы всмотреться в Эмили.
Слишком внимательно, чтобы она могла спрятаться за маской безразличия или отшутиться, слишком проникновенно.
- В чём дело?
Врать не хотелось, да и было бесполезно. Смиренно выдохнув, Эмили всё же решилась спросить, глядя прямо в глаза:
- Если бы не было того укуса, ты когда-нибудь сам захотел бы сделать меня своей парой или нет?
Машина резко вильнула в сторону. Руку Эмили слишком поспешно отпустили, чтобы перехватить руль и вернуть автомобиль на свою полосу, при этом получив несколько гневных гудков от встречных машин. Оборотень тихо выругался и прибавил скорости, проигнорировав заданный вопрос.
Это и стало ответом поникшей девушке.
- Ясно, - удручённо отозвалась она, вновь отворачиваясь.
Объясняться никто не пытался, и это угнетало, всё больше наводя на мысли о том, что Альфред был прав. Во всём.
До квартиры Ансара они доехали в гробовом молчании. Также, не разговаривая, поднялись и зашли внутрь.
Но уже в квартире всё резко изменилось.
Эмили неожиданно прижали к стене, обрушивая сокрушительный поцелуй на приоткрытые от удивления губы. Это было словно цунами, сметавшее всё на своём пути. Одежда в одно мгновение была сброшена, а Эмили уже оказалась в горизонтальном положении, ощутив под спиной мягкие прохладные простыни, создающие неповторимый контраст между собой и жарким телом оборотня. Когда они успели переместиться на кровать, девушка не запомнила – весь её мир сосредоточился только на одном оборотне, что враз заставил забыть обо всех проблемах и отдаться чувству с головой. Жадные поцелуи, ворующие дыхание; жаркие руки, плавящие кожу; и движения: дерзкие, резкие и в то же время сводящие с ума и такие желанные.
Эта ночь была наполнена страстью и отчаянием, нежностью и желанием с едва уловимым привкусом горечи, безысходностью. Эта ночь была только для них двоих, укрыв от ненужных мыслей и чужих глаз. И они наслаждались ею и наслаждались друг другом, откладывая неизбежное на потом, стараясь как можно дольше отсрочить то, что всё равно настигнет их. Утром или гораздо позже, но этого не избежать. Ведь завтра их ждёт серьёзный разговор, который поставит вместо затянувшегося многоточия – точку.
Утро наступило гораздо раньше, как того хотелось бы.
И началось оно с того, чем закончилась ночь.
- Кусачка, - хриплый от возбуждения голос Ансара, послал табун мурашек вдоль позвоночника Эмили, подгоняя их тёплым дыханием и едва уловимыми прикосновениями губ.
- Ммм…? – зажмурившись от удовольствия и обхватив руками подушку, полусонно спросила она, не поднимая головы.
- Повернись, - не потребовали, не приказали, а попросили. И она не могла не подчиниться.
Развернулась к лежащему рядом Ансару и сразу же была сражена поцелуем наповал, причём в прямом смысле этого слова.
- Ансар, - едва переведя дыхание прошептала она умоляюще, - я больше не выдержу… Целая ночь без перерыва… это слишком даже для меня…
- Помнится, - губы оборотня коснулись плеча и уверенно двинулись дальше, - раньше ты не жаловалась….
Рычащие нотки в голосе посылали волны возбуждения по телу Эмили, скрыть которое она не могла, а чуткий нюх Ансара уловил запах её желания, разжигая ответный огонь в его глазах.
Поцелуи стали откровеннее, прикосновения настойчивее, возбуждение сильнее… И вновь по очередному кругу закрутилось безумие, сжигающее в страсти, возносящее к вершине наслаждения, и лишающее остатков сил…
И когда Эмили была практически на грани, сквозь стучащую в висках кровь она услышала отчётливые слова:
- Сделай это, кусачка.
- Что? – задыхаясь, сбивчиво спросила она, совсем не понимая, чего от неё хотят.
Вместо ответа Ансар чуть повернул голову, подставляя Эмили оголённое плечо. Рука легла на затылок девушки, подталкивая к нужным действиям.
И Эмили словно ледяной волной окатило.
Она поняла, чего от неё хотели. Но не могла в это поверить. И не могла сделать этого.
Шум в ушах сменил предупреждающий голос Роквуда-старшего: «Не смей ставить ему ответную метку», а возбуждение враз схлынуло, оставив внутри гудящую пустоту.
Оттолкнув оборотня от себя, Эмили соскочила с кровати, судорожно осматриваясь по сторонам, надеясь найти хоть какую-нибудь подсказку.
- Я… - она лихорадочно соображала, что же можно сказать такого убедительного, чтобы ей поверили, но в голову как назло ничего не приходило. Да ещё и помрачневший оборотень не способствовал мыслительному процессу. В конце концов она сдалась и обречённо прошептала, не глядя на него, - я не могу…
Такого ответа явно не ожидали.
- Что?
Разговаривать обнажённой оказалось не очень комфортно. Эмили схватила первую попавшуюся вещь, коей оказалась рубашка Ансара, и накинула на себя, не став застегивать, а просто запахнув её трясущимися от волнения руками. Короткая передышка помогла немного прийти в себя. И вспомнить вчерашний разговор.
- Я понимаю, что всё случилось не так, как ты планировал… И эта метка, - невольно коснулась одной рукой места укуса, - всего лишь недоразумение.
Горько усмехнувшись, Эмили поняла, что слово в слово повторяет сказанное ей Роквудом. Какая же все-таки злая ирония!
- Да, твой зверь признал меня, но… Ты этого не хотел. И теперь у тебя просто нет другого выбора...
Смелость под мрачным взглядом Ансара таяла, словно снежинка, попавшая в огонь. Эмили хотелось зажмуриться и не видеть того недоумения в глазах оборотня, которое медленно превращалось в понимание. Но она продолжила говорить, с трудом выталкивая из себя слова:
– Зато он есть у меня. А я… я так не могу. И не хочу. Всё же я осталась наполовину человеком. И я хочу… Хочу взаимности, а не обязательства перед второй сущностью. Не хочу, чтобы ты был со мной из-за принуждения своего зверя!
Последнее вырвалось на повышенных тонах, а Эмили задохнулась от обиды и боли. Внутри всё медленно умирало. Уже в который раз.
Ансар же потрясённо молчал. Но то, что слова неприятно ранили его, чувствовалось в напряжённо застывшей позе, потемневшим отнюдь не от возбуждения взгляде и плотно стиснутым челюстям.
- Вот значит как, - бесцветно произнёс, поднимаясь с кровати, медленно и неотвратимо – словно хищник, готовящийся напасть на свою жертву, - и это всё? Больше нет никаких причин для твоего отказа?
Это был провокационный вопрос. С явным намёком. Словно Ансар знал. Или догадывался об истинных причинах. О других причинах.
- Тебе эт-того недостаточно? – голос у девушки предательски дрогнул, а сама она сделала небольшой шажок назад. Едва заметный, но не укрывшийся от оборотня.
Что-то хищное промелькнуло на его лице, но Эмили рассмотреть не успела. Её довольно ощутимо дёрнули в сторону и прижали к стене. Перехватив одной рукой запястья растерявшейся жертвы, второй приподняли лицо за подбородок, заставляя смотреть в горящие недобрым светом глаза оборотня. Сила альфы усиливала эффект давления, сильнее впечатывая в холодную и твёрдую поверхность.
- А теперь ещё раз, - произнес проникновенно, склоняясь к лицу девушки.
И она прониклась. До кончиков пальцев на ногах, до остановки дыхания и замедления сердца.
- Не могу, - прошептала отчаянно, пытаясь сделать спасительный вдох.
Два альфы. Два приказа. И рвущаяся на куски душа, мечущаяся в агонии сущность. Это было просто невыносимо.
- Почему? – требовательные нотки в голосе, словно пчёлы впивались прямо в сердце, задевая сущность, которая рычала, скулила, и извивалась, требуя пощады.
- Ты меня не любишь, - просипела Эмили, и попыталась высвободить из цепких пальцев хотя бы свой подбородок, но и этого не позволили.
- Ну на кой тебе вообще сдалась эта любовь? - раздражённо выдохнул Ансар.
Эмили даже опешила от такого вопроса.
- На кой? – обескураженно переспросила она, заглядывая в непроницаемое лицо оборотня, по которому невозможно было понять, о чём он сейчас думает. – Ты серьёзно?
По всей видимости серьёзно, потому как ответ был довольно жёстким:
- Без любви ещё никто не умирал.
Внутри Эмили поднялась волна раздражения и злости.
- Вот и ты не умрёшь без метки, - прошипела сердито, вновнь предпринимая попытку вырваться из захвата. – Отпусти!
И её неожиданно отпустили. По инерции дёрнувшись вперёд и потеряв опору в виде стены, Эмили покачнулась и едва не упала, но всё же устояла на ногах. Сердце бешено колотилось в груди, а руки и ноги дрожали от перенапряжения.
- Это отец тебя настроил, да?
Безжизненный голос Ансара заставил дёрнуться.
Он больше не пытался давить своей силой, не пытался принудить к ответу. Он просто констатировал факт.
- Не в этом дело, - потирая запястья, устало пробормотала Эмили. Этот разговор вытянул из неё все силы. – Я просто так не могу. Понимаешь?
Но он не понимал.
- Ясно, - бросил сухо, разворачиваясь и уходя в другую комнату.
Этим «ясно» и была поставлена точка. По крайней мере, так думала Эмили.
Прода от 19.12.2017, 12:49
Глава 22
После разговора Ансар отвез Эмили в её квартиру. Она сама попросила его об этом, на что оборотень согласился сразу и без вопросов. И от этого стало как-то тоскливо. Наверное, подсознательно она ожидала, что он всё же отговорит её или попытается переубедить, а на самом деле вышло всё иначе. И теперь Эмили убеждала себя, что это даже к лучшему. Вот только от этого было не легче.
- Спасибо, - уже на пороге своей привычной квартиры сдержанно поблагодарила девушка, намереваясь поскорее уйти. Ей было слишком плохо, чтобы маска равнодушия сидела на её лице ровно.
Но только она сделала шаг, как была перехвачена за руку и прижата к горячему и крепкому телу. Губы обжёг яростный поцелуй, который подчинял своей воле и будто наказывал. Сил на то, чтобы оттолкнуть просто не было. И желания тоже. Да, она оказалась слабовольной, когда дело касалось этого оборотня. Да, она будет страдать по нему, но он никогда об этом не узнает. Потому что «так будет лучше».
- Думаешь, я так просто отпущу тебя? – зло выдохнул Ансар в губы, когда лёгкие обоих обожгло от нехватки воздуха. – Даже если не могу заставить поставить ответную метку, это ещё не значит, что я отступлюсь. – Его рука зарылась в волосы девушки, сжимая их в кулак, практически на грани боли. - Ты – моя, кусачка. Только моя. И этого уже не изменить.
Ещё раз припечатав жёстким поцелуем на прощание, он резко выпустил растерявшуюся девушку из объятий и ушёл, оставив её одну, обессиленно прижавшуюся к стене и кусающую от безысходности и без того припухшие после поцелуя губы. Потому что она знала, что ничего не исправить.
Даже если бы она поставила ему ответную метку – это ничего бы не изменило. Оборотни никогда не примут её. Ведь она всего лишь «удачный эксперимент» сумасшедшего учёного. Не чистокровный оборотень. И уже не чистокровный человек. Полукровка. Этого тоже не изменить. Остаётся только смириться.
Эмили и мирилась. Первые несколько дней – с тоской, ещё несколько – с одиночеством и болью. А потом плюнула на всё и навестила подругу.
После произошедшего Хлоя сильно изменилась. Теперь от весёлой и беспечной девушки не осталось ни следа. Хлоя стала серьёзнее относиться к своей жизни и нашла себе постоянного парня, за которого в будущем планировала выйти замуж. Каково же было удивление Эмили, когда она узнала в «суженом» Хлои Джонатана Шелтона – того самого капитана полиции, с которым познакомилась не так давно. Хотя, по ощущениям казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как она испуганная и полураздетая повстречала в парке Джона и его верного пса. Тогда, когда Эмили нечаянно попала в дом к Шелтону, у него был трудный период в жизни – от него ушла девушка. Теперь же капитан полиции нежно обнимал её подругу и был абсолютно счастлив, как и Хлоя, млеющая от его объятий.
Как оказалось, именно Джон помог Хлое в период реабилитации после её «странной» потери памяти. Как не старалась подруга, вспомнить что-то, что было после того, как её похитили, да и сам момент похищения – она так и не смогла.
