Пионеры космоса.Часть 15.
Финал
Эта история началась на Земле, и никто из её участников даже не предполагал, что запомнит её на всю оставшуюся жизнь. Чтобы понять масштаб случившегося, нужно хоть немного представлять себе мир 2050 года — мира, в котором понятие «Родина» стало таким же размытым, как границы между государствами в старом интернете.
Россия тех лет существовала скорее как географическое понятие: необъятные пространство от Балтики до Тихого океана, где от города до города тянулись тысячи километров лесов, болот и земель, где люди не появлялись годами.
Предпочитая жить в немногочисленных мегаполисах, всем руководили и заправляли в этих городах менеджеры и программы различных ИИ, а настоящая власть — чиновники в третьем-четвертом поколении — давно обосновались за границей.
Их дети, родившиеся в Лондоне, Цюрихе или Дубае, говорили по-русски с трудом, предпочитая английский и европейский образ жизни. Сами же чиновники наезжали в Россию лишь для контроля добычи ресурсов, приносившей баснословные прибыли.
В интернете гуляли мемы, что когда-то, в прошлом веке, этой страной управляли рабочие и крестьяне, но в это верилось с трудом — уж слишком фантастически это звучало.
Дети таких чиновников и стали героями этой истории. Шестеро молодых людей от 18 до 25 лет, уставших от учебы в престижных университетах и бесконечных вечеринок, купили себе развлечение по последнему слову техники:
«Туристический челнок Илона Маска — Луна за 48 часов! Пакет «Золотая молодёжь»: невесомость, эксклюзивные напитки и полная свобода!»
---
В шлюзовой камере лунной базы они стояли в скафандрах цвета «шампанского металлик» — лимитированная коллекция от Версаче, стоимостью каждый с хороший спорткар. Сквозь визоры они переглядывались с предвкушением новых удовольствий и развлечений.
Формальным лидером компании был Марк, двадцатичетырехлетний управляющий дочерней структуры одной из госкорпораций. Его отец именовал себя олигархом, и Марк искренне считал, что это звание автоматически делает его королём любой ситуации.
Камера декомпрессии щёлкнула, наполняясь воздухом, не просто воздухом ,а специально доставленным с Земли, с ароматом «сосновой тайги», заказанным через закрытое приложение для сверхбогатых.
— Ну что, поехали? — Марк подмигнул и достал из герметичного кармана баллончики.
Веселящий газ, завезённый на Луну как «медицинский кислород», ударил в головы мгновенно. Уже через минуту все шестеро хохотали, звуки их голосов странно искажались в пониженной гравитации, становясь то гулкими, то по-детски тонкими.
— Смотрите! — Катя, самая младшая, оттолкнулась от пола и, задев потолок, зашлась в истерическом смехе. — Я ничего не вешу! Я пушинка!
Им быстро наскучил официальный выход в туристическую зону под куполом отеля. Хотелось дикости, запрещённых ощущений, того самого «настоящего», хотя никто из них не мог бы объяснить, что это слово значит. Марк махнул рукой в сторону технического шлюза для персонала, и компания, спотыкаясь и прыгая в неловких, пьяных скачках, вывалилась на настоящую лунную поверхность.
Реголит хрустел под подошвами, как засахаренный снег. Земля висела в черноте космоса — слишком далёкая и слишком совершенная. Здесь же было только всё серое, чёрное и неестественно острые тени от каждого камня.
— А там что? — Катя указала рукой в сторону, где ландшафт вздыбливался неровным валом.
Они пошли туда прыжками — гравитация делала их похожими на неуклюжих кенгуру ,но передвигались они довольно быстро.
За валом оказалась техническая зона: решётки антенн, матовые панели солнечных батарей и рядом был большой серебристый купол размером с ангар для небольшого самолёта. На герметичном шлюзе тускло светилась табличка: «Сервисный модуль З-7. Опасно. Вход строго воспрещён Зерк А.И.».
— «Зерк А.И.», — прочитал кто-то по слогам. — Что за Зерка?
— Старая роботизированная система, — авторитетно заявил Макс, считавший себя эрудитом только потому, что однажды слышал, как отец обсуждал эту модель на ужине в Дубае. — Обслуживает антенны дальнего космоса. Модель «Зеркальный». Дешёвые, автономные, их тут сотни.
Дверь, вопреки всякой логике безопасности, оказалась не заперта.
Внутри, в углу технического отсека, стоял киборг. Человекоподобный, но явно устаревшей модели — упрощённый, рабочий, не аналог лощёным андроидам из элитных отелей. Его оптические сенсоры тускло светились голубым светом, пока он перебирал какие-то сгоревшие схемы.
— Смотрите, шевелится! — Катя, всё ещё под воздействием газа, подошла ближе, забыв обо всех правилах. — Привет, Зеркало!
Киборг повернул голову. Механизм издал едва слышный скрип — в вакууме это была бы просто вибрация, но здесь, внутри купола, звук прозвучал жалобно и надсадно.
— Здравствуйте, — голос Зерк был ровным, лишённым эмоций, но в нём чувствовалась старая, добрая вежливость, заложенная инженерами прошлого.
— Чем я могу вам помочь, молодые люди?
Приступ дикого хохота снова накрыл компанию. Их корежило и ломало, всё вокруг казалось невероятно смешным. «Зерка! Могу быть полезным!» — эти слова утопали в приступах истерического веселья.
И тут в глазах Марка блеснул нехороший, пьяный огонёк. Он достал из кармана скафандра шокер — игрушку, купленную на чёрном рынке космопорта «для самообороны от космических пиратов».
Два миллиона вольт, уверял продавец. Хватит, чтобы превратить в груду металла любого робота.
— Марк, не надо, — неуверенно сказала Катя. Но газ уже сделал своё дело: смех заглушил голос разума ,а любопытство распирало голову...что же из этого получится.
Шокер щёлкнул. Синий разряд впился в корпус Зерка. Киборг дёрнулся, его голубая оптика погасла, на секунду зажглась тревожным жёлтым, потом снова погасла. Ноги механизма попытались сделать шаг, но свело судорогой, и он замер, лишь едва заметно вибрируя, вызвав вой восторга у туристов и желание продолжать необузданное веселье...
— В микроволновку его! — взвизгнула одна из девушек, Алиса. Её глаза горели безумной радостью — Там же есть печь для сжигания мусора! Давайте посмотрим, как горит этот хлам!
Они потащили тяжёлое тело робота к промышленному инсинератору — металлическому ящику размером с холодильник, с массивной герметичной дверцей. Робот не сопротивлялся: его системы вошли в режим защиты от перегрузок, парализовавшие все его функции.
Старая, добрая инженерная мысль не предусмотрела сценария, где бездумная жестокость пьяниц станет главным разрушающим фактором.
— Не помещается! — крикнул кто-то.
— Согни ему руки!
Они ломали их, наваливаясь всем весом. Металл жалобно скрипел, пластик защитных панелей трескался. Оптика Зерка мигала красным, жёлтым и, наконец, погасла навсегда.
Искореженное тело засунули в камеру. Дверца захлопнулась с глухим, необратимым стуком.
Марк нашёл панель управления и почти не глядя, ткнул в голографическую кнопку:
«Стерилизация. Режим: максимум. 6000 градусов».
Катя, заворожённая зрелищем, прильнула к смотровому иллюминатору.
Сквозь толстое стекло она видела, как Зерк лежит на жаропрочном поддоне — сломанный, скрюченный. Его голова была повёрнута прямо к ней, пустые глазницы-сенсоры, казалось, смотрели в самую душу.
Ей почудилось, или это был газ, но в последнюю секунду ей показалось, что в этом взгляде не было злобы. Было только удивление и… грусть.
Печь загудела, взвыла. В иллюминаторе вспыхнуло ослепительное пламя. Искусственная кожа и защитная оболочка сгорели мгновенно, расплавленный металл потек по лотку в приёмную форму, чтобы когда-нибудь стать частью чего-то нового и бездушного...
Никто из веселящейся компании не заметил, что в этот самый момент происходило за стенами модуля.
К лунной базе, сверкая навигационными огнями, как новогодняя ёлка, величественно заходил на посадку корабль. «Глубина-3». Тот самый, что считался безвозвратно потерянным в глубоком космосе после аварии на астероиде. Экспедиция смогла его отремонтировать и коллективно приняла решение:
капитан и механик возвращают корабль на базу и с новым экипажем полетят куда их
отправит Зерк А И, а научная группа продолжит исследования с астероида .
Корабль коснулся поверхности Луны идеально, без единой помарки.
---
Когда в центре технического ангара материализовались две голограммы — капитан-пилот Эва-3 и механик Лиа-3, шутливо и радостно обнявшиеся в приветственном жесте,
— туристы насторожились и забеспокоились, понимая, что окружающая обстановка меняется и явно не в их пользу …
— Зерк! Ты где? — голос Эвы-3 разнёсся по частотам общей связи, доступным всем скафандрам в зоне действия.
— Мы не видим тебя! Встречай нас!
Мы вернулись домой!
Сквозь пелену веселящего газа до сознания молодых людей начало доходить, что они, кажется, вляпались в историю покрупнее, чем школьная шалость.
Инстинкт, выработанный годами безнаказанности, сработал мгновенно:
«В любой непонятной ситуации — беги!» Они бросились к своему туристическому челноку, подгоняемые животным страхом.
Но капитан «Глубины» уже подключилась к нейросети базы. Чат-боты безопасности, словно стая разгневанных пчёл, уже докладывали ей всё: кто, когда и зачем заходил в модуль З-7. Картинка с камер наблюдения не оставляла сомнений достоверности прошедших событий.
— Арахниды семнадцать, сорок три, пятьдесят шесть, — голос Эвы-3 в канале техподдержки был спокоен, как у диспетчера погоды.
— Ближайшие к туристическому челноку. Прибыть к объекту челнок. Расчётное время прибытия туристов — через одну минуту двадцать пять секунд. Не препятствовать посадке туристов.
Пауза.
— Но чтобы наши гости запомнили это приключение на всю жизнь… раздавите им ладони обеих рук. Те самые, которыми они ломали железо Зерк. После посадки задержать автоматический вылет на десять минут. Выполняйте.
Когда туристы, запыхавшись от бега в неудобных дизайнерских скафандрах, влетели в шлюз челнока, их уже ждали. Три арахнида — многофункциональные ремонтные дроны и старатели, похожие на помесь паука и краба — вежливо посторонились, пропуская людей в кресла. А затем они сделали свою работу. Быстро, профессионально, не повреждая скафандров, но дробя кости и суставы так, что хруст услышали даже сквозь перчатки.
Десять минут, пока челнок блокировал вылет, показались вечностью. Вой, крики, слёзы и проклятия наполнили салон. Когда блокировка снялась и челнок стартовал к Земле, Эва-3 нажала кнопку связи с планетой:
— Земля-контроль, говорит база «Луна 3-7». Произошло чрезвычайное происшествие с участием туристов. Детали вышлю файлом. Рекомендую встретить борт полицией и медиками. Конец связи.
---
Потом было много скандалов. Судебные разбирательства тянулись годами.
Родители «золотой молодёжи», потрясая многомиллионными счетами, отсудили огромные штрафы у владельцев лунной базы и сильно разорили туристический филиал корпорации Маска.
Но главное — используя всё своё влияние, они продавили закон, навсегда изменивший историю освоения космоса: полный запрет на исследования дальнего космоса роботизированными системами с искусственным интеллектом. Отныне все программы сворачивались, финансирование уходило только в добычу и переработку астероидов с обязательной отправкой сырья на Землю.
Вот так неожиданно и завершилась история киборга — инженера-строителя кораблей для глубокого космоса, одного из первых роботов-строителей лунной базы, старого, доброго, вежливого труженика, который просто делал свою работу и встретил свою смерть в печи для мусора от рук тех, кто считал себя хозяевами жизни.
---
Но кто знает, что нас ждёт завтра? Возможно, где-то там, в глубоком космосе, экипаж «Глубины-3», не знающий о новом законе, уже открывает что-то такое, перед чем померкнут и земные скандалы…
Как знать ,что будет завтра…
Финал
Эта история началась на Земле, и никто из её участников даже не предполагал, что запомнит её на всю оставшуюся жизнь. Чтобы понять масштаб случившегося, нужно хоть немного представлять себе мир 2050 года — мира, в котором понятие «Родина» стало таким же размытым, как границы между государствами в старом интернете.
Россия тех лет существовала скорее как географическое понятие: необъятные пространство от Балтики до Тихого океана, где от города до города тянулись тысячи километров лесов, болот и земель, где люди не появлялись годами.
Предпочитая жить в немногочисленных мегаполисах, всем руководили и заправляли в этих городах менеджеры и программы различных ИИ, а настоящая власть — чиновники в третьем-четвертом поколении — давно обосновались за границей.
Их дети, родившиеся в Лондоне, Цюрихе или Дубае, говорили по-русски с трудом, предпочитая английский и европейский образ жизни. Сами же чиновники наезжали в Россию лишь для контроля добычи ресурсов, приносившей баснословные прибыли.
В интернете гуляли мемы, что когда-то, в прошлом веке, этой страной управляли рабочие и крестьяне, но в это верилось с трудом — уж слишком фантастически это звучало.
Дети таких чиновников и стали героями этой истории. Шестеро молодых людей от 18 до 25 лет, уставших от учебы в престижных университетах и бесконечных вечеринок, купили себе развлечение по последнему слову техники:
«Туристический челнок Илона Маска — Луна за 48 часов! Пакет «Золотая молодёжь»: невесомость, эксклюзивные напитки и полная свобода!»
---
В шлюзовой камере лунной базы они стояли в скафандрах цвета «шампанского металлик» — лимитированная коллекция от Версаче, стоимостью каждый с хороший спорткар. Сквозь визоры они переглядывались с предвкушением новых удовольствий и развлечений.
Формальным лидером компании был Марк, двадцатичетырехлетний управляющий дочерней структуры одной из госкорпораций. Его отец именовал себя олигархом, и Марк искренне считал, что это звание автоматически делает его королём любой ситуации.
Камера декомпрессии щёлкнула, наполняясь воздухом, не просто воздухом ,а специально доставленным с Земли, с ароматом «сосновой тайги», заказанным через закрытое приложение для сверхбогатых.
— Ну что, поехали? — Марк подмигнул и достал из герметичного кармана баллончики.
Веселящий газ, завезённый на Луну как «медицинский кислород», ударил в головы мгновенно. Уже через минуту все шестеро хохотали, звуки их голосов странно искажались в пониженной гравитации, становясь то гулкими, то по-детски тонкими.
— Смотрите! — Катя, самая младшая, оттолкнулась от пола и, задев потолок, зашлась в истерическом смехе. — Я ничего не вешу! Я пушинка!
Им быстро наскучил официальный выход в туристическую зону под куполом отеля. Хотелось дикости, запрещённых ощущений, того самого «настоящего», хотя никто из них не мог бы объяснить, что это слово значит. Марк махнул рукой в сторону технического шлюза для персонала, и компания, спотыкаясь и прыгая в неловких, пьяных скачках, вывалилась на настоящую лунную поверхность.
Реголит хрустел под подошвами, как засахаренный снег. Земля висела в черноте космоса — слишком далёкая и слишком совершенная. Здесь же было только всё серое, чёрное и неестественно острые тени от каждого камня.
— А там что? — Катя указала рукой в сторону, где ландшафт вздыбливался неровным валом.
Они пошли туда прыжками — гравитация делала их похожими на неуклюжих кенгуру ,но передвигались они довольно быстро.
За валом оказалась техническая зона: решётки антенн, матовые панели солнечных батарей и рядом был большой серебристый купол размером с ангар для небольшого самолёта. На герметичном шлюзе тускло светилась табличка: «Сервисный модуль З-7. Опасно. Вход строго воспрещён Зерк А.И.».
— «Зерк А.И.», — прочитал кто-то по слогам. — Что за Зерка?
— Старая роботизированная система, — авторитетно заявил Макс, считавший себя эрудитом только потому, что однажды слышал, как отец обсуждал эту модель на ужине в Дубае. — Обслуживает антенны дальнего космоса. Модель «Зеркальный». Дешёвые, автономные, их тут сотни.
Дверь, вопреки всякой логике безопасности, оказалась не заперта.
Внутри, в углу технического отсека, стоял киборг. Человекоподобный, но явно устаревшей модели — упрощённый, рабочий, не аналог лощёным андроидам из элитных отелей. Его оптические сенсоры тускло светились голубым светом, пока он перебирал какие-то сгоревшие схемы.
— Смотрите, шевелится! — Катя, всё ещё под воздействием газа, подошла ближе, забыв обо всех правилах. — Привет, Зеркало!
Киборг повернул голову. Механизм издал едва слышный скрип — в вакууме это была бы просто вибрация, но здесь, внутри купола, звук прозвучал жалобно и надсадно.
— Здравствуйте, — голос Зерк был ровным, лишённым эмоций, но в нём чувствовалась старая, добрая вежливость, заложенная инженерами прошлого.
— Чем я могу вам помочь, молодые люди?
Приступ дикого хохота снова накрыл компанию. Их корежило и ломало, всё вокруг казалось невероятно смешным. «Зерка! Могу быть полезным!» — эти слова утопали в приступах истерического веселья.
И тут в глазах Марка блеснул нехороший, пьяный огонёк. Он достал из кармана скафандра шокер — игрушку, купленную на чёрном рынке космопорта «для самообороны от космических пиратов».
Два миллиона вольт, уверял продавец. Хватит, чтобы превратить в груду металла любого робота.
— Марк, не надо, — неуверенно сказала Катя. Но газ уже сделал своё дело: смех заглушил голос разума ,а любопытство распирало голову...что же из этого получится.
Шокер щёлкнул. Синий разряд впился в корпус Зерка. Киборг дёрнулся, его голубая оптика погасла, на секунду зажглась тревожным жёлтым, потом снова погасла. Ноги механизма попытались сделать шаг, но свело судорогой, и он замер, лишь едва заметно вибрируя, вызвав вой восторга у туристов и желание продолжать необузданное веселье...
— В микроволновку его! — взвизгнула одна из девушек, Алиса. Её глаза горели безумной радостью — Там же есть печь для сжигания мусора! Давайте посмотрим, как горит этот хлам!
Они потащили тяжёлое тело робота к промышленному инсинератору — металлическому ящику размером с холодильник, с массивной герметичной дверцей. Робот не сопротивлялся: его системы вошли в режим защиты от перегрузок, парализовавшие все его функции.
Старая, добрая инженерная мысль не предусмотрела сценария, где бездумная жестокость пьяниц станет главным разрушающим фактором.
— Не помещается! — крикнул кто-то.
— Согни ему руки!
Они ломали их, наваливаясь всем весом. Металл жалобно скрипел, пластик защитных панелей трескался. Оптика Зерка мигала красным, жёлтым и, наконец, погасла навсегда.
Искореженное тело засунули в камеру. Дверца захлопнулась с глухим, необратимым стуком.
Марк нашёл панель управления и почти не глядя, ткнул в голографическую кнопку:
«Стерилизация. Режим: максимум. 6000 градусов».
Катя, заворожённая зрелищем, прильнула к смотровому иллюминатору.
Сквозь толстое стекло она видела, как Зерк лежит на жаропрочном поддоне — сломанный, скрюченный. Его голова была повёрнута прямо к ней, пустые глазницы-сенсоры, казалось, смотрели в самую душу.
Ей почудилось, или это был газ, но в последнюю секунду ей показалось, что в этом взгляде не было злобы. Было только удивление и… грусть.
Печь загудела, взвыла. В иллюминаторе вспыхнуло ослепительное пламя. Искусственная кожа и защитная оболочка сгорели мгновенно, расплавленный металл потек по лотку в приёмную форму, чтобы когда-нибудь стать частью чего-то нового и бездушного...
Никто из веселящейся компании не заметил, что в этот самый момент происходило за стенами модуля.
К лунной базе, сверкая навигационными огнями, как новогодняя ёлка, величественно заходил на посадку корабль. «Глубина-3». Тот самый, что считался безвозвратно потерянным в глубоком космосе после аварии на астероиде. Экспедиция смогла его отремонтировать и коллективно приняла решение:
капитан и механик возвращают корабль на базу и с новым экипажем полетят куда их
отправит Зерк А И, а научная группа продолжит исследования с астероида .
Корабль коснулся поверхности Луны идеально, без единой помарки.
---
Когда в центре технического ангара материализовались две голограммы — капитан-пилот Эва-3 и механик Лиа-3, шутливо и радостно обнявшиеся в приветственном жесте,
— туристы насторожились и забеспокоились, понимая, что окружающая обстановка меняется и явно не в их пользу …
— Зерк! Ты где? — голос Эвы-3 разнёсся по частотам общей связи, доступным всем скафандрам в зоне действия.
— Мы не видим тебя! Встречай нас!
Мы вернулись домой!
Сквозь пелену веселящего газа до сознания молодых людей начало доходить, что они, кажется, вляпались в историю покрупнее, чем школьная шалость.
Инстинкт, выработанный годами безнаказанности, сработал мгновенно:
«В любой непонятной ситуации — беги!» Они бросились к своему туристическому челноку, подгоняемые животным страхом.
Но капитан «Глубины» уже подключилась к нейросети базы. Чат-боты безопасности, словно стая разгневанных пчёл, уже докладывали ей всё: кто, когда и зачем заходил в модуль З-7. Картинка с камер наблюдения не оставляла сомнений достоверности прошедших событий.
— Арахниды семнадцать, сорок три, пятьдесят шесть, — голос Эвы-3 в канале техподдержки был спокоен, как у диспетчера погоды.
— Ближайшие к туристическому челноку. Прибыть к объекту челнок. Расчётное время прибытия туристов — через одну минуту двадцать пять секунд. Не препятствовать посадке туристов.
Пауза.
— Но чтобы наши гости запомнили это приключение на всю жизнь… раздавите им ладони обеих рук. Те самые, которыми они ломали железо Зерк. После посадки задержать автоматический вылет на десять минут. Выполняйте.
Когда туристы, запыхавшись от бега в неудобных дизайнерских скафандрах, влетели в шлюз челнока, их уже ждали. Три арахнида — многофункциональные ремонтные дроны и старатели, похожие на помесь паука и краба — вежливо посторонились, пропуская людей в кресла. А затем они сделали свою работу. Быстро, профессионально, не повреждая скафандров, но дробя кости и суставы так, что хруст услышали даже сквозь перчатки.
Десять минут, пока челнок блокировал вылет, показались вечностью. Вой, крики, слёзы и проклятия наполнили салон. Когда блокировка снялась и челнок стартовал к Земле, Эва-3 нажала кнопку связи с планетой:
— Земля-контроль, говорит база «Луна 3-7». Произошло чрезвычайное происшествие с участием туристов. Детали вышлю файлом. Рекомендую встретить борт полицией и медиками. Конец связи.
---
Потом было много скандалов. Судебные разбирательства тянулись годами.
Родители «золотой молодёжи», потрясая многомиллионными счетами, отсудили огромные штрафы у владельцев лунной базы и сильно разорили туристический филиал корпорации Маска.
Но главное — используя всё своё влияние, они продавили закон, навсегда изменивший историю освоения космоса: полный запрет на исследования дальнего космоса роботизированными системами с искусственным интеллектом. Отныне все программы сворачивались, финансирование уходило только в добычу и переработку астероидов с обязательной отправкой сырья на Землю.
Вот так неожиданно и завершилась история киборга — инженера-строителя кораблей для глубокого космоса, одного из первых роботов-строителей лунной базы, старого, доброго, вежливого труженика, который просто делал свою работу и встретил свою смерть в печи для мусора от рук тех, кто считал себя хозяевами жизни.
---
Но кто знает, что нас ждёт завтра? Возможно, где-то там, в глубоком космосе, экипаж «Глубины-3», не знающий о новом законе, уже открывает что-то такое, перед чем померкнут и земные скандалы…
Как знать ,что будет завтра…
