Глядя на учителя, я поняла, что его искренне забавляет наше удивление. Хотя от комментариев он предпочёл воздержаться. Но по озорным огонькам в его глазах было понятно, что эта идея его искренне веселит. А что? Может этот «привет» и будет символом примирения, или хотя бы оттепели в их отношениях? Хотелось бы на это надеяться.
Уже поздним вечером, добравшись, наконец, до своего компьютера, принялась сочинять сообщение Максу. Вообще мы с ним переписывались стабильно пару раз в неделю, изредка даже созванивались. Но это виртуальное общение не могло заменить личного присутствия, за это я и недолюбливала телефоны. Отправив письмо и захлопнув ноутбук, обессилено упала на кровать. Всё-таки сегодняшний день был длинным, и очень эмоциональным. Но ещё он стал своего рода прорывом. Я верила, что теперь всё наладиться. Тамир помириться с Эверио, Тарша и Литсери снова будут вместе, и все будет хорошо. Теперь я была, как никогда в этом уверена.
Так пролетел ещё один месяц моей жизни в городе под названием Дом Солнца. Теперь всё шло по накатанной колее. А в моей жизни плотно закрепились ежедневные тренировки, занятия по преобразованию энергии, изучение всё новых и новых фолиантов, а ещё Тамир, Тарша и, как ни странно, Арти.
За прошедшие несколько недель мы с Артионом много общались, можно даже сказать, подружились. Хотя, я чувствовала, что ему трудно воспринимать меня в серьёз. Для него я была и остаюсь всего лишь простой полукровкой. И винить его в этом нельзя. Трудно отказаться от догм и стереотипов, когда тебе прививают их с раннего детства. А самым смешным было то, что я чувствовала, как в Арти идёт постоянная внутренняя борьба. С одной стороны, такие как я, им всегда воспринимались как низший класс, а с другой - было понятно, что ему приятно моё общество. Надеюсь только, он не догадывается о моей осведомлённости о его внутренних противоречиях. Хотя… всё может быть.
Недавно Тамир поведал мне основную причину столь долгого срока обучения. И главным во всём этом образовательном процессе, а точнее в процессе «самосовершенствования под наблюдением», как называл его мой учитель, было всего лишь стать хозяином собственных мыслей. Научиться контролировать их ход, последовательность. Не думать о плохом, оценивать всё правильно и позитивно. Нужно было научиться выстраивать последовательные мысленные образы, без разрывов и отступлений. Научиться очень чётко представлять себе не только энергетическое пространство, как сгустки энергии, но и как геометрическую систему координат, заполняющую всё и вся. Все мысленные команды или действия, должны быть ясными и слаженными. Ведь, как оказалось, центр управления энергией, как и её преобразованием, есть мысль.
Но, как оказалось, навести порядок в собственной голове дело вовсе не лёгкое, требующее постоянных усилий и контроля. Ведь мысли – они такие непостоянные. Иногда стоит услышать всего лишь какую-то ноту или отголосок фразы чтобы они тут же отправились в путешествие по просторам памяти или фантазии. Вот над их дрессировкой мне предстояло трудиться постоянно, не давая себе расслабиться ни на минуту. В этом деле изрядно помогала так называемая медитация, азы которой Тамир долго и нудно пытался вбить в мою неуёмную голову. Я старалась, как могла, и кое-что у меня даже получалось, но… далеко не всё и уж точно не сразу.
Немало помогал Арти, вызвавшийся заниматься со мной медитацией, на что Тамир согласился без вопросов. Подозреваю, что учитель рассчитывал на то, что проводя много времени вместе, мы рано или поздно подружимся. А ему очень хотелось, чтобы и в его враждебном мире, у меня были друзья.
И вот однажды в самом конце апреля, когда мы возвращались домой после очередного занятия, я вдруг решила спросить Арти, не в курсе ли он, чем, собственно, занимается команда его брата… Уж очень давно меня интересовал этот вопрос.
- А разве ты не знаешь? - удивился он, глядя мне в глаза. В ответ я отрицательно помотала головой, старательно изображая наивную дурочку. – Ладно… - согласился он, лукаво мне подмигнув. – Я не вижу в этом тайны. В общем, Рио и его сподвижники, грубо говоря, контролируют наши взаимодействия с людьми. Вообще мы стараемся по возможности не вмешиваться в их жизнь, но иногда, особенно на макро-уровне, это бывает просто необходимо. А так как свои способности на них мы применять не можем, весь контроль осуществляется посредством денежной массы, политических интриг и основании всяких там благотворительных организаций. Правда, бывают моменты, когда и это не помогает. Вот тогда и необходимо вмешательство команды моего брата. Они предотвращают крупные теракты, способные стать причиной войн. Срывают наиболее опасные для человечества эксперименты, борются с фанатиками-террористами и учёными. В общем, всеми силами стараются не дать людям уничтожить планету. Можно сказать, что они занимаются нашей общей безопасностью. Охраняют Землю и нас от людей, а людей от них же самих.
- Интересно… и Лит тоже в этой команде? – наконец, спросила я, отходя от шокового состояния. Я могла предположить что угодно, но только не это. А оказывается, мой косвенный убийца просто изображает из себя супергероя? Смешно… И Лит тоже? Ха! «Бэтмен и Робин» недоделанные!
- Ты имеешь в виду Литсери? – уточнил Арти.
- Именно его, - ответила я.
- Думаю, что да… Если учесть что он – правая рука Рио.
- А они, часом, не родственники? Может, Лит вам какой-нибудь пятиюродный брат? Уж больно они похожи иногда… особенно повадками, - «а точнее дикой любовью к играм с людьми, со мной в частности» - добавила уже про себя.
- Слава Богу, нет, - ответил парень. - Я понятия не имею, откуда он вообще взялся. Да и не нравится он мне, слишком напыщенный и надменный.
В ответ на это заявлении я только понимающе хмыкнул, но отвечать ничего не стала. И так ясно, что для Арти Лит если и не враг, то уж точно не друг. А причин у этого может быть масса.
- Кстати, от твоего Макса не было новостей? – спросил вдруг Арти, прерывая мои размышления о бедняжке-Лите, которого все так не любят.
- Нет, - ответила я, радуясь резкой смене темы. – По его словам, месяц назад Эверио сказал, что в связи с важными делами, не сможет выходить на связь несколько недель. Но, прошло много времени, а от него нет никаких вестей. Я знаю, что Макс сильно переживает. Он сказал, что Рио ещё ни разу не пропадал так надолго.
- Вот это-то и настораживает, - проговорил Арти. – Что-то мне подсказывает, что у Рио неприятности.
- Возможно, и даже вполне вероятно, учитывая сферу его деятельности, но… думаю, причин для беспокойства нет. Хотя Макс заставил меня пообещать, что если я хоть что-то узнаю о его обожаемом Эви, то сразу же ему сообщу. Да только даже не представляю, откуда ко мне может попасть такая информация, - добавила я с иронией. – Кстати, он сейчас недалеко в городе. Говорит, что у него здесь какие-то мега важные дела. Подозреваю, что у этих дел женское им и довольно неплохая фигура. Кстати, если есть желание, я могу организовать тебе встречу с Максом. Встретились бы, поговорили, он бы тебе многое об Эверио рассказал. Ведь, как я поняла вы с ним довольно редко пересекаетесь лично.
- Да за всю мою жизнь Рио приезжал в Северный Дом всего раза два, но даже в эти короткие визиты предпочитал не появляться дома. У него довольно прохладные отношения с отцом. Я бы даже назвал их ледяными, - усмехнулся Арти. – А что касается Макса… я подумаю над твоим предложением.
- Только думай быстрее, а то боюсь надолго мой друг в городе не задержится.
Когда мы уже подходили к дому Тамира, в душе появилось странное щемящее предчувствие какой-то чего-то нехорошего. Какой-то капитальной катастрофы, наверно именно поэтому, распрощавшись с Арти у конюшни, откуда он собирался отправиться за к Мей, я направилась прямиком в кабинет Тамира. Но едва переступив порог, замерла на месте. Нет, я конечно предчувствовала неприятности, но чтоб такие!
На своём законном месте в кресле за столом сидел Тамир и выглядел таким бледным и озадаченным, что при виде него мне тут же захотелось развернуться и уйти прочь. Но тот факт, что напротив него сидела такая же напряжённая Оксария, заставил меня остаться. Ох, чует моё сердце, не просто так она решила нанести нам визит…
Наверно, я бы ещё долго стояла в проходе, пытаясь понять, что происходит, если бы меня не подтолкнула вперёд, неожиданно появившаяся Тарша. Вот уж она не стала церемониться и стоить догадки. А предпочла просто спросить обо всём прямо.
- Что происходит? – выдала она раздражённо. – Оксария, какими судьбами в нашем скоромном жилище?
- Присаживайтесь, нужно поговорить, - ответил за неё Тамир, и голос его был напряжённым до неузнаваемости. Это насторожило меня ещё сильнее. Мы с Таршей переглянулись, и заняли места в креслах у камина.
В кабинете повисло странное напряжённое молчание, как будто нам с Таршей собирались сообщить что-то жуткое и никак не решались это сделать. Наконец, я не выдержала:
- Тамир, Окси… Говорите уже. Я хоть и не умею читать мысли, но за то прекрасно чувствую ваше напряжение и какую-то непонятную скорбь. И поверьте, от этого ожидания только хуже.
Оксария вопросительно посмотрела на моего наставника, и дождавшись его какого-то вымученного кивка, заговорила.
- Я пришла к вам за помощью, - сказала она тихо и с каким-то опасением в голосе. Было ясно, что говорить об этом девушке сложно и совсем неприятно. Не тот характер, чтобы просить кого-то, и уж тем более полукровку. Но, видимо, обстоятельства складывались так, что даже такой гордой девушке как она пришлось затолкать поглубже свои предрассудки и переступить через собственные принципы. Это настораживало… – В общем, один из членов нашей группы попал в руки спецслужб (причём не этой страны), и уже больше месяца его держат под стражей. Изучают, так сказать, особенности вида... – она грустно усмехнулась. - Эти странные учёные вдруг поняли, что он не просто человек и единодушно вынесли ему приговор подопытного образца. Нам известно, что пока они стараются его «разговорить». Но он молчит… - Окси опустила глаза, судя по всему, на этом моменте рассказа её железобетонное самообладание всё-таки дало трещину, а голос стал срываться. – Мы исчерпали весь спектр своих возможностей, но… так и не нашли способа вытащить его оттуда. Единственное, что нам осталось, это применение силы, но обойтись без жертв при этом не получиться. Сами понимаете, не так просто взять штурмом военно-исследовательскую базу.
- Мне очень жаль, - в повисшей тишине голос Тарши казался тихим шелестом. - Но я не понимаю, чем в этом случае можем помочь мы?
Окси вздохнула.
- Посмотрите на это, - тихо проговорила она, вытаскивая из узкой сумки-планшетки какую-то фотографию и протягивая нам. Рука её слегка дрогнула, что было совершенно не свойственно для этой сильной и уверенной в себе особы.
Одного взгляда на изображённую на снимке девушку хватило, чтобы понять о какой именно помощи идёт речь. И пусть, на первый взгляд в ней не было ничего примечательного. Ну, чёрные волосы, выстриженные в аккуратное каре, ну узкие очки с жёлтыми стёклами… белый халат врача. Но, самое смешное заключалось в том, что она была как две капли воды похожа на меня!
- Это доктор Эмма Джонс, входящая в группу специалистов, занимающихся изучением пленника, - взяв себя в руки, ровным голосом продолжила Оксария. – Как видишь, Тиа, ты наша последняя надежда.
- Но… чем я смогу помочь? - растерянно проговорила я. – Ведь кроме явного внешнего сходства больше ничего нет.
- Если ты согласишься, то у нас хотя бы появиться надежда. У него появится надежда… - ответила девушка, а в её ярко зелёных глазах читалась тихая мольба. – Возможно, нам удастся его оттуда вытащить, хоть сейчас это и кажется нереальным. Но… если бы ты смогла установить с ним мысленный контакт, это уже стало бы достижением.
- Честно говоря, этого я пока не умею… - с надеждой взглянула на учителя, ожидая его реакции.
- Это только твой выбор, - поспешил ответить он, поднимая на меня уставший взгляд. – И я не стану осуждать, какое бы решение ты не приняла. Пойму, если откажешься, ведь именно эти люди не так давно без разбирательств вынесли тебе смертный приговор. А если всё же решишь помочь, то должна понимать, что это опасно. Станешь ли ты рисковать собой, даже если ставкой будет чужая жизнь? Причём жизнь твоего врага…
Тут–то мне в голову и пришла эта ужасная догадка, от которой я старалась отмахнуться как от назойливой мухи, не веря, что такое вообще возможно. Но факты и странное настроение Тамира только подтверждали все эти страшные предположения, а обрисовавшиеся выводы привели меня в состояние полного шокового оцепенения.
- Окси, кто пленник? – я посмотрела на неё с вызовом, а мир на мгновение замер. Звуки стихли, а в лёгкие перестал поступать воздух. – Скажи… это Лит?
Тарша мигом побледнела и схватилась за край стола с такой силой, что по нему пошли трещины. Она пыталась что-то сказать, но собственный язык её не слушался, а паника, исходящая от неё волнами, напрочь лишала возможности мыслить адекватно.
Мне показалось, она не дышит… не думает… не видит ничего… и единственное, что осталось для неё важным – ответ Окси.
- Нет, Тиа, - сказала Оксария, и эти слова вызвали вздох облегчения племянницы Тамира.
Я тоже успокоилась. Всё же, как бы не относилась к Литсери, но моё уважение он заслужил. И, может, это глупо, но ради спасения его жизни я бы рискнула своей. Не знаю как, не знаю почему, но этот тип стал для меня очень важен. Его выходки, игры, продуманные стратегии… И, честно говоря, если бы когда-нибудь меня попросили выбрать себе врага, я бы не задумываясь ткнула пальцем в Лита. Такому как он и проиграть не стыдно, а уж как захватывает противостояние? Он сильный противник. Жаль что друзьями нам никогда не стать…
- Это радует, - выдала Тарша, глупо улыбаясь, а в её глазах промелькнуло нечто похожее на счастье. Ведь тот, без кого её жизнь потеряла бы смысл, оказался жив, а важнее ничего быть не могло. И пусть он не с ней…. главное, что с ним всё в порядке.
- Так влипнуть мог только один неосмотрительный глупец, - проговорил учитель, задумчиво рассматривая поверхность чашки с давно остывшим кофе. На губах растянулась кривая вымученная улыбка, спокойно лежащие на поверхности стола ладони непроизвольно сжались в кулаки, а голос впервые на моей памяти дрогнул: – Эверио.
Сердце пропустило удар, дыхание остановилось, а всё тело передёрнуло, как от жуткого испуга…
- Что? – сказать, что я была шокирована, значит, ничего не сказать.
Рио? Не может быть! Как?
Что я скажу Максу?
Мой ошарашенный разум отказывался принимать действительность. И даже мысль о том, что с Эверио может что-то случиться, казалась какой-то нереальной и совершенно дикой. Я всегда считала его сдержанным, холодным и опасным, хоть многие и говорили что он законченный авантюрист. Он вызывал у меня чувство панического страха, и по всем правилам новость о его промахе и своеобразном плене, должна была восприняться мной как хорошая. Ведь больше не нужно было опасаться его и его команды. Но…
Этих «но» было слишком много.
Уже поздним вечером, добравшись, наконец, до своего компьютера, принялась сочинять сообщение Максу. Вообще мы с ним переписывались стабильно пару раз в неделю, изредка даже созванивались. Но это виртуальное общение не могло заменить личного присутствия, за это я и недолюбливала телефоны. Отправив письмо и захлопнув ноутбук, обессилено упала на кровать. Всё-таки сегодняшний день был длинным, и очень эмоциональным. Но ещё он стал своего рода прорывом. Я верила, что теперь всё наладиться. Тамир помириться с Эверио, Тарша и Литсери снова будут вместе, и все будет хорошо. Теперь я была, как никогда в этом уверена.
Глава 19. Рука протянутая врагу.
Так пролетел ещё один месяц моей жизни в городе под названием Дом Солнца. Теперь всё шло по накатанной колее. А в моей жизни плотно закрепились ежедневные тренировки, занятия по преобразованию энергии, изучение всё новых и новых фолиантов, а ещё Тамир, Тарша и, как ни странно, Арти.
За прошедшие несколько недель мы с Артионом много общались, можно даже сказать, подружились. Хотя, я чувствовала, что ему трудно воспринимать меня в серьёз. Для него я была и остаюсь всего лишь простой полукровкой. И винить его в этом нельзя. Трудно отказаться от догм и стереотипов, когда тебе прививают их с раннего детства. А самым смешным было то, что я чувствовала, как в Арти идёт постоянная внутренняя борьба. С одной стороны, такие как я, им всегда воспринимались как низший класс, а с другой - было понятно, что ему приятно моё общество. Надеюсь только, он не догадывается о моей осведомлённости о его внутренних противоречиях. Хотя… всё может быть.
Недавно Тамир поведал мне основную причину столь долгого срока обучения. И главным во всём этом образовательном процессе, а точнее в процессе «самосовершенствования под наблюдением», как называл его мой учитель, было всего лишь стать хозяином собственных мыслей. Научиться контролировать их ход, последовательность. Не думать о плохом, оценивать всё правильно и позитивно. Нужно было научиться выстраивать последовательные мысленные образы, без разрывов и отступлений. Научиться очень чётко представлять себе не только энергетическое пространство, как сгустки энергии, но и как геометрическую систему координат, заполняющую всё и вся. Все мысленные команды или действия, должны быть ясными и слаженными. Ведь, как оказалось, центр управления энергией, как и её преобразованием, есть мысль.
Но, как оказалось, навести порядок в собственной голове дело вовсе не лёгкое, требующее постоянных усилий и контроля. Ведь мысли – они такие непостоянные. Иногда стоит услышать всего лишь какую-то ноту или отголосок фразы чтобы они тут же отправились в путешествие по просторам памяти или фантазии. Вот над их дрессировкой мне предстояло трудиться постоянно, не давая себе расслабиться ни на минуту. В этом деле изрядно помогала так называемая медитация, азы которой Тамир долго и нудно пытался вбить в мою неуёмную голову. Я старалась, как могла, и кое-что у меня даже получалось, но… далеко не всё и уж точно не сразу.
Немало помогал Арти, вызвавшийся заниматься со мной медитацией, на что Тамир согласился без вопросов. Подозреваю, что учитель рассчитывал на то, что проводя много времени вместе, мы рано или поздно подружимся. А ему очень хотелось, чтобы и в его враждебном мире, у меня были друзья.
И вот однажды в самом конце апреля, когда мы возвращались домой после очередного занятия, я вдруг решила спросить Арти, не в курсе ли он, чем, собственно, занимается команда его брата… Уж очень давно меня интересовал этот вопрос.
- А разве ты не знаешь? - удивился он, глядя мне в глаза. В ответ я отрицательно помотала головой, старательно изображая наивную дурочку. – Ладно… - согласился он, лукаво мне подмигнув. – Я не вижу в этом тайны. В общем, Рио и его сподвижники, грубо говоря, контролируют наши взаимодействия с людьми. Вообще мы стараемся по возможности не вмешиваться в их жизнь, но иногда, особенно на макро-уровне, это бывает просто необходимо. А так как свои способности на них мы применять не можем, весь контроль осуществляется посредством денежной массы, политических интриг и основании всяких там благотворительных организаций. Правда, бывают моменты, когда и это не помогает. Вот тогда и необходимо вмешательство команды моего брата. Они предотвращают крупные теракты, способные стать причиной войн. Срывают наиболее опасные для человечества эксперименты, борются с фанатиками-террористами и учёными. В общем, всеми силами стараются не дать людям уничтожить планету. Можно сказать, что они занимаются нашей общей безопасностью. Охраняют Землю и нас от людей, а людей от них же самих.
- Интересно… и Лит тоже в этой команде? – наконец, спросила я, отходя от шокового состояния. Я могла предположить что угодно, но только не это. А оказывается, мой косвенный убийца просто изображает из себя супергероя? Смешно… И Лит тоже? Ха! «Бэтмен и Робин» недоделанные!
- Ты имеешь в виду Литсери? – уточнил Арти.
- Именно его, - ответила я.
- Думаю, что да… Если учесть что он – правая рука Рио.
- А они, часом, не родственники? Может, Лит вам какой-нибудь пятиюродный брат? Уж больно они похожи иногда… особенно повадками, - «а точнее дикой любовью к играм с людьми, со мной в частности» - добавила уже про себя.
- Слава Богу, нет, - ответил парень. - Я понятия не имею, откуда он вообще взялся. Да и не нравится он мне, слишком напыщенный и надменный.
В ответ на это заявлении я только понимающе хмыкнул, но отвечать ничего не стала. И так ясно, что для Арти Лит если и не враг, то уж точно не друг. А причин у этого может быть масса.
- Кстати, от твоего Макса не было новостей? – спросил вдруг Арти, прерывая мои размышления о бедняжке-Лите, которого все так не любят.
- Нет, - ответила я, радуясь резкой смене темы. – По его словам, месяц назад Эверио сказал, что в связи с важными делами, не сможет выходить на связь несколько недель. Но, прошло много времени, а от него нет никаких вестей. Я знаю, что Макс сильно переживает. Он сказал, что Рио ещё ни разу не пропадал так надолго.
- Вот это-то и настораживает, - проговорил Арти. – Что-то мне подсказывает, что у Рио неприятности.
- Возможно, и даже вполне вероятно, учитывая сферу его деятельности, но… думаю, причин для беспокойства нет. Хотя Макс заставил меня пообещать, что если я хоть что-то узнаю о его обожаемом Эви, то сразу же ему сообщу. Да только даже не представляю, откуда ко мне может попасть такая информация, - добавила я с иронией. – Кстати, он сейчас недалеко в городе. Говорит, что у него здесь какие-то мега важные дела. Подозреваю, что у этих дел женское им и довольно неплохая фигура. Кстати, если есть желание, я могу организовать тебе встречу с Максом. Встретились бы, поговорили, он бы тебе многое об Эверио рассказал. Ведь, как я поняла вы с ним довольно редко пересекаетесь лично.
- Да за всю мою жизнь Рио приезжал в Северный Дом всего раза два, но даже в эти короткие визиты предпочитал не появляться дома. У него довольно прохладные отношения с отцом. Я бы даже назвал их ледяными, - усмехнулся Арти. – А что касается Макса… я подумаю над твоим предложением.
- Только думай быстрее, а то боюсь надолго мой друг в городе не задержится.
Когда мы уже подходили к дому Тамира, в душе появилось странное щемящее предчувствие какой-то чего-то нехорошего. Какой-то капитальной катастрофы, наверно именно поэтому, распрощавшись с Арти у конюшни, откуда он собирался отправиться за к Мей, я направилась прямиком в кабинет Тамира. Но едва переступив порог, замерла на месте. Нет, я конечно предчувствовала неприятности, но чтоб такие!
На своём законном месте в кресле за столом сидел Тамир и выглядел таким бледным и озадаченным, что при виде него мне тут же захотелось развернуться и уйти прочь. Но тот факт, что напротив него сидела такая же напряжённая Оксария, заставил меня остаться. Ох, чует моё сердце, не просто так она решила нанести нам визит…
Наверно, я бы ещё долго стояла в проходе, пытаясь понять, что происходит, если бы меня не подтолкнула вперёд, неожиданно появившаяся Тарша. Вот уж она не стала церемониться и стоить догадки. А предпочла просто спросить обо всём прямо.
- Что происходит? – выдала она раздражённо. – Оксария, какими судьбами в нашем скоромном жилище?
- Присаживайтесь, нужно поговорить, - ответил за неё Тамир, и голос его был напряжённым до неузнаваемости. Это насторожило меня ещё сильнее. Мы с Таршей переглянулись, и заняли места в креслах у камина.
В кабинете повисло странное напряжённое молчание, как будто нам с Таршей собирались сообщить что-то жуткое и никак не решались это сделать. Наконец, я не выдержала:
- Тамир, Окси… Говорите уже. Я хоть и не умею читать мысли, но за то прекрасно чувствую ваше напряжение и какую-то непонятную скорбь. И поверьте, от этого ожидания только хуже.
Оксария вопросительно посмотрела на моего наставника, и дождавшись его какого-то вымученного кивка, заговорила.
- Я пришла к вам за помощью, - сказала она тихо и с каким-то опасением в голосе. Было ясно, что говорить об этом девушке сложно и совсем неприятно. Не тот характер, чтобы просить кого-то, и уж тем более полукровку. Но, видимо, обстоятельства складывались так, что даже такой гордой девушке как она пришлось затолкать поглубже свои предрассудки и переступить через собственные принципы. Это настораживало… – В общем, один из членов нашей группы попал в руки спецслужб (причём не этой страны), и уже больше месяца его держат под стражей. Изучают, так сказать, особенности вида... – она грустно усмехнулась. - Эти странные учёные вдруг поняли, что он не просто человек и единодушно вынесли ему приговор подопытного образца. Нам известно, что пока они стараются его «разговорить». Но он молчит… - Окси опустила глаза, судя по всему, на этом моменте рассказа её железобетонное самообладание всё-таки дало трещину, а голос стал срываться. – Мы исчерпали весь спектр своих возможностей, но… так и не нашли способа вытащить его оттуда. Единственное, что нам осталось, это применение силы, но обойтись без жертв при этом не получиться. Сами понимаете, не так просто взять штурмом военно-исследовательскую базу.
- Мне очень жаль, - в повисшей тишине голос Тарши казался тихим шелестом. - Но я не понимаю, чем в этом случае можем помочь мы?
Окси вздохнула.
- Посмотрите на это, - тихо проговорила она, вытаскивая из узкой сумки-планшетки какую-то фотографию и протягивая нам. Рука её слегка дрогнула, что было совершенно не свойственно для этой сильной и уверенной в себе особы.
Одного взгляда на изображённую на снимке девушку хватило, чтобы понять о какой именно помощи идёт речь. И пусть, на первый взгляд в ней не было ничего примечательного. Ну, чёрные волосы, выстриженные в аккуратное каре, ну узкие очки с жёлтыми стёклами… белый халат врача. Но, самое смешное заключалось в том, что она была как две капли воды похожа на меня!
- Это доктор Эмма Джонс, входящая в группу специалистов, занимающихся изучением пленника, - взяв себя в руки, ровным голосом продолжила Оксария. – Как видишь, Тиа, ты наша последняя надежда.
- Но… чем я смогу помочь? - растерянно проговорила я. – Ведь кроме явного внешнего сходства больше ничего нет.
- Если ты согласишься, то у нас хотя бы появиться надежда. У него появится надежда… - ответила девушка, а в её ярко зелёных глазах читалась тихая мольба. – Возможно, нам удастся его оттуда вытащить, хоть сейчас это и кажется нереальным. Но… если бы ты смогла установить с ним мысленный контакт, это уже стало бы достижением.
- Честно говоря, этого я пока не умею… - с надеждой взглянула на учителя, ожидая его реакции.
- Это только твой выбор, - поспешил ответить он, поднимая на меня уставший взгляд. – И я не стану осуждать, какое бы решение ты не приняла. Пойму, если откажешься, ведь именно эти люди не так давно без разбирательств вынесли тебе смертный приговор. А если всё же решишь помочь, то должна понимать, что это опасно. Станешь ли ты рисковать собой, даже если ставкой будет чужая жизнь? Причём жизнь твоего врага…
Тут–то мне в голову и пришла эта ужасная догадка, от которой я старалась отмахнуться как от назойливой мухи, не веря, что такое вообще возможно. Но факты и странное настроение Тамира только подтверждали все эти страшные предположения, а обрисовавшиеся выводы привели меня в состояние полного шокового оцепенения.
- Окси, кто пленник? – я посмотрела на неё с вызовом, а мир на мгновение замер. Звуки стихли, а в лёгкие перестал поступать воздух. – Скажи… это Лит?
Тарша мигом побледнела и схватилась за край стола с такой силой, что по нему пошли трещины. Она пыталась что-то сказать, но собственный язык её не слушался, а паника, исходящая от неё волнами, напрочь лишала возможности мыслить адекватно.
Мне показалось, она не дышит… не думает… не видит ничего… и единственное, что осталось для неё важным – ответ Окси.
- Нет, Тиа, - сказала Оксария, и эти слова вызвали вздох облегчения племянницы Тамира.
Я тоже успокоилась. Всё же, как бы не относилась к Литсери, но моё уважение он заслужил. И, может, это глупо, но ради спасения его жизни я бы рискнула своей. Не знаю как, не знаю почему, но этот тип стал для меня очень важен. Его выходки, игры, продуманные стратегии… И, честно говоря, если бы когда-нибудь меня попросили выбрать себе врага, я бы не задумываясь ткнула пальцем в Лита. Такому как он и проиграть не стыдно, а уж как захватывает противостояние? Он сильный противник. Жаль что друзьями нам никогда не стать…
- Это радует, - выдала Тарша, глупо улыбаясь, а в её глазах промелькнуло нечто похожее на счастье. Ведь тот, без кого её жизнь потеряла бы смысл, оказался жив, а важнее ничего быть не могло. И пусть он не с ней…. главное, что с ним всё в порядке.
- Так влипнуть мог только один неосмотрительный глупец, - проговорил учитель, задумчиво рассматривая поверхность чашки с давно остывшим кофе. На губах растянулась кривая вымученная улыбка, спокойно лежащие на поверхности стола ладони непроизвольно сжались в кулаки, а голос впервые на моей памяти дрогнул: – Эверио.
Сердце пропустило удар, дыхание остановилось, а всё тело передёрнуло, как от жуткого испуга…
- Что? – сказать, что я была шокирована, значит, ничего не сказать.
Рио? Не может быть! Как?
Что я скажу Максу?
Мой ошарашенный разум отказывался принимать действительность. И даже мысль о том, что с Эверио может что-то случиться, казалась какой-то нереальной и совершенно дикой. Я всегда считала его сдержанным, холодным и опасным, хоть многие и говорили что он законченный авантюрист. Он вызывал у меня чувство панического страха, и по всем правилам новость о его промахе и своеобразном плене, должна была восприняться мной как хорошая. Ведь больше не нужно было опасаться его и его команды. Но…
Этих «но» было слишком много.
