- Ну, тут ты приврал. На людях они проявляются куда более сдержано. Особенно в твоём случае. Ты всего лишь их воспринимаешь как выраженные, но по факту они заперты внутри твоего Либидо. При других обстоятельствах, ты бы не создавал никакого Феникса и не отдавал бы контроль над эмоциями.
- Так всё-таки, - Макс поднял голову и посмотрел на Таню. – Что он такое, этот Феникс? Единственное, что я понял из твоих слов – это некий образ, что я создал своими руками, который имеет какое-то отношение к моему отцу, и который каким-то образом управляет моими чувствами. Что же это за ментальный Крэнг?
- Такое, блять, ощущение, что я и есть причина его появления, - Таня прервала зрительный контакт и повернула голову к окну. – Ты же сам знаешь, что он такое. Неужели ты не замечал, что он активизируется в те моменты, когда падает твоя самооценка, когда ты не в состоянии овладеть своей Иришкой, или когда тебе просто противно твоё же поведение в конкретной ситуации?
- Замечал. И даже видел смысл в его появлении. Забавный факт: без него, как мне кажется, было бы намного сложнее мне ориентироваться и адекватно реагировать на различный трэш, что творится в жизни.
- Этот факт не столько забавный, сколько удачно подмеченный, - Таня снова наладила зрительный контакт. – Это твой идеал.
- Ааа, то есть ты хочешь сказать, что этот плод фантазии был создан мной для того, чтобы было на кого равняться и к чему стремиться?
- Ведь можешь, когда захочешь, - Таня улыбнулась.
- А отца напоминает, потому что это мой детский идеал. Ну, теперь всё понятно, - Макс расцепил пальцы и положил ладони на колени. Спина выпрямилась, а плечи вернулись в нормальное анатомическое положение. – А что насчёт тебя?
- Ну, начинается, - Таня поднимает голову вверх. Её волосы откинулись назад. – Откуда вы все такие любопытные берётесь?
- Я решил, что, раз уж мы такие откровенные сегодня, то почему бы не…
- Не дождёшься! – Таня закидывает ногу на ногу и обхватывает грудь руками. - У нас с Женей вообще-то всё серьёзно, если ты не знал.
- Ээм…я не это имел в виду. Если ты не забыла, то у меня есть Ира, а на тебя у меня планов не было.
- Вот как? Именно поэтому ТЫ выделил время на то, чтобы прийти ко мне, ТЫ говорил о том, что у тебя будет ограниченное количество времени и сейчас ТЫ даже не взглянул на часы. А ведь прошло уже сорок пять минут.
- Слушай, не пытайся меня обвинять в том, к чему я не имею отношения. Во-первых, пригласила меня сюда ТЫ. Во-вторых, инициатива разрулить наши с Ирой проблемы была ТВОЯ. В-третьих, о Фениксе, который никаким боком не фигурирует в нашем с Ирой романе, заговорила ТЫ. В-четвёртых,…
- Во-первых, такая манера подачи мыслей настолько затёрта, что напоминает твои трусы на заднице. Во-вторых, это неубедительно и пафосно. В-третьих, как ты только не путаешься в этой последовательности. В-четвёртых, а что было в-пятых? А в-шестых, я как на седьмом небе от восьмого чуда света. На девятом кругу ада через десятки анальных колец в одиннадцатом часу…
- Чё-то тебя понесло. Видать, задел за живое…
…Живое и уязвимое. Трепетно охраняемое тьмой, оно сохранить пытается последние оковы тайны. Желания Тани были на крючке у Жени вместе с её сексуальными привычками. Хищница стала добычей…в своём типичном обличии с завязанными за спиной руками, она стоит перед зеркалом. Её тело пошло волнами. Силуэт сзади знакомый до гроба держит нож у горла… «Заставь меня кончить!»…её промежность намокла.
Он медленно скользит лезвием по моему телу вниз. Жёсткий и хладнокровный, готовый разорвать меня на части. Мне нравится ощущать тебя физически. Смертельно сексуальная сучка. Я внутри не есть Я снаружи. Забудь обо всём, что я говорила. Помоги мне освободить себя от мирских оков. Малыш, неужели ты не видишь, как моё тело сжигает последние ниточки рубашки. Под такой бит сердца, я готова взорваться. Думаю, уже пора…
Она расстёгивает пуговицы. She is telling him to loosen up her butt on so she can’t fall into talk (Она просит его раздвинуть её жопу, пока она не успела разговориться). Ток бежит по нервам словно страсть. Сознание улетает в пропасть. В его руках она готова пропасть. Над ней власть трансгрессирует на уровень животного спарринга. Остаётся лишь коснуться…
- Знаешь, как понять, что перед тобой уязвимое и совратимое существо? – спросила Таня между делом. В рубашке тем временем появлялось декольте.
- Открыть атлас по анатомии, сверить параметры и разуть глаза? – Женя всё ещё не нашёл, что искал.
- Не совсем, - Таня приспускает рубашку с плеч. – Обратить внимание на оголённые участки кожи,…что вылезли из-под одежды, дабы игриво намекнуть на возможную игру в дразнилки.
- О как. Теперь буду знать о такой трактовке сексуального фетишизма.
- Разве не это является движущим механизмом желания овладеть особью противоположного пола? Вам, мужикам, ведь интересно взглянуть на следы от джинс, что так сексуально смотрятся на талии…
- Татьяна, вы пьяны.
- Я всего лишь хочу с тобой поиграться…мур-мур.
Женя ничего не ответил.
- Эй,…обрати на меня внимание, - Таня водит большими пальцами за поясом джинс и виляет тазом взад-вперёд. Они плавно съезжают, обнажая верхнюю треть ягодиц. Женя по-прежнему находился в поисках.
- Окей, - Таня прекращает свои попытки лёгкого стриптиза. – Где у тебя тут уборная?
- Прямо по коридору, направо, - ответил Женя, не поднимая голову.
Таня идёт по данному маршруту и заходит…в ванную, предварительно включив свет. Её отражение в зеркале напоминает образ молодой рыжей бестии из клипа на песню Любовь - ничто. Рубашка слетает с плеч и оказывается на полу. Джинсы находятся ниже бёдер, что так бесстыдно выпирают. В этой комнате были только она и её зазеркальный маньяк. Все мысли сводились к одному…
Молния сзади джинс медленно расстёгивает правая рука. «Насколько пошло ты подошла к этой встрече?», ткань скользит по влажным ляжкам, вызывая раздражение и чесотку. «Давай приоткроем твой грязный секрет». Руки ласкают тело от грудей до бёдер. Ноготки бегают по животу, вокруг пупка. «Я просто чуть-чуть тебя потискаю». Большие пальцы зашли за резинку трусов. «А теперь к весёлому!…Нужно накинуть одежду обратно, ведь к ванне кто-то идёт».
Таня резво натягивает джинсы и рубашку, начинает застёгивать пуговицы.
- Я так понимаю, тебе привычнее делать это с самой собой, - сказал Женя, скривив рожу. Уголки губ опущены, напряжены. Первая ничего не ответила - поправила причёску, отряхнулась и вышла из ванной.
- (Извращенка. Бьюсь об заклад, ей казалось, что это я её ласкаю).
- (Не сдержалась. Хотя, кто ж виноват, что моё желание близости до сих пор фрустрировано?)
Они переместились в комнату и уселись на кровать. Перед этим Женя взял из холодильника ликёр и два бокала из шкафа для посуды.
- Я уверен, ты будешь не против, - произнёс он, разливая напиток.
- Не откажусь, - подтвердила Таня. – А почему именно ликёр?
- Напомнил мне об одном случае, который я всё не могу вспомнить, - Женя протянул бокал Тане.
- Попробуй воспроизвести те эмоции, которые тебя переполняют при мысли о нём, - Таня делает глоток.
- Страсть, тревога, - Женя делает секундную паузу после каждого слова. – Ожидание, трепет, нагнетание, - он начал приближаться к Тане. – Безысходность, (и шёпотом) реальность.
- Евгений, вы немножко путаете чувства с эмоциями.
- А эмоции не есть чувства? А от мыслей не зависят решения? А Анима не равно Анимус?
- Ты как умудрился это запомнить? Потому что твоё лицо в тот момент выражало абсолютное непонимание центральной темы.
- Ты многого обо мне не знаешь. И вчера я в этом убедился.
- Мм…и каким образом?
- Ну, для начала – из твоей веры в то, что у тебя получится со мной играться. Это была слегка наигранная тактика, ведь ты изображала недоступность, будучи доступной всецело. Сегодняшняя попытка поцеловаться тому подтверждение.
- Надо же. И как давно ты научился читать людей? – тон у Тани саркастичный, пафосный.
- Да я сам в шоке. Как это у меня так получается? - Женя отвечает в той же манере.
- С самого начала ведь умел? Но почему-то не использовал. Ключевое слово - почему.
- Неа. Ключевое слово - умел. Где был хоть один момент, в котором я демонстрировал подобный навык?
- Ты его скрывал. Странно, что мне приходится тебе на это указывать. Женя, твоё поведение было зажатым, неуверенным. Ясно дело, что ты не раскрывался с тактической стороны.
- Если ты так думаешь, то я тебя снова обманул. Ты судишь обо мне с позиции состояния, в котором мой образ – твой Эрос. Неудивительно, что ты приписываешь мне те качества, которыми я не обладаю. По крайней мере, в своём обычном режиме.
- С чего ты взял, что мой Эрос занят тобой? Ты не настолько яркая птица, чтобы засесть в моём гнезде.
- Ты сама-то веришь, во что говоришь? Кто пять минут назад перед зеркалом со своим телом развлекался?
- Это мой фетиш. Вот и всё, - Таня делает три глотка залпом. – К тому же, если бы твоё утверждение было правдой, то я бы до полусмерти тебя затрахала при первой же возможности. Например, сейчас. Как видим, ты ещё жив.
- Ха-Ха-Ха! Вот и весь твой бихевиоризм. Опять же, ты оцениваешь моё поведение с позиции своей влюблённости, а значит, не можешь уловить просчётов. Для тебя я – идеал, который ты не имеешь права отпустить…
- Ты слишком высокого мнения о себе. Женя, не учи учёного. Не рой себе могилу.
- Хорошо, - Женя поставил бокал с ликёром на пол. – Тогда подай мне, пожалуйста, вон тот пояс, - он указал на синюю ленту, что лежала слева от Тани.
- Я так понимаю, именно её ты искал всё это время, - заключила она, протягивая к нему руку. Ответа не последовало. Она взяла пояс и повернулась обратно к Жене.
- Положи его между нами, - Таня выполняет.
- (А сейчас он попросит повернуться к нему спиной и соединить руки сзади. Как оригинально).
Женя повалил Таню на кровати.
- Ты сделаешь всё, что я захочу? – спрашивает он, глядя ей в глаза. Расстояние между их лицами минимальное.
- Конечно! – подтверждает она.
- Даже если мне придётся сделать с тобой что-то очень плохое?
- …Ой! Я тебя умоляю. Ты не сможешь мне навредить, кроме как продолжить дурманить мои обонятельные рецепторы своим запахом изо рта.
- Что ж… - Женя переворачивает Таню на спину, срывает с неё рубашку и завязывает поясом её руки за спиной.
- (О чём я и говорила. А сейчас он поставит меня…)
Он встаёт и куда-то уходит.
- (Так…что он задумал? Искренне верю, что это не имеет отношение к тому, о чём мы с Максом говорили).
По её ступне прошлось что-то острое и холодное. Она отдёргивает ногу.
- Эй! Ты что делаешь? – вскрикивает она.
- Не бойся. Это просто игра, - Женя возвращает на место её ногу, затем садится на неё в район голеней и фиксирует ступни на пальцах. Процедура повторяется, правда теперь он не позволяет ей их отдёрнуть.
- ААА! Стой! Не надо! – Таня зажмурилась. Её губы напряглись в улыбке.
- Чем больше ты будешь сопротивляться, тем неприятней будет, - с ухмылкой говорит Женя. Он водит остриём ножа по её пяткам, стопе. Таня приподнимает свой корпус над кроватью, пытаясь освободить свои ноги, но безуспешно. Она хохочет, сжав зубы. Каждая мышца на её лице сжата. Она резко падает обратно на кровать.
- Женя! …Прекрати! – ноги начинают затекать от напряжения. Она пытается освободить связанные руки. Тщетно. Узел слишком крепкий.
- Я не хочу! Хватит! – она уже умоляет его закончить.
- На сегодня ты моя игрушка! – голос Жени отдалённо напоминает женский.
- Я не игрушка! Я, блять, человек! – кричит Таня, сдерживая смех. По щекам текут слёзы.
- Ты сам напросился. Ты знал, чем это обернётся. Терпи, Женя.
- Чего? …Женя, очнись!
- Ты ведь на всё готов ради меня? Готов, правда?!
- У меня сейчас лёгкие выпрыгнут! – Таня брыкается сильнее, дабы поскорее освободиться.
- Мы с тобой это обсуждали. Ты не выказал протеста.
- Что вы обговаривали? Скажи, чёрт возьми!
- Сейчас. Ещё немножко…
- Ты до инфаркта меня решил довести?! – ноги Тани начали дёргаться. Сильно дёргаться.
- Давай! Шевели ими быстрее! – голос Жени становится всё женственней и зловещей.
- ААА! ХА-ХА! Остановись! – Таня больше не может сдерживать смех. Она гогочет так громко, насколько позволяют ещё не стёршиеся в пыль связки. Её голова бьётся об кровать, не желая принимать статичное положение. – Прекрати! С-Сука-а!
Женя проделывает это ещё минут пять. Как вы думаете, сколько по времени заняло сие действо? После он кладёт нож сбоку, выдыхает и садится возле Тани. Последняя глубоко дышит, примешивая голос. Она лежит на боку, её ноги сомкнуты, прижаты к животу.
- Я не знаю, из какого фильма ты это взял, но ты…сука нахуй, перегнул настолько, что я сейчас желаю только одного – съебаться отсюда и больше никогда тебя не видеть! – голос тихий, но тембр истеричный.
- Прости. Меня вырубило. Я не знал, как остановиться, - Женя явно испытывал вину.
- От чего? Ты помнишь, что сейчас происходило?
- …Да. Я взял нож. А дальше…
- А дальше ты его лезвием по моим ступням елозил…изобретательно, конечно, но…мне было не очень прикольно.
- Ой! Я перестарался. На самом деле я хотел тебя разогреть, а не превращать это в пытку.
- О да. На фоне моего допроса это очень хорошо подходит под определение, что ты назвал.
- То есть, я тебя переплюнул? – Женя повернулся к Тане. – Будем считать, что мы квиты.
- Вот хули ты такой злопамятный? – вздыхает Таня. – Я же не специально.
- Я тоже. Меня вырубило.
- Точнее, ты вошёл во вкус. Забавно…
- Ладно. Давай я тебя развяжу…
- Ну-ну-ну, - Таня встаёт на колени. – Сначала будь так добр, закончить то, что начал. Ты, конечно, перестарался, но кто сказал, что это не сработало? – её выражение лица поменялось. – Сказать честно, мне такой опыт был очень даже по нраву. Как-нибудь повторим…
Женя целует Таню. Поцелуй превращается в засос,…он снова валит её на кровать, проводя рукой вдоль её волос. Вновь желая её порвать, он одним движением освобождает её ноги от джинс. С наслаждением вниз по её телу опускается рука, залезает за трусы, лаская её мех. Он приобнимает её за талию, фиксируя губы на соске, пока правая рука опускается по ляжке, проводит…ногтями по ступне. Раздался смех…
Нет состояния хуже, чем постэффект. Оно мысленно возвращает всю боль и осознание случившегося. Но даже, когда всё худшее уже сбылось,…запомни, мама всё равно тебя любит. Так будет легче.
Вним…А…н…Лэ…К!
…
…
Т
Ы
…
М
О
Й
!
…
- Месячные. Зачем мне вообще об этом знать?
- Я несу разный несусветный бред, а ты веришь.
- Ещё тампонами меня увешай и назови это Скульптурой Кровавого Валентина.
- До этого мы ещё дойдём…
Её глаза бегают по моему телу. Она ищет, за что зацепиться. Ей важен процесс. Не только само чувство превосходства. Я слишком безобидный, не способен ответить тем же. Прячу взгляд…и прогоняю любые мысли о соитии.
- Женя, идём со мной, - она поднимается и берёт меня за руку. Я поднимаю глаза. Женское тело без лица грозно смотрит на меня. Ей нужно моё внимание.
- Я останусь здесь. Через пять минут буду, - говорю тихо, но плавно. Никаких резких фраз.
- Так не пойдёт, - её голос разлетается эхом по кухне. Будто она сейчас находится в параллельном измерении. – Пошли!
Я еле поспеваю за ней. Шаг достаточно широкий. Мы заходим в комнату, где она ложится на кровать и вытягивает тело.
- Так всё-таки, - Макс поднял голову и посмотрел на Таню. – Что он такое, этот Феникс? Единственное, что я понял из твоих слов – это некий образ, что я создал своими руками, который имеет какое-то отношение к моему отцу, и который каким-то образом управляет моими чувствами. Что же это за ментальный Крэнг?
- Такое, блять, ощущение, что я и есть причина его появления, - Таня прервала зрительный контакт и повернула голову к окну. – Ты же сам знаешь, что он такое. Неужели ты не замечал, что он активизируется в те моменты, когда падает твоя самооценка, когда ты не в состоянии овладеть своей Иришкой, или когда тебе просто противно твоё же поведение в конкретной ситуации?
- Замечал. И даже видел смысл в его появлении. Забавный факт: без него, как мне кажется, было бы намного сложнее мне ориентироваться и адекватно реагировать на различный трэш, что творится в жизни.
- Этот факт не столько забавный, сколько удачно подмеченный, - Таня снова наладила зрительный контакт. – Это твой идеал.
- Ааа, то есть ты хочешь сказать, что этот плод фантазии был создан мной для того, чтобы было на кого равняться и к чему стремиться?
- Ведь можешь, когда захочешь, - Таня улыбнулась.
- А отца напоминает, потому что это мой детский идеал. Ну, теперь всё понятно, - Макс расцепил пальцы и положил ладони на колени. Спина выпрямилась, а плечи вернулись в нормальное анатомическое положение. – А что насчёт тебя?
- Ну, начинается, - Таня поднимает голову вверх. Её волосы откинулись назад. – Откуда вы все такие любопытные берётесь?
- Я решил, что, раз уж мы такие откровенные сегодня, то почему бы не…
- Не дождёшься! – Таня закидывает ногу на ногу и обхватывает грудь руками. - У нас с Женей вообще-то всё серьёзно, если ты не знал.
- Ээм…я не это имел в виду. Если ты не забыла, то у меня есть Ира, а на тебя у меня планов не было.
- Вот как? Именно поэтому ТЫ выделил время на то, чтобы прийти ко мне, ТЫ говорил о том, что у тебя будет ограниченное количество времени и сейчас ТЫ даже не взглянул на часы. А ведь прошло уже сорок пять минут.
- Слушай, не пытайся меня обвинять в том, к чему я не имею отношения. Во-первых, пригласила меня сюда ТЫ. Во-вторых, инициатива разрулить наши с Ирой проблемы была ТВОЯ. В-третьих, о Фениксе, который никаким боком не фигурирует в нашем с Ирой романе, заговорила ТЫ. В-четвёртых,…
- Во-первых, такая манера подачи мыслей настолько затёрта, что напоминает твои трусы на заднице. Во-вторых, это неубедительно и пафосно. В-третьих, как ты только не путаешься в этой последовательности. В-четвёртых, а что было в-пятых? А в-шестых, я как на седьмом небе от восьмого чуда света. На девятом кругу ада через десятки анальных колец в одиннадцатом часу…
- Чё-то тебя понесло. Видать, задел за живое…
…Живое и уязвимое. Трепетно охраняемое тьмой, оно сохранить пытается последние оковы тайны. Желания Тани были на крючке у Жени вместе с её сексуальными привычками. Хищница стала добычей…в своём типичном обличии с завязанными за спиной руками, она стоит перед зеркалом. Её тело пошло волнами. Силуэт сзади знакомый до гроба держит нож у горла… «Заставь меня кончить!»…её промежность намокла.
Он медленно скользит лезвием по моему телу вниз. Жёсткий и хладнокровный, готовый разорвать меня на части. Мне нравится ощущать тебя физически. Смертельно сексуальная сучка. Я внутри не есть Я снаружи. Забудь обо всём, что я говорила. Помоги мне освободить себя от мирских оков. Малыш, неужели ты не видишь, как моё тело сжигает последние ниточки рубашки. Под такой бит сердца, я готова взорваться. Думаю, уже пора…
Она расстёгивает пуговицы. She is telling him to loosen up her butt on so she can’t fall into talk (Она просит его раздвинуть её жопу, пока она не успела разговориться). Ток бежит по нервам словно страсть. Сознание улетает в пропасть. В его руках она готова пропасть. Над ней власть трансгрессирует на уровень животного спарринга. Остаётся лишь коснуться…
- Знаешь, как понять, что перед тобой уязвимое и совратимое существо? – спросила Таня между делом. В рубашке тем временем появлялось декольте.
- Открыть атлас по анатомии, сверить параметры и разуть глаза? – Женя всё ещё не нашёл, что искал.
- Не совсем, - Таня приспускает рубашку с плеч. – Обратить внимание на оголённые участки кожи,…что вылезли из-под одежды, дабы игриво намекнуть на возможную игру в дразнилки.
- О как. Теперь буду знать о такой трактовке сексуального фетишизма.
- Разве не это является движущим механизмом желания овладеть особью противоположного пола? Вам, мужикам, ведь интересно взглянуть на следы от джинс, что так сексуально смотрятся на талии…
- Татьяна, вы пьяны.
- Я всего лишь хочу с тобой поиграться…мур-мур.
Женя ничего не ответил.
- Эй,…обрати на меня внимание, - Таня водит большими пальцами за поясом джинс и виляет тазом взад-вперёд. Они плавно съезжают, обнажая верхнюю треть ягодиц. Женя по-прежнему находился в поисках.
- Окей, - Таня прекращает свои попытки лёгкого стриптиза. – Где у тебя тут уборная?
- Прямо по коридору, направо, - ответил Женя, не поднимая голову.
Таня идёт по данному маршруту и заходит…в ванную, предварительно включив свет. Её отражение в зеркале напоминает образ молодой рыжей бестии из клипа на песню Любовь - ничто. Рубашка слетает с плеч и оказывается на полу. Джинсы находятся ниже бёдер, что так бесстыдно выпирают. В этой комнате были только она и её зазеркальный маньяк. Все мысли сводились к одному…
Молния сзади джинс медленно расстёгивает правая рука. «Насколько пошло ты подошла к этой встрече?», ткань скользит по влажным ляжкам, вызывая раздражение и чесотку. «Давай приоткроем твой грязный секрет». Руки ласкают тело от грудей до бёдер. Ноготки бегают по животу, вокруг пупка. «Я просто чуть-чуть тебя потискаю». Большие пальцы зашли за резинку трусов. «А теперь к весёлому!…Нужно накинуть одежду обратно, ведь к ванне кто-то идёт».
Таня резво натягивает джинсы и рубашку, начинает застёгивать пуговицы.
- Я так понимаю, тебе привычнее делать это с самой собой, - сказал Женя, скривив рожу. Уголки губ опущены, напряжены. Первая ничего не ответила - поправила причёску, отряхнулась и вышла из ванной.
- (Извращенка. Бьюсь об заклад, ей казалось, что это я её ласкаю).
- (Не сдержалась. Хотя, кто ж виноват, что моё желание близости до сих пор фрустрировано?)
Они переместились в комнату и уселись на кровать. Перед этим Женя взял из холодильника ликёр и два бокала из шкафа для посуды.
- Я уверен, ты будешь не против, - произнёс он, разливая напиток.
- Не откажусь, - подтвердила Таня. – А почему именно ликёр?
- Напомнил мне об одном случае, который я всё не могу вспомнить, - Женя протянул бокал Тане.
- Попробуй воспроизвести те эмоции, которые тебя переполняют при мысли о нём, - Таня делает глоток.
- Страсть, тревога, - Женя делает секундную паузу после каждого слова. – Ожидание, трепет, нагнетание, - он начал приближаться к Тане. – Безысходность, (и шёпотом) реальность.
- Евгений, вы немножко путаете чувства с эмоциями.
- А эмоции не есть чувства? А от мыслей не зависят решения? А Анима не равно Анимус?
- Ты как умудрился это запомнить? Потому что твоё лицо в тот момент выражало абсолютное непонимание центральной темы.
- Ты многого обо мне не знаешь. И вчера я в этом убедился.
- Мм…и каким образом?
- Ну, для начала – из твоей веры в то, что у тебя получится со мной играться. Это была слегка наигранная тактика, ведь ты изображала недоступность, будучи доступной всецело. Сегодняшняя попытка поцеловаться тому подтверждение.
- Надо же. И как давно ты научился читать людей? – тон у Тани саркастичный, пафосный.
- Да я сам в шоке. Как это у меня так получается? - Женя отвечает в той же манере.
- С самого начала ведь умел? Но почему-то не использовал. Ключевое слово - почему.
- Неа. Ключевое слово - умел. Где был хоть один момент, в котором я демонстрировал подобный навык?
- Ты его скрывал. Странно, что мне приходится тебе на это указывать. Женя, твоё поведение было зажатым, неуверенным. Ясно дело, что ты не раскрывался с тактической стороны.
- Если ты так думаешь, то я тебя снова обманул. Ты судишь обо мне с позиции состояния, в котором мой образ – твой Эрос. Неудивительно, что ты приписываешь мне те качества, которыми я не обладаю. По крайней мере, в своём обычном режиме.
- С чего ты взял, что мой Эрос занят тобой? Ты не настолько яркая птица, чтобы засесть в моём гнезде.
- Ты сама-то веришь, во что говоришь? Кто пять минут назад перед зеркалом со своим телом развлекался?
- Это мой фетиш. Вот и всё, - Таня делает три глотка залпом. – К тому же, если бы твоё утверждение было правдой, то я бы до полусмерти тебя затрахала при первой же возможности. Например, сейчас. Как видим, ты ещё жив.
- Ха-Ха-Ха! Вот и весь твой бихевиоризм. Опять же, ты оцениваешь моё поведение с позиции своей влюблённости, а значит, не можешь уловить просчётов. Для тебя я – идеал, который ты не имеешь права отпустить…
- Ты слишком высокого мнения о себе. Женя, не учи учёного. Не рой себе могилу.
- Хорошо, - Женя поставил бокал с ликёром на пол. – Тогда подай мне, пожалуйста, вон тот пояс, - он указал на синюю ленту, что лежала слева от Тани.
- Я так понимаю, именно её ты искал всё это время, - заключила она, протягивая к нему руку. Ответа не последовало. Она взяла пояс и повернулась обратно к Жене.
- Положи его между нами, - Таня выполняет.
- (А сейчас он попросит повернуться к нему спиной и соединить руки сзади. Как оригинально).
Женя повалил Таню на кровати.
- Ты сделаешь всё, что я захочу? – спрашивает он, глядя ей в глаза. Расстояние между их лицами минимальное.
- Конечно! – подтверждает она.
- Даже если мне придётся сделать с тобой что-то очень плохое?
- …Ой! Я тебя умоляю. Ты не сможешь мне навредить, кроме как продолжить дурманить мои обонятельные рецепторы своим запахом изо рта.
- Что ж… - Женя переворачивает Таню на спину, срывает с неё рубашку и завязывает поясом её руки за спиной.
- (О чём я и говорила. А сейчас он поставит меня…)
Он встаёт и куда-то уходит.
- (Так…что он задумал? Искренне верю, что это не имеет отношение к тому, о чём мы с Максом говорили).
По её ступне прошлось что-то острое и холодное. Она отдёргивает ногу.
- Эй! Ты что делаешь? – вскрикивает она.
- Не бойся. Это просто игра, - Женя возвращает на место её ногу, затем садится на неё в район голеней и фиксирует ступни на пальцах. Процедура повторяется, правда теперь он не позволяет ей их отдёрнуть.
- ААА! Стой! Не надо! – Таня зажмурилась. Её губы напряглись в улыбке.
- Чем больше ты будешь сопротивляться, тем неприятней будет, - с ухмылкой говорит Женя. Он водит остриём ножа по её пяткам, стопе. Таня приподнимает свой корпус над кроватью, пытаясь освободить свои ноги, но безуспешно. Она хохочет, сжав зубы. Каждая мышца на её лице сжата. Она резко падает обратно на кровать.
- Женя! …Прекрати! – ноги начинают затекать от напряжения. Она пытается освободить связанные руки. Тщетно. Узел слишком крепкий.
- Я не хочу! Хватит! – она уже умоляет его закончить.
- На сегодня ты моя игрушка! – голос Жени отдалённо напоминает женский.
- Я не игрушка! Я, блять, человек! – кричит Таня, сдерживая смех. По щекам текут слёзы.
- Ты сам напросился. Ты знал, чем это обернётся. Терпи, Женя.
- Чего? …Женя, очнись!
- Ты ведь на всё готов ради меня? Готов, правда?!
- У меня сейчас лёгкие выпрыгнут! – Таня брыкается сильнее, дабы поскорее освободиться.
- Мы с тобой это обсуждали. Ты не выказал протеста.
- Что вы обговаривали? Скажи, чёрт возьми!
- Сейчас. Ещё немножко…
- Ты до инфаркта меня решил довести?! – ноги Тани начали дёргаться. Сильно дёргаться.
- Давай! Шевели ими быстрее! – голос Жени становится всё женственней и зловещей.
- ААА! ХА-ХА! Остановись! – Таня больше не может сдерживать смех. Она гогочет так громко, насколько позволяют ещё не стёршиеся в пыль связки. Её голова бьётся об кровать, не желая принимать статичное положение. – Прекрати! С-Сука-а!
Женя проделывает это ещё минут пять. Как вы думаете, сколько по времени заняло сие действо? После он кладёт нож сбоку, выдыхает и садится возле Тани. Последняя глубоко дышит, примешивая голос. Она лежит на боку, её ноги сомкнуты, прижаты к животу.
- Я не знаю, из какого фильма ты это взял, но ты…сука нахуй, перегнул настолько, что я сейчас желаю только одного – съебаться отсюда и больше никогда тебя не видеть! – голос тихий, но тембр истеричный.
- Прости. Меня вырубило. Я не знал, как остановиться, - Женя явно испытывал вину.
- От чего? Ты помнишь, что сейчас происходило?
- …Да. Я взял нож. А дальше…
- А дальше ты его лезвием по моим ступням елозил…изобретательно, конечно, но…мне было не очень прикольно.
- Ой! Я перестарался. На самом деле я хотел тебя разогреть, а не превращать это в пытку.
- О да. На фоне моего допроса это очень хорошо подходит под определение, что ты назвал.
- То есть, я тебя переплюнул? – Женя повернулся к Тане. – Будем считать, что мы квиты.
- Вот хули ты такой злопамятный? – вздыхает Таня. – Я же не специально.
- Я тоже. Меня вырубило.
- Точнее, ты вошёл во вкус. Забавно…
- Ладно. Давай я тебя развяжу…
- Ну-ну-ну, - Таня встаёт на колени. – Сначала будь так добр, закончить то, что начал. Ты, конечно, перестарался, но кто сказал, что это не сработало? – её выражение лица поменялось. – Сказать честно, мне такой опыт был очень даже по нраву. Как-нибудь повторим…
Женя целует Таню. Поцелуй превращается в засос,…он снова валит её на кровать, проводя рукой вдоль её волос. Вновь желая её порвать, он одним движением освобождает её ноги от джинс. С наслаждением вниз по её телу опускается рука, залезает за трусы, лаская её мех. Он приобнимает её за талию, фиксируя губы на соске, пока правая рука опускается по ляжке, проводит…ногтями по ступне. Раздался смех…
Нет состояния хуже, чем постэффект. Оно мысленно возвращает всю боль и осознание случившегося. Но даже, когда всё худшее уже сбылось,…запомни, мама всё равно тебя любит. Так будет легче.
Вним…А…н…Лэ…К!
…
…
Т
Ы
…
М
О
Й
!
…
- Месячные. Зачем мне вообще об этом знать?
- Я несу разный несусветный бред, а ты веришь.
- Ещё тампонами меня увешай и назови это Скульптурой Кровавого Валентина.
- До этого мы ещё дойдём…
Её глаза бегают по моему телу. Она ищет, за что зацепиться. Ей важен процесс. Не только само чувство превосходства. Я слишком безобидный, не способен ответить тем же. Прячу взгляд…и прогоняю любые мысли о соитии.
- Женя, идём со мной, - она поднимается и берёт меня за руку. Я поднимаю глаза. Женское тело без лица грозно смотрит на меня. Ей нужно моё внимание.
- Я останусь здесь. Через пять минут буду, - говорю тихо, но плавно. Никаких резких фраз.
- Так не пойдёт, - её голос разлетается эхом по кухне. Будто она сейчас находится в параллельном измерении. – Пошли!
Я еле поспеваю за ней. Шаг достаточно широкий. Мы заходим в комнату, где она ложится на кровать и вытягивает тело.
