- Да знаешь ли ты что твой паладин сейчас на волоске от смерти?! - вскипела богиня. - Он, и вся его команда?!
- Да, моя дорогая, - вздохнул Контроллер, аккуратно складывая грифельную доску. - Я знаю, что он сейчас находится в крайне сложном и неприятном положении...
- И это ты называешь "тяжелым положением"? - заорала богиня, в сердцах, вышибая порывом ветра доску со всеми причиндалами из рук Легата. - Да он же вот-вот грабли откинет!
- Не откинет, - все также спокойно, почти равнодушно ответил Легат. - Я верю в него. В конце концов, я сам выбирал его из миллионов других. Даже сам Свет признал его, а это говорит о многом. Как ты помнишь, стихии неподвластны даже многим из нас. Тебе, например, подвластны совсем немногие. А в Ричарде не только Свет, но и Любовь, а это говорит весьма о многом. Нам строго-настрого запретили вмешиваться в ход событий, иначе может произойти очередной прорыв Хаоса. Ткань Мироздания истончилась настолько, что любая наша помощь может привести к непоправимому. Вот если бы Его сторонники сделали свой внеочередной ход, тогда у нас был бы шанс. Но пока все, что мы можем, - только наблюдать. И подсказывать.
Вместо ответа Селемине отошла к стене и присела на грубую лавку.
- Как у тебя здесь все...убого, - сказала она, оглядевшись.
- Аскетично, - поправил ее Легат. - Мне не нужен комфорт.
- Трудно быть богом, - задумчиво пробормотала богиня. - Ты же понимаешь, что я пожертвую всем, даже собой, если ему понадобится наша помощь?
- Также как и я, - улыбнулся тот, садясь рядом и кладя руку на плечо девушке, - также как и я, дорогая. Но давай будем надеяться на лучшее. Тем более, лесные братья уже здорово помогли ему. Да и я уже нашептал кое-кому о нашем паладине...
***
Крики раненных подруг, рев Измененных, звон мечей и взрыв Голема...
- А-а-а! - закричал я, выныривая из тяжелого удушливого кошмара, и хватаясь за грудь, перевязанными руками, - б**, как больно!
Все тело болело так сильно, словно я искупался в кислоте. Но несмотря на все, я был жив, перевязан и находился вроде бы в дружественном месте.
- Лежите, лежите вам нельзя двигаться! - услышал я тонкий вскрик, и надо мной склонилась симпатичная курносая мордашка. - На вас живого места нет! Хвала Небесным разведчикам, что вовремя заметили ваш бой!
- Литяльд! - кинулась мне на грудь водяная девушка. - Литяльд! Литяльд! Жив! Жив!
- Да отойди ты от него безмозглое существо, - заорала яростно девушка, безуспешно пытаясь стащить с меня Лулу.
- Мой отряд, - проскрипел я, безуспешно пытаясь скастовать на себя исцеление. Долбаная магия до сих пор не работала. - Что с ними?!
- Все живы, Избранный, - донесся справа густой мужской голос, и в обзоре появилось лицо изможденного временем старика. - Живы, но в тяжелом состоянии. Лучше бы вы побеспокоились о себе. Почти все наши средства и магические артефакты ушли на то, чтобы вытащить вас буквально с того света. Пришлось переливать вам нашу кровь, а ведь вы совсем на нашей расы. Кто знает, как это отразится на вас в будущем...
- Плевать! - проскрипел я, пытаясь приподняться невзирая на предупреждающие вскрики медсестры. - Я ...должен...немедленно...увидеть их!
- Я не знаю, почему ваша магия не работает, Избранный, - покачал головой старик, - но вы сейчас ничем не сможете им помочь. Молитесь духам, чтобы они даровали вам ваши способности хотя бы к концу недели. Ибо потом наши ресурсы закончатся, и ваши друзья погибнут от тяжелых ран. Наша магия и медицина бессильна перед такими ранениями. Да и мы сами переживаем далеко не лучшие времена. А теперь отдохните.
Старик вышел из помещения, оставив меня с хорошенькой медсестричкой и Лулу. Последняя радовалась как ребенок, не обращая ни малейшего внимания на суетящуюся девушку. Я обратил на нее внимание только тогда, когда она поправила мне подушку, слегка приподняв мне голову мягкими как пух крылышками. Гарпия! Значит, мы все-таки, достигли пункта назначения, несмотря на горячий прием.
После того, как девушка еще раз споткнулась о слайма, мне пришлось сделать Лулу внушение, после которого она, слегка уменьшившись в объеме, устроилась рядом в форме шара. Ее прохладные щупальца здорово облегчили работу симпатичной птички, метавшейся по помещению. Когда я спросил ее о состоянии других, ее мысленные эмоции приобрели грустный и печальный оттенок. Лулу не хотела рассказывать мне о них, но я и сам прекрасно понимал, что мне нужно шевелиться. Попросив ее и медсестру не беспокоить меня, я закрыл глаза и попробовал самостоятельно войти в подсознание. Мне срочно требовалась консультация опытного специалиста, каковым являлся...
- Приветствую тебя, Сын мой. - несколько печально поздоровался со мной Контроллер. - Что привело тебя ко мне?
- И тебе не хворать, - автоматически ответил я. - А то ты не в курсе? Весь мой отряд при смерти, а я не могу даже светлячок зажечь! Конечно, я безмерно благодарен детям Леса за помощь, но нельзя ли побыстрее мне вернуть свои силы?
- Способ есть, Ричард. - улыбнулся старик. - Но не думаю, что он тебе понравится. Точнее, я уверен, что он тебе совсем не понравится...
ГЛАВА 15 "Как приготовить яичницу, не потревожив курицу?"
Очнувшись, я долго лежал и смотрел в потолок пустыми глазами. Да-а-а, уготовили мне боги участь. Хуже не придумаешь. И ведь я просто не могу отказаться! По уверению Контроллера, мои чакры были сильно повреждены двойным магическим ударом разнонаправленных стихий, и на их восстановление при обычном раскладе уйдет не меньше месяца! А предложенный способ был настолько отвратителен, что меня выворачивало только при одной мысли о нем.
Но выбирать было некогда и нечего. Дорога была каждая минута. Никогда не прощу себе, если из моих собственных фобий помрет хоть кто-то из моей команды!
Приподнявшись, я позвал медсестричку. Очаровательная гарпия тут же подошла ко мне, не успел я и рта раскрыть:
— Чего изволите, господин? Воды, покушать, или вам надо по нужде? — слегка покраснев, спросила меня девушка, приседая на мощных лапах. Ее белые волосы были аккуратно завязаны платочком, грациозная фигура была обернута интересным халатом, каковой можно было легко одеть самостоятельно, даже имея столь необычные руки. Как и их соплеменница в Белой бухте, эта девушка имела огромные серые крылья с вполне человеческими кистями рук. А вместо ног из-под одежды виднелись сильные, увитые мускулами птичьи лапы.
— Сколько времени мы здесь? Что вообще произошло, и как вы нас нашли? Можешь рассказать? — спросил я гарпию. — Не приходили ли к вам другие отряды некотян?
— Мне немногое известно, господин, — потупилась та. — Действительно, до вас в нашу деревеньку приходил отряд девушек-бойцов Некотян. Они были весьма вымотаны, но, немного отдохнув, тут же двинулись дальше, к Скалистым горам. Там и сейчас идут ожесточенные бои! Измененные словно взбесились! Никогда раньше они не нападали на нас в таком количестве, а последнее время мы едва держимся. Вас принесли к нам три дня назад. Вас и ваших подчиненных. Вами занялся лично главный знахарь нашего селения, Грамблдор. Ну, его вы видели. А всех остальных подключили к единственному оставшемуся у нас с древних времен артефакту. До сих пор он обеспечивал безопасность нашей деревне, укрывая ее щитом невидимости. Но по указанию Грамблдора, теперь его энергия перенаправлена на поддержание жизни ваших товарищей.
— «Еще одна причина поторопиться с самоисцелением», — подумал я, а вслух спросил:
— Где моя одежда?
— У вас ее почти не было, как и на многих ваших спутницах, — тут же ответила девушка. — Только куски лохмотьев. которые мы срезали с обожженной кожи. Конечно, все выкинули, но не переживайте, мы выдадим вам новую. Единственное, что уцелело — перчатки и молот. Они в кабинете Грамблдора.
— «Хана костюму», — грустно подумал я, — «впрочем, неудивительно, что он истратил весь свой ресурс в той битве. Без него меня бы измолотили в кашу». Попытавшись приподняться, я прохрипел:
— Мне срочно нужно идти, дайте мне одежду!
Но был тут же пригвожден обратно к кровати мягкими, но сильными крылышками медсестрички, принявшейся увещевать меня:
— Милорд! Вы только что очнулись! Вам не то, что ходить, но даже вставать строжайше запрещено! К тому же побочное действие некоторых лекарств еще не прошло...
— Каких еще лекарств? — не оставляя слабых и безуспешных попыток перебороть гарпию, спросил я.
Медсестра тут же убрала одну руку-крыло, без особых усилий удерживая меня другой, и повела свободной, указывая на полку, заставленную различными банками.
— Как вы видите, у нас есть множество экспериментальных препаратов, благодаря которым мы сразу же остановили внешние и внутренние кровотечения вам и вашим спутникам! Правда, — споткнулась она, — некоторые из них еще не до конца обработаны и не опробованы на хумансах, поэтому, нам пришлось экспериментировать на вас. Но! — тут же взбодрилась она — результат налицо! Всего три дня, а вы уже рветесь вставать! Конечно, побочные эффекты никто не отменял...
— Какие еще эффекты? — с подозрением спросил я.
Вместо ответа девушка легким движением руки сдернула покрывало, скрывающее мой голый торс.
— Например, вот такие, — мягко оглаживая перышками мою восставшую Эйфелеву башню, сказала, хищно облизываясь, гарпия. — Налицо перепроизводство гормонов, отвечающих за прилив крови. Оставлять такое нельзя или у вас может произойти обморок с последующим повышением давления. Не волнуйтесь на этот счет, у меня было время и возможность потренироваться, пока вы были без сознания.
Придерживая меня одним крылом, она наклонилась ниже, покосившись на Лулу. Та протестующе пискнула, но мешать не стала. Напротив, вырастила глаза на стебельках, стараясь не пропустить действие, которое наверняка уже не раз наблюдала. Прежде, чем я успел сказать хотя бы слово, птичка жадно заглотнула верхушку с такой жадностью, будто стремилась высосать из меня все соки.
Не знаю, какое строение глотки было у гарпий, но девушка, нисколько не опасаясь, пропустила мой стояк прямо в горло, до самого конца, упершись в мой пах губками. На такое не осмеливалась даже Катарина. Медсестра же похоже не испытывала никаких неудобств, облизывая доступную часть язычком и сжимая остальную горлом. Ощущения были просто сказочные! Я и охнуть не успел, как сдал анализы, которые с диким напором устремились в ее базу данных.
Девушка, причмокивая, медленно вытащила мое нисколько не ослабевшее орудие из своего рта, с интересом поглядывая на меня и устремленный к потолку ствол.
— Как странно, — задумчиво произнесла она, переступая с лапки на лапку. — Обычно побочные эффекты незамедлительно пропадали, стоило только мне провести лечебный сеанс. Впрочем, есть еще один медицинский эксперимент, который я давно хотела провести. Как хорошо, что мне попался такой отзывчивый ... пациент.
Произнеся, сей спич, она взмахнула крылышками, создав небольшой сквозняк в комнате, и перепорхнула прямо на меня, крепко вцепившись острыми когтями на птичьих лапах в деревянные бортики на кровати, предназначенные для безопасности больного. Отработанным движением она скинула халатик, под которым, разумеется, ничего не было надето, и требовательно взглянула на Лулу. Слайм тут же перетекла в свою обычную женскую форму, тяжело вздохнула и вышла за дверь, очевидно встав на страже покоя.
— Я смотрю, вы с ней нашли общий язык, — усмехнулся я, поглаживая мягкие как пух крылышки.
— Надо же было как-то делить вас, милорд! — в тон мне ответила гарпия. — Кстати, я ведь так и не представилась! Меня зовут Лесси. Лесси из рода Оперенных хвостовиков. Честно, я даже представить не могла, что мне доведется не только лицезреть Избранного, но даже...
— Хватит болтать! — заткнул я словесный фонтан гарпии. — Ты меня лечить будешь?
— Непременно! — усмехнулась девушка, напрягая лапы и медленно опускаясь горячей клоакой на мой шест, словно курица на насест. Охнув с непривычки, она попыталась было изменить позу, так как немного не угадала с размерами, но я уже крепко держал ее за перья, не давая и шевельнуться. Волей-неволей гарпии пришлось смириться с ее безвыходным положением и покориться мне, грузно опустившись и приняв в себя мою жердочку.
— А-а-ах! — вздохнула Лесси, стискивая меня крылышками, а мой насест собственным животиком, полностью приняв его. — Какой огромный! У наших совсем не такие! Интересно, сколько я смогу выдержать?
— Вы все такие болтливые? — спросил я девушку, пытаясь помогать ей настолько, насколько это было возможно. Заметив это, девушка опустилась на меня, прижавшись горячим стройным телом, не переставая покачивать нижней частью.
— Лежите, больной, вам нельзя вставать! — прошептала девушка, целуя меня и исследуя жадным ищущим ртом мое лицо и шею. — Святые духи! Как можно сохранять молчание, занимаясь любовью с таким хумансом?!! Это невероятно! — Лесси снова приподнялась и, помогая себе крыльями, начала пробовать позу наездницы, буквально взлетая почти до самого конца «насеста» и опускаясь на него снова до самого упора с такой силой, словно у нее там отсутствовали внутренние органы. И при этом девушка не затыкалась ни на секунду. — А-а-ах! Я никогда не испытывала ничего подобного! Пожалуй, лечение стоит затянуть. Нельзя упускать такого пациента!
Гарпия вдруг увеличила темп, сжимая мышцы клоаки до предельно возможного, — очевидно, девушка была уже на пределе. Даже ее речь превратилась в бессвязное бормотание, перемежаемое стонами. Пожалуй, и мне стоило расслабиться. Поймав ритм, я уловил момент, когда девушка должна была вот-вот кончить, и постарался отправить ей анализы семени на долю секунды раньше.
Девушка, глухо каркнув, приникла ко мне, обнимая меня крылышками. Я чувствовал, как все ее тело содрогается в пароксизме страсти. Слегка приподняв нижнюю часть, она выпустила мой шест из немного плена и вновь улеглась на меня, поглаживая перышками мой обнаженный торс.
— Вот, значит, как оно бывает с хумансами, - задумчиво сказала она. – Как же я завидую вашим спутницам, Избранный! Для любой девушки честь делить с таким как вы все тяготы походной жизни! Эх, хотелось бы и мне вырваться их своего гнезда.
- А что тебе мешает, Лесси?
Птичка легко спорхнула с меня, на ходу накидывая халат. Все еще пребывая в легкой задумчивости, она прошла по помещению, легко касаясь крылом медицинского оборудования.
- В этом небольшом гнезде прошла вся моя жизнь! – наконец, выдала она. Мы, гарпии, живем почти столько же времени, сколько отведено хумансам. Единственное, что отличает нашу расу от них, - моментальное старение. Если нелетающие стареют постепенно, то мы буквально за одну ночь. Когда это происходит, наши старики уходят в долину Долгого Перелета, где оканчивают свои дни. Но до этого момента мы остаемся веселы и полны энергии, словно детеныши, едва вылупившиеся из яйца. Как думаешь, Избранный, сколько мне сезонов? – задав этот вопрос, девушка напряженно уставилась на меня, ожидая ответа.
- Э-э-э, тридцать? – подумав, наугад ответил я.
