ПРОЛОГ
Изначальные времена — эпоха богов, титанов, драконов и других монстров. Те времена прозвали темными, ибо само небо чернело от полчищ крылатых тварей, что непрестанно бились друг с другом за право занять место в этом новом мире.
В бесконечной схватке полегло множество существ. Боги возвысились и обрели бессмертие. Казавшиеся несокрушимыми титаны были побеждены — драконы одержали верх, и наступила их эпоха.
Перевернулась страница истории.
Изменения коснулись всей сущности мира. Одни земли соединились в континенты, другие — разделились на множество островов, из-за разрывов чистой материи открылись проходы в иные миры, и через них в этот проникли новые существа. Немногим удалось уцелеть — одни погибли, не найдя подходящих источников воды, другие не могли найти себе пропитания, третьи пошли на корм господствующим драконам… Со временем проходы между мирами срослись. Последними сюда пришли люди. Уникальная разумная раса, с виду беспомощная — у них не было клыков, когтей, рогов или шипов, они учились выживать в этом суровом мире, проявляя чудеса смекалки.
Люди населили подземные города, построенные до них другими существами, и, укрепив позиции, занимали все больше места на поверхности. Они договорились с драконами о мире и в качестве платы в назначенный день приносили человеческие жертвы. В сравнении с другими существами, люди отличались плодовитостью, оттого их потери не были сильно заметны. Но с каждым годом их все больше переполняли ожесточение и злость на тиранов-драконов — договоренность стала казаться несправедливой, люди все чаще задавались вопросами, стоит ли и дальше терпеть такое положение дел? Не лучше ли дать драконам отпор?
Перевернулась страница истории.
Магия этого мира вплелась в кровь людей, поколение за поколением рождалось все больше магов. Они открывали законы магического равновесия, создавали заклинания и формулы, позволяющие достичь небывалого могущества. Они строили храмы и молились старым и новым богам, находили артефакты изначальных времен и учились владеть ими.
Драконы тем временем достигли пика своего могущества и обратили взор за Серый Горизонт — разрыв материи в небесах на далеком западе, портал, ведущий к новым открытиям. Один за другим они покидали этот мир и отправлялись покорять иные миры. Оставшиеся сторожить эти земли драконы от скуки научились принимать человеческий облик и нашли особую прелесть в простых человеческих вещах. Они ощущали вкус разнообразной снеди, осязали прекрасные ароматы цветов и духов, слушали упоительные звуки песен, восхищались невообразимыми постройками, статуями, картинами, которые создавали люди. Эти драконы не смогли смириться с тем, в каком положении было человечество, способное творить столь прекрасные вещи, и отменили жертвоприношения, намереваясь в дальнейшем жить в мире с людьми.
Но в сердцах людей навеки поселились страх и ненависть перед этими грозными существами. Они с радостью приняли великодушное предложение драконов, однако готовились к войне.
Перевернулась страница истории.
Кто владел драконами — тот владел миром. Первого дракона оседлали маги, прозванные Наездниками за способность подчинять себе монстров. Плененные драконы со скованной волей стали живым оружием в руках человечества, чье число перевалило за миллионы. Появились первые наземные империи и началась новая война, но уже не людей против пленителей, а магов друг с другом.
Перевернулась страница истории.
Драконов по всему миру осталось совсем немного, и владели ими две империи, поддерживающие хрупкое перемирие. Большинство стран смиренно склонились перед ними, приносили дань, терпеливо снося нередкие стычки на своей территории.
Но покорились не все. В подземных городах кипела работа — строились орудия, создавались заклинания, способные дать отпор несокрушимым драконам.
Яростная волна сопротивления нарастала. Появились первые ружья, первые пушки, усиливалась магическая мощь, и вот повержен был первый дракон. Империи объединились, чтобы поднять мятеж. И загорелись небеса, и кровь драконов хлестала кровавым дождем, и раздался оглушительный рев юного дракона, выведенного от безысходности на поле брани. Крик умирающего дитя, полный боли и страданий. И раскатился он по небу, почерневшему от крыльев сотен и сотен драконов, вернувшихся с запада, из-за Серых Горизонтов. И погребли они под слоем пепла и сожженных костей бесчисленные земли, уничтожили храмы, магические академии, цитадели знаний. И взмолились уцелевшие люди о пощаде.
Презренные, ничтожные, рыдали они посреди обожженных бесплодных земель, обломков некогда великих империй. Нечего было здесь больше делать драконам. В последний раз колыхнулся воздух Диштхрии под их могущественными крыльями, прежде чем они навсегда покинули этот проклятый мир.
Перевернулась страница истории.
Ходила молва, что среди людей остались драконы-перевертыши, что предпочли человеческую жизнь драконьей. Ходили слухи, что находили они себе избранниц и рождали полукровок, наделенных удивительными способностями, равных которым не было прежде. Ходили слухи… Но что с них взять, с этих слухов? Драконов не видели уже сотню лет, в заброшенных, ненужных ныне подземных городах обитала распоследняя шваль, а человечество оправилось от войны и снова разрослось на поделенных между собой землях.
Эра магов осталась позади: уничтожены были многовековые знания, которые столь кропотливо собирали их предки, магов сковали новыми законами и порядками, и не могли они самостоятельно овладеть своими способностями. К власти приходили предприимчивые хитрецы, которым было на руку держать магов на коротком поводке. Отныне для владеющих силой осталось всего два пути: боевая магия или целительство.
В подземных городах сохранились орудия и механизмы, приборы и чертежи, и люди со рвением взялись восстанавливать свою культуру. Они все так же устраивали стычки между собой, все так же соревновались в военной мощи, в искусстве, во влиянии, все так же жадно заселяли новые земли… И лишь полоумные древние старцы помнили тот день, когда раздался крик умирающего дитя, и небо почернело от крыльев вернувшихся драконов.
ГЛАВА 1
Лорен Стоунберн — легенда, и этим было сказано все. Глава гильдии «Рорташевских Тигров», за особые заслуги включенной в личный состав королевской армии. Огненный маг с кровавой репутацией. Чемпионка в запрещенных подпольных боях Червоточины — подземного города, расползшегося плесенью под столицей. Ею восхищались, ею ужасались, ей подчинялись — если хотели жить.
Ланри наблюдал за ее становлением исподтишка, восторженно и завистливо вздыхая, и обрадовался до чертиков, когда ее заместитель Дирик Ган предложил ему должность своего личного помощника.
«Рорташевские Тигры» были известны, как прославленная гильдия боевых магов, но стоило копнуть чуть глубже, так выяснялось, что они вовсю промышляли не самыми законными делами. Обработкой и продажей хмари, например. Эта дурь заполонила страну в кратчайшие сроки. Ланри особо отличился в делах по ее перевозке, оттого-то Дирик Ган его и приметил. Он ценил умных людей и был к ним внимателен. Зная, что Ланри без ума от истории гильдии, он стал чаще брать его с собой, когда разъезжал по делам. Как сегодня.
Ланри работал на него больше года, и за это время вдоволь насмотрелся на легендарную Лорен вблизи, но увиденное огрело его, как мешком по голове.
Во-первых, Лорен ничем не напоминала себя прежнюю, пятнадцатилетней давности, когда триумфально ворвалась в мир магов-чемпионов. Ланри видел в архиве записи с тех боев, затаив дыхание смотрел, как свирепая Лорен зрелищно пробивала преграды огненным кулаком. Теперь же расчетливую ярость и жадность сменили апатия и безразличие. Крепко сбитую фигуру из сухожилий и мышц — худоба, проволоки позеленевших от хмари вен, растянутая морщинистая кожа, дрожащие руки.
Во-вторых, Лорен покорно делала то, что от нее хотел Дирик. Подписать здесь? Да пожалуйста. Явиться на прием? Да, конечно. Надеть платье, украшения, военную форму, участвовать в рекламе оружия, гильдии, вступления в армию? Да, да, да, только позовите девушек, которые наведут марафет, подберут одежду и дадут бодрящую таблетку.
В-третьих, Лорен не билась уже несколько лет. Последняя запись ее боя была пятилетней давности, и там Лорен, мягко говоря, не впечатляла.
В-четвертых…
Ланри открыл дверь и шагнул внутрь, не дожидаясь остальных. В комнате царила полутьма, непривычная после хорошо освещенного коридора, затхлость, вонь рвоты и ядовитых испарений хмари. Ланри медленно зашагал, давая глазам привыкнуть. Обошел перевернутый столик с осколками тарелок и гниющей едой. Обошел полуголую женщину, скрюченную на полу подле лужи блевоты. Добрался до большого, на всю стену, окна и попытался отдернуть тяжелые темные шторы, но те свалились огромным пыльным полотнищем. От неожиданности Ланри вскрикнул и тут же устыдился этого — вошедший следом телохранитель Дирика Панран презрительно хмыкнул. Сам начальник невозмутимо поправил золотые очки, идеально подходившие его широкому лицу, деловито подошел к письменному столу Лорен и принялся обыскивать. В окне, освобожденном от плена штор, оказалась встроенная дверь, ведущая на балкон.
Панран бросил на лежавшую женщину смешанный с брезгливостью взгляд.
— Совсем обнюхалась, — хмыкнул он, доставая пачку сигарет. Направился к балкону, пнув по пути пару использованных патронов с хмарью и маску со встроенными внизу обоймами растворителей.
— Может перенесем ее на диван? — предложил Ланри.
— Ей все равно, где лежать, но если хочешь, рискни, — хмыкнул отчего-то повеселевший Панран. — Но знаешь, как говорили на моей улице? Ни к чему беспокоить спящего тигра. Пусть даже он растерял свои зубы и когти.
Ланри прошел к Лорен мимо рассыпанных на полу разноцветных порошков, сигарет, бутылок… Лорен была в задравшемся пеньюаре, под которым проглядывали кружева нижнего белья. Легкая серебристая ткань и длинные рыжие волосы подчеркивали ее худобу и бледную до синевы кожу. Свет из окна и шум разбудили ее. Она пробормотала что-то невнятное, попыталась отползти, но в итоге лишь отвернулась, поджав грязные голые ноги ближе к груди.
Из открытой стеклянной двери, ведущей на балкон, повеяло холодным весенним ветром. Лорен не шевелилась. Наверное, ей было хорошо от действия последних капель дури, циркулирующей в крови.
Дирик искал документы, не скрываясь: шуршал бумагой, хлопал дверцами, и судя по тому, как все более резкими становились его движения, искомого не находил.
— Ланри, — позвал он. — Чего ты пялишься, голую бабу не видел? Иди сюда и помоги, тут горы хлама, которые не разбирали, судя по всему, с тех пор, как въехали.
Больше десяти лет? Да не может быть, подумал Ланри, послушно приступая к поискам заветной белой папки.
Помимо многочисленных ящичков громадный письменный стол Лорен хранил в себе встроенный сейф, возле которого присел Дирик. Он хмурился, виртуозно орудуя отмычками. Ланри медленно перебирал содержимое очередного ящика, то и дело поглядывая на его успехи. Интересно, что хранит в сейфе глава «Рорташевских Тигров», с которой за руку здоровается королевская семья?
Замок щелкнул. Дирик вытащил из сейфа лишь одну вещь — старую кожаную папку. Открыл ее и быстро пролистал. Хмыкнул, бросил на стол и продолжил поиски в нижних ящиках.
Папка как папка, судя по действиям Дирика — бесполезная. Что же там такого ценного находится, раз Лорен Стоунберн запрятала ее в сейф? Ланри украдкой потянулся к ней и открыл, обнаруживая старые фотографии.
— Ого, это же Панран! — удивился он. — Совсем мелкий еще, а уже со своим смешным пучком на голове.
— Это в обычаях его народа, им с пяти лет такую буклю завязывают, — сказал Дирик.
— А это Барди, бывший друг Лорен, казненный за мятеж? — приободрившись от его реакции, продолжил Ланри, с любопытством изучая фотографии. — Всеблагая, ни за что бы не признал!
— Да уж, я тоже не подумал бы тогда, что этот коротышка вымахает в такого верзилу.
— Это Лорен? — недоверчиво спросил Ланри. — Сколько ей здесь? Пятнадцать? А это ее сестра, Элиен? Ну ничего себе, да? Я бы на нее точно запал, какая красотка!
Дирик фыркнул, не став возражать. Он с чувством ругнулся, найдя, наконец, нужные бумаги, и подошел ближе посмотреть на следующую карточку, которую трепещущий от восторга Ланри торжественно, словно реликвию, приподнял выше обеими руками.
Фотография представляла бы огромный интерес в историческом сообществе, и Ланри, будучи его ярым приверженцем, совершенно точно мог сказать, что ее не было ни в каких архивах, и уже сейчас за нее отвалили бы бешеные деньги.
— «Рорташевские Тигры», — прочел он кривую надпись на обороте.
Фотография с полным составом членов гильдии — присутствовали как официально зачисленные взрослые, так и юные маги, бывшие на побегушках. Главою был Риордан Агийский — подающий большие надежды боевой маг. На заднем фоне виднелись очертания ворот гильдии, располагавшейся на улице Рорташа.
Фото было старым, согнутым посередине и с растрепанными уголками. Ланри опознал самого Риордана — долговязого тощего парня с серьезным лицом, черноволосого косоглазого Барди, неразлучных подружек Мэлори и Тильду, Панрана, наставника Лаурика, обучавшего «Тигров» боевому искусству, Дирика, который, оказывается, уже тогда носил очки и был склонен к полноте…
— Лорен в сравнении с остальными совсем крошка! — заметил Ланри. — Кто бы мог подумать, что однажды она возглавит гильдию?
Дирик лишь хмыкнул.
— Я с первой встречи знал, что Лорен с ее потенциалом далеко пойдет. Иначе, думаешь, стал бы я с ней нянчиться?
Ланри с интересом перебирал фотографии. Вот Лорен со своими первыми наручами победителя, инкрустированными драгоценными камнями. А вот она же после триумфа над прославленным бойцом гильдии «Ловчих Волков». Здесь ей двадцать три, припомнил Ланри, быстро посчитав в уме дату ее рождения и год этой схватки. Но кажется гораздо старше. Пустой взгляд, равнодушное лицо…
Ланри достал последнюю карточку из этого архива жизни Лорен Стоунберн. В отличие от остальных, она была перевернута лицевой стороной вниз.
— А это кто?
Дирик, тем временем разглядывавший содержимое белой папки, машинально поднял глаза. Его лицо застыло в несвойственном выражении суеверного страха.
Ланри нервно переступил с ноги на ногу.
Похоже, этот парень на фото здорово насолил Дирику, раз он вдруг так переменился.
Дирик был одним из немногих оставшихся товарищей Лорен, с которыми она начинала свой путь. Фактически он сейчас руководил гильдией от ее лица, всегда оставаясь в тени. Он обсуждал с ней спорные вопросы, он уговаривал ее то на одно, то на другое, территории расширялись, деньги прибывали, широкое лицо Дирика лоснилось румянцем здоровья и отличного питания. Дирик точно знал, чего хочет от жизни, и никогда не колебался. Порой он вел себя настолько уверенно, будто бы откуда-то заранее знал, что именно сейчас произойдет.
— А, — проронил Дирик, когда молчание затянулось. Скривил губы и моргнул остекленевшими на миг глазами. — Ривер его звали. Ривер Вейл. Дай-ка сюда.
