ПРОЛОГ
…Он ушел, спокойный и суровый,
Головою гордой не поник,
А наутро чайкой бирюзовой
Уходил к востоку белый бриг…
Анна Масс
«Девушка из маленькой таверны»
Стоя на палубе и вдыхая прохладный морской воздух, я грезила о свободе, хоть и не вполне представляла, какой смысл таит в себе это загадочное слово. Сделав очередной глубокий вдох, подняла взгляд к небу, где реяли беззаботные чайки. Наверное, и нет в мире существ свободнее этих птиц… Интересно, как бы отреагировала команда корабля, устремись я сейчас ввысь и воспари вместе с чайками? Мечты… мечты…
За спиной остались берега независимого княжества Алерания и семь лет обучения в крупнейшей и престижнейшей магической академии. Не думаю, что буду тосковать по студенчеству и по продуваемой ветрами со всех сторон территории, где оно проходило.
Пусть сейчас мой путь лежал к берегам беспокойной Родины, лишь полгода назад заключившей шаткий мир с Объединённым Королевством Корт-Избор, я знала, что не пожелаю вернуться в Алеранию.
Война длилась, ни много ни мало, сто пятьдесят семь лет, и уже мало кто помнил, из-за чего повздорили правители наших держав изначально. Какова бы не была причина конфликта, и мы, и корт-изборцы порядком устали от бесконечных боев, потерь и невозможности определить, наконец, кто победитель, а кто побеждённый.
Но вернёмся к Алерании. Этому крошечному княжеству, расположенному на скалистом островке в Гидельском море, аккурат между двумя вечно враждующими государствами, удавалось сохранять нейтралитет и спокойное существование своих граждан на протяжении всей войны. Стоит ли удивляться - население Алерании на девяносто пять процентов состоит из потомственных магов, способных веками удерживать над своими землями защитный купол и полог тишины. Даже в разгар военных действий на море, вблизи берегов княжества ничто не нарушало мирного существования местных жителей.
В этот безмятежный край на обучение меня отправили едва ли не насильно. Точнее отправил своим высочайшим указом сам император. И это было далеко не единственное вмешательство нашего монарха в мою жизнь. Теперь же за семь лет изгнания, официально значившегося государевой заботой, я повзрослела и могла высказать Велимиру, пусть он хоть трижды правитель, всё, что думаю о его участии в моей судьбе!
Парусное судно, на котором я направлялась к родным берегам носило моё имя. Имя, данное родителями при рождении, а не предназначенное мне по традициям рода (каждая вторая женщина по линии моего отца носила то имя, что значилось моим родовым, а значит в списке первым). Думаю, Велимир Мудрый, получивший своё прозвище совсем недавно за прекращение вековой войны между нашей империей и Объединённым Королевством, специально прислал за мной и моими товарищами по заморскому обучению именно этот фрегат. Думал таким образом настроить меня на миролюбивый лад?
Не выйдет, Ваше Величество! Я настроена на серьёзную беседу. Вашими же стараниями достойное образование у меня появилось, и теперь я могу сама решать свою судьбу. А потраченные на моё обучение деньги готова отработать, служа империи верой и правдой. В противном случае, зачем мне были даны знания? Чтобы просиживать сутки напролёт во дворце, занимаясь лишь сплетнями высшего света и собственной внешностью? Кстати, о последнем…
Взойдя на палубу судна, принадлежащего родному Альдану, я имела право скинуть личину, которую носила по условиям обучения в Алерании. Но этот момент я все же решила отложить. Хотела явиться пред царственные очи императора в том облике, в котором прожила по его милости последние семь лет.
Алеранцы являлись сильнейшими магами нашего мира, их народ произошёл от древних колдунов, и власти княжества очень трепетно относились к чистоте крови своих граждан. Поэтому все иностранцы, получающие разрешение на длительное пребывание в закрытом княжестве, дабы не привлекать внимание местного населения, были обязаны носить амулеты, изменяющие внешность на совсем уж неприглядную. Ведь официально запретить смешанные браки нельзя – это стало бы нарушением свободы воли. Естественно, в академии говорили, что уродуют нас только лишь ради заботы об учебном процессе. Мол, так студенты не отвлекаются на романтическую чепуху, а серьёзно занимаются своим образованием. Почему местных грызунов гранита знаний не затрагивала эта милая забота, нам не отвечали.
Удивительно, но за время жизни в стенах академии я успела привыкнуть к мертвенной бледности кожи своей личины, кривоватому носу внушительных размеров и волосам совершенно тусклого серовато-коричневого цвета. Амулет не изменял лишь глаза, поэтому в зеркало на своё вынужденное уродство я все эти годы смотрела привычным карими глазами.
А чтобы сказал Велимир, увидев свою маленькую Верею такой? Я должна использовать все имеющиеся на руках козыри, чтобы отстоять своё право на свободу.
Правда, все мои бунтарские намерения могут разбиться об один единственный аргумент: «это нужно для империи». Ради Альдана я готова на многое, если не на всё. И государь прекрасно знает о моем патриотизме... Собственно, я уже догадываюсь, какой видит мою дальнейшую судьбу Велимир, и, если мои опасения подтвердятся, придётся стать разменной монетой в процессе укрепления мира с Объединённым Королевством.
Неожиданно за моей спиной что-то громыхнуло. Я вздрогнула и обернулась. По правому борту нашего фрегата качалось на волнах совсем крошечное суденышко без флага. На нашей же палубе разом полегли замертво все, кто ещё минуту назад дышал здесь свежим воздухом.
Даже не обладая высшим магическим образованием, можно было понять произошедшее. На нас направили мощную усыпляющую волну, сила которой была настолько огромной, что, проходя через пространство, она издала раскатистый звук. Можно только восхититься способностями того, кто атаковал нас.
На меня же это оружие массового поражения не подействовало из-за моего уникального силового поля. Большая часть потоковых заклинаний и прочих колдовских воздействий, направленных непосредственно на энергетический ресурс жертвы, мне не страшны. Всё дело в абсолютном балансе тёмной и светлой магии. Таких как я - единицы. Но, сомневаюсь, что сейчас эта особенность сыграет мне на руку.
Чтобы раньше времени не привлекать к себе внимание злоумышленников, я думала рухнуть рядом с мирно посапывающими соотечественниками и притвориться спящей, но было поздно. С вражеского судёнышка на меня с интересом смотрел рослый мужчина в военном мундире королевства Астер. Судя по цветастым энергетическим всполохам, исходивших от его пальцев, именно этот человек так ловко отправил на боковую всех вокруг меня.
- Леди, – почтительно обратился ко мне офицер соседнего государства, в секунды материализуясь прямо передо мной. – Боюсь, вам придётся стать гостьей на нашем корабле.
Я и глазом моргнуть не успела, как он схватил меня за плечи и телепортировал нас туда, где мне и предлагалось быть гостьей.
Помимо меня и астерийца, на борту данного плавучего недоразумения удалось насчитать с дюжину мужчин пиратской наружности. Но отчего-то меня все эти ребята со шрамами, пистолетами, саблями и недостающими конечностями пугали меньше одного единственного офицера, взирающего на меня с очаровательной улыбкой.
- Какой дивный магический потенциал, – выдал вполне искрений комплемент астериец, а я отметила, что ему подвластно считывание информации с силового поля. Подобное встречается ещё реже баланса биполярных магических потоков. Противник мне достался достойный.
- Благодарю, но в признании вами моих талантов я не нуждаюсь! – заявила, вздернув подбородок и приосанившись. – Жду объяснений. По какой причине вы осмелились напасть на военный фрегат империи Альдан?
Собеседник посмотрел на меня с нескрываемым уважением, но вскоре в глубоко посаженных серых глазах заиграли смешинки. Стало ясно, что на серьёзный ответ надеяться нет смысла.
- А ты смелая! Что же делает этот храбрый птенчик на военном корабле? – густая чёрная бровь взлетела вверх, но вскоре вернулась в привычное ей положение. - Впрочем, можешь не отвечать. У нас будет время, и я предвижу увлекательнейшую беседу между нами, ЛЕДИ.
Он выделил голосом почтительное ко мне обращение так, словно знал с кем именно разговаривает. И от этого мне стало особенно неуютно, но сейчас я была не просто пленницей, а представительницей гордого народа, а ещё дочерью своего отца, честь которого не имела права запятнать трусостью.
- Я не намерена с Вами беседовать, офицер, – отрезала холодно и уверено. – Вы нарушили сразу два международных закона, и как понимаю, мне - свидетельнице этих преступлений, не стоит уповать на счастливый исход. Тем не менее, право знать, чего ради Вы всё это устроили я имею.
- Парни, вы слышали? – веселясь обратился астериец к пиратам и вновь повернулся ко мне. – Не стоит драматизировать, леди! Вашей жизни ничто не угрожает, даю слово офицера. А сейчас позвольте откланяться ненадолго, улажу одно дело и…
- Сэр, нужно поторапливаться, – вклинился в беседу басистый голос поднявшегося с нижней палубы здоровяка, держащего на плече безжизненное тело мужчины. – Подыхает наш любезный гость. Надобно доставить подарочек альданцам и убираться.
Я перевела взгляд с бугая на астерийца и обратно… Внимательнее осмотрела бедолагу, взваленного на плечо крупногабаритного пирата, и, наконец, поняла, что здесь происходит.
Ну, конечно! Тот, кого окрестили гостем, судя по лохмотьям парадного мундира и руническим отметинам на теле, являлся корт-изборцем, притом, явно не из простых. Наверняка подыхать, как выразился пират, собирался кто-то из знати, возможно, даже один из приближённых короля Рауля.
Все знают, что в Объединённом Королевстве существует поверье, мол погребение умерших на чужбине влечёт за собой невозможность перерождения в новом теле, как самого несчастного, так и его потомков. По этой причине состоятельные корт-изборцы сами ли, или по настоянию властей, покидая Родину, вешают на себя магическое плетение, позволяющее специальным службам в случае чего, точно определить место гибели путешественника и даже личности тех, кто был в радиусе нескольких метров при последнем вздохе несчастного. Лучше бы прижизненные следилки использовали, чтобы злоумышленники не могли строить козни и безнаказанно похищать крупных государственных деятелей.
Но я отвлеклась… Предполагаю, королевство Астер, единственное государство разделяющее вечно враждующие Альдан и Корт-Избор на суше, было не заинтересовано в установлении мира между нашими странами. Ранее политики ненавидящих друг друга соседей частенько пользовались услугами астерийских властей, сохраняющих относительный нейтралитет. На их территории за значительную плату организовывались переговоры, через них производился обмен пленными и устанавливались прочие относительно мирные контакты. А ещё, пока велась война, что нам, что Корт-Избору было не до бесчинства соседей на международной арене. Теперь же наведением порядка едва ли не сообща намерены были заняться недавние заклятые враги - король Рауль Пятый и император Велимир Буслав.
Представляю, что будет с и без того шатким миром между крупнейшими державами нашей планеты, если на военном судне одной из них будет обнаружен хладный труп аристократа другой… Возобновление военных действий неминуемо… И очень выгодно королевству Астер.
- По лицу вижу, леди, что Вы догадались о моих целях, – хохотнул астериец и продолжил задумчиво, – Никогда раньше не понимал своих приятелей, отдающих предпочтение глуповатым женщинам…
-Сэр Рон, подохнет ведь с минуты на минуту марикизишка, – снова вклинился в нашу не слишком приятную беседу бугай.
- Так чего ты мнёшься на месте! – рявкнул на него тот, кого оказывается кличут Роном. – Тащи его на фрегат! Живо!
- Стоит ли напрягать этого милого господина? – удивилась я, кивнув в сторону пирата, удерживающего измождённого пленника. – Почему бы Вам не телепортировать его на фрегат лично? Надеюсь, не общение со мной отвлекает Вас от столь важных дел?
Офицер улыбнулся, продемонстрировав стройный ряд несколько крупных зубов и придвинул меня к себе, болезненно сжав предплечье, чтобы прошептать в самое ухо:
- У тебя острый язычок и повадки истинной леди. Держу пари, ко всему прочему, под личиной сокрыта смазливая мордашка, на которую я с радостью взгляну, как только мы покинем это милое общество… - сэр Рон втянул носом воздух за моим ухом и выдохнул, - Дивный аромат…
Мне стало дурно от намёков астерийца и напряжения в его голосе. Прийти в себя помог сдавленный стон корт-изборца. Мужчина хрипло кашлянул и, превозмогая боль, приподнял голову.
Мать моя чародейка! Лицо аристократа, как собственно и тело, было обезображено следами побоев и глубокими ранами, но меня поразило не это. Пленный, и фактически уже приговорённый, смотрел на своих мучителей с холодной яростью, так, словно для него ещё не все потеряно, и сейчас он одним своим взглядом готов испепелить всех недругов. А ещё я поняла, что на себя он зол не меньше. Зол, что не сумел дать отпор и попал в подобную ситуацию.
Если мгновение назад я судорожно соображала, как не допустить транспортировку обреченного на смерть корт-изборца на фрегат Альдана, то теперь была крайне несогласна с тем, что этот избитый и израненный пленный готов отправиться за грань. Он не сдался, не покорился своей судьбе, а значит, определённо выкарабкается из своего нынешнего состояния!
- Вы так пристально рассматриваете этого смертника? –насмешливый шёпот астерийца послышался у моего правого уха. - Не боитесь, что Вас ночью замучают кошмары. Все же кровь и лохмотья плоти – не самое лучшее зрелище для благородных леди.
Я не удостоила офицера ответом, продолжая рассматривать пленного, взгляд которого тоже замер сейчас на мне. Анализировать отношение корт-изборца к своей персоне не стала, меня привлекло иное. На шее мужчины я заметила тонкий серебряный ободок, измазанный запершейся кровью и грязью – антимагический ошейник. Вот почему сэр Рон не рискнул самостоятельно телепортироваться вместе с пленником на фрегат – боялся помех, создаваемых этим варварским артефактом. Мне же не страшно нахождение вблизи подобных блокираторов силового поля и, если понадобится, можно будет это использовать.
- Фрэн, какого орка, ты медлишь! – крик астерийца заставил меня вздрогнуть. – Тащи это тело к Альданцам, живо!
Шкафообразный Фрэн кивнул и, прихрамывая, поплёлся к борту. Медлить далее было нельзя.
Не успел здоровяк при исполнении курьерского дела сделать и пяти шагов, как ноги его подкосились, и он тяжело опустился на колени, извергая ругательства красочнее которых, мне слышать не доводилось. Пленника Фрэн не удержал, и тот скатился с его плеча на палубу, издав то ли хрип, то ли тяжёлый вздох.
- Эй, полегче! – выкрикнул некто из толпы пиратов. - Не хватало ещё, чтобы этот аристократишка здесь откинул свои ботфорты.
Послышались смешки и комментарии в адрес неуклюжего здоровяка. Тем временем, лицо Фрэна исказилось гримасой ужаса, он пытался встать, но ноги не слушали его. В эту самую минуту воплощался его давний и один из самых мучительных страхов. Здоровяк так часто видел, как его товарищи теряют в боях ноги, не так давно и сам был серьёзно ранен - заработал хромоту.
