— Я и не оставляла, — хлюпнула носом Мела, — вот дом и обокрали. Не так обидно, что деньги взяли... Трехдневная праздничная выручка — это, конечно, много, но не смертельно, можно пережить... Плохо, что украли бабушкины украшения. Они не слишком дорогие, но ведь последняя память о ней была.
— А ты сама? Тебе ничего не сделали? — обеспокоенно спросила Викис.
— Да нет... Я на гуляньях была. У меня сейчас тако-о-ой кавалер, — лицо женщины озарилось мечтательной улыбкой. — А утром мы вернулись домой, — Мела вновь помрачнела, — а там... все перевернуто. Ни денег, ни драгоценностей... у меня их не так много было — то, что от бабушки, да несколько моих колечек.
— А стража что говорит?
— Да эти, из сыскного отдела, сказали, что не я первая и не я последняя. Воры, мол, какие-то совсем неуловимые. Охранные плетения выглядят нетронутыми, однако преступники как-то умудряются их обходить. Может, маг какой в шайке — вскрывает охрану, а потом восстанавливает перед уходом.
— Хм... — засомневалась Викис.
Все-таки она уже несколько месяцев изучала защитные чары и точно знала, что маги-сыскари такое вмешательство проглядеть не смогли бы, уж всяко остался бы след, да еще характерный, по которому преступника, если не найти, то уж распознать при встрече точно можно. Ни один маг, пусть даже и с преступными наклонностями, не стал бы так подставляться. Кроме того, восстановление защиты требует времени, а задерживаться на месте преступления — дело рискованное.
— Да я не знаю, — пожала плечами Мела, — я ведь этой всей магии не вижу... и мне теперь домой страшно возвращаться. Как подумаю, что туда в любой момент может зайти кто-нибудь чужой, так прямо дрожь пробирает.
— Мела, меня там ребята ждут за дверью...
— Так пусть заходят! — воскликнула кондитерша.
— Да я не об этом. Может, мы проводим тебя домой? Заодно и посмотрим, что там да как, мы ведь все-таки маги. Вдруг увидим что-нибудь такое, что страже в глаза не бросилось? Ты же не можешь здесь вечно сидеть, да и ночевать в лавке негде.
— И то верно, — согласилась Мела, — вы только подождите... я себя в порядок приведу и выйду к вам.
Боевики на улице уже начали потихоньку замерзать, поэтому Викис встретили довольно сердитыми взглядами.
— Ты чего так долго-то? — проворчал Малко, сжимающий в теплых объятиях свою красавицу-невесту.
— Ребят... У хозяйки неприятности, я ей предложила нашу помощь, — и Викис коротко поведала о событиях последних месяцев и о том, как они задели кондитершу. — Давайте ее до дома проводим и успокоим немножко, если ничего другого не получится.
— Конечно, нужно помочь, — поддержал Ренмил.
И все остальные согласно закивали головами.
Мела появилась в дверях кондитерской свежей и очаровательной как всегда, словно и не плакала несколько минут назад, разве что лицо было чуть бледнее обычного.
«Вот какими должны быть настоящие феи, — с легким оттенком зависти подумала Викис. — Интересно, она какая фея? Фея сладкой жизни? Просто сладкая? Или сахарная? И пусть она не маг, но ведь творит настоящее волшебство в своей кондитерской — не только сладости изумительные создает, но и особую атмосферу, которая притягивает людей к уютному заведению и его хозяйке И какой негодяй посмел ее обидеть?»
Дом Мелы таким уж разгромленным не выглядел — вероятно, фея-аккуратистка всё же успела слегка прибраться, прежде чем удрать в свою лавку.
Мела провела нежданных гостей в комнаты, а сама побежала на кухню — готовить угощение. Кейра с Маленой вызвались ей помочь, но та замахала на них руками:
— Еще чего! Сама справлюсь, мне это только в радость.
— Подождите, госпожа Танри, — окликнул ее Рон, — а сколько людей из сыскного отдела у вас сегодня было?
— Трое, — Мела ничуть не удивилась вопросу, — один маг и двое обычных.
— Угу, — пробормотал себе под нос парень, а когда сахарная фея исчезла в дверях, многозначительно переглянулся с Миртом.
Догадливая Кейра поспешила занять Малену, единственную, кто был не в курсе особенностей лесных и не давал клятвы, каким-то ерундовым разговором, да еще и усадила ее так, что большая часть гостиной оказалась у целительницы за спиной.
«Нехорошо как-то, — расстроилась Викис, — она вроде как тоже своя». С другой стороны, Викис понимала, что Малене такие тайны вовсе ни к чему, ей-то с ними в команде не работать.
Сама же она с любопытством наблюдала за действиями пары лесных.
Мирт ушел в звериную ипостась, Рон остался на контроле. Парни несколько раз обошли гостиную, остановившись на некоторое время перед одним из кресел и задержавшись у журнального столика, а потом вернулись в привычное состояние.
— В общем, так, — доложил Мирт, — кроме стражи сегодня в доме — не ночью, а утром — побывал еще один посторонний, он провел некоторое время в кресле и что-то делал у этого стола, причем садился на корточки или прямо на пол.
— Мы бы и без пояснений догадались — по вашим перемещениям, — усмехнулся Ренмил.
Лертин, не говоря ни слова, поднялся и подошел к столику, потом, как и неведомый гость Мелы, присел на корточки и сунул нос под столешницу, замерев в такой позе надолго.
— Здесь что-то было, — резюмировал он, вернувшись в общество, — магический предмет, артефакт, судя по всему. Преобладающие стихии — земля и воздух.
Викис с Тернисом переглянулись и, не сговариваясь, полезли туда, откуда только что вынырнул Лертин. Спустя несколько минут заглянувшая в гостиную хозяйка с изумлением наблюдала задние части двух боевых магов, торчащие из-под ее журнального столика.
— Викис? — растерянно промолвила фея.
— А? — девушка вылезла наружу, широко улыбнулась и поспешила задать свой вопрос, покуда хозяйка не исчезла: — А кто у тебя в гостях был сегодня утром?
— Так кавалер же мой! — подивилась Мела недогадливости юной приятельницы. — Мы на гуляньях были, ну и он меня проводил...
— А потом он куда делся?
— Ну как... ушел. Обещал по дороге в стражу заглянуть, позвать коллег, потому что сегодня не его дежурство.
— Так он сам стражник, что ли?
— Ну да, — закивала головой Мела, — тоже из сыскного отдела.
На месте кондитерши Викис бы обиделась, что кавалер бросил ее одну в такой неприятной ситуации. За стражей сходить — это правильно, но мог бы и вернуться потом. Разумеется, вслух она этого говорить не стала, только полюбопытствовала:
— А как его зовут, этого твоего ухажера?
— Раус... Раус Хайде... Краса-а-авчик! — закатила глаза влюбчивая фея. — А какой обходительный!
Викис очень хотелось прокомментировать последнее высказывание, но она сдержалась. А Мела, спохватившись, что уж слишком много зрителей присутствуют при ее откровениях, смутилась и снова убежала на кухню, откуда вскоре поползли умопомрачительные запахи свежей выпечки. А Викис, конечно, вернулась под стол.
Ветер она не призывала, но этого и не требовалось: с тех пор как она пошла на единение со стихией, работа с воздухом стала даваться ей удивительно легко, поэтому представление о «своей» части неведомого артефакта, побывавшего под столешницей и оставившего там магический след, сложилось у нее вполне отчетливое, словно она этот предмет своими глазами увидела. Не сам предмет, конечно, а наложенные на него воздушные чары.
Пока хозяйка накрывала на стол, Викис с Тернисом, пристроившись в уголочке, лихо набрасывали схему плетения артефакта. Оба были не слишком сильны в предметной магии, но знали достаточно, чтобы обнаружить, что некоторые элементы являются зеркальными отражениями защитного плетения дома.
По молчаливому соглашению решили вопросы расследования при хозяйке не обсуждать. Полакомились выпечкой, развлекли Мелу разговорами... К вечеру она заявила, что уже вполне оправилась от испуга и спокойно переночует в собственном доме. Она и впрямь выглядела изрядно повеселевшей. Казалось, будто ничего особенного и не случилось. Но на последок все-таки спросила у Викис:
— Ну как, додумались до чего-нибудь?
— Кое-что есть, — уклончиво ответила Викис, — нам еще поразмыслить стоит.
Надо думать, фея и не ждала от них ничего особенного, была благодарна уже за то, что проводили и посидели вместе с ней.
К обсуждению преступления боевики приступили уже в собственной гостиной. Да там, собственно, и обсуждать особо нечего было.
— Получается, — подытожил Лертин, — этот Хайде оставил артефакт у своей девушки, утром забрал его до прихода стражи — и все прекрасно, не подкопаешься. Будто ничего и не было. Защита дома вновь безупречна, сыскари недоумевают, госпожа Танри рыдает, а ухажер исчезает с ее горизонта — сразу или постепенно.
Звучало несколько цинично, но в целом ситуацию отражало достоверно, нельзя было не признать.
— Да, с этим как раз все ясно. А как быть с остальными кражами? — поинтересовался Грай. — Не думаю, что этот Хайде ухаживал за почтенным ювелиром или пожилым мясником. Тем более, что в тех случаях грабили не дома, а лавки.
— Как будто трудно подкинуть в лавку артефакт! Заходит покупатель перед самым закрытием... Минутное дело. Если владелец не маг, он и не заметит, что что-то не в порядке. Только я думаю, Хайде не сам это делал, а помощника какого-нибудь подсылал, чтобы не светиться. А вот изымал поутру собственноручно...
— А как? — подала голос Викис, которая до сего момента молча внимала мозговому штурму в исполнении умных мужчин.
— Это, конечно, только предположения, но я думаю, нетрудно будет убедиться, что все кражи совершались накануне его дежурства, так что Хайде входил первым, будучи главным в группе, деактивировал и прятал артефакт, и только после этого впускал мага и своего помощника. Разумеется, маг обнаруживал защиту в безупречном состоянии.
— Все это выглядит весьма... стройно и логично, — включился в обсуждение Тернис, — только я все равно не могу понять, как работает артефакт.
— Ты просто водной составляющей не видел, — ответил Грай, разглядывая листок со схемой.
— А она была?
— Несомненно.
— Почему же мы не разглядели? — удивилась Викис. — Нет, я понимаю, что мы не могли увидеть ее след так же отчетливо, как свои стихии, но хоть что-то...
— Потому что водное зеркало, настроенное на копирование защиты, передает свою силу отражению, а само тает, исчезает. Это так называемые непроявленные чары, — Грай покачал головой. — Однако артефактор на эту шайку талантливый работает...
— Осталось только решить, что мы делаем со всем этим дальше, — озадачил собеседников Лертин. — Обращаемся в стражу?
— А поверят? — усомнился Ренмил. — Особенно с учетом того, что придется скрывать способности лесных...
— Собственно, это не такая уж великая тайна... — неуверенно начал Мирт.
— Магистр Нолеро! — эту идею Викис вынашивала в голове в течение всего разговора. — Он точно не станет задавать лишних вопросов, даже если о чем-то догадается.
— Неплохая мысль, — согласился Малко.
И Викис ухватилась за сережку, связываясь с наставником. Она уже успела прикинуть, что будет ему говорить, а о чем умолчит, поэтому пересказ событий получился четким и лаконичным.
… Вот чего они не предусмотрели, хотя могли бы и догадаться — что магистр явится на следующий день в школу не один, а в компании мага и следователя из сыскного отдела. Пришлось выкручиваться на ходу. Лертин экспромтом сочинил историю о том, как он уронил монетку в комнате госпожи Танри, наклонился, чтобы ее поднять, и... что-то почувствовал. Вот и решили проверить. К счастью, это был не допрос, беседовали со всеми вместе, так что «расхождений в показаниях» не было.
Поверили? Было не понять. Но выслушали их очень внимательно, задали несколько вопросов — вроде бы совершенно не опасных для тайн братства, потом маг засел над схемой, изображенной Викис и Тернисом.
— Молодцы ребята, — похвалил он, — хорошо слепок сняли, четко.
— Так там свеженькое все было, — скромно потупив глазки, отозвалась Викис, — такой след, прямо бери — не хочу.
— Зеркало, значит, — пробормотал маг. — Вот ведь... Кому бы в голову пришло, что этот принцип можно использовать в таких целях! До сих пор его больше в защитных амулетах применяли... одноразовых.
— Ну что? — не выдержал следователь, который в магических делах явно ничего не смыслил и ждал приговора одаренного коллеги.
— Доказательств, конечно, никаких, — подытожил маг, — взять его прямо сейчас не с чем... Значит, будем присматривать за этим... дурхом и брать на горячем.
«Дурха» в устах мага Викис оценила: так назывались твари, которые, по слухам, умели менять облик, прикидываясь безобидными представителями фауны. Правда, этого никто никогда не видел, способности дурхов считались порождением людской фантазии, однако и опровергнуть эти фантазии никто не мог, да и любая легенда, как известно, имеет под собой реальную основу.
«Оборотень в погонах, — мысленно хихикнула Викис, — бывают же такие совпадения».
О том, чем закончилась эта история, братство узнало от магистра Нолеро пару недель спустя.
Хайде, как и планировалось, взяли на горячем — на месте преступления с артефактом в руках. В шайку, кроме самого «оборотня», входили двое самых обычных взломщиков и парнишка, задачей которого было подкидывать на место будущей кражи артефакт — за исключением случая с Мелой, когда все проделал сам Хайде. Парнишка в свободное от преступной деятельности время подвизался на театральных подмостках и потому виртуозно владел искусством смены облика, без всякой магии, являясь к будущим жертвам каждый раз под новой личиной. И следователи, неизменно расспрашивавшие пострадавших о последних посетителях накануне кражи, никаких общих закономерностей не обнаружили.
Разумеется, в доле был и артефактор, периодически обновлявший чары на основном орудии преступления...
Но самое главное — Меле вернули бабушкино наследство, воры почему-то не успели его сбыть, и сахарная фея, зазвав Викис к себе, выкладывала перед ней содержимое шкатулки — не столько хвасталась, сколько сама не могла налюбоваться на вернувшиеся в дом сокровища.
— А вот эти — мои любимые, — и Мела протянула ей на ладони сережки в виде сверкающих капель. — Бабушка говорила: это мои слезы. Считай, я уже выплакала их вместо тебя, а на твою долю пусть остается только счастье.
Успешное окончание дела Ренс Нолеро и маг из сыскного отмечали вместе — сначала с другими сыскарями, потом вдвоем. Оба были уже основательно навеселе, и маг из стражи уже по десятому разу мусолил подробности «праздничной» темы.
— Однако ребята у тебя не промах! — восхищался сыскарь. — Способные ребята!
— Собственно, это не совсем мои ребята. Моих там только двое.
— Лесные? — заинтересовался маг.
— Какие лесные? — скроил удивленную физиономию Ренс.
— Да ладно! — отмахнулся от «честного» удивления собеседник. — Думаешь, я не понял, что без лесных в команде они бы это дело так просто не раскрыли?
— Мои — это те двое, которые схему рисовали, парень и девушка, — сообщение о лесных магистр проигнорировал, — больше, конечно, девушка — я ее к поступлению готовил.
Маг, однако, был настойчив:
— Не уходи от темы.
— Не ухожу, — мрачно отозвался вполне протрезвевший Ренс. — Просто сразу заявляю: ничего не слышал, ничего не видел, ничего не знаю. И тебе забыть советую.
— Да я никому! — обиделся сыскарь. — Но вообще-то... Что в этом такого? Лесных давно никто не преследует. Скрываются больше по привычке, чем по необходимости.
— А ты сама? Тебе ничего не сделали? — обеспокоенно спросила Викис.
— Да нет... Я на гуляньях была. У меня сейчас тако-о-ой кавалер, — лицо женщины озарилось мечтательной улыбкой. — А утром мы вернулись домой, — Мела вновь помрачнела, — а там... все перевернуто. Ни денег, ни драгоценностей... у меня их не так много было — то, что от бабушки, да несколько моих колечек.
— А стража что говорит?
— Да эти, из сыскного отдела, сказали, что не я первая и не я последняя. Воры, мол, какие-то совсем неуловимые. Охранные плетения выглядят нетронутыми, однако преступники как-то умудряются их обходить. Может, маг какой в шайке — вскрывает охрану, а потом восстанавливает перед уходом.
— Хм... — засомневалась Викис.
Все-таки она уже несколько месяцев изучала защитные чары и точно знала, что маги-сыскари такое вмешательство проглядеть не смогли бы, уж всяко остался бы след, да еще характерный, по которому преступника, если не найти, то уж распознать при встрече точно можно. Ни один маг, пусть даже и с преступными наклонностями, не стал бы так подставляться. Кроме того, восстановление защиты требует времени, а задерживаться на месте преступления — дело рискованное.
— Да я не знаю, — пожала плечами Мела, — я ведь этой всей магии не вижу... и мне теперь домой страшно возвращаться. Как подумаю, что туда в любой момент может зайти кто-нибудь чужой, так прямо дрожь пробирает.
— Мела, меня там ребята ждут за дверью...
— Так пусть заходят! — воскликнула кондитерша.
— Да я не об этом. Может, мы проводим тебя домой? Заодно и посмотрим, что там да как, мы ведь все-таки маги. Вдруг увидим что-нибудь такое, что страже в глаза не бросилось? Ты же не можешь здесь вечно сидеть, да и ночевать в лавке негде.
— И то верно, — согласилась Мела, — вы только подождите... я себя в порядок приведу и выйду к вам.
Боевики на улице уже начали потихоньку замерзать, поэтому Викис встретили довольно сердитыми взглядами.
— Ты чего так долго-то? — проворчал Малко, сжимающий в теплых объятиях свою красавицу-невесту.
— Ребят... У хозяйки неприятности, я ей предложила нашу помощь, — и Викис коротко поведала о событиях последних месяцев и о том, как они задели кондитершу. — Давайте ее до дома проводим и успокоим немножко, если ничего другого не получится.
— Конечно, нужно помочь, — поддержал Ренмил.
И все остальные согласно закивали головами.
Мела появилась в дверях кондитерской свежей и очаровательной как всегда, словно и не плакала несколько минут назад, разве что лицо было чуть бледнее обычного.
«Вот какими должны быть настоящие феи, — с легким оттенком зависти подумала Викис. — Интересно, она какая фея? Фея сладкой жизни? Просто сладкая? Или сахарная? И пусть она не маг, но ведь творит настоящее волшебство в своей кондитерской — не только сладости изумительные создает, но и особую атмосферу, которая притягивает людей к уютному заведению и его хозяйке И какой негодяй посмел ее обидеть?»
Дом Мелы таким уж разгромленным не выглядел — вероятно, фея-аккуратистка всё же успела слегка прибраться, прежде чем удрать в свою лавку.
Мела провела нежданных гостей в комнаты, а сама побежала на кухню — готовить угощение. Кейра с Маленой вызвались ей помочь, но та замахала на них руками:
— Еще чего! Сама справлюсь, мне это только в радость.
— Подождите, госпожа Танри, — окликнул ее Рон, — а сколько людей из сыскного отдела у вас сегодня было?
— Трое, — Мела ничуть не удивилась вопросу, — один маг и двое обычных.
— Угу, — пробормотал себе под нос парень, а когда сахарная фея исчезла в дверях, многозначительно переглянулся с Миртом.
Догадливая Кейра поспешила занять Малену, единственную, кто был не в курсе особенностей лесных и не давал клятвы, каким-то ерундовым разговором, да еще и усадила ее так, что большая часть гостиной оказалась у целительницы за спиной.
«Нехорошо как-то, — расстроилась Викис, — она вроде как тоже своя». С другой стороны, Викис понимала, что Малене такие тайны вовсе ни к чему, ей-то с ними в команде не работать.
Сама же она с любопытством наблюдала за действиями пары лесных.
Мирт ушел в звериную ипостась, Рон остался на контроле. Парни несколько раз обошли гостиную, остановившись на некоторое время перед одним из кресел и задержавшись у журнального столика, а потом вернулись в привычное состояние.
— В общем, так, — доложил Мирт, — кроме стражи сегодня в доме — не ночью, а утром — побывал еще один посторонний, он провел некоторое время в кресле и что-то делал у этого стола, причем садился на корточки или прямо на пол.
— Мы бы и без пояснений догадались — по вашим перемещениям, — усмехнулся Ренмил.
Лертин, не говоря ни слова, поднялся и подошел к столику, потом, как и неведомый гость Мелы, присел на корточки и сунул нос под столешницу, замерев в такой позе надолго.
— Здесь что-то было, — резюмировал он, вернувшись в общество, — магический предмет, артефакт, судя по всему. Преобладающие стихии — земля и воздух.
Викис с Тернисом переглянулись и, не сговариваясь, полезли туда, откуда только что вынырнул Лертин. Спустя несколько минут заглянувшая в гостиную хозяйка с изумлением наблюдала задние части двух боевых магов, торчащие из-под ее журнального столика.
— Викис? — растерянно промолвила фея.
— А? — девушка вылезла наружу, широко улыбнулась и поспешила задать свой вопрос, покуда хозяйка не исчезла: — А кто у тебя в гостях был сегодня утром?
— Так кавалер же мой! — подивилась Мела недогадливости юной приятельницы. — Мы на гуляньях были, ну и он меня проводил...
— А потом он куда делся?
— Ну как... ушел. Обещал по дороге в стражу заглянуть, позвать коллег, потому что сегодня не его дежурство.
— Так он сам стражник, что ли?
— Ну да, — закивала головой Мела, — тоже из сыскного отдела.
На месте кондитерши Викис бы обиделась, что кавалер бросил ее одну в такой неприятной ситуации. За стражей сходить — это правильно, но мог бы и вернуться потом. Разумеется, вслух она этого говорить не стала, только полюбопытствовала:
— А как его зовут, этого твоего ухажера?
— Раус... Раус Хайде... Краса-а-авчик! — закатила глаза влюбчивая фея. — А какой обходительный!
Викис очень хотелось прокомментировать последнее высказывание, но она сдержалась. А Мела, спохватившись, что уж слишком много зрителей присутствуют при ее откровениях, смутилась и снова убежала на кухню, откуда вскоре поползли умопомрачительные запахи свежей выпечки. А Викис, конечно, вернулась под стол.
Ветер она не призывала, но этого и не требовалось: с тех пор как она пошла на единение со стихией, работа с воздухом стала даваться ей удивительно легко, поэтому представление о «своей» части неведомого артефакта, побывавшего под столешницей и оставившего там магический след, сложилось у нее вполне отчетливое, словно она этот предмет своими глазами увидела. Не сам предмет, конечно, а наложенные на него воздушные чары.
Пока хозяйка накрывала на стол, Викис с Тернисом, пристроившись в уголочке, лихо набрасывали схему плетения артефакта. Оба были не слишком сильны в предметной магии, но знали достаточно, чтобы обнаружить, что некоторые элементы являются зеркальными отражениями защитного плетения дома.
По молчаливому соглашению решили вопросы расследования при хозяйке не обсуждать. Полакомились выпечкой, развлекли Мелу разговорами... К вечеру она заявила, что уже вполне оправилась от испуга и спокойно переночует в собственном доме. Она и впрямь выглядела изрядно повеселевшей. Казалось, будто ничего особенного и не случилось. Но на последок все-таки спросила у Викис:
— Ну как, додумались до чего-нибудь?
— Кое-что есть, — уклончиво ответила Викис, — нам еще поразмыслить стоит.
Надо думать, фея и не ждала от них ничего особенного, была благодарна уже за то, что проводили и посидели вместе с ней.
К обсуждению преступления боевики приступили уже в собственной гостиной. Да там, собственно, и обсуждать особо нечего было.
— Получается, — подытожил Лертин, — этот Хайде оставил артефакт у своей девушки, утром забрал его до прихода стражи — и все прекрасно, не подкопаешься. Будто ничего и не было. Защита дома вновь безупречна, сыскари недоумевают, госпожа Танри рыдает, а ухажер исчезает с ее горизонта — сразу или постепенно.
Звучало несколько цинично, но в целом ситуацию отражало достоверно, нельзя было не признать.
— Да, с этим как раз все ясно. А как быть с остальными кражами? — поинтересовался Грай. — Не думаю, что этот Хайде ухаживал за почтенным ювелиром или пожилым мясником. Тем более, что в тех случаях грабили не дома, а лавки.
— Как будто трудно подкинуть в лавку артефакт! Заходит покупатель перед самым закрытием... Минутное дело. Если владелец не маг, он и не заметит, что что-то не в порядке. Только я думаю, Хайде не сам это делал, а помощника какого-нибудь подсылал, чтобы не светиться. А вот изымал поутру собственноручно...
— А как? — подала голос Викис, которая до сего момента молча внимала мозговому штурму в исполнении умных мужчин.
— Это, конечно, только предположения, но я думаю, нетрудно будет убедиться, что все кражи совершались накануне его дежурства, так что Хайде входил первым, будучи главным в группе, деактивировал и прятал артефакт, и только после этого впускал мага и своего помощника. Разумеется, маг обнаруживал защиту в безупречном состоянии.
— Все это выглядит весьма... стройно и логично, — включился в обсуждение Тернис, — только я все равно не могу понять, как работает артефакт.
— Ты просто водной составляющей не видел, — ответил Грай, разглядывая листок со схемой.
— А она была?
— Несомненно.
— Почему же мы не разглядели? — удивилась Викис. — Нет, я понимаю, что мы не могли увидеть ее след так же отчетливо, как свои стихии, но хоть что-то...
— Потому что водное зеркало, настроенное на копирование защиты, передает свою силу отражению, а само тает, исчезает. Это так называемые непроявленные чары, — Грай покачал головой. — Однако артефактор на эту шайку талантливый работает...
— Осталось только решить, что мы делаем со всем этим дальше, — озадачил собеседников Лертин. — Обращаемся в стражу?
— А поверят? — усомнился Ренмил. — Особенно с учетом того, что придется скрывать способности лесных...
— Собственно, это не такая уж великая тайна... — неуверенно начал Мирт.
— Магистр Нолеро! — эту идею Викис вынашивала в голове в течение всего разговора. — Он точно не станет задавать лишних вопросов, даже если о чем-то догадается.
— Неплохая мысль, — согласился Малко.
И Викис ухватилась за сережку, связываясь с наставником. Она уже успела прикинуть, что будет ему говорить, а о чем умолчит, поэтому пересказ событий получился четким и лаконичным.
… Вот чего они не предусмотрели, хотя могли бы и догадаться — что магистр явится на следующий день в школу не один, а в компании мага и следователя из сыскного отдела. Пришлось выкручиваться на ходу. Лертин экспромтом сочинил историю о том, как он уронил монетку в комнате госпожи Танри, наклонился, чтобы ее поднять, и... что-то почувствовал. Вот и решили проверить. К счастью, это был не допрос, беседовали со всеми вместе, так что «расхождений в показаниях» не было.
Поверили? Было не понять. Но выслушали их очень внимательно, задали несколько вопросов — вроде бы совершенно не опасных для тайн братства, потом маг засел над схемой, изображенной Викис и Тернисом.
— Молодцы ребята, — похвалил он, — хорошо слепок сняли, четко.
— Так там свеженькое все было, — скромно потупив глазки, отозвалась Викис, — такой след, прямо бери — не хочу.
— Зеркало, значит, — пробормотал маг. — Вот ведь... Кому бы в голову пришло, что этот принцип можно использовать в таких целях! До сих пор его больше в защитных амулетах применяли... одноразовых.
— Ну что? — не выдержал следователь, который в магических делах явно ничего не смыслил и ждал приговора одаренного коллеги.
— Доказательств, конечно, никаких, — подытожил маг, — взять его прямо сейчас не с чем... Значит, будем присматривать за этим... дурхом и брать на горячем.
«Дурха» в устах мага Викис оценила: так назывались твари, которые, по слухам, умели менять облик, прикидываясь безобидными представителями фауны. Правда, этого никто никогда не видел, способности дурхов считались порождением людской фантазии, однако и опровергнуть эти фантазии никто не мог, да и любая легенда, как известно, имеет под собой реальную основу.
«Оборотень в погонах, — мысленно хихикнула Викис, — бывают же такие совпадения».
О том, чем закончилась эта история, братство узнало от магистра Нолеро пару недель спустя.
Хайде, как и планировалось, взяли на горячем — на месте преступления с артефактом в руках. В шайку, кроме самого «оборотня», входили двое самых обычных взломщиков и парнишка, задачей которого было подкидывать на место будущей кражи артефакт — за исключением случая с Мелой, когда все проделал сам Хайде. Парнишка в свободное от преступной деятельности время подвизался на театральных подмостках и потому виртуозно владел искусством смены облика, без всякой магии, являясь к будущим жертвам каждый раз под новой личиной. И следователи, неизменно расспрашивавшие пострадавших о последних посетителях накануне кражи, никаких общих закономерностей не обнаружили.
Разумеется, в доле был и артефактор, периодически обновлявший чары на основном орудии преступления...
Но самое главное — Меле вернули бабушкино наследство, воры почему-то не успели его сбыть, и сахарная фея, зазвав Викис к себе, выкладывала перед ней содержимое шкатулки — не столько хвасталась, сколько сама не могла налюбоваться на вернувшиеся в дом сокровища.
— А вот эти — мои любимые, — и Мела протянула ей на ладони сережки в виде сверкающих капель. — Бабушка говорила: это мои слезы. Считай, я уже выплакала их вместо тебя, а на твою долю пусть остается только счастье.
***
Успешное окончание дела Ренс Нолеро и маг из сыскного отмечали вместе — сначала с другими сыскарями, потом вдвоем. Оба были уже основательно навеселе, и маг из стражи уже по десятому разу мусолил подробности «праздничной» темы.
— Однако ребята у тебя не промах! — восхищался сыскарь. — Способные ребята!
— Собственно, это не совсем мои ребята. Моих там только двое.
— Лесные? — заинтересовался маг.
— Какие лесные? — скроил удивленную физиономию Ренс.
— Да ладно! — отмахнулся от «честного» удивления собеседник. — Думаешь, я не понял, что без лесных в команде они бы это дело так просто не раскрыли?
— Мои — это те двое, которые схему рисовали, парень и девушка, — сообщение о лесных магистр проигнорировал, — больше, конечно, девушка — я ее к поступлению готовил.
Маг, однако, был настойчив:
— Не уходи от темы.
— Не ухожу, — мрачно отозвался вполне протрезвевший Ренс. — Просто сразу заявляю: ничего не слышал, ничего не видел, ничего не знаю. И тебе забыть советую.
— Да я никому! — обиделся сыскарь. — Но вообще-то... Что в этом такого? Лесных давно никто не преследует. Скрываются больше по привычке, чем по необходимости.
