С гримом Кейра управлялась мастерски. Ничего особенного — чуточку утяжелить веки, дать пожестче тени на скулах, небольшой шрам, отвлекающий внимание от всего остального, — и лицо выглядит совсем иным. Не то чтобы вовсе незнакомым, но это для своих, а по портрету точно не опознают. Магистр Нолеро, с любопытством наблюдавший за процессом преображения, даже языком цокнул от восхищения.
В трактир они ввалились веселой гурьбой — адепты как есть, школяры, в общем, — шумные, открытые, шаловливые. Наелись от души, хоть в пути вовсе и не голодали. Просто, когда самим не надо о пропитании заботиться, это способствует здоровому аппетиту и настраивает на благодушный лад.
Правда, благодушие адептов было лишь видимостью. Наворачивая за обе щеки нехитрую деревенскую еду, маги прислушивались к разговорам за соседними столами. О политике в селе говорили мало, все больше о погоде и урожае, но того немногого, что они услышали, хватило, чтобы осознать неприятный факт: если еще несколько дней назад мнения разнились, то сегодня простой люд единодушно уверен в преступности принца-бастарда...
Хозяин выделил им пять комнат, девчонки разместились вместе, остальные — по двое.
Теплая ванна, девичьи перешептывания в темноте... Сон на настоящей постели с чистым бельем стал счастливым завершением беспокойного дня. Никто их ни в чем не заподозрил, принц Эатернис остался не узнанным. Но только теперь стало окончательно ясно, что их поход не обратится триумфальным шествием, что законному наследнику все же придется сражаться за трон. И неизвестно, какие формы примет это сражение, какие потери они понесут, чем это все обернется для них самих.
На следующий день зарядил дождь, а трактир в ближайшей деревне, куда маги добрались незадолго до заката, оказался таким убогим, что спать они вынуждены были на полу в общей комнате, а о воде для мытья и вовсе речи не было, под крышей — и то ладно.
Путь их лежал не в столицу, а в город поменьше — Лимерту, где жили родители Тиллис и где претендент на престол должен был встретиться с посланцем от эйра Неелиса.
Вместо этого команду встретила засада — задолго до въезда в город. Вернее, собиралась встретить — Керкис обнаружил ее заранее и предупредил Викис, а той, конечно, пришлось выкручиваться перед друзьями — дух своего присутствия не выдал. Тернис и Ренс, разумеется, знали о нем, а вот остальные поглядывали на Викис не то чтобы подозрительно, но с немалым интересом, когда она объявила о засаде.
В разведку отправились снова лесные. Вернулись со сведениями:
— Двадцать человек, дорога перегорожена. Не маги, похоже — наемники. И да, судя по разговорам, именно по наши души. И ждут конных, о том, что мы пешие — не знают.
— Я не говорил эйру Неелису, что мы передвигаемся пешком. Но... Неелис — верный! И клятву обойти не может. А будь он искренне убежден, что я преступник, а не законный претендент на престол, то действовал бы иначе, не так низко, — принц пребывал в смятении.
— Неелис — да, но тот, кому он поручил тебя встретить... — Ренмил поморщился. — Что делать-то будем?
— Ну уж всяко не в бой вступать. Обходим лесными тропами, потом поговорим. — решил Тернис.
Они сделали солидный крюк, вновь избегая проезжих дорог. Но выходить из леса, завидев вдалеке город, не спешили — мало ли какие сюрпризы могут их еще поджидать.
— Значит, — нарушил молчание Ренмил, — посланник эйра Неелиса ведет собственную игру. И довольно грязную, поскольку предполагаемого преступника планировалось не передать в руки правосудия, а самым примитивным образом убить. И похоже, о том, что принц обладает магическим даром, посланнику неизвестно. А сам эйр Неелис в курсе?
— Он знал о моих способностях и раньше, когда я был ребенком. И разумеется, когда я с ним связывался, то сообщил о том, где учусь. Просто он должен знать, кого поддерживает.
— Что ж, получается, он держит это в тайне. Догадывался, что порученцу не стоит полностью доверять?
— Скорее, придерживает информацию, чтобы не накалять обстановку. Мачеха о моих способностях не знала совсем. Мэтр Лагисар обучал меня в тайне. Так что об этом мало кому известно, а в руках врагов эти сведения могут сыграть против меня.
— Ладно, — прервал беседу принцев магистр Нолеро, — это как раз можно будет обсудить и позже. Сейчас важно решить, а так ли уж нам нужно в город, если посланник, с которым Тернис собирался встретиться, — предатель.
— Нужно, — вздохнул принц, — Тиллис передала письмо для своих. В доме ее деда нас точно примут и окажут поддержку. У нас появится возможность отдохнуть, связаться с эйром Неелисом и обсудить дальнейшие действия. Так что решить важно другое: как мы в город попадем? Полагаю, тот, кто ставил на нас засаду, мог позаботиться и о том, чтобы перекрыть все входы в Лимерту. Город древний, окружен стенами, так что наши возможности проникнуть в него... ограниченны.
— Может, — решила блеснуть книжной премудростью Викис, — обойти город и зайти с другой стороны?
Она и сама понимала, что это звучит наивно, но раздражала собственная неспособность сделать хоть что-нибудь, вот и ляпнула — лишь бы сказать что-нибудь.
— Хотелось бы верить, что мы самые умные, — усмехнулся Тернис, — но ведь нас могут подстерегать и там.
— Нет старинных городов, в которые не ведут тайные ходы, — важно заявил Малко.
— Главное достоинство тайных ходов, — в тон ему ответил Тернис, — состоит в том, что о них мало кто знает. Это и позволяет им оставаться тайными.
— Детский сад! — фыркнул магистр Нолеро. — Что ж, если команда магов признает свою беспомощность перед ситуацией, можно прибегнуть...
«... к помощи зала», — закончила мысль Викис. Вслух, однако, поостереглась высказываться.
— ...к чьей-нибудь помощи. Например, — магистр многозначительно глянул на свою ученицу, — кое-кто мог бы представить нам еще одного полноправного, но мало кому известного члена нашей команды. Он уже помог нам сегодня и наверняка снова может быть полезен — в том, что касается поисков пути.
— Если он сам захочет, — пожала плечами Викис и робко окликнула: — Керкис! Покажешься?
Никакого ответа. Когда наступившая тишина окончательно стала неуютной, из-за спины магистра Нолеро раздалось ехидное хихиканье. Магистр обернулся: полупрозрачный кото-дракон, поглядывая на него лукавым взглядом, старательно вылизывал подушечки когтистой лапы.
— Ух ты! — Ренмил аж присвистнул, не сдержав восторга. — И давно он с тобой?
— С самого начала, — призналась Викис и тут же спохватилась: чуть не выдала себя этой фразой.
К счастью, никто не подумал спросить, с начала чего. И Викис вздохнула с облегчением: не время сейчас для всяких посторонних тайн. А может, оно, это время, никогда и не наступит. Кому она собиралась о своем происхождении рассказать? Разве что Тернису — потому что в общем будущем таких тайн не должно быть. А теперь и ему знать необязательно.
Ребята между тем вовсю знакомились с фамильяром. Керкис млел от обилия внимания, время от времени бросая взгляды на хозяйку: давай, мол, говори, зачем звала. Можно подумать, сам не знает! Ведь все время рядом был, пусть и незримо.
— Поможешь? — просто спросила она.
— Отчего ж не помочь, — вальяжно протянул фамильяр, — город знакомый, бывать тут приходилось... в прежней жизни. И если за это время ничего не изменилось, то... сто восемь шагов в сторону лунного дара от ока, глядящего на закат.
Образ котодракона поплыл, переплавляясь в красноглазое чудовище, которое Викис когда-то обозвала адским псом, а потом Керкис и вовсе растворился в воздухе — только зловещего хохота напоследок не хватало.
— Тьфу! — Викис была сердита. — Как обычно, загадками.
— Не ворчи, — остановил ее наставник, — фамильяры всегда так делают, не жди от него готовых решений.
И правда, чего это она? Пора бы уж привыкнуть, за три-то года!
— Во всяком случае, — заговорил Лертин, — одно понятно совершенно точно: нам нужна западная стена.
— И что такое, по-твоему, это око? — заинтересовалась Викис.
— Это может быть все, что угодно — от рисунка на стене, до камня или группы камней причудливой формы. Надо полагать, твой фамильяр не сам загадку сочинил — это инструкция, которую передают желающим тайно попасть в город.
— Все равно это похоже на какую-то детскую игру, — вздохнула Викис, — а у меня совсем не то настроение, чтобы играть.
К городу они подошли на закате. Лимерта была по-настоящему древним поселением, мрачная толща городских стен нависала над путниками, не позволяя видеть даже крыши ближайших домов. Было темно, немножко неуютно, а еще пробирал азарт, и Викис чувствовала, что именно сейчас она ничего не имеет против игры. Загадка позволяла отвлечься, не думать о том, что будет с ними дальше. Возможно, для того дух и затеял эту забаву. И Викис шла вдоль стены, внимательно осматривая шершавые, неровные камни, из которых она была слеплена.
— Может, нам стоит отойти чуть подальше? — предложил Малко. — Есть вероятность, что знак будет виден именно издалека. Разделимся?
— Не стоит, — Тернис усмехнулся, — кажется, мы уже нашли его.
— Где?! — Кейра аж на цыпочки привстала, пытаясь разглядеть то, что увидел Тернис.
Викис тоже была готова последовать ее примеру. Но участок стены, напротив которого они остановились, ничем не отличался от соседних. На первый взгляд. Да и на второй тоже.
— Не томи, Тернис, — поторопил принца магистр Нолеро, — нам тоже хотелось бы понять.
— Вот этот камень, — рука Терниса коснулась одного из булыжников, — то, что нам нужно.
Камень как камень. Такой же бесформенный, серо-коричневый, как и другие. Разве что поверхность чуть более гладкая. Викис тоже погладила булыжник — и правда, гладкая, словно бархат. Но почему — око? Кажется, она спросила об этом вслух. А может, Тернис ответил, не дожидаясь ее вопроса.
— Скармус. Это на общем. А местное название переводится со старо-ирегайского, как «око дракона».
— Осталось немного — найти лунный дар, — с оптимизмом заявил Ренмил, — уверен, это тоже что-то древне-ирегайское, а значит, по твоей части, Тернис.
— А вот и нет, — неожиданно развеселилась Малена, которая в последнее время все больше молчала и грустила, — лунный дар — это на общем языке. В старинных травниках так называют сребролистую хаптиру. В лунные ночи это дерево выделяет особую смолу, которая используется для приготовления многих целебных зелий.
Деревьев неподалеку было две группы, но одна стояла слишком близко к стене, точно меньше ста шагов, зато вторая вполне подходила.
— Чьими шагами мерить будем? — озадачился Тернис.
— Если бы загадку придумал сам Керкис, — улыбнулся Ренс, — я бы предложил пройтись Викис, а так... Можешь попробовать сам. Полагаю, это не слишком принципиально, потому что вон те заросли кустов находятся примерно на нужном расстоянии, и другого подходящего места, чтобы скрыть вход, я не вижу.
Тернис все-таки отмерил положенные сто восемь шагов. Вернее, попытался, потому что на сто пятом уткнулся в кустарник, густой и непроходимый. И никаких намеков на тайный ход. Маскирующей магии тоже не чувствовалось. Тернис присел, коснулся земли, прислушался.
— Да, показывает пустоту, и вход действительно где-то здесь, но я не представляю, как в него попасть, — озадаченно проговорил он, поднимаясь.
Викис решительно обошла его, слегка задев плечом. Может, хоть здесь она что-то сделать сможет? Она толкнула куст, но он едва шелохнулся, и не думая уступать дорогу магичке. Гляда на нее, ребята обступили кусты со всех сторон, пытаясь пробиться в заросли.
— Есть! — с противоположной стороны послышался голос Малко, который тут же сменился вскриком и руганью. — Они... смещаются, — выдал навенрский принц откуда-то снизу.
Кусты и впрямь смещались. Никакой магии — старинный механизм, за которым явно кто-то продолжал присматривать и по сей день, потому что «дверь» продолжала работать безупречно.
Лезть в открывавшийся за дверью провал Викис не хотелось, но... Малко поторапливал снизу, а сзади в нетерпении подталкивали остальные. Пришлось спускаться.
Впрочем, внизу оказалось совсем не страшно. Разве что темно. Ну и грязновато.
Между тем, за стеной царило безмолвие — тот самый глухой ночной час, когда полуночники уже отошли ко сну, а ранние пташки еще не поднимались. Пока остальные под неразборчивое ворчание приводили себя в порядок с помощью бытовой магии, Рон и Мирт сходили на разведку. На самом деле, конечно, всего лишь огляделись, чтобы убедиться, что поблизости их никто не поджидает.
А вот в дом ир Торисов принц сначала отправился в одиночестве.
— Почему не кто-нибудь другой? — попробовал возразить Грай. — Ты рискуешь.
— Знак доверия. Так принято.
Сомневающимся оставалось только вздыхать и провожать его взглядами из-за угла.
А уже через час все они сидели за столом в доме семейства ир Торис. Хозяин, высокий, крепкий, не старый еще мужчина — дедушка Тиллис — хмурился, слушая о назначенной встрече и засаде на дороге. Кроме хозяина, трапезу с гостями разделили его сын и внуки — старшие братья Тиллис. Эти переглядывались то между собой, то с неожиданными визитерами и явно с трудом могли усидеть на месте. Видно было, что парни предвкушают участие в приключении, пока еще не вполне осознавая, чем оно им может грозить, если все обернется не лучшим образом. А ситуация к благоприятным прогнозам никак не располагала.
— Я не знаю, что происходит, ваше высочество, — говорил глава дома. — Слухи ходили и раньше. Полгода назад в них мало кто верил... Вернее, просто особо не прислушивались — кому какое дело, что там наверху творится. Потом, после коронации, слухи приобрели противоречивый характер, но это вполне естественно. И вдруг, совсем недавно... словно зараза неведомая начала расползаться. И люди, прежде мыслившие вполне здраво, начинают ей поддаваться... Мало того, готовы за оружие хвататься. В такой ситуации просто не знаешь, кому доверять.
— Что вы мне посоветуете, ир?
— Разве я вправе давать вам советы, ваше высочество? Я даже не эйр, всего лишь дворянин среднего круга.
— Что вы не эйр — это какое-то досадное недоразумение. Все принесшие клятву рода — в малом кругу. Правда, осталось их уже немного... Но в данный момент я прошу у вас совета не как у аристократа, приближенного к трону, а как у человека опытного, знающего жизнь и обстановку в стране. Что мне делать? Уйти, сделав вид, что слухи о поддельных регалиях до меня не дошли, и предоставив событиям развиваться своим чередом? Или выступить за правду и справедливость, невзирая на отсутствие народной поддержки?
— Ваше высочество... Не ожидал я, что мне придется давать советы, могу лишь сказать, о чем болит сердце. Как дворянин, связанный клятвой рода, я знаю, чем опасны для страны самозванцы на троне. Одно дело — открытая смена династии из-за вымирания предыдущей или же в результате переворота — тогда трон занимают те, кто способен его удержать. Здесь же... править будут те, у кого для этого недостаточно сил и умения. Я не верю в королеву. Еще меньше я верю в ее сына, которому едва ли суждено стать самостоятельным правителем. Но главное — нашим предкам при принесении клятвы было дано знание, и это знание перешло ко мне по наследству: если ложь воссядет на трон, то жизни Ирегайе — от силы два десятка лет.
В трактир они ввалились веселой гурьбой — адепты как есть, школяры, в общем, — шумные, открытые, шаловливые. Наелись от души, хоть в пути вовсе и не голодали. Просто, когда самим не надо о пропитании заботиться, это способствует здоровому аппетиту и настраивает на благодушный лад.
Правда, благодушие адептов было лишь видимостью. Наворачивая за обе щеки нехитрую деревенскую еду, маги прислушивались к разговорам за соседними столами. О политике в селе говорили мало, все больше о погоде и урожае, но того немногого, что они услышали, хватило, чтобы осознать неприятный факт: если еще несколько дней назад мнения разнились, то сегодня простой люд единодушно уверен в преступности принца-бастарда...
Хозяин выделил им пять комнат, девчонки разместились вместе, остальные — по двое.
Теплая ванна, девичьи перешептывания в темноте... Сон на настоящей постели с чистым бельем стал счастливым завершением беспокойного дня. Никто их ни в чем не заподозрил, принц Эатернис остался не узнанным. Но только теперь стало окончательно ясно, что их поход не обратится триумфальным шествием, что законному наследнику все же придется сражаться за трон. И неизвестно, какие формы примет это сражение, какие потери они понесут, чем это все обернется для них самих.
На следующий день зарядил дождь, а трактир в ближайшей деревне, куда маги добрались незадолго до заката, оказался таким убогим, что спать они вынуждены были на полу в общей комнате, а о воде для мытья и вовсе речи не было, под крышей — и то ладно.
Путь их лежал не в столицу, а в город поменьше — Лимерту, где жили родители Тиллис и где претендент на престол должен был встретиться с посланцем от эйра Неелиса.
Вместо этого команду встретила засада — задолго до въезда в город. Вернее, собиралась встретить — Керкис обнаружил ее заранее и предупредил Викис, а той, конечно, пришлось выкручиваться перед друзьями — дух своего присутствия не выдал. Тернис и Ренс, разумеется, знали о нем, а вот остальные поглядывали на Викис не то чтобы подозрительно, но с немалым интересом, когда она объявила о засаде.
В разведку отправились снова лесные. Вернулись со сведениями:
— Двадцать человек, дорога перегорожена. Не маги, похоже — наемники. И да, судя по разговорам, именно по наши души. И ждут конных, о том, что мы пешие — не знают.
— Я не говорил эйру Неелису, что мы передвигаемся пешком. Но... Неелис — верный! И клятву обойти не может. А будь он искренне убежден, что я преступник, а не законный претендент на престол, то действовал бы иначе, не так низко, — принц пребывал в смятении.
— Неелис — да, но тот, кому он поручил тебя встретить... — Ренмил поморщился. — Что делать-то будем?
— Ну уж всяко не в бой вступать. Обходим лесными тропами, потом поговорим. — решил Тернис.
Они сделали солидный крюк, вновь избегая проезжих дорог. Но выходить из леса, завидев вдалеке город, не спешили — мало ли какие сюрпризы могут их еще поджидать.
— Значит, — нарушил молчание Ренмил, — посланник эйра Неелиса ведет собственную игру. И довольно грязную, поскольку предполагаемого преступника планировалось не передать в руки правосудия, а самым примитивным образом убить. И похоже, о том, что принц обладает магическим даром, посланнику неизвестно. А сам эйр Неелис в курсе?
— Он знал о моих способностях и раньше, когда я был ребенком. И разумеется, когда я с ним связывался, то сообщил о том, где учусь. Просто он должен знать, кого поддерживает.
— Что ж, получается, он держит это в тайне. Догадывался, что порученцу не стоит полностью доверять?
— Скорее, придерживает информацию, чтобы не накалять обстановку. Мачеха о моих способностях не знала совсем. Мэтр Лагисар обучал меня в тайне. Так что об этом мало кому известно, а в руках врагов эти сведения могут сыграть против меня.
— Ладно, — прервал беседу принцев магистр Нолеро, — это как раз можно будет обсудить и позже. Сейчас важно решить, а так ли уж нам нужно в город, если посланник, с которым Тернис собирался встретиться, — предатель.
— Нужно, — вздохнул принц, — Тиллис передала письмо для своих. В доме ее деда нас точно примут и окажут поддержку. У нас появится возможность отдохнуть, связаться с эйром Неелисом и обсудить дальнейшие действия. Так что решить важно другое: как мы в город попадем? Полагаю, тот, кто ставил на нас засаду, мог позаботиться и о том, чтобы перекрыть все входы в Лимерту. Город древний, окружен стенами, так что наши возможности проникнуть в него... ограниченны.
— Может, — решила блеснуть книжной премудростью Викис, — обойти город и зайти с другой стороны?
Она и сама понимала, что это звучит наивно, но раздражала собственная неспособность сделать хоть что-нибудь, вот и ляпнула — лишь бы сказать что-нибудь.
— Хотелось бы верить, что мы самые умные, — усмехнулся Тернис, — но ведь нас могут подстерегать и там.
— Нет старинных городов, в которые не ведут тайные ходы, — важно заявил Малко.
— Главное достоинство тайных ходов, — в тон ему ответил Тернис, — состоит в том, что о них мало кто знает. Это и позволяет им оставаться тайными.
— Детский сад! — фыркнул магистр Нолеро. — Что ж, если команда магов признает свою беспомощность перед ситуацией, можно прибегнуть...
«... к помощи зала», — закончила мысль Викис. Вслух, однако, поостереглась высказываться.
— ...к чьей-нибудь помощи. Например, — магистр многозначительно глянул на свою ученицу, — кое-кто мог бы представить нам еще одного полноправного, но мало кому известного члена нашей команды. Он уже помог нам сегодня и наверняка снова может быть полезен — в том, что касается поисков пути.
— Если он сам захочет, — пожала плечами Викис и робко окликнула: — Керкис! Покажешься?
Никакого ответа. Когда наступившая тишина окончательно стала неуютной, из-за спины магистра Нолеро раздалось ехидное хихиканье. Магистр обернулся: полупрозрачный кото-дракон, поглядывая на него лукавым взглядом, старательно вылизывал подушечки когтистой лапы.
— Ух ты! — Ренмил аж присвистнул, не сдержав восторга. — И давно он с тобой?
— С самого начала, — призналась Викис и тут же спохватилась: чуть не выдала себя этой фразой.
К счастью, никто не подумал спросить, с начала чего. И Викис вздохнула с облегчением: не время сейчас для всяких посторонних тайн. А может, оно, это время, никогда и не наступит. Кому она собиралась о своем происхождении рассказать? Разве что Тернису — потому что в общем будущем таких тайн не должно быть. А теперь и ему знать необязательно.
Ребята между тем вовсю знакомились с фамильяром. Керкис млел от обилия внимания, время от времени бросая взгляды на хозяйку: давай, мол, говори, зачем звала. Можно подумать, сам не знает! Ведь все время рядом был, пусть и незримо.
— Поможешь? — просто спросила она.
— Отчего ж не помочь, — вальяжно протянул фамильяр, — город знакомый, бывать тут приходилось... в прежней жизни. И если за это время ничего не изменилось, то... сто восемь шагов в сторону лунного дара от ока, глядящего на закат.
Образ котодракона поплыл, переплавляясь в красноглазое чудовище, которое Викис когда-то обозвала адским псом, а потом Керкис и вовсе растворился в воздухе — только зловещего хохота напоследок не хватало.
— Тьфу! — Викис была сердита. — Как обычно, загадками.
— Не ворчи, — остановил ее наставник, — фамильяры всегда так делают, не жди от него готовых решений.
И правда, чего это она? Пора бы уж привыкнуть, за три-то года!
— Во всяком случае, — заговорил Лертин, — одно понятно совершенно точно: нам нужна западная стена.
— И что такое, по-твоему, это око? — заинтересовалась Викис.
— Это может быть все, что угодно — от рисунка на стене, до камня или группы камней причудливой формы. Надо полагать, твой фамильяр не сам загадку сочинил — это инструкция, которую передают желающим тайно попасть в город.
— Все равно это похоже на какую-то детскую игру, — вздохнула Викис, — а у меня совсем не то настроение, чтобы играть.
К городу они подошли на закате. Лимерта была по-настоящему древним поселением, мрачная толща городских стен нависала над путниками, не позволяя видеть даже крыши ближайших домов. Было темно, немножко неуютно, а еще пробирал азарт, и Викис чувствовала, что именно сейчас она ничего не имеет против игры. Загадка позволяла отвлечься, не думать о том, что будет с ними дальше. Возможно, для того дух и затеял эту забаву. И Викис шла вдоль стены, внимательно осматривая шершавые, неровные камни, из которых она была слеплена.
— Может, нам стоит отойти чуть подальше? — предложил Малко. — Есть вероятность, что знак будет виден именно издалека. Разделимся?
— Не стоит, — Тернис усмехнулся, — кажется, мы уже нашли его.
— Где?! — Кейра аж на цыпочки привстала, пытаясь разглядеть то, что увидел Тернис.
Викис тоже была готова последовать ее примеру. Но участок стены, напротив которого они остановились, ничем не отличался от соседних. На первый взгляд. Да и на второй тоже.
— Не томи, Тернис, — поторопил принца магистр Нолеро, — нам тоже хотелось бы понять.
— Вот этот камень, — рука Терниса коснулась одного из булыжников, — то, что нам нужно.
Камень как камень. Такой же бесформенный, серо-коричневый, как и другие. Разве что поверхность чуть более гладкая. Викис тоже погладила булыжник — и правда, гладкая, словно бархат. Но почему — око? Кажется, она спросила об этом вслух. А может, Тернис ответил, не дожидаясь ее вопроса.
— Скармус. Это на общем. А местное название переводится со старо-ирегайского, как «око дракона».
— Осталось немного — найти лунный дар, — с оптимизмом заявил Ренмил, — уверен, это тоже что-то древне-ирегайское, а значит, по твоей части, Тернис.
— А вот и нет, — неожиданно развеселилась Малена, которая в последнее время все больше молчала и грустила, — лунный дар — это на общем языке. В старинных травниках так называют сребролистую хаптиру. В лунные ночи это дерево выделяет особую смолу, которая используется для приготовления многих целебных зелий.
Деревьев неподалеку было две группы, но одна стояла слишком близко к стене, точно меньше ста шагов, зато вторая вполне подходила.
— Чьими шагами мерить будем? — озадачился Тернис.
— Если бы загадку придумал сам Керкис, — улыбнулся Ренс, — я бы предложил пройтись Викис, а так... Можешь попробовать сам. Полагаю, это не слишком принципиально, потому что вон те заросли кустов находятся примерно на нужном расстоянии, и другого подходящего места, чтобы скрыть вход, я не вижу.
Тернис все-таки отмерил положенные сто восемь шагов. Вернее, попытался, потому что на сто пятом уткнулся в кустарник, густой и непроходимый. И никаких намеков на тайный ход. Маскирующей магии тоже не чувствовалось. Тернис присел, коснулся земли, прислушался.
— Да, показывает пустоту, и вход действительно где-то здесь, но я не представляю, как в него попасть, — озадаченно проговорил он, поднимаясь.
Викис решительно обошла его, слегка задев плечом. Может, хоть здесь она что-то сделать сможет? Она толкнула куст, но он едва шелохнулся, и не думая уступать дорогу магичке. Гляда на нее, ребята обступили кусты со всех сторон, пытаясь пробиться в заросли.
— Есть! — с противоположной стороны послышался голос Малко, который тут же сменился вскриком и руганью. — Они... смещаются, — выдал навенрский принц откуда-то снизу.
Кусты и впрямь смещались. Никакой магии — старинный механизм, за которым явно кто-то продолжал присматривать и по сей день, потому что «дверь» продолжала работать безупречно.
Лезть в открывавшийся за дверью провал Викис не хотелось, но... Малко поторапливал снизу, а сзади в нетерпении подталкивали остальные. Пришлось спускаться.
Впрочем, внизу оказалось совсем не страшно. Разве что темно. Ну и грязновато.
Между тем, за стеной царило безмолвие — тот самый глухой ночной час, когда полуночники уже отошли ко сну, а ранние пташки еще не поднимались. Пока остальные под неразборчивое ворчание приводили себя в порядок с помощью бытовой магии, Рон и Мирт сходили на разведку. На самом деле, конечно, всего лишь огляделись, чтобы убедиться, что поблизости их никто не поджидает.
А вот в дом ир Торисов принц сначала отправился в одиночестве.
— Почему не кто-нибудь другой? — попробовал возразить Грай. — Ты рискуешь.
— Знак доверия. Так принято.
Сомневающимся оставалось только вздыхать и провожать его взглядами из-за угла.
А уже через час все они сидели за столом в доме семейства ир Торис. Хозяин, высокий, крепкий, не старый еще мужчина — дедушка Тиллис — хмурился, слушая о назначенной встрече и засаде на дороге. Кроме хозяина, трапезу с гостями разделили его сын и внуки — старшие братья Тиллис. Эти переглядывались то между собой, то с неожиданными визитерами и явно с трудом могли усидеть на месте. Видно было, что парни предвкушают участие в приключении, пока еще не вполне осознавая, чем оно им может грозить, если все обернется не лучшим образом. А ситуация к благоприятным прогнозам никак не располагала.
— Я не знаю, что происходит, ваше высочество, — говорил глава дома. — Слухи ходили и раньше. Полгода назад в них мало кто верил... Вернее, просто особо не прислушивались — кому какое дело, что там наверху творится. Потом, после коронации, слухи приобрели противоречивый характер, но это вполне естественно. И вдруг, совсем недавно... словно зараза неведомая начала расползаться. И люди, прежде мыслившие вполне здраво, начинают ей поддаваться... Мало того, готовы за оружие хвататься. В такой ситуации просто не знаешь, кому доверять.
— Что вы мне посоветуете, ир?
— Разве я вправе давать вам советы, ваше высочество? Я даже не эйр, всего лишь дворянин среднего круга.
— Что вы не эйр — это какое-то досадное недоразумение. Все принесшие клятву рода — в малом кругу. Правда, осталось их уже немного... Но в данный момент я прошу у вас совета не как у аристократа, приближенного к трону, а как у человека опытного, знающего жизнь и обстановку в стране. Что мне делать? Уйти, сделав вид, что слухи о поддельных регалиях до меня не дошли, и предоставив событиям развиваться своим чередом? Или выступить за правду и справедливость, невзирая на отсутствие народной поддержки?
— Ваше высочество... Не ожидал я, что мне придется давать советы, могу лишь сказать, о чем болит сердце. Как дворянин, связанный клятвой рода, я знаю, чем опасны для страны самозванцы на троне. Одно дело — открытая смена династии из-за вымирания предыдущей или же в результате переворота — тогда трон занимают те, кто способен его удержать. Здесь же... править будут те, у кого для этого недостаточно сил и умения. Я не верю в королеву. Еще меньше я верю в ее сына, которому едва ли суждено стать самостоятельным правителем. Но главное — нашим предкам при принесении клятвы было дано знание, и это знание перешло ко мне по наследству: если ложь воссядет на трон, то жизни Ирегайе — от силы два десятка лет.
