— Очень просто, — усмехнулся даргонец. — Летать. И драться. На моей стороне. Мне прирожденный пилот тоже пригодится.
— Нет! — возмутилась Лина. — Никогда!
— Почему? — удивленно уставился на нее магистр.
— Я не стану служить пиратам! — отрезала девушка. — Ни за что! Не заставите!
Лине было страшно до онемения, понимала, что ее ждет что-то очень нехорошее, но иначе поступить не могла. Честь дороже жизни! Этому ее с детства учил дядя Пимен. И пусть будет что будет! Катиться вниз легко, зато потом снова подняться почти невозможно. Лучше умереть, но остаться человеком.
— Откуда ты взяла, что мы пираты? — опустился в кресло магистр, глядя на девушку с искренним интересом.
— А как еще можно назвать людей, пришедших отобрать у других то, что тем принадлежит? — язвительно поинтересовалась Лина. — Будто я не знаю, что вы приходили за варием!
— Да по-разному можно назвать! — расхохотался даргонец. — Независимыми коммерсантами, хотя бы. Давно я не сталкивался с такой потрясающей наивностью... Насмешила! Девочка, в жизни важны только две вещи — власть и деньги. Остальное приложится, если человек имеет либо то, либо другое. А еще лучше — и то, и другое! А если ты этого не понимаешь, то навсегда останешься на дне.
— Лучше так, чем становиться сволочью! — отрезала девушка. — Благие за все спросят, господин хороший! За все! И за все заставят заплатить, в конце концов!
— Какая чушь... — магистр укоризненно покачал головой. — Милочка, да посмотри вокруг. Преуспевают только те, кого ты зовешь «сволочами». Значит, именно они угодны Благим, иначе не имели бы удачи. А они имеют. И успешно стригут шерсть с овец, называемых «честными людьми».
— То-то удача была на вашей стороне...
— Да, на сей раз не была. Ты помешала. И тебе придется возместить мне убытки тем или иным образом. Не захочешь становиться моим пилотом, так станешь проституткой в дорогом публичном доме. В Даргоне молодые девушки в цене. Все не отработаешь, но кое-какую прибыль принесешь.
— Не принесу! — загорелись гневом глаза Лины. — Найду способ с собой покончить!
— Да ну? — недоверчиво прищурился магистр, явно едва сдерживая смех. — Кто ж тебе позволит? Выдрессируют так, что будешь почитать за счастье удовлетворить любую прихоть клиента.
— А вот это вряд ли! — девушку трясло от гнева, она опять напрочь забыла о страхе.
— Да что вы эту сучку уговариваете, господин магистр? — не выдержал адмирал. — Отдайте охранникам, они ей живо разъяснят, что почем! Как шелковая станет!
— Пока погодим, — отмахнулся тот. — Я дам тебе возможность хорошо подумать над моим предложением, девочка.
— Не о чем тут думать! — отрезала она.
— Это ты зря, — как-то странно усмехнулся магистр. — Есть одно хорошее место, где тебе покажут альтернативу. Чтобы выбраться оттуда, тебе достаточно будет подойти к старшему надсмотрщику и сказать, что ты согласна на мое предложение. Я его предупрежу.
— Вы не Киртонг, часом, имеете в виду, господин магистр? — подался вперед адмирал.
— Именно его, Грибен, именно его.
— Отлично, самое место для этой мелкой сучки. Там ее быстро научат выполнять приказы!
— Надеюсь, — буркнул магистр.
Он смотрел в горящие гневом глаза Лины и неспешно размышлял. Странная девочка, именно такие, видимо, в прошлом и уходили в орден. Но это в прошлом, а сейчас их все больше становится в обычных странах, и это очень плохо. В Трирроуне, где таких большинство, стало совсем невозможно работать. Приходится притворяться, что донельзя его раздражало. Но выгода — превыше всего, ради нее можно и притвориться. Хорошо хоть дома этого не требуется, можно оставаться самим собой. А эту девчонку он сломает, но аккуратно, чтобы не повредить ее очень ценному дару. Любого можно сломать, если действовать умно.
— Магистр Колсен! — на стене загорелся голоэкран, на котором появилось лицо капитана линкора. — Мы у системы Киртонг. Флот готов к выходу из гиперпространства.
— Только проверьте сначала, чтобы рядом никого лишнего не случилось, — приказал он. — Нельзя допустить, чтобы о нашем интересе к этой системе стало известно. Допустите — пеняйте на себя!
Экран погас. Снова повернувшись к девушке, магистр удивился. На ее лице сначала появилось невероятное изумление, потом недоверие, а затем горечь.
— Вы магистр Колсен?.. — едва слышно спросила Лина. — Тот самый Олит Колсен?..
— Да, а что? — он удивленно приподнял брови. — Ты обо мне слышала?
— А кто о вас не слышал? Я все ваши статьи читала... Еще дома...
До этого мгновения девушка и подумать не могла, что известный всей галактике общественный деятель, страстный борец за соблюдение авторских прав, популярный публицист — на самом деле пират и убийца. Его остроумными, искрометными статьями, в которых магистр доказывал вредоносность программного обеспечения с открытым кодом и полезность проприетарного, зачитывались многие. Помимо этого, Олит Колсен являлся владельцем корпорации «Итрес», держателем прав на самые популярные литературные и музыкальные произведения последних пятнадцати лет. И преследовал их нарушение всеми законными способами. Похоже, и незаконными тоже...
— Вам же миллионы людей верят... — по щекам Лины потянулись дорожки слез. — А вы... такой...
— Вот дурочка! — расхохотался Колсен, смеялся он долго, со вкусом. — Я пишу эти статьи, поддерживаю фонды и курирую общественные организации только потому, что мне это выгодно. Понимаешь? Выгодно! Только выгода имеет значение в нашем мире. Все остальное — чушь.
— А честь, совесть, доброта, сочувствие?
— Ох, как мне надоели эти глупые выдумки... — скривился магистр. — Всех этих понятий не существует! Их придумали слабые и для слабых в надежде получить хоть какую-то, пусть даже иллюзорную защиту. Сильным они не нужны.
— Какая же вы мразь... — Лина смотрела на него с откровенной гадливостью.
Колсен явно заметил эту ее гадливость, так как улыбка сползла с его лица.
— Вы глупы, — констатировал он, почему-то перейдя на «вы». — Что ж, я дам вам шанс набраться немного ума. Побудете рабыней на плантации. Хорошенько подумайте там над своим поведением. Через десять дней мы вернемся к этому разговору. Надеюсь на ваше благоразумие.
Он повернулся к адмиралу и приказал:
— Отправьте ее вниз. Вреда не причинять.
— Как скажете, господин магистр! — встал и поклонился тот.
Колсен еще раз окинул Лину задумчивым взглядом и вышел. Адмирал подождал, пока он скроется за дверью, затем подошел к девушке и отвесил ей такую пощечину, что у нее искры из глаз посыпались.
— Сука поганая! — рявкнул он. — Ей милость оказывают, а она кобенится?! Да ты...! Б...! П...!
Грибен начал изрыгать такие ругательства и богохульства, что Лина онемела. Какое феерическое хамло! И это адмирал? Впрочем, пират, все понятно. Явный, даже не скрывающий этого подонок. Что ж, когда-нибудь он за все заплатит, как и этот... магистр. Последнего обязательно надо вывести на чистую воду! Пусть люди, восхищающиеся этой сволочью, узнают кто он на самом деле.
Накричавшись вдоволь, адмирал тоже вышел. Через несколько минут в каюте появились охранники, отвязали девушку от кресла, снова сковали ей руки за спиной и куда-то повели. Лина не знала, куда. Поняла это, только оказавшись в небольшом орбитальном челноке. Значит, на какую-то планету везут. Рабыней на плантацию, как говорил магистр? Что ж, пусть так. Ей бы только на некоторое время одной остаться — крылья никуда не делись, девушка ощущала их. Улетит. Пусть ловят — прирожденного пилота им не поймать. А если и поймают, то ничего не добьются. Живой она сдаваться не собиралась.
Магистр Колсен проводил взглядом удаляющийся от линкора челнок, уносящий девчонку на планету, затем погасил экран и задумался. Если удастся переубедить эту наивную дуру, будет неплохо — среди организаций, контролирующих Даргон, ни одна не имела прирожденных пилотов. А ведь это может дать кое-какое преимущество в подковерных играх и провокациях, без которых здесь просто не выжить. Как все-таки жаль, что единый некогда СПД распался... Сколько возможностей потеряно!
Распад начался вскоре после никому не нужной войны с Юои Жерг в соседней малой галактике, куда непонятно как и добираться — межгалактическая ориентация осталась тайной ордена Аарн. Прежний руководитель организации, давно исчезнувший неведомо куда великий маг Дарв ис Тормен, возник из небытия и каким-то образом перехватил контроль над ней, заставив флот отправиться на эту паскудную войну, вместо того, чтобы воспользоваться выгодной ситуацией и разгромить оставшиеся без защиты княжество и республику. И никто не знал, как он сумел переместить флот в другую галактику, а затем вернуться! Мало того, граф привел туда также флоты Драголанда и Паутинников, что совсем уж ни в одни ворота не лезло. И как он только уговорил драконов и арахнов, не желающих иметь с людьми ничего общего?
Потери СПД оказались грандиозны, Юои уничтожили почти половину мета-кораблей. Граф после победы вновь бесследно исчез, и контроль над организацией вернулся к Ренеру Лоеху Кранеру и Маре ран Сав. Последняя, возмущенная тем, что учитель ее мнения не спросил, тут же объявила войну империи Сторн, считая, что Кэ-Эль-Энах, потери которого в войне были ничуть не меньше, на помощь союзнику не придет. И действительно, флоты княжества остались на месте постоянной дислокации — вместо них на границе Даргона и Сторна возникли из ниоткуда невидимые корабли некоей Конфедерации Фарсен, о которой до сих пор мало кто слышал — на контакт она ни с кем, кроме Кэ-Эль-Энах, не шла. Фарсенские «призраки» и стали причиной гибели двух третей еще остававшихся на ходу мета-кораблей. Уцелевшие, несолоно хлебавши, убрались на свою территорию.
После этого Ренер Лоех Кранер ушел в отставку, заявив, что ему все это надоело хуже зубной боли, и что организация с возложенной на нее задачей контроля над галактикой не справилась. У власти осталась Мара ран Сав, начавшая лихорадочно строить бесчисленные новые корабли, изыскивая средства для этого любыми способами, в том числе, и пиратством. Однако не прошло и трех лет, как она пропала из собственной спальни. И никто не знал, каким образом. Поговаривали, что незадолго до ее исчезновения в столице Даргона видели эльфийку Касру Ла Онег, известную охотницу на магов. Если это не выдумки, то госпоже ран Сав можно только посочувствовать — остроухая жалости не ведала.
Оставшись без высшего руководства, директора совета вскоре перегрызлись — каждый тянул одеяло на себя и не желал учитывать интересы остальных, не говоря уже об интересах всей организации. В конце концов, самые влиятельные из них приняли решение разделить ресурсы и мирно разойтись. Поделили флоты, территорию Даргона и даже активы СПД в Галактическом Банке. Но официально Даргон остался единой страной, которую возглавлял всенародно избранный президент, на деле не смеющий пошевелиться без позволения директоров девяти секторов.
Олиту Колсену достался не самый большой сектор, да еще и пограничный со Сторном и давно опустевшим Аарн Сарт — влияние его к тому времени оставляло желать лучшего. Известный публицист и борец за соблюдение авторских прав не являлся великим магом, хоть и называл себя магистром, и это сыграло свою негативную роль. Однако он не смирился с ситуацией, уже через два года начав понемногу подминать под себя ближайшие сектора. Колсен мечтал, чтобы СПД возродился под его руководством, и делал для этого все. Однако хорошо понимал, что для достижения этой цели потребуются многие годы и гигантские средства, поэтому не спешил, двигаясь вперед медленно, но уверенно. Действовал только наверняка, если не сомневался в успехе. Бил в одну точку, не отвлекаясь ни на что. Постепенно влияние и богатство магистра росло, даже несколько великих магов пошли под его руку, дав клятву личной верности.
Остальные восемь директоров тоже не остались бездеятельными, наблюдая за усилением коллеги, и пакостили ему, как могли. Несколько раз пограничные стычки едва не переросли в полномасштабную войну между секторами, но Колсен все же сумел избежать этого, кое-чем поступившись и отказавшись от кое-каких притязаний. На словах, конечно. На деле он продолжал подминать под себя все, до чего мог дотянуться, но уже не так явно. Во внешней галактике влияние магистра тоже росло, все больше компаний и корпораций через подставных лиц становились его собственностью.
Колсен тяжело вздохнул, вспомнив об упущенном по вине девчонки варии. Если бы этот варий удалось добыть, то через год он имел бы достаточно кораблей для того, чтобы захватить два соседних сектора — их директора своей жадностью и глупостью восстановили против себя остальных, никто не придет им на помощь. Теперь же придется ждать, пока он найдет варий в другом месте. А чтобы приобрести нужное количество в Тиуме, его активов просто не хватит, хотя тут возможны варианты. Магистр очень сожалел, что инженеры СПД так и не сумели в свое время разобраться в конструкции гипердвигателей Совва-Огг, не требующих вария — слишком чуждой оказалась технологическая культура паукообразных. А сами арахны после Великой Войны привычно замкнулись в своем звездном скоплении, оборвав почти все контакты с другими разумными расами. У них уже не спросишь. Так что придется использовать обычные двигатели, а это возвращает к вопросу вария.
Мета-кораблей, вызывающих ужас во всей галактике, каждый сектор имел поровну, поэтому их почти не использовали в междоусобных стычках — толку от этого ноль, и не дай Благие потерять хоть несколько. Останешься без защиты, и соседи тебя с удовольствием сожрут. Вот только никто не знал, что ученые Колсена недавно придумали способ борьбы с мета-кораблями. Очень интересный и действенный способ! Все, кто знал о нем, уже кормили червей — не проболтаются. Но для объединения Даргона магистру требовалось множество обычных кораблей, а особенно — линкоров первого и второго классов. Не говоря уже об авианосцах и истребителях последних модификаций. Все это стоило огромных денег, которые необходимо было каким-то образом изыскивать.
В погоне за прибылью Колсен в последние пять лет подмял под себя почти мертвую наркоторговлю — практически всех крупных производителей вскоре после Великой Войны уничтожили усилиями спецслужб княжества и республики. Однако на вторжение в Даргон ни кэ-эль-энахцы, ни трирроунцы не решатся — сектора тут же забудут о разногласиях и выставят объединенный флот. Мета-кораблей у них еще довольно много.
Вскоре на множестве планет девятого сектора разбили тысячи плантаций, на которых выращивали сырье для природных наркотических препаратов. К сожалению магистра, химические с ними сравниться не могли и пользовались значительно меньшим спросом. Но заводов для их производства тоже построили достаточно. По прошествии двух лет галактика оказалась засыпана дешевыми наркотиками. Не во всех странах — соваться в то же княжество Колсен не решился бы ни при каких обстоятельствах. Зато в Ринканге, Телли Стелл, Кроуха-Лхан, Мооване, Лавиэне и Аствэ Ин Раг он развернулся вовсю. Умелое манипулирование общественным мнением создало бешеный спрос — молодежь с экранов инфоров убеждали, что наркотики — это круто и модно. Миллионы юношей и девушек стали наркоманами. Правительственные организации били тревогу, не понимая, что происходит. Но реальной борьбы никто не вел — всех, кто мог хоть что-то сделать, либо купили, либо убрали.
— Нет! — возмутилась Лина. — Никогда!
— Почему? — удивленно уставился на нее магистр.
— Я не стану служить пиратам! — отрезала девушка. — Ни за что! Не заставите!
Лине было страшно до онемения, понимала, что ее ждет что-то очень нехорошее, но иначе поступить не могла. Честь дороже жизни! Этому ее с детства учил дядя Пимен. И пусть будет что будет! Катиться вниз легко, зато потом снова подняться почти невозможно. Лучше умереть, но остаться человеком.
— Откуда ты взяла, что мы пираты? — опустился в кресло магистр, глядя на девушку с искренним интересом.
— А как еще можно назвать людей, пришедших отобрать у других то, что тем принадлежит? — язвительно поинтересовалась Лина. — Будто я не знаю, что вы приходили за варием!
— Да по-разному можно назвать! — расхохотался даргонец. — Независимыми коммерсантами, хотя бы. Давно я не сталкивался с такой потрясающей наивностью... Насмешила! Девочка, в жизни важны только две вещи — власть и деньги. Остальное приложится, если человек имеет либо то, либо другое. А еще лучше — и то, и другое! А если ты этого не понимаешь, то навсегда останешься на дне.
— Лучше так, чем становиться сволочью! — отрезала девушка. — Благие за все спросят, господин хороший! За все! И за все заставят заплатить, в конце концов!
— Какая чушь... — магистр укоризненно покачал головой. — Милочка, да посмотри вокруг. Преуспевают только те, кого ты зовешь «сволочами». Значит, именно они угодны Благим, иначе не имели бы удачи. А они имеют. И успешно стригут шерсть с овец, называемых «честными людьми».
— То-то удача была на вашей стороне...
— Да, на сей раз не была. Ты помешала. И тебе придется возместить мне убытки тем или иным образом. Не захочешь становиться моим пилотом, так станешь проституткой в дорогом публичном доме. В Даргоне молодые девушки в цене. Все не отработаешь, но кое-какую прибыль принесешь.
— Не принесу! — загорелись гневом глаза Лины. — Найду способ с собой покончить!
— Да ну? — недоверчиво прищурился магистр, явно едва сдерживая смех. — Кто ж тебе позволит? Выдрессируют так, что будешь почитать за счастье удовлетворить любую прихоть клиента.
— А вот это вряд ли! — девушку трясло от гнева, она опять напрочь забыла о страхе.
— Да что вы эту сучку уговариваете, господин магистр? — не выдержал адмирал. — Отдайте охранникам, они ей живо разъяснят, что почем! Как шелковая станет!
— Пока погодим, — отмахнулся тот. — Я дам тебе возможность хорошо подумать над моим предложением, девочка.
— Не о чем тут думать! — отрезала она.
— Это ты зря, — как-то странно усмехнулся магистр. — Есть одно хорошее место, где тебе покажут альтернативу. Чтобы выбраться оттуда, тебе достаточно будет подойти к старшему надсмотрщику и сказать, что ты согласна на мое предложение. Я его предупрежу.
— Вы не Киртонг, часом, имеете в виду, господин магистр? — подался вперед адмирал.
— Именно его, Грибен, именно его.
— Отлично, самое место для этой мелкой сучки. Там ее быстро научат выполнять приказы!
— Надеюсь, — буркнул магистр.
Он смотрел в горящие гневом глаза Лины и неспешно размышлял. Странная девочка, именно такие, видимо, в прошлом и уходили в орден. Но это в прошлом, а сейчас их все больше становится в обычных странах, и это очень плохо. В Трирроуне, где таких большинство, стало совсем невозможно работать. Приходится притворяться, что донельзя его раздражало. Но выгода — превыше всего, ради нее можно и притвориться. Хорошо хоть дома этого не требуется, можно оставаться самим собой. А эту девчонку он сломает, но аккуратно, чтобы не повредить ее очень ценному дару. Любого можно сломать, если действовать умно.
— Магистр Колсен! — на стене загорелся голоэкран, на котором появилось лицо капитана линкора. — Мы у системы Киртонг. Флот готов к выходу из гиперпространства.
— Только проверьте сначала, чтобы рядом никого лишнего не случилось, — приказал он. — Нельзя допустить, чтобы о нашем интересе к этой системе стало известно. Допустите — пеняйте на себя!
Экран погас. Снова повернувшись к девушке, магистр удивился. На ее лице сначала появилось невероятное изумление, потом недоверие, а затем горечь.
— Вы магистр Колсен?.. — едва слышно спросила Лина. — Тот самый Олит Колсен?..
— Да, а что? — он удивленно приподнял брови. — Ты обо мне слышала?
— А кто о вас не слышал? Я все ваши статьи читала... Еще дома...
До этого мгновения девушка и подумать не могла, что известный всей галактике общественный деятель, страстный борец за соблюдение авторских прав, популярный публицист — на самом деле пират и убийца. Его остроумными, искрометными статьями, в которых магистр доказывал вредоносность программного обеспечения с открытым кодом и полезность проприетарного, зачитывались многие. Помимо этого, Олит Колсен являлся владельцем корпорации «Итрес», держателем прав на самые популярные литературные и музыкальные произведения последних пятнадцати лет. И преследовал их нарушение всеми законными способами. Похоже, и незаконными тоже...
— Вам же миллионы людей верят... — по щекам Лины потянулись дорожки слез. — А вы... такой...
— Вот дурочка! — расхохотался Колсен, смеялся он долго, со вкусом. — Я пишу эти статьи, поддерживаю фонды и курирую общественные организации только потому, что мне это выгодно. Понимаешь? Выгодно! Только выгода имеет значение в нашем мире. Все остальное — чушь.
— А честь, совесть, доброта, сочувствие?
— Ох, как мне надоели эти глупые выдумки... — скривился магистр. — Всех этих понятий не существует! Их придумали слабые и для слабых в надежде получить хоть какую-то, пусть даже иллюзорную защиту. Сильным они не нужны.
— Какая же вы мразь... — Лина смотрела на него с откровенной гадливостью.
Колсен явно заметил эту ее гадливость, так как улыбка сползла с его лица.
— Вы глупы, — констатировал он, почему-то перейдя на «вы». — Что ж, я дам вам шанс набраться немного ума. Побудете рабыней на плантации. Хорошенько подумайте там над своим поведением. Через десять дней мы вернемся к этому разговору. Надеюсь на ваше благоразумие.
Он повернулся к адмиралу и приказал:
— Отправьте ее вниз. Вреда не причинять.
— Как скажете, господин магистр! — встал и поклонился тот.
Колсен еще раз окинул Лину задумчивым взглядом и вышел. Адмирал подождал, пока он скроется за дверью, затем подошел к девушке и отвесил ей такую пощечину, что у нее искры из глаз посыпались.
— Сука поганая! — рявкнул он. — Ей милость оказывают, а она кобенится?! Да ты...! Б...! П...!
Грибен начал изрыгать такие ругательства и богохульства, что Лина онемела. Какое феерическое хамло! И это адмирал? Впрочем, пират, все понятно. Явный, даже не скрывающий этого подонок. Что ж, когда-нибудь он за все заплатит, как и этот... магистр. Последнего обязательно надо вывести на чистую воду! Пусть люди, восхищающиеся этой сволочью, узнают кто он на самом деле.
Накричавшись вдоволь, адмирал тоже вышел. Через несколько минут в каюте появились охранники, отвязали девушку от кресла, снова сковали ей руки за спиной и куда-то повели. Лина не знала, куда. Поняла это, только оказавшись в небольшом орбитальном челноке. Значит, на какую-то планету везут. Рабыней на плантацию, как говорил магистр? Что ж, пусть так. Ей бы только на некоторое время одной остаться — крылья никуда не делись, девушка ощущала их. Улетит. Пусть ловят — прирожденного пилота им не поймать. А если и поймают, то ничего не добьются. Живой она сдаваться не собиралась.
Магистр Колсен проводил взглядом удаляющийся от линкора челнок, уносящий девчонку на планету, затем погасил экран и задумался. Если удастся переубедить эту наивную дуру, будет неплохо — среди организаций, контролирующих Даргон, ни одна не имела прирожденных пилотов. А ведь это может дать кое-какое преимущество в подковерных играх и провокациях, без которых здесь просто не выжить. Как все-таки жаль, что единый некогда СПД распался... Сколько возможностей потеряно!
Распад начался вскоре после никому не нужной войны с Юои Жерг в соседней малой галактике, куда непонятно как и добираться — межгалактическая ориентация осталась тайной ордена Аарн. Прежний руководитель организации, давно исчезнувший неведомо куда великий маг Дарв ис Тормен, возник из небытия и каким-то образом перехватил контроль над ней, заставив флот отправиться на эту паскудную войну, вместо того, чтобы воспользоваться выгодной ситуацией и разгромить оставшиеся без защиты княжество и республику. И никто не знал, как он сумел переместить флот в другую галактику, а затем вернуться! Мало того, граф привел туда также флоты Драголанда и Паутинников, что совсем уж ни в одни ворота не лезло. И как он только уговорил драконов и арахнов, не желающих иметь с людьми ничего общего?
Потери СПД оказались грандиозны, Юои уничтожили почти половину мета-кораблей. Граф после победы вновь бесследно исчез, и контроль над организацией вернулся к Ренеру Лоеху Кранеру и Маре ран Сав. Последняя, возмущенная тем, что учитель ее мнения не спросил, тут же объявила войну империи Сторн, считая, что Кэ-Эль-Энах, потери которого в войне были ничуть не меньше, на помощь союзнику не придет. И действительно, флоты княжества остались на месте постоянной дислокации — вместо них на границе Даргона и Сторна возникли из ниоткуда невидимые корабли некоей Конфедерации Фарсен, о которой до сих пор мало кто слышал — на контакт она ни с кем, кроме Кэ-Эль-Энах, не шла. Фарсенские «призраки» и стали причиной гибели двух третей еще остававшихся на ходу мета-кораблей. Уцелевшие, несолоно хлебавши, убрались на свою территорию.
После этого Ренер Лоех Кранер ушел в отставку, заявив, что ему все это надоело хуже зубной боли, и что организация с возложенной на нее задачей контроля над галактикой не справилась. У власти осталась Мара ран Сав, начавшая лихорадочно строить бесчисленные новые корабли, изыскивая средства для этого любыми способами, в том числе, и пиратством. Однако не прошло и трех лет, как она пропала из собственной спальни. И никто не знал, каким образом. Поговаривали, что незадолго до ее исчезновения в столице Даргона видели эльфийку Касру Ла Онег, известную охотницу на магов. Если это не выдумки, то госпоже ран Сав можно только посочувствовать — остроухая жалости не ведала.
Оставшись без высшего руководства, директора совета вскоре перегрызлись — каждый тянул одеяло на себя и не желал учитывать интересы остальных, не говоря уже об интересах всей организации. В конце концов, самые влиятельные из них приняли решение разделить ресурсы и мирно разойтись. Поделили флоты, территорию Даргона и даже активы СПД в Галактическом Банке. Но официально Даргон остался единой страной, которую возглавлял всенародно избранный президент, на деле не смеющий пошевелиться без позволения директоров девяти секторов.
Олиту Колсену достался не самый большой сектор, да еще и пограничный со Сторном и давно опустевшим Аарн Сарт — влияние его к тому времени оставляло желать лучшего. Известный публицист и борец за соблюдение авторских прав не являлся великим магом, хоть и называл себя магистром, и это сыграло свою негативную роль. Однако он не смирился с ситуацией, уже через два года начав понемногу подминать под себя ближайшие сектора. Колсен мечтал, чтобы СПД возродился под его руководством, и делал для этого все. Однако хорошо понимал, что для достижения этой цели потребуются многие годы и гигантские средства, поэтому не спешил, двигаясь вперед медленно, но уверенно. Действовал только наверняка, если не сомневался в успехе. Бил в одну точку, не отвлекаясь ни на что. Постепенно влияние и богатство магистра росло, даже несколько великих магов пошли под его руку, дав клятву личной верности.
Остальные восемь директоров тоже не остались бездеятельными, наблюдая за усилением коллеги, и пакостили ему, как могли. Несколько раз пограничные стычки едва не переросли в полномасштабную войну между секторами, но Колсен все же сумел избежать этого, кое-чем поступившись и отказавшись от кое-каких притязаний. На словах, конечно. На деле он продолжал подминать под себя все, до чего мог дотянуться, но уже не так явно. Во внешней галактике влияние магистра тоже росло, все больше компаний и корпораций через подставных лиц становились его собственностью.
Колсен тяжело вздохнул, вспомнив об упущенном по вине девчонки варии. Если бы этот варий удалось добыть, то через год он имел бы достаточно кораблей для того, чтобы захватить два соседних сектора — их директора своей жадностью и глупостью восстановили против себя остальных, никто не придет им на помощь. Теперь же придется ждать, пока он найдет варий в другом месте. А чтобы приобрести нужное количество в Тиуме, его активов просто не хватит, хотя тут возможны варианты. Магистр очень сожалел, что инженеры СПД так и не сумели в свое время разобраться в конструкции гипердвигателей Совва-Огг, не требующих вария — слишком чуждой оказалась технологическая культура паукообразных. А сами арахны после Великой Войны привычно замкнулись в своем звездном скоплении, оборвав почти все контакты с другими разумными расами. У них уже не спросишь. Так что придется использовать обычные двигатели, а это возвращает к вопросу вария.
Мета-кораблей, вызывающих ужас во всей галактике, каждый сектор имел поровну, поэтому их почти не использовали в междоусобных стычках — толку от этого ноль, и не дай Благие потерять хоть несколько. Останешься без защиты, и соседи тебя с удовольствием сожрут. Вот только никто не знал, что ученые Колсена недавно придумали способ борьбы с мета-кораблями. Очень интересный и действенный способ! Все, кто знал о нем, уже кормили червей — не проболтаются. Но для объединения Даргона магистру требовалось множество обычных кораблей, а особенно — линкоров первого и второго классов. Не говоря уже об авианосцах и истребителях последних модификаций. Все это стоило огромных денег, которые необходимо было каким-то образом изыскивать.
В погоне за прибылью Колсен в последние пять лет подмял под себя почти мертвую наркоторговлю — практически всех крупных производителей вскоре после Великой Войны уничтожили усилиями спецслужб княжества и республики. Однако на вторжение в Даргон ни кэ-эль-энахцы, ни трирроунцы не решатся — сектора тут же забудут о разногласиях и выставят объединенный флот. Мета-кораблей у них еще довольно много.
Вскоре на множестве планет девятого сектора разбили тысячи плантаций, на которых выращивали сырье для природных наркотических препаратов. К сожалению магистра, химические с ними сравниться не могли и пользовались значительно меньшим спросом. Но заводов для их производства тоже построили достаточно. По прошествии двух лет галактика оказалась засыпана дешевыми наркотиками. Не во всех странах — соваться в то же княжество Колсен не решился бы ни при каких обстоятельствах. Зато в Ринканге, Телли Стелл, Кроуха-Лхан, Мооване, Лавиэне и Аствэ Ин Раг он развернулся вовсю. Умелое манипулирование общественным мнением создало бешеный спрос — молодежь с экранов инфоров убеждали, что наркотики — это круто и модно. Миллионы юношей и девушек стали наркоманами. Правительственные организации били тревогу, не понимая, что происходит. Но реальной борьбы никто не вел — всех, кто мог хоть что-то сделать, либо купили, либо убрали.
