Пятый дом выходил на улицу фасадом, выкрашенным в белый цвет. Это было длинное продолговатое здание с высокими окнами. Дверь — без таблички с именем владельца, и никаких гербов. Хозяин дома, кажется, не стремился излишне себя афишировать. Приказав спутникам дожидаться внизу, Делвин спешился и взбежал на высокое крыльцо. Он стал стучать дверным молотком, ожидая, пока кто-нибудь откроет.
Прошло, наверное, минуты три, прежде чем дверь отворилась. На пороге появился слуга — крепкого вида бородатый малый с двумя длинными кинжалами на поясе, в ливрее зеленого цвета. Он поглядел на Дирхейла с неудовольствием и спросил:
— Вы от Штрайнера?
— Насколько мне известно, нет.
— Тогда убирайтесь, откуда пришли. Велено пускать только людей от Штрайнера.
Лакей попробовал было закрыть дверь, но Делвин вовремя успел придержать ее сапогом.
— У меня важное дело к графу Телфрину. Потрудитесь меня пропустить.
— Мне плевать, какое у вас дело, — скользнул слуга равнодушным взглядом по кирасе Делвина. — Если господин не сообщил о вашем визите, значит, он вас не ждет. Проваливайте.
Лакей потянул ручку на себя, пытаясь все же захлопнуть дверь, но тут Дирхейл прибег к колдовству. Будучи потомком древнего рода, он, подобно многим другим гвенхейдским аристократам, обладал врожденным магическим даром. Делвин мог бы пройти полное обучение в Башне Волшебников, однако не пожелал этого делать, избрав военную карьеру. Тем не менее, он получил некоторые базовые знания, и при необходимости мог совладать с одним или даже несколькими противниками, не обнажая клинка.
В планы Делвина не входило убивать этого вполне ответственно исполнявшего свой долг слугу, только лишь обездвижить. Молодой офицер сплел чары, секрет которых некогда поведал ему отец, — и лакей, потянувшийся уже было левой рукой за кинжалом, сначала замер, а потом медленно и без единого звука опустился на пол. Глаза его были широко раскрыты, губы слегка шевелились, но это были единственные движения, на которые он был сейчас способен. Слуга издал неразборчивый гортанный звук, но даже язык ему больше не повиновался.
Перешагнув через потерявшего власть над собственным телом лакея, капитан Дирхейл вошел в богато обставленный холл — и немедленно пригнулся, когда прогремел выстрел. Пуля просвистела над левым плечом и пробила оконное стекло. С улицы раздались ругательства и топот. Отскочив в сторону, Делвин достал свой пистолет и замер, услышав неторопливый, чуть надменный голос:
— Не суетитесь, милостивый государь. Я пристрелю вас раньше, чем вы спустите курок.
Выпрямившись, Дирхейл смог разглядеть человека, стоявшего в полумраке не освещенного свечами холла, на среднем пролете ведущей на второй этаж лестницы. Это был мужчина ростом чуть выше среднего, одетый в плотную кожаную куртку, какие часто носят наемники, кожаные брюки и ботфорты до колен. Его темные волосы слегка не доходили до плеч, глаза казались угольно-черными в полумраке, кожа была загорелой, а верхнюю губу и подбородок покрывала легкая щетина.
На поясе у незнакомца висела шпага, в руках он держал два пистолета. Из дула одного еще вился дымок, а длинный ствол второго глядел Делвину прямо в лицо.
— Не больно-то вы в первый раз смогли меня пристрелить, — заметил Делвин.
— Я целился вам поверх головы, — пояснил мужчина. — Чтобы вы слегка успокоились.
В дверях, с палашами наголо, показались люди Дирхейла — Боб и Фрэнк, так как Клайв остался, видимо, приглядывать за лошадьми. Увидев, что к незваному гостю явилось подкрепление, хозяин дома не переменился в лице и даже не шелохнулся. Он сказал совершенно спокойно:
— Прошу учесть, господа, что я чародей, и куда более могучий, нежели ваш ретивый товарищ. Сделаете еще один шаг — и вас постигнет участь куда худшая, нежели моего несчастного привратника. — Не меняя тона, мужчина обратился к лежавшему на дорогом ковре слуге: — Иоганн, когда сможешь встать, не лезь в драку. С этими гостями я разберусь сам.
Делвин ощутил легкий энергетический толчок — и чары, наложенные им на здешнего лакея, немедленно рассыпались. Человек в черном, бывший со всей очевидностью Патриком Телфрином, пользовался магией легко и изящно. Его работа с нею напоминала быстрый укол шпагой. Прошла пара секунд, и слуга по имени Иоганн уже поднимался с пола, неприязненно глядя на гвенхейдских солдат. За кинжалы он, впрочем, браться не стал.
В холл, из дверей по левую руку от лестницы, вошли еще три человека, все в кирасах — двое с мушкетами и один с топором.
— Стойте спокойно, — бросил им Телфрин. — Я уже почти все уладил. Возможно, вы представитесь наконец? — спросил мужчина, вновь оборачиваясь к Делвину. — А то получается как-то неловко. Вломились ко мне в дом, напали на моего человека. Требуются веские основания, чтобы себя подобным образом вести. Или полное отсутствие манер.
— Прошу меня извинить, — склонил Делвин голову, демонстративно пряча в кобуру пистолет и сделав знак солдатам вложить палаши в ножны. — Мы пробыли в дороге целый месяц, измаялись, попадали по пути в передряги, и потому в самом деле от спешки несколько пренебрегли хорошим тоном. Мое имя Делвин Дирхейл, капитан Первого корпуса армии Гвенхейда.
— Дирхейл? Из денгальских Дирхейлов?
— Нет, из Нового Валиса, мой господин.
— Достойный род, — отметил собеседник Делвина, пряча наконец пистолеты в кобуру. — Я учился в академии вместе с Мэтью Дирхейлом. Отличный малый, особенно когда доходило до конных скачек. Однажды он даже взял приз Серебряного круга, а это дорогого стоит — во всех смыслах.
— Речь идет о моем двоюродном дяде, сударь. Я правильно понимаю, что говорю с лордом Патриком Валентайном, графом Телфрином, из высокого дома Волфалер?
— Отчасти. К высокому дому я себя не причисляю с тех пор, как не нашел общего языка с главой этого высокого дома. Хочу узнать, по какой причине гвенхейдские военные решили посетить обитель презираемого в Тельгарде изгнанника?
Делвин слегка замялся. От этой встречи он ожидал совсем другого. Патрика Телфрина описывали ему как легкомысленного вертопраха, беспечного и дерзкого юнца. Стоявший перед ним тридцатидвухлетний мужчина, напротив, казался уверенным в себе, серьезным и жестким. Впрочем, прошло десять лет с его высылки из страны. Телфрин привык жить в чужих землях. Он воевал под разными знаменами — и довольно удачно. Он вложил средства, получаемые из родового имения, в торговое дело, оказавшееся весьма прибыльным, если судить по роскоши здешнего убранства. В глаза бросались изящные статуэтки, картины, мебель, украшенная искусной резьбой, рыцарские доспехи в стенных нишах.
— Возможно, — начал Дирхейл осторожно, — вы слышали о последних событиях.
Согласно рассказанной у ворот истории, слышал, и еще как.
— Краем уха, немного. Шесть дней назад приходили какие-то забулдыги с Гостиного двора. Рассказали, что дядя Кледвин совершенно потерял ум, восстал против Эйрона, переманив на свою сторону половину армии, и дал при Кенхолде бой. После этого боя бедняги, собственно, и дезертировали. Желали поступить ко мне на службу — так я послал их ко всем чертям. Не желаю влезать в гвенхейдские склоки.
Косой Боб пробормотал себе под нос проклятие в адрес небом проклятых изменников.
— Это вы про меня? — осведомился лорд Патрик, приподняв брови.
— Нет, сударь, — вмешался Делвин. — О ваших недавних гостях. Я был при Кенхолде, и поверьте, не питаю ни малейшего уважения к людям, самовольно оставившим королевский стяг. Как и мои товарищи.
— Вот как… Жаркое было дело?
— Более чем.
Бой состоялся в начале апреля. Делвин Дирхейл хорошо запомнил тот день. С самого утра валил снег — весна выдалась холодной, как нередко бывало в тех северных краях. Королевский генерал Марлин занял выигрышную позицию на двух пологих холмах, расположив пушки напротив наступавшей по Кенхолдской дороге армии мятежников. Поначалу обстоятельства складывались в пользу лоялистов — под шквальным огнем армия восставшего лорда Кледвина не смогла продвинуться далеко вперед. Мятежники предприняли попытку обойти своего противника с флангов, но не достигли успеха. Государь, присутствовавший на поле боя лично, уже собирался предложить врагу капитулировать.
Все изменилось совершенно неожиданно. При армии присутствовали чародеи из Башни Волшебников, в количестве тридцати человек. Эйрон Четвертый и его генерал не спешили вводить их в бой, оставляя в качестве последнего резерва. Когда с неба стеной ударили молнии, поражая королевских солдат, Делвин даже не сразу понял, что колдуны предали своего законного сюзерена, переметнувшись к бунтовщикам. Шквал огня буквально снес, разметал передние шеренги королевской армии. По склону холма метались обожженные, испуганные люди. Бешено ржали кони.
Затем взорвался пороховой склад. В один момент погибло несколько десятков, а то и сотен человек, находившихся поблизости. Генерал Марлин приказал развернуть орудия и открыть огонь по шатру, занимаемому волшебниками — но те смогли выставить на пути ядер сверкающий энергетический щит, и несколько артиллерийских залпов этот щит выдержал. Мятежники тем временем прорвались прямо в центр растерянного, дезориентированного гвенхейдского войска. Строй королевских пикинеров смешался под мушкетными выстрелами противника.
И тогда Делвин обнажил клинок. Вскинул его к небу, закричал своим солдатам, чтобы стояли насмерть. Разрядил пистолет во вражеский строй, свалив одного из неприятельских кавалеристов из седла, после чего бросился прямо в гущу сражения, направо и налево размахивая палашом. Он все еще верил, что можно одержать победу в этом бою.
Капитан Дирхейл видел, как появился сам Кледвин Волфалер — верхом на могучем черном жеребце, в черных доспехах, в закрывающем лицо шлеме, в алом плаще на плечах. В руке мятежный лорд держал длинный бастардный меч, орудуя им с легкостью. Он взлетел во главе конного отряда на вершину холма, к самой ставке Эйрона. Вновь ударила молния — как и все в Доме Драконьих Владык, Кледвин обладал древней Силой. Используя собственный дар, король Эйрон отразил первую магическую атаку — но рухнул замертво после третьей.
— Мы потерпели поражение, — выныривая из воспоминаний, сказал Делвин графу Телфрину. — Волшебники из Башни переметнулись на сторону узурпатора. Ваш кузен, его величество Эйрон Четвертый, пал, убитый Кледвином. Генерал Теодор Марлин успел собрать остатки армии и протрубить отступление. Мы не знали, ввиду предательства магов, чего ждать в столице, и потому отступили в замок Тенвент.
— Дядюшка не преследовал вас?
— Нет. Дорога на Тельгард оказалась свободна, и лорд Кледвин направился прямиком туда. Как сообщили беженцы, примкнувшие к нам через две недели в Тенвенте, стольный город сам открыл узурпатору ворота. Во дворце произошел переворот, поддержанный аристократией и все теми же чародеями. Почти все венценосное семейство оказалось вырезано за одну ночь. Принц Александр, принц Айорверт, лорд Бринмор, королева Бриана, лорд Пэдеро — все они погибли. Некоторые — заколотые в собственных постелях, другие в бою, третьи при попытке к бегству. Королевский дом истреблен. Узурпатор объявил себя государем и начал подготовку к коронации. О принцессе Джулианне известно, что Кледвин держит ее под замком, принуждая к браку.
— Как некрасиво, — пробормотал Патрик Телфрин. — Он же ей в отцы годится.
— У злодея ни стыда, ни совести, — поддакнул Косой Боб, а Фрэнк согласно кивнул. — Вы нам поможете, светлый лорд? Одолеть узурпатора.
— Я? — На лице графа отразилось вежливое недоумение. — Почему я должен вам помогать? Это ваша война и ваше поражение. Я тут совершенно ни при чем.
— Ваша светлость, — заговорил Делвин, надеясь, что в его голосе не слышно отчаяния. — Нас послал сюда генерал Марлин. Я могу показать вам его письмо, если хотите. Мы в самом деле уповаем на ваше участие. Так вышло, что вы последний законный наследник престола. Не считать же таковым предателя, убившего собственных родственников. У нас еще остались достаточно значительные силы, но нет вожака, за которым бы пошли люди. Если он не появится в скором времени, армия начнет разбредаться или переходить на сторону узурпатора. Вы можете ее возглавить.
— Вы, кажется, чего-то не понимаете, дорогой сэр, — тон, с которым Телфрин произнес эти слова, был поистине ледяным. — Гвенхейд сам отказался от меня — десять лет назад. Король, под чьим знаменем вы дрались, поверил лживым наветам и выслал меня на чужбину. Хотя у меня к тому времени не осталось отца, была мать, и она горевала по мне. У меня также были друзья, и им даже не позволили проститься со мной. Я, между прочим, готовил свадьбу, а меня обвинили в выдуманной интрижке с королевой. Невеста отреклась от меня. Товарищи отреклись. Мне жаль моих погибших родичей, но я ничего не должен стране, плюнувшей мне в лицо. Кледвин — сильный человек. Возможно, на троне он не будет смотреться так нелепо, как смотрелся Эйрон.
Делвин вздохнул. Сомнения, терзавшие его всю дорогу, занявшую долгих четыре недели, подтверждались. Капитан Дирхейл изначально не верил в успех этой миссии. Ему казалось очевидным, что человек, с которым поступили так, как поступили с Телфрином, в самом деле не пожелает возвращаться в отказавшееся от него королевство. И все же генерал Марлин был уверен, что иного выхода нет. Армии требовался лидер — человек, способный ею командовать и повести за собой. Человек, имеющий права на трон. О лорде Патрике говорили как об опытном солдате. К тому же он был чародеем, обучавшимся магии с детства, как и всякий в его роду — а кто, как не чародей, способен бросить вызов узурпатору и предателям из Башни?
Покидая Тенвент, Делвин видел на лицах защитников крепости полную безнадежность. Молодой капитан поклялся, что сделает все возможное, чтобы вернуть надежду. Гвенхейдом не может править тиран и убийца родных.
— Вас лишат поместья и доходов от него, — сказал Дирхейл, приводя прагматичный довод. — Думаю, уже достаточно скоро Кледвин начнет охоту за вами. Ему не нужны соперники. Хотите вы того или нет, вы обладаете правами на трон, после гибели прочих членов венценосной семьи. Само ваше существование ставит узурпатора под удар. Не пройдет и месяца, как сюда явятся наемные убийцы. Может быть, они уже на подходе.
— Когда явятся, тогда с ними и поговорю. Что до имения... Я владею акциями в торговой компании, и она процветает. Планирую купить корабль, кстати, и отправиться на следующий год в плавание по Морю Фантомов. Услышал недавно байку о городе, где дворцы отлиты из золота, и не хотел бы дать другим авантюристам возможность разграбить его раньше меня. В любом случае, от родовых земель я больше не зависим. Мой деловой партнер Штрайнер — отличный товарищ и надежный друг. Кстати, Иоганн, его человек так и не пришел?
— Нет, ваша милость. Когда приперлись эти мерзавцы, я сперва подумал, они от него.
Лакей явно не испытывал к Делвину и его спутникам никаких теплых чувств. В сущности, его можно было понять. Делвин хорошо понимал, что и впрямь произвел не лучшее впечатление, напав на пытавшегося не впустить его в дом слугу. Но слишком нелегкими выдались последние дни. Долгая дорога, стычки сначала с солдатами врага, а затем с лесными разбойниками, разброд и разложение в рядах собственных бойцов. Все это угнетало. Встретив перед собой неожиданное препятствие, капитан Дирхейл не придумал ничего лучшего, чем попытаться это препятствие устранить.
Прошло, наверное, минуты три, прежде чем дверь отворилась. На пороге появился слуга — крепкого вида бородатый малый с двумя длинными кинжалами на поясе, в ливрее зеленого цвета. Он поглядел на Дирхейла с неудовольствием и спросил:
— Вы от Штрайнера?
— Насколько мне известно, нет.
— Тогда убирайтесь, откуда пришли. Велено пускать только людей от Штрайнера.
Лакей попробовал было закрыть дверь, но Делвин вовремя успел придержать ее сапогом.
— У меня важное дело к графу Телфрину. Потрудитесь меня пропустить.
— Мне плевать, какое у вас дело, — скользнул слуга равнодушным взглядом по кирасе Делвина. — Если господин не сообщил о вашем визите, значит, он вас не ждет. Проваливайте.
Лакей потянул ручку на себя, пытаясь все же захлопнуть дверь, но тут Дирхейл прибег к колдовству. Будучи потомком древнего рода, он, подобно многим другим гвенхейдским аристократам, обладал врожденным магическим даром. Делвин мог бы пройти полное обучение в Башне Волшебников, однако не пожелал этого делать, избрав военную карьеру. Тем не менее, он получил некоторые базовые знания, и при необходимости мог совладать с одним или даже несколькими противниками, не обнажая клинка.
В планы Делвина не входило убивать этого вполне ответственно исполнявшего свой долг слугу, только лишь обездвижить. Молодой офицер сплел чары, секрет которых некогда поведал ему отец, — и лакей, потянувшийся уже было левой рукой за кинжалом, сначала замер, а потом медленно и без единого звука опустился на пол. Глаза его были широко раскрыты, губы слегка шевелились, но это были единственные движения, на которые он был сейчас способен. Слуга издал неразборчивый гортанный звук, но даже язык ему больше не повиновался.
Перешагнув через потерявшего власть над собственным телом лакея, капитан Дирхейл вошел в богато обставленный холл — и немедленно пригнулся, когда прогремел выстрел. Пуля просвистела над левым плечом и пробила оконное стекло. С улицы раздались ругательства и топот. Отскочив в сторону, Делвин достал свой пистолет и замер, услышав неторопливый, чуть надменный голос:
— Не суетитесь, милостивый государь. Я пристрелю вас раньше, чем вы спустите курок.
Выпрямившись, Дирхейл смог разглядеть человека, стоявшего в полумраке не освещенного свечами холла, на среднем пролете ведущей на второй этаж лестницы. Это был мужчина ростом чуть выше среднего, одетый в плотную кожаную куртку, какие часто носят наемники, кожаные брюки и ботфорты до колен. Его темные волосы слегка не доходили до плеч, глаза казались угольно-черными в полумраке, кожа была загорелой, а верхнюю губу и подбородок покрывала легкая щетина.
На поясе у незнакомца висела шпага, в руках он держал два пистолета. Из дула одного еще вился дымок, а длинный ствол второго глядел Делвину прямо в лицо.
— Не больно-то вы в первый раз смогли меня пристрелить, — заметил Делвин.
— Я целился вам поверх головы, — пояснил мужчина. — Чтобы вы слегка успокоились.
В дверях, с палашами наголо, показались люди Дирхейла — Боб и Фрэнк, так как Клайв остался, видимо, приглядывать за лошадьми. Увидев, что к незваному гостю явилось подкрепление, хозяин дома не переменился в лице и даже не шелохнулся. Он сказал совершенно спокойно:
— Прошу учесть, господа, что я чародей, и куда более могучий, нежели ваш ретивый товарищ. Сделаете еще один шаг — и вас постигнет участь куда худшая, нежели моего несчастного привратника. — Не меняя тона, мужчина обратился к лежавшему на дорогом ковре слуге: — Иоганн, когда сможешь встать, не лезь в драку. С этими гостями я разберусь сам.
Делвин ощутил легкий энергетический толчок — и чары, наложенные им на здешнего лакея, немедленно рассыпались. Человек в черном, бывший со всей очевидностью Патриком Телфрином, пользовался магией легко и изящно. Его работа с нею напоминала быстрый укол шпагой. Прошла пара секунд, и слуга по имени Иоганн уже поднимался с пола, неприязненно глядя на гвенхейдских солдат. За кинжалы он, впрочем, браться не стал.
В холл, из дверей по левую руку от лестницы, вошли еще три человека, все в кирасах — двое с мушкетами и один с топором.
— Стойте спокойно, — бросил им Телфрин. — Я уже почти все уладил. Возможно, вы представитесь наконец? — спросил мужчина, вновь оборачиваясь к Делвину. — А то получается как-то неловко. Вломились ко мне в дом, напали на моего человека. Требуются веские основания, чтобы себя подобным образом вести. Или полное отсутствие манер.
— Прошу меня извинить, — склонил Делвин голову, демонстративно пряча в кобуру пистолет и сделав знак солдатам вложить палаши в ножны. — Мы пробыли в дороге целый месяц, измаялись, попадали по пути в передряги, и потому в самом деле от спешки несколько пренебрегли хорошим тоном. Мое имя Делвин Дирхейл, капитан Первого корпуса армии Гвенхейда.
— Дирхейл? Из денгальских Дирхейлов?
— Нет, из Нового Валиса, мой господин.
— Достойный род, — отметил собеседник Делвина, пряча наконец пистолеты в кобуру. — Я учился в академии вместе с Мэтью Дирхейлом. Отличный малый, особенно когда доходило до конных скачек. Однажды он даже взял приз Серебряного круга, а это дорогого стоит — во всех смыслах.
— Речь идет о моем двоюродном дяде, сударь. Я правильно понимаю, что говорю с лордом Патриком Валентайном, графом Телфрином, из высокого дома Волфалер?
— Отчасти. К высокому дому я себя не причисляю с тех пор, как не нашел общего языка с главой этого высокого дома. Хочу узнать, по какой причине гвенхейдские военные решили посетить обитель презираемого в Тельгарде изгнанника?
Делвин слегка замялся. От этой встречи он ожидал совсем другого. Патрика Телфрина описывали ему как легкомысленного вертопраха, беспечного и дерзкого юнца. Стоявший перед ним тридцатидвухлетний мужчина, напротив, казался уверенным в себе, серьезным и жестким. Впрочем, прошло десять лет с его высылки из страны. Телфрин привык жить в чужих землях. Он воевал под разными знаменами — и довольно удачно. Он вложил средства, получаемые из родового имения, в торговое дело, оказавшееся весьма прибыльным, если судить по роскоши здешнего убранства. В глаза бросались изящные статуэтки, картины, мебель, украшенная искусной резьбой, рыцарские доспехи в стенных нишах.
— Возможно, — начал Дирхейл осторожно, — вы слышали о последних событиях.
Согласно рассказанной у ворот истории, слышал, и еще как.
— Краем уха, немного. Шесть дней назад приходили какие-то забулдыги с Гостиного двора. Рассказали, что дядя Кледвин совершенно потерял ум, восстал против Эйрона, переманив на свою сторону половину армии, и дал при Кенхолде бой. После этого боя бедняги, собственно, и дезертировали. Желали поступить ко мне на службу — так я послал их ко всем чертям. Не желаю влезать в гвенхейдские склоки.
Косой Боб пробормотал себе под нос проклятие в адрес небом проклятых изменников.
— Это вы про меня? — осведомился лорд Патрик, приподняв брови.
— Нет, сударь, — вмешался Делвин. — О ваших недавних гостях. Я был при Кенхолде, и поверьте, не питаю ни малейшего уважения к людям, самовольно оставившим королевский стяг. Как и мои товарищи.
— Вот как… Жаркое было дело?
— Более чем.
Бой состоялся в начале апреля. Делвин Дирхейл хорошо запомнил тот день. С самого утра валил снег — весна выдалась холодной, как нередко бывало в тех северных краях. Королевский генерал Марлин занял выигрышную позицию на двух пологих холмах, расположив пушки напротив наступавшей по Кенхолдской дороге армии мятежников. Поначалу обстоятельства складывались в пользу лоялистов — под шквальным огнем армия восставшего лорда Кледвина не смогла продвинуться далеко вперед. Мятежники предприняли попытку обойти своего противника с флангов, но не достигли успеха. Государь, присутствовавший на поле боя лично, уже собирался предложить врагу капитулировать.
Все изменилось совершенно неожиданно. При армии присутствовали чародеи из Башни Волшебников, в количестве тридцати человек. Эйрон Четвертый и его генерал не спешили вводить их в бой, оставляя в качестве последнего резерва. Когда с неба стеной ударили молнии, поражая королевских солдат, Делвин даже не сразу понял, что колдуны предали своего законного сюзерена, переметнувшись к бунтовщикам. Шквал огня буквально снес, разметал передние шеренги королевской армии. По склону холма метались обожженные, испуганные люди. Бешено ржали кони.
Затем взорвался пороховой склад. В один момент погибло несколько десятков, а то и сотен человек, находившихся поблизости. Генерал Марлин приказал развернуть орудия и открыть огонь по шатру, занимаемому волшебниками — но те смогли выставить на пути ядер сверкающий энергетический щит, и несколько артиллерийских залпов этот щит выдержал. Мятежники тем временем прорвались прямо в центр растерянного, дезориентированного гвенхейдского войска. Строй королевских пикинеров смешался под мушкетными выстрелами противника.
И тогда Делвин обнажил клинок. Вскинул его к небу, закричал своим солдатам, чтобы стояли насмерть. Разрядил пистолет во вражеский строй, свалив одного из неприятельских кавалеристов из седла, после чего бросился прямо в гущу сражения, направо и налево размахивая палашом. Он все еще верил, что можно одержать победу в этом бою.
Капитан Дирхейл видел, как появился сам Кледвин Волфалер — верхом на могучем черном жеребце, в черных доспехах, в закрывающем лицо шлеме, в алом плаще на плечах. В руке мятежный лорд держал длинный бастардный меч, орудуя им с легкостью. Он взлетел во главе конного отряда на вершину холма, к самой ставке Эйрона. Вновь ударила молния — как и все в Доме Драконьих Владык, Кледвин обладал древней Силой. Используя собственный дар, король Эйрон отразил первую магическую атаку — но рухнул замертво после третьей.
— Мы потерпели поражение, — выныривая из воспоминаний, сказал Делвин графу Телфрину. — Волшебники из Башни переметнулись на сторону узурпатора. Ваш кузен, его величество Эйрон Четвертый, пал, убитый Кледвином. Генерал Теодор Марлин успел собрать остатки армии и протрубить отступление. Мы не знали, ввиду предательства магов, чего ждать в столице, и потому отступили в замок Тенвент.
— Дядюшка не преследовал вас?
— Нет. Дорога на Тельгард оказалась свободна, и лорд Кледвин направился прямиком туда. Как сообщили беженцы, примкнувшие к нам через две недели в Тенвенте, стольный город сам открыл узурпатору ворота. Во дворце произошел переворот, поддержанный аристократией и все теми же чародеями. Почти все венценосное семейство оказалось вырезано за одну ночь. Принц Александр, принц Айорверт, лорд Бринмор, королева Бриана, лорд Пэдеро — все они погибли. Некоторые — заколотые в собственных постелях, другие в бою, третьи при попытке к бегству. Королевский дом истреблен. Узурпатор объявил себя государем и начал подготовку к коронации. О принцессе Джулианне известно, что Кледвин держит ее под замком, принуждая к браку.
— Как некрасиво, — пробормотал Патрик Телфрин. — Он же ей в отцы годится.
— У злодея ни стыда, ни совести, — поддакнул Косой Боб, а Фрэнк согласно кивнул. — Вы нам поможете, светлый лорд? Одолеть узурпатора.
— Я? — На лице графа отразилось вежливое недоумение. — Почему я должен вам помогать? Это ваша война и ваше поражение. Я тут совершенно ни при чем.
— Ваша светлость, — заговорил Делвин, надеясь, что в его голосе не слышно отчаяния. — Нас послал сюда генерал Марлин. Я могу показать вам его письмо, если хотите. Мы в самом деле уповаем на ваше участие. Так вышло, что вы последний законный наследник престола. Не считать же таковым предателя, убившего собственных родственников. У нас еще остались достаточно значительные силы, но нет вожака, за которым бы пошли люди. Если он не появится в скором времени, армия начнет разбредаться или переходить на сторону узурпатора. Вы можете ее возглавить.
— Вы, кажется, чего-то не понимаете, дорогой сэр, — тон, с которым Телфрин произнес эти слова, был поистине ледяным. — Гвенхейд сам отказался от меня — десять лет назад. Король, под чьим знаменем вы дрались, поверил лживым наветам и выслал меня на чужбину. Хотя у меня к тому времени не осталось отца, была мать, и она горевала по мне. У меня также были друзья, и им даже не позволили проститься со мной. Я, между прочим, готовил свадьбу, а меня обвинили в выдуманной интрижке с королевой. Невеста отреклась от меня. Товарищи отреклись. Мне жаль моих погибших родичей, но я ничего не должен стране, плюнувшей мне в лицо. Кледвин — сильный человек. Возможно, на троне он не будет смотреться так нелепо, как смотрелся Эйрон.
Делвин вздохнул. Сомнения, терзавшие его всю дорогу, занявшую долгих четыре недели, подтверждались. Капитан Дирхейл изначально не верил в успех этой миссии. Ему казалось очевидным, что человек, с которым поступили так, как поступили с Телфрином, в самом деле не пожелает возвращаться в отказавшееся от него королевство. И все же генерал Марлин был уверен, что иного выхода нет. Армии требовался лидер — человек, способный ею командовать и повести за собой. Человек, имеющий права на трон. О лорде Патрике говорили как об опытном солдате. К тому же он был чародеем, обучавшимся магии с детства, как и всякий в его роду — а кто, как не чародей, способен бросить вызов узурпатору и предателям из Башни?
Покидая Тенвент, Делвин видел на лицах защитников крепости полную безнадежность. Молодой капитан поклялся, что сделает все возможное, чтобы вернуть надежду. Гвенхейдом не может править тиран и убийца родных.
— Вас лишат поместья и доходов от него, — сказал Дирхейл, приводя прагматичный довод. — Думаю, уже достаточно скоро Кледвин начнет охоту за вами. Ему не нужны соперники. Хотите вы того или нет, вы обладаете правами на трон, после гибели прочих членов венценосной семьи. Само ваше существование ставит узурпатора под удар. Не пройдет и месяца, как сюда явятся наемные убийцы. Может быть, они уже на подходе.
— Когда явятся, тогда с ними и поговорю. Что до имения... Я владею акциями в торговой компании, и она процветает. Планирую купить корабль, кстати, и отправиться на следующий год в плавание по Морю Фантомов. Услышал недавно байку о городе, где дворцы отлиты из золота, и не хотел бы дать другим авантюристам возможность разграбить его раньше меня. В любом случае, от родовых земель я больше не зависим. Мой деловой партнер Штрайнер — отличный товарищ и надежный друг. Кстати, Иоганн, его человек так и не пришел?
— Нет, ваша милость. Когда приперлись эти мерзавцы, я сперва подумал, они от него.
Лакей явно не испытывал к Делвину и его спутникам никаких теплых чувств. В сущности, его можно было понять. Делвин хорошо понимал, что и впрямь произвел не лучшее впечатление, напав на пытавшегося не впустить его в дом слугу. Но слишком нелегкими выдались последние дни. Долгая дорога, стычки сначала с солдатами врага, а затем с лесными разбойниками, разброд и разложение в рядах собственных бойцов. Все это угнетало. Встретив перед собой неожиданное препятствие, капитан Дирхейл не придумал ничего лучшего, чем попытаться это препятствие устранить.
