НА пристань вышел человек, остановился глядя в их сторону, потом забегал, метнулся на берег и умчался на каком то древнем корыте.
– Не нравится мне такая реакция аборигенов – в сердцах сплюнул в воду Леха, – ждут нас парни развлечения… Кто нибудь сейчас с веслом прибежит. Все заулыбались вспоминая пародию любимого алтайского комика из народа.
– И чем они потом грести будут….отсюдова, – поддержал игру Валерка. – Ну смех смехом, а пулеметик то смонтируй на задний вертлюг братишка. И накрой чем нибудь, чтоб в глаза не бросался – отдал команду Мишка.
Как и ожидалось все их приготовления были не зря, еще не успев потерять зрительный контакт с пристанью, парни увидели, как поднимая пыль, на берег перед пристанью подлетели два автомобиля. Та самая древняя шушлайка и до боли знакомый Сурф, из машин выскочило шесть фигур, и они сломя голову, ломанулись на пристань, где были пришвартованы несколько моторных лодок.
Первой отвалила старенькая Казанка, та которая с булями, с двумя пассажирами на борту, а за ней какое-то корыто побольше, навроде как Прогресс, пояснил Валерка, наблюдающий за аборигенами через оптику. На большом катере было четыре человека, но по видимому рулевой этого корыта, особо не желал догонять их Ковчег, за что, скорее всего и получил пару затрещин от плечистого крепыша с автоматом.
– Не удивляйся Миха- отрываясь от оптики сказал Валерка, – но персонаж нам знаком.
– Плафон ?! – вопросительно-утвердительно уточнил Мишка, поскольку Латыш был побольше ростом, да и в ширь, Плафон был скромнее того в размерах.
– Он самый, где то Ксюхой разжился – подтвердил Валерка, – а так у них полный разнобой в стволах. Вижу обрез двухствольный, помповик, мутант какой то калошоидный, пока не разгляжу что за модель. Опа… у одного нарезняк с оптикой, какой то винтарь болтовой.
– Так братишка, – напрягся Мишка,– этого вали первого. Леха давай к пулемету, только увидишь первый выстрел, вали всех, приоритет большой катер с автоматчиком. Я пойду Крым готовить, Валерка как свалишь их стрелка сразу в лодку.
– Базара ноль братка, – ощерился Валерка, – на абордаж..жжжж волков позорных.
Казанка вырвалась вперед, и там со свистом и улюлюканием, бритоголовые малолетки, начали выкрикивать какие то непотребства, и дополнительно, жестами не требующими комментариев, показывали что ждет незадачливых путешественников.
– Мамуль, Света, уйдите за каюту и на палубу ложитесь – распорядился Мишка.
Мать без лишних слов, взяла Светку под локоть и забежав за каюту, легли на пол. Утырки в Казанке уже приблизившись метров на пятьдесят, вновь заулюлюкали, затем один из них, вскинув обрез, выстрелил в сторону Ковчега. Картечная осыпь стеганула по навесу верхней палубы, а Казанка тем временем, заложив крутой вираж, понеслась наперерез Ковчегу. С катера послышалась автоматная очередь, но расстояние было великовато для коротыша, и пули взвизнули высоко над навесом.
– Валерка, вали их- крикнул Мишка запуская мотор. – диджей Леха, исполни им малиновый звон.
Сразу же захлопали выстрелы карабина, один, второй, третий, и через пару секунд, Леха, сдернув с пулемета прикрывающий его чехол, двумя басовитыми очередями, буквально разметал экипаж катера братков. Казанка со свесившимся на транеце рулевым, а второго засранца на борту не было, сделав полукруг перед носом Ковчега, медленно покачиваясь на течении, дрейфовала параллельно курса Ковчега.
Мишка с запрыгнувшим в лодку Валеркой, поменявшем карабин на 74-ый, уже на глиссере неслась в сторону катера, в котором виделось какое то шевеление, но выше бортов никто не поднимался. Скинув скорость и медленно, сделав полукруг вокруг катера, Мишка приблизился к пиратам и Валерка, стоя на пайоле, держа на прицеле всех кто находился на борту, крикнул, – Эй… у штурвала, харе прятаться, считаю до одного, потом искать не буду.
– Не стееяйте, п..оо..шу вас- прошепелявил невзрачный мужичонка, выползающий из под навалившегося на него трупа у разбитого пулями ветрового стекла, – я не хотей, мея заставили.
– Кто еще живой на борту – спросил Валерка, держа того на мушке. Мужичок огляделся, задержал взгляд на разбитом пулями подвесняке Меркури, повернувшись, помотал головой – никого, все умелли… и двизок..тозе.
– Держи конец – Мишка кинул ему конец веревки.
Тот споро и умело скрутил и накинул хитрый узел на бортовую ручку, и даже придержал перепрыгнувшего к ним на борт Валерку. Тот сразу же провел контроль троих трупов, и начал ворочать их, собирая трофеи с нападавших, искоса поглядывая на их лоцмана.
– А ты чего с ними то? – спросил он. Передавая Мишке карабин с оптикой, – Лось, гладкоствольный карабин Вепрь-Молот и Ксюху с разбитой пулей ствольной коробкой.
-Жаштавили – прошамкал разбитым ртом мужик. И через паузу добавил, – били
– А где Латыш? – спросил Мишка, – и вообще, что у вас творится.
– С будуна мается. – удивленно и одновременно испуганно вскинул глаза мужичок, – Пииехали. В лайотдел волвались, там еще тлое оставались. Поубивали их, остатки стволов заблали. Свою власть установили.
– А где все остальные то были? – Уточнил Мишка.
– Так начальник новый, олузейку выглеб и смотался с остальными, потом велнулись за оствшимися, а тут эти. Постлелялись и опять уехали.
– С Латышом сколько еще людей? – Мишка переглянулся с Валеркой.
– Ешо два…… пока што, но это не долго – в глазах у мужика зажглись злые огоньки.
Мишка опять глянул на Валерку, и получив согласный кивок, разрядил и кинул обратно в катер Молот, – тут не далеко. На веслах дойдешь.
Мужик кивнул им в ответ и проводив взглядом отваливший в сторону Крым, достал и начал устанавливать в уключины весла. Догнав дрейфующую Казанку, парни забрали оттуда помпу 12 калибра, жменьку патронов, и выкинув за борт убитого в голову рулевого вернулись на Ковчег. Там обсудив в присутствии Лехи, все перепитии произошедшей стычки, и сведения полученные от пленного и отпущенного мужика, приняли решение что Латыш им теперь не угроза, не погонится он за ними, самому ему теперь ноги унести, а в гарнизонную разведку доложить о сокращенном бандитском поголовье и непонятке с райотделом и их начальником.
– У них голов что у того дракона, пусть думают – резюмировал Валерка. Ближе к вечеру, по правому берегу, за большим лугом, промелькнула какая то небольшая деревенька, окруженная видневшимся со всех сторон сосновым бором , и зайдя между двух островов путешественники решили бросить якорь и опять поставить сеть, такой приварок как свежая рыба, всем пришелся по душе. Особенно Валерке, скучающему по своему любимому Чулыму, про который он мог рассказывать часами, прям захлебываясь в восторженных диферамбах таежной реке и глухим местам вокруг, дорогих его сердцу воспоминаниями из детства. Светка вдохновленная его рассказами о родных местах, о родителях и братьях, вслух мечтала побывать там и познакомится со всеми, и даже пыталась строить планы как добраться до тех мест, после того как они доберутся до Томска, на что Валерка, со вздохом отвечал ей.
– Ты думаешь Светик, я не хочу…. Да я…., эх. От Томска до дома еще 150 верст по дорогам, да и от Оби до Томска, еще наверное километров семьдесят будет.
– А что так же по реке нельзя? – удивленно спрашивала Света.
– Как нельзя… можно, только это по Чулыму, против течения, гдеж столько бензина взять. – с горечью отвечал Валерка.
– Не горюй братан, – успокаивал его Мишка, – нам теперь главное до Томска добраться, а там придумаем как к теде домой попасть.
От этих слов у Валерки на душе разливалось тепло, и они со Светкой уходили на нос Ковчега, и сидели там обнявшись и шушукаясь. Утром всех разбудил крик Лехи, которому выпало сегодня утреннее дежурство,
– А ну ка суши весла, и руки в гору.
– Дяденька не стреляйте, – послышался в ответ тонкий ребячий голосок, – мы без оружия. - Хотим предложить вам что нибудь из еды купить, – добавился голос подростка постарше.
Мишка уже выскочил из каюты в штанах от горки, сланцах на босу ногу, с голым торсом, но уже с автоматом в готовности открыть немедленную стрельбу при малейшей опасности. Но увидев в старенькой деревянной плоскодонке, двух пацанов лет пятнадцати старшему и двенадцати-тринадцати, другому, скорее всего братьям, судя по чертам лиц, спросил.
– А что у вас есть, того что у нас нет? И откуда вы?
– Мы из Солдатово,– махнул старший в сторону берега, – мы еще вчера вас срисовали, когда сетки проверяли. А предложить можем вам молоко, яйца, сметана есть, рыбу вам вижу не надо, вон, аж сетка ваша потонула.
– Ох епть, – вскрикнул Валерка, и принялся отвязывать лодку. – совсем заспался я.
Пацан проводил его взглядом и продолжил. – Сало еще есть, можно куру или гуся рубануть, если желание будет.
– Будет… будет такое желание мальчик. – вмешалась в разговор Анастасия.
– А чего взамен надо, – есть рубли, доллары. – Мишка покосился на мать, и та махнув рукой, предоставляя право на переговоры ему, ушла в каюту.
– Да кому эти ваши доллары нужны теперь – скептически хмыкнул пацан, – патроны, ружье какое ни какое, если в цене сойдемся.
Проплывая мимо пацанов, Валерка предложил младшему, – прыгай, поможешь сетку снять, пока старшие договариваются.
Пацаненок взглянув на старшего брата и получив молчаливое согласие, выраженное в кивке головой, перебрался в лодку к Валерке.
– Ну к примеру есть помповик 12-го калибра,– начал торг Мишка.– только без патронов, самим мало. И как там у вас, отбились от мертвяков восставших?
– Отбится то отбились, но тут другие фашисты нагрянули. Дядь Саня, бревна поперек дороги приволок и скобами сбил, чтоб не растащили сразу. – пацан рассказывая, размахивал руками, как будто сам забивал скобы. – А сам с мужиками скрадок сделали и дежурят теперь.
– Из Акутихи фашисты то приезжали? – задал Мишка наводящий вопрос.
– Ну да, оттуда зечары какие то синие.– Пацан шумно втянул в себя воздух – Николая Ивановича застрелили.
– Можешь вашим старшим передать, что некому уже ехать. – Мишка сложил два пальца пистолетом и сделал жест имитирующий выстрел – кончилась банда, их трое всего оставалось вчера с утра, а сейчас и те наверное на веревке дрыгаются. Вашим мужикам бы самим туда сгонять и наладить отношения с оставшимися живыми. Да может помочь умертвия упокоить, все польза будет и вам и им.
– Да ну. – вытаращив глаза воскликнул паренек, и обернувшись к брату крикнул – Мишка, давай в лодку. Мы еще вернемся, надо мужиков предупредить раз такое дело, вы не уплывайте никуда покуда.
– Соли прихватите когда возвращаться будете – крикнула вдогонку, выглянувшая из каюты Анастасия, и уже для Мишки добавила – и рыбу надо будет солить, и еще что, может привезут.
Через часок у берега затарахтел лодочный движок, и из за кустов вывернула надувнушка с мотором. Сидевший на румпеле пожилой мужик, аккуратно притер лодку к борту Ковчега, кивнул головой парнишке, вернувшемуся с ним, тот бросил Валерке конец веревки. Кряхтя, мужик перебрался из пришвартованной надувнушки на палубу Ковчега,взглянул на ствол пулемета, потопал ногой по папубе, и протягивая руку Мишке, произнес, – Добротно сделано, Михаил Иванович.
– Михаил, просто Мишка,– ответил он на представление гостя, пожимая руку.– проходите в каюту, торг дело не быстрое.
– Ну да, ну да, – улыбнулся в ответ Михаил Иванович, – но я думаю торг будет неуместен. Костя подавай припасы.
Парнишка из лодки начал передовать привезенные продукты, перечисляя привезенное, – молоко, две банки, холодное еще, только из подпола, сметаны банка, масла вот полкило. Мамка пока не взбивала больше. Гусь, только, только гоготал, две куры копченых, сало вот, два шматочка. Хлеб свежий, четыре булки, баба Нюра только вынула, горячий еще, Нога вот баранья, мерзлая, в воду сунете, долго еще хранится будет. Вот еще груздей соленых банка. Чеснок, лука вот вязочку. Картохи мешок. Соль.
Мишка молча развернулся и зайдя в каюту, тут же вышел, неся в руках трофейный помповик.
– Это мы не за ружье привезли. – тем не менее принимая оружие, – это мы всем миром собрали, за новость хорошую. Мужики на двух машинах рванули в Акутиху, а меня вот по старости лет к вам делегировали. Ружьишко то примечательное, у тех тоже такое было.
– Так оттуда и дровишки – не удержался от реплики Валерка.
– Гм..мм.. из него Иваныча у нас застрелили…такие дела. – отвел заблестевшие глаза Михаил Иванович, – спасибо вам ребятки, что не побоялись душегубов.
– Мой батя когда то говорил, – ответил ему Мишка- если драка неизбежна, всегда бей первым.
– Пойдемте Михаил Иванович, у меня чаек поспел, – Анастасия отодвинув Мишку взяла мужчину под локоть и повела в каюту. – Костя кажется, давай тоже за нами. Миша помоги.
Пока пили чай, Анастасия подробно рассказала о катастрофе, о всех ее последствиях и вручила деревенским гостям памятку о зомби, с развернутым содержанием. Затем наступило оговоренное время связи с гарнизоном, и Светка подробно доложила о всех событиях. В ответ из гарнизона обещали прислать рейдовую группу, навести порядок и наладить контакт с выжившими людьми.
Интерлюдия: Латыш не спал, его мучало лютое похмелье, по бухать без перерыва он уже устал, да и опасно, мусора могут вернуться и попытаться их наказать за то что угробили охрану отдела полиции, и потом отбили визит их группы поддержки, с немалыми потерями для последних. Местных они быстро прижали к ногтю и обложили всю округу налогом, уничтожив всех кто был не согласен, остальные засунув языки в тухлую трещину, молчали и платили, как раньше комерсы, которых он беззастенчиво оббирал, навязывая свою крышу.
Он решил сегодня отлежаться, а на завтра рвануть в Бийск с молодыми отморозками, которых поттянул в их новую бригаду Плафон, виртуозно запудрив им мозги уголовной романтикой и бандитским форсом. Тут он вспомнил Комара и тех молодых волчат, что подтянул к себе старый каторжанин, и как они срезали его на взлете, не дав возможности разжиться стволами.
– Суки, бля…– выматерился он, – надо заехать угондонить их нахрен. – Да где там Плафон, – психанул он, – поехал каких-то беженцев развоздушить и пропал. Сонька, шалава конченая, где мой рассол, тащи быстрее, и сама греби сюда, шляпа дымит.
В комнату с валяющимся на диване бандюганом, заскочила испуганная молодая деваха, с огромным синяком в пол лица, держа в руках банку с рассолом, и тут же испуганно оглянулась на окна, где во дворе послышался шум как во время драки, затем грохнул один выстрел, второй и она отлетела к стене, сбитая с ног вскочившим Латышом.
Он сунулся к окну, но стекло тут-же разлетелось сверкающими брызгами стекла от очередного выстрела, стрельба загрохотала без перерыва и Латыш видя как по стене сарая сползает один их подельников, за которым по стене тянется кровавая дорожка, схватил куртку и свою ТТеху, и пригнувшись кинулся к двери выходящей на огород. Перепрыгивая через раскисшие грядки, он подбежав к стоявшей в конце огорода бане, оглянулся и вскинув руку дважды выстрелил в выскочившую из-за угла дома фигуру с ружьем, затем щучкой махнул через забор.
– Не нравится мне такая реакция аборигенов – в сердцах сплюнул в воду Леха, – ждут нас парни развлечения… Кто нибудь сейчас с веслом прибежит. Все заулыбались вспоминая пародию любимого алтайского комика из народа.
– И чем они потом грести будут….отсюдова, – поддержал игру Валерка. – Ну смех смехом, а пулеметик то смонтируй на задний вертлюг братишка. И накрой чем нибудь, чтоб в глаза не бросался – отдал команду Мишка.
Прода от 18.12.2025, 13:36
Глава – 4. Старые знакомые.
Как и ожидалось все их приготовления были не зря, еще не успев потерять зрительный контакт с пристанью, парни увидели, как поднимая пыль, на берег перед пристанью подлетели два автомобиля. Та самая древняя шушлайка и до боли знакомый Сурф, из машин выскочило шесть фигур, и они сломя голову, ломанулись на пристань, где были пришвартованы несколько моторных лодок.
Первой отвалила старенькая Казанка, та которая с булями, с двумя пассажирами на борту, а за ней какое-то корыто побольше, навроде как Прогресс, пояснил Валерка, наблюдающий за аборигенами через оптику. На большом катере было четыре человека, но по видимому рулевой этого корыта, особо не желал догонять их Ковчег, за что, скорее всего и получил пару затрещин от плечистого крепыша с автоматом.
– Не удивляйся Миха- отрываясь от оптики сказал Валерка, – но персонаж нам знаком.
– Плафон ?! – вопросительно-утвердительно уточнил Мишка, поскольку Латыш был побольше ростом, да и в ширь, Плафон был скромнее того в размерах.
– Он самый, где то Ксюхой разжился – подтвердил Валерка, – а так у них полный разнобой в стволах. Вижу обрез двухствольный, помповик, мутант какой то калошоидный, пока не разгляжу что за модель. Опа… у одного нарезняк с оптикой, какой то винтарь болтовой.
– Так братишка, – напрягся Мишка,– этого вали первого. Леха давай к пулемету, только увидишь первый выстрел, вали всех, приоритет большой катер с автоматчиком. Я пойду Крым готовить, Валерка как свалишь их стрелка сразу в лодку.
– Базара ноль братка, – ощерился Валерка, – на абордаж..жжжж волков позорных.
Казанка вырвалась вперед, и там со свистом и улюлюканием, бритоголовые малолетки, начали выкрикивать какие то непотребства, и дополнительно, жестами не требующими комментариев, показывали что ждет незадачливых путешественников.
– Мамуль, Света, уйдите за каюту и на палубу ложитесь – распорядился Мишка.
Мать без лишних слов, взяла Светку под локоть и забежав за каюту, легли на пол. Утырки в Казанке уже приблизившись метров на пятьдесят, вновь заулюлюкали, затем один из них, вскинув обрез, выстрелил в сторону Ковчега. Картечная осыпь стеганула по навесу верхней палубы, а Казанка тем временем, заложив крутой вираж, понеслась наперерез Ковчегу. С катера послышалась автоматная очередь, но расстояние было великовато для коротыша, и пули взвизнули высоко над навесом.
– Валерка, вали их- крикнул Мишка запуская мотор. – диджей Леха, исполни им малиновый звон.
Сразу же захлопали выстрелы карабина, один, второй, третий, и через пару секунд, Леха, сдернув с пулемета прикрывающий его чехол, двумя басовитыми очередями, буквально разметал экипаж катера братков. Казанка со свесившимся на транеце рулевым, а второго засранца на борту не было, сделав полукруг перед носом Ковчега, медленно покачиваясь на течении, дрейфовала параллельно курса Ковчега.
Мишка с запрыгнувшим в лодку Валеркой, поменявшем карабин на 74-ый, уже на глиссере неслась в сторону катера, в котором виделось какое то шевеление, но выше бортов никто не поднимался. Скинув скорость и медленно, сделав полукруг вокруг катера, Мишка приблизился к пиратам и Валерка, стоя на пайоле, держа на прицеле всех кто находился на борту, крикнул, – Эй… у штурвала, харе прятаться, считаю до одного, потом искать не буду.
– Не стееяйте, п..оо..шу вас- прошепелявил невзрачный мужичонка, выползающий из под навалившегося на него трупа у разбитого пулями ветрового стекла, – я не хотей, мея заставили.
– Кто еще живой на борту – спросил Валерка, держа того на мушке. Мужичок огляделся, задержал взгляд на разбитом пулями подвесняке Меркури, повернувшись, помотал головой – никого, все умелли… и двизок..тозе.
– Держи конец – Мишка кинул ему конец веревки.
Тот споро и умело скрутил и накинул хитрый узел на бортовую ручку, и даже придержал перепрыгнувшего к ним на борт Валерку. Тот сразу же провел контроль троих трупов, и начал ворочать их, собирая трофеи с нападавших, искоса поглядывая на их лоцмана.
– А ты чего с ними то? – спросил он. Передавая Мишке карабин с оптикой, – Лось, гладкоствольный карабин Вепрь-Молот и Ксюху с разбитой пулей ствольной коробкой.
-Жаштавили – прошамкал разбитым ртом мужик. И через паузу добавил, – били
– А где Латыш? – спросил Мишка, – и вообще, что у вас творится.
– С будуна мается. – удивленно и одновременно испуганно вскинул глаза мужичок, – Пииехали. В лайотдел волвались, там еще тлое оставались. Поубивали их, остатки стволов заблали. Свою власть установили.
– А где все остальные то были? – Уточнил Мишка.
– Так начальник новый, олузейку выглеб и смотался с остальными, потом велнулись за оствшимися, а тут эти. Постлелялись и опять уехали.
– С Латышом сколько еще людей? – Мишка переглянулся с Валеркой.
– Ешо два…… пока што, но это не долго – в глазах у мужика зажглись злые огоньки.
Мишка опять глянул на Валерку, и получив согласный кивок, разрядил и кинул обратно в катер Молот, – тут не далеко. На веслах дойдешь.
Мужик кивнул им в ответ и проводив взглядом отваливший в сторону Крым, достал и начал устанавливать в уключины весла. Догнав дрейфующую Казанку, парни забрали оттуда помпу 12 калибра, жменьку патронов, и выкинув за борт убитого в голову рулевого вернулись на Ковчег. Там обсудив в присутствии Лехи, все перепитии произошедшей стычки, и сведения полученные от пленного и отпущенного мужика, приняли решение что Латыш им теперь не угроза, не погонится он за ними, самому ему теперь ноги унести, а в гарнизонную разведку доложить о сокращенном бандитском поголовье и непонятке с райотделом и их начальником.
– У них голов что у того дракона, пусть думают – резюмировал Валерка. Ближе к вечеру, по правому берегу, за большим лугом, промелькнула какая то небольшая деревенька, окруженная видневшимся со всех сторон сосновым бором , и зайдя между двух островов путешественники решили бросить якорь и опять поставить сеть, такой приварок как свежая рыба, всем пришелся по душе. Особенно Валерке, скучающему по своему любимому Чулыму, про который он мог рассказывать часами, прям захлебываясь в восторженных диферамбах таежной реке и глухим местам вокруг, дорогих его сердцу воспоминаниями из детства. Светка вдохновленная его рассказами о родных местах, о родителях и братьях, вслух мечтала побывать там и познакомится со всеми, и даже пыталась строить планы как добраться до тех мест, после того как они доберутся до Томска, на что Валерка, со вздохом отвечал ей.
– Ты думаешь Светик, я не хочу…. Да я…., эх. От Томска до дома еще 150 верст по дорогам, да и от Оби до Томска, еще наверное километров семьдесят будет.
– А что так же по реке нельзя? – удивленно спрашивала Света.
– Как нельзя… можно, только это по Чулыму, против течения, гдеж столько бензина взять. – с горечью отвечал Валерка.
– Не горюй братан, – успокаивал его Мишка, – нам теперь главное до Томска добраться, а там придумаем как к теде домой попасть.
От этих слов у Валерки на душе разливалось тепло, и они со Светкой уходили на нос Ковчега, и сидели там обнявшись и шушукаясь. Утром всех разбудил крик Лехи, которому выпало сегодня утреннее дежурство,
– А ну ка суши весла, и руки в гору.
– Дяденька не стреляйте, – послышался в ответ тонкий ребячий голосок, – мы без оружия. - Хотим предложить вам что нибудь из еды купить, – добавился голос подростка постарше.
Мишка уже выскочил из каюты в штанах от горки, сланцах на босу ногу, с голым торсом, но уже с автоматом в готовности открыть немедленную стрельбу при малейшей опасности. Но увидев в старенькой деревянной плоскодонке, двух пацанов лет пятнадцати старшему и двенадцати-тринадцати, другому, скорее всего братьям, судя по чертам лиц, спросил.
– А что у вас есть, того что у нас нет? И откуда вы?
– Мы из Солдатово,– махнул старший в сторону берега, – мы еще вчера вас срисовали, когда сетки проверяли. А предложить можем вам молоко, яйца, сметана есть, рыбу вам вижу не надо, вон, аж сетка ваша потонула.
– Ох епть, – вскрикнул Валерка, и принялся отвязывать лодку. – совсем заспался я.
Пацан проводил его взглядом и продолжил. – Сало еще есть, можно куру или гуся рубануть, если желание будет.
– Будет… будет такое желание мальчик. – вмешалась в разговор Анастасия.
– А чего взамен надо, – есть рубли, доллары. – Мишка покосился на мать, и та махнув рукой, предоставляя право на переговоры ему, ушла в каюту.
– Да кому эти ваши доллары нужны теперь – скептически хмыкнул пацан, – патроны, ружье какое ни какое, если в цене сойдемся.
Проплывая мимо пацанов, Валерка предложил младшему, – прыгай, поможешь сетку снять, пока старшие договариваются.
Пацаненок взглянув на старшего брата и получив молчаливое согласие, выраженное в кивке головой, перебрался в лодку к Валерке.
– Ну к примеру есть помповик 12-го калибра,– начал торг Мишка.– только без патронов, самим мало. И как там у вас, отбились от мертвяков восставших?
– Отбится то отбились, но тут другие фашисты нагрянули. Дядь Саня, бревна поперек дороги приволок и скобами сбил, чтоб не растащили сразу. – пацан рассказывая, размахивал руками, как будто сам забивал скобы. – А сам с мужиками скрадок сделали и дежурят теперь.
– Из Акутихи фашисты то приезжали? – задал Мишка наводящий вопрос.
– Ну да, оттуда зечары какие то синие.– Пацан шумно втянул в себя воздух – Николая Ивановича застрелили.
– Можешь вашим старшим передать, что некому уже ехать. – Мишка сложил два пальца пистолетом и сделал жест имитирующий выстрел – кончилась банда, их трое всего оставалось вчера с утра, а сейчас и те наверное на веревке дрыгаются. Вашим мужикам бы самим туда сгонять и наладить отношения с оставшимися живыми. Да может помочь умертвия упокоить, все польза будет и вам и им.
– Да ну. – вытаращив глаза воскликнул паренек, и обернувшись к брату крикнул – Мишка, давай в лодку. Мы еще вернемся, надо мужиков предупредить раз такое дело, вы не уплывайте никуда покуда.
– Соли прихватите когда возвращаться будете – крикнула вдогонку, выглянувшая из каюты Анастасия, и уже для Мишки добавила – и рыбу надо будет солить, и еще что, может привезут.
Через часок у берега затарахтел лодочный движок, и из за кустов вывернула надувнушка с мотором. Сидевший на румпеле пожилой мужик, аккуратно притер лодку к борту Ковчега, кивнул головой парнишке, вернувшемуся с ним, тот бросил Валерке конец веревки. Кряхтя, мужик перебрался из пришвартованной надувнушки на палубу Ковчега,взглянул на ствол пулемета, потопал ногой по папубе, и протягивая руку Мишке, произнес, – Добротно сделано, Михаил Иванович.
– Михаил, просто Мишка,– ответил он на представление гостя, пожимая руку.– проходите в каюту, торг дело не быстрое.
– Ну да, ну да, – улыбнулся в ответ Михаил Иванович, – но я думаю торг будет неуместен. Костя подавай припасы.
Парнишка из лодки начал передовать привезенные продукты, перечисляя привезенное, – молоко, две банки, холодное еще, только из подпола, сметаны банка, масла вот полкило. Мамка пока не взбивала больше. Гусь, только, только гоготал, две куры копченых, сало вот, два шматочка. Хлеб свежий, четыре булки, баба Нюра только вынула, горячий еще, Нога вот баранья, мерзлая, в воду сунете, долго еще хранится будет. Вот еще груздей соленых банка. Чеснок, лука вот вязочку. Картохи мешок. Соль.
Мишка молча развернулся и зайдя в каюту, тут же вышел, неся в руках трофейный помповик.
– Это мы не за ружье привезли. – тем не менее принимая оружие, – это мы всем миром собрали, за новость хорошую. Мужики на двух машинах рванули в Акутиху, а меня вот по старости лет к вам делегировали. Ружьишко то примечательное, у тех тоже такое было.
– Так оттуда и дровишки – не удержался от реплики Валерка.
– Гм..мм.. из него Иваныча у нас застрелили…такие дела. – отвел заблестевшие глаза Михаил Иванович, – спасибо вам ребятки, что не побоялись душегубов.
– Мой батя когда то говорил, – ответил ему Мишка- если драка неизбежна, всегда бей первым.
– Пойдемте Михаил Иванович, у меня чаек поспел, – Анастасия отодвинув Мишку взяла мужчину под локоть и повела в каюту. – Костя кажется, давай тоже за нами. Миша помоги.
Пока пили чай, Анастасия подробно рассказала о катастрофе, о всех ее последствиях и вручила деревенским гостям памятку о зомби, с развернутым содержанием. Затем наступило оговоренное время связи с гарнизоном, и Светка подробно доложила о всех событиях. В ответ из гарнизона обещали прислать рейдовую группу, навести порядок и наладить контакт с выжившими людьми.
Интерлюдия: Латыш не спал, его мучало лютое похмелье, по бухать без перерыва он уже устал, да и опасно, мусора могут вернуться и попытаться их наказать за то что угробили охрану отдела полиции, и потом отбили визит их группы поддержки, с немалыми потерями для последних. Местных они быстро прижали к ногтю и обложили всю округу налогом, уничтожив всех кто был не согласен, остальные засунув языки в тухлую трещину, молчали и платили, как раньше комерсы, которых он беззастенчиво оббирал, навязывая свою крышу.
Он решил сегодня отлежаться, а на завтра рвануть в Бийск с молодыми отморозками, которых поттянул в их новую бригаду Плафон, виртуозно запудрив им мозги уголовной романтикой и бандитским форсом. Тут он вспомнил Комара и тех молодых волчат, что подтянул к себе старый каторжанин, и как они срезали его на взлете, не дав возможности разжиться стволами.
– Суки, бля…– выматерился он, – надо заехать угондонить их нахрен. – Да где там Плафон, – психанул он, – поехал каких-то беженцев развоздушить и пропал. Сонька, шалава конченая, где мой рассол, тащи быстрее, и сама греби сюда, шляпа дымит.
В комнату с валяющимся на диване бандюганом, заскочила испуганная молодая деваха, с огромным синяком в пол лица, держа в руках банку с рассолом, и тут же испуганно оглянулась на окна, где во дворе послышался шум как во время драки, затем грохнул один выстрел, второй и она отлетела к стене, сбитая с ног вскочившим Латышом.
Он сунулся к окну, но стекло тут-же разлетелось сверкающими брызгами стекла от очередного выстрела, стрельба загрохотала без перерыва и Латыш видя как по стене сарая сползает один их подельников, за которым по стене тянется кровавая дорожка, схватил куртку и свою ТТеху, и пригнувшись кинулся к двери выходящей на огород. Перепрыгивая через раскисшие грядки, он подбежав к стоявшей в конце огорода бане, оглянулся и вскинув руку дважды выстрелил в выскочившую из-за угла дома фигуру с ружьем, затем щучкой махнул через забор.
