ГЛАВА 1
Планета Земля
Кайла
За ночь снова выпал снег, а под утром ударил мороз, покрывая всё вокруг слоем кристаллической пыли, не оставляя ничего живого на поверхности. Кроме выживших группок людей. Беззащитных и борющихся за своё выживание под рёв холодных ветров.
Вот и наша маленькая группка боролась всеми силами, но мы проигрывали под давлением обстоятельств, нехваткой ресурсов и постепенным понижением температуры воздуха. Мы носили рваньё, которое находили в заброшенных зданиях, о средствах гигиены можно было вообще забыть. Кто же будет пытаться нагреть воду, когда в любой момент нас могут обнаружить. К тому же для огня надо ещё попробовать нарубить напрочь замёрзших ветвей, а потом ещё высушить… Работа нудная и долгая.
Я сильнее запахнула куртку на груди, жалея, что не обменяла молнию на иглу и нитки. Зачем нужна молния, если она окончательно и бесповоротно сломана из-за чего холодный воздух проникает в прорехи, кое-как прикрытые рукой в дырявых перчатках.
— Пойдём быстрее, Кайла, — произнесла сестра, утопая в снегу по колено и потирая озябшие руки в таких же дырявых перчатках, как у меня. Но они хотя бы были! — Адам будет беспокоиться.
— Хлоя, сколько раз мне повторять? О какой любви речь? — возразила я замёрзшими губами, но разговор хотя бы помогал отвлечься от боли и холода. — Выживание стоит на первом месте, а любовь — она будет только мешать и удерживать тебя. Посмотри вокруг! Снежные ледники, голая пустошь, ничего живого. У нас даже еды нет. Сколько мы так протянем, а?
— Ты ведёшь себя так, словно не думаешь о будущем вообще, ? моя близняшка упрямо пробиралась вперёд, не сбавляя темп, прямиком к дыре в металлической сетке, окружающей старую военную базу, в глубинах которой разместилась наша группа.
— Послушай, я просто мыслю рационально, а не сердцем. Единственное, что имеет значение — пережить сегодняшний день, — ответила сестре, ныряя в прорезь, слегка задевая металлические прутья спиной.
— Кайла, какая же ты зануда! — сестра уже открывала металлическую искорёженную дверь со слезшей краской, прошмыгивая в приоткрывшуюся щель.
— Я просто живу реальностью, а не мечтами, как ты, Хлоя, — ответила, последовав за сестрой в полутёмное помещение базы.
Генератор мы, конечно, починили, но светом почти не пользовались, чтобы не привлекать внимание тех, кто охотился на себе подобных или странных хитиновых пришельцев, решивших нажиться на плодах нашей катастрофы.
За последние месяцы жизнь оставшихся в живых изменилась, как и окружающий мир. И изменения были не в нашу пользу. Толстый слой льда и глубокие, непроходимые снега укутывали планету. Снежные бури практически не прекращались, превращая ландшафт в белую пустыню, из которой остовами торчали разрушенные дома. Мороз крепчал с каждым днём, не оставляя никакой надежды на поиск пищи, а запасы заканчивались.
Погруженная в мысли, я и не заметила, как мы дошли до облюбованного закутка военной базы, где горел небольшой костёр, у которого сидел Адам, старший брат Сонии.
— Он мне и правда очень нравится, ? проговорила Хлоя. Лёгкий румянец покрыл щёки, мгновенно став заметным из-за её светлой кожи. Сестра уже во все глаза смотрела на предмет своей влюблённости.
А я только покачала головой. Любовь ? последнее, что нам сейчас нужно. Жизнь на Земле тяжела и опасна. Группа из пяти человек никак не сможет обеспечить должную охрану для детей. Мы и сами-то еле выживаем: прячась, убегая, голодая.
— Хлоя… ? глубоко вздохнула и прошептала: ? Наши родители всегда говорили мне, что я появилась второй, но иногда мне кажется, что именно я старшая.
На самом деле мы близнецы. У нас одинаковый светлый цвет волос и голубые глаза. На этом наше сходство заканчивалось. Хлоя — моя противоположность почти во всех отношениях; нежная, мягкая, чуткая. Сейчас, находясь на остове мира, я хотела вразумить и уберечь её от ошибок.
— Кайла, я всё понимаю. И кстати, о еде… У нас что-нибудь осталось? Мы же так ничего и не нашли сегодня, ? Хлоя потёрла живот, и прежнее, влюблённое выражение лица сменилось несчастным.
— Нет. Только если Сония вернётся с чем-то съедобным, иначе нам предстоит грызть лёд и доедать то, что осталось от военных пайков.
Сестра скривилась, вспомнив замороженных долгоносиков, которые буквально примёрзли к крупицам гречки. Не самая вкусная пища, но зато белковая. Выбирать не приходится, когда речь идёт о выживании.
Адам сидел возле костра, держа в руке металлическую кружку, скорее всего, наполненную талым льдом. Горячая вода ? всё, что мы могли позволить себе. Шоколад и сахар днём с огнём не сыщешь, оставалось лишь довольствоваться воспоминанием вкуса.
? Где Джейд? ? спросила я, окинув взглядом пустые ящики, которые мы использовали вместо стульев, и не увидев нашей тихони. Красивая девушка, обладающая отменной фигурой, что делало её очень привлекательной добычей. В отличие от всех нас, ставшими ходячими скелетами. По крайней мере, нам не нужно беспокоиться о привлечении нежелательного внимания мужского пола.
? Она осматривает западную часть базы, ? последовал ответ Адама, внимательно посмотревшего на Хлою. ? Вы же знаете, что она может быть незаметной.
Мы молча сели на ящики, протянув замёрзшие руки к огню. Тишина угнетала, как и вой ветра за стенами базы.
? А Сония не сказала, как далеко пойдёт? ? спросила я, чтобы хоть как-то поддержать не клеящийся разговор.
Сестра Адама была самой храброй и быстрой из всех нас, и именно она всегда успешно добывала еду. Несколько раз я предлагала свою помощь, но она отказывалась, прося присмотреть за братом, который не мог ходить.
? Нет, и меня это беспокоит. Я слышал двигатели пролетающего корабля. Слишком громкие, чтобы быть разведывательным кораблём, ? тихо проговорил Адам. ? Судя по траектории шума, он пролетал прямо над базой.
Я хотела надеяться, что кто бы это ни был, они просто пролетели мимо, ничего не обнаружив. А ещё хотела, чтобы Сония вернулась побыстрее. Может быть, мои мысли были эгоистичны, но если что-то случится с ней, то мне придётся взять заботу о нашей группе на себя. Это совсем не та ответственность, которую я хотела. Ведь мне пришлось бы искать еду, уходя на целые дни далеко от лагеря, оставляя Хлою одну. Моя сестра была и всегда будет моей главной заботой, несмотря ни на что.
