— Как вы будете оплачивать? — поинтересовался гном, выводя девушку из раздумий и оценивающе осматривая ее костюм, где точно не было карманов, в которые поместилась необходимая сумма.
Элалия похлопала себя по бёдрам, делая вид, что ищет в несуществующих карманах деньги. Развела руками, признавая несостоятельность. Но тут же склонила голову к плечу, словно к чему-то прислушиваясь, и подняла указательный палец вверх.
Гном замер в ожидании чего-то крайне интересного.
Девушка, смотря куда-то в сторону, начала отсчёт:
— Три... два... один!
Дверь магазина резко отворилась, на пороге предстал Ифин аль Инар собственной персоной.
— Илиона, как у вас удаётся так точно просчитать время его прихода? — поразился мастер Балдр.
— Интуиция?.. — пожала плечами девушка, следя за тем, как в запыхавшийся опекун вваливается в помещение.
Она мысленно усмехнулась. Просто ему уже доложили о том, что от мастера-гнома выходил Диарон. А значит она находилась в опасности. Об их странной и непримиримой борьбе знал весь город. Но с чего все началось, знал один опекун.
— С тобой ничего не случилось? — спросил мужчина, стремительным шагом подходя к ней. Он ещё и со всех сторон ее обсмотрел на предмет ранений, вертя из стороны в сторону.
— Со мной все в порядке... — неловко заверила его девушка. — Я просто забыла взять с собой деньги, поэтому задержалась.
— Знаю, как ты их забыла, тебе их некуда... Совсем некуда девать! — всплеснул руками купец, осмотрев ее костюм. — Повезло, что я ещё не доехал до дома, когда мне доложили о Дельфиниуме...
— Так ты заплатишь за меня? — прерывая его излияния, в лоб спросила Элалия, показывая Ифину условный знак, который призывал к молчанию. Нельзя так просто раскидываться информацией.
— Сколько нужно? — вздохнул он, примиряясь с таким положением дел. А высказаться по поводу ее привычки не брать с собой кошель ему очень даже хотелось. За пять лет она никак не может отвыкнуть от того, что ходила по магазинам с сопровождающими.
— Двадцать тысяч, — сказала она, наблюдая за тем, как вытягивается лицо опекуна.
— Ты меня разорить хочешь... — простонал он, но отвязал от пояса увесистый мешочек с деньгами и отсчитал нужную сумму.
— Хм... Благодаря мне, ты еще не разорился, а твой караван до сих пор пересекает всю пустыню, несмотря на работорговцев и бандитов.
Мастер Балдр отсыпал монеты в кассу и лучезарно улыбнулся сквозь бороду, запаковывая шкатулку. Передал пакет девушке.
Та взяла покупку, прихватила под локоть опекуна и пошла на выход. Уже на улице она проговорила:
— Там я не могла этого проделать, но когда вернемся домой, я тебе кое-что покажу. Ты сразу поймешь, почему эти ножи так важны для меня. Как и вся остальная коллекция.
Ифин на это только вздохнул.
Они сели в экипаж и направились к дому.
Пять лет назад, за двое суток до крушения дома Орхидей
Чайные плантации Шоран
На окраине владений семьи Шоран рос высокий раскидистый дуб. Любимое место для досуга юной дочери Эстель и Бертрана Аноран — Элалии. С семи лет она проводила здесь утренние тренировки. Зачем отец заставлял ее обучаться владению оружием на равне с мужчинами, она так и не поняла до пятнадцати лет, но продолжала исправно посещать плац. И позже повторять все у дерева.
Девушка, вытянув ноги, сидела среди корней и перебирала чёрные, как смоль, локоны Андора, который удобно устроил голову на ее коленях.
Парень, улыбнувшись, потянулся к ее лицу рукой, нежно коснулся щеки и проговорил:
— Завтра, на балу, отец должен объявить о нашей помолвке. Артефакт уже подготовили. Он свяжет наши судьбы навсегда.
Зелёные глаза Элалии засветились счастьем. Предстоящего дня она ждала весь последний год.
Всю ее сознательную жизнь они с Андором были неразлучными друзьями. Складывалось ощущение, что их дружба произрастает ещё с колыбели, но это не так. Сын королевской четы Балаар был на два года старше ее. С пятилетнего возраста она сопровождала его во всех шалостях.
А два года назад Элалия с отцом отправились в путешествие. В дороге они пробыли год. Бертран уезжал на поиски оружия-артефакта, которое с трудом раздобыл за баснословную цену. Дочь же он взял для того, чтобы она не предавалась дома праздности, а продолжала совершенствовать боевые навыки под его присмотром.
В прошлом году, вернувшись в Леодисс, девушка поняла, что их взаимоотношения изменились. Как именно, она поняла только через некоторое время. Новый Андор, которого увидела после возвращения, нравился ей. За год он сильно изменился: вытянулся, плечи и спина, благодаря тренировкам, стали шире. Теперь был заметен сильный контраст между ним и его младшим братом.
Она постоянно думала о нем, провожала взглядом. Позже узнала, что это называется влюбленностью.
Постепенно стала замечать на себе заинтересованные взгляды парня. Ведь и она изменилась. Еще год назад чуть розовые волосы налились цветом, став ярко-алыми. Белесые ресницы и брови так же поменялись. Неопределенного цвета глаза приобрели яркую травяную зелень. Постоянные тренировки и на нее наложили отпечаток. Подростковая угловатость быстро сменилась спортивной подтянутостью и гибкостью. Она вытянулась в росте. Изящная аристократическая осанка подчеркивала, приятную взгляду, фигуру.
Через месяц после ее возвращения из путешествия, Андор решился заговорить с ней. Почему не сразу? Он отлично слышал сплетни о том, как Элалия в очередной раз жестоко отшила незадачливого ухажера. Не хотелось ему стать героем дневных новостей.
После той их встречи, отношения между ними поменялись...
Девушка заметила, что настроение парня изменилось. Он стал напряженным и серьезным. Романтического флера, который витал вокруг них, как не бывало. Она с удивлением смотрела на него, с замиранием сердца ожидая, что будет дальше.
Андор сел, повернулся к ней лицом и проговорил:
— Эти несколько дней будь осторожна. Дельфиниум и Ядовитый плющ что-то затевают по отношению к дому Орхидей.
Элалия была неприятно удивлена. С главой дома Дельфиниумов ее отец поддерживал дружеские отношения. А представители Ядовитого плюща проходили обучение с Орхидеями. Сама девушка с детства занималась на одном плацу с будущими наемными убийцами. Шелудивый пес кусает руку, которая его кормит?
Она глубоко задумалась.
— Почему ты говоришь это мне, а не отцу?
— Ты прекрасно знаешь причину, — вздохнул Андор. — Он меня даже не выслушает, пока я не сдам экзамен.
Девушка, прикрыв губы ладонью, хихикнула.
— Решить вопросы, заданные моим отцом, не может даже Андор Черная Роза. — Она самодовольно улыбнулась, откинулась спиной на ствол дуба и заложила руки за голову. — На данный момент, на это способна только я.
Парень рассмеялся. Плохого настроения как не бывало. Рядом с Элалией гнетущие мысли всегда быстро покидали его.
— К сожалению, у меня нет врожденного дара к боевым искусствам. Это ты у нас специалист. Мне же еще многому придется научиться.
— Я помню, тебя больше привлекает политика и управление. Но...
— Не думай об этом, я уже давно смирился, — прервал он, зная наверняка, что она хочет сказать. Он улыбнулся, положил руку на ее макушку и растрепал волосы.
— Эй! — взвилась девушка и возмущенно прокричала: — ты мне иллинонскую косу растрепал! Ты даже не представляешь, сколько времени я на нее потратила!
Андор наблюдал за ней, все так же улыбаясь. Поддавшись мимелетному внутреннему порыву, он приблизился и прикоснулся губами к ее губам.
Почти невесомый поцелуй заставил Элалию замереть, забыть о чем она до этого думала. Смотря в одну точку, коснулась губ кончиками пальцев. Моргнула. Перевела взгляд на юношу.
Тот уже встал, и протягивал ей руку.
— Нам пора идти. Твои родители, должно быть, уже волнуются, — проговорил он.
Она застенчиво улыбнулась и вложила маленькую ладошку в его. Андор помог ей встать.
Пока девушка отряхивала шлейф амазонки и брюки от земли и коры дерева, он привел коней.
Задать беспокоящий вопрос она смогла только, когда села в седло:
— Андор, мне стоит предупредить отца?
Тот задумался, смотря вперед.
— Думаю, он и сам уже знает обо всем. От него никогда ничего невозможно скрыть, — тихо, но уверенно, ответил он.
Элалия тут же преисполнилась уверенности. Расправила плечи, подняла подбородок. Да, ее отец знает обо всем, что происходит в столице и за ее пределами. Поэтому можно не беспокоиться, что что-то может произойти без его ведома. Он пресечет все попытки навредить себе и своей семье. А сейчас лучше поторопиться в усадьбу. Иначе ее потеряют и снова отправят поисковый отряд.
Она широко улыбнулась Андору, прежде чем послать коня в галоп.
Элалия остановила животное на заднем дворе усадьбы. Спрыгнула и передала поводья, выскочившему из конюшни, слуге, который сразу же запричитал:
— Юная госпожа, наконец-то вы вернулись! Ваш батюшка изволит гневаться и собирается отправить отряд на ваши поиски!
Она только вздохнула на это. Как и предполагала.
— Сколько сейчас времени, Фрид? — спросила девушка, обращаясь к мужчине, который уже собрался уйти.
— Вы опоздали на полчаса, — быстро пролепетал он, вжимая голову в плечи.
— Ясно, — задумчиво пробормотала она. — Сейчас прибудет гость. Он не задержится. Присмотри за его конем то время, пока он будет находиться в усадьбе.
— Все будет исполнено, юная госпожа, — проговорил Фрид, согнувшись в поклоне.
Элалия побежала к заднему входу в дом.
Тихо пробралась на кухню. Пока повариха отвернулась, стащила с большого блюда булку и вгрызлась в нее. Продолжила путь к главному входу, где ее, скорее всего, уже поджидал отец.
На выходе из бокового коридора в вестибюль, она остановилась и доела сдобу. Смахивая крошки с лица и одежды, она с сожалением подумала о том, что отец до сих пор держит ее на диете, запрещая прикасаться к выпечке. Тяжело вздохнула. Всем можно, а ей нельзя. А сегодня еще и ужин пропустила. Так что эта булка была как нельзя кстати.
Девушка аккуратно выглянула из-за угла. И тут же юркнула обратно. В полумраке, почти не освещенного, полукруглого помещения, разглядела гордый силуэт отца, который находился в центре и явно выжидал ее появления.
Закрыв глаза, она шумно выдохнула сквозь крепко сжатые зубы. Набравшись уверенности, распахнула веки, и решительным шагом вышла из укрытия.
Когда Бертран повернулся на звук ее шагов, Элалии захотелось провалиться сквозь землю. Она замерла на месте, неуверенно опустила взгляд. Гнев, исходящий от отца, подавлял ее. Невольно подумала о том, что лучше бы ее воспитывала мать. Она более мягкая в обращении.
Он же хорошо знал, насколько его дочь чувствительная натура. Поэтому всем своим видом выказывал негодование и гнев.
— Элалия Беатриса Аноран... — начал Бертран, по был прерван жалобным блеянием:
— Па-апочка?.. — девушка подняла на него жалобный взгляд. Ей не нравилось, когда произносят полное имя. А больше всего она ненавидела, когда отец озвучивал после него наказание.
Мужчина раздраженно передернул плечами. Внимательно посмотрел на неё. И с тяжелым вздохом произнёс:
— Сегодня останешься без ужина...
— Да, папочка! Я все поняла! Уже съела булочку! Голодная спать не лягу! — прокричала Элалия, взбегая по лестнице и направляясь в своё крыло.
Но ее заставил остановиться, тихий скрип входной двери и приглушённые голоса.
Ей пришлось вернуться на лестницу. Спрятавшись за колонну, выглянула и посмотрела вниз. Отец о чем-то в полголоса говорил с дворецким. Слов расслышать не удалось.
Но в скором времени один из них направился к двери и открыл ее.
На пороге вестибюля застыл Андор. Он медленно прошёл в помещение и остановился напротив Бертрана.
Тот учтиво склонил голову в приветсятвии и предельно вежливо произнёс:
— Ваше Высочество, что привело вас в усадьбу Шоран в столь позднее время?
Юноша, приветственно кивнув, ответил:
— Учитель, мне необходимо передать кое-что вам. Мы можем поговорить в вашем кабинете?
— Пройдемте, Ваше Высочество, — сказал глава дома Орхидей и пошёл к лестнице.
Элалия юркнула в темный коридор своего крыла, чтобы не быть замеченной.
Дождавшись, когда они скрылись в кабинете отца, она прошмыгнула в ту часть дома. Подойдя к одному из гобеленов, сдвинула в сторону часть отделки вокруг него. Стена за полотном пришла в движение. Откинув его в сторону она проникла в темный провал потайного хода, который вёл в комнату, находящуюся рядом с кабинетом отца.
До нужного места девушка добралась как раз к началу разговора. Села за стол, кем-то заботливо здесь оставленный, и приготовилась слушать.
Тот же день. Усадьба Шоран
Кабинет Бертрана Анорана
Бертран первый зашёл в комнату. Подойдя к столу, он замер в ожидании, когда Андор последует его и примеру и перестанет топтаться на пороге.
Тот же в свою очередь осматривал кабинет, который не видел уже месяц. С тех пер, как впервые не смог ответить на вопрос наставника. Потом все же переступил порог. Закрыл за собой дверь. Он до сих пор помнил, как ненавидит открытые двери глава Орхидей.
Юноша невольно задумался о том, как Элалия умудряется уживаться с этим человеком в одном доме. Вздохнул. Но та тоже своеобразная. Яблочко от яблоньки. Пройдя к столу и, снова осмотревшись, отметил, что за месяц так ничего и не поменялось. Хотя наставник очень любит постоянно что-то изменять в своей среде. Значит он знает все о том, что происходит.
Бертран сел за стол, жестом пригласил ученика устроиться напротив, и приготовился слушать.
Андор опустился в удобное кресло, и уже собирался заговорить, но не произнёс ни слова. Со своего ракурса он заметил, насколько напряжен был мужчина. Пальцы рук отбивали нервную дробь по столешнице. А ещё месяц назад, полное жизни лицо — осунулось и посерело. Под запавшими глазами залегли глубокие тени. Это было заметно даже при скудном освещении газовой лампы.
Не дождавшись ответа, наставник раздраженно произнёс:
— Ну, ты будешь говорить? Если нет, тебя здесь не держат... — он о чем-то задумался, потом проворчал: — хотя нет, вот ответишь на итоговый вопрос и будешь свободен.
Он замолчал и устало опустил голову на ладони.
Андор долго в немом шоке смотрел на него. Взяв себя в руки он все же спросил:
— Вы снова ходили в тот эльфийской притон к их псевдопровидице? Вам же лечащий врач запретил подобные прогулки, они плохо сказываются на вашем здоровье. Вы становитесь мнительным.
Бертран внимательно, насколько позволял расфокусированный от усталости взгляд, посмотрел на собеседника и произнёс:
— Я тебе скажу, зачем ты сюда пришёл. Ответ твой я так никогда и не получу. Просто не доживу до того момента. А сейчас ты собираешься объявить, что просишь руки моей дочери... Нет, я отговаривать тебя не буду. Это вам решать. Но зачем тебе это чудовище? Нашёл бы нормальную девку из Роз, а не это отродье. Я тебе говорю, она уничтожит все, что ты когда либо знал, к чему стремился...
Повисла тишина. Андор не отрываясь смотрел на наставника. Он назвал свою же дочь чудовищем и отродьем!
— Как вы можете называть собственную дочь такими словами? — возмутился юноша, вскакивая на ноги от возмущения. Почему-то это больше его шокировало, чем то, что этот человек знает все.
— Не переживай так, — махнул рукой мужчина. — Она уже привыкла к этим прозвищам. И вполне нормально относится...
Элалия похлопала себя по бёдрам, делая вид, что ищет в несуществующих карманах деньги. Развела руками, признавая несостоятельность. Но тут же склонила голову к плечу, словно к чему-то прислушиваясь, и подняла указательный палец вверх.
Гном замер в ожидании чего-то крайне интересного.
Девушка, смотря куда-то в сторону, начала отсчёт:
— Три... два... один!
Дверь магазина резко отворилась, на пороге предстал Ифин аль Инар собственной персоной.
— Илиона, как у вас удаётся так точно просчитать время его прихода? — поразился мастер Балдр.
— Интуиция?.. — пожала плечами девушка, следя за тем, как в запыхавшийся опекун вваливается в помещение.
Она мысленно усмехнулась. Просто ему уже доложили о том, что от мастера-гнома выходил Диарон. А значит она находилась в опасности. Об их странной и непримиримой борьбе знал весь город. Но с чего все началось, знал один опекун.
— С тобой ничего не случилось? — спросил мужчина, стремительным шагом подходя к ней. Он ещё и со всех сторон ее обсмотрел на предмет ранений, вертя из стороны в сторону.
— Со мной все в порядке... — неловко заверила его девушка. — Я просто забыла взять с собой деньги, поэтому задержалась.
— Знаю, как ты их забыла, тебе их некуда... Совсем некуда девать! — всплеснул руками купец, осмотрев ее костюм. — Повезло, что я ещё не доехал до дома, когда мне доложили о Дельфиниуме...
— Так ты заплатишь за меня? — прерывая его излияния, в лоб спросила Элалия, показывая Ифину условный знак, который призывал к молчанию. Нельзя так просто раскидываться информацией.
— Сколько нужно? — вздохнул он, примиряясь с таким положением дел. А высказаться по поводу ее привычки не брать с собой кошель ему очень даже хотелось. За пять лет она никак не может отвыкнуть от того, что ходила по магазинам с сопровождающими.
— Двадцать тысяч, — сказала она, наблюдая за тем, как вытягивается лицо опекуна.
— Ты меня разорить хочешь... — простонал он, но отвязал от пояса увесистый мешочек с деньгами и отсчитал нужную сумму.
— Хм... Благодаря мне, ты еще не разорился, а твой караван до сих пор пересекает всю пустыню, несмотря на работорговцев и бандитов.
Мастер Балдр отсыпал монеты в кассу и лучезарно улыбнулся сквозь бороду, запаковывая шкатулку. Передал пакет девушке.
Та взяла покупку, прихватила под локоть опекуна и пошла на выход. Уже на улице она проговорила:
— Там я не могла этого проделать, но когда вернемся домой, я тебе кое-что покажу. Ты сразу поймешь, почему эти ножи так важны для меня. Как и вся остальная коллекция.
Ифин на это только вздохнул.
Они сели в экипаж и направились к дому.
ГЛАВА 2
Пять лет назад, за двое суток до крушения дома Орхидей
Чайные плантации Шоран
На окраине владений семьи Шоран рос высокий раскидистый дуб. Любимое место для досуга юной дочери Эстель и Бертрана Аноран — Элалии. С семи лет она проводила здесь утренние тренировки. Зачем отец заставлял ее обучаться владению оружием на равне с мужчинами, она так и не поняла до пятнадцати лет, но продолжала исправно посещать плац. И позже повторять все у дерева.
Девушка, вытянув ноги, сидела среди корней и перебирала чёрные, как смоль, локоны Андора, который удобно устроил голову на ее коленях.
Парень, улыбнувшись, потянулся к ее лицу рукой, нежно коснулся щеки и проговорил:
— Завтра, на балу, отец должен объявить о нашей помолвке. Артефакт уже подготовили. Он свяжет наши судьбы навсегда.
Зелёные глаза Элалии засветились счастьем. Предстоящего дня она ждала весь последний год.
Всю ее сознательную жизнь они с Андором были неразлучными друзьями. Складывалось ощущение, что их дружба произрастает ещё с колыбели, но это не так. Сын королевской четы Балаар был на два года старше ее. С пятилетнего возраста она сопровождала его во всех шалостях.
А два года назад Элалия с отцом отправились в путешествие. В дороге они пробыли год. Бертран уезжал на поиски оружия-артефакта, которое с трудом раздобыл за баснословную цену. Дочь же он взял для того, чтобы она не предавалась дома праздности, а продолжала совершенствовать боевые навыки под его присмотром.
В прошлом году, вернувшись в Леодисс, девушка поняла, что их взаимоотношения изменились. Как именно, она поняла только через некоторое время. Новый Андор, которого увидела после возвращения, нравился ей. За год он сильно изменился: вытянулся, плечи и спина, благодаря тренировкам, стали шире. Теперь был заметен сильный контраст между ним и его младшим братом.
Она постоянно думала о нем, провожала взглядом. Позже узнала, что это называется влюбленностью.
Постепенно стала замечать на себе заинтересованные взгляды парня. Ведь и она изменилась. Еще год назад чуть розовые волосы налились цветом, став ярко-алыми. Белесые ресницы и брови так же поменялись. Неопределенного цвета глаза приобрели яркую травяную зелень. Постоянные тренировки и на нее наложили отпечаток. Подростковая угловатость быстро сменилась спортивной подтянутостью и гибкостью. Она вытянулась в росте. Изящная аристократическая осанка подчеркивала, приятную взгляду, фигуру.
Через месяц после ее возвращения из путешествия, Андор решился заговорить с ней. Почему не сразу? Он отлично слышал сплетни о том, как Элалия в очередной раз жестоко отшила незадачливого ухажера. Не хотелось ему стать героем дневных новостей.
После той их встречи, отношения между ними поменялись...
Девушка заметила, что настроение парня изменилось. Он стал напряженным и серьезным. Романтического флера, который витал вокруг них, как не бывало. Она с удивлением смотрела на него, с замиранием сердца ожидая, что будет дальше.
Андор сел, повернулся к ней лицом и проговорил:
— Эти несколько дней будь осторожна. Дельфиниум и Ядовитый плющ что-то затевают по отношению к дому Орхидей.
Элалия была неприятно удивлена. С главой дома Дельфиниумов ее отец поддерживал дружеские отношения. А представители Ядовитого плюща проходили обучение с Орхидеями. Сама девушка с детства занималась на одном плацу с будущими наемными убийцами. Шелудивый пес кусает руку, которая его кормит?
Она глубоко задумалась.
— Почему ты говоришь это мне, а не отцу?
— Ты прекрасно знаешь причину, — вздохнул Андор. — Он меня даже не выслушает, пока я не сдам экзамен.
Девушка, прикрыв губы ладонью, хихикнула.
— Решить вопросы, заданные моим отцом, не может даже Андор Черная Роза. — Она самодовольно улыбнулась, откинулась спиной на ствол дуба и заложила руки за голову. — На данный момент, на это способна только я.
Парень рассмеялся. Плохого настроения как не бывало. Рядом с Элалией гнетущие мысли всегда быстро покидали его.
— К сожалению, у меня нет врожденного дара к боевым искусствам. Это ты у нас специалист. Мне же еще многому придется научиться.
— Я помню, тебя больше привлекает политика и управление. Но...
— Не думай об этом, я уже давно смирился, — прервал он, зная наверняка, что она хочет сказать. Он улыбнулся, положил руку на ее макушку и растрепал волосы.
— Эй! — взвилась девушка и возмущенно прокричала: — ты мне иллинонскую косу растрепал! Ты даже не представляешь, сколько времени я на нее потратила!
Андор наблюдал за ней, все так же улыбаясь. Поддавшись мимелетному внутреннему порыву, он приблизился и прикоснулся губами к ее губам.
Почти невесомый поцелуй заставил Элалию замереть, забыть о чем она до этого думала. Смотря в одну точку, коснулась губ кончиками пальцев. Моргнула. Перевела взгляд на юношу.
Тот уже встал, и протягивал ей руку.
— Нам пора идти. Твои родители, должно быть, уже волнуются, — проговорил он.
Она застенчиво улыбнулась и вложила маленькую ладошку в его. Андор помог ей встать.
Пока девушка отряхивала шлейф амазонки и брюки от земли и коры дерева, он привел коней.
Задать беспокоящий вопрос она смогла только, когда села в седло:
— Андор, мне стоит предупредить отца?
Тот задумался, смотря вперед.
— Думаю, он и сам уже знает обо всем. От него никогда ничего невозможно скрыть, — тихо, но уверенно, ответил он.
Элалия тут же преисполнилась уверенности. Расправила плечи, подняла подбородок. Да, ее отец знает обо всем, что происходит в столице и за ее пределами. Поэтому можно не беспокоиться, что что-то может произойти без его ведома. Он пресечет все попытки навредить себе и своей семье. А сейчас лучше поторопиться в усадьбу. Иначе ее потеряют и снова отправят поисковый отряд.
Она широко улыбнулась Андору, прежде чем послать коня в галоп.
Элалия остановила животное на заднем дворе усадьбы. Спрыгнула и передала поводья, выскочившему из конюшни, слуге, который сразу же запричитал:
— Юная госпожа, наконец-то вы вернулись! Ваш батюшка изволит гневаться и собирается отправить отряд на ваши поиски!
Она только вздохнула на это. Как и предполагала.
— Сколько сейчас времени, Фрид? — спросила девушка, обращаясь к мужчине, который уже собрался уйти.
— Вы опоздали на полчаса, — быстро пролепетал он, вжимая голову в плечи.
— Ясно, — задумчиво пробормотала она. — Сейчас прибудет гость. Он не задержится. Присмотри за его конем то время, пока он будет находиться в усадьбе.
— Все будет исполнено, юная госпожа, — проговорил Фрид, согнувшись в поклоне.
Элалия побежала к заднему входу в дом.
Тихо пробралась на кухню. Пока повариха отвернулась, стащила с большого блюда булку и вгрызлась в нее. Продолжила путь к главному входу, где ее, скорее всего, уже поджидал отец.
На выходе из бокового коридора в вестибюль, она остановилась и доела сдобу. Смахивая крошки с лица и одежды, она с сожалением подумала о том, что отец до сих пор держит ее на диете, запрещая прикасаться к выпечке. Тяжело вздохнула. Всем можно, а ей нельзя. А сегодня еще и ужин пропустила. Так что эта булка была как нельзя кстати.
Девушка аккуратно выглянула из-за угла. И тут же юркнула обратно. В полумраке, почти не освещенного, полукруглого помещения, разглядела гордый силуэт отца, который находился в центре и явно выжидал ее появления.
Закрыв глаза, она шумно выдохнула сквозь крепко сжатые зубы. Набравшись уверенности, распахнула веки, и решительным шагом вышла из укрытия.
Когда Бертран повернулся на звук ее шагов, Элалии захотелось провалиться сквозь землю. Она замерла на месте, неуверенно опустила взгляд. Гнев, исходящий от отца, подавлял ее. Невольно подумала о том, что лучше бы ее воспитывала мать. Она более мягкая в обращении.
Он же хорошо знал, насколько его дочь чувствительная натура. Поэтому всем своим видом выказывал негодование и гнев.
— Элалия Беатриса Аноран... — начал Бертран, по был прерван жалобным блеянием:
— Па-апочка?.. — девушка подняла на него жалобный взгляд. Ей не нравилось, когда произносят полное имя. А больше всего она ненавидела, когда отец озвучивал после него наказание.
Мужчина раздраженно передернул плечами. Внимательно посмотрел на неё. И с тяжелым вздохом произнёс:
— Сегодня останешься без ужина...
— Да, папочка! Я все поняла! Уже съела булочку! Голодная спать не лягу! — прокричала Элалия, взбегая по лестнице и направляясь в своё крыло.
Но ее заставил остановиться, тихий скрип входной двери и приглушённые голоса.
Ей пришлось вернуться на лестницу. Спрятавшись за колонну, выглянула и посмотрела вниз. Отец о чем-то в полголоса говорил с дворецким. Слов расслышать не удалось.
Но в скором времени один из них направился к двери и открыл ее.
На пороге вестибюля застыл Андор. Он медленно прошёл в помещение и остановился напротив Бертрана.
Тот учтиво склонил голову в приветсятвии и предельно вежливо произнёс:
— Ваше Высочество, что привело вас в усадьбу Шоран в столь позднее время?
Юноша, приветственно кивнув, ответил:
— Учитель, мне необходимо передать кое-что вам. Мы можем поговорить в вашем кабинете?
— Пройдемте, Ваше Высочество, — сказал глава дома Орхидей и пошёл к лестнице.
Элалия юркнула в темный коридор своего крыла, чтобы не быть замеченной.
Дождавшись, когда они скрылись в кабинете отца, она прошмыгнула в ту часть дома. Подойдя к одному из гобеленов, сдвинула в сторону часть отделки вокруг него. Стена за полотном пришла в движение. Откинув его в сторону она проникла в темный провал потайного хода, который вёл в комнату, находящуюся рядом с кабинетом отца.
До нужного места девушка добралась как раз к началу разговора. Села за стол, кем-то заботливо здесь оставленный, и приготовилась слушать.
Тот же день. Усадьба Шоран
Кабинет Бертрана Анорана
Бертран первый зашёл в комнату. Подойдя к столу, он замер в ожидании, когда Андор последует его и примеру и перестанет топтаться на пороге.
Тот же в свою очередь осматривал кабинет, который не видел уже месяц. С тех пер, как впервые не смог ответить на вопрос наставника. Потом все же переступил порог. Закрыл за собой дверь. Он до сих пор помнил, как ненавидит открытые двери глава Орхидей.
Юноша невольно задумался о том, как Элалия умудряется уживаться с этим человеком в одном доме. Вздохнул. Но та тоже своеобразная. Яблочко от яблоньки. Пройдя к столу и, снова осмотревшись, отметил, что за месяц так ничего и не поменялось. Хотя наставник очень любит постоянно что-то изменять в своей среде. Значит он знает все о том, что происходит.
Бертран сел за стол, жестом пригласил ученика устроиться напротив, и приготовился слушать.
Андор опустился в удобное кресло, и уже собирался заговорить, но не произнёс ни слова. Со своего ракурса он заметил, насколько напряжен был мужчина. Пальцы рук отбивали нервную дробь по столешнице. А ещё месяц назад, полное жизни лицо — осунулось и посерело. Под запавшими глазами залегли глубокие тени. Это было заметно даже при скудном освещении газовой лампы.
Не дождавшись ответа, наставник раздраженно произнёс:
— Ну, ты будешь говорить? Если нет, тебя здесь не держат... — он о чем-то задумался, потом проворчал: — хотя нет, вот ответишь на итоговый вопрос и будешь свободен.
Он замолчал и устало опустил голову на ладони.
Андор долго в немом шоке смотрел на него. Взяв себя в руки он все же спросил:
— Вы снова ходили в тот эльфийской притон к их псевдопровидице? Вам же лечащий врач запретил подобные прогулки, они плохо сказываются на вашем здоровье. Вы становитесь мнительным.
Бертран внимательно, насколько позволял расфокусированный от усталости взгляд, посмотрел на собеседника и произнёс:
— Я тебе скажу, зачем ты сюда пришёл. Ответ твой я так никогда и не получу. Просто не доживу до того момента. А сейчас ты собираешься объявить, что просишь руки моей дочери... Нет, я отговаривать тебя не буду. Это вам решать. Но зачем тебе это чудовище? Нашёл бы нормальную девку из Роз, а не это отродье. Я тебе говорю, она уничтожит все, что ты когда либо знал, к чему стремился...
Повисла тишина. Андор не отрываясь смотрел на наставника. Он назвал свою же дочь чудовищем и отродьем!
— Как вы можете называть собственную дочь такими словами? — возмутился юноша, вскакивая на ноги от возмущения. Почему-то это больше его шокировало, чем то, что этот человек знает все.
— Не переживай так, — махнул рукой мужчина. — Она уже привыкла к этим прозвищам. И вполне нормально относится...
