Страшно подумать, поэтому и не надо об этом думать, надо сосредоточиться на выполнении первого пункта плана и не торопиться бежать впереди паровоза.
Вот и мелководье. Пологий песчаный пляж, столь удобный для моих целей. Гарпун мешается в руках, едва стоит всплыть над поверхностью, как рюкзак начинает давить на спину. Подумав, отплываю немного поглубже и оставляю рюкзак в море, закрепив среди камней – не дай Бог устрицы протухнут, я еще есть хочу. Гарпун просто втыкаю в мягкий песок и пытаюсь опираться на него, как на посох.
Тяжело.
Даже не думала, что вытаскивать свое тело из воды так сложно, кажется, что я сразу начала весить в несколько раз больше, чем привыкла, обитая на дне. Впрочем, ничего в этом такого ведь нет, так бывает, когда выходишь из соленой воды. Только сейчас у меня и ног нет, чтобы вырваться из водного плена, приходится медленно карабкаться по песку.
Мой вес слишком велик и хвост не выдерживает, я не могу подняться даже немного, как если бы я ползла на коленях – нет, я тащусь по песку брюхом и неприятно это и для человеческой кожи, и для чешуи на хвосте. Потом додумываюсь не мучиться. Отбрасываю гарпун чуть подальше на берег, поворачиваюсь боком и просто перекатываюсь. Песок, разумеется, облепляет все тело, высушивая кожу. Только оказавшись на значительном расстоянии от воды, наконец, сажусь, подбираю гарпун. Оглядываюсь со страхом – в этом мире я еще, кажется, никогда не чувствовала себя настолько беззащитно. Прежде я всегда могла двигаться, могла уплыть, на берегу же я... ну, да, логично, как рыба без воды. В голове всплывают картинки, что будет, если вытащить из воды осьминога – как он расплющивается, будто мокрая тряпка, и уже совсем не кажется таким грозным. Сама себе напоминаю что-то вроде него.
Вокруг определенно никого, только птицы перекрикиваются довольно противными голосами. Вздохнув, откладываю гарпун и начинаю отряхиваться от песка – очень уж неприятен он на коже. Проводя по ребрам, удивленно замираю. Наклоняю голову, смотрю внимательно – слова ругательства рвутся из меня без всякого контроля, и в кой-то веке я могу высказаться. У меня в районе последних ребер по бокам видны жаберные щели. Кое-как стряхиваю с них песок. И как я раньше их не заметила? Впрочем, я ведь и из воды не вылезала ни разу, а в воде как-то не до них было. Пытаюсь сообразить, что ощущаю. Пока – ничего, ни боли, ни жжения, ни других неприятных ощущений. Только если наклониться в бок или задеть пальцем можно приоткрыть жаберную щель, кажется, сейчас она не используется. Я глубоко вдыхаю носом, выдыхаю ртом – щель плотно закрыта и не дергается, как у рыб в аквариуме.
Собственная физиология вызывает все больше вопросов. Интересно, а как я так дышу? И как я под водой иногда умудряюсь выдыхать пузырьки воздуха? Если у меня два набора, так сказать, органов дыхания, получается, они как-то связаны? Быть может, я даже могу как какой-нибудь мультяшный герой, вдыхать жабрами, а выдыхать кислород и тем самым заменить акваланг? Или я выдыхаю пузырьки углекислого газа? Непонятно.
Можно было ожидать, что мне станет неприятно, когда кожа в районе жабер просохнет, но вроде бы ничего, я не как в человеке-амфибии, я вон сколько времени провожу под водой и мои человеческие легкие после всплытия работают нормально. Может, и с жарами та же тема.
Постепенно я успокоилась, солнце начало припекать. Я с любопытством оглядывалась по сторонам – все же никогда не была на необитаемом острове. Живности, кроме разнообразных птиц, отдаленно похожих на попугаев и чаек, было не видно, только довольно далеко от себя вижу, как на берег медленно и чинно выбирается морская черепаха. Быть может, у нее тут кладка?
Вообще-то яйца, пусть и черепашьи, это классное дополнение моего питания. Да только перед глазами немедленно встают картины с канала Дискавери, как маленькие черепашатки, едва вылупившись, бегут к воде, спасаясь от чаек, и только некоторые из них умудряются спастись... блин. Вот цыплята маленькие ведь тоже милые, но я ем куриные яйца, а черепах почему-то жалко. Ладно, плевать, надо сперва поэкспериментировать с рыбой, с новой магией я смогу ее выловить без проблем, сложнее будет ее зажарить.
Я жду превращения в человека, стараясь отвлечь себя от главного посторонними мыслями. Волосы после барахтанья в песке нуждаются в расческе, это в воде они оставались на вид чистыми и гладкими несмотря ни на что, а стоило только выбраться, как слиплись паклей. Кое-как пытаюсь их разобрать, расчесать пальцами, вытряхнуть песчинки.
Жду, когда высохнет хвост. По одной из сказок, уже даже не помню из какой, нужно, чтобы на него не попадало ни капли воды, поэтому логично сперва просушить волосы.
Но хвост не сохнет – это видно по влажному песку на нем, он более темного цвета, чем сухой. На человеческой части тела песок быстро высох и уже частично осыпался, оставив после себя лишь невнятное желание почесаться то там, то тут, а вот на хвосте... Нахмурившись, пытаюсь стряхнуть налипшие песчинки, и только теперь, пощупав, понимаю, в какую еще гадость вляпалась. Мой хвост липкий и склизкий. В воде я этого совсем не ощущала, а теперь поняла – он покрыт слизью, как бывает у рыб. Всплыли в голове какие-то кадры из передачи про животных, где рассказывалось, как важен и полезен такой защитный слой, который помогает скольжению в воде и защищает от болезней.
- Да твою ж... – не выдерживаю и ничком падаю на песок.
«Интересно, а почему слизь только на хвосте, а не по всему телу, если она такая полезная?» - вяло проносится в голове. Боже, какие глупости! Не знаю, кто создал это тело, но он определенно был сумасшедшим.
- Ну почему?! Почему я просто не могла перенестись в тело человека?!! – спрашиваю непонятно у кого. Лишь крики птиц звучат в ответ, но их не поймешь.
Переворачиваюсь на спину, разглядывая небо. Если не опускать глаза, можно представить, что я все еще человек и все еще в своем мире, где-то на одном из остров Таиланда, на том самом, где снимали рекламу Баунти. Я ведь собиралась туда на экскурсию.
Когда мои волосы полностью просохли, как ни странно, высох и хвост. Слизь не осталась на нем засохшими хлопьями или пленкой, просто исчезла без следа, а песок начал осыпаться, как с высохшего тела. Я отряхнула хвост, и серебристые чешуйки засияли на солнце.
Превращаться в ноги хвост не собирался.
О, нет, я не стала сразу отчаиваться, включила фантазию и начала тренировать превращение. Это как с магией – ведь у меня тоже сперва не получалось, а потом вышло. Я представляла себе свои ноги, я вспоминала яркие образы того, как занималась танцами, вспомнила какую-то рекламу, где малыш делает первые самостоятельные шаги своими ножками. Я визуализировала, я пыталась почувствовать ноги, пыталась забыть, что у меня хвост... пыталась... пыталась... пыталась...
Не знаю, сколько времени прошло, когда я совсем отчаялась и просто валялась на песке. Быть может, чтобы стать человеком, надо сперва лучше выучиться магии? Или надо найти сперва все кусочки купола храма? Или выполнить еще какое странное божественное задание, как бывает в книгах? Ну, где же он, тот кто мне все объяснит и подскажет, что надо делать, чтобы получить то, что хочешь? Почему я столько времени на дне в полном одиночестве и не встретила ни одной чертовой подсказки о том, что делать и куда стремиться? Если я великая избранная, которая должна спасти подводный народ от чего-нибудь, разве мне не должны об этом сообщить, указать на опасности, вручить магический меч?
Тишина в ответ. Мне следовало бы к этому уже привыкнуть.
В голове стало пусто, я просто валялась на берегу, даже построила небольшой песчаный замок, но он быстро разрушился, когда я в горке попыталась выкопать тоннель.
Мысли путались. Находиться в теле русалки в одиночестве на дне моря мне не хотелось, даже имея магические способности. Это одиноко, черт меня дери! Все это время я держалась за счет надежды встать на ноги, вернуться к людям или найти поселение русалок, а теперь? Что делать теперь?
Вспомнился старый советский мультик про то, как корова спросила у лягушонка, что бы тот делал, если бы был рыжей коровой? «Сперва перекрасился бы в зеленый цвет, — ответил лягушонок: — Потом отрубил бы рожки, чтобы не бодаться. Потом подпилил бы ножки, чтобы не лягаться. Избавился бы от длинного хвоста, а потом бы сказал: „Какая же я корова? Я просто маленький зеленый лягушонок!“»
Мне хотелось того же, и я разозлилась. Так что же мне надо – «шашечки или ехать»? К черту хвост, с ним попытаемся разобраться позже. Быть человеком – это не только и не столько выглядеть как человек. Я хочу быть в социуме, быть среди людей, общаться, самореализовываться, искать свое место в новом мире, в конце-то концов. Я и так слишком засиделась на дне.
И, если хвост мне в этом мешает, надо просто его спрятать, а там уж, быть может, удастся найти способ превратиться в человека.
Где там моя морская ведьма? Русалочке нужны ноги, а принца пусть оставит себе.
Я запретила себе думать о превращении в человека и попыталась сосредоточиться на насущном. Продолжала тренировать магию и думала-думала-думала.
Для начала решилась на эксперимент и, запасясь едой, устроила своему новому телу испытание сушей. Я пыталась понять, кто же я все же – рыба или земноводное? Будут ли негативные последствия, если я надолго задержусь на земле? Быть может, чешуя зашелушится или жаберные щели пересохнут? В общем, ожидала я от себя чего угодно, хоть в предыдущий раз долгое пребывание на суше никаких негативных ощущений не принесло.
В этот раз я выдержала двое суток, но опять же ничего не заметила, даже легкой аллергии или хотя бы перегрева. Ничего ровным счетом. Кажется, я существо магическое и в жизни универсальное. Правда, эксперимент вышел не совсем чистый, к вечеру второго дня я, вытаскивая из моря свой рюкзак с припасами с помощью водяных щупалец случайно обдала себя водой с ног до головы. Но с другой стороны, ведь и люди регулярно моются, в этом нет ничего сверхъестественного. К тому же, на земле мне приходилось пить. Это было странно и непривычно – в море-то я совсем отвыкла от чувства жажды. По моим предположениям пить я могла и соленую воду, но предпочла все же ее опреснять – как-то привычнее. На мой импровизированный пресный фонтанчик и лужицу слетелись, кажется, все пернатые обитатели острова – наверное, тут не слишком хорошо все с пресной водой, все же для развития жизни островок маловат.
Уверившись в том, что на земле я находиться могу, я начала думать. Как мне вернуться в социум? Как организовать общение с аборигенами? Без знания языка все казалось непонятным и неизвестным, поэтому я начала потихоньку изучать окружающее пространство. Приятным бонусом к овладению магией оказалось то, что я уже не привязана к месту. Я поняла, что могу легко найти знакомые острова, храм или ту Марианскую впадину. Мне нужно было только подумать о нужном месте и ярко представить его, активируя магию создания течения – и вуаля. Я научилась контролировать скорость движения и иногда преодолевала колоссальные расстояния за несколько часов плаванья.
Так я нашла на востоке от своего убежища материк, но он показался мне совершенно диким и необитаемым – нигде на побережье не оказалось ни лодок, ни городов и поселений. Еще обнаружилось несколько довольно крупных островов, населенных какими-то полудикими племенами. Среди них, кстати, я заметила магов воды – они, не скрываясь, ловили рыбу своей магией – просто выдергивали ее из моря и кидали в лодки, а второй человек ее глушил.
Мне метод понравился, и я воспроизвела его на своем острове. Потом пришлось долго мучиться с разведением костра – все же есть рыбу сырой мне казалось странным. Я нашла какой-то древесный мусор, по возможности собрала с него воду, чтобы высушить, а зажгла огонь с помощью солнца и созданной из воды линзы. Распотрошенную рыбу тоже, не мудрствуя лукаво, держала над огнем водным щупальцем. Правда, рыба в результате получилась не столько жаренной, сколько вареной, но я все равно была довольна новым продуктом в рационе.
Вообще, чем чаще я пользовалась магией, тем лучше это выходило и меньше требовалось усилий и лишних мыслей. Вспоминать о своих первых экспериментах даже было смешно, сейчас магия стала будто продолжением моих рук, стоило только пожелать... нет, неверное слово. Не надо было ни желать, ни представлять, ни визуализировать, как в земных книжках. Это как разница между тем, чтобы представить, что твоя рука берет кружку со стола и тем, как ты действуешь в реальности. Что-то вроде того, что объяснял мастер Йода Люку – «Делай или не делай. Не надо пытаться». И я стала делать.
Наконец, я нашла материк, обитаемый относительно цивилизованными людьми. Я не особенно разбираюсь в истории, но мне приходило в голову, что их можно сравнить с нашими веками 16-18 – не было видно рыцарей в латах, больших мечей, то есть средневековье в моем понимании кончилось – вместо них довольно тонкие шпаги или сабли, не знаю точно. Пушки на кораблях и крупных крепостях присутствовали, но также встречались и весьма странные конструкции из металла и дерева угрожающего вида – почему-то мне думалось, что это какое-то крупнокалиберное магическое оружие. У дежурящих рядом с оружием воинов встречались металлические шлемы и кирасы, но не полный доспех, их начальники ходили и без этого.
Пистолетов и ружей я не увидела, но, вполне возможно, их функцию просто выполняет магия, я несколько раз видела, как ее применяли. Однажды удалось посмотреть на магическую казнь, это выглядело жутко. Я пряталась за какой-то плавающей в воде бочкой в крупном порту, стараясь не обращать внимание на окружающий мусор и не думать, какова у них тут система канализации, когда на пирсе собралась толпа. Вывели человека в наручниках, и какой-то важный мужчина зачитал непонятный мне текст из свитка. Все ахнули, а потом невзрачный тип сделал движение рукой – и голову обвиняемого охватил огонь. Тот даже не вскрикнул, наверное, умер мгновенно, через секунду обезображенное тело упало на доски пирса.
После этого я зареклась вплывать в порты, особенно крупные, где потенциально много магов. Если они меня заметят и попытаются загнать, придется отбиваться, а я не уверена, что смогу справиться с настоящим военным магом, просто рука не поднимется разделать его водяными лезвиями, как я поступаю с рыбой. Нет уж, лучше пока не рисковать.
Сколько бы я не путешествовала, русалок или следов их обитания на дне не встречала – никаких подводных поселений или городов, никаких развалин, похожих на мой храм. Просто дно моря во всем его разнообразии: где-то каменистое, где-то песчаное, где-то покрытое причудливыми кораллами. И никаких русалок, кроме меня.
Остается непонятным тогда, почему люди с корабля так агрессивно на меня отреагировали, если таких, как я, никогда не видели? Или все же видели? Или у них есть традиция «сперва убей, а потом уже разберешься»? Ответа не было и взять его было негде, поэтому вновь сосредоточилась на действиях.
Я старалась изучить все побережье и примерно определилась с тем, куда хотела бы попасть. Или скорее с тем, куда бы попасть точно не хотела. На юге крупного материка располагались огромные вулканические горы, беспрестанно выдающие клубы дыма.
Вот и мелководье. Пологий песчаный пляж, столь удобный для моих целей. Гарпун мешается в руках, едва стоит всплыть над поверхностью, как рюкзак начинает давить на спину. Подумав, отплываю немного поглубже и оставляю рюкзак в море, закрепив среди камней – не дай Бог устрицы протухнут, я еще есть хочу. Гарпун просто втыкаю в мягкий песок и пытаюсь опираться на него, как на посох.
Тяжело.
Даже не думала, что вытаскивать свое тело из воды так сложно, кажется, что я сразу начала весить в несколько раз больше, чем привыкла, обитая на дне. Впрочем, ничего в этом такого ведь нет, так бывает, когда выходишь из соленой воды. Только сейчас у меня и ног нет, чтобы вырваться из водного плена, приходится медленно карабкаться по песку.
Мой вес слишком велик и хвост не выдерживает, я не могу подняться даже немного, как если бы я ползла на коленях – нет, я тащусь по песку брюхом и неприятно это и для человеческой кожи, и для чешуи на хвосте. Потом додумываюсь не мучиться. Отбрасываю гарпун чуть подальше на берег, поворачиваюсь боком и просто перекатываюсь. Песок, разумеется, облепляет все тело, высушивая кожу. Только оказавшись на значительном расстоянии от воды, наконец, сажусь, подбираю гарпун. Оглядываюсь со страхом – в этом мире я еще, кажется, никогда не чувствовала себя настолько беззащитно. Прежде я всегда могла двигаться, могла уплыть, на берегу же я... ну, да, логично, как рыба без воды. В голове всплывают картинки, что будет, если вытащить из воды осьминога – как он расплющивается, будто мокрая тряпка, и уже совсем не кажется таким грозным. Сама себе напоминаю что-то вроде него.
Вокруг определенно никого, только птицы перекрикиваются довольно противными голосами. Вздохнув, откладываю гарпун и начинаю отряхиваться от песка – очень уж неприятен он на коже. Проводя по ребрам, удивленно замираю. Наклоняю голову, смотрю внимательно – слова ругательства рвутся из меня без всякого контроля, и в кой-то веке я могу высказаться. У меня в районе последних ребер по бокам видны жаберные щели. Кое-как стряхиваю с них песок. И как я раньше их не заметила? Впрочем, я ведь и из воды не вылезала ни разу, а в воде как-то не до них было. Пытаюсь сообразить, что ощущаю. Пока – ничего, ни боли, ни жжения, ни других неприятных ощущений. Только если наклониться в бок или задеть пальцем можно приоткрыть жаберную щель, кажется, сейчас она не используется. Я глубоко вдыхаю носом, выдыхаю ртом – щель плотно закрыта и не дергается, как у рыб в аквариуме.
Собственная физиология вызывает все больше вопросов. Интересно, а как я так дышу? И как я под водой иногда умудряюсь выдыхать пузырьки воздуха? Если у меня два набора, так сказать, органов дыхания, получается, они как-то связаны? Быть может, я даже могу как какой-нибудь мультяшный герой, вдыхать жабрами, а выдыхать кислород и тем самым заменить акваланг? Или я выдыхаю пузырьки углекислого газа? Непонятно.
Можно было ожидать, что мне станет неприятно, когда кожа в районе жабер просохнет, но вроде бы ничего, я не как в человеке-амфибии, я вон сколько времени провожу под водой и мои человеческие легкие после всплытия работают нормально. Может, и с жарами та же тема.
Постепенно я успокоилась, солнце начало припекать. Я с любопытством оглядывалась по сторонам – все же никогда не была на необитаемом острове. Живности, кроме разнообразных птиц, отдаленно похожих на попугаев и чаек, было не видно, только довольно далеко от себя вижу, как на берег медленно и чинно выбирается морская черепаха. Быть может, у нее тут кладка?
Вообще-то яйца, пусть и черепашьи, это классное дополнение моего питания. Да только перед глазами немедленно встают картины с канала Дискавери, как маленькие черепашатки, едва вылупившись, бегут к воде, спасаясь от чаек, и только некоторые из них умудряются спастись... блин. Вот цыплята маленькие ведь тоже милые, но я ем куриные яйца, а черепах почему-то жалко. Ладно, плевать, надо сперва поэкспериментировать с рыбой, с новой магией я смогу ее выловить без проблем, сложнее будет ее зажарить.
Я жду превращения в человека, стараясь отвлечь себя от главного посторонними мыслями. Волосы после барахтанья в песке нуждаются в расческе, это в воде они оставались на вид чистыми и гладкими несмотря ни на что, а стоило только выбраться, как слиплись паклей. Кое-как пытаюсь их разобрать, расчесать пальцами, вытряхнуть песчинки.
Жду, когда высохнет хвост. По одной из сказок, уже даже не помню из какой, нужно, чтобы на него не попадало ни капли воды, поэтому логично сперва просушить волосы.
Но хвост не сохнет – это видно по влажному песку на нем, он более темного цвета, чем сухой. На человеческой части тела песок быстро высох и уже частично осыпался, оставив после себя лишь невнятное желание почесаться то там, то тут, а вот на хвосте... Нахмурившись, пытаюсь стряхнуть налипшие песчинки, и только теперь, пощупав, понимаю, в какую еще гадость вляпалась. Мой хвост липкий и склизкий. В воде я этого совсем не ощущала, а теперь поняла – он покрыт слизью, как бывает у рыб. Всплыли в голове какие-то кадры из передачи про животных, где рассказывалось, как важен и полезен такой защитный слой, который помогает скольжению в воде и защищает от болезней.
- Да твою ж... – не выдерживаю и ничком падаю на песок.
«Интересно, а почему слизь только на хвосте, а не по всему телу, если она такая полезная?» - вяло проносится в голове. Боже, какие глупости! Не знаю, кто создал это тело, но он определенно был сумасшедшим.
- Ну почему?! Почему я просто не могла перенестись в тело человека?!! – спрашиваю непонятно у кого. Лишь крики птиц звучат в ответ, но их не поймешь.
Переворачиваюсь на спину, разглядывая небо. Если не опускать глаза, можно представить, что я все еще человек и все еще в своем мире, где-то на одном из остров Таиланда, на том самом, где снимали рекламу Баунти. Я ведь собиралась туда на экскурсию.
Когда мои волосы полностью просохли, как ни странно, высох и хвост. Слизь не осталась на нем засохшими хлопьями или пленкой, просто исчезла без следа, а песок начал осыпаться, как с высохшего тела. Я отряхнула хвост, и серебристые чешуйки засияли на солнце.
Превращаться в ноги хвост не собирался.
Глава 17
О, нет, я не стала сразу отчаиваться, включила фантазию и начала тренировать превращение. Это как с магией – ведь у меня тоже сперва не получалось, а потом вышло. Я представляла себе свои ноги, я вспоминала яркие образы того, как занималась танцами, вспомнила какую-то рекламу, где малыш делает первые самостоятельные шаги своими ножками. Я визуализировала, я пыталась почувствовать ноги, пыталась забыть, что у меня хвост... пыталась... пыталась... пыталась...
Не знаю, сколько времени прошло, когда я совсем отчаялась и просто валялась на песке. Быть может, чтобы стать человеком, надо сперва лучше выучиться магии? Или надо найти сперва все кусочки купола храма? Или выполнить еще какое странное божественное задание, как бывает в книгах? Ну, где же он, тот кто мне все объяснит и подскажет, что надо делать, чтобы получить то, что хочешь? Почему я столько времени на дне в полном одиночестве и не встретила ни одной чертовой подсказки о том, что делать и куда стремиться? Если я великая избранная, которая должна спасти подводный народ от чего-нибудь, разве мне не должны об этом сообщить, указать на опасности, вручить магический меч?
Тишина в ответ. Мне следовало бы к этому уже привыкнуть.
В голове стало пусто, я просто валялась на берегу, даже построила небольшой песчаный замок, но он быстро разрушился, когда я в горке попыталась выкопать тоннель.
Мысли путались. Находиться в теле русалки в одиночестве на дне моря мне не хотелось, даже имея магические способности. Это одиноко, черт меня дери! Все это время я держалась за счет надежды встать на ноги, вернуться к людям или найти поселение русалок, а теперь? Что делать теперь?
Вспомнился старый советский мультик про то, как корова спросила у лягушонка, что бы тот делал, если бы был рыжей коровой? «Сперва перекрасился бы в зеленый цвет, — ответил лягушонок: — Потом отрубил бы рожки, чтобы не бодаться. Потом подпилил бы ножки, чтобы не лягаться. Избавился бы от длинного хвоста, а потом бы сказал: „Какая же я корова? Я просто маленький зеленый лягушонок!“»
Мне хотелось того же, и я разозлилась. Так что же мне надо – «шашечки или ехать»? К черту хвост, с ним попытаемся разобраться позже. Быть человеком – это не только и не столько выглядеть как человек. Я хочу быть в социуме, быть среди людей, общаться, самореализовываться, искать свое место в новом мире, в конце-то концов. Я и так слишком засиделась на дне.
И, если хвост мне в этом мешает, надо просто его спрятать, а там уж, быть может, удастся найти способ превратиться в человека.
Где там моя морская ведьма? Русалочке нужны ноги, а принца пусть оставит себе.
Я запретила себе думать о превращении в человека и попыталась сосредоточиться на насущном. Продолжала тренировать магию и думала-думала-думала.
Для начала решилась на эксперимент и, запасясь едой, устроила своему новому телу испытание сушей. Я пыталась понять, кто же я все же – рыба или земноводное? Будут ли негативные последствия, если я надолго задержусь на земле? Быть может, чешуя зашелушится или жаберные щели пересохнут? В общем, ожидала я от себя чего угодно, хоть в предыдущий раз долгое пребывание на суше никаких негативных ощущений не принесло.
В этот раз я выдержала двое суток, но опять же ничего не заметила, даже легкой аллергии или хотя бы перегрева. Ничего ровным счетом. Кажется, я существо магическое и в жизни универсальное. Правда, эксперимент вышел не совсем чистый, к вечеру второго дня я, вытаскивая из моря свой рюкзак с припасами с помощью водяных щупалец случайно обдала себя водой с ног до головы. Но с другой стороны, ведь и люди регулярно моются, в этом нет ничего сверхъестественного. К тому же, на земле мне приходилось пить. Это было странно и непривычно – в море-то я совсем отвыкла от чувства жажды. По моим предположениям пить я могла и соленую воду, но предпочла все же ее опреснять – как-то привычнее. На мой импровизированный пресный фонтанчик и лужицу слетелись, кажется, все пернатые обитатели острова – наверное, тут не слишком хорошо все с пресной водой, все же для развития жизни островок маловат.
Уверившись в том, что на земле я находиться могу, я начала думать. Как мне вернуться в социум? Как организовать общение с аборигенами? Без знания языка все казалось непонятным и неизвестным, поэтому я начала потихоньку изучать окружающее пространство. Приятным бонусом к овладению магией оказалось то, что я уже не привязана к месту. Я поняла, что могу легко найти знакомые острова, храм или ту Марианскую впадину. Мне нужно было только подумать о нужном месте и ярко представить его, активируя магию создания течения – и вуаля. Я научилась контролировать скорость движения и иногда преодолевала колоссальные расстояния за несколько часов плаванья.
Так я нашла на востоке от своего убежища материк, но он показался мне совершенно диким и необитаемым – нигде на побережье не оказалось ни лодок, ни городов и поселений. Еще обнаружилось несколько довольно крупных островов, населенных какими-то полудикими племенами. Среди них, кстати, я заметила магов воды – они, не скрываясь, ловили рыбу своей магией – просто выдергивали ее из моря и кидали в лодки, а второй человек ее глушил.
Мне метод понравился, и я воспроизвела его на своем острове. Потом пришлось долго мучиться с разведением костра – все же есть рыбу сырой мне казалось странным. Я нашла какой-то древесный мусор, по возможности собрала с него воду, чтобы высушить, а зажгла огонь с помощью солнца и созданной из воды линзы. Распотрошенную рыбу тоже, не мудрствуя лукаво, держала над огнем водным щупальцем. Правда, рыба в результате получилась не столько жаренной, сколько вареной, но я все равно была довольна новым продуктом в рационе.
Вообще, чем чаще я пользовалась магией, тем лучше это выходило и меньше требовалось усилий и лишних мыслей. Вспоминать о своих первых экспериментах даже было смешно, сейчас магия стала будто продолжением моих рук, стоило только пожелать... нет, неверное слово. Не надо было ни желать, ни представлять, ни визуализировать, как в земных книжках. Это как разница между тем, чтобы представить, что твоя рука берет кружку со стола и тем, как ты действуешь в реальности. Что-то вроде того, что объяснял мастер Йода Люку – «Делай или не делай. Не надо пытаться». И я стала делать.
Наконец, я нашла материк, обитаемый относительно цивилизованными людьми. Я не особенно разбираюсь в истории, но мне приходило в голову, что их можно сравнить с нашими веками 16-18 – не было видно рыцарей в латах, больших мечей, то есть средневековье в моем понимании кончилось – вместо них довольно тонкие шпаги или сабли, не знаю точно. Пушки на кораблях и крупных крепостях присутствовали, но также встречались и весьма странные конструкции из металла и дерева угрожающего вида – почему-то мне думалось, что это какое-то крупнокалиберное магическое оружие. У дежурящих рядом с оружием воинов встречались металлические шлемы и кирасы, но не полный доспех, их начальники ходили и без этого.
Пистолетов и ружей я не увидела, но, вполне возможно, их функцию просто выполняет магия, я несколько раз видела, как ее применяли. Однажды удалось посмотреть на магическую казнь, это выглядело жутко. Я пряталась за какой-то плавающей в воде бочкой в крупном порту, стараясь не обращать внимание на окружающий мусор и не думать, какова у них тут система канализации, когда на пирсе собралась толпа. Вывели человека в наручниках, и какой-то важный мужчина зачитал непонятный мне текст из свитка. Все ахнули, а потом невзрачный тип сделал движение рукой – и голову обвиняемого охватил огонь. Тот даже не вскрикнул, наверное, умер мгновенно, через секунду обезображенное тело упало на доски пирса.
После этого я зареклась вплывать в порты, особенно крупные, где потенциально много магов. Если они меня заметят и попытаются загнать, придется отбиваться, а я не уверена, что смогу справиться с настоящим военным магом, просто рука не поднимется разделать его водяными лезвиями, как я поступаю с рыбой. Нет уж, лучше пока не рисковать.
Сколько бы я не путешествовала, русалок или следов их обитания на дне не встречала – никаких подводных поселений или городов, никаких развалин, похожих на мой храм. Просто дно моря во всем его разнообразии: где-то каменистое, где-то песчаное, где-то покрытое причудливыми кораллами. И никаких русалок, кроме меня.
Остается непонятным тогда, почему люди с корабля так агрессивно на меня отреагировали, если таких, как я, никогда не видели? Или все же видели? Или у них есть традиция «сперва убей, а потом уже разберешься»? Ответа не было и взять его было негде, поэтому вновь сосредоточилась на действиях.
Я старалась изучить все побережье и примерно определилась с тем, куда хотела бы попасть. Или скорее с тем, куда бы попасть точно не хотела. На юге крупного материка располагались огромные вулканические горы, беспрестанно выдающие клубы дыма.
