И я потянулась эмоциями к торнадо. Там был голод, лютый голод, жажда... чего-то. Жажда силы, энергии. Да, это нечто умирало, оно собрало все силы, последние осколки, потому что почуяло меня, почуяло мою проснувшуюся энергию, и пришло следом. Оно хотело нас сожрать, чтобы продлить свою жизнь еще. Я будто рухнула в эмоции этого нечто, увидела нас его глазами. Оно видело только три вещи на этом берегу, три источника энергии: Кракена, меня и капитана Гарта. Точнее, браслет капитана Гарта.
Я резко выпрямилась и открыла глаза, протянула руку:
- Браслет. Отдайте.
- Но как же... наследие предков... – заволновались вокруг, но капитан не стал со мной спорить и буквально сорвал браслет со своей руки.
«Кракен, за мной», - велела я и нырнула прямо в бушующие волны.
Мы проплыли у самого дна, прикрываясь моей магией, и поспешили подальше от берега. Только отплыв достаточно далеко, я позволила себе вынырнуть и оглядеться. Все, как я и рассчитывала – едва я отплыла подальше с наживкой, как торнадо перестал кромсать защитный купол и отправился следом за мной. Второй, тот что больше, был ближе, его диаметр был так огромен, что он, наверное, мог поглотить весь наш островок.
Я быстро освободила камень капитана из пут браслета. Он был совсем маленьким, не больше ногтя большого пальца, очень старым, потертым и округлым, в нем невозможно было узнать осколок купола храма. Но я чуяла его, как другие камни, когда я разжала пальцы, он завис над ладонью, светясь бело-голубым.
Кракен был рядом, я знала, что его камень был больше, наверное, с кулак, и его силу я так же чувствовала сейчас остро и четко, я могла ее позаимствовать.
«Держись за меня», - велела Кракену, и он понятливо вцепился в мою спину живым рюкзаком, облапал щупальцами живот, стараясь не впиваться сильно присосками. Что ж, лучше пусть будут синяки от присосок, чем проиграть в этой битве.
Я глубоко вздохнула, видя приближение обоих смерчей, и вода подо мной вздыбилась горбом. Я чуяла эмоции тех или того, что управляло торнадо – жадность, жажда. Нет, оно не боялась волн, оно было старым и сильным, и рассчитывало стать еще сильнее, если поглотит нашу энергию.
Я взмахнула рукой, и от горба под моим хвостом отделилась волна, ударила в смерч, но тот и не заметил толком. Волна срезала его «хвост» у самой воды, но тот немедленно восстановился, и торнадо помчал вперед. Вторая волна была выше, сильнее, горб под моим хвостом рос все выше, но смерчи было не испугать, они были единением неба и моря, доставали до самых туч – им ли бояться каких-то волн. Поток воды разрезал торнадо практически на середине, нижняя часть опала, растаяла как не бывало, но тут же возродилась вновь.
И вот уже оба огромных торнадо рядом, один тоньше, но быстрее, злее, нетерпеливее. Второй огромный, толстый, будто бы неповоротливый, но это лишь иллюзия, он мощен и свиреп, он сильнее, он ждет нападения.
Огромная волна, гигантское цунами, которое я подняла своей волей, медленно начала склоняться в сторону торнадо, вот-вот уже побегут по ней белые барашки пены, вот-вот она обретет свою пугающую мощь и ударит с невероятной силой, она почти достает до самых туч, и я на ее вершине пытаюсь сохранить равновесие и не смотреть в низ. Как же я всю жизнь боялась высоты, как же я с ума сошла, что решилась на это. Но выбора просто нет, и вот уже волна склоняется вперед, и словно в рыцарском турнире двух безумных титанов мы идем навстречу друг другу. Кто струсит? Кто попытается уйти от удара?
Только не я.
Огромная волна цунами подо мной рвется вперед, словно озверевший боевой конь без узды, а ему навстречу огромные торнадо. Ожидая меня, они сливаются вместе, приобретая просто колоссальные размеры. Такого бы мой купол точно не выдержал, я это сознаю. От мощи стихий захватывает дух, мне нечем дышать ни легкими ни жабрами. Хочется закрыться от ветра руками, хочется скользнуть по внешней стороне волны и скрыться на глубине.
Нельзя.
Есть лишь один шанс... не победить, нет – попытаться.
Море отступает от острова, небывало обнажая берег, задыхаются без воды рыбы и другие морские обитатели, что не успели уплыть на глубину. Там дальше вода открывает гребень кораллового рифа.
Моя сила несет в эти места разрушения и смерти, но я все равно продолжаю поднимать волну выше, из последних сил, используя все, что у меня есть, занимая у Кракена, впитывая силу камня капитана Гарта. Еще немного, еще совсем чуть-чуть...
Поздно. Слишком близко, времени больше нет. Водные щупальца вцепляются в мой хвост, не позволяя ветру снести меня с гребня цунами, и я лечу вперед с огромной скоростью, лечу навстречу верной смерти.
Ближе, еще ближе, еще...
Взмах рукой, посылающий струи воды практически со скоростью звука поперек тайфуна, и в последний момент щупальца воды утаскивают меня вглубь волны в попытке защитить от разрывающей силы тайфуна.
Стихии сталкиваются, мое тело сминают и рвут в разные стороны, будто клочок ненужной бумаги. Я оглушена, я уже не контролирую происходящее, только боль и страх, никаких разумных рассчетов и рассуждений. Боги, как я могла решиться на такое? Я, наверное, обезумела!
Меня тянет все глубже, туда, где безопасность, и я с запозданием осознаю, что это Кракен управляет течением внутри цунами. Мы уже ниже уровня моря, но сила самой волны толкает нас дальше, глубже, а затем на поверхность.
Я выныриваю позади цунами и удивленно оглядываюсь – тайфуна нет, он больше не возродился. Я сумела-таки попасть в его эпицентр, в источник той силы, что его контролировал, вычислила и нацелилась по эмоциям и врезала, оказавшись поближе к цели. Я дотянулась, смогла!
Тучи, собравшиеся над нами, словно обиженные произошедшим, разрождаются ливнем, а я удивленно замечаю что-то белое, дрейфующее на воде.
«Я принесу,» - словно верный охотничий пес, мгновенно улавливающий смену ситуации, Кракен отлепляется от моей спины и спешит за странным предметом, пока тот не утонул.
Только вот еще ничего не кончено. Огромная волна, что я подняла, чтобы разбить оставшееся без энергетической подпитки тайфун, все еще стремится вперед, к моим островам. Она там камня на камне не оставит, даже убежище людей не спасет.
Я совсем обессилена, но на последней воле взнуздываю свою магию и рвусь вперед, следом за цунами. Ближе, еще ближе, я слишком слаба, чтобы дотянуться до волны издалека.
Цунами уже нависает над островом, готовое его захлестнуть, уничтожив все на своем пути, но я ловлю его в последний миг, словно повисаю на возжах взбесившейся лошади, не позволяя сделать последний шаг.
Волна недовольна, стихия набрала мощь и должна ее выпустить, должна ударить, бежать вперед насколько хватит сил, уничтожить все на своем пути и утихнуть или разбиться о берег, неся за собой разрушения и смерти. Такова природа, таковы законы физики.
И у меня совсем нет сил, но я медленно тяну ее назад, словно жилы из себя выкручиваю, словно руки себе выламываю, делая все вопреки природному ходу вещей. Просто я решила, что так не будет, просто я решила иначе.
Но сила, сила бурлит в воде, ей нужно выплеснуться, нужно найти выход, нужно...
И я соглашаюсь принять ее в себя.
Боже...
Боль пронзает тело, накатывает волнами, но не уходит, а накапливается и накапливается, заполняя до краев каждую клеточку, а потом еще и снова, и еще немного, еще чуть-чуть, и каждая из этих клеточек, кажется, разорвется от этой силы, от этой боли.
Мамочка, я не знала, на что согласилась.
Умирать в первый раз было совсем не так больно, чем же я заслужила в этот раз такое мучение? Я же старалась сделать как правильно, старалась сделать как надо.
Люди умрут в убежище без воздуха, умрут вместе со мной. Как глупо, я же так старалась.
Неимоверным усилием воли протягиваю руку. Сила, переполнившая меня до краев, сама рвется с рук, выкручивая на пути своем все жилы, разрывая мышцы и сосуды. Водный купол лопается словно от взрыва, водой все же накрывает остров, падает несчастная хижина, но вроде бы люди живы.
Хоть здесь я не оплошала.
Все, теперь мой последний долг оплачен, и я могу умереть спокойно.
И зачем я все это сделала? Как глупо. На черта спасала этих людей? Они же пытались меня поймать. Какое идиотство жертвовать своей жизнью ради них.
Но разве можно иначе? Как в задачке про ваганетку – если на одной дорожке десяток людей, а на второй всего один, то в какую сторону нужно повернуть стрелку? Туда, где один, это же разумно, меньшее зло. Даже если ты сам на этой дорожке.
Никогда не думала, что я такая жертвенная. Впрочем, я ведь не понимала толком, чем рискую. Магический мир, и я главная героиня в этой истории, разве я могу умереть? Оказывается, да. Надо было давно понять, что у меня все не как в книгах. Зато, когда следующая девушка попадет в этот мир в тело русалки, у нее уже все будет на мази: храм почти восставлен, люди благодарны и слагают песни о моей храбрости и самопожертвовании...
Ах, да, точно, без меня они же с острова не выберутся и, скорее всего, умрут. Глупо.
Я валялась на волнах под потоками проливного дождя и, не отрываясь, смотрела в серое небо, на то как вспыхивают среди кучевых облаков вспышки молний. А хотелось в последний раз увидеть небо перед смертью.
Я подняла руку, с удивлением обнаружив, что тело мое меня все еще способно слушаться, и тучи разошлись, легко подчиняясь моей воле и той силе, что бурлила в моих жилах, сжигая меня изнутри.
Чистый кусочек неба открыл страшную тайну – солнце еще только начало опускаться за горизонт, окрашивая тучи в тревожный багрянец. Так странно, казалось прошла целая жизнь в этой борьбе, а на деле – всего несколько часов. Я смотрела-смотрела-смотрела, и чувствовала будто бы внутреннюю тошноту – не физическую, а энергетическую. Выплеснуть бы всю эту силу, освободиться от нее – а не выходит, она заперта в моем теле без выхода, причиняя лишь боль и медленно убивая.
Я медленно очищала небо от туч, мне очень уж хотелось умереть красиво на закате без дурацкого дождя. Это позволяло хотя бы немного, хотя бы на каплю тратить силы, запертые в моем теле, и, хоть пустое пространство немедленно заполнялось новой энергией, которую продолжало впихивать в меня море, я все равно старалась, пыталась хоть немного освободиться, хоть на миг продлить свою агонию.
На север-западе из-за уходящих туч выглянула зеленая луна – круглобокая, яркая, от ее свечения даже небо вокруг едва заметно позеленело. А следом – голубая луна, точнее, тонкий серпик месяца. Цвет ее я даже не увидела толком, скорее угадала, почувствовала. Впилась в нее глазами, словно в поисках помощи. Ну, должна же она работать хоть как-то, ведь именно ей был посвящен подводный храм, именно из нее проистекает вся сила моря. Ну же! Хоть что-нибудь! Хоть подсказку!
Луна, конечно же, молчала, и я ощутила, как губы мои кривятся, а глаза наполняются слезами. Как глупо! Глупо плакать, когда никто не видит, когда некому помочь! Глупо!
Надо лишь разозлиться. Лишь взять себя в руки, поднять обратно волну цунами и разослать ее во все стороны, словно след от камня, брошенного в воду. Что мне до жизней тех людей на острове – они все равно не выживут без моей помощи. Что мне до тех разрушений, что принесет цунами – все равно никто никогда не узнает, что это была я!
Только я буду знать, буду знать и жить с этим. Но жить ведь! Жить!
Я закричала, громко, навзрыд. От боли, от несправедливости, от безысходности.
И море забурлило подо мной, заволновалось, готовое вздыбиться волнами.
- Нет! – приказала яростно и ему, и себе. – Я не сделаю этого! Этого не будет!
И вдруг задохнулась от адской боли, еще более сильной, чем прежняя, и одновременно от облегчения. Словно клетки моего тела вся же разорвались, не выдержав муки, и тут же возродились вновь. И я увидела, как светится подо мной море тем самым, призрачно-голубым светом подводного храма. И серп луны, совсем потерявшийся на фоне зеленой соседки, будто налился светом и мощью, и этот свет проходил через меня, через воду, через храм – там, в глубине. Я будто одновременно ощутила все это, я будто стала единой с водой: с огромным океаном, с реками, что в него впадают, озерами, ручьями, каждой каплей росы, каждой слезинкой человека, каждой каплей крови, что течет в жилах живых существ...
Кажется, я все же потеряла сознание, не в силах совладать с этим океаном ощущений.
Я открыла глаза и увидела солнечный круг, просвечивающий через толщу воды. Как в тот момент, когда я тонула. Я дернулась испуганно. Тело было будто не мое, чужое, онемевшее, не чувствительное. Как в тот момент, после того, как меня ужалила медуза.
Я задохнулась от воспоминаний и не смогла вдохнуть – вокруг только вода. И я ринулась вверх, к свету, к воздуху, боясь не успеть, боясь утонуть.
Я всплыла на поверхность и судорожно вздохнула. Отдышалась, потом огляделась, но увидела лишь море вокруг. Никого, ничего. Дернулась, оборачиваясь. Я в открытом море.
Как...
Как... в моем видении.
Мне это приснилось? Все было так реально, но... хвост? Магия? Иной мир? Это же бред, как я могла верить в это? Кто-то видит свет в конце тоннеля, кто-то вспоминает всю свою жизнь, а я, очевидно, жила так скучно, что и вспомнить нечего, только придумать какую-то глупость. Безумие какое-то.
Я растерянно огляделась вновь по сторонам. Куда же плыть, где берег? Где береговая охрана, которая должна меня искать и спасать? Неужели никто не заметил, что я не вернулась из моря и вещи мои остались бесхозными?
Вдруг я почувствовала, что что-то сжимаю в руке, подняла кулак растерянно, с трудом заставила себя разжать сведенные судорогой пальцы.
Полу-прозрачные бело-голубые камни лежали на бледной ладони. Один маленький, с ноготь большого пальца, округлый, словно обкатанный волнами. А второй побольше, с пятирублевую монетку, округлый и плоский, в виде капли, блестящий, как новенький. И на его поверхности виден изящный рисунок чешуек с моего хвоста.
Не сон.
Свободная рука прошлась по ребрам, ощупывая сверху вниз – жаберные щели, чешуйки сперва разрозненные, мелкие и мягкие, постепенно сливающиеся на бедрах в плотный покров и... я поплавком зависла в воде и подняла вверх ступни... нет, не ступни, хвостовой плавник.
Я русалка.
Огляделась растерянно. Куда это меня занесло? И сколько времени прошло? Что это вообще было? Мне казалось, я умираю от обилия силы, а потом... Как я это сделала? Куда выпустила силу?.. Нет, не я выпустила. Я растворилась в ней, в ней и в стихии. Я будто знала все, чувствовала все и сразу... я тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Это было слишком для меня, я всего лишь человек, а не воплощенная стихия.
Я вновь посмотрела на свой камешек. А ведь он не из осколка купола храма. И не из тела Кракена. Это мой камень, я его создала, он воплотил в себе ту силу, что образовалась после боя с ураганом. Такой крошечный, в голове не укладывается, как же древние русалки сумели построить целый огромный купол, если для каждого маленького камешка нужно пройти через такое?
А пока, надо было вернуть все на свои места.
Я нырнула в воду и активировала магию. Мне не нужно было знать, где я нахожусь, чтобы течение само принесло меня к древнему храму. Его свечение в темноте подводных глубин успокаивало.
Я резко выпрямилась и открыла глаза, протянула руку:
- Браслет. Отдайте.
- Но как же... наследие предков... – заволновались вокруг, но капитан не стал со мной спорить и буквально сорвал браслет со своей руки.
«Кракен, за мной», - велела я и нырнула прямо в бушующие волны.
Мы проплыли у самого дна, прикрываясь моей магией, и поспешили подальше от берега. Только отплыв достаточно далеко, я позволила себе вынырнуть и оглядеться. Все, как я и рассчитывала – едва я отплыла подальше с наживкой, как торнадо перестал кромсать защитный купол и отправился следом за мной. Второй, тот что больше, был ближе, его диаметр был так огромен, что он, наверное, мог поглотить весь наш островок.
Я быстро освободила камень капитана из пут браслета. Он был совсем маленьким, не больше ногтя большого пальца, очень старым, потертым и округлым, в нем невозможно было узнать осколок купола храма. Но я чуяла его, как другие камни, когда я разжала пальцы, он завис над ладонью, светясь бело-голубым.
Кракен был рядом, я знала, что его камень был больше, наверное, с кулак, и его силу я так же чувствовала сейчас остро и четко, я могла ее позаимствовать.
«Держись за меня», - велела Кракену, и он понятливо вцепился в мою спину живым рюкзаком, облапал щупальцами живот, стараясь не впиваться сильно присосками. Что ж, лучше пусть будут синяки от присосок, чем проиграть в этой битве.
Я глубоко вздохнула, видя приближение обоих смерчей, и вода подо мной вздыбилась горбом. Я чуяла эмоции тех или того, что управляло торнадо – жадность, жажда. Нет, оно не боялась волн, оно было старым и сильным, и рассчитывало стать еще сильнее, если поглотит нашу энергию.
Я взмахнула рукой, и от горба под моим хвостом отделилась волна, ударила в смерч, но тот и не заметил толком. Волна срезала его «хвост» у самой воды, но тот немедленно восстановился, и торнадо помчал вперед. Вторая волна была выше, сильнее, горб под моим хвостом рос все выше, но смерчи было не испугать, они были единением неба и моря, доставали до самых туч – им ли бояться каких-то волн. Поток воды разрезал торнадо практически на середине, нижняя часть опала, растаяла как не бывало, но тут же возродилась вновь.
И вот уже оба огромных торнадо рядом, один тоньше, но быстрее, злее, нетерпеливее. Второй огромный, толстый, будто бы неповоротливый, но это лишь иллюзия, он мощен и свиреп, он сильнее, он ждет нападения.
Огромная волна, гигантское цунами, которое я подняла своей волей, медленно начала склоняться в сторону торнадо, вот-вот уже побегут по ней белые барашки пены, вот-вот она обретет свою пугающую мощь и ударит с невероятной силой, она почти достает до самых туч, и я на ее вершине пытаюсь сохранить равновесие и не смотреть в низ. Как же я всю жизнь боялась высоты, как же я с ума сошла, что решилась на это. Но выбора просто нет, и вот уже волна склоняется вперед, и словно в рыцарском турнире двух безумных титанов мы идем навстречу друг другу. Кто струсит? Кто попытается уйти от удара?
Только не я.
Глава 28
Огромная волна цунами подо мной рвется вперед, словно озверевший боевой конь без узды, а ему навстречу огромные торнадо. Ожидая меня, они сливаются вместе, приобретая просто колоссальные размеры. Такого бы мой купол точно не выдержал, я это сознаю. От мощи стихий захватывает дух, мне нечем дышать ни легкими ни жабрами. Хочется закрыться от ветра руками, хочется скользнуть по внешней стороне волны и скрыться на глубине.
Нельзя.
Есть лишь один шанс... не победить, нет – попытаться.
Море отступает от острова, небывало обнажая берег, задыхаются без воды рыбы и другие морские обитатели, что не успели уплыть на глубину. Там дальше вода открывает гребень кораллового рифа.
Моя сила несет в эти места разрушения и смерти, но я все равно продолжаю поднимать волну выше, из последних сил, используя все, что у меня есть, занимая у Кракена, впитывая силу камня капитана Гарта. Еще немного, еще совсем чуть-чуть...
Поздно. Слишком близко, времени больше нет. Водные щупальца вцепляются в мой хвост, не позволяя ветру снести меня с гребня цунами, и я лечу вперед с огромной скоростью, лечу навстречу верной смерти.
Ближе, еще ближе, еще...
Взмах рукой, посылающий струи воды практически со скоростью звука поперек тайфуна, и в последний момент щупальца воды утаскивают меня вглубь волны в попытке защитить от разрывающей силы тайфуна.
Стихии сталкиваются, мое тело сминают и рвут в разные стороны, будто клочок ненужной бумаги. Я оглушена, я уже не контролирую происходящее, только боль и страх, никаких разумных рассчетов и рассуждений. Боги, как я могла решиться на такое? Я, наверное, обезумела!
Меня тянет все глубже, туда, где безопасность, и я с запозданием осознаю, что это Кракен управляет течением внутри цунами. Мы уже ниже уровня моря, но сила самой волны толкает нас дальше, глубже, а затем на поверхность.
Я выныриваю позади цунами и удивленно оглядываюсь – тайфуна нет, он больше не возродился. Я сумела-таки попасть в его эпицентр, в источник той силы, что его контролировал, вычислила и нацелилась по эмоциям и врезала, оказавшись поближе к цели. Я дотянулась, смогла!
Тучи, собравшиеся над нами, словно обиженные произошедшим, разрождаются ливнем, а я удивленно замечаю что-то белое, дрейфующее на воде.
«Я принесу,» - словно верный охотничий пес, мгновенно улавливающий смену ситуации, Кракен отлепляется от моей спины и спешит за странным предметом, пока тот не утонул.
Только вот еще ничего не кончено. Огромная волна, что я подняла, чтобы разбить оставшееся без энергетической подпитки тайфун, все еще стремится вперед, к моим островам. Она там камня на камне не оставит, даже убежище людей не спасет.
Я совсем обессилена, но на последней воле взнуздываю свою магию и рвусь вперед, следом за цунами. Ближе, еще ближе, я слишком слаба, чтобы дотянуться до волны издалека.
Цунами уже нависает над островом, готовое его захлестнуть, уничтожив все на своем пути, но я ловлю его в последний миг, словно повисаю на возжах взбесившейся лошади, не позволяя сделать последний шаг.
Волна недовольна, стихия набрала мощь и должна ее выпустить, должна ударить, бежать вперед насколько хватит сил, уничтожить все на своем пути и утихнуть или разбиться о берег, неся за собой разрушения и смерти. Такова природа, таковы законы физики.
И у меня совсем нет сил, но я медленно тяну ее назад, словно жилы из себя выкручиваю, словно руки себе выламываю, делая все вопреки природному ходу вещей. Просто я решила, что так не будет, просто я решила иначе.
Но сила, сила бурлит в воде, ей нужно выплеснуться, нужно найти выход, нужно...
И я соглашаюсь принять ее в себя.
Боже...
Боль пронзает тело, накатывает волнами, но не уходит, а накапливается и накапливается, заполняя до краев каждую клеточку, а потом еще и снова, и еще немного, еще чуть-чуть, и каждая из этих клеточек, кажется, разорвется от этой силы, от этой боли.
Мамочка, я не знала, на что согласилась.
Умирать в первый раз было совсем не так больно, чем же я заслужила в этот раз такое мучение? Я же старалась сделать как правильно, старалась сделать как надо.
Люди умрут в убежище без воздуха, умрут вместе со мной. Как глупо, я же так старалась.
Неимоверным усилием воли протягиваю руку. Сила, переполнившая меня до краев, сама рвется с рук, выкручивая на пути своем все жилы, разрывая мышцы и сосуды. Водный купол лопается словно от взрыва, водой все же накрывает остров, падает несчастная хижина, но вроде бы люди живы.
Хоть здесь я не оплошала.
Все, теперь мой последний долг оплачен, и я могу умереть спокойно.
И зачем я все это сделала? Как глупо. На черта спасала этих людей? Они же пытались меня поймать. Какое идиотство жертвовать своей жизнью ради них.
Но разве можно иначе? Как в задачке про ваганетку – если на одной дорожке десяток людей, а на второй всего один, то в какую сторону нужно повернуть стрелку? Туда, где один, это же разумно, меньшее зло. Даже если ты сам на этой дорожке.
Никогда не думала, что я такая жертвенная. Впрочем, я ведь не понимала толком, чем рискую. Магический мир, и я главная героиня в этой истории, разве я могу умереть? Оказывается, да. Надо было давно понять, что у меня все не как в книгах. Зато, когда следующая девушка попадет в этот мир в тело русалки, у нее уже все будет на мази: храм почти восставлен, люди благодарны и слагают песни о моей храбрости и самопожертвовании...
Ах, да, точно, без меня они же с острова не выберутся и, скорее всего, умрут. Глупо.
Я валялась на волнах под потоками проливного дождя и, не отрываясь, смотрела в серое небо, на то как вспыхивают среди кучевых облаков вспышки молний. А хотелось в последний раз увидеть небо перед смертью.
Я подняла руку, с удивлением обнаружив, что тело мое меня все еще способно слушаться, и тучи разошлись, легко подчиняясь моей воле и той силе, что бурлила в моих жилах, сжигая меня изнутри.
Чистый кусочек неба открыл страшную тайну – солнце еще только начало опускаться за горизонт, окрашивая тучи в тревожный багрянец. Так странно, казалось прошла целая жизнь в этой борьбе, а на деле – всего несколько часов. Я смотрела-смотрела-смотрела, и чувствовала будто бы внутреннюю тошноту – не физическую, а энергетическую. Выплеснуть бы всю эту силу, освободиться от нее – а не выходит, она заперта в моем теле без выхода, причиняя лишь боль и медленно убивая.
Я медленно очищала небо от туч, мне очень уж хотелось умереть красиво на закате без дурацкого дождя. Это позволяло хотя бы немного, хотя бы на каплю тратить силы, запертые в моем теле, и, хоть пустое пространство немедленно заполнялось новой энергией, которую продолжало впихивать в меня море, я все равно старалась, пыталась хоть немного освободиться, хоть на миг продлить свою агонию.
На север-западе из-за уходящих туч выглянула зеленая луна – круглобокая, яркая, от ее свечения даже небо вокруг едва заметно позеленело. А следом – голубая луна, точнее, тонкий серпик месяца. Цвет ее я даже не увидела толком, скорее угадала, почувствовала. Впилась в нее глазами, словно в поисках помощи. Ну, должна же она работать хоть как-то, ведь именно ей был посвящен подводный храм, именно из нее проистекает вся сила моря. Ну же! Хоть что-нибудь! Хоть подсказку!
Луна, конечно же, молчала, и я ощутила, как губы мои кривятся, а глаза наполняются слезами. Как глупо! Глупо плакать, когда никто не видит, когда некому помочь! Глупо!
Надо лишь разозлиться. Лишь взять себя в руки, поднять обратно волну цунами и разослать ее во все стороны, словно след от камня, брошенного в воду. Что мне до жизней тех людей на острове – они все равно не выживут без моей помощи. Что мне до тех разрушений, что принесет цунами – все равно никто никогда не узнает, что это была я!
Только я буду знать, буду знать и жить с этим. Но жить ведь! Жить!
Я закричала, громко, навзрыд. От боли, от несправедливости, от безысходности.
И море забурлило подо мной, заволновалось, готовое вздыбиться волнами.
- Нет! – приказала яростно и ему, и себе. – Я не сделаю этого! Этого не будет!
И вдруг задохнулась от адской боли, еще более сильной, чем прежняя, и одновременно от облегчения. Словно клетки моего тела вся же разорвались, не выдержав муки, и тут же возродились вновь. И я увидела, как светится подо мной море тем самым, призрачно-голубым светом подводного храма. И серп луны, совсем потерявшийся на фоне зеленой соседки, будто налился светом и мощью, и этот свет проходил через меня, через воду, через храм – там, в глубине. Я будто одновременно ощутила все это, я будто стала единой с водой: с огромным океаном, с реками, что в него впадают, озерами, ручьями, каждой каплей росы, каждой слезинкой человека, каждой каплей крови, что течет в жилах живых существ...
Кажется, я все же потеряла сознание, не в силах совладать с этим океаном ощущений.
Глава 29
Я открыла глаза и увидела солнечный круг, просвечивающий через толщу воды. Как в тот момент, когда я тонула. Я дернулась испуганно. Тело было будто не мое, чужое, онемевшее, не чувствительное. Как в тот момент, после того, как меня ужалила медуза.
Я задохнулась от воспоминаний и не смогла вдохнуть – вокруг только вода. И я ринулась вверх, к свету, к воздуху, боясь не успеть, боясь утонуть.
Я всплыла на поверхность и судорожно вздохнула. Отдышалась, потом огляделась, но увидела лишь море вокруг. Никого, ничего. Дернулась, оборачиваясь. Я в открытом море.
Как...
Как... в моем видении.
Мне это приснилось? Все было так реально, но... хвост? Магия? Иной мир? Это же бред, как я могла верить в это? Кто-то видит свет в конце тоннеля, кто-то вспоминает всю свою жизнь, а я, очевидно, жила так скучно, что и вспомнить нечего, только придумать какую-то глупость. Безумие какое-то.
Я растерянно огляделась вновь по сторонам. Куда же плыть, где берег? Где береговая охрана, которая должна меня искать и спасать? Неужели никто не заметил, что я не вернулась из моря и вещи мои остались бесхозными?
Вдруг я почувствовала, что что-то сжимаю в руке, подняла кулак растерянно, с трудом заставила себя разжать сведенные судорогой пальцы.
Полу-прозрачные бело-голубые камни лежали на бледной ладони. Один маленький, с ноготь большого пальца, округлый, словно обкатанный волнами. А второй побольше, с пятирублевую монетку, округлый и плоский, в виде капли, блестящий, как новенький. И на его поверхности виден изящный рисунок чешуек с моего хвоста.
Не сон.
Свободная рука прошлась по ребрам, ощупывая сверху вниз – жаберные щели, чешуйки сперва разрозненные, мелкие и мягкие, постепенно сливающиеся на бедрах в плотный покров и... я поплавком зависла в воде и подняла вверх ступни... нет, не ступни, хвостовой плавник.
Я русалка.
Огляделась растерянно. Куда это меня занесло? И сколько времени прошло? Что это вообще было? Мне казалось, я умираю от обилия силы, а потом... Как я это сделала? Куда выпустила силу?.. Нет, не я выпустила. Я растворилась в ней, в ней и в стихии. Я будто знала все, чувствовала все и сразу... я тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Это было слишком для меня, я всего лишь человек, а не воплощенная стихия.
Я вновь посмотрела на свой камешек. А ведь он не из осколка купола храма. И не из тела Кракена. Это мой камень, я его создала, он воплотил в себе ту силу, что образовалась после боя с ураганом. Такой крошечный, в голове не укладывается, как же древние русалки сумели построить целый огромный купол, если для каждого маленького камешка нужно пройти через такое?
А пока, надо было вернуть все на свои места.
Я нырнула в воду и активировала магию. Мне не нужно было знать, где я нахожусь, чтобы течение само принесло меня к древнему храму. Его свечение в темноте подводных глубин успокаивало.
