Я посмотрела на незнакомца с уважением. Похоже, он немного разбирался в этих наших колдовских штучках. А значит, не дурак как минимум.
— А ты что забыл в этих горах? — с вызовом спросила я.
— Я-то? А я легенду услышал, что тут дух зимы живёт. Или холода? Или дракон? Я так и не понял, если честно. Решил сходить поискать. Говорят, он почти у самой вершины пика облюбовал себе пещеру, соорудил логово. Я слышал, что если у духа зимы выпросить льда, то он целое лето не растает, а будет охлаждать всё вокруг. Только подумай, как можно заработать, если продать это чудо алхимикам. Им же вечно надо то разогреть, то остудить…
Ясно. Ещё один искатель лёгкой наживы. Впрочем, не такая уж она и лёгкая, если так подумать.
— А ты, ведьма, зачем в горы идёшь? Вон же рядом совершенно нормальная не заснеженная сторона.
— А мне тоже сюда надо. К этому духу. Он нам снег зажал, — фыркнула я. — Так что, кажется, идти нам вместе. Всеми богами тебя заклинаю, давай уже закроем рты и пойдём? Вечером поговорим, если тебе так неймётся.
— Какая ты суровая. Так села бы на метлу и сразу бы долетела быстро.
Я тяжело вздохнула.
— Есть ритуалы, которые нужно соблюдать. Хочешь добраться до духа? Иди своими ногами. Как он тебе в небе испытания даст и проверит, что ты достойна.
— А ты, значит, готова к испытаниям? — с усмешкой спросил незнакомец. — Ну.. пошли тогда, что ли, вместе. А то ещё помрёшь тут, молодая ведьма, будет грустно.
— Тебе-то? Ты меня даже не знаешь.
— А что, для того, чтобы грустить из-за чьей-то преждевременной кончины обязательно нужно его знать? — спросил он. — Ну тогда давай знакомиться. Я Шийлас.
— Сильвия, — коротко ответила я и пожала протянутую руку.
И, хвала всем богам, дальнейший наш путь продолжился в тишине. Шийлас шёл сзади, насвистывал, напевал под нос, иногда даже пел в голос на незнакомом мне языке, но это не так сильно раздражало, как его неугомонная болтовня.
Сильвия
Когда я раньше бродила по этим горам, всё было проще. То ли дело в том, что я забиралась сюда в разгар лета, то ли в том, что дух действительно решил меня испытать, но когда солнце начало клониться к горизонту, мы с Шийласом занялись поиском места для ночлега.
Незадолго до заката мы всё-таки нашли небольшую пещерку.
— Иди сюда, Сильвия. Ночевать будем здесь.
Уверенности новому знакомому было не занимать. Места в этой каменной щели на одного, вдвоём уже тесно. Но вряд ли мы сможем найти что-то получше, особенно с учётом того, что занималась метель.
— Ты ведь понимаешь, что мне это не очень нравится, — тихо ответила я, надеясь, что он не услышит.
Но Шийлас услышал и с неизменными интонациями то ли паяца, то ли безумного оптимиста ответил:
— Да не переживай ты так. Постелим под низ один плащ, укроемся другим, прижмёмся друг к другу, и всё будет хорошо. Да и давай будем честны: у нас нет времени на поиск дров.
Я тяжело вздохнула.
— Да. Но не кажется ли тебе, что мы слишком мало знакомы для того, чтобы ночевать под одним одеялом?
Вместо ответа он протянул мне руку, приглашая внутрь пещеры.
В потолке, словно специально для нас, была небольшая дыра. Сквозь неё вылетал воздух, а ещё было видно затянутое тучами небо. Темнело стремительно, и выходить наружу мне не хотелось совершенно.
— Мы в походе, Сильвия. Не знаю, как у вас тут принято, а там, откуда я родом, все эти заморочки цивилизации уходят на второй, а то и на третий план, когда надо выживать. Ветер студёный. Конечно, вряд ли ты замёрзнешь насмерть, но простудиться может запросто. А у тебя, кажется, великая цель.
Я нехотя согласно кивнула.
— Ладно. Но нам надо как-то закрыть вход. Знаешь что… а давай я чуть разогрею снег и попробуем сделать что-то вроде двери? Воздуха нам и из дыры в “потолке” хватит.
Шийлас удивлённо на меня посмотрел, а потом радостно закивал.
— Слушай, неплохая идея. А ты только снег можешь чуть прогреть или и камни тоже?
Я задумалась, а потом уверенно кивнула.
— Всё могу. Только с камнем поработать немного нужно будет. Я взяла рунные чернила, так что всё сделаю. Ты хочешь грелку под спину?
— Да. Всё-таки если есть возможность пользоваться даром ведьмы, я предпочту не отказывать себе в такой малости… или это не малость? — резко посерьёзнев, уточнил он.
— Может и не малость, но мы сейчас, кхм… почти что в одной лодке, в одной пещере. Нужно как-то сосуществовать и добиваться целей.
— Да, ты права. Но мне не хочется быть обузой ведьме.
— А не для того ли ведьмам даны силы, чтобы они помогали преодолеть трудности.
— Те ли трудности, которые ведьма сама себе придумала, — раздалось недовольное ворчание, и из сумки вылезла Искрик.
— Ух ты, какая прелесть! — заметил Шийлас.
— Я не прелесть! Я гордый фамильяр ведьмы. И имя у меня соответствующее: Искрящий Ужас Зимы.
Я тяжело вздохнула.
— Искрик, пожалуйста, хватит.
Фамильяр встал на задние лапы и недовольно зашипел:
— Да как ты смеешь, женщина, общаться со мной в таком неуважительном тоне при посторонних!
Я усмехнулась в кулак.
— Да ладно тебе, тут все свои. И вообще, как тебя уважать, если ты всю дорогу продрых.
— Я не спал, я экономил силы, чтобы защищать тебя ночью. А то вдруг этот… — Искрик зло зыркнул в сторону Шийласа. — Приставать начнёт.
— Я? К ней?! — возмутился Шийлас.
— А что, недостаточно хороша?! — тут же пошёл в атаку фамильяр. — Ты посмотри, какая стать! Какой ровный цвет лица. Зубы как жемчужинки, а волосы словно огонь. Хочешь сказать, что она тебя не достойна?
Тут уже смеялись вместе с Шийласом.
— Ты бы определился, Ужас Зимы, чего тебе больше хочется: защищать от меня ведьму или, наоборот, сосватать её мне.
— Мы тебя недостаточно знаем, — зашипел Искрик, опустившись передо мной на все четыре лапы и выгнувшись, словно кот, и распушив хвост.
— Я бы посоветовал не делать поспешных выводов, — спокойно сказал Шийлас. — Давай обустроим место для ночлега и поужинаем. Говорят, еда сближает.
Искрик подпрыгнул и издал радостное:
— Док-док!
— Мне нужен переводчик, — растерянно заметил Шийлас.
— Он рад, — коротко констатировала я. — А теперь дайте мне немного тишины, или мы рискуем переохладиться.
Сильвия
Мне очень не хватало весёлого треска костра и искорок, поднимающихся к небу. Вместо них за тонкой импровизированной стеной бушевала вьюга. Вот тебе и “снега нет, но вы держитесь”. Он есть, есть! Только совсем не там, где нужно. Гора у Пика Виверны слишком круто уходит вверх, на ней не сделать хорошую трассу. Эх…
Мы сидели, прижавшись боками друг к другу. Искрик устроился на своеобразной “полочке” из наших соприкасающихся бёдер, повалился на спину и уснул, временами подёргивая лапкой и причмокивая.
Сквозь дыру в потолке на нас иногда сваливались мелкие, словно манная крупа, снежинки.
— Он всегда такой агрессивный?
— Искрик? — растерянно ответила я. — Нет. Он на самом деле очень ласковый, просто нервничает. Искрик домосед. Но меня одну далеко никогда не отпустит. У нас чуть скандал не вышел, когда я сказала, что собираюсь в горы.
— Но он всё-таки отправился с тобой?
— Да, — улыбнувшись, ответила я. — Он меня никогда не бросит. Хотя… как может бросить рука или нога? — растерянно уточнила я.
— Ну их может откусить медведь, — предположил Шийлас.
— Если Искрика убьют, я смогу заново его призвать. Он же не зверь в прямом смысле этого слова. Он дух. Хотя мне кажется, что Искрящийся Ужас Зимы — часть моей души. Такая, знаешь, бунтарская и выбивающаяся из стройного и гармоничного образа.
— Некоторые исследователи считают, что именно так оно и есть. Я, если честно, не всегда с ними согласен. Глядя на некоторых ведьм кажется, что их фамильяры — это просто звери, которым дали возможность говорить и чуть улучшили мозги, чтобы не совсем глупенькими были.
Я вздохнула. Да, порой именно так и кажется. Шийлас буквально снял эти слова у меня с языка.
— У нашей городской ведьмы кот такой. Его вообще обычно не видно, не слышно. И лучше бы он и не показывался, — поделилась я.
— Да ладно? — удивился Шийлас. — Коты же одни из самых популярных фамильяров. Они же и от природы умные.
— Так-то да, но от фамильяра ждёшь какого-то самовыражения, элегантности, продуманности, а там… — я махнула рукой. — Просто здоровенный чёрный кот, который говорит ровно то, что думает. А думает он иногда… совсем как зверь.
— Не повезло ведьме с таким фамильяром, — посочувствовал Шийлас.
— Знаешь, мне кажется, Беатриче и так хорошо. Я бы не выдержала, я бы сражалась за разум Искрика. Есть много ритуалов, которые помогают сделать фамильяра сильнее. Я бы не оставила всё так.
При звуках имени городской ведьмы по лицу Шийласа пробежала тень.
— Что, думаешь, не стоило бы? Но ведь другого фамильяра не добыть!
— А может, и добыть, — пробормотал мой новый знакомый. — В этом мире очень много всякого разного. Но я рад, что тебя твой фамильяр устраивает.
— А меня устраивает моя ведьма, — вклинился в разговор Искрик.
— Подслушиваешь? — шутливо спросил Шийлас и погладил фамильяра по пузу.
Тот сначала дёрнулся, но потом растянулся, мол, чеши меня, гладь, человек.
— Слежу. Как у ведьмы один фамильяр, так и у фамильяра одна ведьма. Я не позволю чему-то плохому случиться с Сильвией. Она, может быть, немного бунтарка, та ещё язва порой и иногда даже не думает о последствиях того, что делает, но в ней живёт летнее солнце, и она готова обогреть его теплом каждого, кто идёт вместе с ней.
Сильвия
Утро выдалось солнечным. Если на пик Виверны и вела какая-то тропинка, то теперь о ней не напоминало ничего: всё белым-бело, искрится так, что аж глаза слезятся. Я словно оказалась на листе идеально выбеленной бумаги, на которой кое-где начали набрасывать пейзаж простым карандашом.
— Бодрит, да? — преувеличенно бодро спросил Шийлас.
Я бросила на него полный гнева взгляд. Мой новый… эм… друг был единственным ярким пятном на весь пейзаж: красный щёгольский плащ, тёмно-синие штаны, перламутровые волосы…
— Не знаю. Пока у меня ощущение, что солнце светит прямо в мозг, — честно призналась я. — Вот вроде не лето, а слепит хуже, чем в полдень.
— Так снег же, — пожал плечами Шийлас. — Ты же его хотела. Вот, получи.
Я упёрла руки в бока и медленно, стараясь не сорваться на крик, отчеканила:
— Мне. Нужен. Снег. На. Другом. Пике. На другой части горы, понимаешь?
— Честно? Нет. Это же просто одна гора. Одинаковая. Я даже не сразу понял, где Пик Виверны, а где Пик Фрезии.
— Ты путаешь лево и право? — с усмешкой спросила я. — Ну ничего. Конечно, большинство взрослых справляются с этой задачей, но можно прожить и без этого сакрального знания, — попыталась поддеть его я.
— Вот и я так думаю, — согласился Шийлас. — Так что какая разница, на какой части снег, если он есть…
— Большая! — всё-таки рыкнула я. — У этой части гор спуск слишком крутой. Тут можно и шею сломать, знаешь ли. А от Пика Фрезии спуск плавный, ну… как минимум плавнее, — поправилась я. — И там люди могут кататься на лыжах. Знаешь, развлечение такое зимнее.
— Да, видел, — кивнул Шийлас. — Но, если честно, не совсем понимаю я этого веселья. Вот полёт — другое дело.
— Не каждый может позволить себе заплатить магу за то, чтобы тот прокатил его с ветерком, — хмыкнула я и прикрыла глаза ладонями.
Болели они уже весьма сильно. Кажется, ещё немного, и я ослепну. Нужно переждать немного, пока… пока солнце не начнёт клониться к закату.
— Люди любят всё усложнять, — заметил Шийлас. — На вот, держи.
Он вложил мне в ладонь какой-то странный прохладный предмет.
— Надевай давай, а то сейчас умоешься слезами.
Я приоткрыла глаз и рассмотрела странного вида очки, у которых были не линзы, а пластины с тонкими прорезями.
— Это ещё что такое? — удивлённо уточнила я.
— Очки. Такая вещь называется “очки”, — слегка подтрунивая надо мной, ответил Шийлас.
— Это я поняла. Они странные.
— Ну ты надевать будешь или нет? — нетерпеливо спросил мой новый знакомец.
Вздохнув, я сделала то, о чём он просил. Терять мне всё равно нечего. Вискам на мгновение стало холодно, потом кость, из которой были сделаны очки,прогрелась, и неприятное ощущение ушло. Я приоткрыла глаза и с облегчением почувствовала, что солнце больше меня не слепит.
— Ладно, раз благодарности я не дождусь, давай продолжим путь. А то можно бесконечно смотреть на заснеженные горы, но дух с них сам к тебе не спустится, знаешь ли.
— Спасибо, — тихо сказала я. — Но я же ведьма. Я просто растерялась. Можно было бы применить немного магии, и…
— И что? — удивлённо спросил Шийлас. — Это земли духа. Неужели ты думаешь, что со всеми его испытаниями можно справиться при помощи одной лишь магии?
— Смекалкой и магией можно добиться большего, чем просто магией, — парировала я. — Я даже ничего применить не успела…
— Ну, будет у тебя ещё возможность доказать, что не так проста, как кажешься на первый взгляд. Тишь, тишь, а то сейчас расплачешься. И зачем я тогда отдавал тебе очки? Чтобы ты всё равно щёки из-за слёз отморозила?
Не выдержав, я его стукнула. В шутку конечно, кулаком прямо в грудь, а не в лицо, но стукнула. Как можно быть таким… Я даже слова толком подобрать не могла. Вроде бы старается, поддерживает, пытается шутить, а всё равно хочется найти какую-нибудь дубинку покрепче и хорошенько наглеца треснуть. Раз, другой, может, перестанет быть таким раздражающим.
Я понимала, что насилие — это не ответ, но совершенно ничего не могла с собой поделать.
— Всё, я привыкла. Пойдём дальше.
— Дальше — это куда? — радостно спросил Шийлас, обводя руками белоснежную пустыню.
Сильвия
Я прикрыла глаза. Я мысленно досчитала до десяти. Думаете, помогло? Ага, сейчас, три раза!
— Слушай, если я когда-нибудь тебя чем-нибудь огрею, ты не обессудь. Руки уж очень сильно чешутся.
— Ты бы к лекарю сходила, а то вдруг это чесотка или вши какие. Такие вещи надо лечить сразу, как только обнаружишь, потом сложнее будет.
Вдох, выдох. Рука сама собой потянулась к несчастному кустику, торчащему кончиками веток над снегом. Я отломила тоненький прутик, подошла к Шийлусу и в шутку приложила моё невероятно грозное оружие к его носу.
— Знаешь, шутки бывают разные. Некоторые несмешные, а некоторые оскорбительные. Вот та, что ты произнёс недавно, из последней категории. Прошу воздержаться от подобного в моём присутствии. Или я на тебя Искрика спущу.
— Ой-ой, напугали, напугали, госпожа ведьма. Но вопрос так-то серьёзный: куда дальше-то?
Я хмыкнула и покрутила веточку в руке. Она как раз очень удачно была по форме как рогатка. А значит, я не просто так покалечила растение ради удовлетворения своих низменных потребностей в отмщении. Нет! Я добыла ценный компонент для заклинания!
— Вот сейчас я тебе покажу, что такое ведьминская магия!
— Давай. Весь в нетерпении.
Я сосредоточилась, набрала в грудь побольше воздуха и прочитала заклинание. Веточку окутало серебристое свечение, я взяла её за концы-рогатки двумя руками, а третий конец начал указывать направление, чуть вибрируя в руках.
— Вот. Сейчас она нас доведёт.
— Ну… давай. Только осторожно. Это же магия, — с ласковой заботой сказал Шийлас и попытался потрепать меня по голове.
— Руку откушу! — послышалось недовольное из-под моего капюшона. — Р-р-р-р! Нельзя ведьму без разрешения трогать. Что ты как неуч какой?
— А ты что забыл в этих горах? — с вызовом спросила я.
— Я-то? А я легенду услышал, что тут дух зимы живёт. Или холода? Или дракон? Я так и не понял, если честно. Решил сходить поискать. Говорят, он почти у самой вершины пика облюбовал себе пещеру, соорудил логово. Я слышал, что если у духа зимы выпросить льда, то он целое лето не растает, а будет охлаждать всё вокруг. Только подумай, как можно заработать, если продать это чудо алхимикам. Им же вечно надо то разогреть, то остудить…
Ясно. Ещё один искатель лёгкой наживы. Впрочем, не такая уж она и лёгкая, если так подумать.
— А ты, ведьма, зачем в горы идёшь? Вон же рядом совершенно нормальная не заснеженная сторона.
— А мне тоже сюда надо. К этому духу. Он нам снег зажал, — фыркнула я. — Так что, кажется, идти нам вместе. Всеми богами тебя заклинаю, давай уже закроем рты и пойдём? Вечером поговорим, если тебе так неймётся.
— Какая ты суровая. Так села бы на метлу и сразу бы долетела быстро.
Я тяжело вздохнула.
— Есть ритуалы, которые нужно соблюдать. Хочешь добраться до духа? Иди своими ногами. Как он тебе в небе испытания даст и проверит, что ты достойна.
— А ты, значит, готова к испытаниям? — с усмешкой спросил незнакомец. — Ну.. пошли тогда, что ли, вместе. А то ещё помрёшь тут, молодая ведьма, будет грустно.
— Тебе-то? Ты меня даже не знаешь.
— А что, для того, чтобы грустить из-за чьей-то преждевременной кончины обязательно нужно его знать? — спросил он. — Ну тогда давай знакомиться. Я Шийлас.
— Сильвия, — коротко ответила я и пожала протянутую руку.
И, хвала всем богам, дальнейший наш путь продолжился в тишине. Шийлас шёл сзади, насвистывал, напевал под нос, иногда даже пел в голос на незнакомом мне языке, но это не так сильно раздражало, как его неугомонная болтовня.
ПРОДА 20.11
ГЛАВА 5
Сильвия
Когда я раньше бродила по этим горам, всё было проще. То ли дело в том, что я забиралась сюда в разгар лета, то ли в том, что дух действительно решил меня испытать, но когда солнце начало клониться к горизонту, мы с Шийласом занялись поиском места для ночлега.
Незадолго до заката мы всё-таки нашли небольшую пещерку.
— Иди сюда, Сильвия. Ночевать будем здесь.
Уверенности новому знакомому было не занимать. Места в этой каменной щели на одного, вдвоём уже тесно. Но вряд ли мы сможем найти что-то получше, особенно с учётом того, что занималась метель.
— Ты ведь понимаешь, что мне это не очень нравится, — тихо ответила я, надеясь, что он не услышит.
Но Шийлас услышал и с неизменными интонациями то ли паяца, то ли безумного оптимиста ответил:
— Да не переживай ты так. Постелим под низ один плащ, укроемся другим, прижмёмся друг к другу, и всё будет хорошо. Да и давай будем честны: у нас нет времени на поиск дров.
Я тяжело вздохнула.
— Да. Но не кажется ли тебе, что мы слишком мало знакомы для того, чтобы ночевать под одним одеялом?
Вместо ответа он протянул мне руку, приглашая внутрь пещеры.
В потолке, словно специально для нас, была небольшая дыра. Сквозь неё вылетал воздух, а ещё было видно затянутое тучами небо. Темнело стремительно, и выходить наружу мне не хотелось совершенно.
— Мы в походе, Сильвия. Не знаю, как у вас тут принято, а там, откуда я родом, все эти заморочки цивилизации уходят на второй, а то и на третий план, когда надо выживать. Ветер студёный. Конечно, вряд ли ты замёрзнешь насмерть, но простудиться может запросто. А у тебя, кажется, великая цель.
Я нехотя согласно кивнула.
— Ладно. Но нам надо как-то закрыть вход. Знаешь что… а давай я чуть разогрею снег и попробуем сделать что-то вроде двери? Воздуха нам и из дыры в “потолке” хватит.
Шийлас удивлённо на меня посмотрел, а потом радостно закивал.
— Слушай, неплохая идея. А ты только снег можешь чуть прогреть или и камни тоже?
Я задумалась, а потом уверенно кивнула.
— Всё могу. Только с камнем поработать немного нужно будет. Я взяла рунные чернила, так что всё сделаю. Ты хочешь грелку под спину?
— Да. Всё-таки если есть возможность пользоваться даром ведьмы, я предпочту не отказывать себе в такой малости… или это не малость? — резко посерьёзнев, уточнил он.
— Может и не малость, но мы сейчас, кхм… почти что в одной лодке, в одной пещере. Нужно как-то сосуществовать и добиваться целей.
— Да, ты права. Но мне не хочется быть обузой ведьме.
— А не для того ли ведьмам даны силы, чтобы они помогали преодолеть трудности.
— Те ли трудности, которые ведьма сама себе придумала, — раздалось недовольное ворчание, и из сумки вылезла Искрик.
— Ух ты, какая прелесть! — заметил Шийлас.
— Я не прелесть! Я гордый фамильяр ведьмы. И имя у меня соответствующее: Искрящий Ужас Зимы.
Я тяжело вздохнула.
— Искрик, пожалуйста, хватит.
Фамильяр встал на задние лапы и недовольно зашипел:
— Да как ты смеешь, женщина, общаться со мной в таком неуважительном тоне при посторонних!
Я усмехнулась в кулак.
— Да ладно тебе, тут все свои. И вообще, как тебя уважать, если ты всю дорогу продрых.
— Я не спал, я экономил силы, чтобы защищать тебя ночью. А то вдруг этот… — Искрик зло зыркнул в сторону Шийласа. — Приставать начнёт.
— Я? К ней?! — возмутился Шийлас.
— А что, недостаточно хороша?! — тут же пошёл в атаку фамильяр. — Ты посмотри, какая стать! Какой ровный цвет лица. Зубы как жемчужинки, а волосы словно огонь. Хочешь сказать, что она тебя не достойна?
Тут уже смеялись вместе с Шийласом.
— Ты бы определился, Ужас Зимы, чего тебе больше хочется: защищать от меня ведьму или, наоборот, сосватать её мне.
— Мы тебя недостаточно знаем, — зашипел Искрик, опустившись передо мной на все четыре лапы и выгнувшись, словно кот, и распушив хвост.
— Я бы посоветовал не делать поспешных выводов, — спокойно сказал Шийлас. — Давай обустроим место для ночлега и поужинаем. Говорят, еда сближает.
Искрик подпрыгнул и издал радостное:
— Док-док!
— Мне нужен переводчик, — растерянно заметил Шийлас.
— Он рад, — коротко констатировала я. — А теперь дайте мне немного тишины, или мы рискуем переохладиться.
ПРОДА 21.11
ГЛАВА 6
Сильвия
Мне очень не хватало весёлого треска костра и искорок, поднимающихся к небу. Вместо них за тонкой импровизированной стеной бушевала вьюга. Вот тебе и “снега нет, но вы держитесь”. Он есть, есть! Только совсем не там, где нужно. Гора у Пика Виверны слишком круто уходит вверх, на ней не сделать хорошую трассу. Эх…
Мы сидели, прижавшись боками друг к другу. Искрик устроился на своеобразной “полочке” из наших соприкасающихся бёдер, повалился на спину и уснул, временами подёргивая лапкой и причмокивая.
Сквозь дыру в потолке на нас иногда сваливались мелкие, словно манная крупа, снежинки.
— Он всегда такой агрессивный?
— Искрик? — растерянно ответила я. — Нет. Он на самом деле очень ласковый, просто нервничает. Искрик домосед. Но меня одну далеко никогда не отпустит. У нас чуть скандал не вышел, когда я сказала, что собираюсь в горы.
— Но он всё-таки отправился с тобой?
— Да, — улыбнувшись, ответила я. — Он меня никогда не бросит. Хотя… как может бросить рука или нога? — растерянно уточнила я.
— Ну их может откусить медведь, — предположил Шийлас.
— Если Искрика убьют, я смогу заново его призвать. Он же не зверь в прямом смысле этого слова. Он дух. Хотя мне кажется, что Искрящийся Ужас Зимы — часть моей души. Такая, знаешь, бунтарская и выбивающаяся из стройного и гармоничного образа.
— Некоторые исследователи считают, что именно так оно и есть. Я, если честно, не всегда с ними согласен. Глядя на некоторых ведьм кажется, что их фамильяры — это просто звери, которым дали возможность говорить и чуть улучшили мозги, чтобы не совсем глупенькими были.
Я вздохнула. Да, порой именно так и кажется. Шийлас буквально снял эти слова у меня с языка.
— У нашей городской ведьмы кот такой. Его вообще обычно не видно, не слышно. И лучше бы он и не показывался, — поделилась я.
— Да ладно? — удивился Шийлас. — Коты же одни из самых популярных фамильяров. Они же и от природы умные.
— Так-то да, но от фамильяра ждёшь какого-то самовыражения, элегантности, продуманности, а там… — я махнула рукой. — Просто здоровенный чёрный кот, который говорит ровно то, что думает. А думает он иногда… совсем как зверь.
— Не повезло ведьме с таким фамильяром, — посочувствовал Шийлас.
— Знаешь, мне кажется, Беатриче и так хорошо. Я бы не выдержала, я бы сражалась за разум Искрика. Есть много ритуалов, которые помогают сделать фамильяра сильнее. Я бы не оставила всё так.
При звуках имени городской ведьмы по лицу Шийласа пробежала тень.
— Что, думаешь, не стоило бы? Но ведь другого фамильяра не добыть!
— А может, и добыть, — пробормотал мой новый знакомый. — В этом мире очень много всякого разного. Но я рад, что тебя твой фамильяр устраивает.
— А меня устраивает моя ведьма, — вклинился в разговор Искрик.
— Подслушиваешь? — шутливо спросил Шийлас и погладил фамильяра по пузу.
Тот сначала дёрнулся, но потом растянулся, мол, чеши меня, гладь, человек.
— Слежу. Как у ведьмы один фамильяр, так и у фамильяра одна ведьма. Я не позволю чему-то плохому случиться с Сильвией. Она, может быть, немного бунтарка, та ещё язва порой и иногда даже не думает о последствиях того, что делает, но в ней живёт летнее солнце, и она готова обогреть его теплом каждого, кто идёт вместе с ней.
ПРОДА 23.11
ГЛАВА 7
Сильвия
Утро выдалось солнечным. Если на пик Виверны и вела какая-то тропинка, то теперь о ней не напоминало ничего: всё белым-бело, искрится так, что аж глаза слезятся. Я словно оказалась на листе идеально выбеленной бумаги, на которой кое-где начали набрасывать пейзаж простым карандашом.
— Бодрит, да? — преувеличенно бодро спросил Шийлас.
Я бросила на него полный гнева взгляд. Мой новый… эм… друг был единственным ярким пятном на весь пейзаж: красный щёгольский плащ, тёмно-синие штаны, перламутровые волосы…
— Не знаю. Пока у меня ощущение, что солнце светит прямо в мозг, — честно призналась я. — Вот вроде не лето, а слепит хуже, чем в полдень.
— Так снег же, — пожал плечами Шийлас. — Ты же его хотела. Вот, получи.
Я упёрла руки в бока и медленно, стараясь не сорваться на крик, отчеканила:
— Мне. Нужен. Снег. На. Другом. Пике. На другой части горы, понимаешь?
— Честно? Нет. Это же просто одна гора. Одинаковая. Я даже не сразу понял, где Пик Виверны, а где Пик Фрезии.
— Ты путаешь лево и право? — с усмешкой спросила я. — Ну ничего. Конечно, большинство взрослых справляются с этой задачей, но можно прожить и без этого сакрального знания, — попыталась поддеть его я.
— Вот и я так думаю, — согласился Шийлас. — Так что какая разница, на какой части снег, если он есть…
— Большая! — всё-таки рыкнула я. — У этой части гор спуск слишком крутой. Тут можно и шею сломать, знаешь ли. А от Пика Фрезии спуск плавный, ну… как минимум плавнее, — поправилась я. — И там люди могут кататься на лыжах. Знаешь, развлечение такое зимнее.
— Да, видел, — кивнул Шийлас. — Но, если честно, не совсем понимаю я этого веселья. Вот полёт — другое дело.
— Не каждый может позволить себе заплатить магу за то, чтобы тот прокатил его с ветерком, — хмыкнула я и прикрыла глаза ладонями.
Болели они уже весьма сильно. Кажется, ещё немного, и я ослепну. Нужно переждать немного, пока… пока солнце не начнёт клониться к закату.
— Люди любят всё усложнять, — заметил Шийлас. — На вот, держи.
Он вложил мне в ладонь какой-то странный прохладный предмет.
— Надевай давай, а то сейчас умоешься слезами.
Я приоткрыла глаз и рассмотрела странного вида очки, у которых были не линзы, а пластины с тонкими прорезями.
— Это ещё что такое? — удивлённо уточнила я.
— Очки. Такая вещь называется “очки”, — слегка подтрунивая надо мной, ответил Шийлас.
— Это я поняла. Они странные.
— Ну ты надевать будешь или нет? — нетерпеливо спросил мой новый знакомец.
Вздохнув, я сделала то, о чём он просил. Терять мне всё равно нечего. Вискам на мгновение стало холодно, потом кость, из которой были сделаны очки,прогрелась, и неприятное ощущение ушло. Я приоткрыла глаза и с облегчением почувствовала, что солнце больше меня не слепит.
— Ладно, раз благодарности я не дождусь, давай продолжим путь. А то можно бесконечно смотреть на заснеженные горы, но дух с них сам к тебе не спустится, знаешь ли.
— Спасибо, — тихо сказала я. — Но я же ведьма. Я просто растерялась. Можно было бы применить немного магии, и…
— И что? — удивлённо спросил Шийлас. — Это земли духа. Неужели ты думаешь, что со всеми его испытаниями можно справиться при помощи одной лишь магии?
— Смекалкой и магией можно добиться большего, чем просто магией, — парировала я. — Я даже ничего применить не успела…
— Ну, будет у тебя ещё возможность доказать, что не так проста, как кажешься на первый взгляд. Тишь, тишь, а то сейчас расплачешься. И зачем я тогда отдавал тебе очки? Чтобы ты всё равно щёки из-за слёз отморозила?
Не выдержав, я его стукнула. В шутку конечно, кулаком прямо в грудь, а не в лицо, но стукнула. Как можно быть таким… Я даже слова толком подобрать не могла. Вроде бы старается, поддерживает, пытается шутить, а всё равно хочется найти какую-нибудь дубинку покрепче и хорошенько наглеца треснуть. Раз, другой, может, перестанет быть таким раздражающим.
Я понимала, что насилие — это не ответ, но совершенно ничего не могла с собой поделать.
— Всё, я привыкла. Пойдём дальше.
— Дальше — это куда? — радостно спросил Шийлас, обводя руками белоснежную пустыню.
ПРОДА 25.11
ГЛАВА 8
Сильвия
Я прикрыла глаза. Я мысленно досчитала до десяти. Думаете, помогло? Ага, сейчас, три раза!
— Слушай, если я когда-нибудь тебя чем-нибудь огрею, ты не обессудь. Руки уж очень сильно чешутся.
— Ты бы к лекарю сходила, а то вдруг это чесотка или вши какие. Такие вещи надо лечить сразу, как только обнаружишь, потом сложнее будет.
Вдох, выдох. Рука сама собой потянулась к несчастному кустику, торчащему кончиками веток над снегом. Я отломила тоненький прутик, подошла к Шийлусу и в шутку приложила моё невероятно грозное оружие к его носу.
— Знаешь, шутки бывают разные. Некоторые несмешные, а некоторые оскорбительные. Вот та, что ты произнёс недавно, из последней категории. Прошу воздержаться от подобного в моём присутствии. Или я на тебя Искрика спущу.
— Ой-ой, напугали, напугали, госпожа ведьма. Но вопрос так-то серьёзный: куда дальше-то?
Я хмыкнула и покрутила веточку в руке. Она как раз очень удачно была по форме как рогатка. А значит, я не просто так покалечила растение ради удовлетворения своих низменных потребностей в отмщении. Нет! Я добыла ценный компонент для заклинания!
— Вот сейчас я тебе покажу, что такое ведьминская магия!
— Давай. Весь в нетерпении.
Я сосредоточилась, набрала в грудь побольше воздуха и прочитала заклинание. Веточку окутало серебристое свечение, я взяла её за концы-рогатки двумя руками, а третий конец начал указывать направление, чуть вибрируя в руках.
— Вот. Сейчас она нас доведёт.
— Ну… давай. Только осторожно. Это же магия, — с ласковой заботой сказал Шийлас и попытался потрепать меня по голове.
— Руку откушу! — послышалось недовольное из-под моего капюшона. — Р-р-р-р! Нельзя ведьму без разрешения трогать. Что ты как неуч какой?
