В Москве распрощались с Чертовыми и через три часа уже ехали домой.
Заждавшаяся баба Рита оглядела взрослых, повертела Миньку, уцепила внучку:
-Какие вы все красивые, загорелые, Минька вон и подрасти успел!
Старый, тебе, прям, семьдесят лет, ишь, какой огурец!
Аль, тебя там письма из Сербии дожидаются, расскажешь потом, что и как у них там. Серый тоже письмо прислал, пишет, все нормально, только по всем нам соскучился. Обещался приехать на три-четыре дня, как вы явитеся, отгулы, говорит, накопил.
Мамка выкладывала все новости:
-А у Селезня Фаня померла. Скоропостижно, удар случился, аккурат, как вы только уехали,эта змеюка приехала, мамку похоронила, а пацана лаптевского и не взяла опять, сказала, что семейную жизнь из-за него рушить не будет.
За Галой с год назад приехал мужик.
Забрать -забрал, да только маленького рыжика оставили Селезням, сейчас и бабки не стало, вот и бегал мальчонка неприкаянный.
Селезень со своим хозяйством зашивается, да и попивать стал, внимания ребенку-то не уделяет.
Пацаненок все до Зины удирает, ну Зина смотрела на все это дней пять и взяла его до себя, Селезень-то обрадовался.
А бабы гудят, все Галу-сучку осуждают. Зина Абрамовича трясет, чтобы документ ей выдал на пацана, что мать от него фактически отказалася, хочет на себя записать, собралась с бумагами-то до Редькина приехать.
Мы тама всем миром письмо и подписали, чтобы ей мальчонку-то отдали.
Жалко, такой ласковый, за Зиной хвостиком бежит, а слушается как, бабка-то говорит, боится, что она его деду отдаст.
Эх, четыре годика, а уже без отца-матери дитё.
Людка, Гешки вашего, уже заметно беременная, видать поторопился. Вовик приезжал со своими, тоже мальчишка у него, месяцев шесть, все остепнилися ваши.
Оставшиеся дни от отпуска Авера пробыли в Медведке, походили в лес за грибами, наносили много -мамка засолила полную бочку.
Пришла к ним тетя Плоня:
-Александр Борисович, я поговорить вот пришла.
-Проходите,.. э-э скажите, как вас по отчеству, не называть же вас тетя Плоня, несерьёзно?
-Да я и отвыкла от своего такого чудного имени, все Плоня и Плоня, ну, если официально, то я - Апполония Петровна.
-Ничего себе имечко, - не сдержался Авер, - я такое и не слышал, это от Апполона, похоже?
-Да вот назвали по святцам, чудно. Я что пришла-то, Борисович?Ведь поклон тебе низкий за Валька-то. Ездили мы с Пашкой к нему в часть, он у нас в Свердловске служит-то, в этой, как его, ну где спортсмены. Пашка-то сам служил пять лет назад, все облазил, осмотрел, сказал, что Вальку повезло. А и Валек-то доволен, поздоровел, поправился, возмужалый такой стал. Спасибо, что посодействовал, я ночи спать не спала, боялася, что вон, как Андрюху Бабура. Валек говорит, заниматься приходится много, но он доволен, скоро зима, опять будет на лыжах бегать, я теперь за него спокойная, глядишь и доживу до его прихода.
-Уверен, Апполония Петровна, ещё и правнуков от него дождетесь.
Саша с Серым взялись поставить стационарную теплицу, благо старых рам было много. Поставили каркас из бревен, начали прилаживать рамы, дело двигалось, Минька работал подмастерьем, был на подхвате. Подавал гвозди, всякие болты-шайбы-гайки, стучал маленьким, специальным молотком, мужики все были при деле, а Настюша потихонечку начала ходить.
Мамка сделала вывод:
-Саш, дочка твоя только снаружи, внутри - один в один Алька, такая же точно, я вот смотрю на неё, а перед глазами Алька маленькая, вот увидишь, характер точно её будет. Это Минька все твое уцепил, а эта шишига будет, ох и шустра-глаза да глазоньки за ней надо.
Так оно и вышло, у дочки шило в одном месте точно имелось, Алька ругалась, впору постромки на ребенка одевать. Ребенок ни минуты не знал покоя, ей надо было все сразу - и бежать, и что-то схватить, и дотянуться до всего, постоянно что-то падало, сыпалось, гремело.
Особенно любила Настюшка воду... и как было ругаться, когда счастливая мордаха с мокрыми рукавами и попой, смотрела на нее и ворковала:
-Мама, мамам, мама!!
-Авер, воспитывай свою копию сам. Она меня не слушается!!
Копия хитренько подлазила к папочке и умильно строила рожицы,папа сдерживая смех, старался говорить серьезно.
-Знаешь, подсолнушек, - говорил он ночью, - это будет такая хитрюга!Как вы, женщины, умеете нами, мужиками управлять, ведь только годик будет, а уже нами всеми вертит, особенно дедом.
Дед позволял ей все, Алька ругалась, он клятвенно 'обешчал ня баловать, но усё проигрывал':
-Аль, ну она як глянеть на мяне, и усё, таю я.
-Я тебе её на недельку отдам, посмотрю, как ты таять будешь.
-Э, не, она ешче не самостоятельная. От кагда сиську не станеть сосать, забяру.
Алька было заикнулась выйти на работу, но Авер категорически был против:
-Алюнь,вот перестанешь кормить, в ясли отдадим, тогда, а сейчас, ну, мала ведь совсем. Пусть твердо ходить начнет и на горшок приучится. Да и честно, я был бы рад, если б ты всегда была дома. Знаю, знаю, такое не реально, не с твоей натурой.
Алька забегала на хлебозавод, пару часиков проводила там, бегло просматривая все производства -где-то находила ошибки, где-то ругалась, где-то наоборот, хвалила.
Пятого сентября позвонил невменяемый Чертов:
-Авер... Сашка... у меня дочка и сын родились!!
-Наташка как?
-Да какие-то скобки поставили, порвалась вся - дети шли как-то с руками. Она написала, "ныряли из меня оба".
-Вес какой?
-А, дочка 2600, мужик 2700. Как назову? А не знаю, я пока ошалевший, ничё не соображаю, моя коза-дереза, малявка и двух детишек сразу родила. Боюсь я, Авер, какой из меня папа? Думаешь, смогу?Коляску вот купил, вездеход, блин, целый, но мамка говорит, чтобы не паниковал, ага, как же, трясет всего изнутри.
Тебе повезло, Минька уже большой был, а тут совсем крошечные и два!! Я, Сашка, совсем растерялся. Рад до безумия, только какой из меня отец? Ух, блин, Ванька Чертов и двое детей?
-Вань, вы же не одни, теть Оля, сестрички твои, первый месяц самый сложный. А потом все как-то само собой налаживается, сам над собой ещё смеяться будешь.
-Ох, Авер, даже в Афгане так страшно не было!!
-Думай, папанька, лучше, как деток назовешь.
-С Наташкой вроде прикидывали, пусть сама решает, как. Пишет в записке-на меня похожи!!
-Ещё бы, дорвался до молодого тела, сам же говорил - "производитель".
-Ржешь, блин?
-Радуюсь, Вань, это же вы нас догнали. А?Алюня подсказывает: когда девочка и мальчик рождаются -это Божий подарок, говорят. Гордимся вами, Чертовы! Наташке от нас самые добрые слова, дочка и сыночек - здорово!
И через неделю стояли в роддоме Ванька и две мамки, ожидая троих Чертовых. Варвара, узнав, что Наташке нельзя пока сидеть из-за швов, тут же собралась к дочке, оставив батяню на хозяйстве -'куры и поросенок, справится'.
Ванька волновался так, как никогда в жизни не волновался. Наконец открылась дверь, к ним вышли непривычно худенькая Наташка и две женщины, несущие деток.
Ванька напрягся,первая из женщин аккуратно положила ему на руки сверток, перевязанный голубой лентой:
-Поздравляю, папочка, держите своего наследника!
Ванька сглотнул, глядя на такой маленький, совсем невесомый сверток, и боялся пошевелиться. Сыночка мягко забрала из рук тёща.
-Ваня,доченьку подержи теперь!
И держал Ванька второй сверток с розовой ленточкой и, казалось, боялся дышать. Доченьку забрала вторая мамка и Ванька, наконец-то выдохнув, как хрустальную вазу обнял свою козу-дерезу.
-Спасибо, милая!
Наташка, держа в одной руке большой букет роз, другой уцепилась за его локоть. Потихоньку пошли к выходу, а там их встретили восторженными воплями остальные Чертовы.
Сестры ухватили спящих племяшек, окружили его Натаху, а Ванька все никак не мог поверить, что вот эти два свертка - его дальнейшая жизнь. Дома, развернув деток, сияющая мамуля позвала его:
-Иди, знакомься. Ваня, они вылитый ты, ты точно такой же родился, только покрупнее!!
Ванька опять замер:
-Блин, они же одинаковые,как их различать-то?
Наташка засмеялась:
-Внизу, Вань, разные, не перепутаешь. Вот это, - она как-то лихо взяла спящего младенца, - это наш сыночек, продолжатель фамилии Чертовых - Дмитрий Иванович.
Дмитрий Иванович, крепко спал, а Дарья Ивановна, наоборот, морщилась и ерзала. Распеленали мокрую Дарью и Ванька опять впал в ступор:
-Да ни в жизнь не смогу такую крошечную взять на руки, у меня такое ощущение, что мои руки, как совковые лопаты, чё делать-то будем?
-Не переживай, сынок, все сумеешь, ещё как ловко водиться научишься.
Все суетились, накрывая на стол, Ванька посадив на колени свою такую легкую Наташку, крепко обнял её и вздохнул:
-Справимся, а?
-Справимся, Вань, вон, аж две мамки рядом.
Сидел Чертов, окруженный своей теперь уже большой семьей, и все смотрел на двух крошечных спящих человечков. Немного посидев со всеми за столом, опять пошел в детскую комнату, Наташка прилегла на диван и быстро уснула, он все сидел и просто слушал спящее дыхание всех троих.
И завертелось все вокруг этих двух крошек: бабки старались помочь во всем, первые дни купали сами деток, через неделю и Наташка смело купала и пеленала их, а вот папа-боялся. После службы он мог часами сидеть возле них, наблюдая, но взять на руки??
-Не, Наташ, пусть немного подрастут, синхронисты эти.
Синхронисты же просыпались один за другим, дружно пищали, требуя или смены пеленок или поесть.
-Это чё? Так всегда и будет?
-Вань, они же близнецы. Есть такая вещь как близнецовый синдром, - поясняла старшая тетушка Татьяна, - у них всегда будет все на двоих.
-Во я дал!! А все ты, коза-дереза, так на меня действуешь, что я породистым мужиком стал. Меня на работе подкалывают, типа,на племя такого надо.
Только когда исполнился месяц его крошкам, они заметно подросли и порозовели, папаня решился брать их на руки, в его ладонях детки были как в колыбельке, и похоже, им обоим это нравилось, они дружно переставали пищать.
Мам Варя,сказала,что они очень чувствительные, а папины ладони дарят им спокойствие.
Наташка шустро управлялась с детками, много гуляла с ними, в выходные, если позволяла погода, подолгу гуляли все вчетвером, пока детки не начинали пищать, требуя мамкиного молока.
-Ох, Сашка, они такие забавные - я тут увидел, как Димулька, засыпая, улыбнулся, весь день счастливый ходил!
Авер смеялся, говоря, что они с каждым днем будут становиться все интереснее.
К трем месяцам папа Ваня, полностью освоившись, носил на руках сразу двоих своих подросших деток. А в промежутках, когда они спали и маму тоже.
Авер придя домой вечером, застал такую картину: вся его семья усердно занималась стряпней, Алька и Мишук лепили пирожки, Настька, сидя в своем высоком стульчике, тоже пыхтела, усердно катая в руках комочек теста подозрительного цвета.
-О как, Аверы все при деле?
-Что ты, истерика была долгая, пока не дали тесто, там весь стул и мося в тесте, но отобрать не дает.
-Папа, папа, смотри, это мои пирожки, совсем как у мамы получились!!
И впрямь -Мишкины пирожки имели приличный вид. Имея перед собой постоянный папин пример, ребенок во всем подражал ему, вот и с пирожками так же. Он сосредоточенно и старательно накладывал начинку и так же, не спеша, защипывал края, чтобы пирожки были красивые.
Естественно, папа первыми попробовал изделия сына, ребенок от похвалы расцвел.
Долго отмывали пирожок с Настюшей.
-Саш, мамка хоть и говорит, что я такая же была, мне думается, это будет шпанища невозможная, такое впечатление, что папа у неё как раз Ванька Чертов.
-Но-но, попрошу.!!- смеялся Авер. - А Минька на самом деле как я, гордость распирает.
Авер, видя, какой у него старательный сын, начал его учить всяким приемчикам борьбы. Самое смешное было, когда они по выходным занимались гимнастикой, кувырками, прыжками, тут же приходила-приползала дочка и как маленькая обезьянка копировала все Минькины движения, кувырок не получался, попа тянула вбок , шлепнувшись, ребенок громко возмущался, опять пытаясь сделать как братик.
Братика звала 'Ня' или 'Ня-ня', получались разные простые слова:
"Дай, на, деда, баба, неть, папака, мамака, бабака - это и собака и бабочка."
Любила смотреть книжки с картинками и любознательно тыкала пухлым пальчиком картинку:
- Етя?
Себя звала Аська. Если стукнулась где-то, бежала жаловаться -'бо-бо', чтобы подули и пожалели, ревела, только если испугалась или же сильно ушиблась.
Антоновна ругалась на неё чаще всех, у неё на кухне стоял старенький сервант, внизу хранились всякие крупы, макароны, соль и прочие припасы.
Вот где начиналось Настькино счастье, как ни следили за ней, она умудрялась успеть подобраться к любимому шкафу и запустить туда свои ручонки.
Антоновне по знакомству года два-три назад продали много гречки, про запас.
Хапнула - потом смеялась она, перебирая её, от долгого хранения завелись жучки-хрущаки.
Вот гречка и была Настькиным счастьем, она мгновенно запускала руки в крупу и с восторгом сыпала вокруг себя.
Антоновна потом дня три выгребала крупу из самых укромных уголков, и сама на себя ругалась:
-А не хапай, чё не надо, ишь, думала на много лет запастися. Ан нет, жук завелся!!
Дома успела малявка смешать сахарный песок со специями, что привез деду сосед, гостивший в Узбекистане, обожала засыпать под боком у папы или Миньки, в общем, росла Настасья Аверченко.
И только у Петьки все никак не получалось родить ребенка.
Он начал покрикивать на свою Лену, Алька услышав такое дело, тут же навтыкала ему по самое не балуйся. Отведя его подальше, она долго, с чувством, толком и расстановкой вправляла ему мозги.
-Ты совсем идиот? Чё ты на неё орешь, дебила?
-Да, Аль, у вас, вон, у всех уже дети есть, а тут!!
-А тебе в голову не пришла мысль, что может твоя вина?
-Чё это вдруг?
-Не вдруг, наивный ты мой. А у вас не бывает проблем?
Вон, моему Аверу после ранения год точно прогнозировали, что детей не будет, организм после ранения и стресса.
-О, это значит ты его распечатала?
-Распечатала, придурок! Съездите в Пермь, сдайте анализы, чтобы точно знать, в чем причина. Доорешься, и уйдет твоя Ленуська. Этого хочешь?
-Э-э-э, ты не каркай!
-А ты не будь ослом и идиотом!!
-Слышь, кровожадная ты наша, а и впрямь в Пермь ломанусь, спасибо, надоумила.
-Не, я совсем ничего не понимаю, под тридцатник дитятке, а ума ни хрена нет!!
Съездив, оба успокоились, анализы были у обоих хорошие, просто так бывает, сказали в области, меньше надо зацикливаться на такой идее и все получится.
Получилось через пару месяцев и Петька долго обнимал такую мудрую Алюню.
-Да не мудрую, придурок, обычную.
-Алька, я тебя люблю, Авер, признаюсь при тебе, вот чё бы я без неё делал?
-Дурью маялся и кровь себе и жене портил.
У деда к весне, как выразилась мамка, 'навернулись гости' - приехал любимый Цветиками дядя Ваня со своим сынишкой Ляксеем и -
"Эттот сукккин сын чаго-то припёрси?" - незабвенный папашка.
Дед бурчал, плевался:
-Но ня выгонишь жа на вулицу.!!
Ляксей, по обличью вылитый Цветик, довольно скромный мальчик, особенно по сравнению с Настюшкой, сразу же подружился с Аверами.
Заждавшаяся баба Рита оглядела взрослых, повертела Миньку, уцепила внучку:
-Какие вы все красивые, загорелые, Минька вон и подрасти успел!
Старый, тебе, прям, семьдесят лет, ишь, какой огурец!
Аль, тебя там письма из Сербии дожидаются, расскажешь потом, что и как у них там. Серый тоже письмо прислал, пишет, все нормально, только по всем нам соскучился. Обещался приехать на три-четыре дня, как вы явитеся, отгулы, говорит, накопил.
Мамка выкладывала все новости:
-А у Селезня Фаня померла. Скоропостижно, удар случился, аккурат, как вы только уехали,эта змеюка приехала, мамку похоронила, а пацана лаптевского и не взяла опять, сказала, что семейную жизнь из-за него рушить не будет.
За Галой с год назад приехал мужик.
Забрать -забрал, да только маленького рыжика оставили Селезням, сейчас и бабки не стало, вот и бегал мальчонка неприкаянный.
Селезень со своим хозяйством зашивается, да и попивать стал, внимания ребенку-то не уделяет.
Пацаненок все до Зины удирает, ну Зина смотрела на все это дней пять и взяла его до себя, Селезень-то обрадовался.
А бабы гудят, все Галу-сучку осуждают. Зина Абрамовича трясет, чтобы документ ей выдал на пацана, что мать от него фактически отказалася, хочет на себя записать, собралась с бумагами-то до Редькина приехать.
Мы тама всем миром письмо и подписали, чтобы ей мальчонку-то отдали.
Жалко, такой ласковый, за Зиной хвостиком бежит, а слушается как, бабка-то говорит, боится, что она его деду отдаст.
Эх, четыре годика, а уже без отца-матери дитё.
Людка, Гешки вашего, уже заметно беременная, видать поторопился. Вовик приезжал со своими, тоже мальчишка у него, месяцев шесть, все остепнилися ваши.
ГЛАВА 5.
Оставшиеся дни от отпуска Авера пробыли в Медведке, походили в лес за грибами, наносили много -мамка засолила полную бочку.
Пришла к ним тетя Плоня:
-Александр Борисович, я поговорить вот пришла.
-Проходите,.. э-э скажите, как вас по отчеству, не называть же вас тетя Плоня, несерьёзно?
-Да я и отвыкла от своего такого чудного имени, все Плоня и Плоня, ну, если официально, то я - Апполония Петровна.
-Ничего себе имечко, - не сдержался Авер, - я такое и не слышал, это от Апполона, похоже?
-Да вот назвали по святцам, чудно. Я что пришла-то, Борисович?Ведь поклон тебе низкий за Валька-то. Ездили мы с Пашкой к нему в часть, он у нас в Свердловске служит-то, в этой, как его, ну где спортсмены. Пашка-то сам служил пять лет назад, все облазил, осмотрел, сказал, что Вальку повезло. А и Валек-то доволен, поздоровел, поправился, возмужалый такой стал. Спасибо, что посодействовал, я ночи спать не спала, боялася, что вон, как Андрюху Бабура. Валек говорит, заниматься приходится много, но он доволен, скоро зима, опять будет на лыжах бегать, я теперь за него спокойная, глядишь и доживу до его прихода.
-Уверен, Апполония Петровна, ещё и правнуков от него дождетесь.
Саша с Серым взялись поставить стационарную теплицу, благо старых рам было много. Поставили каркас из бревен, начали прилаживать рамы, дело двигалось, Минька работал подмастерьем, был на подхвате. Подавал гвозди, всякие болты-шайбы-гайки, стучал маленьким, специальным молотком, мужики все были при деле, а Настюша потихонечку начала ходить.
Мамка сделала вывод:
-Саш, дочка твоя только снаружи, внутри - один в один Алька, такая же точно, я вот смотрю на неё, а перед глазами Алька маленькая, вот увидишь, характер точно её будет. Это Минька все твое уцепил, а эта шишига будет, ох и шустра-глаза да глазоньки за ней надо.
Так оно и вышло, у дочки шило в одном месте точно имелось, Алька ругалась, впору постромки на ребенка одевать. Ребенок ни минуты не знал покоя, ей надо было все сразу - и бежать, и что-то схватить, и дотянуться до всего, постоянно что-то падало, сыпалось, гремело.
Особенно любила Настюшка воду... и как было ругаться, когда счастливая мордаха с мокрыми рукавами и попой, смотрела на нее и ворковала:
-Мама, мамам, мама!!
-Авер, воспитывай свою копию сам. Она меня не слушается!!
Копия хитренько подлазила к папочке и умильно строила рожицы,папа сдерживая смех, старался говорить серьезно.
-Знаешь, подсолнушек, - говорил он ночью, - это будет такая хитрюга!Как вы, женщины, умеете нами, мужиками управлять, ведь только годик будет, а уже нами всеми вертит, особенно дедом.
Дед позволял ей все, Алька ругалась, он клятвенно 'обешчал ня баловать, но усё проигрывал':
-Аль, ну она як глянеть на мяне, и усё, таю я.
-Я тебе её на недельку отдам, посмотрю, как ты таять будешь.
-Э, не, она ешче не самостоятельная. От кагда сиську не станеть сосать, забяру.
Алька было заикнулась выйти на работу, но Авер категорически был против:
-Алюнь,вот перестанешь кормить, в ясли отдадим, тогда, а сейчас, ну, мала ведь совсем. Пусть твердо ходить начнет и на горшок приучится. Да и честно, я был бы рад, если б ты всегда была дома. Знаю, знаю, такое не реально, не с твоей натурой.
Алька забегала на хлебозавод, пару часиков проводила там, бегло просматривая все производства -где-то находила ошибки, где-то ругалась, где-то наоборот, хвалила.
Пятого сентября позвонил невменяемый Чертов:
-Авер... Сашка... у меня дочка и сын родились!!
-Наташка как?
-Да какие-то скобки поставили, порвалась вся - дети шли как-то с руками. Она написала, "ныряли из меня оба".
-Вес какой?
-А, дочка 2600, мужик 2700. Как назову? А не знаю, я пока ошалевший, ничё не соображаю, моя коза-дереза, малявка и двух детишек сразу родила. Боюсь я, Авер, какой из меня папа? Думаешь, смогу?Коляску вот купил, вездеход, блин, целый, но мамка говорит, чтобы не паниковал, ага, как же, трясет всего изнутри.
Тебе повезло, Минька уже большой был, а тут совсем крошечные и два!! Я, Сашка, совсем растерялся. Рад до безумия, только какой из меня отец? Ух, блин, Ванька Чертов и двое детей?
-Вань, вы же не одни, теть Оля, сестрички твои, первый месяц самый сложный. А потом все как-то само собой налаживается, сам над собой ещё смеяться будешь.
-Ох, Авер, даже в Афгане так страшно не было!!
-Думай, папанька, лучше, как деток назовешь.
-С Наташкой вроде прикидывали, пусть сама решает, как. Пишет в записке-на меня похожи!!
-Ещё бы, дорвался до молодого тела, сам же говорил - "производитель".
-Ржешь, блин?
-Радуюсь, Вань, это же вы нас догнали. А?Алюня подсказывает: когда девочка и мальчик рождаются -это Божий подарок, говорят. Гордимся вами, Чертовы! Наташке от нас самые добрые слова, дочка и сыночек - здорово!
И через неделю стояли в роддоме Ванька и две мамки, ожидая троих Чертовых. Варвара, узнав, что Наташке нельзя пока сидеть из-за швов, тут же собралась к дочке, оставив батяню на хозяйстве -'куры и поросенок, справится'.
Ванька волновался так, как никогда в жизни не волновался. Наконец открылась дверь, к ним вышли непривычно худенькая Наташка и две женщины, несущие деток.
Ванька напрягся,первая из женщин аккуратно положила ему на руки сверток, перевязанный голубой лентой:
-Поздравляю, папочка, держите своего наследника!
Ванька сглотнул, глядя на такой маленький, совсем невесомый сверток, и боялся пошевелиться. Сыночка мягко забрала из рук тёща.
-Ваня,доченьку подержи теперь!
И держал Ванька второй сверток с розовой ленточкой и, казалось, боялся дышать. Доченьку забрала вторая мамка и Ванька, наконец-то выдохнув, как хрустальную вазу обнял свою козу-дерезу.
-Спасибо, милая!
Наташка, держа в одной руке большой букет роз, другой уцепилась за его локоть. Потихоньку пошли к выходу, а там их встретили восторженными воплями остальные Чертовы.
Сестры ухватили спящих племяшек, окружили его Натаху, а Ванька все никак не мог поверить, что вот эти два свертка - его дальнейшая жизнь. Дома, развернув деток, сияющая мамуля позвала его:
-Иди, знакомься. Ваня, они вылитый ты, ты точно такой же родился, только покрупнее!!
Ванька опять замер:
-Блин, они же одинаковые,как их различать-то?
Наташка засмеялась:
-Внизу, Вань, разные, не перепутаешь. Вот это, - она как-то лихо взяла спящего младенца, - это наш сыночек, продолжатель фамилии Чертовых - Дмитрий Иванович.
Дмитрий Иванович, крепко спал, а Дарья Ивановна, наоборот, морщилась и ерзала. Распеленали мокрую Дарью и Ванька опять впал в ступор:
-Да ни в жизнь не смогу такую крошечную взять на руки, у меня такое ощущение, что мои руки, как совковые лопаты, чё делать-то будем?
-Не переживай, сынок, все сумеешь, ещё как ловко водиться научишься.
Все суетились, накрывая на стол, Ванька посадив на колени свою такую легкую Наташку, крепко обнял её и вздохнул:
-Справимся, а?
-Справимся, Вань, вон, аж две мамки рядом.
Сидел Чертов, окруженный своей теперь уже большой семьей, и все смотрел на двух крошечных спящих человечков. Немного посидев со всеми за столом, опять пошел в детскую комнату, Наташка прилегла на диван и быстро уснула, он все сидел и просто слушал спящее дыхание всех троих.
И завертелось все вокруг этих двух крошек: бабки старались помочь во всем, первые дни купали сами деток, через неделю и Наташка смело купала и пеленала их, а вот папа-боялся. После службы он мог часами сидеть возле них, наблюдая, но взять на руки??
-Не, Наташ, пусть немного подрастут, синхронисты эти.
Синхронисты же просыпались один за другим, дружно пищали, требуя или смены пеленок или поесть.
-Это чё? Так всегда и будет?
-Вань, они же близнецы. Есть такая вещь как близнецовый синдром, - поясняла старшая тетушка Татьяна, - у них всегда будет все на двоих.
-Во я дал!! А все ты, коза-дереза, так на меня действуешь, что я породистым мужиком стал. Меня на работе подкалывают, типа,на племя такого надо.
Только когда исполнился месяц его крошкам, они заметно подросли и порозовели, папаня решился брать их на руки, в его ладонях детки были как в колыбельке, и похоже, им обоим это нравилось, они дружно переставали пищать.
Мам Варя,сказала,что они очень чувствительные, а папины ладони дарят им спокойствие.
Наташка шустро управлялась с детками, много гуляла с ними, в выходные, если позволяла погода, подолгу гуляли все вчетвером, пока детки не начинали пищать, требуя мамкиного молока.
-Ох, Сашка, они такие забавные - я тут увидел, как Димулька, засыпая, улыбнулся, весь день счастливый ходил!
Авер смеялся, говоря, что они с каждым днем будут становиться все интереснее.
К трем месяцам папа Ваня, полностью освоившись, носил на руках сразу двоих своих подросших деток. А в промежутках, когда они спали и маму тоже.
Авер придя домой вечером, застал такую картину: вся его семья усердно занималась стряпней, Алька и Мишук лепили пирожки, Настька, сидя в своем высоком стульчике, тоже пыхтела, усердно катая в руках комочек теста подозрительного цвета.
-О как, Аверы все при деле?
-Что ты, истерика была долгая, пока не дали тесто, там весь стул и мося в тесте, но отобрать не дает.
-Папа, папа, смотри, это мои пирожки, совсем как у мамы получились!!
И впрямь -Мишкины пирожки имели приличный вид. Имея перед собой постоянный папин пример, ребенок во всем подражал ему, вот и с пирожками так же. Он сосредоточенно и старательно накладывал начинку и так же, не спеша, защипывал края, чтобы пирожки были красивые.
Естественно, папа первыми попробовал изделия сына, ребенок от похвалы расцвел.
Долго отмывали пирожок с Настюшей.
-Саш, мамка хоть и говорит, что я такая же была, мне думается, это будет шпанища невозможная, такое впечатление, что папа у неё как раз Ванька Чертов.
-Но-но, попрошу.!!- смеялся Авер. - А Минька на самом деле как я, гордость распирает.
Авер, видя, какой у него старательный сын, начал его учить всяким приемчикам борьбы. Самое смешное было, когда они по выходным занимались гимнастикой, кувырками, прыжками, тут же приходила-приползала дочка и как маленькая обезьянка копировала все Минькины движения, кувырок не получался, попа тянула вбок , шлепнувшись, ребенок громко возмущался, опять пытаясь сделать как братик.
Братика звала 'Ня' или 'Ня-ня', получались разные простые слова:
"Дай, на, деда, баба, неть, папака, мамака, бабака - это и собака и бабочка."
Любила смотреть книжки с картинками и любознательно тыкала пухлым пальчиком картинку:
- Етя?
Себя звала Аська. Если стукнулась где-то, бежала жаловаться -'бо-бо', чтобы подули и пожалели, ревела, только если испугалась или же сильно ушиблась.
Антоновна ругалась на неё чаще всех, у неё на кухне стоял старенький сервант, внизу хранились всякие крупы, макароны, соль и прочие припасы.
Вот где начиналось Настькино счастье, как ни следили за ней, она умудрялась успеть подобраться к любимому шкафу и запустить туда свои ручонки.
Антоновне по знакомству года два-три назад продали много гречки, про запас.
Хапнула - потом смеялась она, перебирая её, от долгого хранения завелись жучки-хрущаки.
Вот гречка и была Настькиным счастьем, она мгновенно запускала руки в крупу и с восторгом сыпала вокруг себя.
Антоновна потом дня три выгребала крупу из самых укромных уголков, и сама на себя ругалась:
-А не хапай, чё не надо, ишь, думала на много лет запастися. Ан нет, жук завелся!!
Дома успела малявка смешать сахарный песок со специями, что привез деду сосед, гостивший в Узбекистане, обожала засыпать под боком у папы или Миньки, в общем, росла Настасья Аверченко.
И только у Петьки все никак не получалось родить ребенка.
Он начал покрикивать на свою Лену, Алька услышав такое дело, тут же навтыкала ему по самое не балуйся. Отведя его подальше, она долго, с чувством, толком и расстановкой вправляла ему мозги.
-Ты совсем идиот? Чё ты на неё орешь, дебила?
-Да, Аль, у вас, вон, у всех уже дети есть, а тут!!
-А тебе в голову не пришла мысль, что может твоя вина?
-Чё это вдруг?
-Не вдруг, наивный ты мой. А у вас не бывает проблем?
Вон, моему Аверу после ранения год точно прогнозировали, что детей не будет, организм после ранения и стресса.
-О, это значит ты его распечатала?
-Распечатала, придурок! Съездите в Пермь, сдайте анализы, чтобы точно знать, в чем причина. Доорешься, и уйдет твоя Ленуська. Этого хочешь?
-Э-э-э, ты не каркай!
-А ты не будь ослом и идиотом!!
-Слышь, кровожадная ты наша, а и впрямь в Пермь ломанусь, спасибо, надоумила.
-Не, я совсем ничего не понимаю, под тридцатник дитятке, а ума ни хрена нет!!
Съездив, оба успокоились, анализы были у обоих хорошие, просто так бывает, сказали в области, меньше надо зацикливаться на такой идее и все получится.
Получилось через пару месяцев и Петька долго обнимал такую мудрую Алюню.
-Да не мудрую, придурок, обычную.
-Алька, я тебя люблю, Авер, признаюсь при тебе, вот чё бы я без неё делал?
-Дурью маялся и кровь себе и жене портил.
У деда к весне, как выразилась мамка, 'навернулись гости' - приехал любимый Цветиками дядя Ваня со своим сынишкой Ляксеем и -
"Эттот сукккин сын чаго-то припёрси?" - незабвенный папашка.
Дед бурчал, плевался:
-Но ня выгонишь жа на вулицу.!!
Ляксей, по обличью вылитый Цветик, довольно скромный мальчик, особенно по сравнению с Настюшкой, сразу же подружился с Аверами.
