- Да не, так же, - вздохнул лодочник. - Скучно мне просто. Хоть бы чем уж заняться! А река везде, на любом берегу одинакова.
- А как зовут-то тебя?
- Норахен я, Норахен.
- Хорошее название для лекарства было бы, - вполголоса заметил ангел.
- Еще какое!
Ангел понял, что дальше тянуть время разговорами нельзя, иначе к злости и сомнениям прицепится еще и страх. Он отказался от предложенной услуги, разбежался, и...
Ему казалось, он что-то ищет. Он прошел добрую сотню улиц, залез в сеть каких- то немыслимых переулков, и едва из нее выбрался. Он просто шел и шел, наворачивал круги, но мысль, что он должен что-то найти, его не отпускала. Судьбоносный порылся в своих карманах (с ума сойти, у него есть карманы!), но не нашел там ровнёхонько ничего. Что же он ищет? И почему он должен это найти?
В глаза нестерпимо светило солнце. Судьбоносный помнил и много более яркий свет, но сейчас глаза слезились, и ему постоянно приходилось щуриться. Он огляделся по сторонам. Похоже, людям солнце тоже доставляло неудобства. Многие были в приспособлениях, позволявших держать лицо в тени (он же помнил!..), а еще больше - закрывали глаза темными защитными экранами (ну как же их там?).
Он был дезориентирован, он не мог вспомнить и капли того, что он знал раньше (в этом Судьбоносный был почему-то уверен), он был голоден и устал, но именно то, что он не мог вспомнить, как называются эти два, не особо значащих, предмета, расстроило его вконец. Если бы кто-то мог коснуться его плеча, так же как он прикоснулся к той девушке, и вмиг унять все заботы! Но Судьбоносный должен был решить это сам.
Жрать хотелось жутко. Доводилось ли ему вообще до этого дня испытывать чувство голода? Как же много потребностей у людей, и все какие-то... неэффективные! Разум тянул Судьбоносного разразиться тирадой о неидеальности человеческого тела, но вполне человеческий-таки нос тянул его в сторону выставленных прямо на улице столиков.
За одним из них был еще один свободный стул, и Судьбоносный плюхнулся именно туда. Никто из компании, как водится, его и не заметил. Но, что было еще замечательнее, никто так же не заметил и того, что Судьбоносный пододвинул одну из тарелок себе, и в один миг все слопал. Он даже и не понял, а что же именно он съел. Какие-то странные палочки золотистого цвета. Но, утолив дикий голод, вторую порцию судьбоносный жевал уже более тщательно. И пришел в полный восторг! Тонкая поджаристая корочка быстро уступала зубам, а под ней ждала нежная теплая рассыпчатая мякоть... Судьбоносный даже обнаглел, и подвинул к себе уже третью порцию. Пожалуй, в этом что-то и есть, чтобы тратить время на то, чтобы насытить желудок! А, вместе с ним, и обоняние, и взгляд, и вкус... Как, говорите, это называется?
В компании все чаще и чаще мелькало слово "картошка". Причем мелькало оно в разговоре с официантом, которого торопили скорее уже принести заказ. В ответ на что тот клялся, что уже все принес, и даже тыкал на три пустые тарелки на столе. Ответ компанию совсем не устраивал, и уже назревал скандал. Хотя на него внимания все так же никто не обращал, Судьбоносный понял, что пора ретироваться.
- Спасибо, ребят! - сказал он, хотя его, конечно, никто и не услышал, и похлопал по спине ближайшего паренька.
- Да это же всего лишь картошка-фри! - услышал Судьбоносный уже у себя за спиной его голос. - Может, даже и я съел, не помню. Принесите нам просто, пожалуйста, еще!
Судьбоносный улыбнулся. Он был... как это? Доволен? Еще одно новое чувство. Одна проблема решена, вот бы еще...
На краю соседнего столика он заметил кепку (кепка!!) и солнечные очки (очки!!), кто-то их тут забыл, но будто специально для него оставил. Судьбоносный даже оглянулся, и наверх зачем-то тоже посмотрел.
Очки Судьбоносный сразу отмел. Да, солнце в них не слепит, но мир будто погрузился в сумрак, который ты всегда таскаешь с собой. А вот бейсболка ему очень понравилась. Длинный козырек давал достаточно тени, и можно было подогнать размер по голове.
- Спасибо! - еще раз сказал он в никуда.
Как ни торопился, он все же опоздал. Судьбоносный снова запутался в переплетении улиц, и, если бы не мотив той песни, он бы так и не нашел скверик с эстрадой. Но это были уже последние аккорды, и люди спешили домой.
- Эй! - окликнул его музыкант. – Я думал, ты уже и не придешь, и мне придется тебя искать!
- Как? Ты меня видишь? - изумился Судьбоносный.
- Конечно! С таким-то ростом тебя сложно не заметить. Да и... я ведь тоже - ангел.
Все в словах музыканта казалось дикостью. Должно было казаться. Ангел? Что он имеет в виду?
- Вот тут я и живу!
Музыкант открыл дверь в небольшую комнату, бережно все еще придерживая старенький чехол с гитарой на плече. - Конечно, с чертогами Града Небесного не сравнить, но...
Тут он с заговорщеским видом попытался протиснуться к окну, понял, что ноша все же мешает габаритами, и, с видимым сожалением сначала пристроил гитару в углу.
"Одеялком бы еще укрыл" - скользнуло в мозгу у Судьбоносного. Такое трогательное, будто к живому существу, отношение к инструменту вызвало у него сначала - улыбку, улыбка потянула за собой чувство дома, а чувство дома - уверенность в завтрашнем дне. Мог ли он сам к чему-то так относиться?
"Как же это все работает?", удивился, снова про себя, Судьбоносный. "Неужели можно вот это все, все эти нюансы и шероховатости - запрограммировать?"
- Вот, смотри! - музыкант, тем временем, раздвинул шторы. - Мы вовремя пришли, сейчас как раз включат.
Окно комнаты музыканта выходило на прекрасную, живописную, насыщенных цветов... выщербленную кирпичную стену. Судьбоносный с недоумением оглянулся на нового знакомого.
- Смотри! - только снова повторил тот.
Сначала это была лишь короткая вспышка, вторая, но напряжение стабилизировалось, и перед глазами раскинулся неоновый город. Высотные дома, стремящиеся ввысь шпили, арки быстрых дорог...
- Каким все это кажется знакомым! - едва дыша прошептал Судьбоносный.
- Угу! Я же говорил! - сияя глазами, затряс головой музыкант. - Почти как если смотреть на Град. Издали, - с ноткой грусти в голосе добавил он. - Иногда я все еще скучаю. Даже и не знаю, что там сейчас творится.
- Почему ты сказал, что ты ангел - тоже?
Музыкант покачал головой, взял чайник и пошел наливать воду.
- Потому что я на самом деле ангел, - донеслось из ванной. - И потому что и ты - ангел. А ты - ты ведь совсем ничего не помнишь, да?
Он снова оказался на пороге. По стенке чайника стекала капелька воды.
- Я не ангел. Я... Судьбоносный!
- Давно ты здесь?
- Пару дней.
- Всего пару дней? - музыкант оглядел Судьбоносного с головы до пят. - Ну да, - растерянно обронил он. - Понятно, что за каша у тебя в голове!
Чайник уже подпрыгивал, издавая на всю комнату булькающие звуки.
- Это так и должно быть?
- Он же кипит.
- Я знаю, что такое - кипеть, - неожиданно разозлился Судьбоносный.
- Нет, ты не знаешь. Ангелы знают, что есть такое слово - "кипеть". И знают, что есть такое - "чайник". И что этому "чайник" иногда с утверждением истинности можно присвоить состояние "кипит". А вот сейчас ты это увидел. Знание о вещах не говорит о понимании этих вещей. Поэтому ты, зная все о светофоре, так удивляешься, в первый раз увидев его на расстоянии полуметра. Это похоже на общение в социальной сети. Можно много переписываться, и думать, что ты знаешь человека, но все окажется совсем не так, если встретишь его вживую на улице.
- Какой сети?
Музыкант протянул Судьбоносному дымящуюся чашку.
- Как же так вышло, что ты тут всего пару дней? - спросил он в пустоту.
- А ты сколько?
Музыкант рассмеялся, и, чуть запоздало, спохватился:
- Ах, да! Я - Сальтар, - и протянул руку. - У людей принято так.
- Если говорить технически, я - падший ангел, - говорил музыкант три чашки кофе спустя.
- Почему - технически?
- Помнишь портал? Ты ведь тоже должен был через него пройти.
Судьбоносный задумался.
Берег.
Едва заметное движение внизу.
- Там была вода...
- Угу, - кивнул музыкант, - река. У людей про нее легенда есть. В общем, я ведь и не собирался переходить сюда. Случайность. Говоря людским языком - несчастный случай. Поскользнулся на камнях - да и упал в реку. Поэтому, технически, я - падший. Такая вот грустная шутка. Это было пять лет назад.
- Ты не можешь вернуться? - догадался Судьбоносный. Сальтар нервно дернул плечами.
- С тех пор я не видел ни одного ангела, кроме тебя.
- Я - Судьбоносный!
- А я - музыкант. Ты стал Судьбоносным, только пройдя через портал, так же как и я – стал падшим.
Но в мире людей тебе нужно имя. Давай придумаем? Мое - Сальтар - означает "прыгать", и, в общем-то, отражает то, как я появился в этом мире. По-моему, ничего так имечко для музыканта, а?
Судьбоносный ничего не ответил. Он тихонечко хлебал четвертую чашку кофе, пытаясь переварить все, что только что услышал. И вспомнить. Вспомнить!
- Смотри, - музыкант начал рассуждать вслух, - ты перешел в другую вселенную. A universo... А-юн! Как тебе?
Свежеиспеченный А-юн пожал плечами.
- Почему ты все же думаешь, что я - ангел? Да и как ты меня вообще заметил? Такое ощущение, что я тут как невидимка, или прозрачный насквозь.
- Аа, - расплылся в улыбке Сальтар, - невидимость - это дар Высшего Ангела!
- Тоже мне, дар... Погоди! Ты видел Высшего Ангела?
- Ты тоже его видел, если ты здесь, - уклончиво ответил музыкант. - Ну и на меня это свойство не распространяется, незачем просто. Я сначала даже и не поверил, что вижу другого ангела. А потом посмотрел на твои ноги!
А-юн уставился на свои лапы.
- А что с ними? Ноги - как ноги. Наверное. У тебя, вон, такие же почти!
- Вот именно. В нашем мире у нас ведь нет ног. Поэтому, чтобы было проще сохранять равновесие в этом мире, при переходе отрастают... Вот это вот. Без ласт вполне удобно плавать, я попробовал. Но с тобой, конечно, они дали жару! Дружище, два метра росту! Это ж просто гиперкомпенсация за все века, пока ты был размером с мотылька!
- Стандартный ангельский рост! - пробурчал Судьбоносный. И только чуть погодя понял, что же именно он сказал.
- Я что-то помню! Я что-то помню! - он вскочил и попытался побегать по комнате: из-за размеров свободного пространства скорее выходило кружиться на месте.
Сальтар рассмеялся и отсалютовал ему чашкой.
- Угощайся!
- А что это? Разве это не кофе?
- Так и есть! Божественный напиток! - тут он подмигнул. - Оказывает крайне благоприятное действие на ангелов.
- Может быть, удастся вспомнить, зачем я здесь.
- А меня? Меня ты совсем не помнишь? Здесь, конечно, другой облик, но – совсем? – с надеждой, и как-то очень осторожно спросил музыкант.
- То есть не в одних ногах дело? – А-юн остановился. - Ты меня знаешь?
Музыкант глубоко вздохнул, с тоской взглянул на своего гостя.
- А-юн, я - Второй. Там мы были напарниками.
- Ты поэтому мне помогаешь?
За окном, в том его крохотном кусочке, который не загораживала кирпичная стена, небо начинало светлеть. Вскоре и неоновый город моргнул пару раз - и пропал. Выключился. Сальтар задернул шторы:
- Теперь мы в мире людей. Самообман хорош лишь для ночи.
- Я просто не хочу забывать о том, кто я, - ответил он на вопрос. - Я здесь уже довольно долго. Давай спать!?
- Знаешь, - добавил А-юн уже засыпая, - "ангел Павлик" - тоже звучало бы неплохо.
С утра он не понял первым делом, это шкворчит у него в животе, или яичница. Оказалось, что и там, и там.
- Извини, - скороговоркой произнес между делом Сальтар, - что не расположил комфортнее. Твоего размера у меня в комнате только пол.
- Знал бы ты, где я предыдущую ночь провел!..
- Я могу посмотреть сводки последних землетрясений. Дружище, ты армагеддец как храпишь! - А-юн улыбнулся уже знакомому слову. - Ночью я никак не мог уснуть... Нет, не из-за этого! - музыкант тыкнул лопаточкой, которой перекладывал куски в тарелки, в сторону А-юна. - Я все думал... Это же ведь ты меня нашел. Но как, если ты ничего не помнишь?
Но Судьбоносный в этот момент был поглощен тем, как бы что-нибудь поглотить самому, и выставил указательный палец в знак того, чтобы Сальтар подождал. Умял яичницу, проигнорировав все приборы, выложенные музыкантом на стол, и только тогда смог что-то сказать. Впрочем, тоже не по теме.
- Я понял. У меня есть свой стиль еды! - музыкант, ожидавший не этого, изогнул бровь, но перебивать, впрочем, не стал. - Кто-то же ест быстро, кто-то медленно, кто-то только растительное, а вот мне всегда нужны две порции!
- Посчитаю за "спасибо", - и Сальтар подвинул А-юну свою тарелку. - Я еще сделаю.
- Сначала мне нужно просто набить живот. А вот потом... - в ход пошли столовые приборы, - потом можно не торопиться и смаковать! Очень вкусно, кстати. И, да - спасибо! - наконец поблагодарил Сальтара Судьбоносный. - А что насчет того, как я тебя нашел - я услышал мелодию. Песню, которую ты играешь последней. И пришел на звук.
Сквозь чавканье Судьбоносный услышал звук плюхнувшейся прямо в сковородку скорлупы. Сальтар стоял с выпученными глазами.
- Да быть не может! Сработало?
- Ты о чем вообще?
- Сработало!!! Получилось!!! - заорал он.
В стену застучали соседи.
- Как же ты с ними играешь? - кивнул в сторону раздавшегося стука А-юн.
Сальтар пожал плечами:
- Метроном отключаю просто. Зачем мне два метронома?
- А с песней-то что не так?
- Все так! Я писал ее как сигнал SOS к нашему миру. Я и не думал, что получится. Да, в общем-то, за столько лет ведь и не откликнулся никто. Уже и думать забыл про этот смысл песни. Просто пел ее - да и все. И тут - ты!
- Кстати, а о чем она?
- О человеке, который слишком спешит. И о нас. "Ангелы спасают всех". Вечером услышишь! А пока я хочу показать тебе одно место, - заявил Сальтар. - Ты же не против немного прокатиться?
Прокатиться, как оказалось, надо было на метро. И тут опять возникло это самое, "ведаешь, да не знаешь".
- Такое ощущение, будто у меня опять ног нет, - тихо поделился А-юн, стоя на эскалаторе. Руку приятно грел стаканчик с кофе. - Движешься, а шагов не делаешь.
- Да, похоже немного, - так же шепотом отозвался музыкант. Он был на две ступени выше, благодаря чему их головы оказались на одной высоте. Вообще, ходить по улицам и пытаться незаметно общаться с кем-то невидимым, который настолько выше тебя, было очень неудобно. - Но, знаешь, тебе-то шептать необязательно. Это на меня посмотрят, как на психа.
- Угу, - все так же тихо откликнулся Судьбоносный, - только громко отвечать на шепот вообще не получается. Что это? Какая-то диффузиорная настройка?
- Вроде того, - не сразу откликнулся Сальтар.
В вагоне музыкант кивнул на место рядом с собой.
- А если кто-то еще захочет тут сесть?
- Не захочет. Вот увидишь, - не разжимая губ промычал он.
Судьбоносный неловко пристроился на скамейке. Люди входили в вагон, смотрели на пустое, как им казалось, место, но никто, и правда, не делал и попытки присесть. И даже длинные ступни А-юна магическим образом никто не задевал.
- Когда я тут только очутился... Тут, в этом мире, я имею в виду - с некоторым усилием зашептал музыкант, едва ли не уткнувшись всем лицом в гитарный чехол, то ли для маскировки, то ли от смущения, - меня тоже никто не замечал.
- А как зовут-то тебя?
- Норахен я, Норахен.
- Хорошее название для лекарства было бы, - вполголоса заметил ангел.
- Еще какое!
Ангел понял, что дальше тянуть время разговорами нельзя, иначе к злости и сомнениям прицепится еще и страх. Он отказался от предложенной услуги, разбежался, и...
Часть 2. Музыкант
Ему казалось, он что-то ищет. Он прошел добрую сотню улиц, залез в сеть каких- то немыслимых переулков, и едва из нее выбрался. Он просто шел и шел, наворачивал круги, но мысль, что он должен что-то найти, его не отпускала. Судьбоносный порылся в своих карманах (с ума сойти, у него есть карманы!), но не нашел там ровнёхонько ничего. Что же он ищет? И почему он должен это найти?
В глаза нестерпимо светило солнце. Судьбоносный помнил и много более яркий свет, но сейчас глаза слезились, и ему постоянно приходилось щуриться. Он огляделся по сторонам. Похоже, людям солнце тоже доставляло неудобства. Многие были в приспособлениях, позволявших держать лицо в тени (он же помнил!..), а еще больше - закрывали глаза темными защитными экранами (ну как же их там?).
Он был дезориентирован, он не мог вспомнить и капли того, что он знал раньше (в этом Судьбоносный был почему-то уверен), он был голоден и устал, но именно то, что он не мог вспомнить, как называются эти два, не особо значащих, предмета, расстроило его вконец. Если бы кто-то мог коснуться его плеча, так же как он прикоснулся к той девушке, и вмиг унять все заботы! Но Судьбоносный должен был решить это сам.
Жрать хотелось жутко. Доводилось ли ему вообще до этого дня испытывать чувство голода? Как же много потребностей у людей, и все какие-то... неэффективные! Разум тянул Судьбоносного разразиться тирадой о неидеальности человеческого тела, но вполне человеческий-таки нос тянул его в сторону выставленных прямо на улице столиков.
За одним из них был еще один свободный стул, и Судьбоносный плюхнулся именно туда. Никто из компании, как водится, его и не заметил. Но, что было еще замечательнее, никто так же не заметил и того, что Судьбоносный пододвинул одну из тарелок себе, и в один миг все слопал. Он даже и не понял, а что же именно он съел. Какие-то странные палочки золотистого цвета. Но, утолив дикий голод, вторую порцию судьбоносный жевал уже более тщательно. И пришел в полный восторг! Тонкая поджаристая корочка быстро уступала зубам, а под ней ждала нежная теплая рассыпчатая мякоть... Судьбоносный даже обнаглел, и подвинул к себе уже третью порцию. Пожалуй, в этом что-то и есть, чтобы тратить время на то, чтобы насытить желудок! А, вместе с ним, и обоняние, и взгляд, и вкус... Как, говорите, это называется?
В компании все чаще и чаще мелькало слово "картошка". Причем мелькало оно в разговоре с официантом, которого торопили скорее уже принести заказ. В ответ на что тот клялся, что уже все принес, и даже тыкал на три пустые тарелки на столе. Ответ компанию совсем не устраивал, и уже назревал скандал. Хотя на него внимания все так же никто не обращал, Судьбоносный понял, что пора ретироваться.
- Спасибо, ребят! - сказал он, хотя его, конечно, никто и не услышал, и похлопал по спине ближайшего паренька.
- Да это же всего лишь картошка-фри! - услышал Судьбоносный уже у себя за спиной его голос. - Может, даже и я съел, не помню. Принесите нам просто, пожалуйста, еще!
Судьбоносный улыбнулся. Он был... как это? Доволен? Еще одно новое чувство. Одна проблема решена, вот бы еще...
На краю соседнего столика он заметил кепку (кепка!!) и солнечные очки (очки!!), кто-то их тут забыл, но будто специально для него оставил. Судьбоносный даже оглянулся, и наверх зачем-то тоже посмотрел.
Очки Судьбоносный сразу отмел. Да, солнце в них не слепит, но мир будто погрузился в сумрак, который ты всегда таскаешь с собой. А вот бейсболка ему очень понравилась. Длинный козырек давал достаточно тени, и можно было подогнать размер по голове.
- Спасибо! - еще раз сказал он в никуда.
***
Как ни торопился, он все же опоздал. Судьбоносный снова запутался в переплетении улиц, и, если бы не мотив той песни, он бы так и не нашел скверик с эстрадой. Но это были уже последние аккорды, и люди спешили домой.
- Эй! - окликнул его музыкант. – Я думал, ты уже и не придешь, и мне придется тебя искать!
- Как? Ты меня видишь? - изумился Судьбоносный.
- Конечно! С таким-то ростом тебя сложно не заметить. Да и... я ведь тоже - ангел.
Часть 3. А-юн
Все в словах музыканта казалось дикостью. Должно было казаться. Ангел? Что он имеет в виду?
- Вот тут я и живу!
Музыкант открыл дверь в небольшую комнату, бережно все еще придерживая старенький чехол с гитарой на плече. - Конечно, с чертогами Града Небесного не сравнить, но...
Тут он с заговорщеским видом попытался протиснуться к окну, понял, что ноша все же мешает габаритами, и, с видимым сожалением сначала пристроил гитару в углу.
"Одеялком бы еще укрыл" - скользнуло в мозгу у Судьбоносного. Такое трогательное, будто к живому существу, отношение к инструменту вызвало у него сначала - улыбку, улыбка потянула за собой чувство дома, а чувство дома - уверенность в завтрашнем дне. Мог ли он сам к чему-то так относиться?
"Как же это все работает?", удивился, снова про себя, Судьбоносный. "Неужели можно вот это все, все эти нюансы и шероховатости - запрограммировать?"
- Вот, смотри! - музыкант, тем временем, раздвинул шторы. - Мы вовремя пришли, сейчас как раз включат.
Окно комнаты музыканта выходило на прекрасную, живописную, насыщенных цветов... выщербленную кирпичную стену. Судьбоносный с недоумением оглянулся на нового знакомого.
- Смотри! - только снова повторил тот.
Сначала это была лишь короткая вспышка, вторая, но напряжение стабилизировалось, и перед глазами раскинулся неоновый город. Высотные дома, стремящиеся ввысь шпили, арки быстрых дорог...
- Каким все это кажется знакомым! - едва дыша прошептал Судьбоносный.
- Угу! Я же говорил! - сияя глазами, затряс головой музыкант. - Почти как если смотреть на Град. Издали, - с ноткой грусти в голосе добавил он. - Иногда я все еще скучаю. Даже и не знаю, что там сейчас творится.
- Почему ты сказал, что ты ангел - тоже?
Музыкант покачал головой, взял чайник и пошел наливать воду.
- Потому что я на самом деле ангел, - донеслось из ванной. - И потому что и ты - ангел. А ты - ты ведь совсем ничего не помнишь, да?
Он снова оказался на пороге. По стенке чайника стекала капелька воды.
- Я не ангел. Я... Судьбоносный!
- Давно ты здесь?
- Пару дней.
- Всего пару дней? - музыкант оглядел Судьбоносного с головы до пят. - Ну да, - растерянно обронил он. - Понятно, что за каша у тебя в голове!
Чайник уже подпрыгивал, издавая на всю комнату булькающие звуки.
- Это так и должно быть?
- Он же кипит.
- Я знаю, что такое - кипеть, - неожиданно разозлился Судьбоносный.
- Нет, ты не знаешь. Ангелы знают, что есть такое слово - "кипеть". И знают, что есть такое - "чайник". И что этому "чайник" иногда с утверждением истинности можно присвоить состояние "кипит". А вот сейчас ты это увидел. Знание о вещах не говорит о понимании этих вещей. Поэтому ты, зная все о светофоре, так удивляешься, в первый раз увидев его на расстоянии полуметра. Это похоже на общение в социальной сети. Можно много переписываться, и думать, что ты знаешь человека, но все окажется совсем не так, если встретишь его вживую на улице.
- Какой сети?
Музыкант протянул Судьбоносному дымящуюся чашку.
- Как же так вышло, что ты тут всего пару дней? - спросил он в пустоту.
- А ты сколько?
Музыкант рассмеялся, и, чуть запоздало, спохватился:
- Ах, да! Я - Сальтар, - и протянул руку. - У людей принято так.
***
- Если говорить технически, я - падший ангел, - говорил музыкант три чашки кофе спустя.
- Почему - технически?
- Помнишь портал? Ты ведь тоже должен был через него пройти.
Судьбоносный задумался.
Берег.
Едва заметное движение внизу.
- Там была вода...
- Угу, - кивнул музыкант, - река. У людей про нее легенда есть. В общем, я ведь и не собирался переходить сюда. Случайность. Говоря людским языком - несчастный случай. Поскользнулся на камнях - да и упал в реку. Поэтому, технически, я - падший. Такая вот грустная шутка. Это было пять лет назад.
- Ты не можешь вернуться? - догадался Судьбоносный. Сальтар нервно дернул плечами.
- С тех пор я не видел ни одного ангела, кроме тебя.
- Я - Судьбоносный!
- А я - музыкант. Ты стал Судьбоносным, только пройдя через портал, так же как и я – стал падшим.
Но в мире людей тебе нужно имя. Давай придумаем? Мое - Сальтар - означает "прыгать", и, в общем-то, отражает то, как я появился в этом мире. По-моему, ничего так имечко для музыканта, а?
Судьбоносный ничего не ответил. Он тихонечко хлебал четвертую чашку кофе, пытаясь переварить все, что только что услышал. И вспомнить. Вспомнить!
- Смотри, - музыкант начал рассуждать вслух, - ты перешел в другую вселенную. A universo... А-юн! Как тебе?
Свежеиспеченный А-юн пожал плечами.
- Почему ты все же думаешь, что я - ангел? Да и как ты меня вообще заметил? Такое ощущение, что я тут как невидимка, или прозрачный насквозь.
- Аа, - расплылся в улыбке Сальтар, - невидимость - это дар Высшего Ангела!
- Тоже мне, дар... Погоди! Ты видел Высшего Ангела?
- Ты тоже его видел, если ты здесь, - уклончиво ответил музыкант. - Ну и на меня это свойство не распространяется, незачем просто. Я сначала даже и не поверил, что вижу другого ангела. А потом посмотрел на твои ноги!
А-юн уставился на свои лапы.
- А что с ними? Ноги - как ноги. Наверное. У тебя, вон, такие же почти!
- Вот именно. В нашем мире у нас ведь нет ног. Поэтому, чтобы было проще сохранять равновесие в этом мире, при переходе отрастают... Вот это вот. Без ласт вполне удобно плавать, я попробовал. Но с тобой, конечно, они дали жару! Дружище, два метра росту! Это ж просто гиперкомпенсация за все века, пока ты был размером с мотылька!
- Стандартный ангельский рост! - пробурчал Судьбоносный. И только чуть погодя понял, что же именно он сказал.
- Я что-то помню! Я что-то помню! - он вскочил и попытался побегать по комнате: из-за размеров свободного пространства скорее выходило кружиться на месте.
Сальтар рассмеялся и отсалютовал ему чашкой.
- Угощайся!
- А что это? Разве это не кофе?
- Так и есть! Божественный напиток! - тут он подмигнул. - Оказывает крайне благоприятное действие на ангелов.
- Может быть, удастся вспомнить, зачем я здесь.
- А меня? Меня ты совсем не помнишь? Здесь, конечно, другой облик, но – совсем? – с надеждой, и как-то очень осторожно спросил музыкант.
- То есть не в одних ногах дело? – А-юн остановился. - Ты меня знаешь?
Музыкант глубоко вздохнул, с тоской взглянул на своего гостя.
- А-юн, я - Второй. Там мы были напарниками.
- Ты поэтому мне помогаешь?
За окном, в том его крохотном кусочке, который не загораживала кирпичная стена, небо начинало светлеть. Вскоре и неоновый город моргнул пару раз - и пропал. Выключился. Сальтар задернул шторы:
- Теперь мы в мире людей. Самообман хорош лишь для ночи.
- Я просто не хочу забывать о том, кто я, - ответил он на вопрос. - Я здесь уже довольно долго. Давай спать!?
- Знаешь, - добавил А-юн уже засыпая, - "ангел Павлик" - тоже звучало бы неплохо.
***
С утра он не понял первым делом, это шкворчит у него в животе, или яичница. Оказалось, что и там, и там.
- Извини, - скороговоркой произнес между делом Сальтар, - что не расположил комфортнее. Твоего размера у меня в комнате только пол.
- Знал бы ты, где я предыдущую ночь провел!..
- Я могу посмотреть сводки последних землетрясений. Дружище, ты армагеддец как храпишь! - А-юн улыбнулся уже знакомому слову. - Ночью я никак не мог уснуть... Нет, не из-за этого! - музыкант тыкнул лопаточкой, которой перекладывал куски в тарелки, в сторону А-юна. - Я все думал... Это же ведь ты меня нашел. Но как, если ты ничего не помнишь?
Но Судьбоносный в этот момент был поглощен тем, как бы что-нибудь поглотить самому, и выставил указательный палец в знак того, чтобы Сальтар подождал. Умял яичницу, проигнорировав все приборы, выложенные музыкантом на стол, и только тогда смог что-то сказать. Впрочем, тоже не по теме.
- Я понял. У меня есть свой стиль еды! - музыкант, ожидавший не этого, изогнул бровь, но перебивать, впрочем, не стал. - Кто-то же ест быстро, кто-то медленно, кто-то только растительное, а вот мне всегда нужны две порции!
- Посчитаю за "спасибо", - и Сальтар подвинул А-юну свою тарелку. - Я еще сделаю.
- Сначала мне нужно просто набить живот. А вот потом... - в ход пошли столовые приборы, - потом можно не торопиться и смаковать! Очень вкусно, кстати. И, да - спасибо! - наконец поблагодарил Сальтара Судьбоносный. - А что насчет того, как я тебя нашел - я услышал мелодию. Песню, которую ты играешь последней. И пришел на звук.
Сквозь чавканье Судьбоносный услышал звук плюхнувшейся прямо в сковородку скорлупы. Сальтар стоял с выпученными глазами.
- Да быть не может! Сработало?
- Ты о чем вообще?
- Сработало!!! Получилось!!! - заорал он.
В стену застучали соседи.
- Как же ты с ними играешь? - кивнул в сторону раздавшегося стука А-юн.
Сальтар пожал плечами:
- Метроном отключаю просто. Зачем мне два метронома?
- А с песней-то что не так?
- Все так! Я писал ее как сигнал SOS к нашему миру. Я и не думал, что получится. Да, в общем-то, за столько лет ведь и не откликнулся никто. Уже и думать забыл про этот смысл песни. Просто пел ее - да и все. И тут - ты!
- Кстати, а о чем она?
- О человеке, который слишком спешит. И о нас. "Ангелы спасают всех". Вечером услышишь! А пока я хочу показать тебе одно место, - заявил Сальтар. - Ты же не против немного прокатиться?
Часть 4. Защита Сальтара
Прокатиться, как оказалось, надо было на метро. И тут опять возникло это самое, "ведаешь, да не знаешь".
- Такое ощущение, будто у меня опять ног нет, - тихо поделился А-юн, стоя на эскалаторе. Руку приятно грел стаканчик с кофе. - Движешься, а шагов не делаешь.
- Да, похоже немного, - так же шепотом отозвался музыкант. Он был на две ступени выше, благодаря чему их головы оказались на одной высоте. Вообще, ходить по улицам и пытаться незаметно общаться с кем-то невидимым, который настолько выше тебя, было очень неудобно. - Но, знаешь, тебе-то шептать необязательно. Это на меня посмотрят, как на психа.
- Угу, - все так же тихо откликнулся Судьбоносный, - только громко отвечать на шепот вообще не получается. Что это? Какая-то диффузиорная настройка?
- Вроде того, - не сразу откликнулся Сальтар.
В вагоне музыкант кивнул на место рядом с собой.
- А если кто-то еще захочет тут сесть?
- Не захочет. Вот увидишь, - не разжимая губ промычал он.
Судьбоносный неловко пристроился на скамейке. Люди входили в вагон, смотрели на пустое, как им казалось, место, но никто, и правда, не делал и попытки присесть. И даже длинные ступни А-юна магическим образом никто не задевал.
- Когда я тут только очутился... Тут, в этом мире, я имею в виду - с некоторым усилием зашептал музыкант, едва ли не уткнувшись всем лицом в гитарный чехол, то ли для маскировки, то ли от смущения, - меня тоже никто не замечал.
