Глава 1 - Кошмар 1 - Нана
Первая чашка чая была горячая, с нежным привкусом улуна, вторая, тёплая, вызвала внезапный кашель, а у третьей почему-то был привкус крови. И напиток в крошечной белой, нефритовой чаше снова стал горячим.
Ку Ан взгляд растерянно опустил на напиток. Светло-зелёный, с нефритовым оттенком, чай стал слегка красным.
А в следующий миг – он закашлял уже невыносимо долго, резко, покрывая стол алыми разводами, да наполняя кровью собственную чашу.
- За что? – спросил, глядя на лицо бога, расползающееся между слипшихся длинных прядей.
- Ты сам виноват! – изящные пальцы ударили чашею недопитого чая по мраморной белой столешнице.
Юноша согнулся над белой столешницей, отчаянно и надрывно кашляя, заливая её кровавыми лужами. Весь мир мутнел, плыл, закрывался накидкою алой…
- Я надеюсь, что мы никогда больше с тобой не увидимся! – смутный, зеленеющий силуэт сначала вскочил, задев локтём горячий чайник. А потом с силою плеснул кипятка кашляющему в лицо.
И ушёл, расплываясь во дне кровавого марева.
Его гость завалился на бок, падая на пол и расшибая руку. Согнулся в ужасном кашле. Прошептал, едва слышно, уже на грани бездны:
- Я ещё… вернусь!
***
- Слышали про новую онлайн-игру «Игра с драконом: Заблудись в чужих кошмарах»? – оживлённо болтал Кимура, поправляя очки. – Мой троюродный брат уже играл, говорит, что графика очень реалистичная! Он даже решил изменить на месяцок-другой любимому Ворукурафуту…
Нана уныло заткнула в уши наушники, переворачивая страницу учебника.
У неё тоже был компьютер – ноутбук предки купили, чтобы им не отставать от своих коллег, у детей которых тоже были такие игрушки, ну и для помощи в учёбе – но как-то с играми компьютерными у неё не срослось. Ей куда больше нравились дорамы исторические, где были такие парни красивые, длинноволосые, которые так доблестно спасали своих девчонок из бед…
Она отвоевалась от примера уравнения, руку, не глядя, в портфель запихнула… вляпавшись во что-то холодное. С воплем отдёрнула пальцы, вскочила, опрокидывая стул. Наушники… от мобильника, на столе лежащего, вывалились, и один приземлился в ведро с водой от вымытой классной доски.
Парни и девки заржали, видя её реакцию бурную и последовавшую за тем растерянность.
А наушник… наушник попросту сдох, вместе со своим напарником.
Учебник захлопнув, запихнув мобильник в карман, прихватив на локоть сумку, Нана двинулась к выходу.
- Иди-иди! – полетело вслед от Тоёми.
- Никогда не возвращайся, придурошная! – помахал ручкою ей Такэру.
- Лучше сдохни совсем! – осклабился Ясукэ. – Я давно уже у окна сидеть хочу, дышать воздухом посвежее, греться под солнцем, а ты только занимаешь моё место!
Сжав тонкие губы и зубы, вцепившись в ручку рюкзака так, что костяшки побелели, девушка из класса выскочила. Врезавшись в сэнсэя Ватанабэ.
- Так же ж разбиться можно! – возмутился старикан, а рукою потною прижал хрупкую девочку к себе. – Бегаете как будто на вас форма уже горит, сталкиваетесь, травмируетесь… пора бы уже… - глазки сальные оглядели коридор – в обеденное время было пусто – и ручища похлопала по спине, нет, немного пониже спины. – Повзрослеть вам, а, дети?
Дрожа, Нана с усилием отчаянным от него вырвалась. Пробежала по коридору, завернула за угол. В ужасе оглянулась. Было пусто. Все обедали, разбредаясь по классам, столовке и клубам, собравшись шумными, дружными стайками. Лишь она была одна.
Путь на крышу преодолела быстро, хотя мир расползался совсем от слёз: дорога была настолько привычная. Стояла у сетки, глотая слёзы, смотря на крыши и край безучастного серого неба.
- Боги! – всхлипнула. – Я хочу уйти! Как я хочу уйти отсюда! – на колени рухнула. – Заберите меня отсюда кто-нибудь!
Но крыша была безлюдна. Сетка – такой же крепкой была, как и обычно. Сетка и крыша сжимались, обступая её…
Дрожащими руками вытащила ручку. Корпус разломала. Край острый потрогала кончиком пальца. Нет, не слишком острый. Ручку отбросила, села, прислонившись спиною к сетке, голову запрокинула.
Вывел её из расползающегося мира знакомый писк мобильника.
- Он?..
Но из пальцев дрожащих, код выстучавших, да открывших заветное письмо, мобильник девушки выдернули.
Голос мерзкого янки Ясукэ зачитал:
- Hi, Nana! I propose to meet tonight. I will be a real dragon in a scarlet and gold hanfu. My sword will help you rest… ты чо ли спишь с гайдзином, Нана-чан? Тебе дружки японских парней, что ли, не по нраву?
Девушка сжалась, моргнула.
Зря. Так за его спиною проступили лица его дружков.
Потная рука главного хулигана 3-D класса легла девушке на колено, у сбившегося подола юбки.
- Может, всё-таки не будешь предавать родину, а, Нана?
А Кимура, подпевала его, цапнул девушку вскрикнувшую за волосы.
- Не предавай родину, шлюха!
И ещё пара парней пнули её по ногам.
Если бы не звонок, то могли бы зайти ещё дальше. А так – кинулись на урок, к злобному Киёмори сэнсэю. Нет, Ясукэ неторопливо так пошёл, затягиваясь сигаретой. У лестницы обернулся к сжавшейся однокласснице:
- Ты, если вздумаешь опять поддерживать интересы родины – зови!
Рука сама собой сжалась на ручке портфеля. Страшно хотелось швырнуть ему в голову!
- Не докинешь! – осклабился красноволосый парень, затушил сигарету об гневное объявление, требующее школьникам и учителям на крыше не курить и стращавшее камерою скрытою и штрафами, с вызовом родителей. – Кишка тонка! – и лениво стал спускаться то ли по направлению к классу, то ли сбегать на улицу.
Рука бессильно сползла на холодный пол. Возле дрогнувшего телефона.
«This is a good computer game! Released last week!» - восторженно завлекал её Арэкусу из Росиа.
Тонкие пальцы погладили экран с радостно жмурящимся эмодзи.
«Может, он и гайдзин, но он – единственное, что у меня есть!» - вздохнув, Нана прижала к груди мобильник.
Кроме этого неуёмного геймера, с которым они как-то вместе рубились с монстрами и драконами в какой-то заморской онлайн-игре – и который с тех пор иногда приглашал её попробовать вдвоём какие-то новинки – она больше ни с кем не общалась.
«Может, у нас бы и случилось что, живи мы хотя бы в одной стране? А лучше – в одном городе. А ещё лучше… чтоб и правда вместе ходить по старому китайскому городу, в роскошном сиреневом ханьфу с вышитыми драконами и рубиться с драконами…» - устало сомкнула веки.
Она-то ночи три опробовала стрелялку одну немецкую. Но ещё особо не успела продвинуться…
- Зачем тебе эти палки, огнём плюющиеся, детка?
- Ась? – Нана сдвинула наушники, оторвавшись от монитора.
Роскошный, длинноволосый китаец в золотом, длинном ханьфу расселся на краешке её стола.
- Это… графика реалистичная очень! – девушка голову на бок наклонила, разглядывая его. Глаза усталые рукой протёрла, но когда вновь открыла – незнакомый красавец лет двадцати-двадцати трёх никуда не делся.
- Так зачем тебе в тесной комнатушке этой сидеть, если мы можем погулять по роскошному миру с драконами? – парень достал из узла на затылке одну из шпилек – та в его руках обернулась мечом. Он его на раскрытой ладони Нана притихшей протянул.
Лёгкий меч, с узором причудливым на клинке. С оттисками цветков сакуры на рукояти. Нана вертела меч в руках с восхищением.
- Красота-то какая!
- Так пойдём… - красавец прищурился, протягивая ей руку. – Убивать драконов?
- Ты… - глаза её расширились. – Ты пришёл на встречу в золотом ханьфу! Ты Арэкусу?! – вскочив, меч отбросила на стол – лезвие звякнуло по клавиатуре – ухватилась за запястье изящной кисти с кольцом чёрным на пальце среднем. Поморщившись, пальцы отодвинула от кольца, показавшегося ей почему-то раскалённым. Но радость захлестнула душу и мозг, лишая возможности анализировать: - Я так рада, что мы наконец-то встретились, Арэкусу!
Молодой красавец резко выдохнул. Но в следующий миг одною рукою приобнял девушку смутившуюся за плечи, а другой – вложил в её тонкие пальцы меч.
- Пойдём, поразвеемся, девочка?..
- Пойдём! – радостно улыбнулась она.
И стены раздвинулись, и в лицо плеснуло благоуханием цветов…
Они оба стояли на просторной улице древнего китайского города, на рынке шумном. И она…
- Ух ты! – вскричала девушка, разглядев ханьфу до голеней, изумрудно-зелёное, с вышитыми розовыми пионами и золотистыми, круглыми символами долголетия.
Её спутник, поморщившись, поводил краешком когтя, изящно закруглённого, в ухе. Нет, плечи легонько Нана сжав, в сторону домов, за которыми крыша огромная высилась, белая-белая, развернул.
- Вот этот храм как раз захватил очень властный демон…
- Ух ты, властный демон! Пойдём! – Нана радостно подняла меч, такой лёгкий и такой удобный, будто созданный для её ладони.
- Демон, прошу запомнить, носит белые одежды, расшитые жемчугом и серебром. Это такой Демон зимы. Он дышит на всех детей, которые ему подвернутся – и вымораживает их насмерть.
- За детей точно нужно отомстить! – радостно заявила Нана и кинулась вперёд, по широкой улице, туда, где над городом возвышался храм.
- Ну, что ж, - Ку Ан довольно улыбнулся, смотря на белую-белую высоченную крышу, - принимай подарочек, мой любезный приятель!
И неторопливо, веером из белого нефрита обмахиваясь, с красными иероглифами на пластинках, по направлению к храму двинулся.
В храме Чистых вод четверо маленьких мальчиков опустились на колени пред алтарём Бога моря, опуская подносики белые, каменные, тяжёлые, со сладостями и фруктами.
Та О как раз возник на постаменте, возле серебряной своей статуи. Служители храма, да прихожане за ними благоговейно поклонились, узрев лик главного божества города.
- Изыди, сволочь!!! – яростно проорали у порога.
Люди и бог Та О растерянно обернулись.
- Отстань от детей! – проорала какая-то девка семнадцати лет, в неприличном зелёном ханьфу до колен, с огромными разрезами, да ещё и без штанов под ним, всем демонстрирующая ноги и алые, вышитые, тряпичные туфельки – смутились даже две девы из дома «Мерцающего ночью лотоса» - да меч подняла над головой.
И, крича, на людей бросилась.
Впилилась в невидимую стену – Та О недовольно брови сдвинул, но поднялась упорно.
«Минус десять ци! - шепнул голос то ли за её спиной, то ли в её голове. – Осталось ещё семьдесят»
- Отстаньте от детей, скоты! – проорала девица, подхватывая меч, опёрлась, упираясь лезвием в деревянный лакированный пол.
Бог моря недовольно посмотрел на испорченный древний пол, с такою заботою сделанный мастерами древними, десятью, долго-долго постившимися пред этим и не касавшимися жён.
- Кто ты, о странная дева? – спросил он с божественным достоинством и спокойствием. – Я тебя чем-то обидел?
- Я – воительница Серых холмов На А! – серьёзно заявила нарушившая богослужения. – И я пришла тебя убить!
- Ты?.. – бог насмешливо приподнял изящные брови.
Ку Ан, рассевшийся на крыше, плеснул вина в маленькую чашу из яшмы с вкраплением алого какого-то камня, отпил задумчиво, прислушавшись к яростному женскому воплю снизу и воплям трёх мужчин.
- Зато ты обидел меня, Та О. Позволь же первый глоток чаши первой выпить в твою честь!
Снизу отчаянно проорал что-то мужчина. Голос более низкий, чем у того, въевшегося во тьму заледеневшего сердца ещё сколько-то столетий прежде.
- Надеюсь, вы ещё все не передохли, покуда я нашёл способ сшивать ткань разных снов?
Снизу вопль отчаянный, женский, молодой.
- Осталось тридцать ци энергии! – шепнул Ку Ан мелкой дуре и опустошил чашу.
Нана поднялась, упираясь лезвием меча в пол – у бога главного города, следившего за ней, опять дёрнулся глаз – и серьёзно выпрямилась.
- Я уведу отсюда этих бедных детей!
- Кто-нибудь, выведите отсюда эту чокнутую! – взвопил главный жрец, не вытерпев сего святотатства.
Ку Ан спрыгнул с крыши, растворившись в воздухе.
И, почти одновременно со звуком бьющегося сосуда с улицы, Нана ощутила, как ей на плечи опустились прохладные ладони.
«Это очень сильный монстр. В первом, учебном бою, новичку На А положена поддержка Стража Системы…»
- Да пошли вы все на хрен! – Нана подняла меч, перекинула в левую. – Я и сама обойдусь! – и, вскричав, бросилась на прихожан, сгрудившихся в три ряда перед алтарём, отсекла ближайшему защитнику храма голову.
Чаша с освященным вином и белым цветком хризантемы из Заповедного сада за храмом выпала из руки потрясённого Та О.
В кровавом полукруге из глотки верующего, зарезанного прямо на глазах его бога во время испорченного богослужения, ему на миг примерещилось смутно знакомое лицо с непривычно ядовитой ухмылкой.
- Ку Ан?!
А девушка, от меча которой ярко разило смутно знакомою аурой и ци, как озверевшая прорубалась сквозь ряды прихожан-защитников, приближаясь к потрясённому богу.
Глава 2 - Кошмар 2 - Алекс
В маршрутке было жутко холодно первые две остановки, пока она не заполнилась. Покуда не отогрели воздух замёршие, сонные люди. И Алекс смог откинуть голову на кресло, ненадолго уснуть…
Чтобы встряхнуло всех. Перевернуло. Чтоб кто-то отчаянно вскрикнул. И затих. Чтобы острые-острые зубы пасти чудовищной вцепились в правую руку, повыше локтя.
Худой очкарик глаза открыл. Протянулся рукою протереть линзу правую от пятна кетчупа. Только рука не сдвинулась, ответила дикой болью. И кровью. В руку впились сотни клыков. И маршрутка…
Водителя занесло на неубранной дороге. Машина перевернулась, въехала капотом в столб. Или в дерево? Через часть стекла окровавленную было не чётко видно. Молчал подозрительно водитель, грузин или таджик. Молчали напуганные люди. Другие.
Писк будильника на старом мобильнике.
«Ёпт, ещё полчаса, чтобы успеть до работы. Я должен успеть!»
Морщась, обломки стекла вытащил из окровавленного рукава старого пуховика, посеревшего от грязи, спрятал в сумку, чтобы не упали другим на морду. Морщась, слез, упал на нижний ряд и странно окаменевшую старуху. С застывшим ребёнком. Нет, взревевшим.
- Эй, бабушка… вы живы?
Женщина полная моргнула, но не двигалась.
«А им опасно оставаться здесь. Вдруг машина загорится?»
- Эй, где тот молоток, которым стекло расколошматить нужно?..
Взрослые онемели будто.
«Но если я не принесу получку, то мои сдохнут от голода. Тетя Аня, как бы ни была доброй, не обязана нас кормить, у неё своих много. Спасибо, что хоть приходит мать помыть раз в неделю»
Морщась, хватаясь целой и изрезанной рукою, добрался до водителя. Поморщился увидев изуродованное осколками лицо, одежду, кровью залитую, шею… струйку крови, чуть заставляющуюся край кожи биться.
«Ёпт, нету, кажется, времени!»
Зубы сжав, левой рукой набил номер скорой. Сказал адрес примерно: остальные пассажиры, до сих пор пребывавшие в шоковом состоянии, ни на что не годились. Протёр осторожно часть стекла в стороне от водителя. Темно. Машин не видно. Да, кажется, их занесло от дороги слишком далеко, в сторону. В кусты аллеи, судя по красно-белым веткам.
