Маленькая Кармен вот уже около часа не переставала плакать и звать маму. Гек уже места себе не находил от этих звуков.
- Как же мне надоела эта девчонка, - пробормотал он.
- Не беспокойся, если так пойдет и дальше, то скоро она исчезнет, и больше некому будет тебя нервировать, - произнес Фобло-Боу.
Генка возмущенно посмотрел на него.
- Думаешь, я хочу этого? – гневно спросил он.
Фобло пожал плечами.
- Гулять хочу, – захныкала вдруг Кармен.
- Да в этой старой развалюхе всё равно, что на улице! Ветром со всех сторон обдувает! - проворчал Генка.
- Если ты не любишь детей, то прямо так и скажи, - строго оборвала его Марина.
- Это я-то не люблю детей? – вскочил с кровати Гек и подошел к Марине, сверкая глазищами. – Это я-то не люблю детей? – повторил он, вытянув вперед шею и уставившись на девушку исподлобья. – Да мы сейчас вместе с ней пойдем в лес за ягодами! Правда, Фоб?
- Наверно, - неуверенно ответил Фобло.
- Хорошо. Только не потеряйте её там. Внимательней за ней следите. Всё-таки уже вечереет, - предупредила Марина и добавила. – А я пока поищу твой картофель и приготовлю нам завтрак.
- Ты прямо читаешь мои мысли, - улыбнулся Генка и тут остановился в задумчивости. – Упс, а как же мы пойдем? На Кармен одежда висит, как попона на зайце.
- Так придумай что-нибудь. Я-то в этом не мастак. Умишко-то у меня звериное, слабое. Это ты у нас вроде как умный, гений, на выдумки горазд… - начал было Фобло, но Гена прервал его:
- Ладно, ладно. Я, кажется, придумал.
Он вытащил из кармана нож и раскрыл лезвие.
- Ты считаешь, это выход? – озадаченно пробормотал Фобло-Боу.
- Ты будешь меня резать? – заулыбалась девочка.
- Что за ребенок? – закатил глаза Генка, хмыкнул и тоже растянулся в широкой улыбке. – Да, укорачивать.
Он обрезал джинсы Кармен до нужных размеров, вытащил ремень из своих брюк и вставил в штанишки Кармен. Потом нацепил их на ребенка и потуже затянул на тонкой талии девочки. После этого Гек нарядил ее в свою толстовку, в которой она тут же утонула. Но, в любом случае, так уже было гораздо лучше.
- Зачет! – воскликнул Фобло.
- Вот только у меня теперь джинсы сваливаться будут, - пожаловался Гена.
Они вышли на улицу.
- Марина, Пино, мы пошли, - сообщил Генка.
- О,кей, осторожней там. И возвращайтесь поскорей, пока не стемнело, - махнула им вслед рукой Марина.
- Пино, оставишь мне червяков? – попросил у липипа Фобло.
- Ладно, так уж и быть, - раздобрился тот.
Блуждая по лесу, они наткнулись на ягодную поляну. Это была земляника, сладкая, ароматная, манящая своими аппетитными красными бусинками.
- Налетай! – скомандовал Генка, и все принялись с жадностью поглощать ягоды.
И, вдруг, Генкин глаз, намётанный на распознавание всего ценного и привлекательного, заметил, что вдалеке блестит что-то интересное. Гена медленно, стараясь не делать резких движений, полусогнувшись, прокрался вперед, перелез через кусты и замер в оцепенении. Затем он осторожно опустился на землю и на карачках прополз через крапиву, не заметив, как больно она ужалила его голые руки. В таком положении он и застыл на месте.
А дело было в том, что прямо перед его носом, опущенным до самой земли, двигалась целая шеренга пятисантиметровых муравьев, тащивших в своих клешнях крупинки из чистого золота. Генкины глаза загорелись, и тут же начался приступ золотой лихорадки.
Не отрывая взгляда от насекомых, он пополз на карачках вслед за муравьями, пока, наконец, не уткнулся носом в их муравейник. О, что это был за муравейник! Он весь состоял из золотых крупинок и в высоту превышал самого Генку!
- Я богат, - прошептал Гек, не веря своему счастью, и громко закричал. – Фобло! Сюда! Быстрей! На помощь!
Бедный крылан решил, что стряслась беда, и со всех крыльев полетел на выручку, совсем позабыв о Кармен, гуляющей по полянке и распевающей детские песенки.
Когда Фобло был уже на месте, Генка, находившийся всё в той же позе на карачках, повернул к нему свое лицо, посмотрел на него безумными глазами и каким-то не своим, страшным голосом, властно произнес:
- Загребай. Загребай как можно больше золота.
- Но разве можно разорять чужие муравейники? – удивленно спросил Фобло-Боу, но Генка не слышал его.
- Помоги мне перетащить всё это в дом. Но учти – всё моё! Попробуешь стащить, я за себя не ручаюсь! Забуду, что мы когда-то были друзьями, - произнес Гек.
- Эй, что с тобой? Ты заболел? – отрывисто произнес Фобло и, если бы он умел морщиться, то обязательно сделал бы это.
- Я что тебе сказал! – крикнул Гек, трясясь от жадности, и ударил кулаком по земле. И тут ему в руку своими клешнями вцепился проползавший мимо муравей.
- А-а-а! – взвыл Генка, хватаясь за укушенную руку.
- Генка, что с тобой? Ты не умер?! Я сейчас проглочу это наглое насекомое! – подскочил к мальчику крылан.
- Причем тут насекомое?! Что ты тут делаешь, когда ты должен быть вместе с Кармен?! – грозно осведомился Генка и тут же ахнул. – Кармен?! Глупое создание! Ты оставил её одну, в лесу, совсем одну, в лесу… Я это уже говорил…
Гек хлопнул себя по лбу.
- Да, что-то ты тормозишь, - согласился Фобло-Боу.
- Это последствия золотой лихорадки. Что-то голова заболела. Да! Кармен! Бежим скорее! Где ты её оставил?!
- Там же, где и ты. На поляне.
- Давай, лети, поищи её сверху. А я побегу. А к вам я еще вернусь, - Генка погрозил муравейнику пальцем и исчез в кустах.
Он продрался через заросли, отмахиваясь от острых веток, и выпрыгнул на поляну. Но Кармен на поляне не было. Генку ждала лишь молчаливая пустота.
Мальчик бросился в панику. Он обежал все знакомые ему в лесу места, не переставая звать исчезнувшую Кармен, побывал у речки, заглянул в колодец. Но долгие поиски ни к чему не привели.
- Фоб! Фобло! – закричал Генка во все горло.
Крылан прилетел на голос и сообщил о том, что не нашел никого похожего на «маленькую девочку в оборванных штанах, затянутых на поясе ремешком, и в толстовке с капюшоном, которая ей велика».
- Хорошо, хорошо, я всё понял, - оборвал его Генка. – Пойдем. Надо рассказать остальным.
Двое разинь, Гек и Фобло, спотыкаясь и подпихивая друг друга, вышли из леса. Они остановились перед пекущей картошку Мариной и начали переминаться с ноги на ногу.
- Что случилось? – насторожилась Марина, еще не совсем понимая, что произошло, но уже подозревая что-то нехорошее.
Генка искривил ногу и стоял с ужасно глупой физиономией, виновато улыбаясь, подняв одну бровь и сложив за спиной ручки. Он, как нашкодивший ребенок, представший перед родителями, боялся реакции, которая неминуемо должна была теперь последовать.
Фобло предстал перед Мариной в не менее комичном виде. Он скрестил руки перед собой, оттопырил большие пальчики и то и дело мялся на месте, наступив пальцем одной лапы на другую.
- Где Кармен?! – в ужасе воскликнула Марина, и виноватые вздрогнули.
- Не знаю, - тихо пробормотал Генка.
- Как вы могли ее потерять?! – бушевала Марина. – Невероятно! Это уму непостижимо! Какие же вы безответственные!
Генка пожал плечами. Ему не хотелось уведомлять Марину о своей минутной слабости, которая привела в итоге к трагедии.
- Я так и знала, что вам нельзя ничего доверить! Особенно тебе, Генка! – возмущенно проговорила Марина.
- Знала и не сказала, - промямлил Гек.
- Я почти не знаю вашу Кармен, но волнуюсь за нее, наверно, больше, чем вы. Побежали скорее ее искать! Чего мы ждем-то?! Уже смеркается! – поднялся с места Пино, отправляя в рот очередную порцию свежевыкопанных скользких червей.
Друзья рассредоточились по лесу и начали поиски. Полчаса спустя они снова встретились на опушке, так никого и не обнаружив, и вдруг заметили, что вдалеке что-то голубеет. Ребята сразу же кинулись к тому месту. По мере приближения стало понятно, что это были обрезанные джинсы Кармен, рядом с которыми лежала Генкина толстовка.
- Боюсь, что уже поздно, - с отчаянием в голосе произнесла Марина и приподняла край одежды.
Под ним торчали маленькие ножки. Марина вытащила из толстовки грудного младенца и взяла на руки. Ребенок зашевелился. Девушка вздохнула с облегчением.
- Какие же вы, человеки, все-таки лысые, - высказал свое мнение Пино. – особенно, когда без одежды.
- Тебя бы самого стояло выбрить! – замахнулся на него Генка.
Марина завернула Кармен в Генкину толстовку, а тот поднял с земли обрезанные брюки, забрал свой ремень и сказал:
- Давно хотел себе джинсовые шорты. Ей-то они теперь больше не понадобятся.
- А у тебя разве ж нет? – осведомился Фобло.
- Есть, но синие. А я хотел голубые. Теперь ясно? – с вызовом посмотрел на него Гек.
- Разве вас, людей, поймешь? – пожал плечами Фобло.
Вернувшись домой, Марина села на кровать, держа на руках Кармен. Она была немного растеряна.
- Даже и не знаю, как обращаться с детьми. Опыта-то у меня нет, - призналась она.
- Как нет? А мы? – заметил крылан.
- Материнский инстинкт подскажет, - со знанием дела заявил Гек.
- Что-то пока он мне ничего не говорит, - сказала Марина.
- А он у тебя, наверно, онемел, - Генка даже засмеялся, так ему понравилась его собственная шутка.
- А твой-то, что, больно разговорчивый? – поддела его Марина.
- А я не собираюсь становиться матерью, - парировал Генка.
- Ладно, если серьезно, то я думаю, что Кармен хочет есть, - произнес липип. – Я тут знаю одну человечью деревеньку. Думаю, там можно позаимствовать молока.
- То есть украсть? – осведомился Генка.
- А это как повезет, - ответил Пино.
- Умное решение, - похвалил Фобло. – Значит, еда у ребенка будет!
- Отлично! – обрадовался Гек, и они с Пино хлопнули друг друга по ладошам.
21. НЕЗАДАЧЛИВЫЕ НЯНЬКИ
Минут через тридцать все трое были уже в той самой деревеньке. Марина, разумеется, осталась вместе с Кармен дома. Действительно, не бросать же ребенка одного?
- Давайте, пошарьте по домам. Сейчас там еще никого нет. Одни на выпасе скота, другие на сельхозработах. А ребятня гуляет да хороводы водит. Они все очень поздно домой возвращаются, - распорядился Пино.
- А ты откуда знаешь? – поинтересовался Гек. – Промышлял что ли тут?
Пино не ответил.
Фобло благополучно облетел несколько домов, не нарвавшись ни на кого из местных жителей. Но удача не всегда должна была сопутствовать ему. В одной из хибар он столкнулся нос к носу с какой-то старухой.
- Ой-и-и-и! – завизжала та. – Мутант, липип-альбинос!
И с вытаращенными глазами она понеслась разносить эту весть по всей округе.
Узрев, что за ним уже гонится целая ватага ребятни и какой-то мужик с ружьем, крылан рванул, куда глаза глядят. Возвращаться назад желания у него больше не было.
Тем временем Генка, шарясь по кустам и стараясь не привлекать к себе внимания, аккуратно заглядывал в дома, в поисках чего-то похожего на молоко. И вдруг, в одном из них, наткнулся на какого-то старика. Нет бы, чтоб побежать, а ноги его, как назло, словно бы к полу приросли. Генка замер на месте и покрылся холодной испариной.
- Что тебе здесь надо, малявка? – грозно осведомился у него старик.
Генка, не сразу взяв себя в руки, выпалил первое, что пришло ему в голову:
- С-соску!
- Зачем тебе соска?
- Р-ребенку.
- А у вас, что, в доме соски нет?
- Нет.
Старик пошарил в маленьком столике, выудил оттуда соску, подошел к Геку и воткнул ее прямо в его раззявленный рот.
- Доволен? Теперь у тебя есть соска, ребенок?
Гена испуганно закивал головой.
- Так и что стоишь? Проваливай отсюда! Да поживей! И чтоб духу твоего здесь больше не было! – закричал старик, и Генка, прошамкав «фпафибо» пулей вылетел из дома.
Лишь в том месте, где они все трое условились встретиться, он решился остановиться и перевести дух.
- Гек, почему у тебя соска во рту? – послышался тут знакомый голос Фобло.
- По кочану, - огрызнулся тот, выплюнув соску в руку.
Вскоре к ним присоединился и Пино. Ему повезло больше всех. Он раздобыл бутылку молока и простыню, и без особых приключений. Все трое отправились назад, где их с нетерпением дожидалась Марина.
***
Марина, как умела, запеленала Кармен в простыню, и вышла с ней на улицу. Там ее ждал Генка с соской в руке. Неподалеку стоял Пино с бутылкой молока наготове. Он подогрел молоко на огне и довел его до комфортной для маленького ребенка температуры.
- Где вы всё это взяли? – поинтересовалась Марина.
- Стыбзили, - ответил Гек.
- Что-что?
- Сперли, украли, своровали, стащили, умыкнули, увели. Как Вам будет угодно, - уточнил Фобло. И добавил. – Здорово я научился въезжать во все тонкости человеческого лексикона?
- Скорее, Генкиного лексикона, – заметила Марина. – Ладно, не продолжай. Я уже поняла.
Девушка опустилась на колени, пытаясь держать головку Кармен так, чтобы удобнее было её покормить, и позвала Пино:
- Пино, дай-ка бутылку. Давайте ее покормим.
- А как? Я не умею, - присел рядом с ней на траву Генка.
- Это несложно. Я придержу головку, а ты пои, - сказала Марина.
- Я только петь умею, - усмехнулся на это Гек.
- Ну, пока твои таланты не понадобятся, - заметила Марина.
Генка взял у Пино бутылку и принялся познавать уроки отцовства. Ему было немного страшно, ведь он делал это впервые. Генка очень боялся сделать что-то не так.
- Супермамаша, - поддел его Фобло-Боу.
- Молчи, пока я тебе перья не повыщипывал! – огрызнулся Гек.
Когда дело было сделано, Марина еще немного погуляла с ребенком и отправилась в дом.
- Я, пожалуй, пойду, прополощу шорты Кармен и заодно наберу нам воды, - сообщил Гена, прихватив с собой ведро.
- Хорошо, только ты сначала набери нам воды, а потом уже полощи шорты, - сказала ему в напутствие Марина.
Пино же решил еще раз посетить деревню людей и набрать побольше пеленок. Пригодятся.
Когда Генка с Фобло вернулись с реки, липип был уже на месте. И, как всегда, с добычей. Видимо, такие походы они организовывали уже не раз.
***
- Марин, как ты себя чувствуешь? – сразу же осведомился Генка, хорошенько проспавшись и продрав глаза лишь к десяти часам утра.
- Что-то голова раскалывается, - пробормотала та и, вдруг, с удивлением спросила. – А где это я? Как я здесь оказалась?
- Так ты ничего не помнишь? – с досадой произнес Гена и тут же вскочил с кровати. – Ничего-ничего?
- Что-то припоминаю, но смутно, - ответила Марина. – Ой, а откуда здесь взялся ребенок? Что это за прелестное создание?
- Ну вот, теперь тебе придется всё рассказывать заново. Как не повезло, что тебе 21, а не 15, - монотонно пробубнил Генка.
- Но мне не 21, мне 20, - возразила Марина.
- О-о-ох, - простонал Гек и стукнул себя ладонью по лбу.
Однако в скором времени память частично вернулась к Марине. Она покормила Кармен остатками молока и отправилась готовить завтрак.
Пино проснулся раньше всех. Девушка застала его во дворе выкапывающим земляных червей. Фобло маячил рядом с ним, выклянчивая себе горсточку.
Воспользовавшись тем, что он остался в доме один, Генка снял грязные штаны, нацепил шорты, получившиеся из джинсов Кармен, и подошел к ребенку.
- Утю-тю, - произнес он, помахав перед ее носом рукой. – Какая ж ты смешная, Кармен.
- Как же мне надоела эта девчонка, - пробормотал он.
- Не беспокойся, если так пойдет и дальше, то скоро она исчезнет, и больше некому будет тебя нервировать, - произнес Фобло-Боу.
Генка возмущенно посмотрел на него.
- Думаешь, я хочу этого? – гневно спросил он.
Фобло пожал плечами.
- Гулять хочу, – захныкала вдруг Кармен.
- Да в этой старой развалюхе всё равно, что на улице! Ветром со всех сторон обдувает! - проворчал Генка.
- Если ты не любишь детей, то прямо так и скажи, - строго оборвала его Марина.
- Это я-то не люблю детей? – вскочил с кровати Гек и подошел к Марине, сверкая глазищами. – Это я-то не люблю детей? – повторил он, вытянув вперед шею и уставившись на девушку исподлобья. – Да мы сейчас вместе с ней пойдем в лес за ягодами! Правда, Фоб?
- Наверно, - неуверенно ответил Фобло.
- Хорошо. Только не потеряйте её там. Внимательней за ней следите. Всё-таки уже вечереет, - предупредила Марина и добавила. – А я пока поищу твой картофель и приготовлю нам завтрак.
- Ты прямо читаешь мои мысли, - улыбнулся Генка и тут остановился в задумчивости. – Упс, а как же мы пойдем? На Кармен одежда висит, как попона на зайце.
- Так придумай что-нибудь. Я-то в этом не мастак. Умишко-то у меня звериное, слабое. Это ты у нас вроде как умный, гений, на выдумки горазд… - начал было Фобло, но Гена прервал его:
- Ладно, ладно. Я, кажется, придумал.
Он вытащил из кармана нож и раскрыл лезвие.
- Ты считаешь, это выход? – озадаченно пробормотал Фобло-Боу.
- Ты будешь меня резать? – заулыбалась девочка.
- Что за ребенок? – закатил глаза Генка, хмыкнул и тоже растянулся в широкой улыбке. – Да, укорачивать.
Он обрезал джинсы Кармен до нужных размеров, вытащил ремень из своих брюк и вставил в штанишки Кармен. Потом нацепил их на ребенка и потуже затянул на тонкой талии девочки. После этого Гек нарядил ее в свою толстовку, в которой она тут же утонула. Но, в любом случае, так уже было гораздо лучше.
- Зачет! – воскликнул Фобло.
- Вот только у меня теперь джинсы сваливаться будут, - пожаловался Гена.
Они вышли на улицу.
- Марина, Пино, мы пошли, - сообщил Генка.
- О,кей, осторожней там. И возвращайтесь поскорей, пока не стемнело, - махнула им вслед рукой Марина.
- Пино, оставишь мне червяков? – попросил у липипа Фобло.
- Ладно, так уж и быть, - раздобрился тот.
Блуждая по лесу, они наткнулись на ягодную поляну. Это была земляника, сладкая, ароматная, манящая своими аппетитными красными бусинками.
- Налетай! – скомандовал Генка, и все принялись с жадностью поглощать ягоды.
И, вдруг, Генкин глаз, намётанный на распознавание всего ценного и привлекательного, заметил, что вдалеке блестит что-то интересное. Гена медленно, стараясь не делать резких движений, полусогнувшись, прокрался вперед, перелез через кусты и замер в оцепенении. Затем он осторожно опустился на землю и на карачках прополз через крапиву, не заметив, как больно она ужалила его голые руки. В таком положении он и застыл на месте.
А дело было в том, что прямо перед его носом, опущенным до самой земли, двигалась целая шеренга пятисантиметровых муравьев, тащивших в своих клешнях крупинки из чистого золота. Генкины глаза загорелись, и тут же начался приступ золотой лихорадки.
Не отрывая взгляда от насекомых, он пополз на карачках вслед за муравьями, пока, наконец, не уткнулся носом в их муравейник. О, что это был за муравейник! Он весь состоял из золотых крупинок и в высоту превышал самого Генку!
- Я богат, - прошептал Гек, не веря своему счастью, и громко закричал. – Фобло! Сюда! Быстрей! На помощь!
Бедный крылан решил, что стряслась беда, и со всех крыльев полетел на выручку, совсем позабыв о Кармен, гуляющей по полянке и распевающей детские песенки.
Когда Фобло был уже на месте, Генка, находившийся всё в той же позе на карачках, повернул к нему свое лицо, посмотрел на него безумными глазами и каким-то не своим, страшным голосом, властно произнес:
- Загребай. Загребай как можно больше золота.
- Но разве можно разорять чужие муравейники? – удивленно спросил Фобло-Боу, но Генка не слышал его.
- Помоги мне перетащить всё это в дом. Но учти – всё моё! Попробуешь стащить, я за себя не ручаюсь! Забуду, что мы когда-то были друзьями, - произнес Гек.
- Эй, что с тобой? Ты заболел? – отрывисто произнес Фобло и, если бы он умел морщиться, то обязательно сделал бы это.
- Я что тебе сказал! – крикнул Гек, трясясь от жадности, и ударил кулаком по земле. И тут ему в руку своими клешнями вцепился проползавший мимо муравей.
- А-а-а! – взвыл Генка, хватаясь за укушенную руку.
- Генка, что с тобой? Ты не умер?! Я сейчас проглочу это наглое насекомое! – подскочил к мальчику крылан.
- Причем тут насекомое?! Что ты тут делаешь, когда ты должен быть вместе с Кармен?! – грозно осведомился Генка и тут же ахнул. – Кармен?! Глупое создание! Ты оставил её одну, в лесу, совсем одну, в лесу… Я это уже говорил…
Гек хлопнул себя по лбу.
- Да, что-то ты тормозишь, - согласился Фобло-Боу.
- Это последствия золотой лихорадки. Что-то голова заболела. Да! Кармен! Бежим скорее! Где ты её оставил?!
- Там же, где и ты. На поляне.
- Давай, лети, поищи её сверху. А я побегу. А к вам я еще вернусь, - Генка погрозил муравейнику пальцем и исчез в кустах.
Он продрался через заросли, отмахиваясь от острых веток, и выпрыгнул на поляну. Но Кармен на поляне не было. Генку ждала лишь молчаливая пустота.
Мальчик бросился в панику. Он обежал все знакомые ему в лесу места, не переставая звать исчезнувшую Кармен, побывал у речки, заглянул в колодец. Но долгие поиски ни к чему не привели.
- Фоб! Фобло! – закричал Генка во все горло.
Крылан прилетел на голос и сообщил о том, что не нашел никого похожего на «маленькую девочку в оборванных штанах, затянутых на поясе ремешком, и в толстовке с капюшоном, которая ей велика».
- Хорошо, хорошо, я всё понял, - оборвал его Генка. – Пойдем. Надо рассказать остальным.
Двое разинь, Гек и Фобло, спотыкаясь и подпихивая друг друга, вышли из леса. Они остановились перед пекущей картошку Мариной и начали переминаться с ноги на ногу.
- Что случилось? – насторожилась Марина, еще не совсем понимая, что произошло, но уже подозревая что-то нехорошее.
Генка искривил ногу и стоял с ужасно глупой физиономией, виновато улыбаясь, подняв одну бровь и сложив за спиной ручки. Он, как нашкодивший ребенок, представший перед родителями, боялся реакции, которая неминуемо должна была теперь последовать.
Фобло предстал перед Мариной в не менее комичном виде. Он скрестил руки перед собой, оттопырил большие пальчики и то и дело мялся на месте, наступив пальцем одной лапы на другую.
- Где Кармен?! – в ужасе воскликнула Марина, и виноватые вздрогнули.
- Не знаю, - тихо пробормотал Генка.
- Как вы могли ее потерять?! – бушевала Марина. – Невероятно! Это уму непостижимо! Какие же вы безответственные!
Генка пожал плечами. Ему не хотелось уведомлять Марину о своей минутной слабости, которая привела в итоге к трагедии.
- Я так и знала, что вам нельзя ничего доверить! Особенно тебе, Генка! – возмущенно проговорила Марина.
- Знала и не сказала, - промямлил Гек.
- Я почти не знаю вашу Кармен, но волнуюсь за нее, наверно, больше, чем вы. Побежали скорее ее искать! Чего мы ждем-то?! Уже смеркается! – поднялся с места Пино, отправляя в рот очередную порцию свежевыкопанных скользких червей.
Друзья рассредоточились по лесу и начали поиски. Полчаса спустя они снова встретились на опушке, так никого и не обнаружив, и вдруг заметили, что вдалеке что-то голубеет. Ребята сразу же кинулись к тому месту. По мере приближения стало понятно, что это были обрезанные джинсы Кармен, рядом с которыми лежала Генкина толстовка.
- Боюсь, что уже поздно, - с отчаянием в голосе произнесла Марина и приподняла край одежды.
Под ним торчали маленькие ножки. Марина вытащила из толстовки грудного младенца и взяла на руки. Ребенок зашевелился. Девушка вздохнула с облегчением.
- Какие же вы, человеки, все-таки лысые, - высказал свое мнение Пино. – особенно, когда без одежды.
- Тебя бы самого стояло выбрить! – замахнулся на него Генка.
Марина завернула Кармен в Генкину толстовку, а тот поднял с земли обрезанные брюки, забрал свой ремень и сказал:
- Давно хотел себе джинсовые шорты. Ей-то они теперь больше не понадобятся.
- А у тебя разве ж нет? – осведомился Фобло.
- Есть, но синие. А я хотел голубые. Теперь ясно? – с вызовом посмотрел на него Гек.
- Разве вас, людей, поймешь? – пожал плечами Фобло.
Вернувшись домой, Марина села на кровать, держа на руках Кармен. Она была немного растеряна.
- Даже и не знаю, как обращаться с детьми. Опыта-то у меня нет, - призналась она.
- Как нет? А мы? – заметил крылан.
- Материнский инстинкт подскажет, - со знанием дела заявил Гек.
- Что-то пока он мне ничего не говорит, - сказала Марина.
- А он у тебя, наверно, онемел, - Генка даже засмеялся, так ему понравилась его собственная шутка.
- А твой-то, что, больно разговорчивый? – поддела его Марина.
- А я не собираюсь становиться матерью, - парировал Генка.
- Ладно, если серьезно, то я думаю, что Кармен хочет есть, - произнес липип. – Я тут знаю одну человечью деревеньку. Думаю, там можно позаимствовать молока.
- То есть украсть? – осведомился Генка.
- А это как повезет, - ответил Пино.
- Умное решение, - похвалил Фобло. – Значит, еда у ребенка будет!
- Отлично! – обрадовался Гек, и они с Пино хлопнули друг друга по ладошам.
21. НЕЗАДАЧЛИВЫЕ НЯНЬКИ
Минут через тридцать все трое были уже в той самой деревеньке. Марина, разумеется, осталась вместе с Кармен дома. Действительно, не бросать же ребенка одного?
- Давайте, пошарьте по домам. Сейчас там еще никого нет. Одни на выпасе скота, другие на сельхозработах. А ребятня гуляет да хороводы водит. Они все очень поздно домой возвращаются, - распорядился Пино.
- А ты откуда знаешь? – поинтересовался Гек. – Промышлял что ли тут?
Пино не ответил.
Фобло благополучно облетел несколько домов, не нарвавшись ни на кого из местных жителей. Но удача не всегда должна была сопутствовать ему. В одной из хибар он столкнулся нос к носу с какой-то старухой.
- Ой-и-и-и! – завизжала та. – Мутант, липип-альбинос!
И с вытаращенными глазами она понеслась разносить эту весть по всей округе.
Узрев, что за ним уже гонится целая ватага ребятни и какой-то мужик с ружьем, крылан рванул, куда глаза глядят. Возвращаться назад желания у него больше не было.
Тем временем Генка, шарясь по кустам и стараясь не привлекать к себе внимания, аккуратно заглядывал в дома, в поисках чего-то похожего на молоко. И вдруг, в одном из них, наткнулся на какого-то старика. Нет бы, чтоб побежать, а ноги его, как назло, словно бы к полу приросли. Генка замер на месте и покрылся холодной испариной.
- Что тебе здесь надо, малявка? – грозно осведомился у него старик.
Генка, не сразу взяв себя в руки, выпалил первое, что пришло ему в голову:
- С-соску!
- Зачем тебе соска?
- Р-ребенку.
- А у вас, что, в доме соски нет?
- Нет.
Старик пошарил в маленьком столике, выудил оттуда соску, подошел к Геку и воткнул ее прямо в его раззявленный рот.
- Доволен? Теперь у тебя есть соска, ребенок?
Гена испуганно закивал головой.
- Так и что стоишь? Проваливай отсюда! Да поживей! И чтоб духу твоего здесь больше не было! – закричал старик, и Генка, прошамкав «фпафибо» пулей вылетел из дома.
Лишь в том месте, где они все трое условились встретиться, он решился остановиться и перевести дух.
- Гек, почему у тебя соска во рту? – послышался тут знакомый голос Фобло.
- По кочану, - огрызнулся тот, выплюнув соску в руку.
Вскоре к ним присоединился и Пино. Ему повезло больше всех. Он раздобыл бутылку молока и простыню, и без особых приключений. Все трое отправились назад, где их с нетерпением дожидалась Марина.
***
Марина, как умела, запеленала Кармен в простыню, и вышла с ней на улицу. Там ее ждал Генка с соской в руке. Неподалеку стоял Пино с бутылкой молока наготове. Он подогрел молоко на огне и довел его до комфортной для маленького ребенка температуры.
- Где вы всё это взяли? – поинтересовалась Марина.
- Стыбзили, - ответил Гек.
- Что-что?
- Сперли, украли, своровали, стащили, умыкнули, увели. Как Вам будет угодно, - уточнил Фобло. И добавил. – Здорово я научился въезжать во все тонкости человеческого лексикона?
- Скорее, Генкиного лексикона, – заметила Марина. – Ладно, не продолжай. Я уже поняла.
Девушка опустилась на колени, пытаясь держать головку Кармен так, чтобы удобнее было её покормить, и позвала Пино:
- Пино, дай-ка бутылку. Давайте ее покормим.
- А как? Я не умею, - присел рядом с ней на траву Генка.
- Это несложно. Я придержу головку, а ты пои, - сказала Марина.
- Я только петь умею, - усмехнулся на это Гек.
- Ну, пока твои таланты не понадобятся, - заметила Марина.
Генка взял у Пино бутылку и принялся познавать уроки отцовства. Ему было немного страшно, ведь он делал это впервые. Генка очень боялся сделать что-то не так.
- Супермамаша, - поддел его Фобло-Боу.
- Молчи, пока я тебе перья не повыщипывал! – огрызнулся Гек.
Когда дело было сделано, Марина еще немного погуляла с ребенком и отправилась в дом.
- Я, пожалуй, пойду, прополощу шорты Кармен и заодно наберу нам воды, - сообщил Гена, прихватив с собой ведро.
- Хорошо, только ты сначала набери нам воды, а потом уже полощи шорты, - сказала ему в напутствие Марина.
Пино же решил еще раз посетить деревню людей и набрать побольше пеленок. Пригодятся.
Когда Генка с Фобло вернулись с реки, липип был уже на месте. И, как всегда, с добычей. Видимо, такие походы они организовывали уже не раз.
***
- Марин, как ты себя чувствуешь? – сразу же осведомился Генка, хорошенько проспавшись и продрав глаза лишь к десяти часам утра.
- Что-то голова раскалывается, - пробормотала та и, вдруг, с удивлением спросила. – А где это я? Как я здесь оказалась?
- Так ты ничего не помнишь? – с досадой произнес Гена и тут же вскочил с кровати. – Ничего-ничего?
- Что-то припоминаю, но смутно, - ответила Марина. – Ой, а откуда здесь взялся ребенок? Что это за прелестное создание?
- Ну вот, теперь тебе придется всё рассказывать заново. Как не повезло, что тебе 21, а не 15, - монотонно пробубнил Генка.
- Но мне не 21, мне 20, - возразила Марина.
- О-о-ох, - простонал Гек и стукнул себя ладонью по лбу.
Однако в скором времени память частично вернулась к Марине. Она покормила Кармен остатками молока и отправилась готовить завтрак.
Пино проснулся раньше всех. Девушка застала его во дворе выкапывающим земляных червей. Фобло маячил рядом с ним, выклянчивая себе горсточку.
Воспользовавшись тем, что он остался в доме один, Генка снял грязные штаны, нацепил шорты, получившиеся из джинсов Кармен, и подошел к ребенку.
- Утю-тю, - произнес он, помахав перед ее носом рукой. – Какая ж ты смешная, Кармен.
