Глава 1. Драккар и Милана
Земли Приозёрного края. Осень.
Драккар
Бесконечная морось, казалось, пронизывала всё вокруг. Серое небо низко нависало над верхушками вековых сосен, смешиваясь с редким, но цепким туманом, что стелился от холодной глади озера. Мой жеребец, Скиф, ступал осторожно, почти бесшумно по влажной хвое. Мы шли по следу, который оставили после себя отступающие оборотни. Запах гари и смерти витал в воздухе, смешиваясь с терпким ароматом прелой листвы.
Я был доволен. Союз с местными баронами, уставшими от произвола вервольфов, принёс свои плоды. Клан Серых оборотней, удивительно, но это смешанный клан, был разбит, их альфа пал в бою, а его земли — огромный кусок побережья с выходом к двум рекам — теперь принадлежали мне, Драккару Тоору, предводителю клана Ледяных Драконов.
Мой народ не был рождён в этом мире. Мы пришли сюда сквозь разломы миров, спасаясь от гибели. Здесь мы нашли приют, но не нашли своего места. Нас принимали за чудовищ, боялись и ненавидели. Теперь пришло время заявить о своих правах. И этот замок, что виднелся на скалистом мысу, был первым камнем в основании нашей новой империи.
— Лагерь разбили в двух часах отсюда, — голос Хагена, моего самого верного друга и боевого товарища, вырвал меня из раздумий. — Люди устали, кони выбиваются из сил.
Я кивнул, не оборачиваясь. Хаген был моей правой рукой. Не брат по крови, но брат по духу. Мы прошли с ним сквозь разлом, потеряв по пути почти всех, кто был нам дорог. Он понимал меня с полуслова.
— Замок Озёрный, — Хаген привстал на стременах, всматриваясь в суровые, сложенные из дикого камня стены. — Говорят, его не брали ни разу за сотню лет. Род Ветровых. Ведьмы.
— Ведьмы, — усмехнулся я, поправляя на плече тяжёлый меч. — Местные шаманы, не более.
— Не скажи, — Хаген покачал головой. — Говорят, их сила в крови. И в земле, на которой они живут. Старый альфа Серых, Огнар, взял эту ведьму в жёны, чтобы закрепиться здесь. А теперь она — наш трофей, вместе с замком.
— Мне не нужна жена, Хаген. Мне нужен наследник. Крепкий, здоровый. А не слабая девка, чья магия, по слухам, проклята и рожает только дочерей.
— Может, для кого-то она и слабая, — Хаген усмехнулся, кивая куда-то вперёд. — Но, кажется, она с нами не согласна.
Я проследил за его взглядом. На стене, в проёме узкой бойницы, мелькнул силуэт. Тонкий, хрупкий. И тут же исчез, словно его и не было. Ветер донёс до нас едва уловимый запах... озёрной воды и мяты? Странно.
— Наблюдают, — лениво протянул я. — Что ж, пусть смотрят. Скоро они увидят нас гораздо ближе.
Мой конь подо мной нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Я дал ему шенкеля, и мы медленно, но верно двинулись вперёд, к мосту, который всё ещё был поднят. Испытание. Они хотят проверить нашу выдержку.
— Мост поднимут, когда устанут нас разглядывать, — бросил я Хагену. — А пока... пусть полюбуются на драконов, которые пришли за своим.
Милана
Я не спала третью ночь. С того самого момента, как пришло известие о гибели отца. Альфа Огнар мёртв. Тот, кого я вынуждена была называть отцом, пал от меча чужаков. Я не чувствовала ни боли, ни скорби. Только пустоту и леденящий душу страх. Что будет с нами теперь?
— Госпожа! — Хельга, моя служанка и единственная подруга, ворвалась в комнату без стука, запыхавшаяся, с выбившейся из-под платка рыжей прядью. — Они там! У моста! Драконы!
Я кивнула, уже стоя у окна. Я видела их. Небольшой отряд. Всего два десятка всадников. Но от них веяло такой мощью, что даже здесь, на верхнем ярусе башни, у меня перехватило дыхание. Впереди, на могучем вороном коне, замер всадник в чёрном плаще. Даже на таком расстоянии я чувствовала его — холод, исходящий от него, словно сама зима поселилась в его сердце.
Я призвала свою силу. Ту самую ведьминскую суть, что текла во мне от прабабок. Мир на миг померк, а затем вспыхнул буйством красок. Я смотрела на него своим истинным зрением.
И ужаснулась.
Его аура была подобна застывшей лаве. Чёрный лёд с багровыми, пульсирующими прожилками силы. Несокрушимая, чужая, невероятно мощная. Он был не просто воином. Он был стихией. Разрушением.
— Госпожа, вы побледнели, — Хельга подскочила ко мне, прижимаясь плечом. — Не бойтесь! Густав не даст вас в обиду. Он ваш жених, он...
— Он ничего не сделает, Хельга, — перебила я её, отворачиваясь от окна. — Густав сейчас далеко. И даже если бы он был здесь, что бы он сделал против них?
Густав... Мой названый брат и жених по воле покойного альфы. Сильный, смешливый медведь-оборотень, с которым мы выросли. Я знала, что он испытывает ко мне скорее братскую нежность, чем страсть. Но он был моим единственным шансом на спокойную жизнь, на защиту. Он поклялся вернуться и отстоять наши земли.
— Не говорите так, — Хельга нахмурилась, её лисьи глаза сузились. — Густав приведёт подмогу из южных кланов. Он не позволит этим чешуйчатым ящерицам хозяйничать здесь.
Я промолчала. Я смотрела, как завоеватели, не дождавшись открытых ворот, спешиваются и начинают разбивать лагерь прямо у наших стен. Самоуверенность. Они даже не потрудились скрыть свою силу.
Дождь усилился, и я отошла от окна. В комнате было сумрачно, пахло сухими травами и воском. Мои пальцы сами собой потянулись к тонкому серебряному браслету на запястье — символу того, что я невеста. Невеста человека, который сейчас, возможно, уже мёртв или в плену. А тот, чёрный, наверняка уже прикидывает, какую выгоду можно извлечь из этого брачного договора.
— Идите, Хельга, — устало приказала я. — Проследите, чтобы в большом зале всё было готово к приёму гостей. И чтобы ни одна из служанок не смела показываться им на глаза без моего ведома.
Хельга фыркнула, но послушно выскользнула за дверь. Я осталась одна. Сердце колотилось где-то в горле. Мне было страшно. Но вместе со страхом во мне закипала и злость. Меня, последнюю ведьму рода Ветровых, отдают как трофей какому-то чужаку, даже не спросив моего мнения. Нет. Я не стану покорной игрушкой. У меня есть сила, и, если понадобится, я сумею за себя постоять.
Я снова подошла к окну и выглянула. Он всё ещё был там. Чёрный всадник стоял неподвижно, словно изваяние, и смотрел прямо на моё окно. Я знала, что он не мог меня видеть, но по спине всё равно пробежал холодок.
В этот момент подвесной мост со скрежетом начал опускаться. Ворота, наконец, открывались. Путь в мою новую жизнь был свободен.
Глава 2. Милана
Вопреки всем правилам осторожности, Драккар Тоор и его люди не стали дожидаться, пока на стенах появятся лучники. Двадцать воинов в чёрном замерли на дороге, наблюдая, как медленно, со скрипом опускается мост. Я смотрела на них из своего окна, и внутри меня всё сжималось от этого зрелища. Самоуверенность или безрассудство?
— Чего они ждут? — прошептала Хельга, снова возникшая за моей спиной. Она принесла корзину с моими вещами, но теперь замерла у окна, вцепившись в ручку корзины побелевшими пальцами. — Почему не заходят? Или боятся засады?
— Вряд ли они вообще чего-то боятся, — ответила я, разглядывая фигуру чёрного всадника. Он даже не шевелился. Просто ждал. Это было хуже любой агрессии. Это было презрение. — Просто дают нам время осознать, кто здесь хозяин.
— Хозяин! — фыркнула Хельга. — Да этот чешуйчатый даже не знает, что такое настоящий хозяин. Вот Густав вернётся, он им покажет!
— Густав, — я вздохнула. — Ты сама-то веришь в то, что говоришь?
Она промолчала. Мы обе знали, что надежда призрачна.
Внезапно всадники ожили. Чёрный дракон поднял руку, и откуда-то из-за деревьев, из-за плотной завесы тумана, начали выезжать всё новые и новые воины. Их было не двадцать. Их были сотни. Они выстраивались за спиной своего предводителя, и это было похоже на ледяную волну, готовую накрыть наш утлый островок.
— Богиня, — выдохнула Хельга, осеняя себя охранным знаком. — Их там целая армия.
— Я знала, — тихо ответила я. — Я чувствовала их.
Моё ведьминское чутьё, молчавшее всё это время, вдруг ожило. За этим отрядом, в глубине леса, скрывалась такая мощь, что у меня заломило виски. Это был не просто захват замка. Это было начало большой войны.
— Идите, Хельга, — скомандовала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне нужно переодеться. И принесите мою шкатулку с оберегами. Ту, что от бабушки осталась.
— Госпожа, вы не можете встречать их в ночной рубашке, — спохватилась Хельга. — Я мигом!
Она выскочила, а я снова повернулась к окну. Мост опустился полностью. Ворота медленно, тяжело распахнулись. Чёрный всадник тронул поводья и первым двинулся вперёд. За ним — его армия, его тень, его смерть.
В этот момент я увидела другое движение. Сбоку, в кустах у самого рва, мелькнула косматая фигура. Медведь. Огромный, бурый. Густав. Сердце пропустило удар. Он вернулся! Он здесь!
Фигура метнулась обратно в лес и исчезла. Но я успела её узнать. Это был он. Мой названый брат, мой жених, мой защитник. Он здесь, он наблюдает, он ждёт своего часа.
Ко мне вернулась надежда. Я не одна. У меня есть тот, кто сражаться за меня. Я отомкнула задвижку на окне, впуская в комнату холодный осенний воздух. Пусть этот чёрный дракон думает, что я безропотная жертва. Пусть наслаждается своей мнимой победой.
Но внутри меня уже разгорался огонь. Я ведьма. И эти земли принадлежат мне по праву крови.
Глава 3. Драккар
Ожидание закончилось. Мост опустился, ворота распахнулись, и я въехал во внутренний двор замка Озёрный. В нос ударила волна запахов: прелая солома, конский навоз, сырость камня и... что-то ещё. Тонкий, едва уловимый аромат озёрной воды и мяты. Тот самый, что я уловил ещё у ворот.
Я осмотрелся. Запустение. Стены в подтёках, конюшня разваливается, люди — в основном перепуганные слуги и пара хмурых оборотней у стен. Никакой торжественной встречи. Никакого альфы. Только эта вонь и серость.
— Весело тут у них, — прокомментировал Хаген, спрыгивая с коня и оглядываясь. — Чистота, видимо, не в почёте у местной знати.
— Им не до чистоты, — ответил я. — Они выживали.
Ко мне, наконец, вышел какой-то старик, трясущийся от страха. Представился управляющим. Пробормотал что-то о том, что госпожа ещё не готова и не может выйти.
— Госпожа? — переспросил я, приподняв бровь. — Я здесь, чтобы принять замок и земли. И мою... невесту. Где она?
— Леди Милана... она... в своих покоях, господин, — старик сглотнул. — Она скоро выйдет.
— Пусть выходит. Я не намерен ждать.
Я прошёл в большой зал. Внутри было так же уныло, как и снаружи. Грязные гобелены, выцветшие знамёна, длинные столы, наскоро накрытые для пира. Слуги суетились, внося блюда с мясом и кувшины с мёдом. Видно, что старались, но выглядело всё это убого.
Хаген сел рядом со мной, его взгляд цепко сканировал помещение, отмечая каждый угол, каждый проход.
— Двадцать воинов в зале, ещё десять снаружи, — тихо доложил он. — Оборотни. Ослабленные, голодные. Опасности не представляют.
— А та, другая опасность? — так же тихо спросил я.
Он усмехнулся:
— В лесу? Да, там кто-то есть. Пара десятков всадников, не больше. Следы ведут на юг. Местные, скорее всего. Женишок твоей невесты, поди.
— Густав, — вспомнил я доклад разведчиков. — Бастард старого альфы. Медведь.
— Он самый. Трусливый, видать. Ждёт, пока мы расслабимся.
— Пусть ждёт. Мне он не интересен. Мне интересна та, из-за которой он готов рисковать шкурой.
Я отпил из кубка. Мёд был кислым, плохо выдержанным. Ещё одна деталь разрухи.
Внезапно на лестнице, ведущей на верхние ярусы, показалась фигура. Женщина. Она шла медленно, с высоко поднятой головой, и каждый её шаг отдавался эхом в напряжённой тишине зала. Мои воины замерли, проводив её взглядами.
Она была... неожиданной. Не яркая красавица в пышных одеждах. На ней было простое тёмно-зелёное платье, перехваченное на талии узорчатым поясом. Тяжёлые русые волосы были убраны в тугую косу, уложенную короной вокруг головы. Но глаза... глаза были цвета омута — тёмно-карие, почти чёрные, и в них горел такой вызов, что я невольно усмехнулся.
Ведьма. Истинная ведьма. Она подошла к столу и остановилась напротив меня, не дойдя пары шагов. Её взгляд скользнул по мне, по Хагену, по воинам — цепко, оценивающе.
— Лорд Драккар, — её голос был низким и спокойным, как гладь озера перед грозой. — Я — Милана Ветрова. Добро пожаловать в мой дом.
Мой дом. Она сказала именно так. Не «ваш дом», не «замок Озёрный». Мой. Эта женщина не собиралась сдаваться без боя. И это мне в ней понравилось.
