Клиентов сегодня ночью не ждали. Хозяйка «Тюльпана» погасила красный фонарь у дверей дома удовольствий и решила позволить себе и девочкам отдохнуть. Устали все.
Кровать сегодня казалась недостаточно мягкой, уложенная на подушку кисть продолжала неприятно пульсировать. Настойка из костяного пиона работала, но слишком медленно, ворочаться в постели пришлось ни один час. И когда, наконец, Марта все-таки погрузилась в долгожданный спасительный сон, тяжелая рука Ленарта бесцеремонно выдернула её обратно в жестокую реальность.
Одним резким движением «тень» оторвал голову куртизанки от подушки, вцепившись в кружевной ворот её сорочки. Навис над её сонным, испуганным лицом, сидя на краю кровати. Сейчас он был похож на хищного коршуна, а глаза его в этой вязкой темноте, казалось, сверкали яростью и гневом.
– Не дергайся! – прошипел он, когда Марта, спросонья начала махать руками, в попытке освободиться. Прийти в себя ей пришлось быстро.
– Ты что делаешь? Совсем ошалел? – затараторила она, колотя парня в плечо.
– Ты знала, что Теодора убил Деон Тарг?! А?!
Хозяйка борделя внезапно замерла и притихла. Опустились руки, взгляд ушел в сторону.
– Не заставляй меня повторять дважды. Мне надоели твои игры!
– Знала… – на тяжелом выдохе произнесла женщина, после недолгого молчания.
– Какого демона ты мне ничего не сказала?! – оскалился жнец, – Это подло, ты знаешь?
– Не хотела тебя в это вмешивать.
– Я уже по уши вмешался! Не хотела она… Рассказывай давай! Все что знаешь.
– Ленарт…
– Это не просьба, Марта. Я не уйду, пока не получу ответы. И ты мне их дашь!
– Забери тебя бездна! – выругалась куртизанка, – Хорошо. Только убери от меня свои руки!
Ночной гость разжал пальцы, и женщина, не делая резких движений, осторожно поднялась в кровати:
– Что ты хочешь знать?
– Хочу знать, как умер Теодор.
– Его убил Деон Тарг, на одном из торжественных приемов в «Гнезде». Подробностей я не знаю.
– А кто знает? Агата? Если бы не твоя дурацкая просьба, я бы вытащил из неё все, что мог!
– Уж прости. – ни капли раскаяния в голосе куртизанки не слышалось, – Но она тоже не знала. Можешь себя не корить. Хотя… был ещё один участник происшествия. Роксана Ронмар.
– Чтоб тебя! – даже не думал сдерживаться парень. Ведь все это время его не покидало чувство, что случилось что-то серьезное. Что-то, чего он никак не мог понять. И где расправа над «тенями», была лишь одним из фрагментов жуткой головоломки. Да и Роксана просто так не могла взять и исчезнуть. А вот оказывается, какой у неё был повод. – Ты знаешь, что с ней? Я весь Тиралай перевернул, пытаясь её найти. Она хоть жива?
– На сколько я знаю, она сбежала, чуть не прикончив Деона. Говорят, он чудом выжил, но лишился руки… И его поместили под стражу.
Ленарт закусил губу, представляя лицо главной «Тени». Все в отряде хорошо знали, что и Теодор, и Роксана готовы были стоять друг за друга на смерть.
– Госпожу Ронмар больше никто не видел, – продолжила Марта, заправив за ухо растрепанную прядь волос, – но её не поймали. Она жива.
– И почему ты так думаешь? – почти обреченно вздохнул Ленарт.
– За уже мертвых не назначают награду. Причем видеть её хотят живой, за голову денег почти не дают.
– Прекрасно… – покачал головой жнец, ощущая, как начинает дергаться левый глаз, – Жаль она не добила этого выродка. Ему это так с рук не сойдет! – внутри всё кипело.
– Сопротивление тоже так подумало и решило взять все в свои руки. – нехотя открыла ещё одну карту хозяйка «Тюльпана». Парень бы всё равно из неё это вытряс, она даже не сомневалась.
– Что ещё за Сопротивление? – Ленарт даже не поднял глаз, всё ещё переваривал побег Роксаны, – Что вообще происходит?
– Сопротивление, друг мой, это люди, которые пытаются приговорить Алый Орден. Агата была одной из них. А та девчонка – Селина, она пыталась убить Деона Тарга по приказу Агаты. Но у неё не вышло.
– И Агата отправила её к тебе… – сложил два и два ночной гость.
– Именно так. Она попросила об этом заранее, и я должна была вывезти девчонку независимо от исхода. Но все пошло не совсем по плану…
– Не совсем по плану… – повторил мрачно Ленарт, – А ты… тоже член Сопротивления?
Главная куртизанка задумалась, немного помолчала, но всё же кивнула, заставив жнеца трехэтажно выругаться. Отвернувшись, он тяжело вздохнул и схватился за голову, уперевшись локтями в колени. От происходящего безумия на его голове почти зашевелились волосы.
– Ты хоть понимаешь, по какому тонкому льду ходишь, играя на две стороны? Что на счет Илая, он в курсе?
– Он ничего не знает. И не узнает.
– А кто знает, кроме меня? Марта, Теодор об этом знал?
– Знал… – еле слышно произнесла хозяйка борделя, глядя в пустой угол комнаты.
– О, Создатели! – поднял глаза к потолку Ленарт, – Глупая женщина, как ты жива до сих пор, я поражаюсь. Почему капитан Ронмар тебя не арестовал?
– У него и спроси.
Отвечать на этот выпад «тень» не стал, но допрос продолжил:
– Он пытался через тебя выйти на Сопротивление? Просил устроить встречу, задавал наводящие вопросы?
– Нет.
– Может он тогда… сам в этом замешан? – в голове жнеца эта мысль звучала, словно бред горячечника, и он это прекрасно понимал.
– Откуда ж мне знать. – раздраженно дернула плечом Марта, – Теодор был человеком, который задает вопросы, а не отвечает на них.
– И не поспоришь…
– Что теперь будешь делать со всем этим, Ленарт? Я рассказала тебе все, что могла. – провела черту женщина. Знала она, конечно, больше, но говорить об этом определенно не собиралась, – Стало легче? – последний вопрос прозвучал будто с легкой издевкой.
– Да если бы… – сцепил пальцы в замок один из теней, – Ещё больший бардак теперь в голове. Мне нужен человек, который точно знает, что происходит. Я должен. Найти. Роксану!
Настойчивый стук в дверь своей спальни начальник тайной канцелярии услышал ещё сквозь сон.
– Господин Тиссен! – надрывался слуга в коридоре.
– Что такое? – еле оторвал тяжелую голову от подушки белый генерал. Спящий в ногах старый пес альфантиской породы тоже заворочался и открыл один глаз.
– К вам пришли. – послышалось с той стороны двери.
– Кого там принесло в такую рань? Шли их лесом!
– Это офицер Флорин, господин. Кажется, что-то срочное.
Хозяин дома выругался себе под нос, потер глаза и принялся нащупывать босыми ногами шелковые тапочки.
Внизу его уже ждали. В просторном зале городского особняка, среди мраморных колон вышагивал взад-вперед уставший белый офицер.
– Апельсиновый сок? – подлетел прислужник с подносом, как только Тиссен спустился по лестнице в своем домашнем халате.
– Командир! – Флорин оборвал свой променад и без раздумий шагнул навстречу главному законнику, – Хозяйку «Черного кота» нашли!
– Когда?! Где?! – оживился начальник, расправляя плечи.
– Полчаса назад, на центральной улице Нижнего города. – четко и громко отрапортовал Флорин, а затем, немного замявшись, добавил уже на тон тише, – Мёртвой… Её убили и бросили у нас прямо под носом.
Хрустальный стакан разлетелся осколками по полу, липкая рыжая лужа растеклась по полированной плитке. Давно стены этого дома не слышали столько отборной брани.
Одинокий фонарь над переулком Незабудок то гас, то снова разгорался бледным светом. Роксана стояла в тени соседнего дома и уже четверть часа наблюдала, как неуклюжий фонарщик, танцуя на верхушке приставной лестницы, пытался установить новый кристалл в стеклянную колбу.
На летний Вертольд потихоньку опускались серые сумерки, и горожане, медленно прогуливаясь по городским улицам, возвращались в свои дома. Вот и местный художник с рулоном бумаг и огромной сумкой наперевес только что прошуршал мимо и хлопнул дверью в здании напротив. Окно на третьем этаже тут же озарилось теплым светом. Ещё минут через тридцать в здание зашла и поднялась наверх немолодая женщина с забранными в изящный пучок волосами. Охая и хмурясь, она принялась открывать створки того самого окна и проветривать комнату. Легкие отголоски запахов мастерской пронеслись перед носом Тени.
– Сегодня немного позже обычного. – отметила про себя Роксана и, постояв еще немного, развернулась и зашагала в другую от фонаря сторону. На сегодня художника и его жену можно было оставить в покое.
Вечер этот был теплый и не такой душный, как все последние недели. Легкий ветерок приятно обдувал спину, щекотал шею вьющимися прядями черных волос. Тень шла по запруженным улочкам, в кои-то веки наслаждаясь прогулкой. Даже купила ароматный посыпанный сахаром крендель у парнишки разносчика. Людей на улицах встречалось много. В маленьком парке недалеко от Храма Стихий было и вовсе не протолкнуться. В самом его центре, возле большой клумбы с белыми флоксами полукругом собиралась разношерстная толпа. Казалось, там вот-вот начнут давать представление уличные артисты – актеры или фокусники, а может даже заезжие музыканты. Можно было бы и посмотреть. Но чем ближе девушка подбиралась к зеленой изгороди парка, тем сильнее убеждалась, что представление там ожидалось совершенно другого рода.
Перед толпой, собиралась с мыслями и переговаривалась небольшая группка мужчин в черных мантиях и глубоких капюшонах. У каждого из них на спине был серебром по контуру вышит рисунок солнца, а пояс обхватывал крученный тонкий шнур с треугольными металлическими пряжками на концах. При ходьбе они бились друг об друга и тихо позвякивали, обращая внимание прохожих на владельца. Наконец, один из черных жрецов вышел вперед к людям и, вознеся руки к небу, начал свою пламенную речь:
– Грядет конец! – заявил он громогласно, – Создатели нас всех покарают! Мы очернили свою «суть», в нас больше не осталось света! Колесо перерождения не образумило нас, мы живем лишь этой жизнью, не думая о следующих. Продолжаем резать друг другу глотки за власть и золото, развязываем войны, убиваем невинных и радуемся оплаченным кровью успехам. Мы думаем лишь о себе, потакаем своим прихотям и порокам, забывая о том, для чего нам дарована эта жизнь. Для чего нам дарована магия стихий! И никакие демоны в этом не виновны, мы сами стали демонами. Не далек тот час, когда Создатели спустятся со Священной горы Арн и накажут нас за это. Земля содрогнется, реки выйдут из берегов, а небеса вспыхнут и обрушатся на наши головы. Никто не уцелеет!
– Молитесь! – подхватил второй в жрец, – У вас ещё есть время очистить свою «суть». Будьте праведны, и тогда Создатели возьмут вас в новый избавленный от пороков и страданий мир!
Толпа заволновалась, забурлила. Эффект жрецы секты «Черного солнца» производили на людей, как всегда неоднозначный. Кто-то одобрительно хлопал, кто-то и правда начинал молиться. Многие просто закатывали глаза или вовсе посмеивались над высокопарными речами сумасшедших фанатиков.
А Тень лишь покачала головой и пошла дальше. Её личный конец света уже настал, так что на всеобщий ей было глубоко плевать. Да и свою «суть» спасать уже было как-то поздновато. А вот попробовать спасти свою магию определенно стоило, чем Роксана и собиралась заняться сегодняшним вечером.
К себе она вернулась, когда на улице уже совсем стемнело. Кинула сумку на стул, зажгла небольшую лампадку на столике у окна. Наполнила водой небольшой старый таз и, поставив его прямо перед собой, уселась на пол. Рука медленно потянулась к воде и застыла над трепещущей гладью. На зов стихия откликнулась сразу же. К пальцам, переливаясь в свете огня, потянулись тоненькие серебристые струйки. Сплетаясь между собой, они поднимались вслед за рукой Тени и повторяли её движения, воплощали мысли. Сначала вода закрутилась в две параллельных вьющихся спирали. Слившись в один поток, они закружились в плоскости и замкнулись кольцом. Из кольца появилась первая буква Лантийского алфавита. Затем вторая, и так до конца все тридцать две. Из последней буквы родилась изящная бабочка. Сорвавшись с ладони, она пролетела по комнате, маша прозрачными крыльями и пролилась на пол, не успев вернуться обратно.
– Да чтоб тебя! – выругалась Роксана, кусая нижнюю губу.
Проблемы были не только с силой и объемами воды, концентрация по-прежнему хромала. Сложные формы до сих пор было тяжело поддерживать, они ускользали из мыслей и таяли, будто утренний туман.
Но надо сказать, что прогресс все-таки был. Неделю назад все водяные бабочки, птицы и снежинки превращались в бесформенные лужи буквально за пол минуты. А сегодня сложные фигуры держались аж целых две. Великолепно! Просто прекрасно! Теперь можно было идти пугать уличных котов и развлекать детишек на рыночной площади… О магии крови в таком состоянии можно было даже и не мечтать…
Ждать, когда магия восстановится сама, можно было хоть до посинения, но гарантиями тут и не пахло. Да и время поджимало, если честно. Силы нужно было вернуть, чем быстрее, тем лучше. И как бы не хотелось этого признавать, Ровен вполне мог оказаться прав. Стоило последовать его совету. Хотя бы попытаться. Разобраться в себе, покопаться в собственных мыслях, пускай даже через «не хочу». Других идей в голове пока все равно не водилось.
Стянув с уставших ног ботинки, Тень легла на кровать. Закрыла глаза, поёрзала затылком по жесткой подушке и, устроившись поудобнее, наконец погрузилась в свой внутренний мир.
Добавлены правки в описание внутреннего мира Роксаны в 1 главе:
Каждый раз смывая смерть с ладоней, Роксана невольно погружалась в свой внутренний мир. Это было темное неприветливое место, наполненное серыми полутонами и зыбким туманом, стелящимся по холодной земле вокруг одинокого уставшего дома. Чаще всего она оказывалась именно в нём. Вот и сейчас девушка шагала по узкому длинному коридору, ощущая как под ногами скрипит и продавливается уже потемневший от старости деревянный пол. По правую руку тянулась целая галерея пыльных портретов. Мужчины и женщины разных возрастов и положений взирали с полотен потухшими мертвыми глазами. Хотя глаза тут были далеко не у всех. Чаще фрагменты лиц, размытые пятна, образы, силуэты. Но несмотря на это, Роксана помнила их всех. Просто не могла забыть.
Слева, вдоль стены сменяли друг друга закрытые двери. Низкие, высокие, совсем дряхлые облезлые и новенькие, с золоченными вставками. С каждым годом дверей становилось все больше, но вот желания их открывать не прибавлялось абсолютно, скорее уж наоборот.
В центре коридора, прямо напротив входа висело огромное зеркало. По его краям паутиной расползались мелкие трещины. Больших тоже было предостаточно, верхний правый угол был и вовсе отколот уже лет пятнадцать, да и в середине полотна не хватало осколков. На их месте зияли глубокие темные провалы с острыми, как бритва краями. От них то и дело сквозило одиночеством и болью, поэтому в зеркало Роксана предпочитала даже не заглядывать, лишь краем глаза отмечая в нем свое присутствие. В самом доме Тень тоже задерживалась не часто, сразу шла к выходу, толкая тяжелую дощатую дверь. Иногда сидела на крыльце, вглядываясь в пасмурное небо, думала о своем… Но не сегодня.
Во дворе было как всегда тихо и прохладно, слегка пахло сыростью. Голые деревья с сухими корнями, покосившаяся изгородь, дорожка, ведущая к глубокому каменному колодцу. Он, казалось, был здесь всегда.
Кровать сегодня казалась недостаточно мягкой, уложенная на подушку кисть продолжала неприятно пульсировать. Настойка из костяного пиона работала, но слишком медленно, ворочаться в постели пришлось ни один час. И когда, наконец, Марта все-таки погрузилась в долгожданный спасительный сон, тяжелая рука Ленарта бесцеремонно выдернула её обратно в жестокую реальность.
Одним резким движением «тень» оторвал голову куртизанки от подушки, вцепившись в кружевной ворот её сорочки. Навис над её сонным, испуганным лицом, сидя на краю кровати. Сейчас он был похож на хищного коршуна, а глаза его в этой вязкой темноте, казалось, сверкали яростью и гневом.
– Не дергайся! – прошипел он, когда Марта, спросонья начала махать руками, в попытке освободиться. Прийти в себя ей пришлось быстро.
– Ты что делаешь? Совсем ошалел? – затараторила она, колотя парня в плечо.
– Ты знала, что Теодора убил Деон Тарг?! А?!
Хозяйка борделя внезапно замерла и притихла. Опустились руки, взгляд ушел в сторону.
– Не заставляй меня повторять дважды. Мне надоели твои игры!
– Знала… – на тяжелом выдохе произнесла женщина, после недолгого молчания.
– Какого демона ты мне ничего не сказала?! – оскалился жнец, – Это подло, ты знаешь?
– Не хотела тебя в это вмешивать.
– Я уже по уши вмешался! Не хотела она… Рассказывай давай! Все что знаешь.
– Ленарт…
– Это не просьба, Марта. Я не уйду, пока не получу ответы. И ты мне их дашь!
– Забери тебя бездна! – выругалась куртизанка, – Хорошо. Только убери от меня свои руки!
Ночной гость разжал пальцы, и женщина, не делая резких движений, осторожно поднялась в кровати:
– Что ты хочешь знать?
– Хочу знать, как умер Теодор.
– Его убил Деон Тарг, на одном из торжественных приемов в «Гнезде». Подробностей я не знаю.
– А кто знает? Агата? Если бы не твоя дурацкая просьба, я бы вытащил из неё все, что мог!
– Уж прости. – ни капли раскаяния в голосе куртизанки не слышалось, – Но она тоже не знала. Можешь себя не корить. Хотя… был ещё один участник происшествия. Роксана Ронмар.
– Чтоб тебя! – даже не думал сдерживаться парень. Ведь все это время его не покидало чувство, что случилось что-то серьезное. Что-то, чего он никак не мог понять. И где расправа над «тенями», была лишь одним из фрагментов жуткой головоломки. Да и Роксана просто так не могла взять и исчезнуть. А вот оказывается, какой у неё был повод. – Ты знаешь, что с ней? Я весь Тиралай перевернул, пытаясь её найти. Она хоть жива?
– На сколько я знаю, она сбежала, чуть не прикончив Деона. Говорят, он чудом выжил, но лишился руки… И его поместили под стражу.
Ленарт закусил губу, представляя лицо главной «Тени». Все в отряде хорошо знали, что и Теодор, и Роксана готовы были стоять друг за друга на смерть.
– Госпожу Ронмар больше никто не видел, – продолжила Марта, заправив за ухо растрепанную прядь волос, – но её не поймали. Она жива.
– И почему ты так думаешь? – почти обреченно вздохнул Ленарт.
– За уже мертвых не назначают награду. Причем видеть её хотят живой, за голову денег почти не дают.
– Прекрасно… – покачал головой жнец, ощущая, как начинает дергаться левый глаз, – Жаль она не добила этого выродка. Ему это так с рук не сойдет! – внутри всё кипело.
– Сопротивление тоже так подумало и решило взять все в свои руки. – нехотя открыла ещё одну карту хозяйка «Тюльпана». Парень бы всё равно из неё это вытряс, она даже не сомневалась.
– Что ещё за Сопротивление? – Ленарт даже не поднял глаз, всё ещё переваривал побег Роксаны, – Что вообще происходит?
– Сопротивление, друг мой, это люди, которые пытаются приговорить Алый Орден. Агата была одной из них. А та девчонка – Селина, она пыталась убить Деона Тарга по приказу Агаты. Но у неё не вышло.
– И Агата отправила её к тебе… – сложил два и два ночной гость.
– Именно так. Она попросила об этом заранее, и я должна была вывезти девчонку независимо от исхода. Но все пошло не совсем по плану…
– Не совсем по плану… – повторил мрачно Ленарт, – А ты… тоже член Сопротивления?
Главная куртизанка задумалась, немного помолчала, но всё же кивнула, заставив жнеца трехэтажно выругаться. Отвернувшись, он тяжело вздохнул и схватился за голову, уперевшись локтями в колени. От происходящего безумия на его голове почти зашевелились волосы.
– Ты хоть понимаешь, по какому тонкому льду ходишь, играя на две стороны? Что на счет Илая, он в курсе?
– Он ничего не знает. И не узнает.
– А кто знает, кроме меня? Марта, Теодор об этом знал?
– Знал… – еле слышно произнесла хозяйка борделя, глядя в пустой угол комнаты.
– О, Создатели! – поднял глаза к потолку Ленарт, – Глупая женщина, как ты жива до сих пор, я поражаюсь. Почему капитан Ронмар тебя не арестовал?
– У него и спроси.
Отвечать на этот выпад «тень» не стал, но допрос продолжил:
– Он пытался через тебя выйти на Сопротивление? Просил устроить встречу, задавал наводящие вопросы?
– Нет.
– Может он тогда… сам в этом замешан? – в голове жнеца эта мысль звучала, словно бред горячечника, и он это прекрасно понимал.
– Откуда ж мне знать. – раздраженно дернула плечом Марта, – Теодор был человеком, который задает вопросы, а не отвечает на них.
– И не поспоришь…
– Что теперь будешь делать со всем этим, Ленарт? Я рассказала тебе все, что могла. – провела черту женщина. Знала она, конечно, больше, но говорить об этом определенно не собиралась, – Стало легче? – последний вопрос прозвучал будто с легкой издевкой.
– Да если бы… – сцепил пальцы в замок один из теней, – Ещё больший бардак теперь в голове. Мне нужен человек, который точно знает, что происходит. Я должен. Найти. Роксану!
***
Настойчивый стук в дверь своей спальни начальник тайной канцелярии услышал ещё сквозь сон.
– Господин Тиссен! – надрывался слуга в коридоре.
– Что такое? – еле оторвал тяжелую голову от подушки белый генерал. Спящий в ногах старый пес альфантиской породы тоже заворочался и открыл один глаз.
– К вам пришли. – послышалось с той стороны двери.
– Кого там принесло в такую рань? Шли их лесом!
– Это офицер Флорин, господин. Кажется, что-то срочное.
Хозяин дома выругался себе под нос, потер глаза и принялся нащупывать босыми ногами шелковые тапочки.
Внизу его уже ждали. В просторном зале городского особняка, среди мраморных колон вышагивал взад-вперед уставший белый офицер.
– Апельсиновый сок? – подлетел прислужник с подносом, как только Тиссен спустился по лестнице в своем домашнем халате.
– Командир! – Флорин оборвал свой променад и без раздумий шагнул навстречу главному законнику, – Хозяйку «Черного кота» нашли!
– Когда?! Где?! – оживился начальник, расправляя плечи.
– Полчаса назад, на центральной улице Нижнего города. – четко и громко отрапортовал Флорин, а затем, немного замявшись, добавил уже на тон тише, – Мёртвой… Её убили и бросили у нас прямо под носом.
Хрустальный стакан разлетелся осколками по полу, липкая рыжая лужа растеклась по полированной плитке. Давно стены этого дома не слышали столько отборной брани.
Глава 7.
Одинокий фонарь над переулком Незабудок то гас, то снова разгорался бледным светом. Роксана стояла в тени соседнего дома и уже четверть часа наблюдала, как неуклюжий фонарщик, танцуя на верхушке приставной лестницы, пытался установить новый кристалл в стеклянную колбу.
На летний Вертольд потихоньку опускались серые сумерки, и горожане, медленно прогуливаясь по городским улицам, возвращались в свои дома. Вот и местный художник с рулоном бумаг и огромной сумкой наперевес только что прошуршал мимо и хлопнул дверью в здании напротив. Окно на третьем этаже тут же озарилось теплым светом. Ещё минут через тридцать в здание зашла и поднялась наверх немолодая женщина с забранными в изящный пучок волосами. Охая и хмурясь, она принялась открывать створки того самого окна и проветривать комнату. Легкие отголоски запахов мастерской пронеслись перед носом Тени.
– Сегодня немного позже обычного. – отметила про себя Роксана и, постояв еще немного, развернулась и зашагала в другую от фонаря сторону. На сегодня художника и его жену можно было оставить в покое.
Вечер этот был теплый и не такой душный, как все последние недели. Легкий ветерок приятно обдувал спину, щекотал шею вьющимися прядями черных волос. Тень шла по запруженным улочкам, в кои-то веки наслаждаясь прогулкой. Даже купила ароматный посыпанный сахаром крендель у парнишки разносчика. Людей на улицах встречалось много. В маленьком парке недалеко от Храма Стихий было и вовсе не протолкнуться. В самом его центре, возле большой клумбы с белыми флоксами полукругом собиралась разношерстная толпа. Казалось, там вот-вот начнут давать представление уличные артисты – актеры или фокусники, а может даже заезжие музыканты. Можно было бы и посмотреть. Но чем ближе девушка подбиралась к зеленой изгороди парка, тем сильнее убеждалась, что представление там ожидалось совершенно другого рода.
Перед толпой, собиралась с мыслями и переговаривалась небольшая группка мужчин в черных мантиях и глубоких капюшонах. У каждого из них на спине был серебром по контуру вышит рисунок солнца, а пояс обхватывал крученный тонкий шнур с треугольными металлическими пряжками на концах. При ходьбе они бились друг об друга и тихо позвякивали, обращая внимание прохожих на владельца. Наконец, один из черных жрецов вышел вперед к людям и, вознеся руки к небу, начал свою пламенную речь:
– Грядет конец! – заявил он громогласно, – Создатели нас всех покарают! Мы очернили свою «суть», в нас больше не осталось света! Колесо перерождения не образумило нас, мы живем лишь этой жизнью, не думая о следующих. Продолжаем резать друг другу глотки за власть и золото, развязываем войны, убиваем невинных и радуемся оплаченным кровью успехам. Мы думаем лишь о себе, потакаем своим прихотям и порокам, забывая о том, для чего нам дарована эта жизнь. Для чего нам дарована магия стихий! И никакие демоны в этом не виновны, мы сами стали демонами. Не далек тот час, когда Создатели спустятся со Священной горы Арн и накажут нас за это. Земля содрогнется, реки выйдут из берегов, а небеса вспыхнут и обрушатся на наши головы. Никто не уцелеет!
– Молитесь! – подхватил второй в жрец, – У вас ещё есть время очистить свою «суть». Будьте праведны, и тогда Создатели возьмут вас в новый избавленный от пороков и страданий мир!
Толпа заволновалась, забурлила. Эффект жрецы секты «Черного солнца» производили на людей, как всегда неоднозначный. Кто-то одобрительно хлопал, кто-то и правда начинал молиться. Многие просто закатывали глаза или вовсе посмеивались над высокопарными речами сумасшедших фанатиков.
А Тень лишь покачала головой и пошла дальше. Её личный конец света уже настал, так что на всеобщий ей было глубоко плевать. Да и свою «суть» спасать уже было как-то поздновато. А вот попробовать спасти свою магию определенно стоило, чем Роксана и собиралась заняться сегодняшним вечером.
К себе она вернулась, когда на улице уже совсем стемнело. Кинула сумку на стул, зажгла небольшую лампадку на столике у окна. Наполнила водой небольшой старый таз и, поставив его прямо перед собой, уселась на пол. Рука медленно потянулась к воде и застыла над трепещущей гладью. На зов стихия откликнулась сразу же. К пальцам, переливаясь в свете огня, потянулись тоненькие серебристые струйки. Сплетаясь между собой, они поднимались вслед за рукой Тени и повторяли её движения, воплощали мысли. Сначала вода закрутилась в две параллельных вьющихся спирали. Слившись в один поток, они закружились в плоскости и замкнулись кольцом. Из кольца появилась первая буква Лантийского алфавита. Затем вторая, и так до конца все тридцать две. Из последней буквы родилась изящная бабочка. Сорвавшись с ладони, она пролетела по комнате, маша прозрачными крыльями и пролилась на пол, не успев вернуться обратно.
– Да чтоб тебя! – выругалась Роксана, кусая нижнюю губу.
Проблемы были не только с силой и объемами воды, концентрация по-прежнему хромала. Сложные формы до сих пор было тяжело поддерживать, они ускользали из мыслей и таяли, будто утренний туман.
Но надо сказать, что прогресс все-таки был. Неделю назад все водяные бабочки, птицы и снежинки превращались в бесформенные лужи буквально за пол минуты. А сегодня сложные фигуры держались аж целых две. Великолепно! Просто прекрасно! Теперь можно было идти пугать уличных котов и развлекать детишек на рыночной площади… О магии крови в таком состоянии можно было даже и не мечтать…
Ждать, когда магия восстановится сама, можно было хоть до посинения, но гарантиями тут и не пахло. Да и время поджимало, если честно. Силы нужно было вернуть, чем быстрее, тем лучше. И как бы не хотелось этого признавать, Ровен вполне мог оказаться прав. Стоило последовать его совету. Хотя бы попытаться. Разобраться в себе, покопаться в собственных мыслях, пускай даже через «не хочу». Других идей в голове пока все равно не водилось.
Стянув с уставших ног ботинки, Тень легла на кровать. Закрыла глаза, поёрзала затылком по жесткой подушке и, устроившись поудобнее, наконец погрузилась в свой внутренний мир.
Добавлены правки в описание внутреннего мира Роксаны в 1 главе:
Каждый раз смывая смерть с ладоней, Роксана невольно погружалась в свой внутренний мир. Это было темное неприветливое место, наполненное серыми полутонами и зыбким туманом, стелящимся по холодной земле вокруг одинокого уставшего дома. Чаще всего она оказывалась именно в нём. Вот и сейчас девушка шагала по узкому длинному коридору, ощущая как под ногами скрипит и продавливается уже потемневший от старости деревянный пол. По правую руку тянулась целая галерея пыльных портретов. Мужчины и женщины разных возрастов и положений взирали с полотен потухшими мертвыми глазами. Хотя глаза тут были далеко не у всех. Чаще фрагменты лиц, размытые пятна, образы, силуэты. Но несмотря на это, Роксана помнила их всех. Просто не могла забыть.
Слева, вдоль стены сменяли друг друга закрытые двери. Низкие, высокие, совсем дряхлые облезлые и новенькие, с золоченными вставками. С каждым годом дверей становилось все больше, но вот желания их открывать не прибавлялось абсолютно, скорее уж наоборот.
В центре коридора, прямо напротив входа висело огромное зеркало. По его краям паутиной расползались мелкие трещины. Больших тоже было предостаточно, верхний правый угол был и вовсе отколот уже лет пятнадцать, да и в середине полотна не хватало осколков. На их месте зияли глубокие темные провалы с острыми, как бритва краями. От них то и дело сквозило одиночеством и болью, поэтому в зеркало Роксана предпочитала даже не заглядывать, лишь краем глаза отмечая в нем свое присутствие. В самом доме Тень тоже задерживалась не часто, сразу шла к выходу, толкая тяжелую дощатую дверь. Иногда сидела на крыльце, вглядываясь в пасмурное небо, думала о своем… Но не сегодня.
Во дворе было как всегда тихо и прохладно, слегка пахло сыростью. Голые деревья с сухими корнями, покосившаяся изгородь, дорожка, ведущая к глубокому каменному колодцу. Он, казалось, был здесь всегда.
