- Разнообразно, - аккуратно усаживаясь на диван, отвечает Сани, - со многими познакомилась. Я ни разу в жизни не слышала столько умных людей за один день!
Рэм коротко смеется, чувствуя, как понемногу расслабляется. Удивительная девушка – только пришла, а ему уже легче.
- Ты как?
- Тяжёлый день, - не лукавит мужчина, разминая шею и руки, - хорошо поспала?
- Угу. Меня похвалил препод по физподготовке, кстати.
- О. Такое для Бальрика редкость. Молодец. У тебя опять где-то болит? – спрашивает, замечая её скованные движения.
- Так заметно?
Рэм приподнимает бровь в ожидании и Сани сдаётся.
- Один из северян пытался меня лечить.
- Скорее всего Аксель, он у них целитель.
- И? – подходит ближе, приседая на корточки перед Санией, так и не дождавшись продолжения.
- И не и.
- Сания. Что произошло? Я сейчас как ректор спрашиваю.
- Пользуешься властью? – притворно ахает девушка.
- Пользуюсь, - сурово отвечает мужчина.
Сания вздыхает.
- Есть только два человека в этом мире, которым я могу доверить свое исцеление – Сэм и, как оказалось, ты. От остальных только хуже становится.
- Что значит хуже?
- Больнее. Облегчения не приходит. Я не знаю, почему так, - пожимает плечами.
Рэм немного молчит, разглядывая её лицо. Потом светло улыбается и легонько проводит пальцем от виска до подбородка по загорелой коже. Девушка выдыхает и закрывает глаза.
- Спасибо, Сания, - говорит тихо, - я рад оказаться в твоём списке доверенных.
Кладет руку сзади, чуть ниже шеи, не зная точно, где болит, и отпускает силу по телу девушки. Сания чувствует тепло, вздрагивает и открывает глаза, встретившись с карими глазами, которые сейчас близко-близко. Вдруг становится страшно от такой близости, но Рэм расценивает это по-своему.
- Я помню про студентку. Но очень хотел бы вернуться назад и сказать по-другому.
- Это же невозможно, - недоверчиво интересуется девушка.
- Невозможно, - осторожно убирает руку, - ты ужинала?
Получив отрицательный ответ выходит к Альбе и заказывает еды на двоих.
Дальнейший вечер протекает спокойно и душевно. Рэм заряжается её восторгом от посуды, ложечек, кружочек, сладостей. Он уже забыл, как давно радовался вот таким простым вещам, которые есть вокруг каждый день. Наверное, только в детстве. Немного рассказывает о правилах этикета, что для чего используется и в какой последовательности что едят. Смеется от её комментариев.
После ужина Сания погружается в учёбу, Рэм – в работу и оба сидят в тишине, где обоим комфортно и спокойно. Расходятся поздно вечером. Сания снова отказывается от того, чтобы её провожали и вприпрыжку бежит к себе, не замечая следящих за ней желто-коричневых глаз.
Альба в бешенстве. Если бы кто сказал, что вот эта маленькая тихая женщина с блестящими в пол-лица глазами может быть в бешенстве, то никто не поверил бы. Но в комнате, где она живёт, женщина разбивает все, что можно разбить, раскидывает все, что может кинуть, переворачивает стол и кровать.
Он её поцеловал!!!
Её, эту проходимку, эту ведьму с зелёными глазами, этот отброс общества! Сидел так близко к ней, что конечно же поцеловал! А потом попросил принести ужин.
НА ДВОИХ!!!
Эта дрянь точно его околдовала, применила запрещённое зелье, или может это её дар такой, о котором не знает Рэм?
Бедный, несчастный её Рэм...
Но ничего. Осталось потерпеть ещё немного. Уже совсем скоро и они будут вместе.
Прода от 04.02.2023, 21:39
Следующие три дня до выходных проходят спокойно. Её все так же продолжают не замечать преподы. Курносая Аника с подружками отстает, но часто бросает презрительно взгляды. Семейка северян тоже больше не трогает, Аксель заговорить не пытается, но постоянно, как только девушка появляется в поле его зрения, провожает внимательным взглядом.
Рэма эти пару дней нет в Университете и Сания откровенно страдает. Поэтому в выходные, когда можно выйти в город – идет к своим.
Всю зачисленную стипендию тратит на еду и тёплые носки для детей в преддверии приближающихся холодов. Щекочущее чувство радости будоражит ум от того, что у неё есть честные деньги, которые можно спокойно тратить и ПЛАНИРОВАТЬ покупки на следующий месяц. Она обсудает это с Сэмом и Вал, и те, хоть и сдерживают восторг и стараются не строить больших планов, выдают себя лихорадочно блестящими глазами. Стипендия хоть и небольшое, для их большой семьи, подспорье, но стабильно ежемесячное. И это дает надежду.
Возвращается уже перед самым закрытием ворот и на радостях не замечает сидящего на скамейке Акселя. Он провожает её до дверей общежития взглядом, дожидается, когда в комнате загорается свет, и только потом тяжело поднимается и идет к себе.
Проснувшись по привычке рано утром Сания сладко тянется, радуясь новому дню. Спина теперь чувствует комфорт от мягкой кровати. Тогда, в записке Рэму, она не соврала – все тело действительно болело. Сейчас же трудно представить сон на тонких покрывалах поверх жёстких досок.
Свободное время до завтрака уходит на волосы. Раз в неделю всю эту гущу нужно было распускать, тщательно мыть, хорошо расчесывать и переплетать. Этот процесс успокаивал и умиротворял, а сейчас ещё и перед большим зеркалом приносил только радость. Каждый ребёнок в их семье знал, что нет подарка для Сании лучше, чем резиночка.
Плотно позавтракав в полупустой столовой уходит в библиотеку, погружаясь с головой в книги. Ей нравится писать, не беспокоясь, что бумага скоро закончится. Нравится строить схемы, выписывать формулы и рисовать милые рисунки в свободных местах. Одним словом, настроение у Сании просто отличным.
В обед народа становится немного больше, учиться больше не хочется и она уходит в город к своим до самого ужина. Рэм обещал вернуться к этому времени и ей очень хочется с ним поболтать.
За ужином в столовой уже занято большинство столиков. Услышав бахнувший хохот оборачивается в ту сторону и видит старшекурсников и вихрастого Брока среди них. Удивительно. За неделю здесь она никогда не видела никого из старших курсов в этой столовой. У них есть какое-то свое место?
Взяв полный поднос, осторожно обходит их за несколько столов и садится немного позади. Возможно, это был выбор, продиктованный всей её жизнью – проще выжить, когда наблюдаешь ты, а не за тобой.
Похоже, в столовой весело только этой шумной компании. Остальные стараются есть быстро, не поднимая головы, и даже работники кухни бросают на парней напряжённые взгляды.
- Ах ты кроха какая неумелая! – отвлекает от тарелки издевательский голос.
Поднимает голову и видит Мири – скромную девушку с её группы, которая испуганными глазами смотрит на свой накренившийся поднос, откуда капает пролитый суп.
- Вытирай! – гремит властное в притихшем пространстве.
Приподнимается и видит, что суп капает прямёхонько на белые кроссовки Брока, оставляя мокрые жирные пятна. Мири бледнеет, перехватывает поднос одной рукой и трясущейся второй лезет в карман за платком.
- Ты не поняла, кроха, - вкрадчиво растолковывает парень, - я хочу посмотреть, как ты работаешь язычком.
Прода от 05.02.2023, 12:57
Компания только гаденько дружно ухмыляется и никто! Ни один не думает остановить этот сюр. Сания оглядывается вокруг, чтобы посмотреть на реакцию остальных и видит только бледные напряжённые лица.
Она встает из-за стола вместе с Броком.
Их стулья царапают пол одновременно, поэтому на неё никто не обращает внимания и первый шаг они делают вместе.
Только у парня преимущество – он уже вплотную стоит к Мири, отделенный от нее только подносом.
Ей же до перепуганной девчонки шагов пять.
- Не хочешь так, значит будет по-другому, - резким движением снизу вверх Брок бьёт по подносу, отчего все тарелки и кружка подпрыгивают, расплескивая содержимое и криво падают обратно.
Ещё одним движением прижимает поднос к груди девушки и вся еда оказывается на одежде, обжигая кожу. Но Мири пока ещё этого не чувствует.
- Я надеюсь в кровати ты не лежишь как бревно, - носом проводит близко к лицу у уха, - но и здесь я могу кое-чему тебя научить, кроха.
Неожиданно, но Мири даёт ему пощёчину. Хлестко, сильно, оставляя красный след на щеке. Скорее всего девушка сама не поняла, как это случилось, потому что уже в следующую секунду с ужасом смотрит на свою покрасневшую ладошку.
- ТЫ! - Брок толкает девушку, та падает на пол попой, поднос с оглушающим звоном летит, подпрыгивая, в сторону, делает шаг ближе и уже заносит руку для ответной пощечины, как…
Прямо перед его носом, закрывая свет, резко останавливается злосчастный поднос. Ошметки еды летят в лицо, забрызгав футболку и волосы.
- Только попробуй, - раздаётся совсем рядом спокойный голос.
О.
Он этот голос из тысячи узнает.
Девушка, которая от него убежала.
Девушка, которая ему отказала.
Девушка, которую он хотел и которая ему не дала.
Брок вытирает лицо ладонью и стряхивает на пол.
Точно.
Вот она стоит перед ним – зелёные глаза прищурены и горят, словно в голове костёр разожгли, пухлые губы плотно сжаты, и эта забавная причёска с косичками. Перед глазами встает одна из картин, которую он себе представлял после первой встречи с ней: как она прыгает на нем, задыхаясь, а бусинки звякают в такт его резким движениям. Внизу живота сразу же тяжелеет.
- Что, красотка, захотелось занять её место? – улыбается Брок, облизыв пересохшие губы.
Вот только встречаетсч не с привычным обожанием, трепетом, ответным желанием или страхом, а с тем как эта Сания осмотривает его сверху вниз, словно экспонат в музее.
- Ты вроде не изменился за эти дни, с чего решил, что сможешь?
- Ах ты…
Резкий к ней бросок, но девушка так же резко отскакивает назад, обегая стол так, чтобы он встал между ними.
Цокает и недовольно качает головой.
- Ну что с тебя взять…
Это выводит Брока из себя окончательно и он уже не видит ничего вокруг, кроме убегающей от него девчонки. Со злости расшвыривает встающие на пути столы и стулья, не обращая внимания на то, есть кто за ними или нет.
- А ну…Подошла…Сюда!!! – рычит ей, на что ведьма только хохочет, поворачивается к нему спиной и призывно качает бедрами, проводя по ним руками сверху вниз.
Это зазывающее откровенное движение срывает все стоп-краны. Забывая о запрете на использование дара вне разрешённых мест (а столовая была неразрешенным) создаёт белые искрящиеся стены по обе стороны от девушки, чтобы та не сбежала, и быстро к ней приближается. Сания даже не успевает полностью обернуться, как её грудью прижимают к стене, в поясницу упирается крепкий стояк и руки Брока уже вовсю оглаживают живот и все, что ниже.
Похоже, нужно ввести ознакомительную лекцию о том, что опасно делать с беспризорниками. Хватать за запястье- пункт первый. Зажимать куда-либо без согласия – пункт второй.
Прода от 05.02.2023, 21:21
Сания резким движением бьёт головой по носу парня, отчего тот делает шаг назад. Этого хватает, чтобы развернуться и прижать спиной к стене.
Девушка приподнимается на носочки, чтобы достать до его уха и начинает что-то горячо ему шептать. Грязно, не стесняясь в выражениях, называя все своими именами и с подробнейшими деталями описывает все то, что сделала бы с ним мадам Прузетта из дома терпимости, если бы Мири пострадала сильнее.
- Сания! Брок! – громкий окрик словно вырывает их из странного транса.
Ректор, Аксель и Дората стоят посреди разрушенной столовой и смотрят на них. Рэм злится, Аксель как всегда спокойно и невозмутимо всматривается исключительно в девушку, Дората хмурится.
- Что здесь произошло? – грозно требует Рэм.
- Тут пучок свидетелей, спроси у них, - обводит рукой помещение и, наконец, отрывается от Брока, - и вообще, я – пострадавшая сторона. Этот ко мне приставал.
Делает шаг в сторону, состроив мордашку, будто её сейчас стошнит и на обозрение оставшейся самой смелой публике представляет застывшего Брока с неоспоримым доказательством её слов, выделяющимся через ткань свободных штанов.
- Сания! Ко мне, - рычит Рэм, - Брок! Наводишь здесь порядок и потом тоже ко мне. Нас ждёт серьёзный разговор.
Вихрем разворачивается и выходит из столовой. Сания идёт следом, специально огибает белобрысую семейку по широкой дуге, сцепившись взглядом с Акселем, и выходит из столовой.
Чувствует ли она вину?
Нет.
Брок обнаглел. Пусть творит, что хочет, но если она это видит – мимо проходить не будет.
Так было принято у них в семье: помогай слабому. С той лишь оговоркой, что слабый должен быть из твоих. Значит ли это, что Мири невольно стала её семьёй? Или то, что круг людей вокруг неё расширился в принципе?
- Сания! Что. Ты. Творишь? – сразу же начинает ругаться Рэм, захлопнув дверь кабинета, - ты хоть знаешь, кто его родители?
- А ты знаешь, кто мои родители? – с вызовом бросает девушка, падая на диван.
Рэм застывает на мгновение, растерявшись. Родители? Что ещё за сюрприз ждёт его?
- Вот и я не знаю, - невозмутимо продолжает Сани после короткого молчания, - и если он пойдёт к папочке жаловаться, что его побила девочка, - проговаривает это издевательским голосом, - я в нем окончательно разочаруюсь. И вообще, я думала ты за меня.
- Я за тебя, но я ректор…
- Двуличный гад, - улыбается Сания.
Мужчина выдыхает и садится в кресло, запрокинув голову назад. От той психической и физической усталости, что он чувствовал по возвращению сюда, не осталось и следа. Эта девочка переключила в нем тумблер с режима «Сдохнуть бы» на «Живем дальше».
- Как в остальном дела? – спросил наконец, выдохнув остатки напряжения.
- Я ужасно соскучилась! Где ты так долго пропадал?
И рассказала ему про выход в город, про носочки, про то, что теперь каждый месяц можно что-то необходимое покупать детям.
- У вас там есть дети? Сколько их?
- Младшие, да. Те, кому меньше 16. Сейчас тринадцать и пятеро взрослых – я, Вал, Сэм, Надин и Трит. Надин и Трит часто уходят, их почти не бывает дома. Сэм целитель, а Вал наша мамочка. Она возится с совсем крошками.
Рэм потрясён.
- Похоже все, что мы знаем о вашем мире – неправда.
- По большей части правда, не обольщайся.
- Тебе нужно сдать экзамены на отлично, чтобы получать повышенную стипендию.
- Да, я работаю над этим!
Делится своим восторгом по поводу бумаги, что так много писать пока еще тяжеловато, но вот вчера она все равно сделала все необходимые конспекты. И у нее есть пара вопросов, которые она не поняла, а где искать - не знает.
- Задавай, - улыбается мужчина.
Он отвечает и удивляется, удивляется, удивляется.
Она не спрашивает про сложные формулы или принципы.
Она спрашивает о мотивах тех или иных поступков бывших правителей. Она спрашивает о Всевидящем – их боге.
Беспризорники чаще ругались этим именем, чем молились ему, и ей было интересно, почему некоторым все, а кому-то – ничего.
- Все души проходят в эту жизнь, чтобы наработать добродетели, - видя вопрос в глазах, поясняет, - делать хорошие поступки и стать хорошими людьми. Если не получается в этой жизни – будут пробовать ещё, рождаясь ещё и ещё раз. Когда пройдут необходимый урок, наработают нужные добродетели – переходят или на другой уровень, например попадают в лучший мир…
