Я последовала её совету. Сначала было трудно отвлечься от мысли, что это магия, и просто почувствовать платье как вторую кожу. Но затем, вспомнив тренировки по осознанию тела из храма, мне удалось поймать нужное состояние. Я ощутила, как ткань на мне стала мягко двигаться, подстраиваясь под изгибы, как будто её кроили специально для меня. Через минуту напряжение в плечах и талии исчезло.
— Готово, — сказала Элиана, и я открыла глаза. Платье сидело безупречно. Я даже удивилась, что у меня получилось с первого раза.
Элиана быстро сходила в свою комнату и вернулась в элегантном платье цвета морской волны, которое не сковывало движений. Почти одновременно в дверном проёме беззвучно появились Лорэн и Каин. Они также переоделись: Лорэн в тёмно-синие одежды с серебристой обстрочкой — будто знал, какое платье я надену, и выбрал костюм в тон; Каин был одет во всё чёрное, простого но безупречного кроя, позволявшего мгновенно действовать.
— Вы вовремя, — сказала я, — как будто чувствовали, что мы готовы.
— Мы просто знаем, во сколько придут стражи, — сухо ответил Каин.
Едва он это произнёс, в коридоре за дверью возникли две знакомые фигуры в тёмных доспехах. Они молча жестом указали направление.
Столовая оказалась гигантским залом со столами, расставленными буквой «П». В центре, на возвышении, стоял пустой массивный трон — видимо, для принца. Нас провели к одному из дальних столов, где уже сидели несколько групп — другие претендентки со своими помощниками. На нас упали десятки взглядов — оценивающие, враждебные, любопытные. Я почувствовала, как Лорэн слегка коснулся моего локтя, напоминая о необходимости проверять окружающую магию. Элиана шла рядом, её движения были безупречно плавными и незаметно прикрывали мою спину с одного фланга. Каин шёл сзади, его присутствие ощущалось как щит.
Мы сели. Почти сразу слуги начали расставлять блюда. Всё выглядело роскошно: запечённые птицы с золотистой корочкой, фрукты неземных оттенков, хрустальные графины с напитками.
— Не трогай ничего, пока не проверим, — тихо, почти не двигая губами, сказал Лорэн.
Я кивнула, закрыла глаза на секунду, включив новое чувство. И сразу же уловила разное. Хлеб отдавал нейтральным, зернистым теплом. Фрукты — сладкими, но чистыми всплесками. А вот соус в серебряной соуснице... Он «звучал» приторно-сладко, но под этой сладостью пряталась тонкая, липкая нота — как паутина. Я тихо указала на него взглядом Лорэну.
Он незаметно провёл пальцем над блюдом, едва слышно пробормотав что-то. Кончики его пальцев слегка посинели.
— Подавитель воли, — так же тихо констатировал он. — Не смертельный, но на ужине сделал бы тебя сговорчивой и туповатой.
Каин, не глядя, отодвинул от себя кубок с вином, которое «пахло» для меня резкой, едкой кислотой.
— Там что-то для обострения эмоций. Страх, гнев, ревность — идеальный коктейль для скандала.
Мы ели только то, что проходило проверку: простой хлеб, воду из нашего кувшина (Лорэн предварительно проверил и его), несколько очевидно чистых фруктов. Элиана следила за тем, как я держусь, шепнув пару раз: «Чуть расправь плечи», «Взгляд не бегает, он скользит».
«Кажется, пора вспомнить школу гейш». Но в этом новом теле это пока сложно — нужны тренировки, чтобы знания стали навыком.
Ужин шёл своим чередом. Вдруг в центре зала появились слуги с огромным подносом, уставленным пирогами.
— Традиционное угощение от устроителей Отбора, — объявил Хранитель. — Каждая претендентка получит свой кусок.
Нам принесли пирог на красивом блюде. От него веяло густым, дурманящим мёдом. Я на всякий случай прикрыла глаза и прислушалась к внутреннему чутью.
Прежде чем я успела что-то сказать, Лорэн вежливо, но твёрдо поднял руку.
— Благодарим за щедрость, но леди Рина придерживается определённой диеты по совету личного врачевателя. — Его голос был безупречно вежливым, но в нём вибрировала лёгкая магическая угроза.
— Но мы обязательно немного попробуем, — улыбнулась я, забирая тарелку и слегка пиная Лорэна под столом, чтобы молчал.
Как только слуга отошёл, я перевела взгляд на Лорэна.
— Что это? Там что-то липкое, как паутина.
Он едва заметно провёл пальцем над краем пирога, его глаза на миг затянулись серебристой дымкой.
— Привязка. Съешь — и тот, кто вложил эту магию, получит возможность отслеживать тебя. А возможно, и не только это.
— Отец Алисии, вот той, в платье с золотыми нитями, — негромко добавил Каин, — один из спонсоров Отбора. Если кто и мог договориться со слугами, чтобы пирог для нас оказался особенным — то только Алисия.
— А ты можешь обезвредить? — спросила я Лорена. — Чтобы мы демонстративно попробовали?
Лорэн чуть приподнял бровь, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.
— Могу. Но если тот, кто это создал, достаточно силён — почувствует, что чары сняты. И поймёт, что мы раскусили ловушку.
— Пусть понимает, — тихо усмехнулся Каин из-за спины. — Иногда лучшая защита — показать, что тебя не так просто взять.
— Ты же сам говорил: не все умеют определять магию, — добавила я. — Поэтому мы попробуем. А они потом пусть думают, почему со мной ничего не происходит.
Лорэн кивнул, его пальцы совершили короткое, почти незаметное движение над пирогом. Серая дымка на миг окутала угощение и рассеялась.
— Чисто. Ешь.
Я взяла кусочек, демонстративно медленно прожевала и… поймала взгляд Алисии. Рыжеволосая претендентка сидела через три стола, но смотрела прямо на меня с жадным вниманием. Я улыбнулась ей самой невинной улыбкой.
Каин, наблюдавший за этой сценой, едва заметно кивнул — в его взгляде мелькнуло одобрение.
Кажется, я только что прошла небольшой экзамен.
Когда ужин подходил к концу и слуги начали разносить десерт, я почувствовала внезапную волну усталости. Но не физической — магической. Будто воздух в зале стал гуще, тяжелее. Я встретилась взглядом с Лорэном. Он кивнул, его лицо было серьёзным.
— Общая подавляющая аура, — шепнул он. — Стандартная практика. Чтобы все ушли спокойно и не начали выяснять отношения тут же. Пора.
Принц так и не появился.
Мы поднялись одними из первых. Наш уход заметили, но никто не последовал за нами — чары делали своё дело.
В коридоре, на пути обратно в крыло, Каин наконец расслабился.
— Неплохо для первого раза. Ядов избежали, провокацию отбили. Но запомни: сегодня они пробовали, изучали. Завтра будут действовать иначе.
Элиана добавила уже в дверях моей комнаты:
— А теперь отдых. Завтра начнётся настоящее обучение. И, возможно, первое испытание.
Я осталась одна в комнате, глядя на багровое небо за окном. Усталость накатывала волной, но внутри горела холодная, чистая решимость. Мы прошли первое испытание за обеденным столом. И моя команда меня не подвела. Это было только начало.
Ужин остался позади. Я зашла в свою комнату, и дверь бесшумно закрылась за мной, отсекая шум коридора. И тут, среди внезапной тишины, меня осенила тревожная мысль, холодной иглой пронзившая сознание: а мог ли кто-то, кроме меня, зайти сюда? Замок полон слуг, магов, конкуренток. А моя дверь, кажется, не имела замка. А если могли зайти… то могли и что-то оставить. Сразу всплыла в памяти история, прочитанная когда-то в родном мире про Анжелику, чью ночную рубашку служанка пропитала ядом.
«Нет. Я не могу позволить себе роскошь беспечности. Лорэн учил «пробовать на вкус» всё подряд. Что ж, начну со своих покоев».
Я замерла в центре гостиной, закрыла глаза и сделала медленный вдох, настраиваясь на ту самую внутреннюю чувствительность. Отбросила ощущение своей усталости, запах камня и воска. И стала слушать… чувствовать. Сперва — сама комната. Знакомый, нейтральный фон: тяжёлая, древняя энергия камня стен и пола, лёгкая, сухая аура старого дерева от мебели. Ничего нового, ничего чужеродного.
Затем я мысленно проверила гостиную, сосредоточившись на каждом объекте. Стол — просто массивная древесина, холодная и инертная. Стулья — то же самое. Шкафы… я подошла к ним и положила ладонь на гладкую поверхность. Тихое, сонное древесное эхо. Ни намёка на чужое вмешательство или скрытую магию. Графин с водой на столе «звучал» той же чистой, прозрачной нотой, что и раньше. Казалось, здесь всё было в порядке.
Я подошла к единственной двери справа и открыла её.
Спальня оказалась такой же скромной, как и гостиная. Стены из того же матового тёмно-серого камня. В дальней стене зияло небольшое, глубокое окно, больше похожее на бойницу. Под ним, встроенная в стену, стояла кровать — вырезанная из цельного массива чёрного дерева, лаконичная, мощная, с четырьмя громадными набалдашниками. Ширина ложа поражала — все два метра. Кроме кровати и слабого света от магических светильников в стенах — ничего. Только камень, дерево, тишина.
Я провела тщательную проверку. Подошла к кровати, сконцентрировалась. Полотно отдавало чистым, чуть травяным теплом — магия стирки и сушки, без примесей, их я уже узнавала. Само ложе, матрас, подушки — всё дышало нейтральным покоем, глубокой, «сонной» энергией. Ни намёка на тревогу, приворот или отраву. С облегчением я перевела дух.
У противоположной стены заметила неприметную дверь. Открыв её, увидела небольшую, но устроенную со всеми удобствами ванную комнату. Всё здесь тоже было каменным и деревянным. Я проверила всё: края каменной чаши умывальника, поверхность огромной купели, даже мягкие полотенца на стойке. Всё излучало ту же чистую, почти стерильную бытовую магию. Вода, струившаяся из крана, «звенела» кристальной ясностью.
Только теперь, убедившись, что мой новый дом – это действительно моя крепость, я позволила себе расслабиться. Вернувшись в гостиную, я наконец сняла вечернее платье. Шёлк и кружево, теперь казавшиеся частью пройденного испытания, бесшумно соскользнули на пол. Я аккуратно собрала их и подошла к шкафу.
Положив ладонь на гладкую древесину, я закрыла глаза и ясно представила себе три вещи: прочную вешалку с моим платьем, теплые тапочки, ходить по каменным холодным полам и ночную сорочку — простой шёлковый сарафан-сорочку до колен, как у себя дома. Открыв глаза, я почувствовала и увидела, что платья в руках нет, оно висит на вешалке в шкафу, а рядом на полочке лежит сорочка цвета слоновой кости — точь-в-точь, как я задумала, а внизу стоят меховые тапочки.
Взяв сорочку и переобувшись в тапочки я вернулась в ванную и быстро обмылась, при этом проверяя каждое средство. Затем вернулась в спальню.
У окна-бойницы я прикоснулась к камню, и тяжелая плита вдруг бесшумно отъехала, впустив в комнату ночной воздух — прохладный, свежий, пахнущий свободой. Я вдохнула его полной грудью.
Затем, погасив светильники, я забралась в свою огромную кровать. Прохлада от окна ласкала лицо. Где-то вдалеке завывал ветер.
Я закрыла глаза, чувствуя, как последние остатки напряжения растворяются. Усталость накрыла меня тёплой, тяжёлой волной.
«Сережа, Максимка, Лиза – я вас люблю, я сделаю все, чтобы к вам вернуться. Представляете, у меня теперь есть магия, настоящая..»
Я не успела закончить мысль, уснула мгновенно. Заснула, зная, что первый рубеж обороны я удержала.
Утром я проснулась как всегда — примерно в пять. Годы в храме выработали во мне железный внутренний будильник, и он сработал даже здесь. Поскольку пробежаться было негде — разве что на месте или вокруг этого монументального стола, — я начала с разминки на растяжку, предварительно «заказав» у шкафа тонкий коврик, спортивные брюки и футболку.
После растяжки выполнила несколько силовых упражнений из пилатеса (сотню, перекат вверх, круги ногами и другие), максимально используя ограниченное пространство. Потом повторила боевые стойки и связки ударов — мышцы благодарно откликались, память тела была жива.
«Надо будет договориться с Каином об утренних спаррингах», — отметила я про себя.
Закончив с обычной программой, перешла к отработке осанки. Её нужно было довести до автоматизма, как у гейши. А ещё я подумала, что не помешает поработать над голосом — вдруг придётся петь или говорить на публику? Примерно час, пока в дверь не постучали, я ходила, кружилась и приседала… с глиняным кувшином на голове. А что? Заказывать у шкафа специальный инвентарь, тратя на это собственную магию, казалось расточительством. Параллельно я тихо распевалась и делала дыхательные упражнения, разрабатывая лёгкие и диафрагму.
Когда в дверь наконец постучали, я так и открыла её — с кувшином на макушке, в спортивных брюках, с чуть взмокшей фуболкой. В коридоре стояла моя команда в полном составе — точнее, трое стояли, а четвёртый ощущался где-то рядом. Кажется, мой вид их слегка ошеломил. Я аккуратно сняла кувшин, поставила его на стол и, вытирая ладонь о бедро, сказала:
— Тренировалась.
Элиана ответила одобрительной, чуть удивлённой улыбкой. Я махнула рукой, приглашая войти.
Как только дверь закрылась, я задала первый вопрос, который крутился у меня в голове с утра:
— Подскажите, как у нас в крыле обстоят дела с защитой комнат? Вчера вечером не смогла лечь спать, пока не проверила все сама — мог ли кто-то сюда войти без меня? И если да, то мог ли что-то подложить или настроить против меня. Я проверила всё, как учил Лорэн, но хотела узнать — есть ли здесь какие-то постоянные охраняющие заклятья? Можно ли как-то запирать комнату?
Каин усмехнулся, и в его глазах мелькнула та самая хищная ухмылка:
— Ты думаешь, я об этом не позаботился?
Мне стало искренне неловко — действительно, как-то не пришло в голову, что он мог обезопасить наше крыло одним из первых. Но Каин тут же, уже без усмешки, но с лёгким одобрением добавил:
— Но ты молодец. Всегда будь начеку. Сработаемся.
Лорэн кивнул, подтверждая:
— На всём крыле со вчерашнего дня стоит несколько слоёв пассивной защиты — от незваных гостей, шпионских чар и попыток дистанционного влияния. Но твоя бдительность похвальна. Доверяй инстинкту, но помни — теперь ты не одна.
Из угла донёсся довольный голос Четвёртого:
— А кувшин на голове — это сильный ход. Надо запомнить. Никто не ожидает атаки от женщины с посудой на макушке.
Я расслабила плечи. Команда работала.
— Какие планы на день? Нам о них кто-то сообщит? — спросила я, переходя к делу. — И ещё… Мне бы хотелось утро начинать с физических тренировок. — Я повернулась к Каину. — Пробежка, разминка, спарринг. Я встаю около пяти. Это можно организовать?
Каин оценивающе кивнул, его взгляд скользнул по моей фигуре в спортивной форме.
— Вопрос разумный. С завтрашнего утра начнём. Если позволят планы Совета, добавим и вечернюю сессию. Что касается распорядка дня — его объявят на завтраке.
— Который начнётся через полчаса, — мягко, но настойчиво вмешалась Элиана. — Поэтому, Рина, срочно приведи себя в порядок. На завтрак подойдёт любое платье в пол, прикрывающее плечи и руки. Если хочешь соответствовать местной моде, избегай ярких цветов и излишней роскоши в первой половине дня. Приглушённые тона, простой крой.
— Поняла, — кивнула я и направилась к шкафу.
Положив руку на гладкую древесину, я вновь сосредоточилась на образе. Мне не хотелось повторять вчерашний торжественный наряд. Через мгновение я достала платье. Лиф был закрытым, с длинными рукавами-фонариками до локтя, от высокой талии струился мягкий подол без обильных складок. Идеально для утра.
— Готово, — сказала Элиана, и я открыла глаза. Платье сидело безупречно. Я даже удивилась, что у меня получилось с первого раза.
Элиана быстро сходила в свою комнату и вернулась в элегантном платье цвета морской волны, которое не сковывало движений. Почти одновременно в дверном проёме беззвучно появились Лорэн и Каин. Они также переоделись: Лорэн в тёмно-синие одежды с серебристой обстрочкой — будто знал, какое платье я надену, и выбрал костюм в тон; Каин был одет во всё чёрное, простого но безупречного кроя, позволявшего мгновенно действовать.
— Вы вовремя, — сказала я, — как будто чувствовали, что мы готовы.
— Мы просто знаем, во сколько придут стражи, — сухо ответил Каин.
Едва он это произнёс, в коридоре за дверью возникли две знакомые фигуры в тёмных доспехах. Они молча жестом указали направление.
Глава 3. Первое испытание - Выход в свет
Столовая оказалась гигантским залом со столами, расставленными буквой «П». В центре, на возвышении, стоял пустой массивный трон — видимо, для принца. Нас провели к одному из дальних столов, где уже сидели несколько групп — другие претендентки со своими помощниками. На нас упали десятки взглядов — оценивающие, враждебные, любопытные. Я почувствовала, как Лорэн слегка коснулся моего локтя, напоминая о необходимости проверять окружающую магию. Элиана шла рядом, её движения были безупречно плавными и незаметно прикрывали мою спину с одного фланга. Каин шёл сзади, его присутствие ощущалось как щит.
Мы сели. Почти сразу слуги начали расставлять блюда. Всё выглядело роскошно: запечённые птицы с золотистой корочкой, фрукты неземных оттенков, хрустальные графины с напитками.
— Не трогай ничего, пока не проверим, — тихо, почти не двигая губами, сказал Лорэн.
Я кивнула, закрыла глаза на секунду, включив новое чувство. И сразу же уловила разное. Хлеб отдавал нейтральным, зернистым теплом. Фрукты — сладкими, но чистыми всплесками. А вот соус в серебряной соуснице... Он «звучал» приторно-сладко, но под этой сладостью пряталась тонкая, липкая нота — как паутина. Я тихо указала на него взглядом Лорэну.
Он незаметно провёл пальцем над блюдом, едва слышно пробормотав что-то. Кончики его пальцев слегка посинели.
— Подавитель воли, — так же тихо констатировал он. — Не смертельный, но на ужине сделал бы тебя сговорчивой и туповатой.
Каин, не глядя, отодвинул от себя кубок с вином, которое «пахло» для меня резкой, едкой кислотой.
— Там что-то для обострения эмоций. Страх, гнев, ревность — идеальный коктейль для скандала.
Мы ели только то, что проходило проверку: простой хлеб, воду из нашего кувшина (Лорэн предварительно проверил и его), несколько очевидно чистых фруктов. Элиана следила за тем, как я держусь, шепнув пару раз: «Чуть расправь плечи», «Взгляд не бегает, он скользит».
«Кажется, пора вспомнить школу гейш». Но в этом новом теле это пока сложно — нужны тренировки, чтобы знания стали навыком.
Ужин шёл своим чередом. Вдруг в центре зала появились слуги с огромным подносом, уставленным пирогами.
— Традиционное угощение от устроителей Отбора, — объявил Хранитель. — Каждая претендентка получит свой кусок.
Нам принесли пирог на красивом блюде. От него веяло густым, дурманящим мёдом. Я на всякий случай прикрыла глаза и прислушалась к внутреннему чутью.
Прежде чем я успела что-то сказать, Лорэн вежливо, но твёрдо поднял руку.
— Благодарим за щедрость, но леди Рина придерживается определённой диеты по совету личного врачевателя. — Его голос был безупречно вежливым, но в нём вибрировала лёгкая магическая угроза.
— Но мы обязательно немного попробуем, — улыбнулась я, забирая тарелку и слегка пиная Лорэна под столом, чтобы молчал.
Как только слуга отошёл, я перевела взгляд на Лорэна.
— Что это? Там что-то липкое, как паутина.
Он едва заметно провёл пальцем над краем пирога, его глаза на миг затянулись серебристой дымкой.
— Привязка. Съешь — и тот, кто вложил эту магию, получит возможность отслеживать тебя. А возможно, и не только это.
— Отец Алисии, вот той, в платье с золотыми нитями, — негромко добавил Каин, — один из спонсоров Отбора. Если кто и мог договориться со слугами, чтобы пирог для нас оказался особенным — то только Алисия.
— А ты можешь обезвредить? — спросила я Лорена. — Чтобы мы демонстративно попробовали?
Лорэн чуть приподнял бровь, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.
— Могу. Но если тот, кто это создал, достаточно силён — почувствует, что чары сняты. И поймёт, что мы раскусили ловушку.
— Пусть понимает, — тихо усмехнулся Каин из-за спины. — Иногда лучшая защита — показать, что тебя не так просто взять.
— Ты же сам говорил: не все умеют определять магию, — добавила я. — Поэтому мы попробуем. А они потом пусть думают, почему со мной ничего не происходит.
Лорэн кивнул, его пальцы совершили короткое, почти незаметное движение над пирогом. Серая дымка на миг окутала угощение и рассеялась.
— Чисто. Ешь.
Я взяла кусочек, демонстративно медленно прожевала и… поймала взгляд Алисии. Рыжеволосая претендентка сидела через три стола, но смотрела прямо на меня с жадным вниманием. Я улыбнулась ей самой невинной улыбкой.
Каин, наблюдавший за этой сценой, едва заметно кивнул — в его взгляде мелькнуло одобрение.
Кажется, я только что прошла небольшой экзамен.
Когда ужин подходил к концу и слуги начали разносить десерт, я почувствовала внезапную волну усталости. Но не физической — магической. Будто воздух в зале стал гуще, тяжелее. Я встретилась взглядом с Лорэном. Он кивнул, его лицо было серьёзным.
— Общая подавляющая аура, — шепнул он. — Стандартная практика. Чтобы все ушли спокойно и не начали выяснять отношения тут же. Пора.
Принц так и не появился.
Мы поднялись одними из первых. Наш уход заметили, но никто не последовал за нами — чары делали своё дело.
В коридоре, на пути обратно в крыло, Каин наконец расслабился.
— Неплохо для первого раза. Ядов избежали, провокацию отбили. Но запомни: сегодня они пробовали, изучали. Завтра будут действовать иначе.
Элиана добавила уже в дверях моей комнаты:
— А теперь отдых. Завтра начнётся настоящее обучение. И, возможно, первое испытание.
Я осталась одна в комнате, глядя на багровое небо за окном. Усталость накатывала волной, но внутри горела холодная, чистая решимость. Мы прошли первое испытание за обеденным столом. И моя команда меня не подвела. Это было только начало.
Глава 4. Мой дом - моя крепость
Ужин остался позади. Я зашла в свою комнату, и дверь бесшумно закрылась за мной, отсекая шум коридора. И тут, среди внезапной тишины, меня осенила тревожная мысль, холодной иглой пронзившая сознание: а мог ли кто-то, кроме меня, зайти сюда? Замок полон слуг, магов, конкуренток. А моя дверь, кажется, не имела замка. А если могли зайти… то могли и что-то оставить. Сразу всплыла в памяти история, прочитанная когда-то в родном мире про Анжелику, чью ночную рубашку служанка пропитала ядом.
«Нет. Я не могу позволить себе роскошь беспечности. Лорэн учил «пробовать на вкус» всё подряд. Что ж, начну со своих покоев».
Я замерла в центре гостиной, закрыла глаза и сделала медленный вдох, настраиваясь на ту самую внутреннюю чувствительность. Отбросила ощущение своей усталости, запах камня и воска. И стала слушать… чувствовать. Сперва — сама комната. Знакомый, нейтральный фон: тяжёлая, древняя энергия камня стен и пола, лёгкая, сухая аура старого дерева от мебели. Ничего нового, ничего чужеродного.
Затем я мысленно проверила гостиную, сосредоточившись на каждом объекте. Стол — просто массивная древесина, холодная и инертная. Стулья — то же самое. Шкафы… я подошла к ним и положила ладонь на гладкую поверхность. Тихое, сонное древесное эхо. Ни намёка на чужое вмешательство или скрытую магию. Графин с водой на столе «звучал» той же чистой, прозрачной нотой, что и раньше. Казалось, здесь всё было в порядке.
Я подошла к единственной двери справа и открыла её.
Спальня оказалась такой же скромной, как и гостиная. Стены из того же матового тёмно-серого камня. В дальней стене зияло небольшое, глубокое окно, больше похожее на бойницу. Под ним, встроенная в стену, стояла кровать — вырезанная из цельного массива чёрного дерева, лаконичная, мощная, с четырьмя громадными набалдашниками. Ширина ложа поражала — все два метра. Кроме кровати и слабого света от магических светильников в стенах — ничего. Только камень, дерево, тишина.
Я провела тщательную проверку. Подошла к кровати, сконцентрировалась. Полотно отдавало чистым, чуть травяным теплом — магия стирки и сушки, без примесей, их я уже узнавала. Само ложе, матрас, подушки — всё дышало нейтральным покоем, глубокой, «сонной» энергией. Ни намёка на тревогу, приворот или отраву. С облегчением я перевела дух.
У противоположной стены заметила неприметную дверь. Открыв её, увидела небольшую, но устроенную со всеми удобствами ванную комнату. Всё здесь тоже было каменным и деревянным. Я проверила всё: края каменной чаши умывальника, поверхность огромной купели, даже мягкие полотенца на стойке. Всё излучало ту же чистую, почти стерильную бытовую магию. Вода, струившаяся из крана, «звенела» кристальной ясностью.
Только теперь, убедившись, что мой новый дом – это действительно моя крепость, я позволила себе расслабиться. Вернувшись в гостиную, я наконец сняла вечернее платье. Шёлк и кружево, теперь казавшиеся частью пройденного испытания, бесшумно соскользнули на пол. Я аккуратно собрала их и подошла к шкафу.
Положив ладонь на гладкую древесину, я закрыла глаза и ясно представила себе три вещи: прочную вешалку с моим платьем, теплые тапочки, ходить по каменным холодным полам и ночную сорочку — простой шёлковый сарафан-сорочку до колен, как у себя дома. Открыв глаза, я почувствовала и увидела, что платья в руках нет, оно висит на вешалке в шкафу, а рядом на полочке лежит сорочка цвета слоновой кости — точь-в-точь, как я задумала, а внизу стоят меховые тапочки.
Взяв сорочку и переобувшись в тапочки я вернулась в ванную и быстро обмылась, при этом проверяя каждое средство. Затем вернулась в спальню.
У окна-бойницы я прикоснулась к камню, и тяжелая плита вдруг бесшумно отъехала, впустив в комнату ночной воздух — прохладный, свежий, пахнущий свободой. Я вдохнула его полной грудью.
Затем, погасив светильники, я забралась в свою огромную кровать. Прохлада от окна ласкала лицо. Где-то вдалеке завывал ветер.
Я закрыла глаза, чувствуя, как последние остатки напряжения растворяются. Усталость накрыла меня тёплой, тяжёлой волной.
«Сережа, Максимка, Лиза – я вас люблю, я сделаю все, чтобы к вам вернуться. Представляете, у меня теперь есть магия, настоящая..»
Я не успела закончить мысль, уснула мгновенно. Заснула, зная, что первый рубеж обороны я удержала.
***
Утром я проснулась как всегда — примерно в пять. Годы в храме выработали во мне железный внутренний будильник, и он сработал даже здесь. Поскольку пробежаться было негде — разве что на месте или вокруг этого монументального стола, — я начала с разминки на растяжку, предварительно «заказав» у шкафа тонкий коврик, спортивные брюки и футболку.
После растяжки выполнила несколько силовых упражнений из пилатеса (сотню, перекат вверх, круги ногами и другие), максимально используя ограниченное пространство. Потом повторила боевые стойки и связки ударов — мышцы благодарно откликались, память тела была жива.
«Надо будет договориться с Каином об утренних спаррингах», — отметила я про себя.
Закончив с обычной программой, перешла к отработке осанки. Её нужно было довести до автоматизма, как у гейши. А ещё я подумала, что не помешает поработать над голосом — вдруг придётся петь или говорить на публику? Примерно час, пока в дверь не постучали, я ходила, кружилась и приседала… с глиняным кувшином на голове. А что? Заказывать у шкафа специальный инвентарь, тратя на это собственную магию, казалось расточительством. Параллельно я тихо распевалась и делала дыхательные упражнения, разрабатывая лёгкие и диафрагму.
Когда в дверь наконец постучали, я так и открыла её — с кувшином на макушке, в спортивных брюках, с чуть взмокшей фуболкой. В коридоре стояла моя команда в полном составе — точнее, трое стояли, а четвёртый ощущался где-то рядом. Кажется, мой вид их слегка ошеломил. Я аккуратно сняла кувшин, поставила его на стол и, вытирая ладонь о бедро, сказала:
— Тренировалась.
Элиана ответила одобрительной, чуть удивлённой улыбкой. Я махнула рукой, приглашая войти.
Как только дверь закрылась, я задала первый вопрос, который крутился у меня в голове с утра:
— Подскажите, как у нас в крыле обстоят дела с защитой комнат? Вчера вечером не смогла лечь спать, пока не проверила все сама — мог ли кто-то сюда войти без меня? И если да, то мог ли что-то подложить или настроить против меня. Я проверила всё, как учил Лорэн, но хотела узнать — есть ли здесь какие-то постоянные охраняющие заклятья? Можно ли как-то запирать комнату?
Каин усмехнулся, и в его глазах мелькнула та самая хищная ухмылка:
— Ты думаешь, я об этом не позаботился?
Мне стало искренне неловко — действительно, как-то не пришло в голову, что он мог обезопасить наше крыло одним из первых. Но Каин тут же, уже без усмешки, но с лёгким одобрением добавил:
— Но ты молодец. Всегда будь начеку. Сработаемся.
Лорэн кивнул, подтверждая:
— На всём крыле со вчерашнего дня стоит несколько слоёв пассивной защиты — от незваных гостей, шпионских чар и попыток дистанционного влияния. Но твоя бдительность похвальна. Доверяй инстинкту, но помни — теперь ты не одна.
Из угла донёсся довольный голос Четвёртого:
— А кувшин на голове — это сильный ход. Надо запомнить. Никто не ожидает атаки от женщины с посудой на макушке.
Я расслабила плечи. Команда работала.
— Какие планы на день? Нам о них кто-то сообщит? — спросила я, переходя к делу. — И ещё… Мне бы хотелось утро начинать с физических тренировок. — Я повернулась к Каину. — Пробежка, разминка, спарринг. Я встаю около пяти. Это можно организовать?
Каин оценивающе кивнул, его взгляд скользнул по моей фигуре в спортивной форме.
— Вопрос разумный. С завтрашнего утра начнём. Если позволят планы Совета, добавим и вечернюю сессию. Что касается распорядка дня — его объявят на завтраке.
— Который начнётся через полчаса, — мягко, но настойчиво вмешалась Элиана. — Поэтому, Рина, срочно приведи себя в порядок. На завтрак подойдёт любое платье в пол, прикрывающее плечи и руки. Если хочешь соответствовать местной моде, избегай ярких цветов и излишней роскоши в первой половине дня. Приглушённые тона, простой крой.
— Поняла, — кивнула я и направилась к шкафу.
Положив руку на гладкую древесину, я вновь сосредоточилась на образе. Мне не хотелось повторять вчерашний торжественный наряд. Через мгновение я достала платье. Лиф был закрытым, с длинными рукавами-фонариками до локтя, от высокой талии струился мягкий подол без обильных складок. Идеально для утра.
