Посреди комнаты – скорее даже зала – стоял накрытый стол с подсвечником, в котором горело пять свечей. При виде блюд, расставленных на столе, Вита почувствовала острый голод.
– Добро пожаловать, – сказала Фаирата, восседающая во главе стола.
Сейчас она уже не казалась ни простодушной рыжей девчонкой, ни жертвой биполярного расстройства, сбежавшей из психушки. Чёрное платье оттеняло её распущенные, извивающиеся по плечам волосы цвета огня, на руках в неверном свете свечей блистали перстни. По губам блуждала холодная улыбка. Фаирата была средоточием здешней власти, таинственной и недоброй.
Кроме Фаираты, за столом сидели красивый молодой человек лет двадцати пяти, неотрывно глядящий на хозяйку, и удручё0нного вида дама примерно того же возраста. Чуть поодаль расположился свернувшийся кольцами змей, его гладкое тело поблёскивало тёмным золотом.
– Это и есть ваш шабаш? – спросила Вита, стараясь, чтобы фраза прозвучала вызывающе. – Негусто. Где же представительство? Налицо ли кворум?
– Нас пятеро, – ответила Фаирата. – Вполне достаточно для благородного собрания.
– Но я – не ведьма! – отрезала Вита. – И я не имею отношения к вашему собранию!
– Ты – необходимый его элемент, – невозмутимо сказала Фаирата. – Это открыли мне древние книги, которым у меня есть основание верить. Я тебя нашла, и теперь я использую тебя, чтобы пленить Флифа.
Словно смертельным дыханием повеяло при этом слове. У Виты подкосились ноги. Очень кстати сзади оказался стул – в противном случае Вите пришлось бы пополнить список унижений, терпимых от Фаираты.
Когда Вита справилась с приступом неожиданной тошноты, ей снова захотелось есть. Прямо перед ней стояло блюдо с жареным мясом. Оно так аппетитно пахло…
– Ешь, не бойся, – сказала Фаирата. – Ты мне пригодишься, и я вовсе не намерена тебя отравить. И, если тебя это беспокоит – мясо не человеческое.
Вита была столь голодна, что это обеспокоило бы её в последнюю очередь. Она набросилась на еду.
– Итак, – произнесла Фаирата, обращаясь к присутствующим, и огоньки свеч торжествующе затрепыхались в тон её голосу, – первая наша цель достигнута. Она здесь. – Колдунья мельком глянула на Виту, торопливо запивающую мясо красным вином. – И она никуда не денется отсюда: мною установлен магический барьер. Сергей и Бэла, – Фаирата остановила на них взгляд, – вы займётесь тщательным изучением книг. Мы должны выяснить, как нам следует употребить её, – она вновь кивнула на Виту, – чтобы Флиф перестал нам досаждать.
Употребить! Использовать! Хотелось выцарапать глаза этой надменной рыжей кошке, которая позволяет себе так говорить о Вите. Но, вновь услышав имя «Флиф», Вита забыла о подобной мелочи. Она ощутила, как мурашки снова поползли у неё по спине.
– Кто такой… Флиф? – прошептала она, с трудом выговорив мерзкое слово, навевающее жуть.
– Флиф Пожиратель Душ, – прозвучал ответ, и, словно в ужасе, дёрнулось пламя свеч.
У Виты ёкнуло сердце.
– Вы… вы собираетесь скормить меня ему?
Фаирата захохотала.
Борясь с тошнотой, вновь подступившей к горлу, Вита отшвырнула стул и кинулась вон. Она сбежала по ступенькам крыльца и, не переводя дух, помчалась дальше, дальше, прочь из этого гнусного логова, вверх по дороге, ведущей к вздёрнутым краям чаши горизонта. Она смутно помнила, что там были какие-то избушки – не то дачки, не то хижины бомжей. Вите было всё равно: пусть бомжи, но они нормальные люди, они спасут её от одержимой ведьмы с её змеюкой. На пригорке она запнулась о торчащий из земли металлический прут, упала. Разбитые ноги были в крови. Вита заплакала от отчаяния. Там, в ложбинке меж пригорком и снова задирающейся вверх почвой были люди, но как до них добраться, когда босые израненные ноги нещадно болят?
Снизу потянуло холодом. Откуда взяться холоду в жарком июле? Вита задрожала. Это был не просто холод, от которого можно защититься одеждой или движением, а зловещий иррациональный Холод, ледяное дыхание Смерти. Что-то чёрное, клубящееся, как газ, и в то же время неуловимо плотное ползло по лощине. Огромное, длинное, подобно телу змея, вдвое превосходящего размерами Фаиратину рептилию, отвратительное чёрное нечто. Вита была уверена, что оно живое, но не могла различить ни глаз, ни зубов – оно было абсолютно, чудовищно чёрным, словно само олицетворение Тьмы, тёмное даже на фоне безлунной ночи.
В зловещей тишине – ни одна травинка не шелохнулась – оно надвинулось на хижину. Из дверей выбежал человек, напуганный, голый, только что из тёплой постели. Он открывал рот, как рыба, но не доносилось ни звука. Вита сама хотела закричать, но что-то перехватило в горле. Несчастный, заламывая руки, засветился голубым сиянием, странно похожим на то, что дрожало по краям чаши. Оно исходило из его помертвевшего тела и, постепенно краснея, поглощалось абсолютной Тьмой. Вот и не осталось больше света, и на месте недавно живого человека заклубилась чернота. Кошмарное нечто помедлило и двинулось к следующей хижине.
– Боже, – прошептала Вита, трогая себя за горло, словно пытаясь ослабить стальной захват. – Они все обречены! Все, кто по эту сторону проклятого барьера…
Её охватила безысходность.
По двору крошечного домика металась женщина, разевая рот в безмолвном крике. Руки её уже начали истекать свечением. Вита кляла свою беспомощность. Если бы она могла как-то помешать этому! Сердце ныло от сострадания и безотчётной жути.
Свечение неожиданно прекратилось. Чернота свернулась в клубок и, снова вытягиваясь, поползла прочь от домика. Женщина, в глазах которой не было больше ничего человеческого, отрешённо смотрела на свои руки. Вместо них вихрились расплывчатые сгустки тьмы!
Вита перевела взгляд на ночной кошмар. Он полз прямо на неё! Она замерла с ощущением омерзительного, животного страха, распласталась по земле лицом вниз, чтобы не видеть этот мрак… Что-то прошелестело мимо, обняло её холодным прикосновением. Она подняла голову. Гладкое тело змея-гиганта заслоняло её от пугающей черноты. С благодарностью она прижалась к прохладному боку чудища, скорее почувствовав, чем увидев, что угроза миновала. Воплощение Тьмы изогнулось газовой лентой и двинулось вниз, в том направлении, откуда прибежала Вита. Она с отвращением и облегчением следила, как оно скрывается за деревьями, бесплотно обтекая их.
– Что это было? – прошептала она и содрогнулась, не в силах совладать с собой.
Флиф Пожиратель Душ, – сам собой возник в мозгу ответ.
– Добро пожаловать, – сказала Фаирата, восседающая во главе стола.
Сейчас она уже не казалась ни простодушной рыжей девчонкой, ни жертвой биполярного расстройства, сбежавшей из психушки. Чёрное платье оттеняло её распущенные, извивающиеся по плечам волосы цвета огня, на руках в неверном свете свечей блистали перстни. По губам блуждала холодная улыбка. Фаирата была средоточием здешней власти, таинственной и недоброй.
Кроме Фаираты, за столом сидели красивый молодой человек лет двадцати пяти, неотрывно глядящий на хозяйку, и удручё0нного вида дама примерно того же возраста. Чуть поодаль расположился свернувшийся кольцами змей, его гладкое тело поблёскивало тёмным золотом.
– Это и есть ваш шабаш? – спросила Вита, стараясь, чтобы фраза прозвучала вызывающе. – Негусто. Где же представительство? Налицо ли кворум?
– Нас пятеро, – ответила Фаирата. – Вполне достаточно для благородного собрания.
– Но я – не ведьма! – отрезала Вита. – И я не имею отношения к вашему собранию!
– Ты – необходимый его элемент, – невозмутимо сказала Фаирата. – Это открыли мне древние книги, которым у меня есть основание верить. Я тебя нашла, и теперь я использую тебя, чтобы пленить Флифа.
Словно смертельным дыханием повеяло при этом слове. У Виты подкосились ноги. Очень кстати сзади оказался стул – в противном случае Вите пришлось бы пополнить список унижений, терпимых от Фаираты.
Когда Вита справилась с приступом неожиданной тошноты, ей снова захотелось есть. Прямо перед ней стояло блюдо с жареным мясом. Оно так аппетитно пахло…
– Ешь, не бойся, – сказала Фаирата. – Ты мне пригодишься, и я вовсе не намерена тебя отравить. И, если тебя это беспокоит – мясо не человеческое.
Вита была столь голодна, что это обеспокоило бы её в последнюю очередь. Она набросилась на еду.
– Итак, – произнесла Фаирата, обращаясь к присутствующим, и огоньки свеч торжествующе затрепыхались в тон её голосу, – первая наша цель достигнута. Она здесь. – Колдунья мельком глянула на Виту, торопливо запивающую мясо красным вином. – И она никуда не денется отсюда: мною установлен магический барьер. Сергей и Бэла, – Фаирата остановила на них взгляд, – вы займётесь тщательным изучением книг. Мы должны выяснить, как нам следует употребить её, – она вновь кивнула на Виту, – чтобы Флиф перестал нам досаждать.
Употребить! Использовать! Хотелось выцарапать глаза этой надменной рыжей кошке, которая позволяет себе так говорить о Вите. Но, вновь услышав имя «Флиф», Вита забыла о подобной мелочи. Она ощутила, как мурашки снова поползли у неё по спине.
– Кто такой… Флиф? – прошептала она, с трудом выговорив мерзкое слово, навевающее жуть.
– Флиф Пожиратель Душ, – прозвучал ответ, и, словно в ужасе, дёрнулось пламя свеч.
У Виты ёкнуло сердце.
– Вы… вы собираетесь скормить меня ему?
Фаирата захохотала.
Борясь с тошнотой, вновь подступившей к горлу, Вита отшвырнула стул и кинулась вон. Она сбежала по ступенькам крыльца и, не переводя дух, помчалась дальше, дальше, прочь из этого гнусного логова, вверх по дороге, ведущей к вздёрнутым краям чаши горизонта. Она смутно помнила, что там были какие-то избушки – не то дачки, не то хижины бомжей. Вите было всё равно: пусть бомжи, но они нормальные люди, они спасут её от одержимой ведьмы с её змеюкой. На пригорке она запнулась о торчащий из земли металлический прут, упала. Разбитые ноги были в крови. Вита заплакала от отчаяния. Там, в ложбинке меж пригорком и снова задирающейся вверх почвой были люди, но как до них добраться, когда босые израненные ноги нещадно болят?
Снизу потянуло холодом. Откуда взяться холоду в жарком июле? Вита задрожала. Это был не просто холод, от которого можно защититься одеждой или движением, а зловещий иррациональный Холод, ледяное дыхание Смерти. Что-то чёрное, клубящееся, как газ, и в то же время неуловимо плотное ползло по лощине. Огромное, длинное, подобно телу змея, вдвое превосходящего размерами Фаиратину рептилию, отвратительное чёрное нечто. Вита была уверена, что оно живое, но не могла различить ни глаз, ни зубов – оно было абсолютно, чудовищно чёрным, словно само олицетворение Тьмы, тёмное даже на фоне безлунной ночи.
В зловещей тишине – ни одна травинка не шелохнулась – оно надвинулось на хижину. Из дверей выбежал человек, напуганный, голый, только что из тёплой постели. Он открывал рот, как рыба, но не доносилось ни звука. Вита сама хотела закричать, но что-то перехватило в горле. Несчастный, заламывая руки, засветился голубым сиянием, странно похожим на то, что дрожало по краям чаши. Оно исходило из его помертвевшего тела и, постепенно краснея, поглощалось абсолютной Тьмой. Вот и не осталось больше света, и на месте недавно живого человека заклубилась чернота. Кошмарное нечто помедлило и двинулось к следующей хижине.
– Боже, – прошептала Вита, трогая себя за горло, словно пытаясь ослабить стальной захват. – Они все обречены! Все, кто по эту сторону проклятого барьера…
Её охватила безысходность.
По двору крошечного домика металась женщина, разевая рот в безмолвном крике. Руки её уже начали истекать свечением. Вита кляла свою беспомощность. Если бы она могла как-то помешать этому! Сердце ныло от сострадания и безотчётной жути.
Свечение неожиданно прекратилось. Чернота свернулась в клубок и, снова вытягиваясь, поползла прочь от домика. Женщина, в глазах которой не было больше ничего человеческого, отрешённо смотрела на свои руки. Вместо них вихрились расплывчатые сгустки тьмы!
Вита перевела взгляд на ночной кошмар. Он полз прямо на неё! Она замерла с ощущением омерзительного, животного страха, распласталась по земле лицом вниз, чтобы не видеть этот мрак… Что-то прошелестело мимо, обняло её холодным прикосновением. Она подняла голову. Гладкое тело змея-гиганта заслоняло её от пугающей черноты. С благодарностью она прижалась к прохладному боку чудища, скорее почувствовав, чем увидев, что угроза миновала. Воплощение Тьмы изогнулось газовой лентой и двинулось вниз, в том направлении, откуда прибежала Вита. Она с отвращением и облегчением следила, как оно скрывается за деревьями, бесплотно обтекая их.
– Что это было? – прошептала она и содрогнулась, не в силах совладать с собой.
Флиф Пожиратель Душ, – сам собой возник в мозгу ответ.
