– Для девушек этот раздел магии имеет первостепенное значение. Но и юношам стоит владеть им хотя бы на минимальном уровне, ведь далеко не всегда рядом с вами будут служанки или спутницы жизни.
Альба застонала про себя. Отлично, просто отлично. Она терпеть не могла труды в школе, где им рассказывали, как важно каждой девочке уметь вышивать, вязать и торты готовить. Она ничего из вышеперечисленного не умела, и ничего, жила себе… До одной поездки, мда. И тут такое же?.. Просто отлично.
– Бытовая магия будет с вами, адепты, с первого по пятый курс, и если вы будете прилежны, то сможете немало улучшить собственную жизнь. И начнем мы с вами с особенностей плетений, использующихся в бытовой магии. И я жду, что вы будете записывать лекцию, адепты. Покажете конспект на выходе с пары, просто так просиживать штаны никому не дам. Итак, тема нашей сегодняшней лекции «Общие особенности бытовой магии».
Альба честно пыталась писать и слушать разом. Потом стала просто фиксировать из речи преподавателя те слова, которые казались важными. Потом пришлось делать вид что пишет – рука устала быстро.
Но, несмотря на «важность бытовой магии для девушек», и вообще не слишком располагающий вид Оливии ле Тайт, слушать ее все равно было довольно интересно. К тому же преподавателем она была явно опытным, иллюстрировала свои слова примерами и зарисовками из практики применения заклинаний, которые чаще всего называла плетениями, или узорами. Альба не поняла и половины из магических терминов, которыми изобиловала речь магистра, но главный посыл все же уловила: бытовая магия, как и бесцветная магия, предполагала очень четкое представление результата колдовства и полное отсутствие эмоций при наполнении плетения силой. Бытовая магия была предметной, и в этом сильно походила на алхимию и некромантию. Да и бесцветная магия, работающая с небольшим количеством по какому-то странному признаку не проявляющих свой цвет нитей, тоже была предметной. Схемы в бытовой магии были прагматичными и основывались на прямых углах, что бы это не значило, и могли иметь до десяти измерений – что бы и это не значило…
К звуку колокола Альба, попытавшаяся перерисовать несколько простых узоров, применять которые они должны были научиться за семестр, почувствовала, что нужно было обзаводиться еще и линейкой. И циркулем. Еще бы понимать, зачем это все. Она честно переписала все отличия плетений бытовой магии, которые, судя по описаниям, выходили строгими и сложными, но практико-ориентированными, без эмоциональных компонентов, но все равно не уяснила, что это дает. И как это работать должно. Вон вчера она просто захотела чтобы лист полетел – и он полетел. Или это что-то другое?
– К следующему занятию заполните таблицу с доски, вписав основные сходства и различия с бытовой магией для каждой из основных магических специализаций, – «обрадовала» уставшую от конспектов группу преподаватель.
Благо, вторая пара была тут же, так что уходить никуда не надо было.
Альба, разминая пальцы, с грустью рассматривала замызганные чернилами манжеты. Надо будет подкатывать в следующий раз, определенно.
– Вот ведь сухарь, а? – Свен, сидевший за соседней партой, обернулся к Альбе после того как магистр Оливия вышла за дверь. – И как она тебе?
Альба плечами пожала.
– Пока никак. В быту магия, кажется, правда может помочь.
– Ну только если только сил у тебя прорва магических, – хмыкнул «потомственный некромант».
Альба недоверчиво посмотрела на парня. Свен чуть удивился, но пояснил:
– Ты чего, это же еще в школе проходят. Из бытовых чар по энергозатратности почти ничего нет такого, что руками не проще сделать будет. Ну если, конечно, только у тебя не склад характера такой, что все эти узелки с углами узора нравится полчаса представлять чтобы носки заштопать. Проще самому научиться без магии с бытом справляться, да и все.
– Да ну, – услышавшая его Мария обернулась к рыжему. – Тут главное теорию знать.
– Да не поможет, – отмахнулся Свен.
– Почему же? У меня прекрасно получается.
Стивен сделал страшные глаза, поймав взгляд Альбы. Судя по всему, из них двоих только у Марии что-то получалось в бытовой магии.
– Ну значит характер такой, – заключил Свен.
– Хам! – непонятно на что обиделась девушка.
«Некромант» махнул рукой и повернулся к Альбе.
– В общем, не обольщайся речами о полезности бытовой магии. В некромантии-то, как и в алхимии, магией ты делаешь то, что без нее не сотворить. А тут всякая ерунда. Ну там от жира котелок отмыть – пригодится, если под рукой нормального растворителя нет, разве что. Ну и, понятно, есть бесцветные плетения, и та же левитация во всех видах – штука полезная. Бесцветную магию традиционно именно в курсе бытовой магии изучают, и ей стоит овладеть. Но и только. В самой бытовке, в коричневом спектре, или ты магистр, или никто.
Спорить с новым знакомым Альба не стала. Свен явно был куда лучше нее осведомлен об особенностях магии. Да и в целом все сказанное рыжим звучало разумно, но без практики все равно не понять… Хотя опасения насчет этой самой практики у нее были – лист-то вчера Альба заставила полететь каким-то собственным способом, не так, как в книге написано было. Да и вообще она была человеком эмоциональным, и не понимала, как представлять без эмоций что-то, особенно образ чего-то желаемого, вроде результата колдовства.
Увы, сомнения оправдались. С лихвой.
На практике они проходили левитацию предметов. Левитацию пера, если быть точным. Плетение бесцветное и потенциально совершенно безопасное, если не применять его больше чем на один предмет не тяжелее свитка пергамента. Насколько поняла Альба – ограничение тут было по весу неспроста. Магия в целом позволяла обходить привычные законы физики, но за этот «обход» нужно было платить тратой магической энергии, которая и использовалась на активацию плетений. Еще были какие-то ментальные траты, вроде как на представление узора переплетения нитей, но тут Альба не до конца разобралась.
Проблема была в том, что перо надо было не просто притянуть к себе, а одним плетением перенести с одного конца парты на другой.
– Перенести, адептка Синегорская. Пе-ре-не-сти. Вы меня понимаете? – отчитывала ее после десятой неудачной попытки преподаватель. Перо, стоило Альбе сосредоточить на нем свои мысли, вместо того чтобы перелететь через парту, резко рвануло в сторону и оказалось на столе Свена. – Сила есть – ума не надо, что ли? Не позорьте звание адепта своим игнорированием простейших указаний.
Альба чувствовала, как алеют уши.
– Тренируйтесь делать все так же, как и ваши товарищи, а не вот это вот. А остальные что уши развесили? Все справились?
К удивлению Альбы, испытывающей проблемы не с тем, чтобы сдвинуть перо, а с тем чтобы это перо сдвинуть как надо, – далеко не все.
Свен, Амира, аристократка-Виолетта, брат Марии Стивен и Ганс без труда проделали то, то требуется уже через пару минут после начала занятий. Дольше старался только почему-то заинтересованно глазеющий на рыжего толстяк, которого звали Жан, и второй аристократ, Дитрих.
И… все. Разве что к концу занятия еще восточная девушка, Далия, кажется, сумела заставить свое перо плыть по воздуху в сантиметре от парты. Судя по ее лицу, стоило это очень больших усилий.
– Весь семестр мы с вами будем отрабатывать левитацию предметов, – «обрадовала» Альбу и остальных магистр в конце занятия. – Без точного выполнения итогового комплекса движений допуска к экзамену ни у кого не будет. В левитации тренироваться можете вне кабинета, но не больше трех часов кряду и только с перьями и сухими листьями. Свободны.
В столовую Альба шла без особого настроения. Компот оказался кислым, а суп холодным. Впрочем, за исключением этого все же было вкусно.
Как именно сделать так, чтобы чертово перо летело хоть немного медленнее и точнее она не представляла. И, судя по тому как на нее косились сокурсники, спрашивать не стоило.
Следующая пара была в кабинете, идентичном предыдущему, только в другом конце этажа. Историю магии вел худой лысый мужчина в элегантной мантии. Взгляд у преподавателя был цепким и колючим. Когда на перекличке Альба невольно посмотрела ему в глаза, то на секунду увидела промелькнувшее отвращение. Чем она заслужила такое к себе отношение – сказать было сложно, но, судя по всему, историю придется учить втрое больше, чем все остальные предметы. Если, конечно, она хочет есть на стипендию после зимней сессии, а не побираться на паперти.
– Мое имя – Николас Вар Вранн, магистр и профессор. И сразу к делу, господа. История обречена на повторение везде, где ее забывают. И сейчас посмотрим, что не забыли вы из школьной программы, – маг махнул рукой, и перед каждым на парте оказался листок пергамента. – У вас есть семьдесят минут. Приступайте.
На листке были вопросы по истории. Из всего списка Альба сумела осилить только то, что помнила из глав об основании Алисии, создании Университета и войнах с нелюдьми. И то с датами все было плохо, а часть всевозможных исторических личностей «переводчик» переводить просто не захотел, показав вместо цельного слова набор букв. Да и рука ныла, явно намекая хозяйке, что краткость – сестра таланта.
Историк ходил между рядами, несколько раз пресекая попытки знакомых между собой аристократов обменяться ответами и мешая Марии и Стивену подсказывать друг другу.
Спустя ровно семьдесят минут пергамент, который Альба и так уже довольно давно терзала бессмысленным взором, не понимая кто такой Олаофиит и что он сделал важного для правления Высдесора, слетел с ее парты и поплыл к преподавателю.
– Полная тишина. Пока я проверяю работы вы переписываете литературу и задание на дом.
Ладно хоть задание было простым. Ну почти простым – надо было всего лишь письменно ответить на те вопросы проверочной, которые не будут засчитаны сейчас.
Альба сильно подозревала, что с ее полным отсутствием знаний по этому предмету надо будет отвечать вообще все вопросы. Ладно, выходные же есть. У Сигурн если что попробует узнать, та ведь наверняка на первом курсе историю тоже сдавала.
Историк закончил проверку буквально за десяток минут – работы вернулись к владельцам, исчерканные красным. И как успел? Альба, как и предполагала, не справилась ни с одним из заданий. Даже напротив объемного ответа о Первой войне с Нелюдьми стоял минус.
– Адептка Синегорская, встаньте.
Альба поднялась, чувствуя, что ничего хорошего ее не ждет. И правда – историк теперь в открытую одарил ее крайне презрительным взглядом и обратился к аудитории:
– Перед вами пример падения нашего магического образования. Без экзаменов и проверок в наш университет, старейший и самый уважаемый в мире, берут того, кто не знает ничего о сути магии, истории ее развития и о тех уроках, которые эта история преподносит волшебникам. Уроках, которые повторять не стоит. Берут просто потому что есть дармовая сила, которая без прочной теоретической базы станет помехой для всех и каждого. И не просто помехой, а опасностью. Безусловно, кто-то скажет, что главное – практика, а за остальным дело не станет. Но замечу, что также говорили и до всем вам известного Инцидента. Масштабным пожаром и многими смертями. И чем все закончилось? Тот, кто не знает историю, обречен ее повторять. И повторять вовсе не историю успеха и служения обществу. Садитесь, адептка, – историк обвел глазами группу и продолжил: – кто-то из нашего магического общества уверен, что Пришедшие, ничего не знающие о нашем обществе, способны стать его частью. Что ж, мы с вами увидим, как это будет происходить. Или не будет. Свободны.
Перерыв между парами был в пятнадцать минут, и все это время Альба провела, расхаживая по парку перед корпусом. Вокруг вились листья без всякого ветра.
Нет, истерить она не будет. Точно не будет. Она не для того умирала, чтобы реветь сейчас.
Хотя этот урод в чем-то прав. Ничего она не знает. Но узнает. Обязательно узнает. Потом. А сейчас...
Сейчас эмоции жгли нутро, а листья бесновались вокруг.
– Эй, ты так силу выжечь можешь, – неожиданно рядом возник Свен, прошедший через лиственную стену. – Забей на этого козла, ладно?
Рядом обнаружился не только Свен, но и неловко переминающаяся с нога на ногу Амири.
Альба мотнула головой, стараясь успокоиться. Нечего из себя выходить перед людьми. Листья напоследок разлетелись во все стороны ровными рядами, сейчас полностью закрыв траву. Клен, росший рядом, теперь мог похвастаться немного поникшими ветвями без единого листа.
– Не слушай его, правда, – Свен тряхнул головой, сбрасывая пару листков с волос. – Пришедшие – дар магии миру, и дураки те, кто считают иначе. Мой предок был из иного мира, и ничего из того, что он сделал, не было плохим. Некромантским – но не плохим. А этому Вар Ванну просто завидно.
– Чему завидовать? – голос Альбу слушался плохо.
– Силе, конечно. Вот почему у тебя перья летали… Пришедшие сильны магически. А Николас этот вообще от рождения слабый маг, мне отец говорил. Сколько не тренируйся, сколько каналы не развивай – выше головы не прыгнешь. Ты если захочешь и подучишься – от него мокрого места не оставишь, и он это знает.
Прозвонил колокол.
– Пошли на теорию, – Амири заторопилась обратно в корпус.
Альба последовала за ней. Еще одна пара – и все.
– Спасибо, – негромко и немного смущенно сказала она Свену в спину, почти бегом поднимаясь по лестнице.
Рыжий повернулся и улыбнулся в ответ. Искренне улыбнулся.
На душе у Альбы потеплело. Кажется, у нее появился не только новый недруг, но и союзники тоже.
Теорию магии вела Маргарита де Вейн, невысокая женщина средних лет с мягкими чертами лица и стрижкой-каре. Объясняла она материал спокойно, ровно и предельно ясно. По крайней мере, терминов было куда меньше, чем в бытовой магии, а примеров из жизни, понятных и не знающей ничего о магии Альбе, – больше. Хотя, судя по всему, дело было просто в том, что нынешняя лекция была чем-то вроде повторения знакомых всем основ теории. Большинство студентов откровенно скучали, но Альба слушала в оба уха.
Насколько она поняла из рассказа преподавателя, магическое действие представляло собой объединение ментального усилия для представления плетения нитей магии вместе с направленным выбросом энергии. Причем вместе с вливанием силы в плетение нужно было еще и конечный результат действия этого плетения представлять.
Альба зарисовала у себя в записях это как: «1.Узор плетения. 2 Вложение силы + образ результата. 3. Магия!»
У нее, выходит, вчера с листьями получилось без плетения, только сила да результат. Как и с дверью. Впрочем, если верить объяснениям преподавателя, такое было возможно для простых действий, когда воля мага и его сила напрямую влияли на мир. Собственно, до того как плетения изучать и структурировать стали, так и творили магию первые маги, просто ведомые своей волей... Но с плетениями все было проще. Они были вроде как посредником, помогающим формировать нужное воздействие. В теории были еще звуковые формулы, которые помогали те или иные магические нити сплетать, но они уже для весьма и весьма сложных воздействий применялись.
Выброс энергии активировал плетение, которое действовало на мир в соответствии с собственной структурой и представленным результатом. Узоры нитей могли быть самими разными по сложности, но от умения представлять само плетение и его результат зависело то, насколько точным получится воздействие.
Альба застонала про себя. Отлично, просто отлично. Она терпеть не могла труды в школе, где им рассказывали, как важно каждой девочке уметь вышивать, вязать и торты готовить. Она ничего из вышеперечисленного не умела, и ничего, жила себе… До одной поездки, мда. И тут такое же?.. Просто отлично.
– Бытовая магия будет с вами, адепты, с первого по пятый курс, и если вы будете прилежны, то сможете немало улучшить собственную жизнь. И начнем мы с вами с особенностей плетений, использующихся в бытовой магии. И я жду, что вы будете записывать лекцию, адепты. Покажете конспект на выходе с пары, просто так просиживать штаны никому не дам. Итак, тема нашей сегодняшней лекции «Общие особенности бытовой магии».
Альба честно пыталась писать и слушать разом. Потом стала просто фиксировать из речи преподавателя те слова, которые казались важными. Потом пришлось делать вид что пишет – рука устала быстро.
Но, несмотря на «важность бытовой магии для девушек», и вообще не слишком располагающий вид Оливии ле Тайт, слушать ее все равно было довольно интересно. К тому же преподавателем она была явно опытным, иллюстрировала свои слова примерами и зарисовками из практики применения заклинаний, которые чаще всего называла плетениями, или узорами. Альба не поняла и половины из магических терминов, которыми изобиловала речь магистра, но главный посыл все же уловила: бытовая магия, как и бесцветная магия, предполагала очень четкое представление результата колдовства и полное отсутствие эмоций при наполнении плетения силой. Бытовая магия была предметной, и в этом сильно походила на алхимию и некромантию. Да и бесцветная магия, работающая с небольшим количеством по какому-то странному признаку не проявляющих свой цвет нитей, тоже была предметной. Схемы в бытовой магии были прагматичными и основывались на прямых углах, что бы это не значило, и могли иметь до десяти измерений – что бы и это не значило…
К звуку колокола Альба, попытавшаяся перерисовать несколько простых узоров, применять которые они должны были научиться за семестр, почувствовала, что нужно было обзаводиться еще и линейкой. И циркулем. Еще бы понимать, зачем это все. Она честно переписала все отличия плетений бытовой магии, которые, судя по описаниям, выходили строгими и сложными, но практико-ориентированными, без эмоциональных компонентов, но все равно не уяснила, что это дает. И как это работать должно. Вон вчера она просто захотела чтобы лист полетел – и он полетел. Или это что-то другое?
– К следующему занятию заполните таблицу с доски, вписав основные сходства и различия с бытовой магией для каждой из основных магических специализаций, – «обрадовала» уставшую от конспектов группу преподаватель.
Благо, вторая пара была тут же, так что уходить никуда не надо было.
Альба, разминая пальцы, с грустью рассматривала замызганные чернилами манжеты. Надо будет подкатывать в следующий раз, определенно.
– Вот ведь сухарь, а? – Свен, сидевший за соседней партой, обернулся к Альбе после того как магистр Оливия вышла за дверь. – И как она тебе?
Альба плечами пожала.
– Пока никак. В быту магия, кажется, правда может помочь.
– Ну только если только сил у тебя прорва магических, – хмыкнул «потомственный некромант».
Альба недоверчиво посмотрела на парня. Свен чуть удивился, но пояснил:
– Ты чего, это же еще в школе проходят. Из бытовых чар по энергозатратности почти ничего нет такого, что руками не проще сделать будет. Ну если, конечно, только у тебя не склад характера такой, что все эти узелки с углами узора нравится полчаса представлять чтобы носки заштопать. Проще самому научиться без магии с бытом справляться, да и все.
– Да ну, – услышавшая его Мария обернулась к рыжему. – Тут главное теорию знать.
– Да не поможет, – отмахнулся Свен.
– Почему же? У меня прекрасно получается.
Стивен сделал страшные глаза, поймав взгляд Альбы. Судя по всему, из них двоих только у Марии что-то получалось в бытовой магии.
– Ну значит характер такой, – заключил Свен.
– Хам! – непонятно на что обиделась девушка.
«Некромант» махнул рукой и повернулся к Альбе.
– В общем, не обольщайся речами о полезности бытовой магии. В некромантии-то, как и в алхимии, магией ты делаешь то, что без нее не сотворить. А тут всякая ерунда. Ну там от жира котелок отмыть – пригодится, если под рукой нормального растворителя нет, разве что. Ну и, понятно, есть бесцветные плетения, и та же левитация во всех видах – штука полезная. Бесцветную магию традиционно именно в курсе бытовой магии изучают, и ей стоит овладеть. Но и только. В самой бытовке, в коричневом спектре, или ты магистр, или никто.
Спорить с новым знакомым Альба не стала. Свен явно был куда лучше нее осведомлен об особенностях магии. Да и в целом все сказанное рыжим звучало разумно, но без практики все равно не понять… Хотя опасения насчет этой самой практики у нее были – лист-то вчера Альба заставила полететь каким-то собственным способом, не так, как в книге написано было. Да и вообще она была человеком эмоциональным, и не понимала, как представлять без эмоций что-то, особенно образ чего-то желаемого, вроде результата колдовства.
Увы, сомнения оправдались. С лихвой.
На практике они проходили левитацию предметов. Левитацию пера, если быть точным. Плетение бесцветное и потенциально совершенно безопасное, если не применять его больше чем на один предмет не тяжелее свитка пергамента. Насколько поняла Альба – ограничение тут было по весу неспроста. Магия в целом позволяла обходить привычные законы физики, но за этот «обход» нужно было платить тратой магической энергии, которая и использовалась на активацию плетений. Еще были какие-то ментальные траты, вроде как на представление узора переплетения нитей, но тут Альба не до конца разобралась.
Проблема была в том, что перо надо было не просто притянуть к себе, а одним плетением перенести с одного конца парты на другой.
– Перенести, адептка Синегорская. Пе-ре-не-сти. Вы меня понимаете? – отчитывала ее после десятой неудачной попытки преподаватель. Перо, стоило Альбе сосредоточить на нем свои мысли, вместо того чтобы перелететь через парту, резко рвануло в сторону и оказалось на столе Свена. – Сила есть – ума не надо, что ли? Не позорьте звание адепта своим игнорированием простейших указаний.
Альба чувствовала, как алеют уши.
– Тренируйтесь делать все так же, как и ваши товарищи, а не вот это вот. А остальные что уши развесили? Все справились?
К удивлению Альбы, испытывающей проблемы не с тем, чтобы сдвинуть перо, а с тем чтобы это перо сдвинуть как надо, – далеко не все.
Свен, Амира, аристократка-Виолетта, брат Марии Стивен и Ганс без труда проделали то, то требуется уже через пару минут после начала занятий. Дольше старался только почему-то заинтересованно глазеющий на рыжего толстяк, которого звали Жан, и второй аристократ, Дитрих.
И… все. Разве что к концу занятия еще восточная девушка, Далия, кажется, сумела заставить свое перо плыть по воздуху в сантиметре от парты. Судя по ее лицу, стоило это очень больших усилий.
– Весь семестр мы с вами будем отрабатывать левитацию предметов, – «обрадовала» Альбу и остальных магистр в конце занятия. – Без точного выполнения итогового комплекса движений допуска к экзамену ни у кого не будет. В левитации тренироваться можете вне кабинета, но не больше трех часов кряду и только с перьями и сухими листьями. Свободны.
В столовую Альба шла без особого настроения. Компот оказался кислым, а суп холодным. Впрочем, за исключением этого все же было вкусно.
Как именно сделать так, чтобы чертово перо летело хоть немного медленнее и точнее она не представляла. И, судя по тому как на нее косились сокурсники, спрашивать не стоило.
Следующая пара была в кабинете, идентичном предыдущему, только в другом конце этажа. Историю магии вел худой лысый мужчина в элегантной мантии. Взгляд у преподавателя был цепким и колючим. Когда на перекличке Альба невольно посмотрела ему в глаза, то на секунду увидела промелькнувшее отвращение. Чем она заслужила такое к себе отношение – сказать было сложно, но, судя по всему, историю придется учить втрое больше, чем все остальные предметы. Если, конечно, она хочет есть на стипендию после зимней сессии, а не побираться на паперти.
– Мое имя – Николас Вар Вранн, магистр и профессор. И сразу к делу, господа. История обречена на повторение везде, где ее забывают. И сейчас посмотрим, что не забыли вы из школьной программы, – маг махнул рукой, и перед каждым на парте оказался листок пергамента. – У вас есть семьдесят минут. Приступайте.
На листке были вопросы по истории. Из всего списка Альба сумела осилить только то, что помнила из глав об основании Алисии, создании Университета и войнах с нелюдьми. И то с датами все было плохо, а часть всевозможных исторических личностей «переводчик» переводить просто не захотел, показав вместо цельного слова набор букв. Да и рука ныла, явно намекая хозяйке, что краткость – сестра таланта.
Историк ходил между рядами, несколько раз пресекая попытки знакомых между собой аристократов обменяться ответами и мешая Марии и Стивену подсказывать друг другу.
Спустя ровно семьдесят минут пергамент, который Альба и так уже довольно давно терзала бессмысленным взором, не понимая кто такой Олаофиит и что он сделал важного для правления Высдесора, слетел с ее парты и поплыл к преподавателю.
– Полная тишина. Пока я проверяю работы вы переписываете литературу и задание на дом.
Ладно хоть задание было простым. Ну почти простым – надо было всего лишь письменно ответить на те вопросы проверочной, которые не будут засчитаны сейчас.
Альба сильно подозревала, что с ее полным отсутствием знаний по этому предмету надо будет отвечать вообще все вопросы. Ладно, выходные же есть. У Сигурн если что попробует узнать, та ведь наверняка на первом курсе историю тоже сдавала.
Историк закончил проверку буквально за десяток минут – работы вернулись к владельцам, исчерканные красным. И как успел? Альба, как и предполагала, не справилась ни с одним из заданий. Даже напротив объемного ответа о Первой войне с Нелюдьми стоял минус.
– Адептка Синегорская, встаньте.
Альба поднялась, чувствуя, что ничего хорошего ее не ждет. И правда – историк теперь в открытую одарил ее крайне презрительным взглядом и обратился к аудитории:
– Перед вами пример падения нашего магического образования. Без экзаменов и проверок в наш университет, старейший и самый уважаемый в мире, берут того, кто не знает ничего о сути магии, истории ее развития и о тех уроках, которые эта история преподносит волшебникам. Уроках, которые повторять не стоит. Берут просто потому что есть дармовая сила, которая без прочной теоретической базы станет помехой для всех и каждого. И не просто помехой, а опасностью. Безусловно, кто-то скажет, что главное – практика, а за остальным дело не станет. Но замечу, что также говорили и до всем вам известного Инцидента. Масштабным пожаром и многими смертями. И чем все закончилось? Тот, кто не знает историю, обречен ее повторять. И повторять вовсе не историю успеха и служения обществу. Садитесь, адептка, – историк обвел глазами группу и продолжил: – кто-то из нашего магического общества уверен, что Пришедшие, ничего не знающие о нашем обществе, способны стать его частью. Что ж, мы с вами увидим, как это будет происходить. Или не будет. Свободны.
Перерыв между парами был в пятнадцать минут, и все это время Альба провела, расхаживая по парку перед корпусом. Вокруг вились листья без всякого ветра.
Нет, истерить она не будет. Точно не будет. Она не для того умирала, чтобы реветь сейчас.
Хотя этот урод в чем-то прав. Ничего она не знает. Но узнает. Обязательно узнает. Потом. А сейчас...
Сейчас эмоции жгли нутро, а листья бесновались вокруг.
– Эй, ты так силу выжечь можешь, – неожиданно рядом возник Свен, прошедший через лиственную стену. – Забей на этого козла, ладно?
Рядом обнаружился не только Свен, но и неловко переминающаяся с нога на ногу Амири.
Альба мотнула головой, стараясь успокоиться. Нечего из себя выходить перед людьми. Листья напоследок разлетелись во все стороны ровными рядами, сейчас полностью закрыв траву. Клен, росший рядом, теперь мог похвастаться немного поникшими ветвями без единого листа.
– Не слушай его, правда, – Свен тряхнул головой, сбрасывая пару листков с волос. – Пришедшие – дар магии миру, и дураки те, кто считают иначе. Мой предок был из иного мира, и ничего из того, что он сделал, не было плохим. Некромантским – но не плохим. А этому Вар Ванну просто завидно.
– Чему завидовать? – голос Альбу слушался плохо.
– Силе, конечно. Вот почему у тебя перья летали… Пришедшие сильны магически. А Николас этот вообще от рождения слабый маг, мне отец говорил. Сколько не тренируйся, сколько каналы не развивай – выше головы не прыгнешь. Ты если захочешь и подучишься – от него мокрого места не оставишь, и он это знает.
Прозвонил колокол.
– Пошли на теорию, – Амири заторопилась обратно в корпус.
Альба последовала за ней. Еще одна пара – и все.
– Спасибо, – негромко и немного смущенно сказала она Свену в спину, почти бегом поднимаясь по лестнице.
Рыжий повернулся и улыбнулся в ответ. Искренне улыбнулся.
На душе у Альбы потеплело. Кажется, у нее появился не только новый недруг, но и союзники тоже.
Теорию магии вела Маргарита де Вейн, невысокая женщина средних лет с мягкими чертами лица и стрижкой-каре. Объясняла она материал спокойно, ровно и предельно ясно. По крайней мере, терминов было куда меньше, чем в бытовой магии, а примеров из жизни, понятных и не знающей ничего о магии Альбе, – больше. Хотя, судя по всему, дело было просто в том, что нынешняя лекция была чем-то вроде повторения знакомых всем основ теории. Большинство студентов откровенно скучали, но Альба слушала в оба уха.
Насколько она поняла из рассказа преподавателя, магическое действие представляло собой объединение ментального усилия для представления плетения нитей магии вместе с направленным выбросом энергии. Причем вместе с вливанием силы в плетение нужно было еще и конечный результат действия этого плетения представлять.
Альба зарисовала у себя в записях это как: «1.Узор плетения. 2 Вложение силы + образ результата. 3. Магия!»
У нее, выходит, вчера с листьями получилось без плетения, только сила да результат. Как и с дверью. Впрочем, если верить объяснениям преподавателя, такое было возможно для простых действий, когда воля мага и его сила напрямую влияли на мир. Собственно, до того как плетения изучать и структурировать стали, так и творили магию первые маги, просто ведомые своей волей... Но с плетениями все было проще. Они были вроде как посредником, помогающим формировать нужное воздействие. В теории были еще звуковые формулы, которые помогали те или иные магические нити сплетать, но они уже для весьма и весьма сложных воздействий применялись.
Выброс энергии активировал плетение, которое действовало на мир в соответствии с собственной структурой и представленным результатом. Узоры нитей могли быть самими разными по сложности, но от умения представлять само плетение и его результат зависело то, насколько точным получится воздействие.
