Блин, Вовка не настаивал. Он позволил мне самой принять решение. И взять на себя ответственность. Типа: «ты же сама этого хотела. Я только инициативу проявил… Какие ко мне претензии?» Умный, гад!
Но я уже распалилась. Да. И сразу же сдалась.
- Я п-п-попробую…
Итак, стриптиз! Сцена тринадцатая, дубль первый. Публика тяжело дышит от возбуждения.
Я начала медленно расстёгивать пуговицы сарафана. Сначала на груди. Одну. Вторую. Лиф раскрылся. И обнажил мою «мясную витрину». Вовка смотрел в упор, не отрываясь. И даже чуть подался вперёд.
Круговым движением языка я облизнула губы. И руками приподняла грудь. Словно предлагая себя. Я что-то типа этого видела в кино. Да. А что делать дальше? В мозгу зазвучала музыка из известного иностранного фильма, ну, под которую обычно раздеваются. Я спустила с плеча одну сарафанную лямку. Вместе с бретелькой лифчика. Теперь надо повернуться спиной и расстегнуть застёжку. Или сначала распустить волосы и сексуально тряхнуть ими? А как я расстегну застёжку, если ещё не сняла сарафан? Я же запутаюсь! Короче, с этим стриптизом было столько проблем! И шеста у меня в квартире не было...
Я вопросительно посмотрела на Вовку. Уж он-то должен знать, как это делается. Ушан сразу же понял мои колебания и протянул руку:
- Иди сюда.
Вовкин голос был хриплым, а пальцы - сухими и горячими. Он притянул меня к себе. И я шлёпнулась ему на колени. Блин, я же его раздавлю своей массой! Но Вовка и не думал жаловаться. Короче, он обнял меня. Да. И его руки погрузились в мякоть моего тела. Но это было так естественно! Как будто я всю жизнь сидела у него на коленях. А он всю жизнь меня держал в объятиях.
Он прижался к моим губам. Своим горячим мокрым ртом. И несколько раз лизнул - попросил впустить. Я раскрыла губы. От Вовки пахло жареным мясом. И луком. Его язык проскользнул мне в рот. Как тогда, во время эпохальной битвы с Акулиной. Только поцелуй был нежнее. И длиннее. Да. До задыхания. Вовкин язык ласкал, соблазнял. А руки в то же время гладили тело. Снизу вверх. Я никогда не думала, что у меня столько эрогенных зон! Из-под умелых пальцев Куликова разбегались толпы мурашек. И щекотали кожу тонюсенькими лапками. Вовка стал целовать мои уши. Было немного щекотно и жутко возбуждающе. Я просто поплыла…
Ушан привычным движением нащупал застёжку моего лифчика, расстегнул крючки и сдвинул бюстик вверх. Блин, ненавижу, когда лифчик оставляют болтаться над грудью. Получается двойной ряд сисек. Как у свиноматки. Лучше бы уж снял! Ему бы тоже не понравилось, если б спущенные трусы болтались между ног. Да. Я сама освободилась от сбруи.
- Боже ж ты мой же ж, Бесподобных! - задохнулся Вовка. - Какая роскошь! И всё это такое жаркое, такое мягкое!
Он взял мою грудь в ладонь.
- Сколько она весит? Килограмма три?
- Да ты что! Меньше, конечно.
- Всё равно тяжёлая. И как вы, тётки, носите такие тяжести? А кто-то ещё и искусственно увеличивает.
- Я ничего не увеличивала! Мне и натурального размера хватает.
- Да, у тебя всё натуральное. Все эти красивые штуки… А в глубине - сердце бьётся: тук-тук-тук. Прикинь, я ощущаю себя маленьким голодным мальчиком. Рядом с источником Питания. Источником жизни. Всё, Ритка, я больше не могу терпеть!
Вовка потянулся губами и взял сосок в рот. Он сделал несколько глотательных движений, словно натурально хотел добыть из меня молока. А меня словно током ударило! Прошило насквозь. И вышло понятно каким боком. То есть местом… Оно, в смысле, это место, вдруг стало таким чувствительным! И я ощутила, как что-то мешает мне сидеть. Что-то твердое и подрагивающее. Да. А Вовка всё мял и гладил мою грудь, теребил сосок. Я закинула голову и застонала. Внутри меня раскрылась бездна. Незаполненная пустота, которую надо было заполнить. Немедленно!
Я стала ёрзать от нетерпения. Вовка тяжело задышал. Его руки дрожали, пока он расстёгивал оставшиеся пуговицы сарафана. А я целовала его шею - чуть солоноватую на вкус. Короче, всё быстро двигалось к вполне предсказуемому финалу. И вдруг у меня в голове отчётливо прозвучали слова. Как запись включилась. Да. С Ленкиным голосом: «Он тебя попользует и свалит. А ты опять начнёшь сопли жевать и зажирать горе». Я сразу же как-то сжалась. И Вовка моментально уловил изменение моего настроения.
- Ты что, Пугливых? Что случилось?
- Н-н-ничего… Вов, а как же твоя Зайка?
- Кто? А причём тут Зайка?
- Ведь ты совсем недавно… Ну… Обнаружил, какая у неё попа.
- И что? Смешная ты, Наивных. Тебе ведь хочется. Я же вижу. Вон как сердце колотится!
- Ну и что?
- Ну и всё, - пожал плечами Вовка. - И мне хочется. Ты же не с невинностью расстаёшься. А если паришься по поводу предохранения, то расслабься. всё океюшки. У меня всегда с собой. Так что гарантировано никаких последствий. Сплошное удовольствие!
- На один раз? – уточнила я.
- Почему на один?
- А на сколько? На два? На три?
- А ты хочешь на всю оставшуюся жизнь?
- Хочу. Хочу иметь мужа. Который любил бы меня. И был бы мне верен. Хочу ребёнка. А лучше двоих. Или даже троих. Ведь мне уже двадцать восемь.
- Тяжёлый случай! – было видно, что Вовка сдерживает раздражение.
- Какой есть!
- Прикинь, Милютина, вот выйдешь ты замуж. По взаимной любви. А потом каждый день - всё одно и то же. День сурка. И даже если твоим мужем станет Совершенство, ты одуреешь от этого совершенства через месяц. В самом лучшем случае, через год. Ну, это как… как жрать каждый день одно и то же. На завтрак, обед и ужин. И даже на десерт. Ты уже объелась так, что обратно лезет, а ничего другого нельзя. Лопай, что дают. Неужели ты этого хочешь?
- Значит, по-твоему, лучше каждый день - новое пирожное? Но пирожными можно обожраться ровно так же, как и одним блюдом. Даже хуже. Вплоть до кариеса и диабета.
- Не знал, Толстых, что ты такая ярая противница пирожных! – Вовка с намёком ущипнул моё жирное тело. И тут же отнял руки. – Ладно, как скажешь. Тогда давай, слезай с меня. И на будущее учти: никогда не начинай того, что не хочешь закончить. Для мужчины это не только бьёт по самолюбию. Это ещё и вредно для здоровья. И больно, физически больно.
Вовка разозлился. Блин, он был прав. Я не подумала, что у мужиков физиология требует разрядки. Иначе всё это хозяйство, приготовленное для выброса, застаивается и забраживается… И болит.
Я разом вскочила с Куликовских коленок. И, отвернувшись, стала трясущимися пальцами застёгивать пуговицы на сарафане. С первого раза всё вышло сикось-накось. Пришлось ещё раз перестёгивать. Короче, я чувствовала себя полной идиоткой. Да. Не надо было начинать. Или всё-таки надо было закончить? И хрен с ней, с Зайкой…
- Вов, тебе правда больно? Ну, что я могу для тебя сделать? Ну, хочешь, давай продолжим… закончим.
Куликов коротко гоготнул. Только как-то невесело.
- Спасибо за предложение, Сострадательных. Но я уж как-нибудь сам. Поеду домой. Лечить раны души и тела.
- Вов, прости меня! Я полная идиотка! Я не хотела…
- Ты хотела! – сказал он с нажимом. – И хочешь. Но… Ладно, Самоедских, не парься! Будем считать, что я проявил инициативу, и огрёб свой риск… Обычное дело.
- Теперь ты меня бросишь?
Вовка несколько секунд молчал, думая. Таких долгих секунд, что я уже успела представить себя в розовом халате на диване и перед телевизором. Не хочу! Но Куликов кисло усмехнулся и сказал:
- А что, собственно, случилось, Драматичных? Ну, не удался наш маленький факультативчик! Зато твоё обязательное выступление было отличечным! Сейчас у нас на повестке дня продажа слоника твоему Совершенству. Я всё это, как следует, обдумаю и наберу тебя через пару дней. Океюшки?
И Вовка ушёл. Да. Даже пожелал мне спокойной ночи.
Блин, какая уж там спокойная ночь! Я не спала до четырёх. На душе было мерзко! Я ругала себя последними словами. И жалела себя. И жалела Вовку. Каким он был потерянным… Да. Всё-таки я - стерва. Надо было попрощаться с Куликовым у подъезда… Или закончить то, что начала?
На самом деле, тело с разбуженными желаниями ныло от неудовлетворённости. На губах всю ночь ощущался вкус Вовкиных поцелуев. Блин, ведь счастье было так возможно, так близко… А я сама всё испортила!
Если б я не прервала прелюдию… То пережила бы два-три восхитительных оргазма. Может, лучших в своей жизни. И спала бы сейчас в уютных Вовкиных объятиях. Да. Как полностью удовлетворённая женщина. А утром мы бы с ним встали. Воскресенье, спешить никуда не надо. Я бы приготовила завтрак: яичницу с беконом и тосты с маслом. Ушан сидел бы на уже привычном месте, поедал бы яичницу со здоровым аппетитом здорового мужчины. И смотрел бы на меня как на прекрасную и желанную женщину. А потом мы могли бы продолжить в постели… Нет, всё-таки я полная дура!
Блин, а ведь взаимная любовь не всегда случается с первого взгляда. Типа набрасывается и душит в объятиях… Нет. Она вырастает, вызревает. Но для этого надо дать ей шанс. Надо рискнуть. Ведь мне хорошо с Вовкой. Да. Мне интересно с ним, весело. Он подвигает меня на такие подвиги, о каких я раньше даже подумать не могла. Ни за что бы не решилась! И ещё… Я хочу его. Да, хочу. Теперь я это точно знаю. Мне нравятся его руки, его губы. Даже худоба плеч… На них так уютно лежать моим рукам. И жёсткость волос. И даже его баснословные уши. Мне нравится его… отзывчивость. На каждое действие, на настроение. Наверняка он сногсшибенный любовник. Не то, что Владик. Короче, я хочу продолжения! Но захочет ли он?
Я нравлюсь Вовке. Сначала совсем не нравилась. А потом… Когда это началось? Когда я отогнала от него Акулину? Или когда он увидел меня в купальнике? Но вчера вечером Вовка на самом деле хотел меня. Без дураков. Он смотрел с восхищением и желанием. Он целовал меня, как голодный... Как будто у него уже сто пятьсот лет не было ни заек, ни солнышек.
Блин, ну и пусть сначала будет просто секс. Хотя он уже не просто. Мы с Вовкой уже не чужие люди. Мы друзья… А могли бы стать ещё и любовниками. А потом, может, в его организме что-то ёкнет или пукнет? И окажется, что мы с ним предназначены друг для друга.
И ещё я поняла одну удивительную вещь. Мне уже не нужен был Маназиль. Да. Со всем его совершенством. С клубничным румянцем и загадочной сединой. И с горько-шоколадным взглядом. В моих мечтах о нём было что-то… что-то несерьёзное. Инфантильное. Я мечтала о нём, потому что знала, что он недостижим. Такие безопасные бесполые мечты, которые не надо воплощать в жизнь. Мечты на диване. Но теперь с этим покончено! Я не хочу никакой охоты на Маназиля!
Глава 15. 74 кг, занятые любимым делом
Из собственного опыта могу сказать, что похудеть помогут не строгие диеты или какие-то изнуряющие физические упражнения. Найдите какое-то любимое интересное дело! Оно вас так увлечёт, что вы забудете о еде. Когда мы много едим? В основном, когда делать нечего. Нужно развивать себя разносторонне, тогда не будет времени съесть лишние булочки. И, конечно, стараться не забывать о здоровом питании.
В воскресенье Вовка не позвонил. И в понедельник тоже. И во вторник... Блин! Я сама всё испортила! Сожаления о субботней оборванной прелюдии становились всё больнее и больнее. Короче, я уже начала думать, что Вовка бросил меня. Он, конечно, обещал позвонить. Но я так травмировала его самолюбие... Тут ни один нормальный мужик не выдержал бы! Да. Может, он тоже не выдержал?
Зато Красносельский обзвонился. Раз пять звонил. Я каждый раз бросалась к телефону в надежде, что это Куликов. Но это был всего лишь Дюсик... С очередным предложением. Или приглашением. Бедная Рита уже задолбалась придумывать отговорки, почему я не могу пойти с ним. На самом деле, просто не хочу и всё!
В среду с утра, как только я пришла на работу, на меня налетела Людочка из кадров. Жутко возбуждённая:
- Ритуля, привет! Ты уже слышала наши потрясающие новости?
- Что, кого-нибудь уволили? Мурену? – в мой голос невольно просочилась надежда.
- Ничего подобного! ещё круче!
- Что, нас всех разгоняют?
- Наоборот, всё хорошо! Мы все едем на корпоративное мероприятие по тимбилдингу. Представляешь?
Я даже не сразу сообразила.
- Куда едем?
- На тимбилдинг. Командоборазование. Новый босс собирается сколотить из нас команду. И в эту субботу нас всех везут куда-то в Подмосковье. Представляешь?
- В субботу? А как же выходной? – загрустила я.
- Проведем его в компании с любимыми коллегами.
- Ага, например, с любимой Муреной.
Но мой скептицизм нисколько не поколебал Людочкиного энтузиазма.
- Представляешь, Маназилю из головного офиса разрешили. И даже бюджет дали. Круто?
- Круто! – уныло подтвердила я. - Такого в нашей богадельне ещё не бывало. И что будем делать?
- Пока не знаю. Но сегодня обязательно узнаю. Вроде как шашлыки-машлыки. И какие-то командообразующие активности. В общем, будем учиться дружить.
- Жуткая перспектива! Мы с Муреной станем заклятыми подружками.
- А что? Можно и с Муреной подружить. Если только недолго. А можно, между прочим, задружиться с самим боссом. Хотя, подозреваю, что конкуренция будет смертоубийственной. Как, Ритуль, насчёт того, чтобы затимбилдиться с Маназилем? Ты ведь к нему тоже неровно дышишь?
- С чего ты взяла? – прибалдела я. Блин, неужели мои мечты о Маназиле были настолько очевидны?
- Галка Крыленко сказала.
Предательница! Эта Галка на почве своей любви совсем сбрендила! Всем подряд чирикает о своих великих чувствах. Но на хрена же чужие секреты выбалтывать? Тем более Людочке - этой штатной разносчице информации. Да. Я сделала бесстрастное лицо. Типа «покер фэйс».
- Я воздержусь. Жизнь дороже!
Блин, как странно устроена жизнь! Пока я взасос мечтала о Маназиле, случай пообщаться с ним не представлялся. Ну, почти… Если не считать той идиотской встречи в коридоре. Но как только я решила, что не он герой моего романа, пожалуйста: идеальный шанс. Тимбилдинг с Совершенством. На природе. В неформальной обстановке.
И как только я поняла, что непрочь замутить роман с Куликовым, он исчез! Да. А ведь до этого постоянно звонил, приезжал. Что-то придумывал. Сидел у меня на кухне, жрал ужины. Уже три дня не появляется! На самом деле, у меня просто крыша ехала от неопределённости. Может, мне самой ему позвонить? Да. Если он и сегодня не появится, точно позвоню. Должна же я узнать, как он там… И в силе ли наше соглашение?
Короче, днём по сети всем сотрудникам разослали официальные приглашения на тимбилдинг. Точнее, указания. Несмотря на выходной, участие в мероприятии было обязательным. Для всех, кроме дежурных по офису. В письме также содержались требования по дресс-коду. Для женщин были желательны летние брюки. Желательны… Ха-ха! Мне бы тоже было желательно в них влезть! Если б они у меня были!
Следом прилетело сообщение от Галки Крыленко:
- М бесподобен! Целый день рядом с ним! Восторг!!! Я его обожаю! Люблю-люблю-люблю!
Я хотела написать Галке, что о ней думаю. По поводу её трепотни о моих чувствах к Маназилю. Но поняла, что бесполезно. Галка была невменяема. Ну и хрен с ней! Куликов бы сказал: тот, кому надо, знает правду. Куликов…
Вечером я не выдержала и набрала Вовкин номер. Тем более, что у меня были такие сногсшибенные новости. Было, что обсудить. Он ответил сразу же. Значит, не скрывается от меня. Да. Я жутко обрадовалась. Даже сама удивилась, как обрадовалась…
Но я уже распалилась. Да. И сразу же сдалась.
- Я п-п-попробую…
Итак, стриптиз! Сцена тринадцатая, дубль первый. Публика тяжело дышит от возбуждения.
Я начала медленно расстёгивать пуговицы сарафана. Сначала на груди. Одну. Вторую. Лиф раскрылся. И обнажил мою «мясную витрину». Вовка смотрел в упор, не отрываясь. И даже чуть подался вперёд.
Круговым движением языка я облизнула губы. И руками приподняла грудь. Словно предлагая себя. Я что-то типа этого видела в кино. Да. А что делать дальше? В мозгу зазвучала музыка из известного иностранного фильма, ну, под которую обычно раздеваются. Я спустила с плеча одну сарафанную лямку. Вместе с бретелькой лифчика. Теперь надо повернуться спиной и расстегнуть застёжку. Или сначала распустить волосы и сексуально тряхнуть ими? А как я расстегну застёжку, если ещё не сняла сарафан? Я же запутаюсь! Короче, с этим стриптизом было столько проблем! И шеста у меня в квартире не было...
Я вопросительно посмотрела на Вовку. Уж он-то должен знать, как это делается. Ушан сразу же понял мои колебания и протянул руку:
- Иди сюда.
Вовкин голос был хриплым, а пальцы - сухими и горячими. Он притянул меня к себе. И я шлёпнулась ему на колени. Блин, я же его раздавлю своей массой! Но Вовка и не думал жаловаться. Короче, он обнял меня. Да. И его руки погрузились в мякоть моего тела. Но это было так естественно! Как будто я всю жизнь сидела у него на коленях. А он всю жизнь меня держал в объятиях.
Он прижался к моим губам. Своим горячим мокрым ртом. И несколько раз лизнул - попросил впустить. Я раскрыла губы. От Вовки пахло жареным мясом. И луком. Его язык проскользнул мне в рот. Как тогда, во время эпохальной битвы с Акулиной. Только поцелуй был нежнее. И длиннее. Да. До задыхания. Вовкин язык ласкал, соблазнял. А руки в то же время гладили тело. Снизу вверх. Я никогда не думала, что у меня столько эрогенных зон! Из-под умелых пальцев Куликова разбегались толпы мурашек. И щекотали кожу тонюсенькими лапками. Вовка стал целовать мои уши. Было немного щекотно и жутко возбуждающе. Я просто поплыла…
Ушан привычным движением нащупал застёжку моего лифчика, расстегнул крючки и сдвинул бюстик вверх. Блин, ненавижу, когда лифчик оставляют болтаться над грудью. Получается двойной ряд сисек. Как у свиноматки. Лучше бы уж снял! Ему бы тоже не понравилось, если б спущенные трусы болтались между ног. Да. Я сама освободилась от сбруи.
- Боже ж ты мой же ж, Бесподобных! - задохнулся Вовка. - Какая роскошь! И всё это такое жаркое, такое мягкое!
Он взял мою грудь в ладонь.
- Сколько она весит? Килограмма три?
- Да ты что! Меньше, конечно.
- Всё равно тяжёлая. И как вы, тётки, носите такие тяжести? А кто-то ещё и искусственно увеличивает.
- Я ничего не увеличивала! Мне и натурального размера хватает.
- Да, у тебя всё натуральное. Все эти красивые штуки… А в глубине - сердце бьётся: тук-тук-тук. Прикинь, я ощущаю себя маленьким голодным мальчиком. Рядом с источником Питания. Источником жизни. Всё, Ритка, я больше не могу терпеть!
Вовка потянулся губами и взял сосок в рот. Он сделал несколько глотательных движений, словно натурально хотел добыть из меня молока. А меня словно током ударило! Прошило насквозь. И вышло понятно каким боком. То есть местом… Оно, в смысле, это место, вдруг стало таким чувствительным! И я ощутила, как что-то мешает мне сидеть. Что-то твердое и подрагивающее. Да. А Вовка всё мял и гладил мою грудь, теребил сосок. Я закинула голову и застонала. Внутри меня раскрылась бездна. Незаполненная пустота, которую надо было заполнить. Немедленно!
Я стала ёрзать от нетерпения. Вовка тяжело задышал. Его руки дрожали, пока он расстёгивал оставшиеся пуговицы сарафана. А я целовала его шею - чуть солоноватую на вкус. Короче, всё быстро двигалось к вполне предсказуемому финалу. И вдруг у меня в голове отчётливо прозвучали слова. Как запись включилась. Да. С Ленкиным голосом: «Он тебя попользует и свалит. А ты опять начнёшь сопли жевать и зажирать горе». Я сразу же как-то сжалась. И Вовка моментально уловил изменение моего настроения.
- Ты что, Пугливых? Что случилось?
- Н-н-ничего… Вов, а как же твоя Зайка?
- Кто? А причём тут Зайка?
- Ведь ты совсем недавно… Ну… Обнаружил, какая у неё попа.
- И что? Смешная ты, Наивных. Тебе ведь хочется. Я же вижу. Вон как сердце колотится!
- Ну и что?
- Ну и всё, - пожал плечами Вовка. - И мне хочется. Ты же не с невинностью расстаёшься. А если паришься по поводу предохранения, то расслабься. всё океюшки. У меня всегда с собой. Так что гарантировано никаких последствий. Сплошное удовольствие!
- На один раз? – уточнила я.
- Почему на один?
- А на сколько? На два? На три?
- А ты хочешь на всю оставшуюся жизнь?
- Хочу. Хочу иметь мужа. Который любил бы меня. И был бы мне верен. Хочу ребёнка. А лучше двоих. Или даже троих. Ведь мне уже двадцать восемь.
- Тяжёлый случай! – было видно, что Вовка сдерживает раздражение.
- Какой есть!
- Прикинь, Милютина, вот выйдешь ты замуж. По взаимной любви. А потом каждый день - всё одно и то же. День сурка. И даже если твоим мужем станет Совершенство, ты одуреешь от этого совершенства через месяц. В самом лучшем случае, через год. Ну, это как… как жрать каждый день одно и то же. На завтрак, обед и ужин. И даже на десерт. Ты уже объелась так, что обратно лезет, а ничего другого нельзя. Лопай, что дают. Неужели ты этого хочешь?
- Значит, по-твоему, лучше каждый день - новое пирожное? Но пирожными можно обожраться ровно так же, как и одним блюдом. Даже хуже. Вплоть до кариеса и диабета.
- Не знал, Толстых, что ты такая ярая противница пирожных! – Вовка с намёком ущипнул моё жирное тело. И тут же отнял руки. – Ладно, как скажешь. Тогда давай, слезай с меня. И на будущее учти: никогда не начинай того, что не хочешь закончить. Для мужчины это не только бьёт по самолюбию. Это ещё и вредно для здоровья. И больно, физически больно.
Вовка разозлился. Блин, он был прав. Я не подумала, что у мужиков физиология требует разрядки. Иначе всё это хозяйство, приготовленное для выброса, застаивается и забраживается… И болит.
Я разом вскочила с Куликовских коленок. И, отвернувшись, стала трясущимися пальцами застёгивать пуговицы на сарафане. С первого раза всё вышло сикось-накось. Пришлось ещё раз перестёгивать. Короче, я чувствовала себя полной идиоткой. Да. Не надо было начинать. Или всё-таки надо было закончить? И хрен с ней, с Зайкой…
- Вов, тебе правда больно? Ну, что я могу для тебя сделать? Ну, хочешь, давай продолжим… закончим.
Куликов коротко гоготнул. Только как-то невесело.
- Спасибо за предложение, Сострадательных. Но я уж как-нибудь сам. Поеду домой. Лечить раны души и тела.
- Вов, прости меня! Я полная идиотка! Я не хотела…
- Ты хотела! – сказал он с нажимом. – И хочешь. Но… Ладно, Самоедских, не парься! Будем считать, что я проявил инициативу, и огрёб свой риск… Обычное дело.
- Теперь ты меня бросишь?
Вовка несколько секунд молчал, думая. Таких долгих секунд, что я уже успела представить себя в розовом халате на диване и перед телевизором. Не хочу! Но Куликов кисло усмехнулся и сказал:
- А что, собственно, случилось, Драматичных? Ну, не удался наш маленький факультативчик! Зато твоё обязательное выступление было отличечным! Сейчас у нас на повестке дня продажа слоника твоему Совершенству. Я всё это, как следует, обдумаю и наберу тебя через пару дней. Океюшки?
И Вовка ушёл. Да. Даже пожелал мне спокойной ночи.
Блин, какая уж там спокойная ночь! Я не спала до четырёх. На душе было мерзко! Я ругала себя последними словами. И жалела себя. И жалела Вовку. Каким он был потерянным… Да. Всё-таки я - стерва. Надо было попрощаться с Куликовым у подъезда… Или закончить то, что начала?
На самом деле, тело с разбуженными желаниями ныло от неудовлетворённости. На губах всю ночь ощущался вкус Вовкиных поцелуев. Блин, ведь счастье было так возможно, так близко… А я сама всё испортила!
Если б я не прервала прелюдию… То пережила бы два-три восхитительных оргазма. Может, лучших в своей жизни. И спала бы сейчас в уютных Вовкиных объятиях. Да. Как полностью удовлетворённая женщина. А утром мы бы с ним встали. Воскресенье, спешить никуда не надо. Я бы приготовила завтрак: яичницу с беконом и тосты с маслом. Ушан сидел бы на уже привычном месте, поедал бы яичницу со здоровым аппетитом здорового мужчины. И смотрел бы на меня как на прекрасную и желанную женщину. А потом мы могли бы продолжить в постели… Нет, всё-таки я полная дура!
Блин, а ведь взаимная любовь не всегда случается с первого взгляда. Типа набрасывается и душит в объятиях… Нет. Она вырастает, вызревает. Но для этого надо дать ей шанс. Надо рискнуть. Ведь мне хорошо с Вовкой. Да. Мне интересно с ним, весело. Он подвигает меня на такие подвиги, о каких я раньше даже подумать не могла. Ни за что бы не решилась! И ещё… Я хочу его. Да, хочу. Теперь я это точно знаю. Мне нравятся его руки, его губы. Даже худоба плеч… На них так уютно лежать моим рукам. И жёсткость волос. И даже его баснословные уши. Мне нравится его… отзывчивость. На каждое действие, на настроение. Наверняка он сногсшибенный любовник. Не то, что Владик. Короче, я хочу продолжения! Но захочет ли он?
Я нравлюсь Вовке. Сначала совсем не нравилась. А потом… Когда это началось? Когда я отогнала от него Акулину? Или когда он увидел меня в купальнике? Но вчера вечером Вовка на самом деле хотел меня. Без дураков. Он смотрел с восхищением и желанием. Он целовал меня, как голодный... Как будто у него уже сто пятьсот лет не было ни заек, ни солнышек.
Блин, ну и пусть сначала будет просто секс. Хотя он уже не просто. Мы с Вовкой уже не чужие люди. Мы друзья… А могли бы стать ещё и любовниками. А потом, может, в его организме что-то ёкнет или пукнет? И окажется, что мы с ним предназначены друг для друга.
И ещё я поняла одну удивительную вещь. Мне уже не нужен был Маназиль. Да. Со всем его совершенством. С клубничным румянцем и загадочной сединой. И с горько-шоколадным взглядом. В моих мечтах о нём было что-то… что-то несерьёзное. Инфантильное. Я мечтала о нём, потому что знала, что он недостижим. Такие безопасные бесполые мечты, которые не надо воплощать в жизнь. Мечты на диване. Но теперь с этим покончено! Я не хочу никакой охоты на Маназиля!
Глава 15. 74 кг, занятые любимым делом
Из собственного опыта могу сказать, что похудеть помогут не строгие диеты или какие-то изнуряющие физические упражнения. Найдите какое-то любимое интересное дело! Оно вас так увлечёт, что вы забудете о еде. Когда мы много едим? В основном, когда делать нечего. Нужно развивать себя разносторонне, тогда не будет времени съесть лишние булочки. И, конечно, стараться не забывать о здоровом питании.
В воскресенье Вовка не позвонил. И в понедельник тоже. И во вторник... Блин! Я сама всё испортила! Сожаления о субботней оборванной прелюдии становились всё больнее и больнее. Короче, я уже начала думать, что Вовка бросил меня. Он, конечно, обещал позвонить. Но я так травмировала его самолюбие... Тут ни один нормальный мужик не выдержал бы! Да. Может, он тоже не выдержал?
Зато Красносельский обзвонился. Раз пять звонил. Я каждый раз бросалась к телефону в надежде, что это Куликов. Но это был всего лишь Дюсик... С очередным предложением. Или приглашением. Бедная Рита уже задолбалась придумывать отговорки, почему я не могу пойти с ним. На самом деле, просто не хочу и всё!
В среду с утра, как только я пришла на работу, на меня налетела Людочка из кадров. Жутко возбуждённая:
- Ритуля, привет! Ты уже слышала наши потрясающие новости?
- Что, кого-нибудь уволили? Мурену? – в мой голос невольно просочилась надежда.
- Ничего подобного! ещё круче!
- Что, нас всех разгоняют?
- Наоборот, всё хорошо! Мы все едем на корпоративное мероприятие по тимбилдингу. Представляешь?
Я даже не сразу сообразила.
- Куда едем?
- На тимбилдинг. Командоборазование. Новый босс собирается сколотить из нас команду. И в эту субботу нас всех везут куда-то в Подмосковье. Представляешь?
- В субботу? А как же выходной? – загрустила я.
- Проведем его в компании с любимыми коллегами.
- Ага, например, с любимой Муреной.
Но мой скептицизм нисколько не поколебал Людочкиного энтузиазма.
- Представляешь, Маназилю из головного офиса разрешили. И даже бюджет дали. Круто?
- Круто! – уныло подтвердила я. - Такого в нашей богадельне ещё не бывало. И что будем делать?
- Пока не знаю. Но сегодня обязательно узнаю. Вроде как шашлыки-машлыки. И какие-то командообразующие активности. В общем, будем учиться дружить.
- Жуткая перспектива! Мы с Муреной станем заклятыми подружками.
- А что? Можно и с Муреной подружить. Если только недолго. А можно, между прочим, задружиться с самим боссом. Хотя, подозреваю, что конкуренция будет смертоубийственной. Как, Ритуль, насчёт того, чтобы затимбилдиться с Маназилем? Ты ведь к нему тоже неровно дышишь?
- С чего ты взяла? – прибалдела я. Блин, неужели мои мечты о Маназиле были настолько очевидны?
- Галка Крыленко сказала.
Предательница! Эта Галка на почве своей любви совсем сбрендила! Всем подряд чирикает о своих великих чувствах. Но на хрена же чужие секреты выбалтывать? Тем более Людочке - этой штатной разносчице информации. Да. Я сделала бесстрастное лицо. Типа «покер фэйс».
- Я воздержусь. Жизнь дороже!
Блин, как странно устроена жизнь! Пока я взасос мечтала о Маназиле, случай пообщаться с ним не представлялся. Ну, почти… Если не считать той идиотской встречи в коридоре. Но как только я решила, что не он герой моего романа, пожалуйста: идеальный шанс. Тимбилдинг с Совершенством. На природе. В неформальной обстановке.
И как только я поняла, что непрочь замутить роман с Куликовым, он исчез! Да. А ведь до этого постоянно звонил, приезжал. Что-то придумывал. Сидел у меня на кухне, жрал ужины. Уже три дня не появляется! На самом деле, у меня просто крыша ехала от неопределённости. Может, мне самой ему позвонить? Да. Если он и сегодня не появится, точно позвоню. Должна же я узнать, как он там… И в силе ли наше соглашение?
Короче, днём по сети всем сотрудникам разослали официальные приглашения на тимбилдинг. Точнее, указания. Несмотря на выходной, участие в мероприятии было обязательным. Для всех, кроме дежурных по офису. В письме также содержались требования по дресс-коду. Для женщин были желательны летние брюки. Желательны… Ха-ха! Мне бы тоже было желательно в них влезть! Если б они у меня были!
Следом прилетело сообщение от Галки Крыленко:
- М бесподобен! Целый день рядом с ним! Восторг!!! Я его обожаю! Люблю-люблю-люблю!
Я хотела написать Галке, что о ней думаю. По поводу её трепотни о моих чувствах к Маназилю. Но поняла, что бесполезно. Галка была невменяема. Ну и хрен с ней! Куликов бы сказал: тот, кому надо, знает правду. Куликов…
Вечером я не выдержала и набрала Вовкин номер. Тем более, что у меня были такие сногсшибенные новости. Было, что обсудить. Он ответил сразу же. Значит, не скрывается от меня. Да. Я жутко обрадовалась. Даже сама удивилась, как обрадовалась…
