Еле слышные и будто испуганные, побольше моего. А где-то вдали, радостные голоса, своими возгласами комментировали успехи при проведении обыске. Громко заявляя о своих находках. Определить количество людей не представлялось возможным.
Я был уверен, лишь в одном. На дне рождения, у меня не бывало столько гостей.
Тем временем, в комнате продолжал витать дым от опущенного водного. Оседая на уличной одежде и погонах незваных гостей.
ЧЕТВЁРТАЯ ГЛАВА
«ЗНАКОМСТВО»
«Интересно, сколько прошло времени? Минута или час?»
Мысли вслух
По непонятным причинам все зашевелились. Позади меня началось движение, манипуляции возле моих рук пробили разрядом боли, а затем последовало облегчение. Онемевшие и скрученные запястья рук ныли от боли. Потребовалось время, для того, чтобы размять руки и придать им естественное положение после освобождения от кандалов.
Меня усадили в старое кресло возле камина, в углу комнаты. Камин ещё полыхал после последней закладки дров и продолжал бить жаром. Холодный пот на моём теле начал испаряться, как на сковороде. Добавляя неприятных ощущений в общую картину. Я, наконец, смог оглядеться и увидел, что происходило в доме. В месте, которое я считал укрытым от лишних глаз. Засекреченным от силовиков.
На угловом диване, на котором не так давно я видел во снах свои кошмары, восседало подразделение спецназа. Они, в своих черных балаклавах и форменной одежде жались вокруг моего электрообогревателя, сложив свои ручонки над ним. Они напоминали мне воробьёв на проводах. Комичность положения зашкаливала. Мы сидели друг напротив друга, я смотрел на них и хлопал глазами. Они в свою очередь, были заняты своими делами и излучали, лишь молчаливую угрозу. Не наградив меня своим взглядом. Страх отсутствовал, было любопытство.
«Откуда такое бесстрашие и самоуверенность?»
Хотя я был, далеко не в выигрышном положении. Передо мной появился худощавый мужчина 30 лет. Одетый в гражданскую одежду, он демонстрировал в своей руке белый лист формата А4. Исписанный текстом и утверждённый гербовыми печатями. Текст плыл в моих глазах. Комментарии мужчины помогли мне понять, что именно этот документ дал им официальное право вынести мне дверь, а меня превратить в дельфина. Да, это был следователь с ордером. Он задал мне вопрос.
«Хочу ли я добровольно сообщить о наличии наркотических средств, психотропных веществ и огнестрельного оружия? А также любых других вещах, запрещенных к обороту в РФ»
Я мысленно перенёсся на второй этаж дома, я знал, что там уже проведён осмотр. Второй этаж состоял из двух помещений, большой комнаты и предбанника, где располагалась лестница. Большая комната была превращена и оборудована в парник с гидропонной системой на 80 посадочных мест. В маленьком помещении располагался парник меньшего размера, предназначенный для выращивания материнский растений. С целью экономии, на закупке семян, и применении вегетативного способа размножения растений. Для получения большого количества здоровых клонов материнских растений. Общая площадь, подготовленная для посева, составляла около 30 квадратных метров. Десятки миллионов рублей.
Всё было сделано собственными руками и представлялось произведением искусства. Система гидропоники, полив, освещение, вентиляция. На всё было потрачено сотни тысяч рублей, а также недели кропотливой работы.
Было одно - но…
Которое в корне меняло дело. Там было пусто. Ни одного растения. Всё было отключено.
Рядом со мной, на первом этаже красовался большой самодельный короб-парник для укоренения. На который бил свет небольшой светодиодной лампы. Внутри короба, около 90 черенков каннабиса, стремились пробить свои первые корешки. Лишь впоследствии, они должны были занять свои законные места на втором этаже дома. Я вернулся к заданному вопросу и ответил.
«Да! Хочу сообщить о наличии наркотических средств»
И указал взглядом на парник, стоявший рядом со мной. Следователь одобрительно кивнул и поинтересовался.
«Есть ли еще что-то?»
Я напрягал свою голову, но не смог ничего вспомнить. Ответил, что нет, не вспомнить. Тогда следователь помог мне и с артистизмом виртуозного фокусника извлёк кулёк целлофана, который забыто, лежал на одной из верхних ступеней-полок кирпичного камина.
«Точно! Как я мог забыть о 20 граммах травы»
«Да, это мои наркотические средства!»
Я одобрительно кивнул и подтвердил отношение к изъятому. Подумал про коллекцию гербариев на стене, которая красовалась прямо за моей спиной и определенно была в поле зрения следователя. Я не сомневался, она приковывает внимание всех присутствующих, с первых минут. Коллекция умела завораживать. Я указал на неё взглядом. Он меня понял и также сделал соответствующие записи. Кругом царил хаос и разруха, скрыть что либо, не представлялось возможным. Всё было вверх дном. Открыто, что не открывалось! Разбросано, что было сложено! Сломано, что было починено! Попадись на их пути мышь, они бы и ей в жопу заглянули! Что тут скажешь!? Обыск…
Позади стоял более взрослый и габаритный мужчина в гражданском. Он безмятежно подпирал стену и отрешенно витал в своих мыслях. Не проявляя никакого интереса к происходящему. В дальнейшем станет ясно, что это опер. Который по случайному стечению обстоятельств был назначен старшим в прибывшей группе. И не имеющий, ничего общего с моим делом. Лишь, законность и формальность происходящего привели его в область, в эту холодную зимнюю ночь.
И где-то позади, маячили бледные силуэты молодых ребят. Понятые. Это были двое студентов с испуганными глазами, в возрасте 18-19 лет. Оказывается, в ВУЗах нашей необъятной Родины проводятся соответствующие мероприятия. Собираются студенты, приходят дяди из органов и говорят.
«Нам требуются добровольцы!»
Как правило, желающих полно. Каждый хочет ощутить свою значимость и внести свой вклад. Будь то борьба с незаконным оборотом наркотиков или иной преступной деятельностью. Существовала и иная сила, она имела большую центробежную мощь. Сданный экзамен или полученный зачёт, который будет проставлен студенту автоматом, за выполнение возложенных обязанностей. Прекрасная возможность вместо зубрежки и подготовки к учебе, провести время на выездном мероприятии, в кампании сотрудников полиции, увидеть что–то новое для себя. Но, по внешнему виду понятых было понятно, что обосрались они знатно. Они напоминали Сиамских близнецов. Вжавшихся друг в друга, они переминались с ноги на ногу. Изредка перешёптываясь. До сих пор не понимая, для чего нужны и в чём их роль?
С углового дивана, где спецназ грелся возле обогревателя. Прозвучал резкий вопрос.
«Где автомат?»
От кого именно прозвучал вопрос, разобрать было сложно. В тот момент я приковывал взгляды всех. Три чёрные балаклавы пристально сверлили меня взглядом. Я дал молниеносный ответ.
«Какой автомат?»
А в голову прилила кровь и осознание того факта, что они в курсе даже за это. Что незадолго до описываемых событий, я действительно разговаривал и договаривался о приобретении оружия. Автомата Калашникова переделанного под боевой. Я и сам толком не знал, зачем он мне? Но, находясь в глуши и передвигаясь исключительно в валенках. Наличие автомата казалось мне, забавным и необходимым. Придавая особенный шарм моим деревенским приключениям. Я был безмерно счастлив в тот момент, что он у меня так и не появился. Избавив меня от дополнительной кучи проблем. Теперь становилось понятно, почему штурм и задержание были особенно грубыми.
В глазах силовиков, им предстоял штурм дома, в котором находился, как минимум один вооруженный автоматом преступник. Реакция на задержание, которого, не поддавалась прогнозированию.
Они почему-то не ответили. Лишь смотрели на меня с прищуром, не отводя взгляд. Я пытался поддерживать зрительный контакт, со всеми тремя. Но, подступившая тошнота заставила меня отступить. Укачало от зрительной перестрелки.
В поле зрения попала пачка сигарет, спокойно лежавшая на журнальном столике среди прочей мелочёвки. Столик располагался ровно посередине, разделяя нас всех. Моё кресло возле камина, стул со следователем и отряд спецназа на диване.
За мной было непрерывное наблюдение, поэтому стоило мне плавным движением руки потянуться к сигаретам, как я тут же получил одобрительный жест головы. Никто не против, вот и отлично. В следующее мгновенье сигарета уже полыхала у меня во рту. Первая затяжка оказалась самой жадной. Втягивая сигарету, я словно пытался сжечь всё то дерьмо, что происходило со мной. Здесь и сейчас. Трёх затяжек хватило, чтобы фильтр начал обжигать мне пальцы. Жжение вернуло меня в моменте. Затушив окурок, я пытался отдышаться. С трудом сдержав и поборов подступивший приступ кашля. После чего, закурил вторую сигарету.
Все занимались своим. Кампания на диване продолжала греться и вести наблюдение за мной. Обсуждая между собой, что-то интересное в пол голоса. Следователь безмолвно и монотонно продолжал исписывать листы бумаги. Ни на что не реагируя. У них что-то общее с врачами. Много бестолковой писанины и маленькая зарплата. Старший опер был в своих мыслях. Куда-то опаздывал и не прекращал спрашивать.
«Когда поедем обратно?»
Лишь понятые, подали признаки жизни. И робким голосом спросили у меня разрешения закурить. Я ответил.
«Без проблем!»
Пацанам бы тоже перекурить происходящее. Я был уверен, что по возвращению домой она накурятся или чем-либо обдолбаются. И будут рассказывать друзьям истории, как присутствовали при штурме и аресте. Будут рассказывать обо мне, как я лежал посреди ковра в трусах и наручниках. Как они мёрзли возле дома, в ожидании подходящего момента. А потом забудут всё это, как страшный сон. Хотя, это им не удастся. Об этом они узнаю позже. Когда, через пару лет их начнут таскать на судебные заседания. Как и не удастся выкурить сигарету.
С дивана рявкнули на них. Что бы те потушили сигареты. Аргументируя, что будет слишком накурено. Как по мне, так кислород уже давно закончился в той комнате.
Я, ни на кого не обращал внимания, уже раскуривал третью сигарету…
ПЯТАЯ ГЛАВА
«ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК»
Вырастить полноценный куст из семечки занимает около трёх с половиной месяцев кропотливой работы.
Правоохранительные органы владели данной информацией. И проводя свою оперативно-розыскную деятельность. Она включала в себя наблюдения, прослушивание телефонных переговоров и многое другое. Что является засекреченным для простых смертных и не оглашается, даже в суде. Они планировали штурм, на ориентировочный момент полного созревания шишек. Для того, чтобы показатели изъятого добавляли солидности, проделанной работе. И всё у них шло, строго по плану…
Но мои планы несколько отличались. Я не планировал доводить до созревания посаженные растения. Они были срезаны раньше. Я вырастил материнские растения из семечек, а затем порезал их на черенки. В дальнейшем период укоренения. И в результате мы получаем нужное количество растений, точных копий, с генетикой материнских растений. Это позволяло существенно сэкономить на закупке семян, что влетало в копейку.
Как раз, именно эти клоны укоренялись возле меня в мини-парнике. В дальнейшем, они бы дали корни. И я бы высадил их на втором этаже. В подготовленные гидропонные системы.
Там бы они набирались питательных веществ и загорали под ДНАТ-ами, набирая зелёную массу.
Но этого не произошло…
«Вселенная?»
«Фарт?»
«Воля случая?»
«Бог?»
«Не знаю, что именно!»
Силовики, явно были расстроены этим стечением обстоятельств.
Всё, что у них было, это 90 черенков без корней. Каждый был высажен в кубик минеральной ваты. Высотой не более пяти сантиметров. По одному, полу завядшему листику у каждого. Как выяснилось позже, в них даже не было ТГК КБД или КБН. Заветных, запрещённых элементов.
Стебли растений и корневые системы были своевременно уничтожены. Лишь 20 грамм напоминали о себе. Становясь немыми свидетелями прошлого.
Теперь, в моей голове начинала складываться картинка, и появлялся план.
«Главное много не говорить!»
«Главное не сказать лишнего!»
И мной завладел страх. Страх сказать, что-то лишнее.
ШЕСТАЯ ГЛАВА
«ВТОРОЙ ЭТАЖ»
Занесённые снегом областные СНТ, попрощались со своими хозяевами до весны. Находились любители устроить дачный пикник с баней. Отдохнуть кампанией и покуролесить, или же в гордом одиночестве. Побыть наедине с самим собой, вдали от городской суеты. Но таких людей было мало, а садоводств бесчисленное множество. Ворота домов и садоводств, заборы вдоль улиц, как и сами улицы, были лишены человеческого внимания и оставались заваленными. Непроходимые сугробы не оставляли шансов. Лишь две основные дорожные артерии очищались от снега. Вдоль которых располагались ворота садоводств. Местные жители, обитающие в тех краях круглый год. Подрабатывали сторожами и дворниками. Изо дня в день, круглый год, поддерживая состояние пьяного угара. Создавая некий, деревенский антураж. Они натаптывали тропинки. До соседа. До магазина. До места, где дадут в долг. До места, где можно подхалтурить.
На одной из таких дорог в садоводстве были брошено два автомобиля. Первый был зарыт в снег, второй за ним, строго по колее. Не смогли осилить и половины снежного пути.
Мне неизвестно, сколько времени они провели у дома. Часами ждали подходящего момента. Или же, не теряли времени даром и, вооружившись штурмовым молотом, направились к моему дому.
Знаю точно, что вломились они продрогшие до кости. Видимо, ждали какое-то время, в заглушённых автомобилях. Наблюдали за домом. Сохраняли конспирацию и эффект неожиданности. А может, сомневались.
«Это наш дом?»
«Точный адрес?»
«Туда-ли мы приехали?»
«Там никого не видно!»
«Свет, в окнах не горит!»
Потом я узнаю, откуда у них мой адрес. Он засветился в одной доставке стройматериалов. Какая мелочь, какая оплошность…
А я в это время, ни о чём не подозревал. Пускал водные, растил кусты и думал о великом.
Нервы опять начинали шалить. Они готовы были порваться, как струна. Безмолвное заполнение бумаг следователем. Он тщательно изучал и описывал изъятое. Я отчётливо слышал, как ручка бежит по листу и царапает его. Но он не останавливался, писал и писал. Звук раздражал мой мозг. Рядом стояли напуганные понятые, которым нужно было всё подтверждать и молча ставить свои подписи, в указанных местах. Исполнять роль немых свидетелей. Являть собою роли гарантов, законности происходящего.
Уверен, что после этой ночи, они уже не согласятся вновь на такое. Но это ничего не поменяет. Понятых хватит на всех.
А я наблюдал, как снежное месиво с их ботинок продолжает таять и падать на мой ковер, расплываясь мокрым пятном.
Я обратил внимание, что тресканье дров в камине не успокаивало меня, как раньше. Наоборот, раздражало, как и всё вокруг.
Общую тишину разорвал один из сотрудников спецназа. В нём проснулось желание провести со мной воспитательную беседу. На тему незаконности моих действий, влиянии наркотиков на организм. Упомянуть неприемлемость такого заработка, который идёт в разрез с нормами морали. Напомнить про здоровье населения.
Я был уверен, лишь в одном. На дне рождения, у меня не бывало столько гостей.
Тем временем, в комнате продолжал витать дым от опущенного водного. Оседая на уличной одежде и погонах незваных гостей.
ЧЕТВЁРТАЯ ГЛАВА
«ЗНАКОМСТВО»
«Интересно, сколько прошло времени? Минута или час?»
Мысли вслух
По непонятным причинам все зашевелились. Позади меня началось движение, манипуляции возле моих рук пробили разрядом боли, а затем последовало облегчение. Онемевшие и скрученные запястья рук ныли от боли. Потребовалось время, для того, чтобы размять руки и придать им естественное положение после освобождения от кандалов.
Меня усадили в старое кресло возле камина, в углу комнаты. Камин ещё полыхал после последней закладки дров и продолжал бить жаром. Холодный пот на моём теле начал испаряться, как на сковороде. Добавляя неприятных ощущений в общую картину. Я, наконец, смог оглядеться и увидел, что происходило в доме. В месте, которое я считал укрытым от лишних глаз. Засекреченным от силовиков.
На угловом диване, на котором не так давно я видел во снах свои кошмары, восседало подразделение спецназа. Они, в своих черных балаклавах и форменной одежде жались вокруг моего электрообогревателя, сложив свои ручонки над ним. Они напоминали мне воробьёв на проводах. Комичность положения зашкаливала. Мы сидели друг напротив друга, я смотрел на них и хлопал глазами. Они в свою очередь, были заняты своими делами и излучали, лишь молчаливую угрозу. Не наградив меня своим взглядом. Страх отсутствовал, было любопытство.
«Откуда такое бесстрашие и самоуверенность?»
Хотя я был, далеко не в выигрышном положении. Передо мной появился худощавый мужчина 30 лет. Одетый в гражданскую одежду, он демонстрировал в своей руке белый лист формата А4. Исписанный текстом и утверждённый гербовыми печатями. Текст плыл в моих глазах. Комментарии мужчины помогли мне понять, что именно этот документ дал им официальное право вынести мне дверь, а меня превратить в дельфина. Да, это был следователь с ордером. Он задал мне вопрос.
«Хочу ли я добровольно сообщить о наличии наркотических средств, психотропных веществ и огнестрельного оружия? А также любых других вещах, запрещенных к обороту в РФ»
Я мысленно перенёсся на второй этаж дома, я знал, что там уже проведён осмотр. Второй этаж состоял из двух помещений, большой комнаты и предбанника, где располагалась лестница. Большая комната была превращена и оборудована в парник с гидропонной системой на 80 посадочных мест. В маленьком помещении располагался парник меньшего размера, предназначенный для выращивания материнский растений. С целью экономии, на закупке семян, и применении вегетативного способа размножения растений. Для получения большого количества здоровых клонов материнских растений. Общая площадь, подготовленная для посева, составляла около 30 квадратных метров. Десятки миллионов рублей.
Всё было сделано собственными руками и представлялось произведением искусства. Система гидропоники, полив, освещение, вентиляция. На всё было потрачено сотни тысяч рублей, а также недели кропотливой работы.
Было одно - но…
Которое в корне меняло дело. Там было пусто. Ни одного растения. Всё было отключено.
Рядом со мной, на первом этаже красовался большой самодельный короб-парник для укоренения. На который бил свет небольшой светодиодной лампы. Внутри короба, около 90 черенков каннабиса, стремились пробить свои первые корешки. Лишь впоследствии, они должны были занять свои законные места на втором этаже дома. Я вернулся к заданному вопросу и ответил.
«Да! Хочу сообщить о наличии наркотических средств»
И указал взглядом на парник, стоявший рядом со мной. Следователь одобрительно кивнул и поинтересовался.
«Есть ли еще что-то?»
Я напрягал свою голову, но не смог ничего вспомнить. Ответил, что нет, не вспомнить. Тогда следователь помог мне и с артистизмом виртуозного фокусника извлёк кулёк целлофана, который забыто, лежал на одной из верхних ступеней-полок кирпичного камина.
«Точно! Как я мог забыть о 20 граммах травы»
«Да, это мои наркотические средства!»
Я одобрительно кивнул и подтвердил отношение к изъятому. Подумал про коллекцию гербариев на стене, которая красовалась прямо за моей спиной и определенно была в поле зрения следователя. Я не сомневался, она приковывает внимание всех присутствующих, с первых минут. Коллекция умела завораживать. Я указал на неё взглядом. Он меня понял и также сделал соответствующие записи. Кругом царил хаос и разруха, скрыть что либо, не представлялось возможным. Всё было вверх дном. Открыто, что не открывалось! Разбросано, что было сложено! Сломано, что было починено! Попадись на их пути мышь, они бы и ей в жопу заглянули! Что тут скажешь!? Обыск…
Позади стоял более взрослый и габаритный мужчина в гражданском. Он безмятежно подпирал стену и отрешенно витал в своих мыслях. Не проявляя никакого интереса к происходящему. В дальнейшем станет ясно, что это опер. Который по случайному стечению обстоятельств был назначен старшим в прибывшей группе. И не имеющий, ничего общего с моим делом. Лишь, законность и формальность происходящего привели его в область, в эту холодную зимнюю ночь.
И где-то позади, маячили бледные силуэты молодых ребят. Понятые. Это были двое студентов с испуганными глазами, в возрасте 18-19 лет. Оказывается, в ВУЗах нашей необъятной Родины проводятся соответствующие мероприятия. Собираются студенты, приходят дяди из органов и говорят.
«Нам требуются добровольцы!»
Как правило, желающих полно. Каждый хочет ощутить свою значимость и внести свой вклад. Будь то борьба с незаконным оборотом наркотиков или иной преступной деятельностью. Существовала и иная сила, она имела большую центробежную мощь. Сданный экзамен или полученный зачёт, который будет проставлен студенту автоматом, за выполнение возложенных обязанностей. Прекрасная возможность вместо зубрежки и подготовки к учебе, провести время на выездном мероприятии, в кампании сотрудников полиции, увидеть что–то новое для себя. Но, по внешнему виду понятых было понятно, что обосрались они знатно. Они напоминали Сиамских близнецов. Вжавшихся друг в друга, они переминались с ноги на ногу. Изредка перешёптываясь. До сих пор не понимая, для чего нужны и в чём их роль?
С углового дивана, где спецназ грелся возле обогревателя. Прозвучал резкий вопрос.
«Где автомат?»
От кого именно прозвучал вопрос, разобрать было сложно. В тот момент я приковывал взгляды всех. Три чёрные балаклавы пристально сверлили меня взглядом. Я дал молниеносный ответ.
«Какой автомат?»
А в голову прилила кровь и осознание того факта, что они в курсе даже за это. Что незадолго до описываемых событий, я действительно разговаривал и договаривался о приобретении оружия. Автомата Калашникова переделанного под боевой. Я и сам толком не знал, зачем он мне? Но, находясь в глуши и передвигаясь исключительно в валенках. Наличие автомата казалось мне, забавным и необходимым. Придавая особенный шарм моим деревенским приключениям. Я был безмерно счастлив в тот момент, что он у меня так и не появился. Избавив меня от дополнительной кучи проблем. Теперь становилось понятно, почему штурм и задержание были особенно грубыми.
В глазах силовиков, им предстоял штурм дома, в котором находился, как минимум один вооруженный автоматом преступник. Реакция на задержание, которого, не поддавалась прогнозированию.
Они почему-то не ответили. Лишь смотрели на меня с прищуром, не отводя взгляд. Я пытался поддерживать зрительный контакт, со всеми тремя. Но, подступившая тошнота заставила меня отступить. Укачало от зрительной перестрелки.
В поле зрения попала пачка сигарет, спокойно лежавшая на журнальном столике среди прочей мелочёвки. Столик располагался ровно посередине, разделяя нас всех. Моё кресло возле камина, стул со следователем и отряд спецназа на диване.
За мной было непрерывное наблюдение, поэтому стоило мне плавным движением руки потянуться к сигаретам, как я тут же получил одобрительный жест головы. Никто не против, вот и отлично. В следующее мгновенье сигарета уже полыхала у меня во рту. Первая затяжка оказалась самой жадной. Втягивая сигарету, я словно пытался сжечь всё то дерьмо, что происходило со мной. Здесь и сейчас. Трёх затяжек хватило, чтобы фильтр начал обжигать мне пальцы. Жжение вернуло меня в моменте. Затушив окурок, я пытался отдышаться. С трудом сдержав и поборов подступивший приступ кашля. После чего, закурил вторую сигарету.
Все занимались своим. Кампания на диване продолжала греться и вести наблюдение за мной. Обсуждая между собой, что-то интересное в пол голоса. Следователь безмолвно и монотонно продолжал исписывать листы бумаги. Ни на что не реагируя. У них что-то общее с врачами. Много бестолковой писанины и маленькая зарплата. Старший опер был в своих мыслях. Куда-то опаздывал и не прекращал спрашивать.
«Когда поедем обратно?»
Лишь понятые, подали признаки жизни. И робким голосом спросили у меня разрешения закурить. Я ответил.
«Без проблем!»
Пацанам бы тоже перекурить происходящее. Я был уверен, что по возвращению домой она накурятся или чем-либо обдолбаются. И будут рассказывать друзьям истории, как присутствовали при штурме и аресте. Будут рассказывать обо мне, как я лежал посреди ковра в трусах и наручниках. Как они мёрзли возле дома, в ожидании подходящего момента. А потом забудут всё это, как страшный сон. Хотя, это им не удастся. Об этом они узнаю позже. Когда, через пару лет их начнут таскать на судебные заседания. Как и не удастся выкурить сигарету.
С дивана рявкнули на них. Что бы те потушили сигареты. Аргументируя, что будет слишком накурено. Как по мне, так кислород уже давно закончился в той комнате.
Я, ни на кого не обращал внимания, уже раскуривал третью сигарету…
ПЯТАЯ ГЛАВА
«ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК»
Вырастить полноценный куст из семечки занимает около трёх с половиной месяцев кропотливой работы.
Правоохранительные органы владели данной информацией. И проводя свою оперативно-розыскную деятельность. Она включала в себя наблюдения, прослушивание телефонных переговоров и многое другое. Что является засекреченным для простых смертных и не оглашается, даже в суде. Они планировали штурм, на ориентировочный момент полного созревания шишек. Для того, чтобы показатели изъятого добавляли солидности, проделанной работе. И всё у них шло, строго по плану…
Но мои планы несколько отличались. Я не планировал доводить до созревания посаженные растения. Они были срезаны раньше. Я вырастил материнские растения из семечек, а затем порезал их на черенки. В дальнейшем период укоренения. И в результате мы получаем нужное количество растений, точных копий, с генетикой материнских растений. Это позволяло существенно сэкономить на закупке семян, что влетало в копейку.
Как раз, именно эти клоны укоренялись возле меня в мини-парнике. В дальнейшем, они бы дали корни. И я бы высадил их на втором этаже. В подготовленные гидропонные системы.
Там бы они набирались питательных веществ и загорали под ДНАТ-ами, набирая зелёную массу.
Но этого не произошло…
«Вселенная?»
«Фарт?»
«Воля случая?»
«Бог?»
«Не знаю, что именно!»
Силовики, явно были расстроены этим стечением обстоятельств.
Всё, что у них было, это 90 черенков без корней. Каждый был высажен в кубик минеральной ваты. Высотой не более пяти сантиметров. По одному, полу завядшему листику у каждого. Как выяснилось позже, в них даже не было ТГК КБД или КБН. Заветных, запрещённых элементов.
Стебли растений и корневые системы были своевременно уничтожены. Лишь 20 грамм напоминали о себе. Становясь немыми свидетелями прошлого.
Теперь, в моей голове начинала складываться картинка, и появлялся план.
«Главное много не говорить!»
«Главное не сказать лишнего!»
И мной завладел страх. Страх сказать, что-то лишнее.
ШЕСТАЯ ГЛАВА
«ВТОРОЙ ЭТАЖ»
Занесённые снегом областные СНТ, попрощались со своими хозяевами до весны. Находились любители устроить дачный пикник с баней. Отдохнуть кампанией и покуролесить, или же в гордом одиночестве. Побыть наедине с самим собой, вдали от городской суеты. Но таких людей было мало, а садоводств бесчисленное множество. Ворота домов и садоводств, заборы вдоль улиц, как и сами улицы, были лишены человеческого внимания и оставались заваленными. Непроходимые сугробы не оставляли шансов. Лишь две основные дорожные артерии очищались от снега. Вдоль которых располагались ворота садоводств. Местные жители, обитающие в тех краях круглый год. Подрабатывали сторожами и дворниками. Изо дня в день, круглый год, поддерживая состояние пьяного угара. Создавая некий, деревенский антураж. Они натаптывали тропинки. До соседа. До магазина. До места, где дадут в долг. До места, где можно подхалтурить.
На одной из таких дорог в садоводстве были брошено два автомобиля. Первый был зарыт в снег, второй за ним, строго по колее. Не смогли осилить и половины снежного пути.
Мне неизвестно, сколько времени они провели у дома. Часами ждали подходящего момента. Или же, не теряли времени даром и, вооружившись штурмовым молотом, направились к моему дому.
Знаю точно, что вломились они продрогшие до кости. Видимо, ждали какое-то время, в заглушённых автомобилях. Наблюдали за домом. Сохраняли конспирацию и эффект неожиданности. А может, сомневались.
«Это наш дом?»
«Точный адрес?»
«Туда-ли мы приехали?»
«Там никого не видно!»
«Свет, в окнах не горит!»
Потом я узнаю, откуда у них мой адрес. Он засветился в одной доставке стройматериалов. Какая мелочь, какая оплошность…
А я в это время, ни о чём не подозревал. Пускал водные, растил кусты и думал о великом.
Нервы опять начинали шалить. Они готовы были порваться, как струна. Безмолвное заполнение бумаг следователем. Он тщательно изучал и описывал изъятое. Я отчётливо слышал, как ручка бежит по листу и царапает его. Но он не останавливался, писал и писал. Звук раздражал мой мозг. Рядом стояли напуганные понятые, которым нужно было всё подтверждать и молча ставить свои подписи, в указанных местах. Исполнять роль немых свидетелей. Являть собою роли гарантов, законности происходящего.
Уверен, что после этой ночи, они уже не согласятся вновь на такое. Но это ничего не поменяет. Понятых хватит на всех.
А я наблюдал, как снежное месиво с их ботинок продолжает таять и падать на мой ковер, расплываясь мокрым пятном.
Я обратил внимание, что тресканье дров в камине не успокаивало меня, как раньше. Наоборот, раздражало, как и всё вокруг.
Общую тишину разорвал один из сотрудников спецназа. В нём проснулось желание провести со мной воспитательную беседу. На тему незаконности моих действий, влиянии наркотиков на организм. Упомянуть неприемлемость такого заработка, который идёт в разрез с нормами морали. Напомнить про здоровье населения.
