Они вышли на крыльцо и Поля ясно увидела себя, лежащую на деревянных досках и красивое лицо молодого человека, склонившегося над ней. Поля замерла, вспоминая его черты до мельчайших деталей.
— Поля, держи, — Аделаида протягивала ей ключ от дома. — Пускай будет у тебя. Спрячь его. У меня есть один шкафчик, туда и уберём, хорошо? Ключ всегда будет там лежать. Ты сама, как приедем ко мне домой, спрячешь его. Договорились?
Красивое лицо молодого человека растаяло в воздухе. Поля осмысленно поглядела на бабушку и кивнула, приняв ключ.
— Ладно, а теперь едем домой.
«Мой дом был здесь», — печально подумала маленькая Полина Веллер, уходя, вслед за бабушкой прочь от дома, оставляя тут свои воспоминания, ужас и страх. Жаль, что все они не послушались и последовали за Полей туда, куда она направилась. И они будут преследовать её ещё много лет.
Глава 3 Маленькая шкатулка с большим секретом
Наши дни
Дом был заброшен, но Поля итак это знала. Девушка открыла дверь тем самым ключом, который много лет хранился в шкафчике у Аделаиды Николаевны. Пятнадцать лет их дом простоял пустым и никому не нужным. Он стоял в лесной чаще, далеко от дороги и вряд ли вандалы пробирались сюда. Хотя следы чужого присутствия имелись.
История, произошедшая пятнадцать лет назад в этом доме, произвела настоящий фурор. Первое время она была у всех на устах, но как все плохие истории, со временем люди забыли и эту.
Все забыли. Но не Полина. Ей остались горечь и сожаления о прошлых днях. С этим она жила. С этим жила её мама. Пропасть, что возникла между Полиной и мамой, между матерью и дочерью, сейчас показалась Поле такой огромной, что и представить нельзя. Только пережив всё, что пережила и до сих пор переживала Полина Веллер, можно было увидеть эту пропасть. Для остальных она невидима. Да и не имеет значения.
Оказавшись вновь в этом доме, Полина будто проложила мост из прошлых дней до дней сегодняшних. Мост через нескончаемую пропасть.
Осторожно закрыв дверь дома, Поля огляделась. Картина ей предстала удручающая. Внутри царил полумрак, сквозь мутные от времени окна виднелся лесной пейзаж. Тишина и запустение придавали всему дому зловещий оттенок. Покров тайны будто навис над вещами и мебелью. Полина подошла к окну и с трудом распахнула створки на проржавевших петлях. Издали слышался водный поток.
Аделаида Николаевна забрала некоторые вещи из дома, но мебель вся осталась тут. Теперь дом принадлежал матери Полины, но она упрямо не хотела им заниматься. До сих пор память Анастасии хранила произошедшее здесь. У Поли тоже не получилось оставить пришлое позади. Оно следовало за ней по пятам. И теперь она сама решила с ним встретиться лицом к лицу.
Девушка осмотрела вещи и мебель. Было удивительно, что вещи были целы, если не считать их затхлости и изношенности от времени. Неужели обыватели и правда не тревожили место её детства? Немного странно, но, кажется, за домом пытались следить, ухаживать. Хоть и получалось плохо. Что-то валялось на полу, но тоже целое и невредимое. Поля поёжилась от холода. Она прошла на кухню. Заметила старую потёртую скатерть, валявшуюся у треснутого окна. Полина подошла ближе и зацепила скатерть пальцами. Мама любила эту вещь. Граммофон! Мамин граммофон тоже где-то здесь!
Поля откинула стул, что лежал на пути к лестнице, и поднялась на второй этаж. Тут всё выглядело более менее сносно. Видимо, если кто-то и лазил в дом, не нашел причин для жестокого мародерства. Память хранила многое, словно невидимая рука перелистывала обрывки воспоминаний.
Перед Полиной возник коридор, по которому в детстве она часто носилась с сестрой, играя в догонялки. Бра на стенах висели, словно побежденные в бою воины, разбитые, грязные, провода свисали как вырванные внутренности. Собственное кровавое воображение напугало девушку. Поля зажмурила глаза. Воспоминания одолевали с каждой минутой всё сильнее.
Даже обшарпанные стены с выдранными кое-где кусками обоев, напоминали о прошлом. Поля подошла чуть ближе к левой стене. Там, под рисунком обоев, она увидела маленького человечка, которого Аня нарисовала однажды. Поля провела по нему рукой. Человечек улыбался и был похож на Игоря. Да, Аня уже в детском возрасте хорошо рисовала. Но он был не похож на того Игоря, которого помнила Полина. Самоотверженное лицо, искаженное болью, глаза полные надежды, что его семья выберется живой, отчаянный голос, взывающий к Поле.
— Не оглядывайся, — прошептала Полина в немой тишине дома. Но ей пришлось оглянуться. Иначе нет жизни дальше. Впереди.
Девушка прошла по коридору в свою старую спальню. Пахнуло сыростью и ветошью. Шкаф, кровать, пыльный ковёр на полу, игрушки, лежащие тут и там. Вот всё, что осталось от некогда уютной комнаты, где мама читала на ночь книги, где они с Аней рисовали картинки, играли в куклы и даже, порой, вместе засыпали.
В памяти возник образ матери. Теплый и солнечный, словно окутанный любовью и заботой. Не такой как теперь. Сейчас мама сухая и далёкая. В прошлом это была женщина, любящая своих детей, она заботилась о них с Аней и всегда уделяла много внимания. Вот мама стоит у качелей и, протянув руки, зовёт Аню и Полину, счастливо улыбаясь. А вот она сидит на диване за вязанием и рассказывает дочерям сказки. Полина прикрыла глаза. У матери всегда на шее висела тонкая цепочка и однажды маленькая Поля увидела, что на цепочке висит ключ. Маленький и блестящий.
Картинка сменилась. Поля бежит навстречу маме, которая в ужасе кричит. Её ужас неподдельный, а самый жуткий, настоящий. Полина вздрогнула и открыла глаза.
***
Комната мамы была почти нетронута. Здесь было сыро и холодно как и во всём доме. Мамин граммофон стоял на полу. А на полках нашли своё упокоение виниловые пластинки. Шопен, Шуберт, Гершвин, Армстронг, Битлз, Сборник 1000 лет развития западной музыки. Чего только нет... Мама любила слушать музыку в тишине. Полина прошлась пальцами по прохладной поверхности конвертов и улыбнулась.
Девушка подошла к зеркалу и осмотрела то, что оставалось на мамином туалетном столике. Раскрыла шкафчик. Вещи, покрытые плесенью: расчёски, косметичка, аксессуары и разные заколки, резинки для волос, полотенца, маленькие и большие, нижнее бельё. Но шкатулки не было. Мама не могла её забрать. Она не была здесь с тех пор как они в памятный вечер покинули дом. По крайней мере Полина думала так.
«ОН был здесь», — вдруг пронеслось в голове, когда она вспомнила свою старую потрепанную игрушку. Он приходил сюда и, быть может, совсем недавно. Но сейчас его тут нет.
Шкатулка. Что-то подсказывало ей: шкатулка в доме. Поля стала обыскивать все комнаты, кухню, ванные комнаты, которых в доме было две.
Потом снова вернулась в спальню мамы. В доме было холодно, но лоб Полины покрылся испариной пока она переворачивала всё вверх дном в комнатах. Она распустила растрепавшиеся волосы и вновь собрала в высокий хвост.
Взгляд остановился на полу, застеленном линолеумом. У стены под окном он был отогнут. Поля опустилась на колени и зацепила кусок линолеума ногтями. Потянула на себя. Под линолеумом был дощатый пол, и одна доска лежала неровно. Девушка убрала доску и заглянула в темноту. Тайник был небольшим, шкатулка стояла в самом его центре. Поля аккуратно её достала.
Повертела шкатулку в руках и так и этак, увидела отверстие для ключа. Где же ключ? Она напрягла память. Нет, то, что произошло именно в тот день девушка помнила как если бы это произошло лишь вчера, а не пятнадцать лет назад, но некоторые детали повседневной жизни, стёрлись из памяти. Нет, не стёрлись, а спрятались далеко в подсознании.
— Ну же, вспоминай, — говорила она себе шёпотом.
У матери всегда на шее висела тонкая цепочка, Поля об этом уже думала. Цепочка. Цепочка.
— Вспоминай, — уговаривала свою память Полина.
Сестра, испугавшись крика матери, сильно хватается за её шею и ненароком срывает цепочку. Она падает. Поля видит это словно в замедленном темпе. Она следит за цепочкой и замечает как та, ударившись о лестницу, падает между ступенями.
Поля вскинула голову. Никого не было в этом доме со времён трагедии? Или всё-таки… Даже если и ступала нога человека на территорию дома, то вряд ли что-то искали под досками у крыльца. Полина не исключала, что с некоторых пор кто-то присматривал за территорией. Полина не знала этого. Но цепочка слишком скрыта, чтобы её могли найти.
«Она всё ещё там», — подсказал внутренний голос. Поля кинулась из комнаты. Вниз по лестнице, через гостиную и распахнула входную дверь. Огляделась. Спустившись на несколько ступенек вниз, девушка встала на колени и нагнулась, пытаясь разглядеть сквозь маленькую щель хоть что-то. Тщетно. Нужно было убрать пару досок.
В сарае могли сохраниться какие-то инструменты. Но если дом обшарили, то и сарай тоже. Но чем черт не шутит? Поля направилась к сараю. Инструмент был, но его оказалось в разы меньше, чем раньше. Девушка обрадовалась, когда среди ненужного хлама нашла маленький топорик. Она вернулась к лестнице. Вдруг замерла, вспомнив как упала на крыльце и ОН склонился над нею, улыбнувшись, безусловно зловещей, но в то же время очаровательной улыбкой. Уже тогда Поля понимала как он красив. Ужасен, но очень красив. Она сморгнула своё ведение, обругав за странные мысли об этом человеке. Он влёк её к себе, но Поля старалась отгонять это влечение. Ей было за него стыдно. И всё-таки оно было.
Минут тридцать ушло на то, чтобы раздробить тонкие доски и убрать щепки в сторону. Поля просунула руку в получившуюся дыру и стала на ощупь искать цепочку с ключом. Она заглянула между ступеньками. Ничего не видно. Среди песка и земли она, наконец, нащупала то, что искала. Цепочка, на которой висел немного поржавевший ключик.
В доме она, с помощью старых тряпок и дождевой воды, которую набрала в миску на улице, очистила ключ и поднялась наверх. Ключ подходил к шкатулке. Поля почти ликовала. Хотя, что это ей даст, она знать не могла. Может мама хранила там вещи, дорогие сердцу, не более? Тогда почему она всегда держала ключ при себе, никому его не давала? Да и шкатулку прятала.
Нет, тут кроется что-то более важное, чем волосок любимого ребёнка, хотя для матери, наверное, нет ничего дороже как память.
Замочек щёлкнул и шкатулка открылась. В этот же момент Полина услышала скрип половиц с первого этажа. В доме кроме неё находился кто-то ещё!
Глава 4 Лишняя
Светлана посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Она прекрасно выглядела в этот день. Светлые локоны так красиво обрамляли милое треугольное личико, а глаза искрились коварством. Нет, она не уйдёт, не оставит его. Света была влюблена в своего таинственного мужчину и несмотря на то, что он велел ей покинуть его дом, девушка и не подумала собрать немногочисленные свои вещи, бывшие в его доме. Он остынет, когда вернётся, где бы он не был сейчас.
Света уже давно не ощущала себя столь важной. Она помогала своему прекрасному принцу и будет с удовольствием помогать и дальше.
Всё случилось быстро, стремительно. Их знакомство, влечение Светы к загадочному человеку в кожаной куртке и со злорадной, но такой притягательной, чарующей улыбкой, блеском ярких зелёных глаз, скрывающим опасность и обещание блаженства. Света с первого взгляда запала на него.
Впервые она увидела его в прошлый понедельник. В баре «Ночной прибой». Этот парень настоящий зверь: сильный и быстрый. Хоть и худощавый. Он разнял пьянчуг, а в итоге началась ещё худшая потасовка. Света сначала испугалась прекрасного таинственного незнакомца. Даже ругала его, хотя в глубине души жаждала увидеть вновь. И он появился снова… Через пару дней она увидела как он входит в двери бара и, посмотрев по сторонам, садится за самый дальний столик. Он глянул прямо на неё, взгляд сверкнул. Света поняла, что он хочет, чтобы она подошла к нему. Просто поняла и всё тут. И она помчалась к нему, даже не смотря по сторонам, и бросив заказ на половине пути.
Он передал ей коробку для Полины Веллер. Да, это было в тот день. Вот после этого она уже не могла ни забыть его, ни отказать. Он обладал каким-то сверхъестественным обаянием. Обольстить женщину для него ничего не стоило. Он словно пленил молодую девушку своим взором, красотой лица, худощавым, но мускулистым телом, довольно низким голосом. Была в нём такая странная притягательность, что если задуматься, то становится даже жутко. Но Света не хотела задумываться. Она хотела ублажать все желания незнакомца, имени которого не знала. Но ему нужно было, чтобы Света рассказала о Полине всё, что знала. И Света ему рассказала. Всё, что знала о Полине Веллер. Она сначала даже не думала о том, зачем ему эти знания. Когда-то Света подслушала разговор Полины и Давида по телефону. Из него она узнала, что Полина Веллер посещает психотерапевта Грехова. И об этом рассказала своему прекрасному незнакомцу.
Он стал часто посещать «Ночной прибой». Сидел в самом углу зала и наблюдал. А Света делала вид, что не знает его. Он не защищал её, не обращал внимания, но девушка была им околдована. Абсолютно и окончательно. Однажды даже залезла в компьютер Полины для него, чтобы выудить побольше информации. Правда ничего особенно личного там не нашла. А потом Глеб уволил Свету. Из-за выскочки Жанны. Поплатятся ещё оба за такое решение! Свете нельзя было больше показываться в баре. Её принц был недоволен. А теперь приказал покинуть его дом, в котором она с недавних пор обитала постоянно. Но нет! Света не уйдёт. Она жизни не мыслит без НЕГО! А ведь совсем о нём ничего не знает.
Она вскочила, когда услышала рёв мотоцикла за окном, переходящий в мягкий рокот.
— Приехал, — в страхе прошептала она.
Ещё раз глянула в зеркало, отметив некоторую бледность. Блеск глаз показался ей лихорадочным. Да, она обожала незнакомца. Но и до жути боялась. Опасность и влечение. Убойное сочетание.
Дверь хлопнула. Света вышла из спальни и быстро спустилась по ступеням в просторную, но темную гостиную. С умопомрачительной люстрой на потолке. Она забыла сплюнуть жвачку. Чёрт с ней. Под столешницей в гостиной одна уже была. Света про себя похихикала.
— Почему ты ещё здесь? — Не было и намёка на мягкость в его голосе. Он бросил ключи на тумбу и снял свою неизменную кожаную куртку. Света с благоговением смотрела на его худощавую фигуру, плавно двигающуюся по гостиной. Устроившись в кресле, сцепив пальцы в замок, он прикрыл глаза.
— Не прогоняй. Я ещё пригожусь тебе, — с готовностью ответила она, впрочем немного побаиваясь того, что ещё он мог у неё потребовать. — Найди мне работу. Я могу рассказать о многих.
Мужчина фыркнул, но улыбнулся. Он, казалось, задумался о чём-то. Темный локон, волос, которые с каждым новым днём становились светлее, выдавая свой истинный цвет, упал на его бледный лоб. Свете захотелось убрать мягкую прядь назад. А ещё было интересно, зачем он покрасил волосы этим тоником, что стоит у него в ванной. Яркий рыжий цвет волос явно шёл бы ему намного больше этого темного каштанового оттенка.
— Что ж, — он распахнул глаза и пристально глянул на девушку. — Хочешь вернуться в «Ночной прибой?»
