— Если не искусственный взрыв, то что? — спросил Дорман, уже догадываясь, о чем будет речь.
— Решили поискать что-то подобное в природе, — устало почесал в затылке посол. — Вдруг, что-то новенькое, чего раньше просто не наблюдали? Естественно, подняли архивы, но на поверхности Земли таких вспышек действительно не регистрировалось. Начали искать выше, то есть, в космосе. Не буду говорить длинно, но результат нулевой. И тут нам сильно и неожиданно повезло.
Ник вывел на экран картинку какого-то космического аппарата и начал объяснять:
— Это «Марс Вотчер», последний и самый сложный спутник Марса, который у нас есть. Телескоп на нем имеет двухметровое зеркало, это очень зоркая штука. Ты видел, наверное, снимки с него. Разрешение до пяти сантиметров!
— Я-то видел, — подтвердил Дорман. — Но не знал, что тебя эта тема так интересует.
— Тут ты прав, — признался Ник. — Я из тех обывателей, что специально космосом не интересуются, кроме всяких аварий и катастроф. Даже гороскопы не читаю. Но про наш марсианский «Вотчер» я теперь прочитал все, что только смог найти. Так вот, нашлись светлые головы, которые решили откалибровать прибор и снять Землю с марсианской орбиты. Никому не сообщали, оставили все в узком кругу. Можно сказать, совершили небольшое космическое хулиганство. И выбрали для этого день солнечного затмения. Сделали несколько снимков, передали на Землю, и на одном из них увидели вот что...
Настенный экран мигнул и вновь засветился ровным светом. Чернота космоса и на ее фоне яркий, почти полный диск Земли и рядом с ним, левее, крошечная Луна. Если приглядеться, можно увидеть на белом фоне ледяного щита Антарктиды крохотное пятнышко лунной тени. Если учесть, что это съемка с орбиты Марса, находящегося почти по другую сторону от Солнца, то остается только восхищаться.
— И что здесь необычного? — спросил Дорман, все еще не понимая подвоха. — Снимок, конечно, выдающийся, но...
— А посмотри вот сюда, — Ник включил лазерную указку и подсветил краешек лунного диска. — Видишь звездочку?
— На вид самая обычная, — хмыкнул Дорман. — На снимке, правда, других звездочек я не вижу...
— На других снимках ее нет! — воскликнул посол. — Из всей серии в тридцать шесть снимков эта штука есть только на одном! Интервал между ними одна минута, то есть, это какое-то короткоживущее явление. И произошло оно 26 декабря прошлого года ровно в 1 час 14 минут по всемирному времени, в пиковый момент затмения!
— Здесь нет ошибки? — адмирал все еще не спешил нырять в откровение, как в омут. — Это может быть совпадением? Новая звезда, или еще что-то подобное?
— Новые звезды не исчезают за минуту, — вздохнул Ник, — Это мне сразу объяснили, как и тот факт, что на этом месте никаких ярких звезд нет и быть не может, а остальные звезды недостаточно ярки. На этот снимок обратил внимание наш «агент» и вовремя закрутил гайки до того, как исходники попали в Сеть. А когда эти снимки увидели допущенные к тайне ученые... Короче, эта точка лежит точно над центром обратной стороны Луны, в одном радиусе от поверхности. Спектра у нас нет, но скорее всего, это след такой же вспышки, которая произошла в русском лесу, только намного мощнее.
— Погоди, — снова попытался все оспорить Дорман. — А выводы-то какие? Что это доказывает?
— Таких совпадений не бывает! — энергично заявил Ник. — Точнейший, идеальный момент, чтобы избежать обнаружения. С Земли эту точку не видно. С лунной орбиты тоже, все наши аппараты смотрят вниз, а не вверх. Геостационарные спутники тоже ничего не увидят, они закрыты диском Луны. Научные телескопы во второй точке Лагранжа... Это в полутора миллионах километров за орбитой Земли, тоже закрыты Луной! Никто не мог и не должен был это увидеть!
— Но ведь увидел, — заметил адмирал. — Хоть и случайно.
— Вот именно, случайно, — кивнул Ник. — Такая конфигурация возникает примерно раз в месяц, в новолуние. Просто, не каждый раз при этом происходит затмение, тень Луны очень маленькая и обычно проходит мимо Земли. Но в этот раз, чисто случайно, было затмение, и кто-то не учел, что вчерашние студенты из управляющей команды захотят сделать эффектный снимок со стороны Марса!
— Ты все еще не сказал про выводы, — напомнил Дорман. — Что говорят эксперты?
Ник несколько раз прошелся перед экраном и небрежно кинул на стол ставшую ненужной указку.
— Наши эксперты не готовы объявить это строго происками инопланетян, — наконец, начал он. — Но с другой стороны, они заключают, что через эту точку пространства, скорее всего, происходит тайная транспортировка кого-то или чего-то в окрестности Земли. Кто именно это делает, зачем и почему — вопрос открытый.
— А почему именно транспортировка? — уточнил адмирал. — Может быть, просто какое-то оружие испытывается?
— Ты забываешь, с чего все началось, — напомнил Ник. — Перед взрывом в русском лесу была чуть меньшая вспышка. Наши аналитики предполагают, что это побочный эффект транспортировки самого заряда.
— И это все? — резонно усомнился Дорман. — Насколько я помню принцип, научный критерий истины это повторяемость эксперимента. Вы смогли эту счастливую случайность повторить?
Адмирал задал вопрос с крайне скептическим настроением, но судя по тому, как воссияло лицо посла, главное откровение еще впереди.
— Главное, не забывай о подписках, которые давал, — жизнерадостно напомнил Ник. — А насчет повторения ты совершенно прав. Это и стало первостепенной задачей. Очередное новолуние было двадцать четвертого января, позавчера. Марс сейчас в соединении с Солнцем, и направлять чувствительные камеры на Землю нельзя. Поэтому, пришлось выкручиваться другими средствами. У нас сейчас два спутника Луны, у русских один. Мы просчитали, когда возникнет «окно» вблизи момента новолуния, когда все три аппарата будут на «нашей» стороне Луны. Ведь именно тогда, по идее, и должно возникнуть «явление». Рискнули и скорректировали «Проспектор-3» за полвитка, еще на нашей стороне, чтобы он вышел из-за лимба на четверть часа раньше. Сожгли много топлива и опустили орбиту до пятнадцати километров над поверхностью, впритык! И вот, что получилось...
На экране возник монтаж из нескольких кадров, явно снятых несколькими приборами. А посередине каждого снимка — яркое пятно, как будто с небольшим ореолом.
— Вот наша вспышка, — торжествующе объявил Ник. — И теперь точно известно, что совпадение стопроцентное. Спектральная картина та же, и опять «чистый» взрыв, только намного мощнее. Чуть меньше двадцати килотонн, мы чуть детекторы не сожгли. И после этого тоже интересная вещь произошла. Остался инфракрасный след, словно там, в этой точке, что-то возникло, а потом через доли секунды растворилось, словно сошло на нет. И больше никаких следов ни один из приборов не увидел. Ну, как тебе?
— Да уж, — протянул адмирал, чувствуя, что самую невероятную правду все-таки придется принять. — Не думал, что все настолько далеко зашло. И что нам теперь со всем этим делать?
— Об этом будут думать другие, специально обученные люди, — саркастически махнул рукой Ник. — Говорят, они намного умнее бывших военных. А нам с тобой, Джин, нужно попытаться понять, есть ли здесь связь с нашими русскими друзьями, с телешоу, непонятными супергероями и русским космическим бюджетом. Помни, из нашего условного дипломатического корпуса только мы двое знаем про эти вспышки. Это, без преувеличения, огромная честь и чудовищная тайна, которую нам доверили. Нам нужно очень, очень постараться это самое доверие оправдать.
Дорман еще раз пристально всмотрелся в снимки. Если не знать заранее, то ничего искусственного в этих картинках не мерещится. На серверах НАСА подобных фотографий навалом, во всех вариантах и диапазонах. Но теперь он знает этих снимков и спокойно смотреть уже не может...
— Ты поэтому всю ночь не спал? — спросил адмирал.
— В основном из-за этого, — подтвердил Ник. — Ты бы сам уснул на моем месте?
— Не знаю, — честно ответил адмирал. — Вот нынче ночью и проверим. Мы ведь по-прежнему не уверены, что это чужие шалят? Кто-то, похоже, и в самом деле летает туда и обратно, но кто?
— Может быть, это все-таки русские, — допустил посол. — Может быть, они и вправду до чего-то додумались и сейчас испытывают свои новые игрушки... Но мне почему-то кажется, что это не они. Ведь до этой точки еще нужно добраться при отлете и вернуться обратно на Землю при прилете, а сделать это незаметно никак не получится.
— То есть, более вероятно, что это не русские, а кто-то «издалека», и летают они не на Землю, — продолжил Дорман.
— База на Луне, — закончил мысль Ник. — Это классическая теория заговора, между прочим. Инопланетная база на обратной стороне Луны, земные правительства в курсе, но скрывают правду.
— Я бы не стал винить правительство, которое скрывает такую правду, — пробормотал Дорман. — Ты представляешь, какая истерия начнется?
— Как начнется, так и закончится, — не согласился посол. — Самое трудное будет не успокоить публику, а договориться, кто и как с этими «гостями» будет общаться и от чьего имени говорить. Кто будет представлять Землю перед инопланетниками? Как будем делить пирог? Как договариваться? Вот где будет политика в самых неприятных проявлениях. Допустим, мы с русскими договоримся, тогда остальные поднимут вой, что, мол, мировое правительство без них организовали!
— Но это тоже не нашего ума дело, — напомнил Дорман. — Да и какое нам дело до «всех прочих»? Давай-ка, еще порассуждаем. Может быть, мы что-то упустили?
— База на Луне, — повторил Ник. — Для чего она вообще нужна? Какие есть варианты?
— Подготовку к вторжению можно не рассматривать, — тихо рассмеялся адмирал, — Это только в паршивом кино бывает. Для наших инопланетников не нужна никакая база, если они могут все свои силы перебросить нам на голову в любой момент. Поэтому, чисто теоретически, остается наблюдение. Ни для чего другого тайная база на обратной стороне Луны не годится. Сидят там, смотрят, ни во что не вмешиваются. А если вмешиваются, то очень осторожно.
— И правительства, скорее всего, не в курсе, — подхватил Ник. — Зная, как во всех странах госслужащие хранят секреты, я уверен, что это давно бы утекло, если только контакты не ограничены крайне узкой группой лиц под жестким контролем.
— Тогда зачем бомбить никому не нужный лес? — прозвучал следующий логичный вопрос. — Если это не испытания.
— В том-то и дело, что места там довольно глухие — вслух рассудил Ник. — Но при необходимости можно за пару часов добраться. Самое подходящее место для укрытия, разве нет?
— Если укрыться нужно одному человеку, то да, — согласился адмирал. — Но кто прятался? И от кого?
— Вспомни наших «суперменов», — прищурился Ник. — Тот «верзила», что послабее, играл против нас. Второй, который его обезвредил, нам помог. Кто-то из этих двоих мог перейти дорогу «гостям» и прятаться где-то далеко в глуши. Его каким-то образом вычислили, нашли и накрыли точным хирургическим ударом. Возможно, «гости» сами подвигли его к тому, чтобы уехать подальше. Может быть, они не хотели лишних жертв.
— Это все слишком умозрительно, — осадил коллегу Дорман. — Надеюсь, наши аналитики уже работают над этими загадками. Самые бредовые варианты могут оказаться самыми интересными. Данных-то нет.
— Безумных идей вполне хватает, — успокоил его Ник. — Самое непонятное во всей истории это проклятое телешоу. Зачем оно нужно?! Как-то все завязано на историю техники и конкретно космической гонки. Это «дымящийся ствол», все это чувствуют, но как доказать?
— И какие предлагались варианты? — с интересом спросил адмирал. — Путешествия во времени? Хотя, после пришельцев я даже не знаю, что сказать.
— Была такая тема, — подтвердил Ник. — Существуют, как мне объяснили, теоретические лазейки для получения информации из прошлого, но влиять, а тем более, перемещать что-то физически никак не получится. Но тут даже подступиться к практике пока нельзя. Если русские что-то придумали...
— А может быть, что это не инопланетяне к себе домой летают, а наши русские друзья открывают дверь в прошлое?
— И делают это на обратной стороне Луны, куда непонятно как добираются? — иронично переспросил Ник. — Мы уже обсуждали слабое место версии о русских. Нет, чем бы ни были эти вспышки, скорее всего, это дело рук «гостей». Если у них есть руки...
— Значит, — уточнил Дорман, — Либо «верзила», либо наш «спаситель» это агент наших «гостей»? Или он сам инопланетянин, или доверенное лицо из числа людей?
— А вот второй вариант как раз может быть агентом русских, который противостоит «гостям», — продолжил нить рассуждений посол. — Интересная мысль. И «гости» этого тайного агента уничтожили. Или попытались уничтожить. Та паника, которую продемонстрировали русские, могла быть и спектаклем.
— Это уже фантазии, — вздохнул адмирал. — Самое неприятное, это возможная причина, по которой «гости» стали бы швырять бомбы. Должно быть что-то очень серьезное.
— Утечка технологий, — подсказал Ник.
— Точно! — подтвердил Дорман. — И тут есть два варианта утечки. Либо это действительно агент, сумевший как-то украсть секреты, либо это один из «гостей», ренегат, бунтарь, этакий Прометей, решивший поделиться знаниями с людьми.
— Но почему-то выбрал русских, — проворчал Ник. — Сможешь это объяснить?
— Легко, — улыбнулся адмирал. — Возможно, сам агент по происхождению русский, вспомнивший о корнях. Возможно, агентов было много, и остальные пытаются выследить и поймать беглеца. Хотя, ты понимаешь, что все это чистая теория, игра для ума. Нужно искать следы причастности Кремля ко всем этим событиям, а главное, следы новых технологий. Такое нельзя скрывать вечно, рано или поздно где-нибудь да всплывет.
— А как же фактор «гостей»? — с сомнением спросил Ник. — Ведь они тоже будут искать свои технологии и сделают все, чтобы помешать их внедрению на Земле.
— Именно поэтому мы можем не услышать про новинки еще много лет, — рассудил Дорман. — Русские должны понимать, какой это риск. Хотя, возможно, они знают о какой-то уязвимости «гостей», на которую можно воздействовать. Вполне может быть, что у них есть план, как от этой навязчивой опеки избавиться.
— Тут без оружия никак, — по-генеральски прикинул посол. — Хотя, как воевать, если есть такое техническое отставание? Непонятно, на что тут можно рассчитывать...
— Не торопись с выводами, — посоветовал адмирал. — Скорми наши идеи аналитикам, пусть пережевывают. Может, кого-то осенит. Можно попытаться поискать следы базы на Луне, только осторожно и не привлекая внимание. А мы будем искать следы заговора здесь. Твой источник в Кремле что-нибудь прислал?
— Не получается у него ничего, — огорченно ответил посол. — Хоть он, кажется, очень старается. Но президент Орлов ведет себя вполне обычно и адекватно. Никаких тайных встреч, никаких секретных совещаний. Либо у русских усилились меры маскировки подобной деятельности, либо Орлов потерял интерес к проекту.
— В потерю интереса верится с трудом, — усмехнулся Дорман, — Ты только представь, какие это сулит перспективы! Скорее всего, они просто свели контакты к минимуму, чтобы не рисковать.
— Тоже верно, — хмыкнул Ник, мысленно перебирая немногочисленные возможности.
— Решили поискать что-то подобное в природе, — устало почесал в затылке посол. — Вдруг, что-то новенькое, чего раньше просто не наблюдали? Естественно, подняли архивы, но на поверхности Земли таких вспышек действительно не регистрировалось. Начали искать выше, то есть, в космосе. Не буду говорить длинно, но результат нулевой. И тут нам сильно и неожиданно повезло.
Ник вывел на экран картинку какого-то космического аппарата и начал объяснять:
— Это «Марс Вотчер», последний и самый сложный спутник Марса, который у нас есть. Телескоп на нем имеет двухметровое зеркало, это очень зоркая штука. Ты видел, наверное, снимки с него. Разрешение до пяти сантиметров!
— Я-то видел, — подтвердил Дорман. — Но не знал, что тебя эта тема так интересует.
— Тут ты прав, — признался Ник. — Я из тех обывателей, что специально космосом не интересуются, кроме всяких аварий и катастроф. Даже гороскопы не читаю. Но про наш марсианский «Вотчер» я теперь прочитал все, что только смог найти. Так вот, нашлись светлые головы, которые решили откалибровать прибор и снять Землю с марсианской орбиты. Никому не сообщали, оставили все в узком кругу. Можно сказать, совершили небольшое космическое хулиганство. И выбрали для этого день солнечного затмения. Сделали несколько снимков, передали на Землю, и на одном из них увидели вот что...
Настенный экран мигнул и вновь засветился ровным светом. Чернота космоса и на ее фоне яркий, почти полный диск Земли и рядом с ним, левее, крошечная Луна. Если приглядеться, можно увидеть на белом фоне ледяного щита Антарктиды крохотное пятнышко лунной тени. Если учесть, что это съемка с орбиты Марса, находящегося почти по другую сторону от Солнца, то остается только восхищаться.
— И что здесь необычного? — спросил Дорман, все еще не понимая подвоха. — Снимок, конечно, выдающийся, но...
— А посмотри вот сюда, — Ник включил лазерную указку и подсветил краешек лунного диска. — Видишь звездочку?
— На вид самая обычная, — хмыкнул Дорман. — На снимке, правда, других звездочек я не вижу...
— На других снимках ее нет! — воскликнул посол. — Из всей серии в тридцать шесть снимков эта штука есть только на одном! Интервал между ними одна минута, то есть, это какое-то короткоживущее явление. И произошло оно 26 декабря прошлого года ровно в 1 час 14 минут по всемирному времени, в пиковый момент затмения!
— Здесь нет ошибки? — адмирал все еще не спешил нырять в откровение, как в омут. — Это может быть совпадением? Новая звезда, или еще что-то подобное?
— Новые звезды не исчезают за минуту, — вздохнул Ник, — Это мне сразу объяснили, как и тот факт, что на этом месте никаких ярких звезд нет и быть не может, а остальные звезды недостаточно ярки. На этот снимок обратил внимание наш «агент» и вовремя закрутил гайки до того, как исходники попали в Сеть. А когда эти снимки увидели допущенные к тайне ученые... Короче, эта точка лежит точно над центром обратной стороны Луны, в одном радиусе от поверхности. Спектра у нас нет, но скорее всего, это след такой же вспышки, которая произошла в русском лесу, только намного мощнее.
— Погоди, — снова попытался все оспорить Дорман. — А выводы-то какие? Что это доказывает?
— Таких совпадений не бывает! — энергично заявил Ник. — Точнейший, идеальный момент, чтобы избежать обнаружения. С Земли эту точку не видно. С лунной орбиты тоже, все наши аппараты смотрят вниз, а не вверх. Геостационарные спутники тоже ничего не увидят, они закрыты диском Луны. Научные телескопы во второй точке Лагранжа... Это в полутора миллионах километров за орбитой Земли, тоже закрыты Луной! Никто не мог и не должен был это увидеть!
— Но ведь увидел, — заметил адмирал. — Хоть и случайно.
— Вот именно, случайно, — кивнул Ник. — Такая конфигурация возникает примерно раз в месяц, в новолуние. Просто, не каждый раз при этом происходит затмение, тень Луны очень маленькая и обычно проходит мимо Земли. Но в этот раз, чисто случайно, было затмение, и кто-то не учел, что вчерашние студенты из управляющей команды захотят сделать эффектный снимок со стороны Марса!
— Ты все еще не сказал про выводы, — напомнил Дорман. — Что говорят эксперты?
Ник несколько раз прошелся перед экраном и небрежно кинул на стол ставшую ненужной указку.
— Наши эксперты не готовы объявить это строго происками инопланетян, — наконец, начал он. — Но с другой стороны, они заключают, что через эту точку пространства, скорее всего, происходит тайная транспортировка кого-то или чего-то в окрестности Земли. Кто именно это делает, зачем и почему — вопрос открытый.
— А почему именно транспортировка? — уточнил адмирал. — Может быть, просто какое-то оружие испытывается?
— Ты забываешь, с чего все началось, — напомнил Ник. — Перед взрывом в русском лесу была чуть меньшая вспышка. Наши аналитики предполагают, что это побочный эффект транспортировки самого заряда.
— И это все? — резонно усомнился Дорман. — Насколько я помню принцип, научный критерий истины это повторяемость эксперимента. Вы смогли эту счастливую случайность повторить?
Адмирал задал вопрос с крайне скептическим настроением, но судя по тому, как воссияло лицо посла, главное откровение еще впереди.
— Главное, не забывай о подписках, которые давал, — жизнерадостно напомнил Ник. — А насчет повторения ты совершенно прав. Это и стало первостепенной задачей. Очередное новолуние было двадцать четвертого января, позавчера. Марс сейчас в соединении с Солнцем, и направлять чувствительные камеры на Землю нельзя. Поэтому, пришлось выкручиваться другими средствами. У нас сейчас два спутника Луны, у русских один. Мы просчитали, когда возникнет «окно» вблизи момента новолуния, когда все три аппарата будут на «нашей» стороне Луны. Ведь именно тогда, по идее, и должно возникнуть «явление». Рискнули и скорректировали «Проспектор-3» за полвитка, еще на нашей стороне, чтобы он вышел из-за лимба на четверть часа раньше. Сожгли много топлива и опустили орбиту до пятнадцати километров над поверхностью, впритык! И вот, что получилось...
На экране возник монтаж из нескольких кадров, явно снятых несколькими приборами. А посередине каждого снимка — яркое пятно, как будто с небольшим ореолом.
— Вот наша вспышка, — торжествующе объявил Ник. — И теперь точно известно, что совпадение стопроцентное. Спектральная картина та же, и опять «чистый» взрыв, только намного мощнее. Чуть меньше двадцати килотонн, мы чуть детекторы не сожгли. И после этого тоже интересная вещь произошла. Остался инфракрасный след, словно там, в этой точке, что-то возникло, а потом через доли секунды растворилось, словно сошло на нет. И больше никаких следов ни один из приборов не увидел. Ну, как тебе?
— Да уж, — протянул адмирал, чувствуя, что самую невероятную правду все-таки придется принять. — Не думал, что все настолько далеко зашло. И что нам теперь со всем этим делать?
— Об этом будут думать другие, специально обученные люди, — саркастически махнул рукой Ник. — Говорят, они намного умнее бывших военных. А нам с тобой, Джин, нужно попытаться понять, есть ли здесь связь с нашими русскими друзьями, с телешоу, непонятными супергероями и русским космическим бюджетом. Помни, из нашего условного дипломатического корпуса только мы двое знаем про эти вспышки. Это, без преувеличения, огромная честь и чудовищная тайна, которую нам доверили. Нам нужно очень, очень постараться это самое доверие оправдать.
Дорман еще раз пристально всмотрелся в снимки. Если не знать заранее, то ничего искусственного в этих картинках не мерещится. На серверах НАСА подобных фотографий навалом, во всех вариантах и диапазонах. Но теперь он знает этих снимков и спокойно смотреть уже не может...
— Ты поэтому всю ночь не спал? — спросил адмирал.
— В основном из-за этого, — подтвердил Ник. — Ты бы сам уснул на моем месте?
— Не знаю, — честно ответил адмирал. — Вот нынче ночью и проверим. Мы ведь по-прежнему не уверены, что это чужие шалят? Кто-то, похоже, и в самом деле летает туда и обратно, но кто?
— Может быть, это все-таки русские, — допустил посол. — Может быть, они и вправду до чего-то додумались и сейчас испытывают свои новые игрушки... Но мне почему-то кажется, что это не они. Ведь до этой точки еще нужно добраться при отлете и вернуться обратно на Землю при прилете, а сделать это незаметно никак не получится.
— То есть, более вероятно, что это не русские, а кто-то «издалека», и летают они не на Землю, — продолжил Дорман.
— База на Луне, — закончил мысль Ник. — Это классическая теория заговора, между прочим. Инопланетная база на обратной стороне Луны, земные правительства в курсе, но скрывают правду.
— Я бы не стал винить правительство, которое скрывает такую правду, — пробормотал Дорман. — Ты представляешь, какая истерия начнется?
— Как начнется, так и закончится, — не согласился посол. — Самое трудное будет не успокоить публику, а договориться, кто и как с этими «гостями» будет общаться и от чьего имени говорить. Кто будет представлять Землю перед инопланетниками? Как будем делить пирог? Как договариваться? Вот где будет политика в самых неприятных проявлениях. Допустим, мы с русскими договоримся, тогда остальные поднимут вой, что, мол, мировое правительство без них организовали!
— Но это тоже не нашего ума дело, — напомнил Дорман. — Да и какое нам дело до «всех прочих»? Давай-ка, еще порассуждаем. Может быть, мы что-то упустили?
— База на Луне, — повторил Ник. — Для чего она вообще нужна? Какие есть варианты?
— Подготовку к вторжению можно не рассматривать, — тихо рассмеялся адмирал, — Это только в паршивом кино бывает. Для наших инопланетников не нужна никакая база, если они могут все свои силы перебросить нам на голову в любой момент. Поэтому, чисто теоретически, остается наблюдение. Ни для чего другого тайная база на обратной стороне Луны не годится. Сидят там, смотрят, ни во что не вмешиваются. А если вмешиваются, то очень осторожно.
— И правительства, скорее всего, не в курсе, — подхватил Ник. — Зная, как во всех странах госслужащие хранят секреты, я уверен, что это давно бы утекло, если только контакты не ограничены крайне узкой группой лиц под жестким контролем.
— Тогда зачем бомбить никому не нужный лес? — прозвучал следующий логичный вопрос. — Если это не испытания.
— В том-то и дело, что места там довольно глухие — вслух рассудил Ник. — Но при необходимости можно за пару часов добраться. Самое подходящее место для укрытия, разве нет?
— Если укрыться нужно одному человеку, то да, — согласился адмирал. — Но кто прятался? И от кого?
— Вспомни наших «суперменов», — прищурился Ник. — Тот «верзила», что послабее, играл против нас. Второй, который его обезвредил, нам помог. Кто-то из этих двоих мог перейти дорогу «гостям» и прятаться где-то далеко в глуши. Его каким-то образом вычислили, нашли и накрыли точным хирургическим ударом. Возможно, «гости» сами подвигли его к тому, чтобы уехать подальше. Может быть, они не хотели лишних жертв.
— Это все слишком умозрительно, — осадил коллегу Дорман. — Надеюсь, наши аналитики уже работают над этими загадками. Самые бредовые варианты могут оказаться самыми интересными. Данных-то нет.
— Безумных идей вполне хватает, — успокоил его Ник. — Самое непонятное во всей истории это проклятое телешоу. Зачем оно нужно?! Как-то все завязано на историю техники и конкретно космической гонки. Это «дымящийся ствол», все это чувствуют, но как доказать?
— И какие предлагались варианты? — с интересом спросил адмирал. — Путешествия во времени? Хотя, после пришельцев я даже не знаю, что сказать.
— Была такая тема, — подтвердил Ник. — Существуют, как мне объяснили, теоретические лазейки для получения информации из прошлого, но влиять, а тем более, перемещать что-то физически никак не получится. Но тут даже подступиться к практике пока нельзя. Если русские что-то придумали...
— А может быть, что это не инопланетяне к себе домой летают, а наши русские друзья открывают дверь в прошлое?
— И делают это на обратной стороне Луны, куда непонятно как добираются? — иронично переспросил Ник. — Мы уже обсуждали слабое место версии о русских. Нет, чем бы ни были эти вспышки, скорее всего, это дело рук «гостей». Если у них есть руки...
— Значит, — уточнил Дорман, — Либо «верзила», либо наш «спаситель» это агент наших «гостей»? Или он сам инопланетянин, или доверенное лицо из числа людей?
— А вот второй вариант как раз может быть агентом русских, который противостоит «гостям», — продолжил нить рассуждений посол. — Интересная мысль. И «гости» этого тайного агента уничтожили. Или попытались уничтожить. Та паника, которую продемонстрировали русские, могла быть и спектаклем.
— Это уже фантазии, — вздохнул адмирал. — Самое неприятное, это возможная причина, по которой «гости» стали бы швырять бомбы. Должно быть что-то очень серьезное.
— Утечка технологий, — подсказал Ник.
— Точно! — подтвердил Дорман. — И тут есть два варианта утечки. Либо это действительно агент, сумевший как-то украсть секреты, либо это один из «гостей», ренегат, бунтарь, этакий Прометей, решивший поделиться знаниями с людьми.
— Но почему-то выбрал русских, — проворчал Ник. — Сможешь это объяснить?
— Легко, — улыбнулся адмирал. — Возможно, сам агент по происхождению русский, вспомнивший о корнях. Возможно, агентов было много, и остальные пытаются выследить и поймать беглеца. Хотя, ты понимаешь, что все это чистая теория, игра для ума. Нужно искать следы причастности Кремля ко всем этим событиям, а главное, следы новых технологий. Такое нельзя скрывать вечно, рано или поздно где-нибудь да всплывет.
— А как же фактор «гостей»? — с сомнением спросил Ник. — Ведь они тоже будут искать свои технологии и сделают все, чтобы помешать их внедрению на Земле.
— Именно поэтому мы можем не услышать про новинки еще много лет, — рассудил Дорман. — Русские должны понимать, какой это риск. Хотя, возможно, они знают о какой-то уязвимости «гостей», на которую можно воздействовать. Вполне может быть, что у них есть план, как от этой навязчивой опеки избавиться.
— Тут без оружия никак, — по-генеральски прикинул посол. — Хотя, как воевать, если есть такое техническое отставание? Непонятно, на что тут можно рассчитывать...
— Не торопись с выводами, — посоветовал адмирал. — Скорми наши идеи аналитикам, пусть пережевывают. Может, кого-то осенит. Можно попытаться поискать следы базы на Луне, только осторожно и не привлекая внимание. А мы будем искать следы заговора здесь. Твой источник в Кремле что-нибудь прислал?
— Не получается у него ничего, — огорченно ответил посол. — Хоть он, кажется, очень старается. Но президент Орлов ведет себя вполне обычно и адекватно. Никаких тайных встреч, никаких секретных совещаний. Либо у русских усилились меры маскировки подобной деятельности, либо Орлов потерял интерес к проекту.
— В потерю интереса верится с трудом, — усмехнулся Дорман, — Ты только представь, какие это сулит перспективы! Скорее всего, они просто свели контакты к минимуму, чтобы не рисковать.
— Тоже верно, — хмыкнул Ник, мысленно перебирая немногочисленные возможности.
