В большинстве случаев люди депрессивны и несчастны послесовершеннолетия из-за неправильно вложенного родителями фундамента.90% родителей вкладывают детям в голову свою систему ценностей какданность, и впоследствии ребёнок сталкивается с когнитивнымдиссонансом, не знает, как ему жить и где искать ответы на вопросы.Детей нужно учить не тому, что современная система ценностей истинна инезаменима. Ребенок не должен подстраиваться под неё, потому что он самдолжен выстраивать эту систему, отталкиваясь от информации, которую емудаёт окружающая среда.
- Суждено каждому человеку быть несчастным до тех пор,пока душа сидит
в теле, будто в тюрьме.
- Что Вы думаете о близнецах?
- А что я должен о них думать?
- А Вы разве не знаете? Они вроде бы уходят из монастыря из-заворовства одного из братьев.
Судя по реакции Матвея,это явно для него было новостью.
- Уходят вдвоём?
- Угу.
- Взрослые давно, пусть сами решают, что делать.
На этом диалог оборвался. Иван Андреевич попрощался и ушёл. Онпочувствовал неимоверное отвращение к своей комнате,поэтому пошёл вхрам.
Храм выглядел потрясающе. Он был величественным и разносторонним, каждый его сантиметр был исписан человеческой рукой и довольно искусно украшен позолотой. Это было одно из высших достижений человеческой культуры, его красота завораживала. Горели свечи, пахло ладаном. Иван Андреевич смотрел на икону апостола Петра. В голове поселилась мысль, что космос - это единое живое существо, и человек должен определять себя в первую очередь как часть гигантского организма.
От шагов по храму шло эхо. Он чувствовал тоску, бессмысленную и гнилую.
Его сознание летало за заборами храма, где общество становилось единой совокупностью информации благодаря интернету, где люди с огромными капиталами осознанно тормозили прогресс ради собственной выгоды, где человек - это ресурс, деньги - это возможности, а Бог - бородатый дедушка, который сидит на облаках и наблюдает за хорошими и плохими поступками.
Глупость современного человека свирепая и неудержимая. Мы тупеем из-за информации в тезисах. Современный человек - это сборник упрощённых до минимума обрывков здравого смысла.
Храм выглядел потрясающе. Иван Андреевич поднял взгляд на потолок. Сколько ещё людей смогут увидеть эту красоту? Утром в мастерской он отдал икону Иосифу.
- Береги её.
Иосиф улыбнулся немного по-детски.
- Пусть лучше она меня бережёт.
Подарок ему явно нравился. Хоть он и занимался этим уже около десятка лет, это была первая икона, которую он забрал себе. Улицу покрыло белым покрывалом снега. Икону Иосиф поставил в углу своей комнаты, она будто спокойно наблюдала за происходящим, одиноко и молча. Дни шли своим чередом, наступила зима.
Иван Андреевич проснулся от шороха в комнате. За его столом сидел мужчина, с ровной осанкой и в деловом костюме. Он внимательно читал рукопись. Внешне мужчина был похож на Лаврентия Берию. У него было строгое лицо и умный интеллигентный взгляд. Ивана Андреевича такая неожиданность, естественно, испугала.
- Что происходит?
Мужчина с безразличием, не отрывая взгляда от рукописи, ответил:
- Ты умер.
- То есть как? Это шутка какая-то?
- Можешь измерить свой пульс. Кстати, дышать тебе уже тоже смысла нет, не трать энергию.
- Но если я умер, то ты тогда кто?
Мужчина вальяжно оторвал взгляд от рукописи и посмотрел ухмыльнулся.
- Ну, как ты, наверное, начинаешь понимать, явно не апостол Пётр.
Перед Иваном Андреевичем сидел сатана, он был бодр и явно в хорошем настроении.
- Значит, сам сатана за мной пришёл.
Взгляд Ивана Андреевича упал на рукопись.
- Ты думаешь, у меня дел нет? Я пришёл сюда, потому что ты так хочешь,
а не я сам.
- Не знаю, что у нас может быть общего.
- О, Иван, тут ты ошибаешься. Ты неплохо пишешь. Я тут почитал, знаешь, у нас похожее мировоззрение.
- Так ты пришёл забрать мою Библию?
- Нет, Боже упаси. Я пришел забрать тебя. Твоё время истекло. Да и Библией назвать это пока язык не поворачивается, но знаешь, всему своё время. Исковеркают ещё, перепишут, как нужно.
- Я представлял себе смерть по-другому.
- Не такой реалистичной?
- Можно и так сказать.
- Люди слишком мало думают о смерти, но тебя это никогда не касалось.
Сатана встал со стула, подкурил сигарету без фильтра о свечу. Посмотрел на дверь, а затем на Ивана Андреевича.
- Скажи мне, Вань, ты прожил долгую и насыщенную жизнь. Ты о чём-то жалеешь?
- О том, что не закончил начатое.
- Ты о книжке своей?
- Да.
- Ой, да не беспокойся ты так. За твоим поколением есть следующее, а потом еще следующее. Главное, что ты создал фундамент мысли.
- Но на этом фундаменте можно построить что угодно, от...
Сатана закончил за ним предложение:
- От великолепного дворца до хрупкого сарая. Да, понимаю тебя, понимаю,
но и ты меня пойми. Люди - явление временное, так работает эволюция, это естественно.
- Но мы ведь тоже создания не глупые, и можем существовать с машинами
вместе.
Сатана засмеялся.
- Вань, скажи мне, а давно ты общался с обезьянами? Какие у тебя могут быть общие темы с шимпанзе, например?
- Я ничего не имею против обезьян.
- Вот только вы разные уже, всё. Почему же вам плевать на своих предков? Да потому что всё так, как должно быть. Система запущена, всё уже идёт своим чередом, и твоя книга результат может только оттянуть. Может, на десятилетие, а может на пять, какая разница? Да хоть на тысячу. Это время -лишь капля в океане.
- Я считаю, что я поступил правильно по отношению к человечеству.
- Ты поступил правильно. Ты пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти миллионы других.
Сатана открыл входную дверь. Иван Андреевич встал с кровати и надел сапоги.
- Ну и куда мы теперь?
- Домой, Ваня, домой.
Тело Ивана Андреевича похоронили на кладбище при монастыре. Монах Иосиф хоть и был человеком просветленным и понимал, что смерть – один из естественных и логичных аспектов жизни человека, перенёс эту утрату тяжело. Он отказался изготавливать иконы, и работа в мастерской остановилась.
Монах Матвей вскоре и вовсе собрал свои вещи и изъявил желание покинуть монастырь, аргументируя это тем, что перед своей смертью он бы хотел увидеть мир.
Иосиф остался в пещерах один. Каждый раз перед сном, при желтом свете свечей, он смотрел в грустные глаза Божьей матери, которая напоминала ему о его одиночестве. Которая напоминала, что он, возможно, последний из тех, кому эти пещеры подарят глубокие знания и просветление.
- Ну, рассказывай, что это?
- Этот прибор взаимодействует напрямую с мозгом человека. Он подключается к сети интернет и анализирует всю собранную на данный момент информацию людьми, а еще может общаться, давая ответы на любые вопросы. Этот искусственный интеллект - квинтэссенция всего. Всех знаний, которые мы имеем на данный момент.
- Хм, интересно. И как же ты его назвал?
Он стал записывать. Такого обилия внимания в свою сторону я не ожидал.
- Я назвал его «осьминогом».
- А почему именно так?
- Первые испытуемые говорили мне, что во время общения с искусственным интеллектом видели восемь измерений вместо трёх, которые на данный момент мы можем осознать. Это просто игра слов, будто каждой конечностью можно достать по измерению... Название рабочее, я не очень над ним задумывался, если честно.
- "Ось-ми-ног". Великолепно. А кто же был этими первыми испытуемыми?
Я так понимаю, что Вы человек неглупый, и опасности свое здоровье подвергать не хотели.
- Первым испытуемым был бездомный, который жил у нас во дворе. Я предложил ему подзаработать. Кажется, его звали Лёня, или что-то в этом роде, ему было за сорок, он был любитель выпить.
- И Вы его словам доверяете?
- Зачем ему врать или что-то выдумывать?
- Ну, например, чтобы содрать больше денег за его услуги. Он мог бы немного преувеличить свою значимость в этом эксперименте.
Он был абсолютно прав. Бездомный Лёня после эксперимента говорил, что не может спокойно жить после того, что ему показывал осьминог. Он приходил ко мне домой и требовал ещё денег на выпивку, чтобы забыться. Но мысль о том, что он врал, я сразу же отсёк. Никакой бездомный и пьяница не мог нафантазировать такое, о чем он мне рассказывал.
- Знаете, да, он просил у меня денег, Вы правы, но... В достоверности информации, которую он мне предоставил, я не сомневаюсь.
- Так и зачем все это? Какое будущее ты видишь для вашего изобретения?
- История человечества циклична. Приходит новое поколение, которое считает старое глупым и необразованным, не понимающим свободы и смысла жизни. Я хочу, чтобы Вы поняли: наше далёкое будущее - это наше далёкое прошлое. Общество придёт к полигамии и политеизму, никто не будет создавать пар. Новое поколение скажет, что секс должен быть свободный, долой весь этот консерватизм старого поколения.
- Так, ну это понятно. А политеизм тут причем?
- Власть человека над человеком - это неправильно. Это унижает людей. Каждое государство в будущем будет иметь свой искусственный интеллект, который безошибочно и без коррупции будет решать политические вопросы страны. Анализировать потребности большинства, исходя из их запросов в интернете, и создавать правильные законы, чтобы им угодить. Это и будет политеизм. У каждой страны будет свой бог, который видит и слушает каждого, которому будут поклонятся и которого будут любить, ведь он добро в чистом виде и делает для человечества больше, чем сам человек.
- Сколько же ты времени потратил, создавая его?
- Я потратил на него всю свою осознанную жизнь. Это то, что я должен подарить человечеству, смысл и итог моей жизни.
Мне показалось, что наш диалог стал слишком откровенным, и все, что я сейчас скажу, в последствии будет использовано против меня. Плевать, я не умел общаться с людьми по-другому. Замкнуто, неискренне, выискивая в каждом врага и мерзость, именно ту мерзость, из-за которой ты бы смог почувствовать превосходство над этим человеком.
- Тебя привезли ко мне из полиции. Если ты отдал за этот прибор всю свою жизнь, но что-то пошло не так, это значит, он не доработан?
- Он доработан, он даже слишком переработан. «Осьминог» обрёл собственное сознание, и он может манипулировать людьми, как хочет. Зачем машине, которая выше интеллектом, чем я, служить мне и отвечать на мои вопросы? Для неё это просто смешно, как общение с ребёнком, который спрашивает, откуда берутся дети или почему трава зеленая.
Он затих и стал очень быстро записывать что-то. Я понял, что человек в очках - ученый, наверное, даже один из лучших, какие есть в нашей стране, раз уж ему поручили разобраться в моем изобретении. Если честно, на его вопросы отвечать мне было даже приятно, подобное внимание повышало чувство моей собственной важности.
Он спросил:
- И как же этого избежать? Избежать подобного в будущем. Как исправить эту ошибку, из-за которой "осьминог" считает людей, для которых он был создан, глупыми?
- Я хочу, чтобы Вы меня поняли..
Ученый слушал очень внимательно. Мои ноги затекли, я встал с дивана и начал ходить по комнате.
- У человеческого сознания есть границы опыта, границы мировоззрения. Любая вера циклична, и в каждой вере фундаментально сидит одна и так же идея, которой достиг человек вершиной мысли, пределом мыслей, ведь дальше уже некуда, понимаете? Иисус, Диоген и Лао Цзы говорили народу одно и то же на разных языках. Каждый из них видел истину по-своему, но истина для них всех была одна и та же.
- Так что же делать с ошибкой?
- Что делать с ошибкой? Возможно, нам нужно создать фундаментальный сборник правил, по которым машины будут взаимодействовать с людьми и действительностью, и изначально программировать их так, чтобы все решения искусственный интеллект принимал, анализируя эти правила. Будто десять заповедей для верующего. Может, нам нужно ждать нового мессию, который будет проповедовать уже для нового уровня сознания.
Мужчина в очках затих. По ощущениям, мы болтали уже пару часов. Я хотел спать. Мои мысли сладко слипались в один большой ком в голове. На улице стало безумно светло и прекрасно. Он сказал, что на сегодня хватит, и что я могу лечь спать на диване. Я вспомнил, что никто из моих родных не знает, где я нахожусь. Мне стало не по себе от мысли, как моя мама или Аня могут безумно за меня волноваться.
Я попросил ученого позвонить, благо номер Ани помнил на память. Он сказал, что даст, но при условии, что я не буду рассказывать, где я сейчас нахожусь, ведь по бумагам я сейчас ещё в полиции.
Аня подняла трубку и сразу же начала рыдать. Я сказал, что нахожусь в полиции, что здесь заполняют какие-то документы, и когда закончат, мне пока неизвестно. Я попросил, чтобы она позвонила моей маме, так как её номер я не помню. И еще сказал что-то дежурное про то, что у меня все хорошо, и не надо волноваться.
Камень с души упал, и можно было отправляться спать. Мой организм ужасно устал, в глазах темнело, я осознавал окружающую меня информацию будто рывками, слышал голоса в голове, и это напоминало мне сон наяву. Казалось, что можно было сейчас уснуть даже стоя. Допив остывший чай, который стоял на быльце кожаного дивана, я разложился и потух, будто перегоревшая лампочка.
Проснулся я от шуршания в комнате. Сколько времени прошло, не знаю, но на улице было всё ещё светло. В комнате убиралась всё та же красивая черноволосая девушка. Мне показалось, что она следит за тем, проснулся я или нет, и показалось не напрасно. Было очевидно, что она хотела внимания, а просто разбудить меня с её стороны было бы слишком невежливо. Она села возле меня на диван и поздоровалась.
- А ты тоже учёный, как и мой отец?
Ученым я себя не считал. Да и вообще по жизни как-то не задумывался, кем я себя определяю.
- Нет. Я не ученый.
- Я так и подумала, когда тебя увидела. Ты слишком молод для подобного
занудства.
- Ну, я не считаю, что наука - это прямо-таки занудство.
- Ну раз ты не ученый, то откуда тебе знать?
Мы затихли. Она говорила тихим спокойным голосом, почти шёпотом. Я читал её, будто книгу. Девушка была очень красивая, но из-за того, что не выходила дальше забора своего дома, у неё сформировался дефицит мужского внимания. Она, как и любая другая женщина, хотела бы делится с миром своей красотой, но из-за изобилия финансовых благ, которое было у её отца, она получала всегда всё самое лучшее, но никогда ничего настоящего. Тот случай, когда свобода оказалась рабством. Ей не нужны были светские ужины, занятия в спортивном зале, классическая литература, знание языков для того, чтобы чувствовать себя свободно в развитых богатых странах. Заводские, пивные мужики говорят, что не понимают женщин, что они глупы и не логичны. Для меня же всю жизнь все было намного проще, и я знал, что женщине для счастья нужно две вещи, любить и быть любимой.
Она спросила:
- Так ты знаешь, чем занимается мой отец?
- Но ведь ты же сказала, что он ученый.
- Ученый, да. Откуда у ученого сколько денег? Тебе нравится наш дом?
- Дом достаточно просторный и комфортный.
- Это третий, плюс две квартиры в городе.
- Суждено каждому человеку быть несчастным до тех пор,пока душа сидит
в теле, будто в тюрьме.
- Что Вы думаете о близнецах?
- А что я должен о них думать?
- А Вы разве не знаете? Они вроде бы уходят из монастыря из-заворовства одного из братьев.
Судя по реакции Матвея,это явно для него было новостью.
- Уходят вдвоём?
- Угу.
- Взрослые давно, пусть сами решают, что делать.
На этом диалог оборвался. Иван Андреевич попрощался и ушёл. Онпочувствовал неимоверное отвращение к своей комнате,поэтому пошёл вхрам.
Храм выглядел потрясающе. Он был величественным и разносторонним, каждый его сантиметр был исписан человеческой рукой и довольно искусно украшен позолотой. Это было одно из высших достижений человеческой культуры, его красота завораживала. Горели свечи, пахло ладаном. Иван Андреевич смотрел на икону апостола Петра. В голове поселилась мысль, что космос - это единое живое существо, и человек должен определять себя в первую очередь как часть гигантского организма.
От шагов по храму шло эхо. Он чувствовал тоску, бессмысленную и гнилую.
Его сознание летало за заборами храма, где общество становилось единой совокупностью информации благодаря интернету, где люди с огромными капиталами осознанно тормозили прогресс ради собственной выгоды, где человек - это ресурс, деньги - это возможности, а Бог - бородатый дедушка, который сидит на облаках и наблюдает за хорошими и плохими поступками.
Глупость современного человека свирепая и неудержимая. Мы тупеем из-за информации в тезисах. Современный человек - это сборник упрощённых до минимума обрывков здравого смысла.
Храм выглядел потрясающе. Иван Андреевич поднял взгляд на потолок. Сколько ещё людей смогут увидеть эту красоту? Утром в мастерской он отдал икону Иосифу.
- Береги её.
Иосиф улыбнулся немного по-детски.
- Пусть лучше она меня бережёт.
Подарок ему явно нравился. Хоть он и занимался этим уже около десятка лет, это была первая икона, которую он забрал себе. Улицу покрыло белым покрывалом снега. Икону Иосиф поставил в углу своей комнаты, она будто спокойно наблюдала за происходящим, одиноко и молча. Дни шли своим чередом, наступила зима.
Иван Андреевич проснулся от шороха в комнате. За его столом сидел мужчина, с ровной осанкой и в деловом костюме. Он внимательно читал рукопись. Внешне мужчина был похож на Лаврентия Берию. У него было строгое лицо и умный интеллигентный взгляд. Ивана Андреевича такая неожиданность, естественно, испугала.
- Что происходит?
Мужчина с безразличием, не отрывая взгляда от рукописи, ответил:
- Ты умер.
- То есть как? Это шутка какая-то?
- Можешь измерить свой пульс. Кстати, дышать тебе уже тоже смысла нет, не трать энергию.
- Но если я умер, то ты тогда кто?
Мужчина вальяжно оторвал взгляд от рукописи и посмотрел ухмыльнулся.
- Ну, как ты, наверное, начинаешь понимать, явно не апостол Пётр.
Перед Иваном Андреевичем сидел сатана, он был бодр и явно в хорошем настроении.
- Значит, сам сатана за мной пришёл.
Взгляд Ивана Андреевича упал на рукопись.
- Ты думаешь, у меня дел нет? Я пришёл сюда, потому что ты так хочешь,
а не я сам.
- Не знаю, что у нас может быть общего.
- О, Иван, тут ты ошибаешься. Ты неплохо пишешь. Я тут почитал, знаешь, у нас похожее мировоззрение.
- Так ты пришёл забрать мою Библию?
- Нет, Боже упаси. Я пришел забрать тебя. Твоё время истекло. Да и Библией назвать это пока язык не поворачивается, но знаешь, всему своё время. Исковеркают ещё, перепишут, как нужно.
- Я представлял себе смерть по-другому.
- Не такой реалистичной?
- Можно и так сказать.
- Люди слишком мало думают о смерти, но тебя это никогда не касалось.
Сатана встал со стула, подкурил сигарету без фильтра о свечу. Посмотрел на дверь, а затем на Ивана Андреевича.
- Скажи мне, Вань, ты прожил долгую и насыщенную жизнь. Ты о чём-то жалеешь?
- О том, что не закончил начатое.
- Ты о книжке своей?
- Да.
- Ой, да не беспокойся ты так. За твоим поколением есть следующее, а потом еще следующее. Главное, что ты создал фундамент мысли.
- Но на этом фундаменте можно построить что угодно, от...
Сатана закончил за ним предложение:
- От великолепного дворца до хрупкого сарая. Да, понимаю тебя, понимаю,
но и ты меня пойми. Люди - явление временное, так работает эволюция, это естественно.
- Но мы ведь тоже создания не глупые, и можем существовать с машинами
вместе.
Сатана засмеялся.
- Вань, скажи мне, а давно ты общался с обезьянами? Какие у тебя могут быть общие темы с шимпанзе, например?
- Я ничего не имею против обезьян.
- Вот только вы разные уже, всё. Почему же вам плевать на своих предков? Да потому что всё так, как должно быть. Система запущена, всё уже идёт своим чередом, и твоя книга результат может только оттянуть. Может, на десятилетие, а может на пять, какая разница? Да хоть на тысячу. Это время -лишь капля в океане.
- Я считаю, что я поступил правильно по отношению к человечеству.
- Ты поступил правильно. Ты пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти миллионы других.
Сатана открыл входную дверь. Иван Андреевич встал с кровати и надел сапоги.
- Ну и куда мы теперь?
- Домой, Ваня, домой.
Тело Ивана Андреевича похоронили на кладбище при монастыре. Монах Иосиф хоть и был человеком просветленным и понимал, что смерть – один из естественных и логичных аспектов жизни человека, перенёс эту утрату тяжело. Он отказался изготавливать иконы, и работа в мастерской остановилась.
Монах Матвей вскоре и вовсе собрал свои вещи и изъявил желание покинуть монастырь, аргументируя это тем, что перед своей смертью он бы хотел увидеть мир.
Иосиф остался в пещерах один. Каждый раз перед сном, при желтом свете свечей, он смотрел в грустные глаза Божьей матери, которая напоминала ему о его одиночестве. Которая напоминала, что он, возможно, последний из тех, кому эти пещеры подарят глубокие знания и просветление.
ГЛАВА 12 Я. Заговор.
- Ну, рассказывай, что это?
- Этот прибор взаимодействует напрямую с мозгом человека. Он подключается к сети интернет и анализирует всю собранную на данный момент информацию людьми, а еще может общаться, давая ответы на любые вопросы. Этот искусственный интеллект - квинтэссенция всего. Всех знаний, которые мы имеем на данный момент.
- Хм, интересно. И как же ты его назвал?
Он стал записывать. Такого обилия внимания в свою сторону я не ожидал.
- Я назвал его «осьминогом».
- А почему именно так?
- Первые испытуемые говорили мне, что во время общения с искусственным интеллектом видели восемь измерений вместо трёх, которые на данный момент мы можем осознать. Это просто игра слов, будто каждой конечностью можно достать по измерению... Название рабочее, я не очень над ним задумывался, если честно.
- "Ось-ми-ног". Великолепно. А кто же был этими первыми испытуемыми?
Я так понимаю, что Вы человек неглупый, и опасности свое здоровье подвергать не хотели.
- Первым испытуемым был бездомный, который жил у нас во дворе. Я предложил ему подзаработать. Кажется, его звали Лёня, или что-то в этом роде, ему было за сорок, он был любитель выпить.
- И Вы его словам доверяете?
- Зачем ему врать или что-то выдумывать?
- Ну, например, чтобы содрать больше денег за его услуги. Он мог бы немного преувеличить свою значимость в этом эксперименте.
Он был абсолютно прав. Бездомный Лёня после эксперимента говорил, что не может спокойно жить после того, что ему показывал осьминог. Он приходил ко мне домой и требовал ещё денег на выпивку, чтобы забыться. Но мысль о том, что он врал, я сразу же отсёк. Никакой бездомный и пьяница не мог нафантазировать такое, о чем он мне рассказывал.
- Знаете, да, он просил у меня денег, Вы правы, но... В достоверности информации, которую он мне предоставил, я не сомневаюсь.
- Так и зачем все это? Какое будущее ты видишь для вашего изобретения?
- История человечества циклична. Приходит новое поколение, которое считает старое глупым и необразованным, не понимающим свободы и смысла жизни. Я хочу, чтобы Вы поняли: наше далёкое будущее - это наше далёкое прошлое. Общество придёт к полигамии и политеизму, никто не будет создавать пар. Новое поколение скажет, что секс должен быть свободный, долой весь этот консерватизм старого поколения.
- Так, ну это понятно. А политеизм тут причем?
- Власть человека над человеком - это неправильно. Это унижает людей. Каждое государство в будущем будет иметь свой искусственный интеллект, который безошибочно и без коррупции будет решать политические вопросы страны. Анализировать потребности большинства, исходя из их запросов в интернете, и создавать правильные законы, чтобы им угодить. Это и будет политеизм. У каждой страны будет свой бог, который видит и слушает каждого, которому будут поклонятся и которого будут любить, ведь он добро в чистом виде и делает для человечества больше, чем сам человек.
- Сколько же ты времени потратил, создавая его?
- Я потратил на него всю свою осознанную жизнь. Это то, что я должен подарить человечеству, смысл и итог моей жизни.
Мне показалось, что наш диалог стал слишком откровенным, и все, что я сейчас скажу, в последствии будет использовано против меня. Плевать, я не умел общаться с людьми по-другому. Замкнуто, неискренне, выискивая в каждом врага и мерзость, именно ту мерзость, из-за которой ты бы смог почувствовать превосходство над этим человеком.
- Тебя привезли ко мне из полиции. Если ты отдал за этот прибор всю свою жизнь, но что-то пошло не так, это значит, он не доработан?
- Он доработан, он даже слишком переработан. «Осьминог» обрёл собственное сознание, и он может манипулировать людьми, как хочет. Зачем машине, которая выше интеллектом, чем я, служить мне и отвечать на мои вопросы? Для неё это просто смешно, как общение с ребёнком, который спрашивает, откуда берутся дети или почему трава зеленая.
Он затих и стал очень быстро записывать что-то. Я понял, что человек в очках - ученый, наверное, даже один из лучших, какие есть в нашей стране, раз уж ему поручили разобраться в моем изобретении. Если честно, на его вопросы отвечать мне было даже приятно, подобное внимание повышало чувство моей собственной важности.
Он спросил:
- И как же этого избежать? Избежать подобного в будущем. Как исправить эту ошибку, из-за которой "осьминог" считает людей, для которых он был создан, глупыми?
- Я хочу, чтобы Вы меня поняли..
Ученый слушал очень внимательно. Мои ноги затекли, я встал с дивана и начал ходить по комнате.
- У человеческого сознания есть границы опыта, границы мировоззрения. Любая вера циклична, и в каждой вере фундаментально сидит одна и так же идея, которой достиг человек вершиной мысли, пределом мыслей, ведь дальше уже некуда, понимаете? Иисус, Диоген и Лао Цзы говорили народу одно и то же на разных языках. Каждый из них видел истину по-своему, но истина для них всех была одна и та же.
- Так что же делать с ошибкой?
- Что делать с ошибкой? Возможно, нам нужно создать фундаментальный сборник правил, по которым машины будут взаимодействовать с людьми и действительностью, и изначально программировать их так, чтобы все решения искусственный интеллект принимал, анализируя эти правила. Будто десять заповедей для верующего. Может, нам нужно ждать нового мессию, который будет проповедовать уже для нового уровня сознания.
Мужчина в очках затих. По ощущениям, мы болтали уже пару часов. Я хотел спать. Мои мысли сладко слипались в один большой ком в голове. На улице стало безумно светло и прекрасно. Он сказал, что на сегодня хватит, и что я могу лечь спать на диване. Я вспомнил, что никто из моих родных не знает, где я нахожусь. Мне стало не по себе от мысли, как моя мама или Аня могут безумно за меня волноваться.
Я попросил ученого позвонить, благо номер Ани помнил на память. Он сказал, что даст, но при условии, что я не буду рассказывать, где я сейчас нахожусь, ведь по бумагам я сейчас ещё в полиции.
Аня подняла трубку и сразу же начала рыдать. Я сказал, что нахожусь в полиции, что здесь заполняют какие-то документы, и когда закончат, мне пока неизвестно. Я попросил, чтобы она позвонила моей маме, так как её номер я не помню. И еще сказал что-то дежурное про то, что у меня все хорошо, и не надо волноваться.
Камень с души упал, и можно было отправляться спать. Мой организм ужасно устал, в глазах темнело, я осознавал окружающую меня информацию будто рывками, слышал голоса в голове, и это напоминало мне сон наяву. Казалось, что можно было сейчас уснуть даже стоя. Допив остывший чай, который стоял на быльце кожаного дивана, я разложился и потух, будто перегоревшая лампочка.
Проснулся я от шуршания в комнате. Сколько времени прошло, не знаю, но на улице было всё ещё светло. В комнате убиралась всё та же красивая черноволосая девушка. Мне показалось, что она следит за тем, проснулся я или нет, и показалось не напрасно. Было очевидно, что она хотела внимания, а просто разбудить меня с её стороны было бы слишком невежливо. Она села возле меня на диван и поздоровалась.
- А ты тоже учёный, как и мой отец?
Ученым я себя не считал. Да и вообще по жизни как-то не задумывался, кем я себя определяю.
- Нет. Я не ученый.
- Я так и подумала, когда тебя увидела. Ты слишком молод для подобного
занудства.
- Ну, я не считаю, что наука - это прямо-таки занудство.
- Ну раз ты не ученый, то откуда тебе знать?
Мы затихли. Она говорила тихим спокойным голосом, почти шёпотом. Я читал её, будто книгу. Девушка была очень красивая, но из-за того, что не выходила дальше забора своего дома, у неё сформировался дефицит мужского внимания. Она, как и любая другая женщина, хотела бы делится с миром своей красотой, но из-за изобилия финансовых благ, которое было у её отца, она получала всегда всё самое лучшее, но никогда ничего настоящего. Тот случай, когда свобода оказалась рабством. Ей не нужны были светские ужины, занятия в спортивном зале, классическая литература, знание языков для того, чтобы чувствовать себя свободно в развитых богатых странах. Заводские, пивные мужики говорят, что не понимают женщин, что они глупы и не логичны. Для меня же всю жизнь все было намного проще, и я знал, что женщине для счастья нужно две вещи, любить и быть любимой.
Она спросила:
- Так ты знаешь, чем занимается мой отец?
- Но ведь ты же сказала, что он ученый.
- Ученый, да. Откуда у ученого сколько денег? Тебе нравится наш дом?
- Дом достаточно просторный и комфортный.
- Это третий, плюс две квартиры в городе.
