Больше, чем кошки

***СТИХОТВОРЕНИЯ О КОШКАХ И НЕ СОВСЕМ (не мое!)

***МИНИ-СБОРНИК ОТ РАЗНЫХ АВТОРОВ

   
Про плед и кота

Мой глупый кот
Мой старый плед
Порвал, порвал, порвал.
А я сидел потом сто лет
И плед свой зашивал.

Вы спросите: Зачем сто лет?
Ужель ущерб таков?
Скажу вам: Кот порвал мой плед
На тысячу клочков.

Кот изодрал мой старый плед
От носа до хвоста.
Я шил и первых двадцать лет
Мечтал порвать кота.

Еще за двадцать лет с трудом
Составив все клочки,
Жену к себе привел я в дом –
Пусть подает очки.

И целых двадцать третьих лет
Я счастлив был вполне –
Очки и херес, и обед
Несли коту и мне.

А я из множества частей
Мой плед соединял,
И жить учил своих детей,
И песни сочинял.

И вот четвертых двадцать лет
Стучатся в дверь мою,
И внуки в письмах шлют привет,
А я сижу и шью.

Я шью, как Бог, я шью, как царь,
Я знаю сотни швов,
Мой плед почти уже как встарь
Обнять меня готов.

Когда же пятых двадцать лет
Промчались, как вода,
И мудр я сделался, и сед,
И я простил кота.

Простил кота и плед встряхнул –
Пусть все на нем гостят,
А кот привел свою жену
И всех своих котят.

И я позвал свою жену,
И внуков, и детей,
А плед – представьте, ну и ну –
Не подкачал нигде.

Мы провели на нем весь день,
Мы закатили пир!
А плед вспорхнул, а плед взлетел!
И облетел весь мир!

Вы скажете: Каков осел,
Сходил бы лучше в Бри,
Как раз к обеду бы дошел
Поднявшись до зари.

И там купил и новый плед,
И умного кота,
И не пришлось бы столько лет
Так много дыр латать.

Для вас, разумных, господа,
Ответ давно готов:
Вам не случалось никогда
Почувствовать любовь.

Пускай для вас все это – бред
И даже суета,
А я люблю мой старый плед
И моего кота.

(с) http://shtuchki.livejournal.com/168487.html

***

Кота заводят, чтобы кот
Был маяком во тьме невзгод –
Ты, например, забыл ключи,
Сын в школе двойку получил,
Прогнило у авто нутро,
Украли кошелек в метро,
А на работе вновь аврал,
Начальник матом наорал
И из-за кризиса в стране
Зарплату сократил вдвойне.

И ты пришел домой, а там
Припал больной душой к котам!

Кот нужен, чтобы вдохновлял
И биополем исцелял,
Мурлыкал громко под рукой,
Грел бок, гнал мышь, дарил покой,
Чтоб ты, кота погладив раз,
Лучился счастьем целый час!

На деле кот в ночи орет,
И будит, прыгнув на живот.
Прощайте, шторы и диван,
И тапки, если кот поган!
А если кот ваш волосат
То волосато все подряд!
Чуть отвернись – с тарелки гад
Всосет селедку и салат,
И будет маяться потом
Всенепременно животом.
Дешевый корм – на почках крест,
А дорогой корм кот не ест,
А если ест, опять вопрос:
То золотуха, то понос,
То ожиренье, то тошнит,
То блекнет шерсть, то хмурый вид.
Порой, для пущей лепоты,
В коте заводятся глисты,
И из лотка, как штурмотряд
С надеждой на тебя глядят!
Иль гость погладит дорогой
Кота немытою рукой,
И даже если кот привит –
Привет, лишай и энтерит!
Привет, леченья маета
Во все отверстия кота!
А кот свиреп, когтист, зубаст,
И хворь без боя не отдаст!

Когда приходит Новый Год
Кот валит ель и дождик жрет
И в лучшем случае потом
Им развевает под хвостом,
А если вам не повезет
Совсем испортит Новый Год!
(Ведь мало у кого мечта –
Долбить могилу для кота).

Все нитки, иглы и шнурки
Закрыты крепко на замки,
Но, как ни прячь их, все равно,
Коту найти их суждено!
На раскаленную плиту
Никак нельзя не влезть коту,
А то и прыгнуть прямо в суп,
О стул с разбегу выбить зуб,
С буфета рухнув, поломать
Конечность или вашу мать!

Короче. Если кот ваш вдруг
Здоров сегодня и упруг,
Не бил хрусталь, не драл пальто,
Посрал чем надо и в лоток,
Все остальное – суета!
Погладь кота.
ПОГЛАДЬ КОТА!!!

(с) Ольга Громыко

***

Один мой друг подбирает бездомных кошек,
Несёт их домой, отмывает, ласкает, кормит.
Они у него в квартире пускают корни:
Любой подходящий ящичек, коврик, ковшик,
Конечно, уже оккупирован, не осталось
Такого угла, где не жили бы эти черти.
Мой друг говорит, они спасают от смерти.
Я молча включаю скепсис, киваю, скалюсь.

Он тратит все деньги на корм и лекарства кошкам,
И я удивляюсь, как он ещё сам не съеден.
Он дарит котят прохожим, друзьям, соседям.
Мне тоже всучил какого-то хромоножку
С ободранным ухом и золотыми глазами,
Тогда ещё умещавшегося в ладони…

Я, кстати, заботливый сын и почетный донор,
Я честно тружусь, не пью, возвращаю займы.
Но все эти ценные качества бесполезны,
Они не идут в зачет, ничего не стоят,
Когда по ночам за окнами кто-то стонет,
И в пении проводов слышен посвист лезвий,
Когда потолок опускается, тьмы бездонней,
И смерть затекает в стоки, сочится в щели,
Когда она садится на край постели
И гладит меня по щеке ледяной ладонью.
Всё тело сводит, к нёбу язык припаян,
Смотрю ей в глаза, не могу отвести взгляда.
Мой кот Хромоножка подходит, ложится рядом.
Она отступает.

(с) Дана Сидерос

***

Уходящая кошка с собой забирает кусок души,
Вырывая его из груди когтями, так больно - хоть не дыши.
Даже если всегда казалось, что он тебе ни к чему,
И отдал бы его с готовностью хоть кому,
Но лежат на полу игрушки, стоит пустая кровать,
И ты смотришь на них - и не можешь ни есть, ни спать,
Лишь слоняешься слепо по дому, сжигая день,
А в углах то и дело мелькает кошачья тень.

Мы построили уйму теорий о том, чтО там -
Про сансару, радугу, девять жизней кота,
Но сейчас, когда невыносимо саднит в груди -
Может, кот вообще-то за этим и приходил?
Прорастая омелой в душу, напоминать:
Если ты потерял, значит, было, чего терять...

Эта рана, конечно, потом зарастет корой,
Или так и останется жгучей пустой дырой,
Или шрамом, всегда саднящим к новой беде:
Все ли сделал, что смог, ничего ли не проглядел...

..И стараясь не думать о том, чем придется опять платить,
Ты ласкаешь другого кота, чтобы он не спешил уходить...

(c) Ольга Громыко

***

когда я ухожу,
мой кот считает, что совсем я ухожу,
что никогда я больше не вернусь,
и плачет он, вцепляется и кусь,
а после остается у двери,
и слышу я, как плачет он внутри.

но я же ухожу не насовсем!
я, может, просто вышла в магазин,
и через час вернусь уже, поем,
и дам ему еды.
но он один
как будто остается навсегда,
как будто не нужна ему еда,
как будто ад вокруг невыносим,
нет, не ходи, не надо в магазин!

но все-таки, конечно, ухожу,
и раз за разом снова ухожу,
и кот мой расстается навсегда
со мной, меня оплакав каждый раз,
и горе больше целого кота,
и словно никогда не будет нас.

и я не знаю, что тут говорить,
совсем не знаю, что тут говорить,
мой кот сидит и плачет у двери,
любовь не знает оправданий, слов.
любовь сидит и плачет: вот любовь,
и ничего сильнее нет её,
безмысленней и преданней её.

(с) Анна Долгарева

***

Кот Марат не уверен в завтрашнем дне.
Смотрит в миску, а в миске еды на дне.
И тогда этот кот открывает рот
И тогда этот кот этим ртом орет.

И тот, кто за этого кота отвечает,
Неважно, что он там делает,
рисует, пишет, или на виолончели играет.
Он начинает делать это быстрее.

Он начинает делать это смелее.
Он звонит туда, куда никогда не звонил.
Он пишет письма, даже когда в ручках нет чернил.
Он выходит на улицу, хотя там чужие люди.

Он не позволяет скапливаться грязной посуде.
Он говорит друзьям: «Мне-то все равно, но у меня кот».
И устраивается сразу на сто работ.
Или идет выступать в огромный концертный зал,
и не думает, что бы папа про это сказал.

Или ловит бандитов, хотя он, вообще-то, робкий.
И вот, наконец, приносит домой коробки.
И они с котом,
отложив все другие дела на потом,
смотрят, как в миску сыплются рыбки, колечки, подушечки
и мигом ее наполняют.

Но самые вкусные — звездочки. Так они оба считают.

(с) Аня Лихтикман

Василий был собой ужасно горд. Он был из тех бездомных наглых морд, что рыбу пер за хвост из сковородки, хоть та шкварчала маслом, как в аду. Но что с того дворовому коту? В нем жажда жить десятый год не гасла.

Он восемь жизней промотал в боях, порою жил на тощих воробьях и серых крысах с привкусом подвала. Он и не чаял — кресло, сытость, дом, он даже и не помышлял о том, пока судьба трепала и мотала, травила псами, била сапогом, простуды в горло забивала ком… Он думал: день прошел, он жив, и ладно. А если сыт, то это счастья пик! Но вот однажды сухонький старик рыхлить у дома вышел палисадник.

«Эй, Вася!» — громко крикнул человек, достал давно остывший чебурек, надкусанный, в пакете, из кармана. Тогда кот даже ухом не повёл — ещё чего! Иди, откуда шёл! Грозу дворов так просто не заманишь.

Дедок кота два месяца кормил. Потом принес домой, шампунем мыл. Василий осознал, что он — Василий. Царапался, орал что было силы, но проиграл сраженье с чистотой. Потом кормили вкусно, сытно, много. Кот заедал обиду и тревогу, а после в теплом кресле спал пластом.

Так дни текли и складывались в годы. Василий отожрал такую морду, что габариты отмечали все.
— Какой котяра скумбрьего раскраса!
— Чем кормите? Ого, отборным мясом!
— Последний раз он вечером ест в семь?

Была бы жизнь девятая удачна, но кто-то сглазил Васю, однозначно. Решил его хозяин помирать. Он лёг однажды в полдень на кровать и говорит: «Недолго мне, дружочек. Смерть близко — увести, вестимо, хочет!»

Кот понял всё. Он много знал про смерть — когда становишься прямым, как жердь, и снег, в глаза попав, не тает больше… Так умирали звери во дворах, и больше не испытывали страх, и уходили в мир счастливых кошек.

Так будет с дедом — понял мудрый кот, когда он от Василия умрёт. Куда уходят люди после смерти? Наверное, для них есть уголок, где каждый сыт, никто не одинок, где рыбой и котлетой пахнет ветер…

И тут Василий перестал тужить и про девятую свою припомнил жизнь. На что она нужна ему, дворняге? Когда уйдёт любимый человек, коту его не нужен станет век. Без старика он сдохнет в передряге, на улице, озлобленной к котам, где голод вечно бродит по пятам, лишай сгрызет лоснящуюся шкуру, и холод раздробит суставы лап, и за спиной — псов одичавших лай, и небо будет равнодушно-хмурым.

Василий лёг хозяину на грудь.
Попробовал — и не сумел вздохнуть…

А где-то далеко Кошачий Бог светло и мягко улыбнулся брату. И разделил, насколько ровно смог, Васильеву кошачью жизнь девятую.

Под вечер кот проснулся и старик.
— Привет! — сказал дедок.
А кот:
— Мурлык!
— Ну, что ли, поживём ещё, Васятка?
И оба дружно потянулись сладко.

А восемь лет спустя по облакам идут навстречу солнечному глазу дедок с котом усатым на руках, знакомого нам скумбрьего окраса.

Елена Холодова



Поплачьте о моей несчастной доле:
Я спал с хозяйкой, ел парной лосось, —
Пока не появился Анатолий,
Голодный холостой молокосос.
Он курит свои яблочные «сижки»,
Везде суёт свой любопытный нос
И носит неприятные усишки-
Ну просто крыса, крыса-альбинос.
.
Когда он в первый раз пришёл с цветами,
Я сразу понял - это не к добру.
Под видом романтических свиданий
Сожрал балык и чёрную икру,
Сожрал креветки, устрицы и шпроты,
Сожрал матье с заливкой на меду,
Сидит дородный и широкоротый,
И в этот рот кладёт мою еду.
.
Хозяйка без ума от наглой крысы,
Она с ним деликатна и нежна,
Не потому что любит белобрысых,
А потому что крыса не женат.
Он починить не может три недели
Разодранного мною косяка,
Не так уж, кстати, он хорош в постели,
Я наблюдал и время засекал!
.
С досады я пять раз кончал с собою,
И пятый раз ну просто «на ура»:
Демонстративно обдирал обои,
Жрал кактус и ложился умирать.
Теперь она мне подрезает когти
И называет «шизанутый кот»,
А раньше называла «сладкий котик»,
И я справлял с ней вместе Новый год!
.
Вы думаете, я сижу в коробке,
Как госпожой отвергнутый вассал?
Я все углы и все перегородки
В квартире на себя переписал.
Я собственник, такая уж природа,
Не запереть природу в туалет,
Лицензия действительна два года,
Хотя, пардон, действительна пять лет.
.
Диван, кровать, паркет, журнальный столик,
На всём теперь сверкает мой патент,-
От описи не скрылся Анатолий,
Голодный неженатый импотент,-
Зубная щетка и зубная паста,
Рубашка, модный шмот и модный шуз,
Пусть только эта тварь достанет паспорт,
.
И в паспорте я тоже распишусь!


(© Сола Монова)