Терпения у козла никогда не было, а тут такой запах... Сначала он деликатно подтолкнул мордой тетку в бок, намекая ей отойти от не своей добычи. Она не вняла, продолжая орать, доказывая, что суд был не прав. Зато толпа и всякие правители замолчали, как воды в рот набрали, все и сразу. Только детишек посадили на плечи.
Терминатор остановился, оглядел окрестности, убедился, что никто, кроме этой дуры на морковку не посягает, а терпежа уже просто нет; на несколько секунд задумался, а потом быстрым шагом отошел к первой линии толпы (люди как смогли, тут же отошли назад, давая ему ещё немного простора). Там он крепко встал на копыта, наклонил голову, примерил ракурс, высоту и площадь мишени, выставил рога и бросился на тетку. Удар был сильным. Тетка отлетела вперед и вверх, морковка осталась на месте. Не обращая внимания на дикий, в своем бешенстве и боли, вой, Терминатор подошел к морковке, понюхал, облизал её и начал грызть, со счастливым выражением на морде. Как только он закончил её кушать, толпа взорвалась криками восторга. Не обращая внимания на этот ажиотаж, он четко повернулся по направлению к своей улице и направился домой. Люди расступились сразу. И долго смотрели вслед... За это время заявитель уже встала с колен, но никому она уже не была нужна. Все обсуждали красоту ответчицы и смелость огромного козла. Суд принялся читать решение, которое оправдывало девушку. Именно в этот момент всё и случилось.
Издалека вылетела стрела. Она предназначалась Иокасте, без вариантов. Она, как высшее лицо Храма сидела величественно и неподвижно. Мы, конечно, поддели под хитон нечто, похожее на кожаный нагрудник. Но этот выстрел был холостым. Зэма одним движением руки отбила эту стрелу, как и ещё две. Мы с Главной жрицей упали на пол, прикрывшись чем-то, похожее на циновку, и выступили кресло впереди. Как потом нам рассказали, бой был серьезный и довольно кровавый. Мы-то прикрылись, а вот расходившийся народ – нет. Много было раненых, даже были убитые, но слава Богини, гораздо меньше, чем могло бы быть. Самое главное, что здесь всплыло, кто тут за кого. В основном, против нас работали охрана финикийского Храма, их жрецы и даже ученики, некоторые торговцы-пираты и их команды. Совершенно случайно, благодаря Мамонту, который их гонял. Они оказались в разных частях площади и не имели единого руководства. Но дрались они жестко и не жалея себя. Как потом мне сказала Иокаста, многие из них перед боем выпили настой, придающий силу и отключающий страх. Вполне возможно. Но даже если бы их было больше, они не смогли бы победить. Дело в том, что в битву вступили грекопитеки. Я велела им не высовываться, потому как стрела может попасть в глаз, а там и до мозга недалеко. Показала на примере, точнее, они сами проверили это на какой-то овце. Но уходить от такой большой драки они всё же не хотели.
Поэтому они за спокойное ещё время подготовили огромное количество камней. Бедной девушкой-жертвой, они не интересовались, мала больно, но к военным действиям они всегда относились серьезно. Поэтому корзинами таскали с разных дворов камни. И прятали в разных местах, как будто они тут лежали от времени ухода того странного народа. И как только началась стрельба, сразу же включились в эту веселую возню. Тут надо сказать, что во всех стычках моих ассасинов, боролись они только дубинками и бросались камнями. Так было принято в их племени. И делали это виртуозно. Так что, этого им для победы хватило. Поэтому ни один камень который был ими брошен, как мне кажется, не промахнулся, а сразу летел в цель. Когда нападающие поняли, что здесь имеется особая сила, работающая против них, было поздно. Сколько там осталось целых нападавших – не знаю, но я думаю, что не так уж и много. Мы с Иокастой были настолько измучены, что просто залезли за какой-то стол, и не обращали никакого внимания на всё, что тут происходило.
Наконец, всё закончилось. У меня не было сил даже идти домой, так что поддерживая друг друга, мы с Иокастой поплелись обратно в Священную рощу. Уж больно там хорошо дышится, и воздух вкусный, и ветерок обвивает, и виды здесь удивительные. Но нас остановили. Ко мне бросился мальчишка лет семи и ухватил за руку. Пришлось остановиться. Он просил посмотреть на его мать, камень попал в её голову. Пришлось идти. Мы подошли к лежащей женщине. Тут уже ничего нельзя было сделать. Парень кусал губы, а в глазах стояла такая боль...
— Как тебя звать?
— Никит Ночь, Ночной.
— Да, парень, таких черных волос я ещё ни у кого не видела.
— У отца такие волосы были.
— М-да. Кто ты, из какого рода? Где ты живешь? Кто ещё в вашей семье есть?
— Мы пришли с севера. У нас хижина сгорела, и отец сгорел. Инструменты спасал. А у матушке только руки обгорели. Пришли сюда, хотели в Храме долечиться, а там... Мама хорошо ткала, думали потом отработаем...
Понятно. В этой истории и моя вина есть. Надо как-то отдавать долги. Поэтому сразу решила, что надо делать.
— Иди вон по той улице, парень, дойдешь до дома с желтыми стенами. Там забор довольно высокий, постучи в калитку. Спроси главную экономку, её имя Уфа. Скажи, что я послала. Пусть пристроит тебя к делу. Будешь хорошо работать, оставлю в доме, не рабом, а слугой. Согласен?
— Да, моя госпожа! А как же тело?
— Мать твою похоронит Храм, со всеми, кто здесь умер по вине финикийцев. Я скажу тебе, когда будет церемония. Уфе скажи, что я пошла с Главной жрицей в Священную рощу. Буду вечером.
Мы вошли в это чудесное место и на нас сошла благодать. Иначе не могу сказать и обозначить те спокойствие и отраду. Мы сели за столик и просто молчали. Отходили от этих жутких событий. Нам принесли овощи, фрукты, жареное мясо, запеченных птиц. Ну и вина, конечно. Здесь оно не очень, но раз я сюда попала, то надо как-то приспосабливаться. Не будешь же каждый день есть вареное зерно и жареное козлиное мясо. Но сейчас я всё съем, столько стресса. Ели мы истово и молча, трапеза, тем более дневная, самая главная. Ну, наконец, насытились. Нам налили вина в некие небольшие миски (так, надо мне будет позаботиться и про бокалы!) и мы с Иокастой мирно беседовали ни о чем. Но тут мои глаза задели жертвенник, на котором не приносили кровавые жертвы, а только сжигали уже мертвых, в основном, птиц и мелких животных. Иокаста, проследив за моим взглядом, заметила:
— Обливать жертвенники кровью запрещается, лишь молитвы и чистое пламя должно возносится с алтарей.
— И мертвых людей?
— Нет, никогда. Кстати. Мы принимаем любых жертвенных животных, но только самцов.
— А это почему?!
— Ты что, серьезно не понимаешь?
— Нет, действительно не понимаю.
— Да тут проще простого, самцы только дерутся и спариваются, один может сотню отработать. А самочка 100 детишек даже за всю свою жизнь родить не сможет. Так что оставить одну самочку и сто козлов? Какой же хозяин такую глупость сделает?!
— Ну да, не подумала, день тяжелый.
И вот тут что-то царапнуло у меня в мозгу. Я посмотрела по сторонам и увидела тот самый камень, который мне уже показывала Иокаста сегодня утром. Она всё рассказывала о чем-то, типа как проходят жертвоприношения.
— Прорицания считались самыми верными, если прорицатели использовали внутренности молодых козлят. Кстати, Снежана, никогда-никогда ещё не было случая, чтобы дождь залил огонь жертвенника...
Вот все говорили в том мире, что это метеорит, но как мне кажется если такой огромный камень упал с неба, то острова просто не стало бы. Так откуда же он?! И почему он так похож на необычную скульптуру?!
— Потому, что это моя ипостась, или как в вашем мире говорили – аватара. Но здесь она может сделать гораздо больше, чем в вашем мире. Но не забудь, она может выполнить только 4 твои желания. Причем, как вы там говорили: вопрос жизни и смерти. На вопрос получения подарка – она и ухом не поведёт.
— И правильно. Только почему 4 желания? У нас всегда волшебники выполняют только 3?
— Это мужчинам три, а женщинам по 4.
— Почему?
— Да не люблю я этих мужиков, вечно куда-то лезут, а потом спасай их. Будто мне делать нечего. Ладно, пока, девочка, дел невпроворот.
Пока я слушала этот спич Богини, готовая подписаться под каждым её словом, Иокаста закончила свой рассказ. Вовремя. Я поблагодарила её за обед, она меня – за помощь на площади, и, довольные друг другом, мы спокойно отправились спать. Когда я пришла домой, меня встретила моя служанка, Немая, с известием, что Терминатор ранен. Я действительно удивилась. Ушел он не только без царапины, но и с гордо поднятой головой.
— Что случилось?
На пальцах Немая сообщила, что, когда он заходил в калитку, из-за забора соседей кто-то бросил в Терминатора большой камень. Метили в голову, но промахнулись. Она не видела кто это сделал, а только летящий камень заметила, когда он уже по ноге козла ударил. Но она точно знает, что это не сосед, а кто-то, спрятавшийся у него гаденыш. Тут надо отметить, что словам этой женщины можно верить. Что касается животных, то она знает про них всё. Эта непонятная женщина у меня появилась недавно и довольно странно. Прибыла она то ли из Финикии, то ли на что-то похожее. Жила при их Храме, говорили, что пришла сама. Ушла, мол, с корабля, который привез продовольствие для Храма. Её никто не трогал, но дали охапку сена, старую шкуру, и иногда бросали остатки со стола. Она отрабатывала их, ухаживая за животными. Я её случайно заметила. Тут в Храме какие-то волнения идут, а она спокойно кормит маленьких козлят, у которых мама умерла. Увидев, как к ней ластятся, кроме козлят ещё и собаки, козы, овцы, лошади, коровы, куры, короче вся живность при Храме. Вот я и пригласила её в мой дом. Она посмотрела на меня, как кинжалом пощекотала, а потом утвердительно кивнула. Я думала, что она будет долго прощаться со своими питомцами, но она что-то прошипела и все звери, и птицы отправились по своим делам. Она с вопросом в глазах приподняла свою шкуру, но я отсоветовала. У меня и своих шкур хватает, и гораздо чище, надо сказать.
Мы пришли ко мне домой, и она сразу пошла по хлевам, загонам и конюшням. Я велела дать ей отдельную комнату, со спальным ложем, столиком и несколько корзинок с одеждой и мелочами жизни. К вечеру она подошла ко мне, наклонила голову, типа "спасибо" сказала, посмотрела на меня ещё внимательнее и показала распальцовкой, что у меня звери живут не плохо, что Терминатор следит за стадом, молодчина, но куры сильно ленятся, яиц надо больше с них брать. К тому же и гуси стали меньше работать. А вот молодую корову бык заездил, его надо в другой хлев перевести. Убейте меня, я все это поняла, хотя она не издала ни звука. С тех пор у меня стало самое лучшее поголовье всех нужных зверушек на острове. Так что я много раз хвалила себя за то, что привела её в наш дом. Но сейчас надо разобраться с Терминатором. Я отдала приказ найти того, кто сделал это святотатство. Кстати, мы его быстро нашли. Точнее, нашла Немая. Осьминог его отметелил: долго, сильно, больно и очень обидно. Делал это при Терминаторе, который внимательно следил за экзекуцией. Это был брат того пострадавшего от козла, но ведь не сам?! Так что это действо Осьминога я определила, как справедливое. После ни на наших зверушек, ни на наших людей, никто из жителей города не замахивался. Знали, что всё равно найдут виновного.
На следующее утро я встала бодро, но понимая, что мои вчерашние подвиги скоро забудутся, решила поспешить собрать все плюшки за мои деяния. И первым, кого я хотела поймать, был Лиран, хозяин храмовой Башни. К нему я и направилась. Судя по улыбкам прохожим и желания мне здравия, я, кажется, стала здесь почти своей. И это отлично, хоть что-то действительно нужное для жизни в городе сделала. Быстро дойдя до Храма, куда мне выписали, так сказать, постоянный пропуск, пусть и виртуальный, я вошла внутрь. Охрана на меня даже не взглянула. Спросив, как пройти в башню, получила полный и доброжелательный ответ, туда и прошла. Хозяина нашла на самом верхнем этаже, что, судя по серьезной захламленности, был его кабинетом.
Башня.
Химик, физик, математик и филолог получили задание
измерить высоту некой башни с помощью барометра.
1.Химик измерил давление у подножия башни и
на крыше, и выяснил, что ее высота от 0 до 100 метров.
2. Физик сбросил барометр с крыши, замерил время падения
и вычислил, что высота башни от 60 до 70 метров.
3. Математик измерил высоту барометра, длину тени барометра
и длину тени башни, сосчитал тангенс угла и выяснил,
что высота башни от 63 до 64 метров.
4. Филолог продал барометр, напоил на вырученные деньги сторожа,
и тот рассказал ему, что высота башни 63 метра и 40 сантиметров.
Просто анекдот.
Хозяин этого ... помещения, был занят. Что он тут делал, расшифровать я не смогла. Он довольно быстро бегал по всему, скажем так, этажу, что-то передвигал, что-то доставал, что-то выкладывал или укладывал, закладывал, перекладывал, откладывал и много ещё чего делал. Некоторое время я наблюдала за этой веселой вакханалией, но вскоре это всё мне надоело, так что, громко откашлявшись, я заявила на весь этаж:
— Уважаемый Лиран, доброго вам дня! Вы не пожалеете своего драгоценного времени для меня, недостойной?
— Ну что вы говорите, моя дорогая Снежана. Я с вами готов говорить и днём, и ночью. И вам доброго дня!
Что характерно, он говорит абсолютно искренне. И никакой пошлости тут и на миллиметр площади башни – не было. Он абсолютно безобиден для женщин. И не только потому, что он кастрат, тут многие такие как он, свои желания каким-то образом ... выполняют. Просто, он по своему разбросанному характеру, ну и из-за своего огромного увлечения астрономией, остальными делами не интересуется. К тому же он любил читать. Причем не только свитки и таблички (книг пока здесь нет), но и звёздное Небо.
— Дорогой Лиран, мне пришло в голову, что суть, мощь и внутренняя планировка этой башни, никак не могла использоваться как защитное укрепление, ну или частью системы защиты от наводнений, например. Так для чего оно было построено?!
Лиран как стоял, так и сел на ближайший выступ, который оказался черепом какого-то доисторического животного. Хотела спросить у него – какого именно, но не успела. Он с этого черепа упал. Череп не пострадал, а вот Лиран, видимо, ушибся. Но это были такие мелочи, когда такой интересный разговор намечается. Этот трудоголик быстро вскочил на ноги, подхватил меня под локоток, и потащил к самому большому окну этой башни. Остановился возле него, выглянул, повернулся ко мне и начал:
— Во-первых, такой башни нигде и нет, я думаю. Просто Великая Богиня вложила в голову тому первому Главному строителю полный её макет. Даже расписала цифры расстояний и веса.
— Вот как? А как Она это ему принесла?!
— Во сне. И он потом всё это помнил. До самого конца.
— Какого конца?
— Обычного. Как только Башня была построена, он умер, причем, в тот же день. Точнее – ночь. Теперь никто не сможет построить такую же башню.
М-да, такого рассказа, я не предугадывала. Вообще-то, на момент того строительства (да и в это время) не было никаких вторжений на остров, так что оборонительное назначение башни здесь было ничтожным. Лиран ещё долго рассказывал, как строилось это сооружение, каков был Главный строитель и как долго искали свитки чертежей после его смерти, или хоть какие-то заметки.
Терминатор остановился, оглядел окрестности, убедился, что никто, кроме этой дуры на морковку не посягает, а терпежа уже просто нет; на несколько секунд задумался, а потом быстрым шагом отошел к первой линии толпы (люди как смогли, тут же отошли назад, давая ему ещё немного простора). Там он крепко встал на копыта, наклонил голову, примерил ракурс, высоту и площадь мишени, выставил рога и бросился на тетку. Удар был сильным. Тетка отлетела вперед и вверх, морковка осталась на месте. Не обращая внимания на дикий, в своем бешенстве и боли, вой, Терминатор подошел к морковке, понюхал, облизал её и начал грызть, со счастливым выражением на морде. Как только он закончил её кушать, толпа взорвалась криками восторга. Не обращая внимания на этот ажиотаж, он четко повернулся по направлению к своей улице и направился домой. Люди расступились сразу. И долго смотрели вслед... За это время заявитель уже встала с колен, но никому она уже не была нужна. Все обсуждали красоту ответчицы и смелость огромного козла. Суд принялся читать решение, которое оправдывало девушку. Именно в этот момент всё и случилось.
Издалека вылетела стрела. Она предназначалась Иокасте, без вариантов. Она, как высшее лицо Храма сидела величественно и неподвижно. Мы, конечно, поддели под хитон нечто, похожее на кожаный нагрудник. Но этот выстрел был холостым. Зэма одним движением руки отбила эту стрелу, как и ещё две. Мы с Главной жрицей упали на пол, прикрывшись чем-то, похожее на циновку, и выступили кресло впереди. Как потом нам рассказали, бой был серьезный и довольно кровавый. Мы-то прикрылись, а вот расходившийся народ – нет. Много было раненых, даже были убитые, но слава Богини, гораздо меньше, чем могло бы быть. Самое главное, что здесь всплыло, кто тут за кого. В основном, против нас работали охрана финикийского Храма, их жрецы и даже ученики, некоторые торговцы-пираты и их команды. Совершенно случайно, благодаря Мамонту, который их гонял. Они оказались в разных частях площади и не имели единого руководства. Но дрались они жестко и не жалея себя. Как потом мне сказала Иокаста, многие из них перед боем выпили настой, придающий силу и отключающий страх. Вполне возможно. Но даже если бы их было больше, они не смогли бы победить. Дело в том, что в битву вступили грекопитеки. Я велела им не высовываться, потому как стрела может попасть в глаз, а там и до мозга недалеко. Показала на примере, точнее, они сами проверили это на какой-то овце. Но уходить от такой большой драки они всё же не хотели.
Поэтому они за спокойное ещё время подготовили огромное количество камней. Бедной девушкой-жертвой, они не интересовались, мала больно, но к военным действиям они всегда относились серьезно. Поэтому корзинами таскали с разных дворов камни. И прятали в разных местах, как будто они тут лежали от времени ухода того странного народа. И как только началась стрельба, сразу же включились в эту веселую возню. Тут надо сказать, что во всех стычках моих ассасинов, боролись они только дубинками и бросались камнями. Так было принято в их племени. И делали это виртуозно. Так что, этого им для победы хватило. Поэтому ни один камень который был ими брошен, как мне кажется, не промахнулся, а сразу летел в цель. Когда нападающие поняли, что здесь имеется особая сила, работающая против них, было поздно. Сколько там осталось целых нападавших – не знаю, но я думаю, что не так уж и много. Мы с Иокастой были настолько измучены, что просто залезли за какой-то стол, и не обращали никакого внимания на всё, что тут происходило.
Наконец, всё закончилось. У меня не было сил даже идти домой, так что поддерживая друг друга, мы с Иокастой поплелись обратно в Священную рощу. Уж больно там хорошо дышится, и воздух вкусный, и ветерок обвивает, и виды здесь удивительные. Но нас остановили. Ко мне бросился мальчишка лет семи и ухватил за руку. Пришлось остановиться. Он просил посмотреть на его мать, камень попал в её голову. Пришлось идти. Мы подошли к лежащей женщине. Тут уже ничего нельзя было сделать. Парень кусал губы, а в глазах стояла такая боль...
— Как тебя звать?
— Никит Ночь, Ночной.
— Да, парень, таких черных волос я ещё ни у кого не видела.
— У отца такие волосы были.
— М-да. Кто ты, из какого рода? Где ты живешь? Кто ещё в вашей семье есть?
— Мы пришли с севера. У нас хижина сгорела, и отец сгорел. Инструменты спасал. А у матушке только руки обгорели. Пришли сюда, хотели в Храме долечиться, а там... Мама хорошо ткала, думали потом отработаем...
Понятно. В этой истории и моя вина есть. Надо как-то отдавать долги. Поэтому сразу решила, что надо делать.
— Иди вон по той улице, парень, дойдешь до дома с желтыми стенами. Там забор довольно высокий, постучи в калитку. Спроси главную экономку, её имя Уфа. Скажи, что я послала. Пусть пристроит тебя к делу. Будешь хорошо работать, оставлю в доме, не рабом, а слугой. Согласен?
— Да, моя госпожа! А как же тело?
— Мать твою похоронит Храм, со всеми, кто здесь умер по вине финикийцев. Я скажу тебе, когда будет церемония. Уфе скажи, что я пошла с Главной жрицей в Священную рощу. Буду вечером.
Мы вошли в это чудесное место и на нас сошла благодать. Иначе не могу сказать и обозначить те спокойствие и отраду. Мы сели за столик и просто молчали. Отходили от этих жутких событий. Нам принесли овощи, фрукты, жареное мясо, запеченных птиц. Ну и вина, конечно. Здесь оно не очень, но раз я сюда попала, то надо как-то приспосабливаться. Не будешь же каждый день есть вареное зерно и жареное козлиное мясо. Но сейчас я всё съем, столько стресса. Ели мы истово и молча, трапеза, тем более дневная, самая главная. Ну, наконец, насытились. Нам налили вина в некие небольшие миски (так, надо мне будет позаботиться и про бокалы!) и мы с Иокастой мирно беседовали ни о чем. Но тут мои глаза задели жертвенник, на котором не приносили кровавые жертвы, а только сжигали уже мертвых, в основном, птиц и мелких животных. Иокаста, проследив за моим взглядом, заметила:
— Обливать жертвенники кровью запрещается, лишь молитвы и чистое пламя должно возносится с алтарей.
— И мертвых людей?
— Нет, никогда. Кстати. Мы принимаем любых жертвенных животных, но только самцов.
— А это почему?!
— Ты что, серьезно не понимаешь?
— Нет, действительно не понимаю.
— Да тут проще простого, самцы только дерутся и спариваются, один может сотню отработать. А самочка 100 детишек даже за всю свою жизнь родить не сможет. Так что оставить одну самочку и сто козлов? Какой же хозяин такую глупость сделает?!
— Ну да, не подумала, день тяжелый.
И вот тут что-то царапнуло у меня в мозгу. Я посмотрела по сторонам и увидела тот самый камень, который мне уже показывала Иокаста сегодня утром. Она всё рассказывала о чем-то, типа как проходят жертвоприношения.
— Прорицания считались самыми верными, если прорицатели использовали внутренности молодых козлят. Кстати, Снежана, никогда-никогда ещё не было случая, чтобы дождь залил огонь жертвенника...
Вот все говорили в том мире, что это метеорит, но как мне кажется если такой огромный камень упал с неба, то острова просто не стало бы. Так откуда же он?! И почему он так похож на необычную скульптуру?!
— Потому, что это моя ипостась, или как в вашем мире говорили – аватара. Но здесь она может сделать гораздо больше, чем в вашем мире. Но не забудь, она может выполнить только 4 твои желания. Причем, как вы там говорили: вопрос жизни и смерти. На вопрос получения подарка – она и ухом не поведёт.
— И правильно. Только почему 4 желания? У нас всегда волшебники выполняют только 3?
— Это мужчинам три, а женщинам по 4.
— Почему?
— Да не люблю я этих мужиков, вечно куда-то лезут, а потом спасай их. Будто мне делать нечего. Ладно, пока, девочка, дел невпроворот.
Пока я слушала этот спич Богини, готовая подписаться под каждым её словом, Иокаста закончила свой рассказ. Вовремя. Я поблагодарила её за обед, она меня – за помощь на площади, и, довольные друг другом, мы спокойно отправились спать. Когда я пришла домой, меня встретила моя служанка, Немая, с известием, что Терминатор ранен. Я действительно удивилась. Ушел он не только без царапины, но и с гордо поднятой головой.
— Что случилось?
На пальцах Немая сообщила, что, когда он заходил в калитку, из-за забора соседей кто-то бросил в Терминатора большой камень. Метили в голову, но промахнулись. Она не видела кто это сделал, а только летящий камень заметила, когда он уже по ноге козла ударил. Но она точно знает, что это не сосед, а кто-то, спрятавшийся у него гаденыш. Тут надо отметить, что словам этой женщины можно верить. Что касается животных, то она знает про них всё. Эта непонятная женщина у меня появилась недавно и довольно странно. Прибыла она то ли из Финикии, то ли на что-то похожее. Жила при их Храме, говорили, что пришла сама. Ушла, мол, с корабля, который привез продовольствие для Храма. Её никто не трогал, но дали охапку сена, старую шкуру, и иногда бросали остатки со стола. Она отрабатывала их, ухаживая за животными. Я её случайно заметила. Тут в Храме какие-то волнения идут, а она спокойно кормит маленьких козлят, у которых мама умерла. Увидев, как к ней ластятся, кроме козлят ещё и собаки, козы, овцы, лошади, коровы, куры, короче вся живность при Храме. Вот я и пригласила её в мой дом. Она посмотрела на меня, как кинжалом пощекотала, а потом утвердительно кивнула. Я думала, что она будет долго прощаться со своими питомцами, но она что-то прошипела и все звери, и птицы отправились по своим делам. Она с вопросом в глазах приподняла свою шкуру, но я отсоветовала. У меня и своих шкур хватает, и гораздо чище, надо сказать.
Мы пришли ко мне домой, и она сразу пошла по хлевам, загонам и конюшням. Я велела дать ей отдельную комнату, со спальным ложем, столиком и несколько корзинок с одеждой и мелочами жизни. К вечеру она подошла ко мне, наклонила голову, типа "спасибо" сказала, посмотрела на меня ещё внимательнее и показала распальцовкой, что у меня звери живут не плохо, что Терминатор следит за стадом, молодчина, но куры сильно ленятся, яиц надо больше с них брать. К тому же и гуси стали меньше работать. А вот молодую корову бык заездил, его надо в другой хлев перевести. Убейте меня, я все это поняла, хотя она не издала ни звука. С тех пор у меня стало самое лучшее поголовье всех нужных зверушек на острове. Так что я много раз хвалила себя за то, что привела её в наш дом. Но сейчас надо разобраться с Терминатором. Я отдала приказ найти того, кто сделал это святотатство. Кстати, мы его быстро нашли. Точнее, нашла Немая. Осьминог его отметелил: долго, сильно, больно и очень обидно. Делал это при Терминаторе, который внимательно следил за экзекуцией. Это был брат того пострадавшего от козла, но ведь не сам?! Так что это действо Осьминога я определила, как справедливое. После ни на наших зверушек, ни на наших людей, никто из жителей города не замахивался. Знали, что всё равно найдут виновного.
На следующее утро я встала бодро, но понимая, что мои вчерашние подвиги скоро забудутся, решила поспешить собрать все плюшки за мои деяния. И первым, кого я хотела поймать, был Лиран, хозяин храмовой Башни. К нему я и направилась. Судя по улыбкам прохожим и желания мне здравия, я, кажется, стала здесь почти своей. И это отлично, хоть что-то действительно нужное для жизни в городе сделала. Быстро дойдя до Храма, куда мне выписали, так сказать, постоянный пропуск, пусть и виртуальный, я вошла внутрь. Охрана на меня даже не взглянула. Спросив, как пройти в башню, получила полный и доброжелательный ответ, туда и прошла. Хозяина нашла на самом верхнем этаже, что, судя по серьезной захламленности, был его кабинетом.
Глава 5
Башня.
Химик, физик, математик и филолог получили задание
измерить высоту некой башни с помощью барометра.
1.Химик измерил давление у подножия башни и
на крыше, и выяснил, что ее высота от 0 до 100 метров.
2. Физик сбросил барометр с крыши, замерил время падения
и вычислил, что высота башни от 60 до 70 метров.
3. Математик измерил высоту барометра, длину тени барометра
и длину тени башни, сосчитал тангенс угла и выяснил,
что высота башни от 63 до 64 метров.
4. Филолог продал барометр, напоил на вырученные деньги сторожа,
и тот рассказал ему, что высота башни 63 метра и 40 сантиметров.
Просто анекдот.
Хозяин этого ... помещения, был занят. Что он тут делал, расшифровать я не смогла. Он довольно быстро бегал по всему, скажем так, этажу, что-то передвигал, что-то доставал, что-то выкладывал или укладывал, закладывал, перекладывал, откладывал и много ещё чего делал. Некоторое время я наблюдала за этой веселой вакханалией, но вскоре это всё мне надоело, так что, громко откашлявшись, я заявила на весь этаж:
— Уважаемый Лиран, доброго вам дня! Вы не пожалеете своего драгоценного времени для меня, недостойной?
— Ну что вы говорите, моя дорогая Снежана. Я с вами готов говорить и днём, и ночью. И вам доброго дня!
Что характерно, он говорит абсолютно искренне. И никакой пошлости тут и на миллиметр площади башни – не было. Он абсолютно безобиден для женщин. И не только потому, что он кастрат, тут многие такие как он, свои желания каким-то образом ... выполняют. Просто, он по своему разбросанному характеру, ну и из-за своего огромного увлечения астрономией, остальными делами не интересуется. К тому же он любил читать. Причем не только свитки и таблички (книг пока здесь нет), но и звёздное Небо.
— Дорогой Лиран, мне пришло в голову, что суть, мощь и внутренняя планировка этой башни, никак не могла использоваться как защитное укрепление, ну или частью системы защиты от наводнений, например. Так для чего оно было построено?!
Лиран как стоял, так и сел на ближайший выступ, который оказался черепом какого-то доисторического животного. Хотела спросить у него – какого именно, но не успела. Он с этого черепа упал. Череп не пострадал, а вот Лиран, видимо, ушибся. Но это были такие мелочи, когда такой интересный разговор намечается. Этот трудоголик быстро вскочил на ноги, подхватил меня под локоток, и потащил к самому большому окну этой башни. Остановился возле него, выглянул, повернулся ко мне и начал:
— Во-первых, такой башни нигде и нет, я думаю. Просто Великая Богиня вложила в голову тому первому Главному строителю полный её макет. Даже расписала цифры расстояний и веса.
— Вот как? А как Она это ему принесла?!
— Во сне. И он потом всё это помнил. До самого конца.
— Какого конца?
— Обычного. Как только Башня была построена, он умер, причем, в тот же день. Точнее – ночь. Теперь никто не сможет построить такую же башню.
М-да, такого рассказа, я не предугадывала. Вообще-то, на момент того строительства (да и в это время) не было никаких вторжений на остров, так что оборонительное назначение башни здесь было ничтожным. Лиран ещё долго рассказывал, как строилось это сооружение, каков был Главный строитель и как долго искали свитки чертежей после его смерти, или хоть какие-то заметки.
