Вера присела на кровать, как только очутилась в своём укрытии за красивой дверью.
– Ничего не делать! Вы просто с удовольствием общаетесь, хороший собеседник – это много значит! – на глаза Веры вдруг навернулись слёзы: – Вот Наташка моя уехала…
Наташка бы сейчас её встряхнула. Она бы ей сказала, что думает о последних неделях её жизни! Наташка бы ей разъяснила, что значит такое общение!
В дверь постучали, и Вера вздрогнула.
На пороге стоял Сергей.
– Книга твоя.
Ну да, электронную книгу она не осмелилась попросить у женщины, выдавшей ей ключ.
Сергей сделал шаг вперёд. И Вера отступила, позволяя ему войти.
«Господи, ну зачем он так смотрит на меня! У нас же абсурдная ситуация!»
– Сереж, я уже взрослая, а…
– Я тоже взрослый, – перебил он её.
Он взял её руку – красивую, с длинными, нежными, тонкими, музыкальными пальцами – и обхватил своими ладонями.
– Вера, давай встретимся в понедельник, сходим на полянку. Хорошо? А то выходные загруженные будут. Завтра целый этаж заселяется! В воскресенье будем к проверке готовиться.
Он прекрасно понимал, что Вере нужно дать время.
– Сереж…
– А в понедельник поговорим. Нам надо поговорить о личной жизни!
Их взгляды встретились…
– Сережа… Ты ничей?
Он наклонился к ней и прошептал:
– Надеюсь, я твой…
Потом склонился к её руке. И несколько раз поцеловал – осторожно, едва касаясь мягкой, бархатистой кожи.
И ушёл.
* * *
Выходные, действительно, выдались суматошными. Целый этаж заняли члены какого-то общества здорового образа жизни. Они приехали проходить программу похудания со специальной диетой. Ходили гурьбой, играли или проводили какие-то беседы, усевшись в огромный круг на газоне. В общем, очень разнообразили жизнь санатория.
И почти всё воскресенье на посту администратора просидела женщина-уборщица.
А Сергей Витальевич пропадал где-то, видимо, готовился принять комиссию из Санэпиднадзора.
Вера же вернулась к своему засахаренному состоянию. Только теперь больше думала.
О себе, о Викторе, о сыне. И о Сергее. Она никак не могла позволить себе принять, что он серьёзно так смотрит и говорит.
«Надеюсь, я твой…»
– Что, у меня теперь есть Сережа?
В понедельник Вера проснулась около пяти. И принялась перелистывать те главы, которые уже перевела. Осталась довольна. И взялась вслух читать по-французски главу, с которой предстояло работать. Она вообще практиковала чтение вслух, это погружало её в язык и настраивало на автора.
К девяти утра она даже проголодалась. И с удовольствием пошла на завтрак. В холле Сергея не оказалось.
Вера впервые шла и поглядывала по сторонам – бред, конечно, тетка симпатизирует молодому мужчине. Но ощущения были приятными, будто она и не приближается к четвёртому десятку.
Поела с удовольствием. Всё смела! И как оказалось, тоже очень кстати.
Вера, позавтракав, пошла прогуляться. Но отчего-то свернула на первую же аллею, ведущую к её корпусу.
Взяла ключ.
На её прикроватной тумбочке стоял большой букет фрезий. Вера прикрыла дверь, осторожно подобралась к цветам, будто боясь спугнуть их.
– Лиловые… Красота какая!
Она присела на кровать, не в силах оторвать взгляд от такой прелести.
– Это Сережа!..
Вера ликовала. И так приятно… Как никогда в жизни не было!
– Значит, и орхидеи он мне подарил!
Вера не знала, сколько так просидела, глядя на свои любимые цветы. И из этого блаженного состояния Веру вырвал телефонный звонок.
Звонила бабушка.
– Да, бабуль! Привет!
– Верочка… – голос Валентины Эдуардовны срывался. – Вера!..
– Что?! – у Веры в груди похолодело.
– Борька пропал…
А дальше все происходило как в жутком ознобе.
Борька пропал в пятницу! Когда бабушка вернулась после хоровых занятий, то его уже не было. Окна все закрыты, да и сетки стоят на тех створках, которые открывала, когда была дома. На площадку он выскочить не мог – он сидел на пуфике, когда Валентина Эдуардовна уходила.
Валентина Эдуардовна в тот же вечер обошла все дворы – ничего.
Ночь почти не спала. В субботу упросила дежурного слесаря и обошла с ним подвалы ближайших домов. Не то что Борьки, вообще никаких кошек…
Потом Валентина Эдуардовна спросила всех дворников во всех дворах, не видели ли они большого рыжего кота. Никто не видел.
Обошла все квартиры в своём доме – тот же результат.
Валентина Эдуардовна металась от мысли к мысли и каждую проверяла.
В воскресенье она дозвонилась в организацию, машины которой убирают проезжую часть Сивцева Вражка и прилегающих переулков. Дежурный пошёл ей навстречу и дал телефон водителя уборочной машины и даже одного из членов бригады.
Кота никто не видел – Валентина Эдуардовна боялась, что Борьку сбила машина и он был подобран такой бригадой.
Валентина Эдуардовна очень надеялась, что кот жив. Но поскольку поиски ни к чему не привели, решила позвонить Вере.
Вера прокручивала в мыслях всё, что рассказала бабушка, пока бегом, на ходу, отдала ключи человеку, оказавшемуся за стойкой, – парню лет двадцати. Потом вернулась, написала записку. «Я вернусь, пришлось срочно поехать в Москву», – для Сергея. Положила лист посередине кровати… Пока бежала по дорожке к выходу из санатория, подумала, что администратор откуда-то новый взялся. Но, конечно же, сейчас ей было не до этого.
И о Борьке сердце разрывалось, и о бабушке она волновалась – бегала одна, искала, почти не спала.
Рейсовый автобус ушёл у Веры из-под носа. Но она быстро поймала машину и домчалась до станции раньше, чем приехал этот самый автобус. Это было и к лучшему. Электричка уже стояла, и Вера, купив билет, устроилась в начале поезда и тут же набрала бабушкин номер.
– Бабуль, я еду. Уже в электричке. Ты успокойся. Мы вместе что-нибудь сообразим!
Вера успела на одиннадцатичасовой поезд и в Москву должна была прибыть в районе половины первого дня.
Дорога до Москвы показалась каким-то бредом. Вера, не переставая, мысленно перебирала всё рассказанное бабушкой. Воображение рисовало кошмарные картины и поэтому хотела только одного – лишь бы с Борькой ничего не случилось!
Как только объявили, что следующая остановка «Москва – Белорусская», Вера поспешила в тамбур. Она знала, что эту последнюю остановку электричка будет ползти, но терпение её уже оказалось на пределе. Ничего, она постоит, подождёт. Зато на платформу попадёт первой и побежит к метро!
А в метро-то – всего ничего, не больше пятнадцати минут со всеми хождениями, до Кропоткинской. И бегом по бульвару, скорее в свой Сивцев Вражек, в свой сивый овражек и… Стоп!
Сергей сегодня оставил для неё букет из сивых фрезий… Вера понадеялась, что Сергей найдёт записку, которую она написала. Ну, а там уж… Посмотрим, что будет…
Не успела Вера вбежать в подъезд, как зазвонил её мобильный.
– Да, – она ответила, даже не взглянув, кто звонит.
– Действуй, согласно моим инструкциям, и всё будет нормально.
Абонент отключился. Это был звонок от Лены Золотарёвой.
На дрожащих ногах Вера добралась до квартиры. Благо, Валентина Эдуардовна была дома и с ней было всё в порядке, не считая душевного состояния.
Вера крепко обняла бабулю. Они расплакались.
– Верочка, я даже развесила объявления по всей округе. Мы найдём Бореньку! – Валентина Эдуардовна вытирала слёзы. – Только не могу понять, как он из квартиры-то сбежал!
И Валентина Эдуардовна принялась опять объяснять про окна, сетки и двери.
Вера скинула босоножки и прошла в ванную, умыться.
Следующий звонок прозвучал в час дня, Вера едва успела выпить кружку воды.
– Езжай обратно. И, возможно, получишь то, что потеряла, на определённых условиях. Езжай на машине.
Вера прошла в комнату и почти без сил опустилась на диван.
– Бабуль, я скоро поеду обратно, а ты, пожалуйста, поменяй замки. Есть же такие срочные службы. Давай сейчас в Интернете найдём.
– Вера? – Валентина Эдуардовна испугалась своей догадки.
– Да. В квартиру вошли и выкрали Борьку!
– Витя?
– Нет. Лена его.
– Господи… У тебя же есть мои ключи! В комоде, в прихожей лежат…
– Да. Там ещё ключи от маминой квартиры. Но, думаю, они Ленке не нужны.
– Кошмар…
– Бабуль, а ты никому не говорила, куда я уехала?
– Нет. Я и Свете ничего не говорила, хотя она звонила на днях.
Мать Веры уехала вместе со своим мужем-режиссёром в большой гастрольный европейский тур. И незачем ей пока знать обо всём здесь случившемся, вернуться-то она не сможет, только зря нервничать будет.
Валентина Эдуардовна присела на диван рядом с внучкой – сил, действительно, ни на что не осталось. Но надо было собраться и...
– Вер, она где-то хочет передать тебе Борьку?
– Да, – ничего определённого Вера не знала, сплошные догадки. – А сейчас давай, насчёт замков узнаем!
Вера села за стол и включила ноутбук – и тут же её озарила догадка!
– Бабуль, а ты больше на сайт санатория не заходила?
– Нет.
Вера зашла в журнал – так и есть. В прошлую среду обращались к сайту санатория «Реченька» с этого компьютера.
«Так. Значит, она знает, где я отдыхаю. Ну хорошо, по дороге передаст мне Борьку. Только зачем ей это надо? Ладно. Посмотрим».
Вера нашла фирму по срочной замене замков. Сделала заказ и оставила Валентине Эдуардовне деньги.
– Вера, у меня денег достаточно!
– Ничего.
Она стала собираться.
– Ты только позвони мне, Верочка.
– Да, бабуль, как только что-нибудь будет происходить, я буду тебе сообщать. Непременно. Не волнуйся.
– А ты, получается, сегодня вернёшься?
– Почему?
– А как ты будешь в санатории? Там же с животными нельзя!
– Посмотрю…
Валентине Эдуардовне пришла в голову мысль – позвонить Виктору. Только вот вряд ли Вера согласится.
– Вера, я боюсь… Давай лучше сообщим в милицию… ну, в полицию.
– Думаешь, они будут котом заниматься?
– Они будут заниматься тем, что она диктует тебе условия!
– Бабуль, ничего она мне не сделает! И… не вздумай Виктору звонить!
– Но…
– Он получил то, что хотел! Вот пусть и наслаждается. И она, видимо, от счастья…
– Ладно. Только звони мне!
– Конечно, бабуль! – Вера поцеловала Валентину Эдуардовну. – Пока.
Вера взяла ключи от машины и поспешила вниз по лестнице. Она была уверена, что Лена следит за ней. Поэтому не взяла ни одной Борькиной вещи. Потому что взбеситься может от уверенности Веры в том, что кота ей вернёт, и погубить его. Ведь неизвестно, где он пробыл трое суток. Отдавала она кота кому-нибудь или… в машине держала. Ведь наверняка Лена на машине, раз Вере сказала ехать по шоссе.
Вера заскочила в магазин, благо, в их переулке была «Пятерочка», купила пару бутылок питьевой воды и упаковку одноразовых мисок, которые убрала в сумку, как только их пробили в кассе.
По Глазовскому переулку она выехала на Садовое кольцо – эх, нельзя помчаться, как по загородной трассе, ведь до площади Маяковского, где был ближайший разворот, ещё прилично!
Вера была уверена, что Лена попросит её остановиться за городом. И наверняка, она уже едет туда, намного впереди Веры.
– Она вроде бы никогда не говорила, что у неё есть права. Вот, что у её скотины рогатой две машины, это Ленка рассказывала.
Вера, наконец, свернула на Баррикадную улицу – ну всё, кольцо закончилось и теперь только прямо; по крайней мере, по улицам и проспектам.
Когда миновала Красную Пресню, началось Звенигородское шоссе.
– Звенигород! Как же там хорошо! – Вера ехала достаточно быстро, благо, до вечерних пробок ещё было время. – Так… А если Ленка с Виктором? Или нет? Ну… ему-то зачем это нужно? Я и так ушла, оставив их наслаждаться друг другом!
Под Живописным мостом плескалась Москва-река, успевшая стать любимее и желаннее, чем прежде.
– Так, сейчас будет проспект Жукова, а потом и Новая Рига!
Вера замечательно ориентировалась в родном городе, моментально запоминала нужный маршрут. И по Новорижскому шоссе ехала уверенно, уж поворот на Звенигород она не пропустит. А там останется всего ничего: пересечь ещё разок Москву-реку и повернуть налево.
– Ага, размечталась… Ещё неизвестно, где тебя попросят остановиться.
Телефон зазвонил, когда до поворота на Звенигород осталось меньше километра.
– Я жду тебя, немного не доезжая остановки возле санатория. Постарайся побыстрее.
И тут же отбой.
В этот же момент Вера отчётливо поняла, что Лена без Виктора. Побыстрее! Конечно, ей же надо успеть вернуться до его возвращения.
Вере вдруг стало так обидно – ведь они живут в квартире её отца! Или Виктор запамятовал?
Побыстрее. Она сейчас едет по трассе через город, так что никаких побыстрее…
Да и потом – она не слишком хорошо знала, где именно эта остановка, поэтому сейчас повернёт и поедет медленно…
…Когда до остановки осталось чуть-чуть, под колеса машины метнулось рыжее пятно – будто кинули со стороны дороги, из кустов.
Вера затормозила «в пол». И пару минут сидела не шелохнувшись. Осторожно всматриваясь в придорожные заросли. Не было заметно никакого движения, будто этот летящий рыжий комок ей померещился.
– Хочет выманить меня из машины? – Вера разблокировала дверцы. – Да и черт с ней! Главное – Борька!
Она открыла дверь, вышла из машины. Присела на корточки.
– Боря, – позвала Вера. – Ты жив?
Вера молила только о том, чтобы кот был жив. А там уж мы всё исправим!
Из-под машины показалась рыжая голова и на Веру уставился Борька – почти такой же изможденный, как в день их встречи.
– Боренька, – у Веры покатились слёзы из глаз.
Кот прыгнул ей на руки, и она шмыгнула в машину. Но едва Вера успела нажать на кнопку блокировки дверей, перед «Пежо» появилась Лена. Вера не поняла, откуда она вынырнула.
– Жив твой кот? – крикнула она.
Но Вера не обращала на неё внимание. Борька трясущимся комочком свернулся у неё на коленях.
Вера же достала из сумочки упаковку одноразовых мисочек, открыла бутылку с питьевой водой и принялась поить кота.
Борька лакал воду жадно.
Лена подошла к дверце со стороны водителя и постучала по стеклу, потом прислонилась, чтобы получше разглядеть происходящее в салоне.
– Я его в машине трое суток держала! Ничего, коты ведь живучие! Оклемается, – она шлёпнула ладонью по стеклу. – Я хотела сделать тебе больно!!! И коту твоему, чтобы не цапался, сволочь!
Веру затрясло. Хотя она понимала, что у Лены есть один способ добраться до неё – это разбить стекло. Но в руках у неё ничего не было, а значит можно постоять и дать Борьке спокойно напиться. Вера и сама сделала несколько глотков.
А в мыслях билось только одно – если бы она не сбавила скорость, то Борька погиб бы под колесами её машины.
Как только Борька напился, приподнялся на задних лапах, посмотрел Вере в глаза и… обнял её. Как часто делал это дома, дождавшись её прихода с работы. И Вера обхватила это мохнатенькое рыжее тельце.
– Боренька, ты прости меня… Я больше не буду тебя оставлять. И… если понадобится, будем везде ездить вместе. Прости меня, мой хороший…
Они так и сидели, обнявшись, и совершенно не обращая внимания на Лену. Та постукивала по стеклу, пытаясь привлечь к себе их интерес.
Но вот Лена встала перед машиной и постучала ладонью по капоту.
– Отпусти Виктора! Слышишь? Отпусти Виктора! Он мой! Мой, а не твой!
– Развод тебе нужен? – Вера сняла машину с тормоза, собираясь ехать. – Будет тебе развод…
– Ничего не делать! Вы просто с удовольствием общаетесь, хороший собеседник – это много значит! – на глаза Веры вдруг навернулись слёзы: – Вот Наташка моя уехала…
Наташка бы сейчас её встряхнула. Она бы ей сказала, что думает о последних неделях её жизни! Наташка бы ей разъяснила, что значит такое общение!
В дверь постучали, и Вера вздрогнула.
На пороге стоял Сергей.
– Книга твоя.
Ну да, электронную книгу она не осмелилась попросить у женщины, выдавшей ей ключ.
Сергей сделал шаг вперёд. И Вера отступила, позволяя ему войти.
«Господи, ну зачем он так смотрит на меня! У нас же абсурдная ситуация!»
– Сереж, я уже взрослая, а…
– Я тоже взрослый, – перебил он её.
Он взял её руку – красивую, с длинными, нежными, тонкими, музыкальными пальцами – и обхватил своими ладонями.
– Вера, давай встретимся в понедельник, сходим на полянку. Хорошо? А то выходные загруженные будут. Завтра целый этаж заселяется! В воскресенье будем к проверке готовиться.
Он прекрасно понимал, что Вере нужно дать время.
– Сереж…
– А в понедельник поговорим. Нам надо поговорить о личной жизни!
Их взгляды встретились…
– Сережа… Ты ничей?
Он наклонился к ней и прошептал:
– Надеюсь, я твой…
Потом склонился к её руке. И несколько раз поцеловал – осторожно, едва касаясь мягкой, бархатистой кожи.
И ушёл.
* * *
Выходные, действительно, выдались суматошными. Целый этаж заняли члены какого-то общества здорового образа жизни. Они приехали проходить программу похудания со специальной диетой. Ходили гурьбой, играли или проводили какие-то беседы, усевшись в огромный круг на газоне. В общем, очень разнообразили жизнь санатория.
И почти всё воскресенье на посту администратора просидела женщина-уборщица.
А Сергей Витальевич пропадал где-то, видимо, готовился принять комиссию из Санэпиднадзора.
Вера же вернулась к своему засахаренному состоянию. Только теперь больше думала.
О себе, о Викторе, о сыне. И о Сергее. Она никак не могла позволить себе принять, что он серьёзно так смотрит и говорит.
«Надеюсь, я твой…»
– Что, у меня теперь есть Сережа?
В понедельник Вера проснулась около пяти. И принялась перелистывать те главы, которые уже перевела. Осталась довольна. И взялась вслух читать по-французски главу, с которой предстояло работать. Она вообще практиковала чтение вслух, это погружало её в язык и настраивало на автора.
К девяти утра она даже проголодалась. И с удовольствием пошла на завтрак. В холле Сергея не оказалось.
Вера впервые шла и поглядывала по сторонам – бред, конечно, тетка симпатизирует молодому мужчине. Но ощущения были приятными, будто она и не приближается к четвёртому десятку.
Поела с удовольствием. Всё смела! И как оказалось, тоже очень кстати.
Вера, позавтракав, пошла прогуляться. Но отчего-то свернула на первую же аллею, ведущую к её корпусу.
Взяла ключ.
На её прикроватной тумбочке стоял большой букет фрезий. Вера прикрыла дверь, осторожно подобралась к цветам, будто боясь спугнуть их.
– Лиловые… Красота какая!
Она присела на кровать, не в силах оторвать взгляд от такой прелести.
– Это Сережа!..
Вера ликовала. И так приятно… Как никогда в жизни не было!
– Значит, и орхидеи он мне подарил!
Вера не знала, сколько так просидела, глядя на свои любимые цветы. И из этого блаженного состояния Веру вырвал телефонный звонок.
Звонила бабушка.
– Да, бабуль! Привет!
– Верочка… – голос Валентины Эдуардовны срывался. – Вера!..
– Что?! – у Веры в груди похолодело.
– Борька пропал…
А дальше все происходило как в жутком ознобе.
Борька пропал в пятницу! Когда бабушка вернулась после хоровых занятий, то его уже не было. Окна все закрыты, да и сетки стоят на тех створках, которые открывала, когда была дома. На площадку он выскочить не мог – он сидел на пуфике, когда Валентина Эдуардовна уходила.
Валентина Эдуардовна в тот же вечер обошла все дворы – ничего.
Ночь почти не спала. В субботу упросила дежурного слесаря и обошла с ним подвалы ближайших домов. Не то что Борьки, вообще никаких кошек…
Потом Валентина Эдуардовна спросила всех дворников во всех дворах, не видели ли они большого рыжего кота. Никто не видел.
Обошла все квартиры в своём доме – тот же результат.
Валентина Эдуардовна металась от мысли к мысли и каждую проверяла.
В воскресенье она дозвонилась в организацию, машины которой убирают проезжую часть Сивцева Вражка и прилегающих переулков. Дежурный пошёл ей навстречу и дал телефон водителя уборочной машины и даже одного из членов бригады.
Кота никто не видел – Валентина Эдуардовна боялась, что Борьку сбила машина и он был подобран такой бригадой.
Валентина Эдуардовна очень надеялась, что кот жив. Но поскольку поиски ни к чему не привели, решила позвонить Вере.
Вера прокручивала в мыслях всё, что рассказала бабушка, пока бегом, на ходу, отдала ключи человеку, оказавшемуся за стойкой, – парню лет двадцати. Потом вернулась, написала записку. «Я вернусь, пришлось срочно поехать в Москву», – для Сергея. Положила лист посередине кровати… Пока бежала по дорожке к выходу из санатория, подумала, что администратор откуда-то новый взялся. Но, конечно же, сейчас ей было не до этого.
И о Борьке сердце разрывалось, и о бабушке она волновалась – бегала одна, искала, почти не спала.
Рейсовый автобус ушёл у Веры из-под носа. Но она быстро поймала машину и домчалась до станции раньше, чем приехал этот самый автобус. Это было и к лучшему. Электричка уже стояла, и Вера, купив билет, устроилась в начале поезда и тут же набрала бабушкин номер.
– Бабуль, я еду. Уже в электричке. Ты успокойся. Мы вместе что-нибудь сообразим!
Вера успела на одиннадцатичасовой поезд и в Москву должна была прибыть в районе половины первого дня.
Дорога до Москвы показалась каким-то бредом. Вера, не переставая, мысленно перебирала всё рассказанное бабушкой. Воображение рисовало кошмарные картины и поэтому хотела только одного – лишь бы с Борькой ничего не случилось!
Как только объявили, что следующая остановка «Москва – Белорусская», Вера поспешила в тамбур. Она знала, что эту последнюю остановку электричка будет ползти, но терпение её уже оказалось на пределе. Ничего, она постоит, подождёт. Зато на платформу попадёт первой и побежит к метро!
А в метро-то – всего ничего, не больше пятнадцати минут со всеми хождениями, до Кропоткинской. И бегом по бульвару, скорее в свой Сивцев Вражек, в свой сивый овражек и… Стоп!
Сергей сегодня оставил для неё букет из сивых фрезий… Вера понадеялась, что Сергей найдёт записку, которую она написала. Ну, а там уж… Посмотрим, что будет…
Не успела Вера вбежать в подъезд, как зазвонил её мобильный.
– Да, – она ответила, даже не взглянув, кто звонит.
– Действуй, согласно моим инструкциям, и всё будет нормально.
Абонент отключился. Это был звонок от Лены Золотарёвой.
На дрожащих ногах Вера добралась до квартиры. Благо, Валентина Эдуардовна была дома и с ней было всё в порядке, не считая душевного состояния.
Вера крепко обняла бабулю. Они расплакались.
– Верочка, я даже развесила объявления по всей округе. Мы найдём Бореньку! – Валентина Эдуардовна вытирала слёзы. – Только не могу понять, как он из квартиры-то сбежал!
И Валентина Эдуардовна принялась опять объяснять про окна, сетки и двери.
Вера скинула босоножки и прошла в ванную, умыться.
Следующий звонок прозвучал в час дня, Вера едва успела выпить кружку воды.
– Езжай обратно. И, возможно, получишь то, что потеряла, на определённых условиях. Езжай на машине.
Вера прошла в комнату и почти без сил опустилась на диван.
– Бабуль, я скоро поеду обратно, а ты, пожалуйста, поменяй замки. Есть же такие срочные службы. Давай сейчас в Интернете найдём.
– Вера? – Валентина Эдуардовна испугалась своей догадки.
– Да. В квартиру вошли и выкрали Борьку!
– Витя?
– Нет. Лена его.
– Господи… У тебя же есть мои ключи! В комоде, в прихожей лежат…
– Да. Там ещё ключи от маминой квартиры. Но, думаю, они Ленке не нужны.
– Кошмар…
– Бабуль, а ты никому не говорила, куда я уехала?
– Нет. Я и Свете ничего не говорила, хотя она звонила на днях.
Мать Веры уехала вместе со своим мужем-режиссёром в большой гастрольный европейский тур. И незачем ей пока знать обо всём здесь случившемся, вернуться-то она не сможет, только зря нервничать будет.
Валентина Эдуардовна присела на диван рядом с внучкой – сил, действительно, ни на что не осталось. Но надо было собраться и...
– Вер, она где-то хочет передать тебе Борьку?
– Да, – ничего определённого Вера не знала, сплошные догадки. – А сейчас давай, насчёт замков узнаем!
Вера села за стол и включила ноутбук – и тут же её озарила догадка!
– Бабуль, а ты больше на сайт санатория не заходила?
– Нет.
Вера зашла в журнал – так и есть. В прошлую среду обращались к сайту санатория «Реченька» с этого компьютера.
«Так. Значит, она знает, где я отдыхаю. Ну хорошо, по дороге передаст мне Борьку. Только зачем ей это надо? Ладно. Посмотрим».
Вера нашла фирму по срочной замене замков. Сделала заказ и оставила Валентине Эдуардовне деньги.
– Вера, у меня денег достаточно!
– Ничего.
Она стала собираться.
– Ты только позвони мне, Верочка.
– Да, бабуль, как только что-нибудь будет происходить, я буду тебе сообщать. Непременно. Не волнуйся.
– А ты, получается, сегодня вернёшься?
– Почему?
– А как ты будешь в санатории? Там же с животными нельзя!
– Посмотрю…
Валентине Эдуардовне пришла в голову мысль – позвонить Виктору. Только вот вряд ли Вера согласится.
– Вера, я боюсь… Давай лучше сообщим в милицию… ну, в полицию.
– Думаешь, они будут котом заниматься?
– Они будут заниматься тем, что она диктует тебе условия!
– Бабуль, ничего она мне не сделает! И… не вздумай Виктору звонить!
– Но…
– Он получил то, что хотел! Вот пусть и наслаждается. И она, видимо, от счастья…
– Ладно. Только звони мне!
– Конечно, бабуль! – Вера поцеловала Валентину Эдуардовну. – Пока.
Вера взяла ключи от машины и поспешила вниз по лестнице. Она была уверена, что Лена следит за ней. Поэтому не взяла ни одной Борькиной вещи. Потому что взбеситься может от уверенности Веры в том, что кота ей вернёт, и погубить его. Ведь неизвестно, где он пробыл трое суток. Отдавала она кота кому-нибудь или… в машине держала. Ведь наверняка Лена на машине, раз Вере сказала ехать по шоссе.
Вера заскочила в магазин, благо, в их переулке была «Пятерочка», купила пару бутылок питьевой воды и упаковку одноразовых мисок, которые убрала в сумку, как только их пробили в кассе.
По Глазовскому переулку она выехала на Садовое кольцо – эх, нельзя помчаться, как по загородной трассе, ведь до площади Маяковского, где был ближайший разворот, ещё прилично!
Вера была уверена, что Лена попросит её остановиться за городом. И наверняка, она уже едет туда, намного впереди Веры.
– Она вроде бы никогда не говорила, что у неё есть права. Вот, что у её скотины рогатой две машины, это Ленка рассказывала.
Вера, наконец, свернула на Баррикадную улицу – ну всё, кольцо закончилось и теперь только прямо; по крайней мере, по улицам и проспектам.
Когда миновала Красную Пресню, началось Звенигородское шоссе.
– Звенигород! Как же там хорошо! – Вера ехала достаточно быстро, благо, до вечерних пробок ещё было время. – Так… А если Ленка с Виктором? Или нет? Ну… ему-то зачем это нужно? Я и так ушла, оставив их наслаждаться друг другом!
Под Живописным мостом плескалась Москва-река, успевшая стать любимее и желаннее, чем прежде.
– Так, сейчас будет проспект Жукова, а потом и Новая Рига!
Вера замечательно ориентировалась в родном городе, моментально запоминала нужный маршрут. И по Новорижскому шоссе ехала уверенно, уж поворот на Звенигород она не пропустит. А там останется всего ничего: пересечь ещё разок Москву-реку и повернуть налево.
– Ага, размечталась… Ещё неизвестно, где тебя попросят остановиться.
Телефон зазвонил, когда до поворота на Звенигород осталось меньше километра.
– Я жду тебя, немного не доезжая остановки возле санатория. Постарайся побыстрее.
И тут же отбой.
В этот же момент Вера отчётливо поняла, что Лена без Виктора. Побыстрее! Конечно, ей же надо успеть вернуться до его возвращения.
Вере вдруг стало так обидно – ведь они живут в квартире её отца! Или Виктор запамятовал?
Побыстрее. Она сейчас едет по трассе через город, так что никаких побыстрее…
Да и потом – она не слишком хорошо знала, где именно эта остановка, поэтому сейчас повернёт и поедет медленно…
…Когда до остановки осталось чуть-чуть, под колеса машины метнулось рыжее пятно – будто кинули со стороны дороги, из кустов.
Вера затормозила «в пол». И пару минут сидела не шелохнувшись. Осторожно всматриваясь в придорожные заросли. Не было заметно никакого движения, будто этот летящий рыжий комок ей померещился.
– Хочет выманить меня из машины? – Вера разблокировала дверцы. – Да и черт с ней! Главное – Борька!
Она открыла дверь, вышла из машины. Присела на корточки.
– Боря, – позвала Вера. – Ты жив?
Вера молила только о том, чтобы кот был жив. А там уж мы всё исправим!
Из-под машины показалась рыжая голова и на Веру уставился Борька – почти такой же изможденный, как в день их встречи.
– Боренька, – у Веры покатились слёзы из глаз.
Кот прыгнул ей на руки, и она шмыгнула в машину. Но едва Вера успела нажать на кнопку блокировки дверей, перед «Пежо» появилась Лена. Вера не поняла, откуда она вынырнула.
– Жив твой кот? – крикнула она.
Но Вера не обращала на неё внимание. Борька трясущимся комочком свернулся у неё на коленях.
Вера же достала из сумочки упаковку одноразовых мисочек, открыла бутылку с питьевой водой и принялась поить кота.
Борька лакал воду жадно.
Лена подошла к дверце со стороны водителя и постучала по стеклу, потом прислонилась, чтобы получше разглядеть происходящее в салоне.
– Я его в машине трое суток держала! Ничего, коты ведь живучие! Оклемается, – она шлёпнула ладонью по стеклу. – Я хотела сделать тебе больно!!! И коту твоему, чтобы не цапался, сволочь!
Веру затрясло. Хотя она понимала, что у Лены есть один способ добраться до неё – это разбить стекло. Но в руках у неё ничего не было, а значит можно постоять и дать Борьке спокойно напиться. Вера и сама сделала несколько глотков.
А в мыслях билось только одно – если бы она не сбавила скорость, то Борька погиб бы под колесами её машины.
Как только Борька напился, приподнялся на задних лапах, посмотрел Вере в глаза и… обнял её. Как часто делал это дома, дождавшись её прихода с работы. И Вера обхватила это мохнатенькое рыжее тельце.
– Боренька, ты прости меня… Я больше не буду тебя оставлять. И… если понадобится, будем везде ездить вместе. Прости меня, мой хороший…
Они так и сидели, обнявшись, и совершенно не обращая внимания на Лену. Та постукивала по стеклу, пытаясь привлечь к себе их интерес.
Но вот Лена встала перед машиной и постучала ладонью по капоту.
– Отпусти Виктора! Слышишь? Отпусти Виктора! Он мой! Мой, а не твой!
– Развод тебе нужен? – Вера сняла машину с тормоза, собираясь ехать. – Будет тебе развод…
