Кайла и Тиадрам вышли из текущей комнаты со входом в столовый зал через дверь сразу за лестницей, что их туда привела. Оттуда налево по коридору они дошли уже до следующей лестницы наверх, ведущей к четвертому этажу. Еще по пути оба они, пусть и отдельно друг от друга, думали о вопросе «почему столовая располагалась выше кухни», ведь было совершенно очевидно, что прислуге было бы куда проще не поднимать полную еды тару на этаж выше, а, наоборот, спускать ее вниз, затем поднимая уже только пустую посуду. Спешное переоборудование здания под военные цели явно продумывалось людьми не самыми логичными, тем более учитывая, что командиры Демонов все последние часы думали вовсе не об этом – на носу уже был штурм Эмонсена, да и помимо этого у них еще хватало забот с решением собственных проблем после долгожданных встреч со старыми товарищами. Даже Боги Смерти и Страха уже тихо обсуждали между собой события прошлого на последнем этаже здания за парой бутылок старого вина отличной выдержки. Дело было даже не в этом. Правильный вопрос теперь озвучил лично Тиадрам, уже, вместе с Кайлой, вставший на первые ступеньки лестницы перед собой, начиная подъем на четвертый этаж, где располагались уже казармы.
-Зачем было располагать казармы так высоко? – чуть устало вздохнул он.
-Устав в пути, солдат больше хочет спать, и меньше хочет буянить. – не оглядываясь, быстрым и уверенным шагом, подпрыгивая на ступеньках, поднимался рядом с ними туда же, видимо, один из капитанов Демонов.
-Да уж. Ваши воины – те еще буяны. – иронично ухмыльнулась Кайла.
Шум становился все более плотным, и, с тем, повсюду на четвертом этаже тут и там становилось намного больше людей. Как и на этажах ниже, они активно обсуждали что-то между собой, кто-то чистил и полировал оружие, обрабатывал доспехи или даже раны, ел или просто отдыхал. Перед лестницей не было той стены, что, на этажах ниже, служила перегородкой между комнатами разных размеров, и весь тот этаж, отделенный от лестниц в трех разных местах уже левее той, по которой поднялись наши герои, состоял лишь из одного большого и широкого зала, вмещавшего тогда на своем протяжении около двухсот человек. Но то был вовсе не предел – люди продолжали спускаться вниз или подниматься в казармы снизу, отчего их количество постоянно варьировалось на плюс-минус десятки человек. Лежаки были расположены на деревянном полу довольно хаотически, а прочей мебели в зале почти не было. Рядом с лежаками лежали вещи воинов, стояли оселки и импровизированные верстаки, а на самих лежаках иногда уже лежали сами воины. Даже в подобном невыносимом окружающем шуме им наверняка спать было легче и приятнее, чем в заморозке под землей на каменной земле. Они до сих пор чувствовали общий упадок сил и сонливость, и, пусть многие уже предприняли в Лесу попытки разогнать ту сонливость по мышцам боем, некоторые были не такими дуболомами, и фанатично сопротивляться потребностям организма в отдыхе не пытались. Даже внутренняя сила этих Демонов, обволакивающая собой уже все здание целиком, мало способствовала восстановлению их сил после столь долгой, по сути, комы.
Лязги и скрежет металла о оселки тоже сливались уже в монотонный шум, скрывающий за собой речь и частый смех людей. Как было принято считать у всех воинов и помимо Демонов – главным союзником солдата были вовсе не товарищи рядом, а его собственные крепкие доспехи и, в особенности, острый меч. Так было принято, скорее, именно у современных воинов. Демоны еще не имели такой страсти к мечам из всего спектра своего вооружения, да и всегда предпочитали командную работу в бою, нежели одиночно-героические сражения один на один с более вероятным летальным исходом таких одиночек. Некоторые Демоны использовали в бою даже боевые хлысты, что, может быть, были не слишком эффективны для убийства имтердов или ардов, но имели вполне серьезный спектр возможностей обездвиживания врага для помощи в его уничтожении своим союзникам. Будучи воинами древних времен, Демоны правда чувствовали в глубине души себя куда более одинокими, нежели современные воины. Именно поэтому они всегда так тянулись к дружбе, и так рьяно сражались именно в кругу друзей и товарищей. Даже в гибернации они находились одной дружной семьей, под присмотром самых уважаемых своих товарищей и командиров, и теперь, снова собравшись вместе, ни на секунду не оставались без компании. Если, конечно, не спали. Хотя…
-Эван! – кричал рядом с уже проходящими мимо Кайлой и Тиадрамом один из Демонов постарше, довольно жестоко пиная латным сапогом своего товарища в спину, пока тот мирно спал. – Вставай, рохля.
-Не буди ты лихо, пока оно тихо. – хлопая товарища рукой по наплечнику качал головой его товарищ рядом.
-Да оно не тихо! Послушай сам!
То и дело расталкивая людей вокруг плечами, Кайла и Тиадрам ушли уже слишком далеко в сторону центра зала, и, разумеется, в шуме чужих голосов и прочих звуков, никакого храпа спящего Демона не слышали. Тем более, что в зале и помимо него многие спящие воины сопели, будто дремлющие драконы. Возможно, они слегка простыли на солнце после заморозки? Тогда было не мудрено, что они так легко, и, главное, в такое время, засыпали. Был уже почти вечер, но точно не поздний, а энергии у воинов старой закалки наверняка раньше было достаточно, чтобы не спать по несколько суток, даже продолжая при этом серьезно сражаться.
Всего одна лестница вела из тех казарм в…еще одни казармы выше. Здесь было уже просторнее, зал выглядел куда больше сам по себе, и по бокам его в везде открытых комнатах располагались изредка что-то говорящие мыслями вслух, висящие всем телом над столами с картами, командиры воинов. Скорее всего, когда-то этот зал служил местом проведения каких-то театральных спектаклей и представлений, ибо даже невысокие подмостки сохранились оттого впереди, на протяжении всей дальней стены зала. Над подмостками все еще висели красные занавесы. И, как и на этаже ниже, тут и там здесь отдыхали воины, кто-то из людей «будущего» делился новыми знаниями со своими многовековыми коллегами, но большинство просто болтали ни о чем, параллельно занимаясь ремонтом своего поеденного временем снаряжения. Некоторые воины были даже ранены монстрами во время Большой Чистки, и теперь, часто также не отвлекаясь от веселых бесед, зашивали раны или перевязывались, даже не упуская возможности оценить при этом «алкоголя нового времени», что использовали явно не в медицинских целях. Один из капитанов современной армии Ирмии даже попросил компанию Демонов у дверей своего штаба прекратить употребление алкоголя ввиду близости скорой мобилизации их отряда в войске Северного фронта. Ответ компании, разумеется, не заставил себя долго ждать.
-Мы притупляем боль и обеззззззззараживаемся! – на пару секунд завис над буквой «з» последнего слова один из Демонов, подняв над импровизированным обеденным столом из чужого лежака оторванную осатом в Лесу по локоть уже перевязанную бинтами руку.
Страсть к алкоголю была весьма частым явлением у Демонов. Постоянный стресс, скорбь потери родных и близких под гнетом имтердов, тем более вечно веселые компании, братским духом пытающиеся побороть в себе робость – все это только способствовало употреблению сей, фактически, отравы, особенно опасной для воинов в бою. Но она правда им помогала. И дело было не только в заглушении боли душевной, но и в повышении порога боли, с коим сражения проходили куда спокойнее, и они не теряли боевого настроя даже потеряв в бою какую-либо часть тела. В их войске было немало целителей, с помощью окто способных вернуть воинам потерянные части тела, если те не были им жизненно важны, и воины забрали их на лечение с собой с поля боя. Потерянные головы, как и внутренние органы, обычно восстановлению не подлежали, и потому все Демоны предпочитали для сражений использовать именно тяжелые доспехи, укрепляя нагрудники и шлемы, так или иначе облегчаясь за счет не слишком толстых наручей и поножей. Злоупотреблять помощью своих целителей они все равно не могли, особенно учитывая, что армия их врага изначально была, фактически, бессмертна, и возрождалась Синим Пламенем Совенрара без каких-либо усилий.
Справа и слева от центральной лестницы были еще две таковые, ведущие уже на шестой, самый последний этаж здания. Кайла и Тиадрам должны были подняться туда, чтобы поговорить лично с Чеистумом о своей роли в штурме Эмонсена, как и договаривались еще в начале Большой Чистки. К сожалению, справа наверху, у самых дверей, их остановил громоздкий страж из числа все тех же Демонов, но особенно крупный и тяжело бронированный, удерживающий в той тесноте от одной стены до другой вставшую диагонально немалую алебарду.
-Бог Смерти назначил нам встречу наверху. – неуверенно кивнула стражу Кайла.
-Кайла и Тиадрам? – голосом как из бочки серьезно, не моргнув и глазом под забралом шлема, спросил страж.
-Они самые. – уже без доли улыбки от вида собеседника ответил Тиадрам.
-Пожалуйста, подождите в зале. – мгновенно спокойнее и проще кивнул им страж. Сам он, внезапно, также перестал казаться нашим героям таким жутким и безжизненным, словно статуя. – Человек, который решит ваш вопрос, поговорит с вами внизу.
-То есть – как внизу? На первом этаже? – не понял Тиадрам, уже успев заранее оттого расстроиться.
-Ему будет проще, если вы, сначала, отдохнете в зале на этом этаже.
Тиадрам вздохнул уже легче.
-А этот человек…Кто он? – с каким-то неожиданным даже для себя подозрением спросила Кайла.
-Мы не знаем. Говорят, что он герой вашего времени. Прибыл чуть раньше вас. – качал головой страж.
-Он не называл имени?
-Корим, кажется. – задумчиво отвел взгляд страж.
С тихим трепетом в сердце на лицо девушки набежала улыбка.
-Поняла. Спасибо, мы пойдем вниз. Он нас точно не потеряет. – весело кивнула она тому стражу, тем не менее самому в лице так и не поменявшемуся.
Девушка первая сорвалась с места, и быстрым, летящим шагом начала спускаться вниз, уже заранее, издали, разглядывая зал, и стараясь найти там место поудобнее для себя и друга. Сам же друг Тиадрам, не совсем понимая ситуации, хоть зная Корима лично, зная и его взаимоотношения с Кайлой, не прощаясь со стражем, спуск вниз начал уже чуть позже, едва не потеряв девушку из виду за силуэтами стоящих как раз на углу лестницы местных сплетников.
-Погоди, Кайла! – уже быстрее он подскочил к ней, продолжая путь уже на той же скорости, что и она, рядом. – Разве это звучит хорошо?
-Ты о чем? – неуверенно посмотрела на друга Кайла, скинув с головы капюшон, чтобы дядя Корим наверняка потом легко заметил среди серых как один Демонов ее золотистые волосы.
-Корим рассказывал мне свою историю. Теперь он пришел сюда, значит, может быть, он тоже хочет отомстить Думе? – сам уже осматриваясь по залу, стараясь найти свободное место среди то и дело ходящих без дела мимо Демонов, жал плечами юноша.
-Будь даже так, я бы не стала вставать на пути его мести. – весело ухмыльнулась девушка. – Тем более, ты же слышал его песнь? Симфонию Слез.
-Конечно.
-«Теряясь во тьме, сражаясь с Бездной, не дай себе поддаться мести». – тихо и красиво, медленно качая головой, напела слова той песни Кайла.
-Но зачем тогда он сюда пришел? – все еще не понимал Тиадрам.
-Это же его город, дурачок! – весело посмеялась про себя Кайла.
-Я знаю, просто… - продолжал чесать затылок он. – Он же говорил, что не хочет больше сюда возвращаться.
-Это шутка, конечно. Только Корим и его Богиня Лорея будут сражаться на северном фронте, и поэтому дядя пришел сюда, как и остальные воины того фронта.
Время ожидания реакции со стороны Тиадрама превысило таковую у обычного человека, и едва не переступила отметку «тугодум», за которую он тут же переставил себя сам с громким шлепком ладони по лбу.
-Давай искать место для отдыха. Тем более, у тебя тоже есть раны, которые надо бы перевязать. – добродушно улыбаясь, вздохнула Кайла.
-Да, давай. – вздыхая уже тяжелее, с позором признал себя самого дураком Тиадрам. Кайла, разумеется, не думала так о нем даже подсознательно. Юноша был, просто, слишком критичен в оценке себя самого и своих действий.
В большинстве своем, воины ближе к центру зала сидели на полу, и пусть здесь их было куда меньше, чем на этаже ниже, их собрания все равно оставались слишком плотными, чтобы за ними совсем не было видно на том полу свободного места. На сцене ситуация была попроще, и Кайла даже присмотрела себе и Тиадраму там хорошее место еще с самой лестницы. Примерно в то же время задремавший мужчина, скорее всего являвшийся не Демоном, а вовсе бывшим стражником города, неуклюже перевернувшись на бок, упал со своего лежака, краем лежавшего ровно на границе подмостка. Не сказать, что его это слишком отвлекло ото сна, тем более зная, как тяжелы были приготовления последних дней для современных солдат по переходу в новую армию, и в каких экстремальных условиях уже приходилось спать тем стражникам на постах раньше. В той стороне, чуть позади его лежака, на сцене еще было хорошо заметное издали свободное место, и обоим нашим героям оно было по вкусу.
-Пойдем. – скомандовал Тиадрам, сам для себя решив, что спать они с Кайлой все равно не будут, и для отдыха им подойдет любое место, лишь бы не на самом краю сцены.
Кайла пошла вслед за другом уже чуть подождав, пытаясь понять, какое место он для них выбрал. Как оказалось – то же самое, на которое уже минуту в раздумьях смотрела она сама.
Пройти мимо всех тех компаний, развалившихся на полу, будто нежащиеся под солнцем морские котики, чаще всего так же животом кверху, было достаточно проблематично ввиду недостатка свободного места даже между ними. Не наступишь на человека, так наступишь на его вещи или еду, разбросанные в почти хаотическом порядке вокруг. Очевидно, что многие Демоны, после шумного застолья на пару этажей внизу, решили захватить часть пищи с собой в казармы, и даже не брезговали раскладывать ее вокруг себя в количестве и качестве не хуже, чем у современных богачей, уже не думая о причиняемых ими остальным людям неприятностях. Конечно, политика тех лет не предусматривала обмен между людьми различными предметами «не просто так» ввиду слишком разросшейся системы взаимного доверия и единства расы. До самой трагедии Храма Вордилиона, людей угощали самыми разными плодами мира лично имтерды, наиболее щедрыми среди которых были их Верховная Властительница Ширава и южный Военачальник (тогда еще Ученый) имтердов Алиакиф. Виноград, который активно поедал гроздьями Демон у самой лесенки справа от сцены, и которого случайно коленом подтолкнул в спину Тиадрам в попытке протиснуться мимо между ним и прочими людьми, выращивался лично Алиакифом на Юге, и уже намного позже перешел на Север и Запад, прижившись и уродившись там, став началом особенно любимого имтердами напитка, названного вином. Сами имтерды, правда, личностно очень отличались от людей даже будучи под командованием Ширавы. Помимо внешних различий и строения организма с ростом органической Сколы для изменения, в первую очередь, скелета, имтерды отличались и куда меньшим спектром эмоций, что, пусть не делало их совсем безжизненными, все же позволяло людям видеть их для себя «скучными».
-Зачем было располагать казармы так высоко? – чуть устало вздохнул он.
-Устав в пути, солдат больше хочет спать, и меньше хочет буянить. – не оглядываясь, быстрым и уверенным шагом, подпрыгивая на ступеньках, поднимался рядом с ними туда же, видимо, один из капитанов Демонов.
-Да уж. Ваши воины – те еще буяны. – иронично ухмыльнулась Кайла.
Шум становился все более плотным, и, с тем, повсюду на четвертом этаже тут и там становилось намного больше людей. Как и на этажах ниже, они активно обсуждали что-то между собой, кто-то чистил и полировал оружие, обрабатывал доспехи или даже раны, ел или просто отдыхал. Перед лестницей не было той стены, что, на этажах ниже, служила перегородкой между комнатами разных размеров, и весь тот этаж, отделенный от лестниц в трех разных местах уже левее той, по которой поднялись наши герои, состоял лишь из одного большого и широкого зала, вмещавшего тогда на своем протяжении около двухсот человек. Но то был вовсе не предел – люди продолжали спускаться вниз или подниматься в казармы снизу, отчего их количество постоянно варьировалось на плюс-минус десятки человек. Лежаки были расположены на деревянном полу довольно хаотически, а прочей мебели в зале почти не было. Рядом с лежаками лежали вещи воинов, стояли оселки и импровизированные верстаки, а на самих лежаках иногда уже лежали сами воины. Даже в подобном невыносимом окружающем шуме им наверняка спать было легче и приятнее, чем в заморозке под землей на каменной земле. Они до сих пор чувствовали общий упадок сил и сонливость, и, пусть многие уже предприняли в Лесу попытки разогнать ту сонливость по мышцам боем, некоторые были не такими дуболомами, и фанатично сопротивляться потребностям организма в отдыхе не пытались. Даже внутренняя сила этих Демонов, обволакивающая собой уже все здание целиком, мало способствовала восстановлению их сил после столь долгой, по сути, комы.
Лязги и скрежет металла о оселки тоже сливались уже в монотонный шум, скрывающий за собой речь и частый смех людей. Как было принято считать у всех воинов и помимо Демонов – главным союзником солдата были вовсе не товарищи рядом, а его собственные крепкие доспехи и, в особенности, острый меч. Так было принято, скорее, именно у современных воинов. Демоны еще не имели такой страсти к мечам из всего спектра своего вооружения, да и всегда предпочитали командную работу в бою, нежели одиночно-героические сражения один на один с более вероятным летальным исходом таких одиночек. Некоторые Демоны использовали в бою даже боевые хлысты, что, может быть, были не слишком эффективны для убийства имтердов или ардов, но имели вполне серьезный спектр возможностей обездвиживания врага для помощи в его уничтожении своим союзникам. Будучи воинами древних времен, Демоны правда чувствовали в глубине души себя куда более одинокими, нежели современные воины. Именно поэтому они всегда так тянулись к дружбе, и так рьяно сражались именно в кругу друзей и товарищей. Даже в гибернации они находились одной дружной семьей, под присмотром самых уважаемых своих товарищей и командиров, и теперь, снова собравшись вместе, ни на секунду не оставались без компании. Если, конечно, не спали. Хотя…
-Эван! – кричал рядом с уже проходящими мимо Кайлой и Тиадрамом один из Демонов постарше, довольно жестоко пиная латным сапогом своего товарища в спину, пока тот мирно спал. – Вставай, рохля.
-Не буди ты лихо, пока оно тихо. – хлопая товарища рукой по наплечнику качал головой его товарищ рядом.
-Да оно не тихо! Послушай сам!
То и дело расталкивая людей вокруг плечами, Кайла и Тиадрам ушли уже слишком далеко в сторону центра зала, и, разумеется, в шуме чужих голосов и прочих звуков, никакого храпа спящего Демона не слышали. Тем более, что в зале и помимо него многие спящие воины сопели, будто дремлющие драконы. Возможно, они слегка простыли на солнце после заморозки? Тогда было не мудрено, что они так легко, и, главное, в такое время, засыпали. Был уже почти вечер, но точно не поздний, а энергии у воинов старой закалки наверняка раньше было достаточно, чтобы не спать по несколько суток, даже продолжая при этом серьезно сражаться.
Всего одна лестница вела из тех казарм в…еще одни казармы выше. Здесь было уже просторнее, зал выглядел куда больше сам по себе, и по бокам его в везде открытых комнатах располагались изредка что-то говорящие мыслями вслух, висящие всем телом над столами с картами, командиры воинов. Скорее всего, когда-то этот зал служил местом проведения каких-то театральных спектаклей и представлений, ибо даже невысокие подмостки сохранились оттого впереди, на протяжении всей дальней стены зала. Над подмостками все еще висели красные занавесы. И, как и на этаже ниже, тут и там здесь отдыхали воины, кто-то из людей «будущего» делился новыми знаниями со своими многовековыми коллегами, но большинство просто болтали ни о чем, параллельно занимаясь ремонтом своего поеденного временем снаряжения. Некоторые воины были даже ранены монстрами во время Большой Чистки, и теперь, часто также не отвлекаясь от веселых бесед, зашивали раны или перевязывались, даже не упуская возможности оценить при этом «алкоголя нового времени», что использовали явно не в медицинских целях. Один из капитанов современной армии Ирмии даже попросил компанию Демонов у дверей своего штаба прекратить употребление алкоголя ввиду близости скорой мобилизации их отряда в войске Северного фронта. Ответ компании, разумеется, не заставил себя долго ждать.
-Мы притупляем боль и обеззззззззараживаемся! – на пару секунд завис над буквой «з» последнего слова один из Демонов, подняв над импровизированным обеденным столом из чужого лежака оторванную осатом в Лесу по локоть уже перевязанную бинтами руку.
Страсть к алкоголю была весьма частым явлением у Демонов. Постоянный стресс, скорбь потери родных и близких под гнетом имтердов, тем более вечно веселые компании, братским духом пытающиеся побороть в себе робость – все это только способствовало употреблению сей, фактически, отравы, особенно опасной для воинов в бою. Но она правда им помогала. И дело было не только в заглушении боли душевной, но и в повышении порога боли, с коим сражения проходили куда спокойнее, и они не теряли боевого настроя даже потеряв в бою какую-либо часть тела. В их войске было немало целителей, с помощью окто способных вернуть воинам потерянные части тела, если те не были им жизненно важны, и воины забрали их на лечение с собой с поля боя. Потерянные головы, как и внутренние органы, обычно восстановлению не подлежали, и потому все Демоны предпочитали для сражений использовать именно тяжелые доспехи, укрепляя нагрудники и шлемы, так или иначе облегчаясь за счет не слишком толстых наручей и поножей. Злоупотреблять помощью своих целителей они все равно не могли, особенно учитывая, что армия их врага изначально была, фактически, бессмертна, и возрождалась Синим Пламенем Совенрара без каких-либо усилий.
Справа и слева от центральной лестницы были еще две таковые, ведущие уже на шестой, самый последний этаж здания. Кайла и Тиадрам должны были подняться туда, чтобы поговорить лично с Чеистумом о своей роли в штурме Эмонсена, как и договаривались еще в начале Большой Чистки. К сожалению, справа наверху, у самых дверей, их остановил громоздкий страж из числа все тех же Демонов, но особенно крупный и тяжело бронированный, удерживающий в той тесноте от одной стены до другой вставшую диагонально немалую алебарду.
-Бог Смерти назначил нам встречу наверху. – неуверенно кивнула стражу Кайла.
-Кайла и Тиадрам? – голосом как из бочки серьезно, не моргнув и глазом под забралом шлема, спросил страж.
-Они самые. – уже без доли улыбки от вида собеседника ответил Тиадрам.
-Пожалуйста, подождите в зале. – мгновенно спокойнее и проще кивнул им страж. Сам он, внезапно, также перестал казаться нашим героям таким жутким и безжизненным, словно статуя. – Человек, который решит ваш вопрос, поговорит с вами внизу.
-То есть – как внизу? На первом этаже? – не понял Тиадрам, уже успев заранее оттого расстроиться.
-Ему будет проще, если вы, сначала, отдохнете в зале на этом этаже.
Тиадрам вздохнул уже легче.
-А этот человек…Кто он? – с каким-то неожиданным даже для себя подозрением спросила Кайла.
-Мы не знаем. Говорят, что он герой вашего времени. Прибыл чуть раньше вас. – качал головой страж.
-Он не называл имени?
-Корим, кажется. – задумчиво отвел взгляд страж.
С тихим трепетом в сердце на лицо девушки набежала улыбка.
-Поняла. Спасибо, мы пойдем вниз. Он нас точно не потеряет. – весело кивнула она тому стражу, тем не менее самому в лице так и не поменявшемуся.
Девушка первая сорвалась с места, и быстрым, летящим шагом начала спускаться вниз, уже заранее, издали, разглядывая зал, и стараясь найти там место поудобнее для себя и друга. Сам же друг Тиадрам, не совсем понимая ситуации, хоть зная Корима лично, зная и его взаимоотношения с Кайлой, не прощаясь со стражем, спуск вниз начал уже чуть позже, едва не потеряв девушку из виду за силуэтами стоящих как раз на углу лестницы местных сплетников.
-Погоди, Кайла! – уже быстрее он подскочил к ней, продолжая путь уже на той же скорости, что и она, рядом. – Разве это звучит хорошо?
-Ты о чем? – неуверенно посмотрела на друга Кайла, скинув с головы капюшон, чтобы дядя Корим наверняка потом легко заметил среди серых как один Демонов ее золотистые волосы.
-Корим рассказывал мне свою историю. Теперь он пришел сюда, значит, может быть, он тоже хочет отомстить Думе? – сам уже осматриваясь по залу, стараясь найти свободное место среди то и дело ходящих без дела мимо Демонов, жал плечами юноша.
-Будь даже так, я бы не стала вставать на пути его мести. – весело ухмыльнулась девушка. – Тем более, ты же слышал его песнь? Симфонию Слез.
-Конечно.
-«Теряясь во тьме, сражаясь с Бездной, не дай себе поддаться мести». – тихо и красиво, медленно качая головой, напела слова той песни Кайла.
-Но зачем тогда он сюда пришел? – все еще не понимал Тиадрам.
-Это же его город, дурачок! – весело посмеялась про себя Кайла.
-Я знаю, просто… - продолжал чесать затылок он. – Он же говорил, что не хочет больше сюда возвращаться.
-Это шутка, конечно. Только Корим и его Богиня Лорея будут сражаться на северном фронте, и поэтому дядя пришел сюда, как и остальные воины того фронта.
Время ожидания реакции со стороны Тиадрама превысило таковую у обычного человека, и едва не переступила отметку «тугодум», за которую он тут же переставил себя сам с громким шлепком ладони по лбу.
-Давай искать место для отдыха. Тем более, у тебя тоже есть раны, которые надо бы перевязать. – добродушно улыбаясь, вздохнула Кайла.
-Да, давай. – вздыхая уже тяжелее, с позором признал себя самого дураком Тиадрам. Кайла, разумеется, не думала так о нем даже подсознательно. Юноша был, просто, слишком критичен в оценке себя самого и своих действий.
В большинстве своем, воины ближе к центру зала сидели на полу, и пусть здесь их было куда меньше, чем на этаже ниже, их собрания все равно оставались слишком плотными, чтобы за ними совсем не было видно на том полу свободного места. На сцене ситуация была попроще, и Кайла даже присмотрела себе и Тиадраму там хорошее место еще с самой лестницы. Примерно в то же время задремавший мужчина, скорее всего являвшийся не Демоном, а вовсе бывшим стражником города, неуклюже перевернувшись на бок, упал со своего лежака, краем лежавшего ровно на границе подмостка. Не сказать, что его это слишком отвлекло ото сна, тем более зная, как тяжелы были приготовления последних дней для современных солдат по переходу в новую армию, и в каких экстремальных условиях уже приходилось спать тем стражникам на постах раньше. В той стороне, чуть позади его лежака, на сцене еще было хорошо заметное издали свободное место, и обоим нашим героям оно было по вкусу.
-Пойдем. – скомандовал Тиадрам, сам для себя решив, что спать они с Кайлой все равно не будут, и для отдыха им подойдет любое место, лишь бы не на самом краю сцены.
Кайла пошла вслед за другом уже чуть подождав, пытаясь понять, какое место он для них выбрал. Как оказалось – то же самое, на которое уже минуту в раздумьях смотрела она сама.
Пройти мимо всех тех компаний, развалившихся на полу, будто нежащиеся под солнцем морские котики, чаще всего так же животом кверху, было достаточно проблематично ввиду недостатка свободного места даже между ними. Не наступишь на человека, так наступишь на его вещи или еду, разбросанные в почти хаотическом порядке вокруг. Очевидно, что многие Демоны, после шумного застолья на пару этажей внизу, решили захватить часть пищи с собой в казармы, и даже не брезговали раскладывать ее вокруг себя в количестве и качестве не хуже, чем у современных богачей, уже не думая о причиняемых ими остальным людям неприятностях. Конечно, политика тех лет не предусматривала обмен между людьми различными предметами «не просто так» ввиду слишком разросшейся системы взаимного доверия и единства расы. До самой трагедии Храма Вордилиона, людей угощали самыми разными плодами мира лично имтерды, наиболее щедрыми среди которых были их Верховная Властительница Ширава и южный Военачальник (тогда еще Ученый) имтердов Алиакиф. Виноград, который активно поедал гроздьями Демон у самой лесенки справа от сцены, и которого случайно коленом подтолкнул в спину Тиадрам в попытке протиснуться мимо между ним и прочими людьми, выращивался лично Алиакифом на Юге, и уже намного позже перешел на Север и Запад, прижившись и уродившись там, став началом особенно любимого имтердами напитка, названного вином. Сами имтерды, правда, личностно очень отличались от людей даже будучи под командованием Ширавы. Помимо внешних различий и строения организма с ростом органической Сколы для изменения, в первую очередь, скелета, имтерды отличались и куда меньшим спектром эмоций, что, пусть не делало их совсем безжизненными, все же позволяло людям видеть их для себя «скучными».
