Селение по меркам Украины было небольшое, дворов тридцать от силы. Транспорт остановился в начале единственной улицы, и полицейские спрыгнули в снег. Взводные озвучили информацию, что население данной деревеньки подверглось нападению партизан и им следовало обыскать все дома с целью выяснения последствий налета и сбора улик для дальнейшего документирования. Сегодня с ними на выезде был даже следователь. Этого мужичка Чижов запомнил на всю жизнь. «Бухгалтер», так про себя окрестил следователя Григорий, имел при себе папку с бумагой и письменные принадлежности. «Шума» начали прочесывать поселение. Едва Григорий переступил порог первой хаты, как его сапоги вступили во что-то липкое. Это была кровь. В светлице на полу лежали обезображенные тела мужчины и женщины. Над ними склонился старик, который горько плакал.
-Что тут произошло? – присел с ним рядом «шума».
-Это партизаны сделали? – кивнул Гриша на изрубленных топором людей.
-Мясник, - несуразно ответил пожилой человек.
-Какой мясник?
-Там, - ткнул он рукой во вторую комнату. По наличию в помещении колыбельной и игрушек, Гришка догадался, что это детская комната. Что там могло быть такое, что заинтересует шуцмана? Заглянул в колыбельную и его чуть не стошнило. В ней лежал ребенок с отрезанной головой. Гришка выскочил во двор и вырвал в сугроб все, что съел сегодня утром.
-Что там такое? – поинтересовался подошедший к нему Игнатов.
-Сам посмотри, - не стал ничего говорить Чижов. Федька вошел в дом и быстро вернулся обратно бледный как стена.
-Сволочи! Почему такая жестокость? В чем они виноваты? – задал естественные вопросы дружок. Гришка хотел спросить, а в чем были виноваты евреи из Сарненского гетто, но предпочел не трогать эту тему. Даже фашисты, так жестоко не лишали жизней своих жертв.
-Следователь сказал, чтобы всех свидетелей тащили к нему. Ты какие-нибудь улики нашел? – спросил Федор.
-Какие улики? – снова стошнило Гришу. Федька вывел из дома старика.
-Это были партизаны? – тормошил он за плечо деда.
-Нет, - тихо ответил поляк.
-А кто тогда? Нам сказали, что на вас напали партизаны.
-Это переодетые бандеровцы. Я узнал местного резника. Он частенько приезжал к нам забивать скот. Он не был партизаном, - пояснил дедушка.
-Откуда ты знаешь? – не верил услышанному Игнатов.
-Люди говорили, - был краток пожилой человек.
-Пошли в дом к старосте, там все расскажешь нашему следователю, - приказал «шума».
-Это он сделал? – немного пришел в себя Григорий.
-Да, «мясник». Это его кличка, - подтвердил дед.
-Как он выглядит? – почему-то заинтересовался Чижов.
-Высокий, темноволосый. На левой руке нет одного пальца, - попытался описать убийцу оставшийся в живых свидетель.
-Он был не один? – интересовался дальше шуцман.
-Их было много. Я не знаю сколько, не считал.
-Почему они так поступили? – продолжал задавать вопросы Гриша.
-Хотели, чтобы все подумали, что это сделали партизаны, - последовал вполне закономерный ответ старика. Пока довели деда к дому старосты узнали, что подобная резня происходила во всем поселении. От вида таких зверств вывернуло наизнанку не одного Чижова. Свидетелями массовых убийств, стали несколько оставшихся в живых человек. Они все сидели в одной комнате и отвечали на вопросы «бухгалтера». Тот сидел за столом и старательно записывал показания очевидцев. На лавке лежали вещественные доказательства в виде двух головных уборов с пятиконечными звездами на тулье. В виду отсутствия в поселении мужчин шуцманам пришлось копать братскую могилу, чтобы похоронить убитых. Самое неприятное было сносить порубленные тела к вырытой яме. Следователь насчитал 149 трупов жителей села, возрастом от мала до велика. Завершив погребение, Гришка возвращался к машинам, когда заметил как Васька Зленко и Степан пинают ногами лежащего на снегу деда поляка.
-Вы что с ума сошли? – вмешался Чижов.
-Пусть знает гад, что говорить, - разгоряченный избиением произнес Зленко.
-Ему сказали, что на Паросли напали партизаны, а он порочит достойных людей.
-Это ОУНовцев что ли? – уточнил Григорий.
-И ты туда же? Тебе тоже доказательств мало? Спроси у следователя, он тебе скажет, - огрызнулся Бородай.
-Своих покрываете? – не испугался новоиспеченный ефрейтор.
-Чего тебе надо? – угрожающе двинулся в его сторону Василий.
-Ты снова за свое? – недовольно пробурчал Степан.
-Отпустите старика, - потребовал Чижов.
-А то, что? – с вызовом спросил Зленко.
-Посмотрите, - стоял на своем Гришка. Бородай решил не доводить дело до открытого конфликта и оттащил в сторону дружка.
-Рано ты оперился Гриша, - процедил сквозь зубы Степан.
-На покровительство унтерштурмфюрера рассчитываешь? Немцы тоже не вечные.
-Можно ему так и передать? – с издевкой в голосе спросил Чижов. Дружки сочли нужным промолчать и пройти мимо.
Ульрих Дитрих, впечатленный такой кровожадностью партизан, решил провести облаву в близлежащих населенных пунктах. Его бронетранспортер рванул вперед, поднимая гусеницами вихри снега. Грузовики с шуцманами потянулись следом. Украинское село Мельница Малая взяли в кольцо и начали прочесывание. Заходили в каждую хату, чтобы проверить дом на предмет наличия в нем подозрительных особ. Чижов со своим отделением прошел несколько хат и только в третьей застал мужчину, который не являлся хозяином данного подворья.
-Кто такой будешь? – строго поинтересовался у мужчины ефрейтор.
-Односельчанин я. В гости по-соседски зашел, - заверил полицейских незнакомец. Хозяева одновременно закивали головами, подтверждая сказанные слова.
-И где твой дом? – не верил на слово шуцман.
-Так через два дома, - заверил «шума» гость. В доме, ни каких предметов указывающих на пребывание здесь партизан, найдено не было, и возможно никто бы не обратил особого внимания на соседского мужика, но Грише не понравился взгляд сельского жителя. Холодный, оценивающий, такой бывает у людей уверенных в своих силах и знающих чего они хотят. Хозяева наоборот опускают головы, боясь смотреть в лицо шуцманам, и всячески при этом заискивают перед полицаями. Этот ведет себя так, словно и не боится «шума», а лишь просто опасается.
-Пойдем, покажешь, где ты живешь, - предложил ему Чижов. Высокий, темноволосый мужчина, крепкого телосложения подошел к примитивной вешалке, на которой висела зимняя одежда, и снял с нее тулуп. Гришка внимательно наблюдал за его действиями и поэтому сразу же обратил внимание, что у крестьянина на левой руке не хватает одного пальца. Ему моментально вспомнились слова польского старика о «мяснике». А может это он и есть? – мелькнула в его голове шальная мысль. Темноволосый мужчина повел за собой гурьбу полицейских. Он уверенно открыл калитку и шагнул во двор одного из домов. Выскочившая из будки собака залилась громким лаем. На ее голос из дома выбежала перепуганная женщина, на ходу набрасывая платок себе на голову.
-Вот тут я живу, а это моя жена Маруся, - четко произнес мужчина. Хозяйка немного стушевалась, переводя взгляд с так называемого мужа на вооруженных людей.
-Проходите в хату, - нашла, что сказать после минутной задержки Маруся. Чижов кивнул парням в сторону хозяйственных построек, чтобы они провели так обыск, а сам последовал приглашению хозяйки. Мужчина по праву хозяина присел за стол, приглашая сделать тоже самое и ефрейтора. Игнатов нырнул в соседнюю комнату, чтобы посмотреть, что там находится.
-Маруся, надо угостить гостя, - распорядился домовладелец.
-Чекай, через хвилинку буде зроблено, - затараторила по-украински крестьянка и направилась к печке. То, что женщина знала этого человека, было бесспорно, но это еще не значило, что он был ее мужем. Гриша прошелся по светлице, рассматривая фотографии на стенах.
-Как мужа-то зовут? – невзначай спросил Гриша.
-Дмитро, - ответила Маруся.
- Дмитрий значит? А что же я его на фотографиях не вижу? – хитренько улыбнулся шуцман. Женщина в растерянности замолчала.
-А мы недавно сошлись, вот и не успели сфотографироваться, - нашел, что ответить хозяин. Гришка ходил кругами по дому, подмечая всякие мелкие детали. Отсутствие мужских вещей, одна подушка на кровати. Все говорило о том, что женщина жила одна.
-И документы у тебя имеются?
-Какие документы? Война на дворе. Официально я не работаю, вот и не имею аусвайса.
-Как же вы проживаете? Сараюшка небольшой. Хозяйство хоть имеется?
-Имеется. Коровка, да куры, - сообщила жена. В дом вошли парни, что проводили обыск в хозяйственных постройках.
-Все чисто, - доложили они. Маруся поставила на стол тарелку с солеными огурцами, положила пару луковиц и нарезала хлеба. Все это шло как закуска к бутылю самогона, который водрузила в центр стола крестьянка. Полицаи потирали руки в предвкушении выпивки.
-Не густо. Чем же вы перебиваетесь? Где хозяин работает? – не переставал Гриша задавать вопросы, но не Дмитрию, а его жене.
-Так Дмитро скотину рiже. Вiн рiзник, - снова на украинском языке призналась Маруся.
-Что-то не так? Или это запрещено законом? – стал волноваться хозяин дома, почувствовав какой-то нездоровый интерес к его персоне у представителя власти. Дмитрий плеснул мутноватую жидкость в стаканы, и полицаи потянулись к ним руками. Чижов за стол садиться не стал, а подошел к хозяйке, копошащейся у плиты.
-Коровка молока много дает? – задал он бытовой вопрос.
-Не очень, - насторожилась Маруся.
-А зовут коровку как?
-Зорька, - тихо произнесла женщина.
-Мужа-то давно потеряла? Это ведь не твой муж.
-Чего ты к моей бабе пристал? – встревожился Дмитрий.
-Не твоя это баба и ты не тот за кого себя выдаешь. Резник говоришь? – обратился Гриша к Марусе, кивая в сторону якобы ее мужа.
-Видели мы его работу в Парослях. Только там тебя «мясником» называли. Ты малых деток топором рубил. Никого не щадил.
От этих слов Дмитро поменялся в лице. Рядом сидящие полицейские удивленно смотрели на мужчину.
-Да что он такое говорит? Наверное, путает с кем-то? – заволновался мужик.
-А сейчас мы и проверим. Ведите его к старосте, там и узнаем, муж он Марусе или нет.
Дмитрий рванулся к лежащему на столе ножу, но Игнатов был начеку и перехватил его руку. Тут шуцманы навалились на крестьянина и скрутили его.
-Что это за хозяин, если на него лает дворовой пес? Может, скажешь как кличка вашей коровы? Ты же тут хозяин. Или забыл, а может, и не знал вовсе?
-Красуня, - выдавил из себя мужик.
-Ни какая она не Красуня, а Зорька. Смотри Федя, все приметы перечисленные стариком сходятся. Высокий, темноволосый, не хватает пальца на руке и самое главное, что забойщик. Вот только вместо скотины на людей перешел, - был доволен своим расследованием полицай.
-Тащите его к старосте, - скомандовал Чижов.
В центре села у бронетранспортера стоял унтерштурмфюрер Дитрих, который наблюдал за действиями подчиненных ему людей.
-Это кто такой? – через переводчика спросил офицер у парней, доставивших к нему задержанного Дмитрия.
-Это тот человек, который устроил резню в поселении Паросли, - доложил Григорий.
-Партизан? – с акцентом поинтересовался Дитрих у следователя шуцманшафта, который стоял неподалеку.
-Это не партизаны совершили нападение, - осмелился высказать свое мнение Чижов.
-Что ты понимаешь? – возмутился следователь.
-У меня тут собраны все доказательства, - кивнул «бухгалтер» на папку, которую держал подмышкой.
-А кто? – хотел немецкий офицер услышать версию ефрейтора.
-ОУН-УПА, - выдвинул обвинения националистам Чижов. «Бухгалтер» собирался что-то возразить, но Дитрих не стал его слушать.
-Это уже третий, кого мы здесь поймали, - шепнули Гришке полицейские, стоящие рядом с ним.
-У господина следователя есть показания свидетеля, с описанием человека принимавшего участие в нападении. Они полностью соответствуют нашему задержанному. Он сам забойщик и среди пострадавших имел кличку «Мясник». Вот только «Мясник» никогда не был партизаном, а имел связи с украинскими националистами, - продолжал разоблачать Дмитрия шуцман.
-Das ist god,- похвалил «шума» немецкий офицер. Через переводчика добавил: «Разберемся в Сарнах. Заприте всех арестованных в сарай и выставьте охрану».
-Чего ты лезешь? – зашипел на ефрейтора следователь.
-Твой дед поляк и специально решил опорочить достойных людей.
-Те, кто убивает женщин и детей не имеют достоинства, - ответил Чижов.
-Ты это немцам скажи. Сам, что никого не убивал? – злился «бухгалтер».
-А, что ты за ОУНовцев так переживаешь? Может, сам такой? – не испугался недовольства следователя ефрейтор.
-Смотри Григорий, не накличь на себя беды, - предупредил его следователь.
-А чего ты его пугаешь? Может, следует шепнуть кому надо, за кого ты тут так переживаешь? – вступился за товарища Игнатов.
-Ты бы заткнулся Федя, - огрызнулся «бухгалтер».
-Я то заткнусь. Мне просто интересно, показания деда в твоей папочке имеются или ты их выбросил? Не по твоему ли приказу Зленко так охаживал старика? Вы смотрю, тут все уже порешали и виновных назначили. Вы бы пан следователь, о своей шкуре подумали. Видать немцы не всех националистов из батальона вычистили. Они ведь могут и еще раз вернуться, - теперь уже сам перешел на угрозы Игнатов.
-Поживем, увидим, - не стал вступать в перебранку «бухгалтер».
Немцы и приданные в их распоряжение «шума» расположились на ночлег в селе Малая Мельница, чтобы продолжить свое движение на следующее утро. Парни из отделения Чижова, вернулись в хату Маруси, чтобы допить начатый бутыль самогона, и разместиться заодно на ночлег. Завершив трапезу, попадали на полу, не раздеваясь. Кто-то ворочался во сне, кто-то храпел, и эти звуки мешали Чижову уснуть. Тут еще Федька вышел по малой нужде, громко хлопнув дверью. В общем, не спалось Чижову. Игнатов после возвращения в дом, что-то недовольно бурчал. Ни как не находя себе подходящего места. Где-то за полночь принялся истошно лаять хозяйский пес. Это уже был перебор. Нервный от бессонницы Гришка поднялся, чтобы посмотреть на кого, так разрывается собака. В окно он увидел как по улице пробежала одна человеческая фигура, а за ней вторая. Люди передвигались с таким расчетом, чтобы их не заметили. Такое не могло не насторожить. Федька тоже проснулся.
-Что там Гриша? – спросил товарищ у дружка, прильнувшего к окну.
-Не пойму я что-то, - не мог Григорий объяснить Федору причину своего волнения. Игнатов не поленился подняться.
-Вроде как наши, - определил Федя принадлежность к своему батальону еще одного парня пробежавшего за окном.
-Куда они все бегут? Что-то здесь не так. Эй, просыпаемся, - толкнул Игнатов ногой ближайшего спящего полицейского.
-Может, партизаны напали? – выдвинул шуцман свою версию происходящего.
-Если бы напали, была бы стрельба, - привел свой довод Григорий, в опровержение версии товарища. Мимо их дома в этот момент двигалась группа людей.
-Это Бородай, я его узнал, - зашептал Игнатов. И тут Маруся зажгла керосиновую лампу. Дом осветился тусклым желтым светом, но его хватило, чтобы люди на улице заметили, что за ними наблюдают.
-Потуши немедленно, дура! – зашипел на хозяйку Федька.
-Поздно, - произнес Чижов, заметив как «шума» остановились, уставившись взглядами на хату.
-Сюда идут, - возвестил Гришка и потянулся к пулемету.
-Не иначе дезертировать собрались, - догадался он о намерениях ночных гостей.
-Что тут произошло? – присел с ним рядом «шума».
-Это партизаны сделали? – кивнул Гриша на изрубленных топором людей.
-Мясник, - несуразно ответил пожилой человек.
-Какой мясник?
-Там, - ткнул он рукой во вторую комнату. По наличию в помещении колыбельной и игрушек, Гришка догадался, что это детская комната. Что там могло быть такое, что заинтересует шуцмана? Заглянул в колыбельную и его чуть не стошнило. В ней лежал ребенок с отрезанной головой. Гришка выскочил во двор и вырвал в сугроб все, что съел сегодня утром.
-Что там такое? – поинтересовался подошедший к нему Игнатов.
-Сам посмотри, - не стал ничего говорить Чижов. Федька вошел в дом и быстро вернулся обратно бледный как стена.
-Сволочи! Почему такая жестокость? В чем они виноваты? – задал естественные вопросы дружок. Гришка хотел спросить, а в чем были виноваты евреи из Сарненского гетто, но предпочел не трогать эту тему. Даже фашисты, так жестоко не лишали жизней своих жертв.
-Следователь сказал, чтобы всех свидетелей тащили к нему. Ты какие-нибудь улики нашел? – спросил Федор.
-Какие улики? – снова стошнило Гришу. Федька вывел из дома старика.
-Это были партизаны? – тормошил он за плечо деда.
-Нет, - тихо ответил поляк.
-А кто тогда? Нам сказали, что на вас напали партизаны.
-Это переодетые бандеровцы. Я узнал местного резника. Он частенько приезжал к нам забивать скот. Он не был партизаном, - пояснил дедушка.
-Откуда ты знаешь? – не верил услышанному Игнатов.
-Люди говорили, - был краток пожилой человек.
-Пошли в дом к старосте, там все расскажешь нашему следователю, - приказал «шума».
-Это он сделал? – немного пришел в себя Григорий.
-Да, «мясник». Это его кличка, - подтвердил дед.
-Как он выглядит? – почему-то заинтересовался Чижов.
-Высокий, темноволосый. На левой руке нет одного пальца, - попытался описать убийцу оставшийся в живых свидетель.
-Он был не один? – интересовался дальше шуцман.
-Их было много. Я не знаю сколько, не считал.
-Почему они так поступили? – продолжал задавать вопросы Гриша.
-Хотели, чтобы все подумали, что это сделали партизаны, - последовал вполне закономерный ответ старика. Пока довели деда к дому старосты узнали, что подобная резня происходила во всем поселении. От вида таких зверств вывернуло наизнанку не одного Чижова. Свидетелями массовых убийств, стали несколько оставшихся в живых человек. Они все сидели в одной комнате и отвечали на вопросы «бухгалтера». Тот сидел за столом и старательно записывал показания очевидцев. На лавке лежали вещественные доказательства в виде двух головных уборов с пятиконечными звездами на тулье. В виду отсутствия в поселении мужчин шуцманам пришлось копать братскую могилу, чтобы похоронить убитых. Самое неприятное было сносить порубленные тела к вырытой яме. Следователь насчитал 149 трупов жителей села, возрастом от мала до велика. Завершив погребение, Гришка возвращался к машинам, когда заметил как Васька Зленко и Степан пинают ногами лежащего на снегу деда поляка.
-Вы что с ума сошли? – вмешался Чижов.
-Пусть знает гад, что говорить, - разгоряченный избиением произнес Зленко.
-Ему сказали, что на Паросли напали партизаны, а он порочит достойных людей.
-Это ОУНовцев что ли? – уточнил Григорий.
-И ты туда же? Тебе тоже доказательств мало? Спроси у следователя, он тебе скажет, - огрызнулся Бородай.
-Своих покрываете? – не испугался новоиспеченный ефрейтор.
-Чего тебе надо? – угрожающе двинулся в его сторону Василий.
-Ты снова за свое? – недовольно пробурчал Степан.
-Отпустите старика, - потребовал Чижов.
-А то, что? – с вызовом спросил Зленко.
-Посмотрите, - стоял на своем Гришка. Бородай решил не доводить дело до открытого конфликта и оттащил в сторону дружка.
-Рано ты оперился Гриша, - процедил сквозь зубы Степан.
-На покровительство унтерштурмфюрера рассчитываешь? Немцы тоже не вечные.
-Можно ему так и передать? – с издевкой в голосе спросил Чижов. Дружки сочли нужным промолчать и пройти мимо.
Ульрих Дитрих, впечатленный такой кровожадностью партизан, решил провести облаву в близлежащих населенных пунктах. Его бронетранспортер рванул вперед, поднимая гусеницами вихри снега. Грузовики с шуцманами потянулись следом. Украинское село Мельница Малая взяли в кольцо и начали прочесывание. Заходили в каждую хату, чтобы проверить дом на предмет наличия в нем подозрительных особ. Чижов со своим отделением прошел несколько хат и только в третьей застал мужчину, который не являлся хозяином данного подворья.
-Кто такой будешь? – строго поинтересовался у мужчины ефрейтор.
-Односельчанин я. В гости по-соседски зашел, - заверил полицейских незнакомец. Хозяева одновременно закивали головами, подтверждая сказанные слова.
-И где твой дом? – не верил на слово шуцман.
-Так через два дома, - заверил «шума» гость. В доме, ни каких предметов указывающих на пребывание здесь партизан, найдено не было, и возможно никто бы не обратил особого внимания на соседского мужика, но Грише не понравился взгляд сельского жителя. Холодный, оценивающий, такой бывает у людей уверенных в своих силах и знающих чего они хотят. Хозяева наоборот опускают головы, боясь смотреть в лицо шуцманам, и всячески при этом заискивают перед полицаями. Этот ведет себя так, словно и не боится «шума», а лишь просто опасается.
-Пойдем, покажешь, где ты живешь, - предложил ему Чижов. Высокий, темноволосый мужчина, крепкого телосложения подошел к примитивной вешалке, на которой висела зимняя одежда, и снял с нее тулуп. Гришка внимательно наблюдал за его действиями и поэтому сразу же обратил внимание, что у крестьянина на левой руке не хватает одного пальца. Ему моментально вспомнились слова польского старика о «мяснике». А может это он и есть? – мелькнула в его голове шальная мысль. Темноволосый мужчина повел за собой гурьбу полицейских. Он уверенно открыл калитку и шагнул во двор одного из домов. Выскочившая из будки собака залилась громким лаем. На ее голос из дома выбежала перепуганная женщина, на ходу набрасывая платок себе на голову.
-Вот тут я живу, а это моя жена Маруся, - четко произнес мужчина. Хозяйка немного стушевалась, переводя взгляд с так называемого мужа на вооруженных людей.
-Проходите в хату, - нашла, что сказать после минутной задержки Маруся. Чижов кивнул парням в сторону хозяйственных построек, чтобы они провели так обыск, а сам последовал приглашению хозяйки. Мужчина по праву хозяина присел за стол, приглашая сделать тоже самое и ефрейтора. Игнатов нырнул в соседнюю комнату, чтобы посмотреть, что там находится.
-Маруся, надо угостить гостя, - распорядился домовладелец.
-Чекай, через хвилинку буде зроблено, - затараторила по-украински крестьянка и направилась к печке. То, что женщина знала этого человека, было бесспорно, но это еще не значило, что он был ее мужем. Гриша прошелся по светлице, рассматривая фотографии на стенах.
-Как мужа-то зовут? – невзначай спросил Гриша.
-Дмитро, - ответила Маруся.
- Дмитрий значит? А что же я его на фотографиях не вижу? – хитренько улыбнулся шуцман. Женщина в растерянности замолчала.
-А мы недавно сошлись, вот и не успели сфотографироваться, - нашел, что ответить хозяин. Гришка ходил кругами по дому, подмечая всякие мелкие детали. Отсутствие мужских вещей, одна подушка на кровати. Все говорило о том, что женщина жила одна.
-И документы у тебя имеются?
-Какие документы? Война на дворе. Официально я не работаю, вот и не имею аусвайса.
-Как же вы проживаете? Сараюшка небольшой. Хозяйство хоть имеется?
-Имеется. Коровка, да куры, - сообщила жена. В дом вошли парни, что проводили обыск в хозяйственных постройках.
-Все чисто, - доложили они. Маруся поставила на стол тарелку с солеными огурцами, положила пару луковиц и нарезала хлеба. Все это шло как закуска к бутылю самогона, который водрузила в центр стола крестьянка. Полицаи потирали руки в предвкушении выпивки.
-Не густо. Чем же вы перебиваетесь? Где хозяин работает? – не переставал Гриша задавать вопросы, но не Дмитрию, а его жене.
-Так Дмитро скотину рiже. Вiн рiзник, - снова на украинском языке призналась Маруся.
-Что-то не так? Или это запрещено законом? – стал волноваться хозяин дома, почувствовав какой-то нездоровый интерес к его персоне у представителя власти. Дмитрий плеснул мутноватую жидкость в стаканы, и полицаи потянулись к ним руками. Чижов за стол садиться не стал, а подошел к хозяйке, копошащейся у плиты.
-Коровка молока много дает? – задал он бытовой вопрос.
-Не очень, - насторожилась Маруся.
-А зовут коровку как?
-Зорька, - тихо произнесла женщина.
-Мужа-то давно потеряла? Это ведь не твой муж.
-Чего ты к моей бабе пристал? – встревожился Дмитрий.
-Не твоя это баба и ты не тот за кого себя выдаешь. Резник говоришь? – обратился Гриша к Марусе, кивая в сторону якобы ее мужа.
-Видели мы его работу в Парослях. Только там тебя «мясником» называли. Ты малых деток топором рубил. Никого не щадил.
От этих слов Дмитро поменялся в лице. Рядом сидящие полицейские удивленно смотрели на мужчину.
-Да что он такое говорит? Наверное, путает с кем-то? – заволновался мужик.
-А сейчас мы и проверим. Ведите его к старосте, там и узнаем, муж он Марусе или нет.
Дмитрий рванулся к лежащему на столе ножу, но Игнатов был начеку и перехватил его руку. Тут шуцманы навалились на крестьянина и скрутили его.
-Что это за хозяин, если на него лает дворовой пес? Может, скажешь как кличка вашей коровы? Ты же тут хозяин. Или забыл, а может, и не знал вовсе?
-Красуня, - выдавил из себя мужик.
-Ни какая она не Красуня, а Зорька. Смотри Федя, все приметы перечисленные стариком сходятся. Высокий, темноволосый, не хватает пальца на руке и самое главное, что забойщик. Вот только вместо скотины на людей перешел, - был доволен своим расследованием полицай.
-Тащите его к старосте, - скомандовал Чижов.
В центре села у бронетранспортера стоял унтерштурмфюрер Дитрих, который наблюдал за действиями подчиненных ему людей.
-Это кто такой? – через переводчика спросил офицер у парней, доставивших к нему задержанного Дмитрия.
-Это тот человек, который устроил резню в поселении Паросли, - доложил Григорий.
-Партизан? – с акцентом поинтересовался Дитрих у следователя шуцманшафта, который стоял неподалеку.
-Это не партизаны совершили нападение, - осмелился высказать свое мнение Чижов.
-Что ты понимаешь? – возмутился следователь.
-У меня тут собраны все доказательства, - кивнул «бухгалтер» на папку, которую держал подмышкой.
-А кто? – хотел немецкий офицер услышать версию ефрейтора.
-ОУН-УПА, - выдвинул обвинения националистам Чижов. «Бухгалтер» собирался что-то возразить, но Дитрих не стал его слушать.
-Это уже третий, кого мы здесь поймали, - шепнули Гришке полицейские, стоящие рядом с ним.
-У господина следователя есть показания свидетеля, с описанием человека принимавшего участие в нападении. Они полностью соответствуют нашему задержанному. Он сам забойщик и среди пострадавших имел кличку «Мясник». Вот только «Мясник» никогда не был партизаном, а имел связи с украинскими националистами, - продолжал разоблачать Дмитрия шуцман.
-Das ist god,- похвалил «шума» немецкий офицер. Через переводчика добавил: «Разберемся в Сарнах. Заприте всех арестованных в сарай и выставьте охрану».
-Чего ты лезешь? – зашипел на ефрейтора следователь.
-Твой дед поляк и специально решил опорочить достойных людей.
-Те, кто убивает женщин и детей не имеют достоинства, - ответил Чижов.
-Ты это немцам скажи. Сам, что никого не убивал? – злился «бухгалтер».
-А, что ты за ОУНовцев так переживаешь? Может, сам такой? – не испугался недовольства следователя ефрейтор.
-Смотри Григорий, не накличь на себя беды, - предупредил его следователь.
-А чего ты его пугаешь? Может, следует шепнуть кому надо, за кого ты тут так переживаешь? – вступился за товарища Игнатов.
-Ты бы заткнулся Федя, - огрызнулся «бухгалтер».
-Я то заткнусь. Мне просто интересно, показания деда в твоей папочке имеются или ты их выбросил? Не по твоему ли приказу Зленко так охаживал старика? Вы смотрю, тут все уже порешали и виновных назначили. Вы бы пан следователь, о своей шкуре подумали. Видать немцы не всех националистов из батальона вычистили. Они ведь могут и еще раз вернуться, - теперь уже сам перешел на угрозы Игнатов.
-Поживем, увидим, - не стал вступать в перебранку «бухгалтер».
Немцы и приданные в их распоряжение «шума» расположились на ночлег в селе Малая Мельница, чтобы продолжить свое движение на следующее утро. Парни из отделения Чижова, вернулись в хату Маруси, чтобы допить начатый бутыль самогона, и разместиться заодно на ночлег. Завершив трапезу, попадали на полу, не раздеваясь. Кто-то ворочался во сне, кто-то храпел, и эти звуки мешали Чижову уснуть. Тут еще Федька вышел по малой нужде, громко хлопнув дверью. В общем, не спалось Чижову. Игнатов после возвращения в дом, что-то недовольно бурчал. Ни как не находя себе подходящего места. Где-то за полночь принялся истошно лаять хозяйский пес. Это уже был перебор. Нервный от бессонницы Гришка поднялся, чтобы посмотреть на кого, так разрывается собака. В окно он увидел как по улице пробежала одна человеческая фигура, а за ней вторая. Люди передвигались с таким расчетом, чтобы их не заметили. Такое не могло не насторожить. Федька тоже проснулся.
-Что там Гриша? – спросил товарищ у дружка, прильнувшего к окну.
-Не пойму я что-то, - не мог Григорий объяснить Федору причину своего волнения. Игнатов не поленился подняться.
-Вроде как наши, - определил Федя принадлежность к своему батальону еще одного парня пробежавшего за окном.
-Куда они все бегут? Что-то здесь не так. Эй, просыпаемся, - толкнул Игнатов ногой ближайшего спящего полицейского.
-Может, партизаны напали? – выдвинул шуцман свою версию происходящего.
-Если бы напали, была бы стрельба, - привел свой довод Григорий, в опровержение версии товарища. Мимо их дома в этот момент двигалась группа людей.
-Это Бородай, я его узнал, - зашептал Игнатов. И тут Маруся зажгла керосиновую лампу. Дом осветился тусклым желтым светом, но его хватило, чтобы люди на улице заметили, что за ними наблюдают.
-Потуши немедленно, дура! – зашипел на хозяйку Федька.
-Поздно, - произнес Чижов, заметив как «шума» остановились, уставившись взглядами на хату.
-Сюда идут, - возвестил Гришка и потянулся к пулемету.
-Не иначе дезертировать собрались, - догадался он о намерениях ночных гостей.
