Они и решать будут и у тебя не спросят, - безапелляционно заявил просвещенный дедуган. Постоял Чижов, послушал, да пошел домой. Во время вечерней дойки не удержался и поинтересовался у Стефании насчет пана Мицкевича. Скорее всего, пан Казимир тоже бегал к Милошу Вольскому на встречу с бывшим помещиком и рассказывал невестке последние новости.
-Стефания, скажи, а правда, что Мицкевич желает обратно свое имущество получить? – задал интересующий его вопрос, работник.
-Хочет. Имеет право, - утвердительно ответила хозяйка.
-И как на это власти смотрят? Теперь, что землю у людей обратно заберут, чтобы пану Анджею отдать?
-Не знаю.
-Он для этого и приехал? Хотел посмотреть, что осталось от поместья? – продолжал разговор Чижов.
-Чего тебе-то переживать? У нас своя земля и ее никто не забирает, - успокоила его полячка.
-Или ты за Наташку беспокоишься? Смотрю, даром ведра не проходят, - уколола его Стефания.
-Глупая ты, Стеша! – обиделся мужчина.
-Не Стеша я, а Стефания! – повысила голос женщина. Чижов спорить не стал. Нравится быть пани Стефанией? Не хочешь быть Стешей? Он ведь от чистого сердца! Можно сказать с любовью, а она…. Не кинуть ли ему камешек в соседнее окошко? Сколько можно со Снежной королевой жить? Ведь тепла хочется, душевного и не только.
Второй день хмурое небо бороздили свинцовые облака, извергая на землю крупные капли дождя, которые барабаня по металлическим листам крыши, сбегали вниз, тонкими струями. Григорий потушил фитилек в керосиновой лампе и собирался ложиться спать, когда очередная вспышка молнии осветила на короткий миг внутренний двор хозяйства. Этого момента Чижову хватило, чтобы увидеть непонятную фигуру человека в дождевике, склонившуюся к окну дома Стефани. Грабитель? – мелькнула в голове нехорошая мысль. Григорий быстро натянул штаны и, накинув плащ, шагнул к дверям флигеля. Топор, в такое непростое время все время находился у двери. Шарик нехотя тявкнул, не выходя из будки, и посчитав свою миссию выполненной, продолжал спать, под убаюкивающий шум дождя. Чижов, стараясь поменьше шуметь, открыл дверь, давая возможность глазам привыкнуть к темноте. Когда он более-менее стал различать подозрительную фигуру, то шагнул на размокшую от воды почву. Он подобрался сзади и схватил незнакомца за плечо, держа в свободной руке топор. В этот момент снова сверкнула молния. Гришка увидел удивленное лицо ночного гостя и ствол револьвера направленный ему в живот. От выстрела его спас скрип открываемой двери. Зачем Стефани вышла наружу, непонятно. Может, тоже, что-то заметила? Риск все равно был неоправданный. Полька стояла в ночной рубахе, в платке на голове и сапогах на босую ногу. В руке она держала керосиновую лампу. Чужак что-то скомандовал, причем на польском языке. Польского Чижов не понимал, но в этой ситуации не трудно было догадаться, что переживания ночного гостя относились к топору в руках Чижова. Гриша разжал пальцы, и оружие плюхнулось у его ног. Теперь они поменялись ролями. Поляк встал ему за спину и, уперев ствол пистолета ему в бок, толкнул в сторону света.
-Марек? – узнала гостя хозяйка. Он толкнул Гришу в дом и обнял женщину. Они заговорили по-польски.
-Кто это такой? – поинтересовался визитер.
-Гриша, мой работник, - призналась сестра.
-Гриша? – показалось странным такое имя для гостя.
-Он русский?
-Да. Из военнопленных. Я выкупила его в лагере в Сарнах, - пояснила Стефания.
-Зачем?
-В хозяйстве не хватает мужских рук. Мне тяжело одной. Ян пропал где-то под Варшавой, ты тоже исчез. Кто бы мне помог? Местные не сильно горят желанием, и я их нанимать сама не хочу.
-Но, почему русский? Почему не поляк? – не понимал такого выбора Марек.
-Чем он хуже? Взяла первого попавшегося.
Здесь Стефания конечно лукавила.
-И что мне теперь с ним делать? – направил он револьвер в сторону Чижова.
-Он ведь и сдать может.
-Тебя ищут? – догадалась сестра.
-Как ты думаешь? Сама знаешь, в какой партии я состоял. Может его в расход, чтобы не сболтнул? Вытащим тело в лес, погода позволяет, - предложил брат.
-Ты, что с ума сошел? – возмутилась она.
-Можешь спрятать свой пистолет. Никому он ничего не скажет. Я сама с ним поговорю.
Пока шел этот диалог на иностранном языке Чижов внимательно наблюдал за мужчиной. От него явно исходила угроза для его жизни, и Гришка чувствовал это всем своим нутром.
-А ты сестричка часом с ним не того…? – с каким-то подозрением спросил Марек.
-Ты за этим сюда пришел? Чтобы меня в чем-то обвинять? На Яна похоронка пришла два года тому назад.
-И что ты этим хочешь сказать? Что можешь связаться с каким-то москалем? – чуть ли не обвинял ее Марек в измене. Стефанию такое поведение братца сильно возмутило. Нет, чтобы порадоваться их встрече, он начал читать ей мораль, с кем ей можно быть, а с кем нельзя.
-Москаль, украинец, какая разница? Он хороший человек и помогает мне. Если я пожелаю с кем-то связать свою судьбу, то спрашивать ни у кого не буду, - твердо заявила Стефания. Гость понял, что перегнул палку.
-Ладно, сестренка, это твои дела, - миролюбиво продолжил он.
-Проходите в дом, - перешла она на украинский язык. Марек спрятал пистолет и снял дождевик. Чижов, опасливо посматривая на ночного гостя, стащил с себя грязные сапоги и прошел в комнату. Накинув поверх ночной рубахи кофту, хозяйка принялась собирать на стол. Такой перемены в отношении Чижов не ожидал. То ему угрожали пистолетом, а теперь усаживают за стол.
-Это мой брат, Марек, - представила она гостя.
-Он, что будет ужинать вместе с нами? – все так же на польском языке, поинтересовался родственник.
-Прикажешь выставить его за дверь? Мне надо все ему объяснить, чтобы у парня не возникало лишних вопросов.
-Ты ему еще расскажи, кто я такой, - возмутился Марек.
-Хватит уже! Он не дурак и понимает, что нормальные гости ночью не приходят. Какая ему разница кем ты был? Он сам бывший красноармеец.
-Тем более. Красные наши враги. Это они напали на нашу Родину, - патриотично заявил Марек. Стефания только вздохнула.
-Красные, немцы, украинцы, кто теперь нам не враг? Кому ты можешь доверять? – задала она риторический вопрос. Поляк задумался.
-Наверное, никому. Только своим близким.
Стефания перешла на украинский.
-Грише доверять можно, он свой.
Такие слова для Григория оказались неожиданностью. Когда он успел перейти в разряд своих? Этот Марек, явно белополяк и ему с ним не по пути, хотя в нынешней ситуации они оказались в одной лодке. То, что Стеша настолько ему доверяет, несомненно, приятно. Он даже каким-то шестым чувством ощущал, что она спасла его от чего-то очень плохого, что могло с ним произойти. В глазах поляка, он не видел ни какой жалости или сочувствия. Такие люди убьют и глазом не моргнут.
-Давайте выпьем, - не пожалела Стефания для ночных гостей бутылки самогона. Спиртосодержащая жидкость слегка смягчила обстановку. Чтобы Чижов не чувствовал себя лишним за этим столом она больше не переходила на польский язык.
-Где ты? Как ты? Почему столько не было ни каких вестей? Родители думали, что потеряли тебя, - начала расспросы хозяйка.
-В сентябре 1939 года записался добровольцем в полк «Сарны» и сражался с красными в Сарненском укрепрайоне. Затем с остатками полка бежал в Венгрию. За границей себя не нашел и все время мечтал вернуться домой. Узнал о правительстве Польши в изгнании и создании Армии Крайовой, и принял решение возвращаться, чтобы продолжить борьбу за свободу Польши, - четко произнес мужчина, при этом пристально наблюдая за реакцией наемного работника. Гришка похвастать такой биографией не мог. У него все было гораздо проще. Несколько боев и плен. Ни каких тебе правительств в изгнании и подпольной борьбы. Для него, считай, война ограничилась стенами хлева.
-Мы все очень переживали за тебя, - призналась Стефания.
-Я тоже всегда помнил о вас.
-И что теперь Марек? Здесь находиться очень опасно. Украинцы собрались создавать свое государство, и они очень злы на нас. Украинские милиционеры арестовали много известных польских деятелей. Они придут и за тобой, - переживала сестра.
-Их люди во всех властных структурах.
-Ничего у них не получится. Я знаю, что они хотели создать свое правительство во Львове. Немцы этого не допустят. Их лидеры Стецько и Бандера арестованы, - уверенно ответил гость.
-Лидеры может и арестованы, но зато на местах руководят проукраински настроенные чиновники. Начальник милиции Тарас Боровец. Это он Сарны захватил до прихода немцев. Теперь они решают здесь все. Тебе в городе появляться опасно. Могут опознать, - не совсем была согласна Стефания с высказыванием брата.
-У тебя хоть документы есть?
-Имеются, - утвердительно кивнул головой Марек.
-Я побуду несколько дней у тебя, а потом определюсь. До меня дошли вести что, где-то в лесах обосновалась ячейка армии Краевой, ты ничего об этом не слышала? – спросил брат. Женщина только развела руками.
-А ты, Гриша так и собираешься отсиживаться? – с каким-то вызовом поинтересовался Марек.
-Перестань! - потребовала Стефания.
-Он свое отвоевал. Кто мне помогать станет?
-Хорошо ты устроился у женской юбки, - усмехнулся поляк. Григорий понял, что ночной гость провоцирует его на какие-нибудь высказывания.
-Я еще не определился, - расплывчато ответил Чижов. За Польшу он явно умирать не собирался, а что сейчас происходит на театре военных действий, знал весьма расплывчато. Да и что он мог предпринять? Стеша подошла к работнику со спины и положила руки на его плечи.
-Не слушай его, Гриша. Марек всегда был увлечен политикой и не работал на земле. А кто сеять и убирать урожай станет? Все хотят, есть, но не многие желают работать на земле. Нам и здесь, есть чем заняться, вместо того, чтобы шастать по лесам.
Не будь у них гостя он бы прижался щекой к этим теплым рукам и согласился со словами Стеши, но свои чувства постороннему показывать не стал.
-Если вы не выгоните, то я, пожалуй, останусь при хозяйстве, - пусть не сильно героически, но зато без всякого пафоса произнес Чижов.
-Никто тебя не гонит, конечно, оставайся, - согласилась хозяйка.
-Скажи сестренка, а Маричка, так и живет в своем доме? – вспомнил поляк о своей первой любви.
-Не вышла еще замуж?
-Не вышла, - подтвердила Стефания.
-Только я тебе не советую ходить к ней. В селе разные люди живут. Если заметят, то и донести могут, - предупредила она. Брат ничего по этому поводу не ответил. Они еще побеседовали, вернее, говорил Марек со Стефанией, а он сидел, как посторонний слушатель. Когда гость собрался спать, Гриша отправился к себе. Стеша проводила его до дверей и даже не стала ему напоминать, чтобы он хранил молчание о появлении в доме Марека. Это было само собой разумеющимся. Ее слова вселяли мужчине надежду, что он не просто какой-то холоп в наймах, а человек с правом голоса, с которым считалась хозяйка.
Как только дверь за работником захлопнулась, ночной гость позволил себе сделать замечание сестре: « Я вижу, что ты прикипела душой к этому москалю. Он человек не нашего круга. Я понимаю, что тебе без мужской руки очень сложно, но нельзя было найти какого-нибудь поляка? Яна не вернуть и жизнь на этом не заканчивается. Посмотри сколько вокруг тебя достойных парней. Ты и сама у меня очень видная. Пусть хоть даже был украинец, лишь бы не москаль».
Когда Марек сказал за украинца, то в памяти женщины всплыл образ Степана. Вот кого бы она ни хотела видеть рядом, так это его.
-Сама разберусь, - коротко произнесла Стеша, при этом, не отвергая вариант с Григорием.
Появление Марека даже сгладило острые углы в отношениях Стефании и Гриши. Полька больше не сердилась на Чижова за непроизвольный всплеск эмоций. Что было, то было. Гришка помогал Митяю чинить телегу во дворе пана Казимира, когда увидел, как по дороге в село катит две телеги с вооруженными людьми. Двор семейства Новак размещался на пригорке и с него были хорошо видны подъездные пути к населенному пункту. Бывший красноармеец прервал работу, сопровождая взглядом повозки. По наличию желто-голубых повязок на рукавах можно было без труда идентифицировать людей, так спешащих в село. Это были милиционеры.
-Митяй, ты давай тут сам, а мне надо отлучиться, - экстренно засобирался работник. Быстрым шагом он вернулся в свой двор и сразу же постучал в двери к Стефании.
-Чего тебе? – вышла на порог хозяйка, вытирая о фартук запачканные в муку руки.
-Две повозки с вооруженными парнями в село заскочили. Не к добру это. Лучше твоему братцу в лесу переждать, - сообщил новость Григорий. Стеша поменялась в лице. Теперь у нее был встревоженный вид. Она метнулась обратно и единственное, что услышал мужчина, так это ее обращение к брату: « Марек, собирайся, в селе милиция!»
Чижов переместился к забору, чтобы держать под контролем улицу. Телега с представителями власти появилась одновременно с Мареком, который выскочил на порог с вещевым мешком за спиной.
-Едут, - поспешил Чижов сообщить поляку.
-Может все-таки со мной? – успел предложить бывший партийный функционер, направляясь к сараям, через которые по огороду, он собирался убежать на опушку леса.
-Нет. Я останусь с пани Стефанией, - отказался от предложения Гришка. Уговаривать его никто не стал.
-Береги ее, - на прощание попросил мужчина, и скрылся за хозяйственными постройками. Работнику пришлось вернуться во флигель, чтобы не вызывать у представителей власти лишних вопросов. Телега остановилась напротив их дома, и вооруженные мужики вломились к ним через ворота.
-Василь, Мишка, проверьте сараи. Евген, за мной, - командовал их знакомый по рынку в Сарнах. Милиционеры рассыпались по двору. Чижов вышел из своего флигеля и сразу же был прижат к стене.
-Ты кто такой? – спросил вооруженный мужик, шаря у него по карманам. Его напарник держал Чижова под прицелом.
-Я работник пани Стефани и здесь живу, - сообщил мужчина, подняв вверх руки. Ничего подозрительного не обнаружив, украинец заскочил во флигель. В доме послышались недовольные возгласы, и из него вышел Степан с подручным и сама хозяйка.
-Ну, что? – потребовал отчета Степа.
-Мы тут задержали одного подозрительного типа, - доложил боец, который держал на прицеле Чижова. По кислой мине на лице Степана, можно было догадаться, что он ожидал не этого результата.
-В сараях никого, - сообщила и вторая группа.
-Где он? – повернулся Степа к хозяйке.
-А кого хоть ищете? – сделала невинное личико Стефания.
-Братца твоего. Где ты его прячешь?
- Сгинул он еще в 1939 году. С тех пор и не видела, - играла роль Новак.
-А мне сообщили, что объявился здесь твой братец. Советую не врать.
-Так и не вру, я Степа, - не сдавалась Стеша.
-Не врешь? – прищурил глазки бывший ухажер.
-А мы сейчас твоего работничка спросим.
Знакомый Стефании подошел поближе к Чижову.
-Что скажешь москалик? Был здесь братец твоей хозяйки?
-Не было здесь никого. Один я во флигеле живу, - отрицал все Григорий. Главный среди милиционеров заехал ему кулаком в лицо.
-Хватит врать! Ты видел Марека? Он у сестренки прятался?
Гришка вытер кровавую юшку с лица.
-Не было здесь ни какого Марека.
-В игры решил поиграть? – зло выпалил Степа и тут на бывшего красноармейца посыпался град ударов. К старшему группы подключились еще двое. Чижова повалили на землю и принялись обрабатывать ногами.
-Стефания, скажи, а правда, что Мицкевич желает обратно свое имущество получить? – задал интересующий его вопрос, работник.
-Хочет. Имеет право, - утвердительно ответила хозяйка.
-И как на это власти смотрят? Теперь, что землю у людей обратно заберут, чтобы пану Анджею отдать?
-Не знаю.
-Он для этого и приехал? Хотел посмотреть, что осталось от поместья? – продолжал разговор Чижов.
-Чего тебе-то переживать? У нас своя земля и ее никто не забирает, - успокоила его полячка.
-Или ты за Наташку беспокоишься? Смотрю, даром ведра не проходят, - уколола его Стефания.
-Глупая ты, Стеша! – обиделся мужчина.
-Не Стеша я, а Стефания! – повысила голос женщина. Чижов спорить не стал. Нравится быть пани Стефанией? Не хочешь быть Стешей? Он ведь от чистого сердца! Можно сказать с любовью, а она…. Не кинуть ли ему камешек в соседнее окошко? Сколько можно со Снежной королевой жить? Ведь тепла хочется, душевного и не только.
Глава 3.
Второй день хмурое небо бороздили свинцовые облака, извергая на землю крупные капли дождя, которые барабаня по металлическим листам крыши, сбегали вниз, тонкими струями. Григорий потушил фитилек в керосиновой лампе и собирался ложиться спать, когда очередная вспышка молнии осветила на короткий миг внутренний двор хозяйства. Этого момента Чижову хватило, чтобы увидеть непонятную фигуру человека в дождевике, склонившуюся к окну дома Стефани. Грабитель? – мелькнула в голове нехорошая мысль. Григорий быстро натянул штаны и, накинув плащ, шагнул к дверям флигеля. Топор, в такое непростое время все время находился у двери. Шарик нехотя тявкнул, не выходя из будки, и посчитав свою миссию выполненной, продолжал спать, под убаюкивающий шум дождя. Чижов, стараясь поменьше шуметь, открыл дверь, давая возможность глазам привыкнуть к темноте. Когда он более-менее стал различать подозрительную фигуру, то шагнул на размокшую от воды почву. Он подобрался сзади и схватил незнакомца за плечо, держа в свободной руке топор. В этот момент снова сверкнула молния. Гришка увидел удивленное лицо ночного гостя и ствол револьвера направленный ему в живот. От выстрела его спас скрип открываемой двери. Зачем Стефани вышла наружу, непонятно. Может, тоже, что-то заметила? Риск все равно был неоправданный. Полька стояла в ночной рубахе, в платке на голове и сапогах на босую ногу. В руке она держала керосиновую лампу. Чужак что-то скомандовал, причем на польском языке. Польского Чижов не понимал, но в этой ситуации не трудно было догадаться, что переживания ночного гостя относились к топору в руках Чижова. Гриша разжал пальцы, и оружие плюхнулось у его ног. Теперь они поменялись ролями. Поляк встал ему за спину и, уперев ствол пистолета ему в бок, толкнул в сторону света.
-Марек? – узнала гостя хозяйка. Он толкнул Гришу в дом и обнял женщину. Они заговорили по-польски.
-Кто это такой? – поинтересовался визитер.
-Гриша, мой работник, - призналась сестра.
-Гриша? – показалось странным такое имя для гостя.
-Он русский?
-Да. Из военнопленных. Я выкупила его в лагере в Сарнах, - пояснила Стефания.
-Зачем?
-В хозяйстве не хватает мужских рук. Мне тяжело одной. Ян пропал где-то под Варшавой, ты тоже исчез. Кто бы мне помог? Местные не сильно горят желанием, и я их нанимать сама не хочу.
-Но, почему русский? Почему не поляк? – не понимал такого выбора Марек.
-Чем он хуже? Взяла первого попавшегося.
Здесь Стефания конечно лукавила.
-И что мне теперь с ним делать? – направил он револьвер в сторону Чижова.
-Он ведь и сдать может.
-Тебя ищут? – догадалась сестра.
-Как ты думаешь? Сама знаешь, в какой партии я состоял. Может его в расход, чтобы не сболтнул? Вытащим тело в лес, погода позволяет, - предложил брат.
-Ты, что с ума сошел? – возмутилась она.
-Можешь спрятать свой пистолет. Никому он ничего не скажет. Я сама с ним поговорю.
Пока шел этот диалог на иностранном языке Чижов внимательно наблюдал за мужчиной. От него явно исходила угроза для его жизни, и Гришка чувствовал это всем своим нутром.
-А ты сестричка часом с ним не того…? – с каким-то подозрением спросил Марек.
-Ты за этим сюда пришел? Чтобы меня в чем-то обвинять? На Яна похоронка пришла два года тому назад.
-И что ты этим хочешь сказать? Что можешь связаться с каким-то москалем? – чуть ли не обвинял ее Марек в измене. Стефанию такое поведение братца сильно возмутило. Нет, чтобы порадоваться их встрече, он начал читать ей мораль, с кем ей можно быть, а с кем нельзя.
-Москаль, украинец, какая разница? Он хороший человек и помогает мне. Если я пожелаю с кем-то связать свою судьбу, то спрашивать ни у кого не буду, - твердо заявила Стефания. Гость понял, что перегнул палку.
-Ладно, сестренка, это твои дела, - миролюбиво продолжил он.
-Проходите в дом, - перешла она на украинский язык. Марек спрятал пистолет и снял дождевик. Чижов, опасливо посматривая на ночного гостя, стащил с себя грязные сапоги и прошел в комнату. Накинув поверх ночной рубахи кофту, хозяйка принялась собирать на стол. Такой перемены в отношении Чижов не ожидал. То ему угрожали пистолетом, а теперь усаживают за стол.
-Это мой брат, Марек, - представила она гостя.
-Он, что будет ужинать вместе с нами? – все так же на польском языке, поинтересовался родственник.
-Прикажешь выставить его за дверь? Мне надо все ему объяснить, чтобы у парня не возникало лишних вопросов.
-Ты ему еще расскажи, кто я такой, - возмутился Марек.
-Хватит уже! Он не дурак и понимает, что нормальные гости ночью не приходят. Какая ему разница кем ты был? Он сам бывший красноармеец.
-Тем более. Красные наши враги. Это они напали на нашу Родину, - патриотично заявил Марек. Стефания только вздохнула.
-Красные, немцы, украинцы, кто теперь нам не враг? Кому ты можешь доверять? – задала она риторический вопрос. Поляк задумался.
-Наверное, никому. Только своим близким.
Стефания перешла на украинский.
-Грише доверять можно, он свой.
Такие слова для Григория оказались неожиданностью. Когда он успел перейти в разряд своих? Этот Марек, явно белополяк и ему с ним не по пути, хотя в нынешней ситуации они оказались в одной лодке. То, что Стеша настолько ему доверяет, несомненно, приятно. Он даже каким-то шестым чувством ощущал, что она спасла его от чего-то очень плохого, что могло с ним произойти. В глазах поляка, он не видел ни какой жалости или сочувствия. Такие люди убьют и глазом не моргнут.
-Давайте выпьем, - не пожалела Стефания для ночных гостей бутылки самогона. Спиртосодержащая жидкость слегка смягчила обстановку. Чтобы Чижов не чувствовал себя лишним за этим столом она больше не переходила на польский язык.
-Где ты? Как ты? Почему столько не было ни каких вестей? Родители думали, что потеряли тебя, - начала расспросы хозяйка.
-В сентябре 1939 года записался добровольцем в полк «Сарны» и сражался с красными в Сарненском укрепрайоне. Затем с остатками полка бежал в Венгрию. За границей себя не нашел и все время мечтал вернуться домой. Узнал о правительстве Польши в изгнании и создании Армии Крайовой, и принял решение возвращаться, чтобы продолжить борьбу за свободу Польши, - четко произнес мужчина, при этом пристально наблюдая за реакцией наемного работника. Гришка похвастать такой биографией не мог. У него все было гораздо проще. Несколько боев и плен. Ни каких тебе правительств в изгнании и подпольной борьбы. Для него, считай, война ограничилась стенами хлева.
-Мы все очень переживали за тебя, - призналась Стефания.
-Я тоже всегда помнил о вас.
-И что теперь Марек? Здесь находиться очень опасно. Украинцы собрались создавать свое государство, и они очень злы на нас. Украинские милиционеры арестовали много известных польских деятелей. Они придут и за тобой, - переживала сестра.
-Их люди во всех властных структурах.
-Ничего у них не получится. Я знаю, что они хотели создать свое правительство во Львове. Немцы этого не допустят. Их лидеры Стецько и Бандера арестованы, - уверенно ответил гость.
-Лидеры может и арестованы, но зато на местах руководят проукраински настроенные чиновники. Начальник милиции Тарас Боровец. Это он Сарны захватил до прихода немцев. Теперь они решают здесь все. Тебе в городе появляться опасно. Могут опознать, - не совсем была согласна Стефания с высказыванием брата.
-У тебя хоть документы есть?
-Имеются, - утвердительно кивнул головой Марек.
-Я побуду несколько дней у тебя, а потом определюсь. До меня дошли вести что, где-то в лесах обосновалась ячейка армии Краевой, ты ничего об этом не слышала? – спросил брат. Женщина только развела руками.
-А ты, Гриша так и собираешься отсиживаться? – с каким-то вызовом поинтересовался Марек.
-Перестань! - потребовала Стефания.
-Он свое отвоевал. Кто мне помогать станет?
-Хорошо ты устроился у женской юбки, - усмехнулся поляк. Григорий понял, что ночной гость провоцирует его на какие-нибудь высказывания.
-Я еще не определился, - расплывчато ответил Чижов. За Польшу он явно умирать не собирался, а что сейчас происходит на театре военных действий, знал весьма расплывчато. Да и что он мог предпринять? Стеша подошла к работнику со спины и положила руки на его плечи.
-Не слушай его, Гриша. Марек всегда был увлечен политикой и не работал на земле. А кто сеять и убирать урожай станет? Все хотят, есть, но не многие желают работать на земле. Нам и здесь, есть чем заняться, вместо того, чтобы шастать по лесам.
Не будь у них гостя он бы прижался щекой к этим теплым рукам и согласился со словами Стеши, но свои чувства постороннему показывать не стал.
-Если вы не выгоните, то я, пожалуй, останусь при хозяйстве, - пусть не сильно героически, но зато без всякого пафоса произнес Чижов.
-Никто тебя не гонит, конечно, оставайся, - согласилась хозяйка.
-Скажи сестренка, а Маричка, так и живет в своем доме? – вспомнил поляк о своей первой любви.
-Не вышла еще замуж?
-Не вышла, - подтвердила Стефания.
-Только я тебе не советую ходить к ней. В селе разные люди живут. Если заметят, то и донести могут, - предупредила она. Брат ничего по этому поводу не ответил. Они еще побеседовали, вернее, говорил Марек со Стефанией, а он сидел, как посторонний слушатель. Когда гость собрался спать, Гриша отправился к себе. Стеша проводила его до дверей и даже не стала ему напоминать, чтобы он хранил молчание о появлении в доме Марека. Это было само собой разумеющимся. Ее слова вселяли мужчине надежду, что он не просто какой-то холоп в наймах, а человек с правом голоса, с которым считалась хозяйка.
Как только дверь за работником захлопнулась, ночной гость позволил себе сделать замечание сестре: « Я вижу, что ты прикипела душой к этому москалю. Он человек не нашего круга. Я понимаю, что тебе без мужской руки очень сложно, но нельзя было найти какого-нибудь поляка? Яна не вернуть и жизнь на этом не заканчивается. Посмотри сколько вокруг тебя достойных парней. Ты и сама у меня очень видная. Пусть хоть даже был украинец, лишь бы не москаль».
Когда Марек сказал за украинца, то в памяти женщины всплыл образ Степана. Вот кого бы она ни хотела видеть рядом, так это его.
-Сама разберусь, - коротко произнесла Стеша, при этом, не отвергая вариант с Григорием.
Появление Марека даже сгладило острые углы в отношениях Стефании и Гриши. Полька больше не сердилась на Чижова за непроизвольный всплеск эмоций. Что было, то было. Гришка помогал Митяю чинить телегу во дворе пана Казимира, когда увидел, как по дороге в село катит две телеги с вооруженными людьми. Двор семейства Новак размещался на пригорке и с него были хорошо видны подъездные пути к населенному пункту. Бывший красноармеец прервал работу, сопровождая взглядом повозки. По наличию желто-голубых повязок на рукавах можно было без труда идентифицировать людей, так спешащих в село. Это были милиционеры.
-Митяй, ты давай тут сам, а мне надо отлучиться, - экстренно засобирался работник. Быстрым шагом он вернулся в свой двор и сразу же постучал в двери к Стефании.
-Чего тебе? – вышла на порог хозяйка, вытирая о фартук запачканные в муку руки.
-Две повозки с вооруженными парнями в село заскочили. Не к добру это. Лучше твоему братцу в лесу переждать, - сообщил новость Григорий. Стеша поменялась в лице. Теперь у нее был встревоженный вид. Она метнулась обратно и единственное, что услышал мужчина, так это ее обращение к брату: « Марек, собирайся, в селе милиция!»
Чижов переместился к забору, чтобы держать под контролем улицу. Телега с представителями власти появилась одновременно с Мареком, который выскочил на порог с вещевым мешком за спиной.
-Едут, - поспешил Чижов сообщить поляку.
-Может все-таки со мной? – успел предложить бывший партийный функционер, направляясь к сараям, через которые по огороду, он собирался убежать на опушку леса.
-Нет. Я останусь с пани Стефанией, - отказался от предложения Гришка. Уговаривать его никто не стал.
-Береги ее, - на прощание попросил мужчина, и скрылся за хозяйственными постройками. Работнику пришлось вернуться во флигель, чтобы не вызывать у представителей власти лишних вопросов. Телега остановилась напротив их дома, и вооруженные мужики вломились к ним через ворота.
-Василь, Мишка, проверьте сараи. Евген, за мной, - командовал их знакомый по рынку в Сарнах. Милиционеры рассыпались по двору. Чижов вышел из своего флигеля и сразу же был прижат к стене.
-Ты кто такой? – спросил вооруженный мужик, шаря у него по карманам. Его напарник держал Чижова под прицелом.
-Я работник пани Стефани и здесь живу, - сообщил мужчина, подняв вверх руки. Ничего подозрительного не обнаружив, украинец заскочил во флигель. В доме послышались недовольные возгласы, и из него вышел Степан с подручным и сама хозяйка.
-Ну, что? – потребовал отчета Степа.
-Мы тут задержали одного подозрительного типа, - доложил боец, который держал на прицеле Чижова. По кислой мине на лице Степана, можно было догадаться, что он ожидал не этого результата.
-В сараях никого, - сообщила и вторая группа.
-Где он? – повернулся Степа к хозяйке.
-А кого хоть ищете? – сделала невинное личико Стефания.
-Братца твоего. Где ты его прячешь?
- Сгинул он еще в 1939 году. С тех пор и не видела, - играла роль Новак.
-А мне сообщили, что объявился здесь твой братец. Советую не врать.
-Так и не вру, я Степа, - не сдавалась Стеша.
-Не врешь? – прищурил глазки бывший ухажер.
-А мы сейчас твоего работничка спросим.
Знакомый Стефании подошел поближе к Чижову.
-Что скажешь москалик? Был здесь братец твоей хозяйки?
-Не было здесь никого. Один я во флигеле живу, - отрицал все Григорий. Главный среди милиционеров заехал ему кулаком в лицо.
-Хватит врать! Ты видел Марека? Он у сестренки прятался?
Гришка вытер кровавую юшку с лица.
-Не было здесь ни какого Марека.
-В игры решил поиграть? – зло выпалил Степа и тут на бывшего красноармейца посыпался град ударов. К старшему группы подключились еще двое. Чижова повалили на землю и принялись обрабатывать ногами.
