— Я совсем ничего не понимаю: какого лешего ты тут забыл? Тебя просто не должно быть! Это я схожу с ума! Это мне плохо! Почему ТЫ?!
На нём была плотно облегавшая тело водолазка чёрного цвета — под тон пальто. Я вцепилась в неё руками, оттягивая на себя и ощущая под пальцами сильное мускулистое тело. Какое-то время продолжала безмолвно щупать его грудь. Дыхание сбилось от понимания, что мой Арти — настоящий.
— Не могу поверить... — прошептали мои губы.
Только сейчас я заметила, что в доме воцарилась полная тишина и все смотрели на меня.
Выйдя наконец из ступора, я несколько неестественно улыбнулась и спросила шёпотом, пытаясь выглядеть как можно более непринуждённо:
— Можно тебя понюхать?
Не дождавшись ответа, я сама притянула мужчину к себе и уткнулась в него носом.
Запах чем-то отдалённо напоминал Артёма, но не было той резкости, принадлежащей ему. Он пах свежестью и мылом. Обычным, может, немного цветочным, мылом. Аромат Арти всё ещё продолжал существовать где-то в глубине меня, в моей душе. Пряча лицо на его груди, я вытерла слёзы и подняла глаза.
— Вы тут немного испачкались…
Подняв свои руки, я вцепилась ими в его лицо.
— Такого просто не может быть! Ты меня разыгрываешь, Арти? — тихо прошептала я. — Где наш сын?
Глажу его трёхдневную щетину, обвожу контур его губ и ощущаю их мягкость.
Мужчина рассмеялся, опустив взгляд на испачканную одежду и при этом лишь сильнее ухмыляясь. Перехватив мои ладони и чуть сильнее сжав, он опустил их вдоль тела. Затем подался вперёд и, также не переставая улыбаться, очень тихо произнёс:
— Ты не перестаёшь меня удивлять.
Что?!
Я одна понятия не имею, что это сейчас было?
— Арти... — Не проронив ни звука, безмолвно. — Где Миша?
Он сильнее сжал мои руки, заставив поморщиться. Его ладони жгли мне кожу.
— Не плачь. Тебе не идут слёзы…
— Дочка! — воскликнул «отец», выходя из ступора и поднимая меня с колен. — Простите, она просто переволновалась.
— ГДЕ МОЙ СЫН?! — заорала я, вырываясь из рук «отца». — Да пустите же меня!
— Кто? — Он удивлённо вскинув брови и не переставая ухмыляться, заставил вновь меня замереть.
— Маленький мальчик пяти лет, вот такого роста, — уже рыдая, пыталась вырваться я. — С кудрявыми непослушными волосами и твоими глазами!
Взгляд всё такой же, как прежде. Он смотрел на меня очень долго — целую вечность, — сузив зрачки.
— Может, мне найти другую невесту?
Оставив меня, «отец» начал кланяться мужчине, чуть не целуя руки.
— Настя очень перенервничала и придумала не пойми что, лишь бы не выходить замуж. Она сегодня весь день концерты нам устраивает! Такого больше не повторится. Мать, уведи её! — махнув на меня рукой, произнёс он.
У меня началась истерика, и тут я совсем озверела. Вскочив на ноги, со всего размаха влепила ему пощёчину.
— Если это очередная твоя игра, то знай: я не буду молчать!
— Ах ты, дрянь паршивая!.. — презрительно зашипела «мать», одёргивая меня за руку и таща в сторону лестницы.
— Верни мне сына! — закричала я. — Верни!
Меня силой затолкали в комнату, запирая дверь на ключ. И вдруг я понимаю, что меня буквально засасывает в другую реальность! Становится ужасно страшно — появляется чувство страха, какое испытываешь в полёте на аттракционе. Лоб покрывается испариной. Открываю глаза — и снова нахожусь в аэропорту. Не могу шевельнуть ни ногой, ни рукой, двинуться не могу, но вижу зал и людей вокруг. Напрягаю все силы, причём не физические, а душевные. Стараюсь вырываться из плена. На руках, тихо посапывая, спит мой ребёнок. Я собираю все свои силы, эмоции и словно ударяю по нервным окончаниям своего тела. Мелкий ток побежал по кончикам пальцев, резко охватывая всё тело и причиняя нетерпимую боль. Но спать хочется так сильно, что глаза тут же закрываются, не давая мне шанса сдвинуться с места. Я обнимаю спящего ребёнка, хватаю свою сумку и бегу на наш рейс. Всё вокруг будто в тумане, но желание бежать прочь от мужа и семейного счастья не покидает меня ни на минуту.
— Не спать, только не спать!
Но очередная страшная волна опять затягивает — такое ощущение, будто за душу тянут обратно.
— Нет! Не сейчас!
На стойке регистрации, предоставив паспорт и билеты, мы заняли место в самолёте. У меня всё плыло перед глазами, но сама мысль бежать, причём быстрее, пока не поздно, не давала вернуться назад в западню.
— Мама! — Открыв глазки, Мишутка мне улыбнулся.
— Спи, мы скоро прилетим.
— А папа? Он ведь потеряет нас!
— А папа нас найдёт. Мы немного поиграем в прятки, хорошо?
— Я люблю прятки! — рассмеялся Миша и поудобнее устроился на моих руках.
— Засыпай, нам лететь три часа.
Главное — продержаться эти три часа. Три часа реальности. Думаю, вытерплю. Пытаюсь расслабиться, но через считаные секунды понимаю, что не выдержу — слишком сильно тянет назад, словно волна за волной топят на дно. Я не знаю, когда ещё смогу вернуться назад, поэтому держу свою душу сердцем и мыслями о сыне.
В аэропорту нас встречала полноватая пожилая женщина с табличкой в руках.
— Алиночка не смогла вас встретить, — улыбнулась она. — Меня зовут Анна Антоновна. Я работаю у неё кухаркой и помогаю по дому.
Кто такая Алина? Это моя троюродная сестра по отцовской линии. Всю сознательную жизнь работала: сначала училась и делала карьеру, потом развивала свой бизнес. В итоге состоялась как профессионал и бизнесвумен, но личную жизнь так и не устроила. С семьёй не общается, поскольку в ближайшее время не собирается выходить замуж и заводить спиногрызов. Как так? Все мужики сволочи, и без них прожить можно. Вот поэтому связь она поддерживала только со мной и младшей сестрёнкой. Я заранее с ней списалась и попросила помощи, так как все мужчины — кто? Правильно, сволочи!
Я вновь почувствовала приближающуюся волну и нехватку в лёгких воздуха. Только не сейчас! Сильнее сжала ладошку сына, надеясь, что она меня удержит.
«Если б раньше я знала, что так замужем плохо…» И ещё этот бред про два мира! По-моему, у меня расстройство личности на фоне интенсивного стресса. Объясняется инстинктом выживания. Симптомы включают перемещения из одной реальности в другую, не изменяя ход событий в обеих. Оказывается, я — псих.
Инструкция: как перейти в другую реальность для чайников. Раздел первый, пункт первый, точка.
– выйти замуж за мужчину, озабоченного повышением качества жизни;
– влюбиться по уши и родить от него ребёнка;
– забить свою гордость в угол и сидеть как мышка, грызя свой сыр;
– сломать себя как человека и жить с душевной болью.
И тут вы почувствуете странное раздвоение себя. Не пугайтесь и не бегайте от опасности по врачам. Примите это как данность, без напряга и претензий к Богу. Главное, перестаньте переживать — от этого будет только хуже. Скачки будут происходить всё чаще.
Я смотрела на закрытую деревянную дверь, до боли сжимая ладонь. Ничего, я выберусь и душу подлатаю!
Утро встретило не так радостно, как хотелось. Я проснулась лёжа в позе эмбриона. Холодный воздух щекотал мои ступни, и от этого стало вдвойне противнее. Всё та же картина, всё то же место. Мучительная боль возникала приступообразно, перед глазами мелькали яркие точки. Кажется, я схожу с ума. Пора ложиться в больницу.
Внезапно дверь с грохотом открылась, впуская разъярённую женщину.
— За тобой приехали — выходи!
Я улыбнулась и потихоньку поднялась. Всё тело нещадно болело. Наконец-то смогу покинуть этот дурдом!
— Может, меня накормят?
Было бы здорово — я давно не ела. Ощущение голода отразилось в виде урчания моего желудка.
Женщина громко цокнула каблуками и вышла. Вернулась секунд через тридцать, неся поднос с чем-то вкусно пахнущим.
— Каша, хлеб с маслом и чай. У тебя ровно десять минут.
Как в тюрьме прямо! Но я же всё-таки их «дитя», плод любви! Однако долго думать и горевать над своей судьбой я не стала и быстро съела всё содержимое тарелки. Глубоко вздохнув, закрыла глаза, почувствовав столь необходимую сытость. На пустой желудок голова работать не хочет, как ни крути.
Посмотрев в зеркало, я остановила свой выбор на лёгком сером платье, которое не стесняло движений и длина которого доходила чуть ниже колен. Сполоснув в тазу лицо, смыв остатки маски, завязала лентой волосы в конский хвост.
Сделав подобие улыбки на лице, я выбежала из комнаты и спустилась по ступенькам на первый этаж, где меня уже ждали.
— Ну что? Мы едем?
— Не мы, а ты, «дочка»!
Открылась входная дверь, и меня чуть ли не силком вытолкали наружу.
Чёрная дверь огромного внедорожника отворилась, и показался высокий худощавый мужчина с резкими чертами лица и седыми волосами:
— Присаживайтесь, Настасья!
Подозрительно осмотрев машину и подняв левую бровь, я повернулась к «родителям».
— А вы разве не со мной? Всё-таки ваша дочь замуж выходит!
«Отец» хотел что-то сказать, но «матушка» запретила ему это взмахом руки. Затем сунула мне в руку корзинку со сладостями, стряхивая невидимые пылинки:
— Ты извинишься перед Артемиосом и передашь корзинку к столу.
— Перед кем?
Имя-то какое помпезное, прямо греческое! Скрывая улыбку, прячу лицо.
— Ты шутить изволишь перед матерью! Такой концерт вчера устроить — это надо же так замуж не хотеть. И перед кем? Перед самим женихом! Скажи спасибо, что не сбежал!
Сочувствую. Артемиос, может быть, и сбежал, но мой муж — навряд ли. Его концертом не удивить.
Бросив печальный взгляд на «родителей» и стараясь пустить слезу, я уселась на мягкое кожаное сиденье автомобиля. Боже, как же мне этого не хватало! Простого комфорта! Седой мужчина прикрыл за мной дверь, усаживаясь на водительское место.
— Ехать долго, невестка, так что можете немного подремать.
Ха! «Невестка»! Если услышат, что я невеста собственного мужа, — засмеют ведь! Просто ужас, как он на него похож! Нужно обязательно проверить родинку чуть ниже пупка — сантиметров так пять ниже. Не может быть такого совпадения, или же он просто притворяется, как и я. Играет в игру «угадай кто?».
Панорама из окна была чрезвычайно разнообразной: дерево, дерево, куст, опять дерево. Я и не заметила, как провалилась в сон.
Машина остановилась, и меня вежливо разбудили. Выпрямив спину, я увидела большой дом в тени деревьев.
На тщательно подстриженном зелёном газоне, утопая в кустах алых роз, находился неплохо спроектированный трёхэтажный особняк. Розы были везде, и меня передёрнуло от отвращения. Закрывая нос ладошкой, я заранее постаралась не дышать. Как только машина подъехала, белая дверь отворилась, и на ступеньках освещённой лестницы показался мой муж, а за ним — толпа родственников. Почему родственников? Да по одним улыбкам можно понять, кто есть кто.
Водитель обошёл машину и открыл мне дверь.
— Можно, я тут ещё посижу? — с надеждой в глазах спросила я.
Хозяин дома протянул мне руку, и ни слова не говоря, крепко сжал мою и потянул на себя.
— Ну, здравствуй, невестушка!
— Пойду достану подарок. — Вырываю свою руку из тисков, достаю корзину со сладостями.
Это вам! — Протискивает её между нами. — В прошлый раз как-то неудачно всё получилось. Прошу меня простить!
— Ну давай, посмотри на невинность этой девушки! Строим оленьи глазки и закусываем нижнюю губу!
— Ничего страшного, ты меня позабавила.
Послеполуденное солнце просвечивало сквозь густые ресницы и мешало смотреть в глаза. Я отчётливо слышала, как жужжат в лепестках роз пчёлы, чувствовала удушающий аромат. Будьте вы прокляты, розы!
— Не любите розы?
Жмурясь от солнца, прикрываю ладонью глаза и делаю себе подобие козырька.
— Некоторым людям не нравятся розы! Возьмите корзину, она не лёгкая. — И я вручила будущему мужу презент.
Слащавые улыбки и ослепительно-белые зубы радостно приветствовали невесту. Из-за солнца я не могла толком рассмотреть лиц.
— Артемиос, не стойте на пороге, заходите в дом! — заохала женщина в цветастом платье и алых туфлях. Теперь понимаю, откуда розы. Брр!
В воцарившейся в помещении тишине голос адвоката семьи Сельва звучал мрачно. Все взгляды были устремлены на угрюмого, низкого роста и плотного телосложения мужчину, стоявшего посреди кабинета. Он зачитывал последнюю волю дедушки Рофея, который скончался ночью.
Я доверял своему деду, как и всем остальным членам семьи. Однако при этом никак не ожидал, что старик сможет оставить после себя невесту для внука. А он давно уже сделал свой выбор.
В этой семье старшие устраивали брачные отношения и искали жён в семью Сельва.
— Мой дед знал, что я не хочу жениться. Именно поэтому он так поступил. Кто она?
Я уже представлял себе ту женщину, которую дед пророчил мне в жёны, — кроткую мышку, невинную лань.
— Мне не нужна жена. Мне не нужны дети. Мне вообще не нужна эта лишняя нервотрёпка!
— Сынок! — Матушка взяла мою руку и сжала её. — Ты знаешь, каковы традиции нашей семьи. Жена не будет тебе помехой. Я возьму её на себя.
— Я не хочу жить, как вы с отцом! Меня годами не бывает в Гессе — в основном весь бизнес на Земле.
— Это судьба каждой невесты Сельва. Ты не можешь проигнорировать завещание дедушки Рофея.
«Жена» — это слово отзывалось во мне головной болью. Я с детства знал, что никогда не женюсь и не заведу детей. Не было никакого желания, чтобы кто-то рос похожим на меня, следовал по моим стопам. Я не желал своему ребёнку такого же, как у меня, детства, где каждый родитель жил своей жизнью.
Мои руки сжались в кулаки.
— Кто она?
Адвокат продолжил читать завещание, поправляя очки с толстыми линзами:
— Её зовут Настасья, девушка из низших слоёв. Вся её семья — фермеры. Это отец и мать. Участок — два гектара пшеницы. Небольшое хозяйство.
— Видишь, сынок, она деревенская — проблем не будет. Обещаю!
— Надеюсь!
— У нас много домов. Поселим её в одном из них — и пусть себе живёт.
Я оценивающе посмотрел на мать.
— Сейчас меня больше волнует дед. Его нужно похоронить и сообщить отцу о смерти.
Сжав алые губы, мать сквозь зубы произнесла:
— Ему незачем знать.
— Постарайтесь сконцентрироваться на другом — я скоро приведу в дом невесту. Сделай все приготовления.
— Мне нужно свадебное платье.
— Моя помощница поедет за свадебным платьем — можешь отправиться вместе с ней. Только прошу: не ищи на Земле встреч с отцом.
— Хорошо.
Всё те же алые туфли завели меня в дом, при этом что-то мило шепча на ушко. И я наконец-то поняла, чтo тут не так, отчего резко остановилась и медленно подняла глаза на обладательницу туфель. Свекровь, чёрт бы её побрал!
Я пристально посмотрела на Арти, словно пытаясь прочесть его мысли. Что же он задумал? Но по лицу его ничего нельзя было понять. Казалось, он и в самом деле является моим женихом, а женщина рядом — его матерью. Я никогда не была знакома с семьёй Артёма, лишь его мама присутствовала на нашей свадьбе и активно участвовала в воспитании Мишки, как только узнала о моём положении. А про отца Арти я слышала из телефонных разговоров: что он проживает где-то очень далеко от семьи.
Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять: мужчина перед ней и есть её муж. Божечки, у меня мурашки по телу! Как такое может быть?! Параллельная вселенная? Прошлое? Будущее? Психушка?
На нём была плотно облегавшая тело водолазка чёрного цвета — под тон пальто. Я вцепилась в неё руками, оттягивая на себя и ощущая под пальцами сильное мускулистое тело. Какое-то время продолжала безмолвно щупать его грудь. Дыхание сбилось от понимания, что мой Арти — настоящий.
— Не могу поверить... — прошептали мои губы.
Только сейчас я заметила, что в доме воцарилась полная тишина и все смотрели на меня.
Выйдя наконец из ступора, я несколько неестественно улыбнулась и спросила шёпотом, пытаясь выглядеть как можно более непринуждённо:
— Можно тебя понюхать?
Не дождавшись ответа, я сама притянула мужчину к себе и уткнулась в него носом.
Запах чем-то отдалённо напоминал Артёма, но не было той резкости, принадлежащей ему. Он пах свежестью и мылом. Обычным, может, немного цветочным, мылом. Аромат Арти всё ещё продолжал существовать где-то в глубине меня, в моей душе. Пряча лицо на его груди, я вытерла слёзы и подняла глаза.
— Вы тут немного испачкались…
Подняв свои руки, я вцепилась ими в его лицо.
— Такого просто не может быть! Ты меня разыгрываешь, Арти? — тихо прошептала я. — Где наш сын?
Глажу его трёхдневную щетину, обвожу контур его губ и ощущаю их мягкость.
Мужчина рассмеялся, опустив взгляд на испачканную одежду и при этом лишь сильнее ухмыляясь. Перехватив мои ладони и чуть сильнее сжав, он опустил их вдоль тела. Затем подался вперёд и, также не переставая улыбаться, очень тихо произнёс:
— Ты не перестаёшь меня удивлять.
Что?!
Я одна понятия не имею, что это сейчас было?
— Арти... — Не проронив ни звука, безмолвно. — Где Миша?
Он сильнее сжал мои руки, заставив поморщиться. Его ладони жгли мне кожу.
— Не плачь. Тебе не идут слёзы…
— Дочка! — воскликнул «отец», выходя из ступора и поднимая меня с колен. — Простите, она просто переволновалась.
— ГДЕ МОЙ СЫН?! — заорала я, вырываясь из рук «отца». — Да пустите же меня!
— Кто? — Он удивлённо вскинув брови и не переставая ухмыляться, заставил вновь меня замереть.
— Маленький мальчик пяти лет, вот такого роста, — уже рыдая, пыталась вырваться я. — С кудрявыми непослушными волосами и твоими глазами!
Взгляд всё такой же, как прежде. Он смотрел на меня очень долго — целую вечность, — сузив зрачки.
— Может, мне найти другую невесту?
Оставив меня, «отец» начал кланяться мужчине, чуть не целуя руки.
— Настя очень перенервничала и придумала не пойми что, лишь бы не выходить замуж. Она сегодня весь день концерты нам устраивает! Такого больше не повторится. Мать, уведи её! — махнув на меня рукой, произнёс он.
У меня началась истерика, и тут я совсем озверела. Вскочив на ноги, со всего размаха влепила ему пощёчину.
— Если это очередная твоя игра, то знай: я не буду молчать!
— Ах ты, дрянь паршивая!.. — презрительно зашипела «мать», одёргивая меня за руку и таща в сторону лестницы.
— Верни мне сына! — закричала я. — Верни!
Меня силой затолкали в комнату, запирая дверь на ключ. И вдруг я понимаю, что меня буквально засасывает в другую реальность! Становится ужасно страшно — появляется чувство страха, какое испытываешь в полёте на аттракционе. Лоб покрывается испариной. Открываю глаза — и снова нахожусь в аэропорту. Не могу шевельнуть ни ногой, ни рукой, двинуться не могу, но вижу зал и людей вокруг. Напрягаю все силы, причём не физические, а душевные. Стараюсь вырываться из плена. На руках, тихо посапывая, спит мой ребёнок. Я собираю все свои силы, эмоции и словно ударяю по нервным окончаниям своего тела. Мелкий ток побежал по кончикам пальцев, резко охватывая всё тело и причиняя нетерпимую боль. Но спать хочется так сильно, что глаза тут же закрываются, не давая мне шанса сдвинуться с места. Я обнимаю спящего ребёнка, хватаю свою сумку и бегу на наш рейс. Всё вокруг будто в тумане, но желание бежать прочь от мужа и семейного счастья не покидает меня ни на минуту.
— Не спать, только не спать!
Но очередная страшная волна опять затягивает — такое ощущение, будто за душу тянут обратно.
— Нет! Не сейчас!
На стойке регистрации, предоставив паспорт и билеты, мы заняли место в самолёте. У меня всё плыло перед глазами, но сама мысль бежать, причём быстрее, пока не поздно, не давала вернуться назад в западню.
— Мама! — Открыв глазки, Мишутка мне улыбнулся.
— Спи, мы скоро прилетим.
— А папа? Он ведь потеряет нас!
— А папа нас найдёт. Мы немного поиграем в прятки, хорошо?
— Я люблю прятки! — рассмеялся Миша и поудобнее устроился на моих руках.
— Засыпай, нам лететь три часа.
Главное — продержаться эти три часа. Три часа реальности. Думаю, вытерплю. Пытаюсь расслабиться, но через считаные секунды понимаю, что не выдержу — слишком сильно тянет назад, словно волна за волной топят на дно. Я не знаю, когда ещё смогу вернуться назад, поэтому держу свою душу сердцем и мыслями о сыне.
В аэропорту нас встречала полноватая пожилая женщина с табличкой в руках.
— Алиночка не смогла вас встретить, — улыбнулась она. — Меня зовут Анна Антоновна. Я работаю у неё кухаркой и помогаю по дому.
Кто такая Алина? Это моя троюродная сестра по отцовской линии. Всю сознательную жизнь работала: сначала училась и делала карьеру, потом развивала свой бизнес. В итоге состоялась как профессионал и бизнесвумен, но личную жизнь так и не устроила. С семьёй не общается, поскольку в ближайшее время не собирается выходить замуж и заводить спиногрызов. Как так? Все мужики сволочи, и без них прожить можно. Вот поэтому связь она поддерживала только со мной и младшей сестрёнкой. Я заранее с ней списалась и попросила помощи, так как все мужчины — кто? Правильно, сволочи!
Я вновь почувствовала приближающуюся волну и нехватку в лёгких воздуха. Только не сейчас! Сильнее сжала ладошку сына, надеясь, что она меня удержит.
«Если б раньше я знала, что так замужем плохо…» И ещё этот бред про два мира! По-моему, у меня расстройство личности на фоне интенсивного стресса. Объясняется инстинктом выживания. Симптомы включают перемещения из одной реальности в другую, не изменяя ход событий в обеих. Оказывается, я — псих.
Инструкция: как перейти в другую реальность для чайников. Раздел первый, пункт первый, точка.
– выйти замуж за мужчину, озабоченного повышением качества жизни;
– влюбиться по уши и родить от него ребёнка;
– забить свою гордость в угол и сидеть как мышка, грызя свой сыр;
– сломать себя как человека и жить с душевной болью.
И тут вы почувствуете странное раздвоение себя. Не пугайтесь и не бегайте от опасности по врачам. Примите это как данность, без напряга и претензий к Богу. Главное, перестаньте переживать — от этого будет только хуже. Скачки будут происходить всё чаще.
Я смотрела на закрытую деревянную дверь, до боли сжимая ладонь. Ничего, я выберусь и душу подлатаю!
Утро встретило не так радостно, как хотелось. Я проснулась лёжа в позе эмбриона. Холодный воздух щекотал мои ступни, и от этого стало вдвойне противнее. Всё та же картина, всё то же место. Мучительная боль возникала приступообразно, перед глазами мелькали яркие точки. Кажется, я схожу с ума. Пора ложиться в больницу.
Внезапно дверь с грохотом открылась, впуская разъярённую женщину.
— За тобой приехали — выходи!
Я улыбнулась и потихоньку поднялась. Всё тело нещадно болело. Наконец-то смогу покинуть этот дурдом!
— Может, меня накормят?
Было бы здорово — я давно не ела. Ощущение голода отразилось в виде урчания моего желудка.
Женщина громко цокнула каблуками и вышла. Вернулась секунд через тридцать, неся поднос с чем-то вкусно пахнущим.
— Каша, хлеб с маслом и чай. У тебя ровно десять минут.
Как в тюрьме прямо! Но я же всё-таки их «дитя», плод любви! Однако долго думать и горевать над своей судьбой я не стала и быстро съела всё содержимое тарелки. Глубоко вздохнув, закрыла глаза, почувствовав столь необходимую сытость. На пустой желудок голова работать не хочет, как ни крути.
Посмотрев в зеркало, я остановила свой выбор на лёгком сером платье, которое не стесняло движений и длина которого доходила чуть ниже колен. Сполоснув в тазу лицо, смыв остатки маски, завязала лентой волосы в конский хвост.
Сделав подобие улыбки на лице, я выбежала из комнаты и спустилась по ступенькам на первый этаж, где меня уже ждали.
— Ну что? Мы едем?
— Не мы, а ты, «дочка»!
Открылась входная дверь, и меня чуть ли не силком вытолкали наружу.
Чёрная дверь огромного внедорожника отворилась, и показался высокий худощавый мужчина с резкими чертами лица и седыми волосами:
— Присаживайтесь, Настасья!
Подозрительно осмотрев машину и подняв левую бровь, я повернулась к «родителям».
— А вы разве не со мной? Всё-таки ваша дочь замуж выходит!
«Отец» хотел что-то сказать, но «матушка» запретила ему это взмахом руки. Затем сунула мне в руку корзинку со сладостями, стряхивая невидимые пылинки:
— Ты извинишься перед Артемиосом и передашь корзинку к столу.
— Перед кем?
Имя-то какое помпезное, прямо греческое! Скрывая улыбку, прячу лицо.
— Ты шутить изволишь перед матерью! Такой концерт вчера устроить — это надо же так замуж не хотеть. И перед кем? Перед самим женихом! Скажи спасибо, что не сбежал!
Сочувствую. Артемиос, может быть, и сбежал, но мой муж — навряд ли. Его концертом не удивить.
Бросив печальный взгляд на «родителей» и стараясь пустить слезу, я уселась на мягкое кожаное сиденье автомобиля. Боже, как же мне этого не хватало! Простого комфорта! Седой мужчина прикрыл за мной дверь, усаживаясь на водительское место.
— Ехать долго, невестка, так что можете немного подремать.
Ха! «Невестка»! Если услышат, что я невеста собственного мужа, — засмеют ведь! Просто ужас, как он на него похож! Нужно обязательно проверить родинку чуть ниже пупка — сантиметров так пять ниже. Не может быть такого совпадения, или же он просто притворяется, как и я. Играет в игру «угадай кто?».
Панорама из окна была чрезвычайно разнообразной: дерево, дерево, куст, опять дерево. Я и не заметила, как провалилась в сон.
Машина остановилась, и меня вежливо разбудили. Выпрямив спину, я увидела большой дом в тени деревьев.
На тщательно подстриженном зелёном газоне, утопая в кустах алых роз, находился неплохо спроектированный трёхэтажный особняк. Розы были везде, и меня передёрнуло от отвращения. Закрывая нос ладошкой, я заранее постаралась не дышать. Как только машина подъехала, белая дверь отворилась, и на ступеньках освещённой лестницы показался мой муж, а за ним — толпа родственников. Почему родственников? Да по одним улыбкам можно понять, кто есть кто.
Водитель обошёл машину и открыл мне дверь.
— Можно, я тут ещё посижу? — с надеждой в глазах спросила я.
Хозяин дома протянул мне руку, и ни слова не говоря, крепко сжал мою и потянул на себя.
— Ну, здравствуй, невестушка!
— Пойду достану подарок. — Вырываю свою руку из тисков, достаю корзину со сладостями.
Это вам! — Протискивает её между нами. — В прошлый раз как-то неудачно всё получилось. Прошу меня простить!
— Ну давай, посмотри на невинность этой девушки! Строим оленьи глазки и закусываем нижнюю губу!
— Ничего страшного, ты меня позабавила.
Послеполуденное солнце просвечивало сквозь густые ресницы и мешало смотреть в глаза. Я отчётливо слышала, как жужжат в лепестках роз пчёлы, чувствовала удушающий аромат. Будьте вы прокляты, розы!
— Не любите розы?
Жмурясь от солнца, прикрываю ладонью глаза и делаю себе подобие козырька.
— Некоторым людям не нравятся розы! Возьмите корзину, она не лёгкая. — И я вручила будущему мужу презент.
Слащавые улыбки и ослепительно-белые зубы радостно приветствовали невесту. Из-за солнца я не могла толком рассмотреть лиц.
— Артемиос, не стойте на пороге, заходите в дом! — заохала женщина в цветастом платье и алых туфлях. Теперь понимаю, откуда розы. Брр!
Глава 5
В воцарившейся в помещении тишине голос адвоката семьи Сельва звучал мрачно. Все взгляды были устремлены на угрюмого, низкого роста и плотного телосложения мужчину, стоявшего посреди кабинета. Он зачитывал последнюю волю дедушки Рофея, который скончался ночью.
Я доверял своему деду, как и всем остальным членам семьи. Однако при этом никак не ожидал, что старик сможет оставить после себя невесту для внука. А он давно уже сделал свой выбор.
В этой семье старшие устраивали брачные отношения и искали жён в семью Сельва.
— Мой дед знал, что я не хочу жениться. Именно поэтому он так поступил. Кто она?
Я уже представлял себе ту женщину, которую дед пророчил мне в жёны, — кроткую мышку, невинную лань.
— Мне не нужна жена. Мне не нужны дети. Мне вообще не нужна эта лишняя нервотрёпка!
— Сынок! — Матушка взяла мою руку и сжала её. — Ты знаешь, каковы традиции нашей семьи. Жена не будет тебе помехой. Я возьму её на себя.
— Я не хочу жить, как вы с отцом! Меня годами не бывает в Гессе — в основном весь бизнес на Земле.
— Это судьба каждой невесты Сельва. Ты не можешь проигнорировать завещание дедушки Рофея.
«Жена» — это слово отзывалось во мне головной болью. Я с детства знал, что никогда не женюсь и не заведу детей. Не было никакого желания, чтобы кто-то рос похожим на меня, следовал по моим стопам. Я не желал своему ребёнку такого же, как у меня, детства, где каждый родитель жил своей жизнью.
Мои руки сжались в кулаки.
— Кто она?
Адвокат продолжил читать завещание, поправляя очки с толстыми линзами:
— Её зовут Настасья, девушка из низших слоёв. Вся её семья — фермеры. Это отец и мать. Участок — два гектара пшеницы. Небольшое хозяйство.
— Видишь, сынок, она деревенская — проблем не будет. Обещаю!
— Надеюсь!
— У нас много домов. Поселим её в одном из них — и пусть себе живёт.
Я оценивающе посмотрел на мать.
— Сейчас меня больше волнует дед. Его нужно похоронить и сообщить отцу о смерти.
Сжав алые губы, мать сквозь зубы произнесла:
— Ему незачем знать.
— Постарайтесь сконцентрироваться на другом — я скоро приведу в дом невесту. Сделай все приготовления.
— Мне нужно свадебное платье.
— Моя помощница поедет за свадебным платьем — можешь отправиться вместе с ней. Только прошу: не ищи на Земле встреч с отцом.
— Хорошо.
***
Всё те же алые туфли завели меня в дом, при этом что-то мило шепча на ушко. И я наконец-то поняла, чтo тут не так, отчего резко остановилась и медленно подняла глаза на обладательницу туфель. Свекровь, чёрт бы её побрал!
Я пристально посмотрела на Арти, словно пытаясь прочесть его мысли. Что же он задумал? Но по лицу его ничего нельзя было понять. Казалось, он и в самом деле является моим женихом, а женщина рядом — его матерью. Я никогда не была знакома с семьёй Артёма, лишь его мама присутствовала на нашей свадьбе и активно участвовала в воспитании Мишки, как только узнала о моём положении. А про отца Арти я слышала из телефонных разговоров: что он проживает где-то очень далеко от семьи.
Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять: мужчина перед ней и есть её муж. Божечки, у меня мурашки по телу! Как такое может быть?! Параллельная вселенная? Прошлое? Будущее? Психушка?
