- Нет.
- Ну, и ладно. Вот жила я, никому зла не делала, была у меня собственная квартира, тарелка, неплохая пенсия, кошка, золото в банке на чёрный день… Не осталось ничего.
- А золото?
- О, думаю, оно так и лежит в банке. Можно приехать в банк и забрать его. Да только мне не на чем туда приехать. Даже если банк выдаёт золотые вклады, невзирая на происходящее. Всё отобрали. Даже курить год назад доктор запретил.
- На звездолётах курить всё равно нельзя, так что это к лучшему, - успокоил её я.
Флор было безразлично всё, связанное с ребёнком, а меня старуха устраивала, но прежде чем подпускать её к младенцу менять памперсы, надо было привести несчастную в какое-то подобие человеческого вида. Это заняло несколько часов – требовалось как следует отмыть, подстричь, привести в порядок ногти на руках и ногах, купить ей сандалии и простенькое платье, а под конец накормить. Жрала она, как не в себя, ну, и без того было видно, что питалась она последнее время не очень хорошо. Ну, хоть зубы ей лечить не пришлось – свои давно выпали, а пластмассовые протезы достаточно прополоскать.
Потом дона Исидора приступила к обязанностям няни, и я убедился, что она прекрасно с ними справляется. Памперсы – ерунда, я и сам мог их сменить, а она из двух одеял смастерила колыбельку, в которой малой Саня спал, никому не мешая. А когда проснулся и попытался заорать, она принялась что-то ему говорить, и он минут на десять вопли отложил, а там и Флор подоспела со своими молочными железами. Действовала старуха очень уверенно, подтверждая правильность нашего выбора.
А вот секунд-генерал к появлению на свет нашего потомка отнёсся крайне негативно. Даже скандал закатил, орал, будто его насилуют великаны и ругался хуже портового грузчика. Флор на него отреагировала со своим обычным хладнокровием и никак отвечать не собиралась, так что пришлось мне. Генерала возмутило то, что мы обзавелись ребёнком без его разрешения. Я порекомендовал ему дать нам это разрешение, и тогда военный порядок будет восстановлен.
Старый вояка побагровел и стал шевелить губами, как выброшенная на берег рыба. Пытался что-то сказать, но не мог. На то, чтобы вернуть способность к речи, ему понадобилось несколько минут.
- Да вы совсем оборзели! – заявил он. – Ладно, взяли на борт шестилетнюю девочку, я ещё могу поверить, что она будет себя нормально вести и не помешает вам пилотировать звездолёт. Но новорожденный! Какие к этому куску мяса могут быть требования по дисциплине? Он в любой момент может зареветь или насрать прямо на приборную панель, и это запросто может привести к аварии, к гибели десяти тысяч невинных душ! Хотя нет, ваши две души невинными не назовёшь, так что потерь в невинных душах выйдет чуть меньше!
- Вот вы и проболтались, герр секунд-генерал. Ни у кого не повернётся язык назвать души коммандос невинными, не для невинности готовили этих славных воинов. Вы постоянно говорите, что на ковчеге улетят коммандос, но что у вас в планах на самом деле? Лично я полагаю, «Пиранья» повезёт в основном беженок-проституток, которые каким-то неведомым мне способом подрывают экономику Амазонки.
Генерал смутился. Мне ещё ни разу не приходилось видеть смущённого генерала, аж не верилось, что это я, да ещё и без особых усилий, привёл его в такое непривычное состояние.
- Херня! – неуверенно, да и неубедительно возразил он. – Нас выставляют с Амазонки, и плевать мне на состояние её экономики! Как только мы стартуем, так почти сразу звезда Ястреб – ну, что за дебильное название для звезды! – превратится в крохотную точку на небосводе, да и то если смотреть в правильном направлении.
- Насколько мне известно, Лигу уже с Амазонки не выставляют. Коммандос остаются здесь, чтобы отпугивать войска Рио, которые на самом деле вовсе не горят желанием нападать, потому что им сейчас не до того. Но вернёмся к нашим делам, герр секунд-генерал. Если пассажирами нашей «Пираньи» будут в основном проститутки, часть из них непременно будут рожать, поскольку почти все они католички, а римская церковь аборты весьма не одобряет. Как, впрочем, и контрацепцию вообще.
- Не совсем так, - шепнула мне Флор. – Ватикан нейтрально относится к некоторым видам контрацепции. Открыто не разрешает, но и прямо не осуждает.
- Шлюхи всё равно залетают и будут залетать, - авторитетно заявил я. – Что бы там ни решила та или иная церковь. Такова их природа, ничего тут не поделать. А католические шлюхи будут ещё и активно рожать. А отсюда следует, что на борту «Пираньи» неизбежно окажется немало младенцев, и нашего в этой шобле никто даже не заметит.
- Как только я принял вас на службу, меня постоянно грызёт желание за все ваши вызывающие выходки отдать вас под трибунал и по его приговору мучительно казнить…
- Иных приговоров, помимо казни, быть не может? – полюбопытствовал я. – Напрочь исключено?
- Конечно, нет! Это же трибунал, а не воскресная школа! Но если я вас казню, кто поведёт ковчег? Я пытался отыскать других навигаторов, ещё как пытался! И однажды мне даже показалось, что нашёл какое-то их подобие. Но чем всё закончилось? Эти рукожопы разбили напрочь яхту, а я их за это даже казнить не могу, потому что сами они тоже разбились! И я вновь остался с двумя вами, незаменимыми, и что можно сделать в такой ситуации? Просто смешно – корпус Галактической Лиги не может найти нормальных навигаторов! И это на индустриальной планете, где уже давным-давно работают соответствующие курсы. Куда, на хрен, подевались все их выпускники? Их всех в какую-нибудь чёрную дыру засосало? Или они кому-то плотно засосали, мать их за ногу?
- Что ж, генерал, выходит, нам только и остаётся, что молить Всевышнего, чтобы он вам не предоставил других более-менее компетентных навигаторов. Аминь, и да будет так!
- Ты ещё и богохульствуешь? Надо нам взять пример с Рио, и провести с вами аутодафе! Сжечь ваши грешные тела, но при этом очистить огнём и тем самым спасти ваши бессмертные души!
- Увы, герр генерал, мою душу никто спасти не в силах, - бесстрастно произнесла Флор.
- Это ещё почему?
- У меня нет никакой души, ни смертной, ни бессмертной. Я абсолютно бездушная.
- Не морочь мне голову! Бездушность – это свойство характера, а не отсутствие души! Да меня самого после битвы за Канопус называли бездушным и безжалостным! А на самом деле души есть у всех, даже у клонов.
- Я не клон. Большинство коммандос считают, что я вампирка, а у вампиров души нет.
- Вампиров не бывает! Ты опять морочишь мне голову!
- Тогда я атеистка, и не верю ни в какие души. Или, по-вашему, атеисток тоже не бывает?
Генерал уже явно жалел, что затеял этот разговор. Не умел он общаться на равных, по крайней мере с нами, да и не хотел, что тут поделаешь?
- Это вам лучше обсудить с нашим капелланом, - осторожно предложил он.
- С этими падре лучше лишний раз не связываться, - заявил я. – Оглянуться не успеешь, а твою душу уже очищают огнём. Спасибо, не нужно.
- Наш капеллан – не падре, а пастор. Лютеранский священник. А все эти безобразия затеяли и проводят католики. И то лишь часть проживающих на половине одной варварской планеты в неимоверном галактическом захолустье.
- Они молятся тому же Богу, - сообщила общеизвестное Флор, и на этом наша дискуссия закончилась.
Мы не знали, когда стартует «Пиранья», генерал по каким-то одному ему ведомым причинам держал эту дату в строжайшем секрете. Да и экипаж был ещё не готов. Не мы с Флор, навигаторы, а бортмеханики. Даже на крошечных звездолётах класса «яхта» и «грузовое такси», и на баржах, у которых оборудования, обеспечивающего полёт, ещё меньше, чем на яхтах, нужно постоянно делать профилактику этому оборудованию, а также чинить его мелкие поломки.
Грузовичок «Шакти», на котором я совершал свой первый полёт, обслуживался всего одним бортинженером, пожилой женщиной с тем же именем Шакти, и она прекрасно с этим справлялась. Но для ковчега такой подход не годился – для одной только замены воздушных фильтров в системе жизнеобеспечения требовалось пару недель, а была ещё масса всякого оборудования – сантехника, система автоматической уборки помещений, очистка воды и всё такое прочее. Поэтому Лига наняла на первый рейс «Пираньи» две сотни бортмехаников, ещё месяц назад работавших автослесарями.
Обучала их Флор, и один из них, узнав, что она вампир, решил, что лично он истребитель вампиров и попытался её истребить при помощи отвёртки с заточенным серебряным жалом. Разумеется, убить у него не получилось – нас охраняли Дагмар и её новый напарник Олаф, и Дагмар прикончила хулигана голыми руками. Другие коммандос убили ещё троих, я не стал выяснять, за что именно.
Через пару дней Флор передала ораву бортмехаников под команду Пеле, и они вроде неплохо справлялись под его руководством Разума. А куда нам было деваться? На нормальном лайнере экипаж под тридцать человек, на ковчеге, по идее, ещё больше. Двое, даже если один из них киборг, наверняка не справятся без помощи корабельного Разума. А я вдобавок опасался, что мы не справимся и с его помощью, но держал эти опасения при себе, потому как не представлял, чем поможет высказывание их вслух – если в распоряжении генерала и были другие космонавты, он придерживал их существование в секрете для каких-то лишь ему ведомых целей. Я уже не раз убеждался, что он ещё тот интриган.
Тем временем началась посадка пассажиров, которая будет продолжаться несколько дней. Я так понял, что старт всё ближе, но этого официально никто не подтверждал. Посадка была похожа на сцену даже не из фильма-катастрофы, а их фильма ужасов, больше всего напоминая зомби-апокалипсис. Беженцы и беженки плевать хотели на очередь, и периодически затаптывали насмерть слабых, а если не получалось, охотно прибегали к поножовщине, причём в основном женщины. Регулирующие посадку коммандос плевать хотели на беженцев и потому следили исключительно за тем, чтобы никто не затоптал и не зарезал их самих.
Я не очень понимал, почему нельзя было всё это организовать если не совсем без жертв, то почти без них. Пока меня не просветила Дагмар. По её мнению, эвакуацию беженцев проводят с единственной целью – чтобы их стало меньше там, откуда их эвакуируют, а там, куда их вывозят, они и даром не нужны. Поэтому жертвы в процессе эвакуации никого не беспокоят, даже наоборот. Исключения бывают, если среди беженцев есть, например, великие учёные, изобретатели или квалифицированные работяги дефицитных специальностей. Этих стараются привезти живыми. Но среди наших нынешних пассажиров есть только великие проститутки, а это профессия вовсе не дефицитная, так что всем плевать, если они друг друга поубивают, лишь бы коммандос остались к этим смертям непричастными.
Слегка огорчённый пояснениями Дагмар, я потащил всё «семейство» на пляж. Мы даже окунуться не успели, как ударил тропический ливень, и нам пришлось спрятаться под навесом, хорошо хоть, таковой на гостиничном пляже был предусмотрен. До сезона дождей было ещё далеко, но Флор сказала мне, что дожди, хоть и редко, случаются и в сухой сезон. Я глянул в Сети прогноз погоды, там ни о каком дожде ни слова не было, а Дагмар мне заявила, что синоптики, как и все прочие предсказатели, врут всегда и даже чуть чаще. А может, не врут, а ошибаются, но нам разницы нет.
- Я тоже иногда предсказывала будущее, - призналась Исидора. – Всё какая-то прибавка к пенсии была. Мне верили, потому что я на ведьму здорово смахивала.
- Ты и сейчас здорово смахиваешь, - сказал я. – В существование ведьм вполне могу поверить. А вот в предсказание будущего – нет. Оно не определено и зависит от наших, и не только наших, поступков.
- И это говорит мне звёздный навигатор, который определяет, пройдёт ли благополучно его звездолёт мимо той или иной звезды, следуя проложенным курсом? И что это, если не предсказание?
- С формальной точки зрения верно, - согласилась Флор.
- Но мы это рассчитываем, а вовсе не угадываем, - попытался возразить я.
- А какая разница? – вопросила старуха. – Если ты, внучек, используя экстраполяцию, аппроксимацию и сглаживание по второй производной… Что ты на меня так вылупился? Неожиданные слова из уст старой ведьмы? Разве я не говорила, что старая ведьма была когда-то в молодости инженером?
- Забыл, - покаянно признался я. – Но ты продолжай, дона Исидора. Я использую в расчётах всякие математические штуки, а если совсем честно, это не я использую, а корабельный компьютер или Разум по команде навигаторов. А какая-нибудь ведьма вроде тебя, дона Исидора, я так понял, может достать тот же результат непонятно откуда без всяких расчётов?
- Очень даже понятно, откуда – из ноосферы. Только не спрашивайте меня, что это такое, потом в Сети сами глянете. Я отставной инженер, а не религиозный наставник.
Не предусмотренный прогнозом погоды ливень усилился, молнии раз за разом били в установленные на пляже громоотводы, и гром гремел довольно громко, но не так чтобы очень часто, позволяя более-менее нормально разговаривать. Шум дождя тоже особо не мешал. Но мы тем не менее все молчали. Дагмар с Олафом с самого начала ливня занялись обычным делом коммандос на отдыхе, Дагмар время от времени страстно стонала, но секса не прерывала. Зоя не сводила восторженного взгляда с няньки, знающей необычно много умных слов.
Мобильник Флор издал резкий сигнал вызова, она глянула на экран и ответила, не включая ни голограммы собеседника, ни даже простого изображения. Хотя, возможно, это не включил собеседник. Бесстрастно выслушав сказанное им, Флор попросила передать телефон ближайшему или ближайшей коммандос, и после недолгой паузы приказала провести девку с дитём на борт «Пираньи» через вход для экипажа.
- Она мне нужна в звездолёте, а зачем – это никого не касается, - категорически заявила она.
Дагмар прервала своё любимое занятие и жестом попросила у Флор мобильник.
- Я – капрал Дагмар, - представилась она. – Ты кто? Мартин? Ты что, не знаешь, кто такая Флор? Да, она вампирка, так о ней говорят. А ещё она наш навигатор и пилот. И ей в полёте зачем-то необходима эта девка. Я её давно охраняю, если она говорит, что ей что-то надо, так оно ей реально надо. Она кто угодно, но не капризуля. И ты всерьёз хочешь, чтобы наш пилот повела звездолёт, не имея при себе чего-то или кого-то ей необходимого? Ну, вот и умница, Мартин.
Дагмар вернула телефон Флор, та распорядилась, чтобы ей доложили текстовым сообщением, когда её собеседница окажется в своей каюте, и прервала связь. Я поинтересовался, что это за девка с дитём и зачем она нам нужна.
- Она – мои резервные молочные железы, - пояснила Флор.
- Вы все говорите слова, которые я не понимаю, - обиделась Зоя. – Я их даже повторить не смогу, если вы спросите «Какие?».
- Не переживай. Ты ещё маленькая, чтобы такое понимать. А если ты про ту женщину, то она – мои запасные сиськи.
- Как это?
- Я кормлю юного Александра своим молоком.
- Да, я видела, - кивнула девочка.
- Я буду пилотировать «Пиранью», а при плохом стечении обстоятельств ещё и ремонтировать её. Это нервная работа. Поверь мне на слово.
- Верю, Флор.
- А ещё поверь, что когда кормящая женщина нервничает, молоко у неё может пропасть. Вот на этот случай мне и нужны запасные сиськи.
- Ну, и ладно. Вот жила я, никому зла не делала, была у меня собственная квартира, тарелка, неплохая пенсия, кошка, золото в банке на чёрный день… Не осталось ничего.
- А золото?
- О, думаю, оно так и лежит в банке. Можно приехать в банк и забрать его. Да только мне не на чем туда приехать. Даже если банк выдаёт золотые вклады, невзирая на происходящее. Всё отобрали. Даже курить год назад доктор запретил.
- На звездолётах курить всё равно нельзя, так что это к лучшему, - успокоил её я.
Флор было безразлично всё, связанное с ребёнком, а меня старуха устраивала, но прежде чем подпускать её к младенцу менять памперсы, надо было привести несчастную в какое-то подобие человеческого вида. Это заняло несколько часов – требовалось как следует отмыть, подстричь, привести в порядок ногти на руках и ногах, купить ей сандалии и простенькое платье, а под конец накормить. Жрала она, как не в себя, ну, и без того было видно, что питалась она последнее время не очень хорошо. Ну, хоть зубы ей лечить не пришлось – свои давно выпали, а пластмассовые протезы достаточно прополоскать.
Потом дона Исидора приступила к обязанностям няни, и я убедился, что она прекрасно с ними справляется. Памперсы – ерунда, я и сам мог их сменить, а она из двух одеял смастерила колыбельку, в которой малой Саня спал, никому не мешая. А когда проснулся и попытался заорать, она принялась что-то ему говорить, и он минут на десять вопли отложил, а там и Флор подоспела со своими молочными железами. Действовала старуха очень уверенно, подтверждая правильность нашего выбора.
А вот секунд-генерал к появлению на свет нашего потомка отнёсся крайне негативно. Даже скандал закатил, орал, будто его насилуют великаны и ругался хуже портового грузчика. Флор на него отреагировала со своим обычным хладнокровием и никак отвечать не собиралась, так что пришлось мне. Генерала возмутило то, что мы обзавелись ребёнком без его разрешения. Я порекомендовал ему дать нам это разрешение, и тогда военный порядок будет восстановлен.
Старый вояка побагровел и стал шевелить губами, как выброшенная на берег рыба. Пытался что-то сказать, но не мог. На то, чтобы вернуть способность к речи, ему понадобилось несколько минут.
- Да вы совсем оборзели! – заявил он. – Ладно, взяли на борт шестилетнюю девочку, я ещё могу поверить, что она будет себя нормально вести и не помешает вам пилотировать звездолёт. Но новорожденный! Какие к этому куску мяса могут быть требования по дисциплине? Он в любой момент может зареветь или насрать прямо на приборную панель, и это запросто может привести к аварии, к гибели десяти тысяч невинных душ! Хотя нет, ваши две души невинными не назовёшь, так что потерь в невинных душах выйдет чуть меньше!
- Вот вы и проболтались, герр секунд-генерал. Ни у кого не повернётся язык назвать души коммандос невинными, не для невинности готовили этих славных воинов. Вы постоянно говорите, что на ковчеге улетят коммандос, но что у вас в планах на самом деле? Лично я полагаю, «Пиранья» повезёт в основном беженок-проституток, которые каким-то неведомым мне способом подрывают экономику Амазонки.
Генерал смутился. Мне ещё ни разу не приходилось видеть смущённого генерала, аж не верилось, что это я, да ещё и без особых усилий, привёл его в такое непривычное состояние.
- Херня! – неуверенно, да и неубедительно возразил он. – Нас выставляют с Амазонки, и плевать мне на состояние её экономики! Как только мы стартуем, так почти сразу звезда Ястреб – ну, что за дебильное название для звезды! – превратится в крохотную точку на небосводе, да и то если смотреть в правильном направлении.
- Насколько мне известно, Лигу уже с Амазонки не выставляют. Коммандос остаются здесь, чтобы отпугивать войска Рио, которые на самом деле вовсе не горят желанием нападать, потому что им сейчас не до того. Но вернёмся к нашим делам, герр секунд-генерал. Если пассажирами нашей «Пираньи» будут в основном проститутки, часть из них непременно будут рожать, поскольку почти все они католички, а римская церковь аборты весьма не одобряет. Как, впрочем, и контрацепцию вообще.
- Не совсем так, - шепнула мне Флор. – Ватикан нейтрально относится к некоторым видам контрацепции. Открыто не разрешает, но и прямо не осуждает.
- Шлюхи всё равно залетают и будут залетать, - авторитетно заявил я. – Что бы там ни решила та или иная церковь. Такова их природа, ничего тут не поделать. А католические шлюхи будут ещё и активно рожать. А отсюда следует, что на борту «Пираньи» неизбежно окажется немало младенцев, и нашего в этой шобле никто даже не заметит.
- Как только я принял вас на службу, меня постоянно грызёт желание за все ваши вызывающие выходки отдать вас под трибунал и по его приговору мучительно казнить…
- Иных приговоров, помимо казни, быть не может? – полюбопытствовал я. – Напрочь исключено?
- Конечно, нет! Это же трибунал, а не воскресная школа! Но если я вас казню, кто поведёт ковчег? Я пытался отыскать других навигаторов, ещё как пытался! И однажды мне даже показалось, что нашёл какое-то их подобие. Но чем всё закончилось? Эти рукожопы разбили напрочь яхту, а я их за это даже казнить не могу, потому что сами они тоже разбились! И я вновь остался с двумя вами, незаменимыми, и что можно сделать в такой ситуации? Просто смешно – корпус Галактической Лиги не может найти нормальных навигаторов! И это на индустриальной планете, где уже давным-давно работают соответствующие курсы. Куда, на хрен, подевались все их выпускники? Их всех в какую-нибудь чёрную дыру засосало? Или они кому-то плотно засосали, мать их за ногу?
- Что ж, генерал, выходит, нам только и остаётся, что молить Всевышнего, чтобы он вам не предоставил других более-менее компетентных навигаторов. Аминь, и да будет так!
- Ты ещё и богохульствуешь? Надо нам взять пример с Рио, и провести с вами аутодафе! Сжечь ваши грешные тела, но при этом очистить огнём и тем самым спасти ваши бессмертные души!
- Увы, герр генерал, мою душу никто спасти не в силах, - бесстрастно произнесла Флор.
- Это ещё почему?
- У меня нет никакой души, ни смертной, ни бессмертной. Я абсолютно бездушная.
- Не морочь мне голову! Бездушность – это свойство характера, а не отсутствие души! Да меня самого после битвы за Канопус называли бездушным и безжалостным! А на самом деле души есть у всех, даже у клонов.
- Я не клон. Большинство коммандос считают, что я вампирка, а у вампиров души нет.
- Вампиров не бывает! Ты опять морочишь мне голову!
- Тогда я атеистка, и не верю ни в какие души. Или, по-вашему, атеисток тоже не бывает?
Генерал уже явно жалел, что затеял этот разговор. Не умел он общаться на равных, по крайней мере с нами, да и не хотел, что тут поделаешь?
- Это вам лучше обсудить с нашим капелланом, - осторожно предложил он.
- С этими падре лучше лишний раз не связываться, - заявил я. – Оглянуться не успеешь, а твою душу уже очищают огнём. Спасибо, не нужно.
- Наш капеллан – не падре, а пастор. Лютеранский священник. А все эти безобразия затеяли и проводят католики. И то лишь часть проживающих на половине одной варварской планеты в неимоверном галактическом захолустье.
- Они молятся тому же Богу, - сообщила общеизвестное Флор, и на этом наша дискуссия закончилась.
Глава 42
Мы не знали, когда стартует «Пиранья», генерал по каким-то одному ему ведомым причинам держал эту дату в строжайшем секрете. Да и экипаж был ещё не готов. Не мы с Флор, навигаторы, а бортмеханики. Даже на крошечных звездолётах класса «яхта» и «грузовое такси», и на баржах, у которых оборудования, обеспечивающего полёт, ещё меньше, чем на яхтах, нужно постоянно делать профилактику этому оборудованию, а также чинить его мелкие поломки.
Грузовичок «Шакти», на котором я совершал свой первый полёт, обслуживался всего одним бортинженером, пожилой женщиной с тем же именем Шакти, и она прекрасно с этим справлялась. Но для ковчега такой подход не годился – для одной только замены воздушных фильтров в системе жизнеобеспечения требовалось пару недель, а была ещё масса всякого оборудования – сантехника, система автоматической уборки помещений, очистка воды и всё такое прочее. Поэтому Лига наняла на первый рейс «Пираньи» две сотни бортмехаников, ещё месяц назад работавших автослесарями.
Обучала их Флор, и один из них, узнав, что она вампир, решил, что лично он истребитель вампиров и попытался её истребить при помощи отвёртки с заточенным серебряным жалом. Разумеется, убить у него не получилось – нас охраняли Дагмар и её новый напарник Олаф, и Дагмар прикончила хулигана голыми руками. Другие коммандос убили ещё троих, я не стал выяснять, за что именно.
Через пару дней Флор передала ораву бортмехаников под команду Пеле, и они вроде неплохо справлялись под его руководством Разума. А куда нам было деваться? На нормальном лайнере экипаж под тридцать человек, на ковчеге, по идее, ещё больше. Двое, даже если один из них киборг, наверняка не справятся без помощи корабельного Разума. А я вдобавок опасался, что мы не справимся и с его помощью, но держал эти опасения при себе, потому как не представлял, чем поможет высказывание их вслух – если в распоряжении генерала и были другие космонавты, он придерживал их существование в секрете для каких-то лишь ему ведомых целей. Я уже не раз убеждался, что он ещё тот интриган.
Тем временем началась посадка пассажиров, которая будет продолжаться несколько дней. Я так понял, что старт всё ближе, но этого официально никто не подтверждал. Посадка была похожа на сцену даже не из фильма-катастрофы, а их фильма ужасов, больше всего напоминая зомби-апокалипсис. Беженцы и беженки плевать хотели на очередь, и периодически затаптывали насмерть слабых, а если не получалось, охотно прибегали к поножовщине, причём в основном женщины. Регулирующие посадку коммандос плевать хотели на беженцев и потому следили исключительно за тем, чтобы никто не затоптал и не зарезал их самих.
Я не очень понимал, почему нельзя было всё это организовать если не совсем без жертв, то почти без них. Пока меня не просветила Дагмар. По её мнению, эвакуацию беженцев проводят с единственной целью – чтобы их стало меньше там, откуда их эвакуируют, а там, куда их вывозят, они и даром не нужны. Поэтому жертвы в процессе эвакуации никого не беспокоят, даже наоборот. Исключения бывают, если среди беженцев есть, например, великие учёные, изобретатели или квалифицированные работяги дефицитных специальностей. Этих стараются привезти живыми. Но среди наших нынешних пассажиров есть только великие проститутки, а это профессия вовсе не дефицитная, так что всем плевать, если они друг друга поубивают, лишь бы коммандос остались к этим смертям непричастными.
Слегка огорчённый пояснениями Дагмар, я потащил всё «семейство» на пляж. Мы даже окунуться не успели, как ударил тропический ливень, и нам пришлось спрятаться под навесом, хорошо хоть, таковой на гостиничном пляже был предусмотрен. До сезона дождей было ещё далеко, но Флор сказала мне, что дожди, хоть и редко, случаются и в сухой сезон. Я глянул в Сети прогноз погоды, там ни о каком дожде ни слова не было, а Дагмар мне заявила, что синоптики, как и все прочие предсказатели, врут всегда и даже чуть чаще. А может, не врут, а ошибаются, но нам разницы нет.
- Я тоже иногда предсказывала будущее, - призналась Исидора. – Всё какая-то прибавка к пенсии была. Мне верили, потому что я на ведьму здорово смахивала.
- Ты и сейчас здорово смахиваешь, - сказал я. – В существование ведьм вполне могу поверить. А вот в предсказание будущего – нет. Оно не определено и зависит от наших, и не только наших, поступков.
- И это говорит мне звёздный навигатор, который определяет, пройдёт ли благополучно его звездолёт мимо той или иной звезды, следуя проложенным курсом? И что это, если не предсказание?
- С формальной точки зрения верно, - согласилась Флор.
- Но мы это рассчитываем, а вовсе не угадываем, - попытался возразить я.
- А какая разница? – вопросила старуха. – Если ты, внучек, используя экстраполяцию, аппроксимацию и сглаживание по второй производной… Что ты на меня так вылупился? Неожиданные слова из уст старой ведьмы? Разве я не говорила, что старая ведьма была когда-то в молодости инженером?
- Забыл, - покаянно признался я. – Но ты продолжай, дона Исидора. Я использую в расчётах всякие математические штуки, а если совсем честно, это не я использую, а корабельный компьютер или Разум по команде навигаторов. А какая-нибудь ведьма вроде тебя, дона Исидора, я так понял, может достать тот же результат непонятно откуда без всяких расчётов?
- Очень даже понятно, откуда – из ноосферы. Только не спрашивайте меня, что это такое, потом в Сети сами глянете. Я отставной инженер, а не религиозный наставник.
Не предусмотренный прогнозом погоды ливень усилился, молнии раз за разом били в установленные на пляже громоотводы, и гром гремел довольно громко, но не так чтобы очень часто, позволяя более-менее нормально разговаривать. Шум дождя тоже особо не мешал. Но мы тем не менее все молчали. Дагмар с Олафом с самого начала ливня занялись обычным делом коммандос на отдыхе, Дагмар время от времени страстно стонала, но секса не прерывала. Зоя не сводила восторженного взгляда с няньки, знающей необычно много умных слов.
Мобильник Флор издал резкий сигнал вызова, она глянула на экран и ответила, не включая ни голограммы собеседника, ни даже простого изображения. Хотя, возможно, это не включил собеседник. Бесстрастно выслушав сказанное им, Флор попросила передать телефон ближайшему или ближайшей коммандос, и после недолгой паузы приказала провести девку с дитём на борт «Пираньи» через вход для экипажа.
- Она мне нужна в звездолёте, а зачем – это никого не касается, - категорически заявила она.
Дагмар прервала своё любимое занятие и жестом попросила у Флор мобильник.
- Я – капрал Дагмар, - представилась она. – Ты кто? Мартин? Ты что, не знаешь, кто такая Флор? Да, она вампирка, так о ней говорят. А ещё она наш навигатор и пилот. И ей в полёте зачем-то необходима эта девка. Я её давно охраняю, если она говорит, что ей что-то надо, так оно ей реально надо. Она кто угодно, но не капризуля. И ты всерьёз хочешь, чтобы наш пилот повела звездолёт, не имея при себе чего-то или кого-то ей необходимого? Ну, вот и умница, Мартин.
Дагмар вернула телефон Флор, та распорядилась, чтобы ей доложили текстовым сообщением, когда её собеседница окажется в своей каюте, и прервала связь. Я поинтересовался, что это за девка с дитём и зачем она нам нужна.
- Она – мои резервные молочные железы, - пояснила Флор.
- Вы все говорите слова, которые я не понимаю, - обиделась Зоя. – Я их даже повторить не смогу, если вы спросите «Какие?».
- Не переживай. Ты ещё маленькая, чтобы такое понимать. А если ты про ту женщину, то она – мои запасные сиськи.
- Как это?
- Я кормлю юного Александра своим молоком.
- Да, я видела, - кивнула девочка.
- Я буду пилотировать «Пиранью», а при плохом стечении обстоятельств ещё и ремонтировать её. Это нервная работа. Поверь мне на слово.
- Верю, Флор.
- А ещё поверь, что когда кормящая женщина нервничает, молоко у неё может пропасть. Вот на этот случай мне и нужны запасные сиськи.
