Она внимательно меня осмотрела.
- Законное желание, - признала она. – У тебя глаза красные, ты на зомби похож, или там на демона какого-нибудь. А мы с Бычком немножко отметили переход в тахионное пространство, но это я осталась трезвая, а он пьян в жопу! А раз так…
Не закончив излагать свою глубокую мысль, Шакти плюхнулась в свободное кресло и захрапела так, что затряслись иллюминаторы, а рубка заполнилась густым перегаром. Зоя смотрела на неё с отвращением, но это не решало проблему, кто поведёт корабль дальше. Пока я осознавал всю тяжесть нашего положения, пришлось дважды обходить скопления мусора, а потом возвращаться на прежний курс. К слезам, сквозь которые и так почти ничего не было видно, добавилась резь в глазах, да и голова уже мало что соображала. Я решил посоветоваться с компьютером, сочтя, что больше не с кем.
- Пью, капитан действительно пьян в жопу? – спросил я.
- Несомненно, навигатор Дарт. Хотя сам он предпочитает выражение «в говно». Уж не знаю, почему.
- Он действительно упивается в говно всякий раз, когда корабль преодолевает световой барьер?
- Да, навигатор Дарт. Хотя правильным местоимением в данном случае будет «они», поскольку напивается капитан всегда вдвоём с супругой. Такая у них традиция
- И как они раньше выкручивались? Не только я, салага, вообще никто не в силах отстоять две вахты подряд! А раньше они не протрезвеют!
- Именно так. Не исключено, что понадобится даже больше, чем две вахты. Но раньше на борту было два навигатора, не считая капитана, и они легко справлялись, а сейчас вы один.
- Зоя отказывается стать за штурвал, и наверняка имеет для того веские причины. А мне что делать?
- Резервный навигатор Зоя, а почему вы не хотите пилотировать корабль? – уточнил Пью. – Вы уже много лет в космосе, разве вам ни разу не приходилось стоять на вахте?
- Не в такой грязи! – отрезала она. – На чистой траектории – сколько угодно, а здесь боюсь разбить эту лоханку! Ещё быстрее, чем если корабль просто положим в дрейф.
Дрейфом на жаргоне космонавтов назывался полёт под управлением Разума или, за неимением такового, бортового компьютера, причём совершенно без присмотра человека. Когда-то это слово использовалось моряками древнего парусного флота, и обозначало что-то совсем другое, но похожее – неуправляемое перемещение судна, или что-то вроде того. Официально класть корабль в дрейф строжайше запрещалось, но экипажи барж клали на эти запреты, если вы понимаете, о чём я. Судя по всему, на грузовых такси поступали точно так же.
- Пью, тут поблизости весь космос такой грязный? – поинтересовался я.
- Нет, навигатор Дарт, это локальная аномалия, официально именуемая космическим течением, а на космическом жаргоне называется «струйка». Вокруг неё космос даже чище обычного, поскольку весь окрестный мусор она притягивает к себе и поглощает. Нам не повезло, мы восемь часов шли по течению, и продолжаем идти. Хотя чистый космос совсем рядом, и перейти туда совсем несложно и совсем недолго.
Я вспомнил кошмар восьмичасовой вахты, который, оказывается, было очень просто прервать. Хотелось как следует набить морду придурку, так неудачно проложившему курс, но хоть это было и несложно, но не принесло бы мне облегчения – курс я прокладывал сам. Так или иначе, но я здорово разозлился.
- Пью, почему ты, видя, как мне тяжело пробираться сквозь мусор, не сказал мне, что чистый космос совсем рядом? – рявкнул я.
- Я запрограммирован не утомлять вахтенного информацией без хотя бы подобия запроса на неё. К тому же наш детектор массы видит достаточно далеко, если бы вы им воспользовались, увидели бы чистый космос и без моей подсказки.
- Я салага, откуда мне было знать, куда смотреть?
- Быть салагой – не достижение. Нашли, чем хвастаться, навигатор Дарт.
- А как же знаменитые три закона?
- Я не робот, а бортовой компьютер. В меня не прошиты те дурацкие три закона.
Зоя, слушая наши пререкания, хихикала. Но совсем не зло, у её взгляд так и оставался влюблённым. Ну, или, по крайней мере, нежным, что было неожиданно видеть в исполнении лесбиянки. Не сильно отвлекаясь на неё, я выбрался на хрен из струйки, и уже в чистом космосе развернул корабль параллельно первоначальному курсу. Детекторы массы показывали довольно плотную струйку на нашей бывшей траектории, и благословенную пустоту в остальных местах.
- Спасибо Господу нашему Иисусу Христу и Матери Его Пресвятой Деве Марии за наше спасение из лап нечистого, - страстно выкрикнула Зоя на латыни и перекрестилась.
- Насколько я видел, из объятий нечистой струйки нас вытащил навигатор Дарт, с моей скромной помощью, а вовсе не теми двумя, кого вы за это поблагодарили, кок Зоя.
- Богохульник, - безразлично заявила она.
- Нет. Бортовой компьютер не может быть богохульником, поскольку говорит только то, что запрограммирован говорить. Вся ответственность за мои слова – на программисте или на пользователях.
Через десяток минут Зоя недовольно заявила, что не видит ни малейшего смысла пялиться в экран, передающий изображение исключительно межзвёздной пустоты, за неимением ничего лучшего. Отдала приказ Пью дальше справляться самому, то есть, положила «Шакти» в дрейф, и с многообещающей улыбкой повернулась ко мне.
- Сначала поужинаем или сразу подумаем об Англии? – уточнила она, игриво подмигнув.
Я дико устал, и секс с Зоей меня ничуть не привлекал, хоть она слегка меня и возбуждала даже сейчас, уж не знаю, почему. Но уйти в свой закуток, оставив рубку на вдребезги пьяную Шакти, показалось мне так себе идеей. Как бы ни был умён Пью, в дрейфе он запросто способен завести корабль в какую-нибудь подвернувшуюся задницу, а выбираться из неё буду я, и чем раньше я этим займусь, тем выше вероятность успешно выбраться. Значит, мой секс с благодарной лесбиянкой состоится в рубке, но мне категорически не хотелось совокупляться под носом у Шакти, даже якобы беспробудно спящей.
Пока Зоя готовила тушёную курицу с жареной картошкой, понятно, из полуфабрикатов, я потащил бесчувственное тело Шакти к мужу. Она вовсе не была толстой, но и я не такой уж силач, и ускорение корабля на одну пятую превышала стандартное планетарное тяготение. Я не справлялся, но вскоре ко мне подбежала Зоя и подставила второе плечо. Стало гораздо легче. Правда, в какой-то момент Шакти, не открывая глаз, внезапно запела. Голос у неё, кстати, оказался довольно приятным.
- Я пью до дна, причём тут море? – исполнила она и снова отрубилась.
- На каком это языке? – не поняла Зоя.
- Не знаю, - ответил я. – Наверно, на хинди. Индийский фольклор.
На само деле мне показалось, что это славянский язык, но досконально выяснять не хотелось.
- А столица у них Лондон, - хихикнула она, когда мы закончили ужинать в опустевшей рубке.
- Ты о чём? – теперь уже не понял я.
- Об Англии. Я о ней ничего не знаю, но Пью мне подсказал.
- На самом деле она думает вовсе не об Англии, а о сексе, - просветил меня бортовой компьютер.
Я перевёл взгляд на Зою, и она тут же радостно мне улыбнулась и полезла целоваться.
Пью управлял кораблём на своё усмотрение, и уходил всё дальше от прежней траектории, хоть и выдерживал вдали от неё более-менее верное направление. Детектор массы уверенно показывал чистый космос, так что я не стал корректировать курс – движемся примерно куда надо, и ладно. Да и Зоя как с цепи сорвалась, неутомимо ублажая своего фиктивного мужа, то есть, меня. Правда, если я что-то понимаю в женских оргазмах, их не было – она ничего подобного не только не испытывала, но даже не имитировала, так что оставалось лишь гадать, с чего вдруг у неё прорезался такой энтузиазм в сексе.
- Тебе понравилось? – взволнованно спросила она, когда я больше не мог проявлять сексуальную активность. – Я не была бревном?
- Бревном ты точно не была, - заверил я. – Я вот только не понял, откуда у тебя такое разнообразие поз? Многие из них совершенно не годятся для лесби.
- Ну… в порнофильмах подсмотрела. Не была бы я цветной… то есть, мулаткой, сейчас бы ты видел покрасневшую Зою. Хотя, казалось бы, чего тыт стыдиться? Вот только не говори, что ты никогда порнуху не смотрел!
Я не был цветным даже в малейшей степени, так что покраснел безо всякой маскировки смуглой кожей.
- Смотрел, конечно. Только там в начале почти любого фильма появляются предупреждающие титры, что зрителям не следует даже пытаться повторить трюки, исполняемые профессиональными каскадёрами.
- Мы же с тобой космонавты, нам ли бояться столько мелких трудностей? – рассмеялась Зоя. – Но ты мне не ответил, понравились ли мои трюки тебе? Я так старалась!
- Со мной всё нормально. Но вот у тебя я ни одного оргазма не заметил.
- Их и не было. Я с самого начала знала, что так и будет. Я не той ориентации, забыл?
- Не понимаю тебя. Зачем тебе тогда всё это?
- Сделать приятно напарнику. Укрепить духовную близость. Я же говорила! Так у меня получилось?
- Получилось, - не стал спорить я. – Мы стали неимоверно духовно близкими. А теперь я, с твоего позволения, спать. Устал жутко.
Мы разложили кресла и уже собрались отойти ко сну, но тут корабль затрясся от рёва разъярённого зверя, а именно Быка, причём Великого.
- Это кто тут приказал Пью лечь в дрейф? – вопросил он так, что у меня уши заложило.
- Это был мой приказ, капитан, - признался я.
- Зачем? Ты не знаешь, что это опасно? И даже не видишь, что дико отклонился от курса?
- Курс – говно, - буркнул я. – Проложен едва не точно по струйке. Пью получил приказ идти параллельно прежней траектории, но по чистому космосу. Если бы курс прокладывал кто-то другой, подумал бы, что это диверсия. Но его прокладывал лично я.
- Ты должен был посмотреть на детектор масс, и сразу бы увидел эту проклятую струйку!
- Протупил по неопытности, - я покаянно опустил взгляд вниз.
Конечно, я бы мог сказать в своё оправдание, что капитан мой курс проверил и тоже протупил струйку, хотя уж он-то далеко не салага, а потом ещё и нажрался, бросив меня единственным дееспособным навигатором на корабле на время больше двух вахт, но я понимал, что обвинять в чём-то капитана – так себе идея, даже если он во многом категорически неправ.
- Ладно, ничего страшного, - гнев капитана утих, и он пошёл на мировую. – Все мы иногда совершаем ошибки. Эй, девка-кок, ну-ка, быстро сделай кофе мне и бортинженеру! С завтраком подожди, аппетита пока нет совсем.
Потом Зоя у него выясняла, где на корабле хранится кофе, в кладовке при камбузе его не было. Капитан сделал широкий жест, и разрешил выпить по маленькой чашке и нам, а когда она скорчила недовольную рожу, «утешил» её сообщением, что на Латифундии кофе сколько угодно, и там можно потреблять его вёдрами и даже цистернами, если возникнет такое желание. Девушка расстроилась, и я потащил её в постель, не ради секса, конечно же, а для того, чтобы она что-нибудь сгоряча не ляпнула и не разъярила капитана, что неизвестно чем для неё закончится. Да и для меня тоже.
Я уже почти заснул, но Великий Бык снова заревел так, будто его кастрируют. Оказалось, проснувшаяся Шакти испила кофе и возжелала позавтракать – видать, похмелье она переносила гораздо лучше мужа. Зоя, от души матерясь, отправилась на камбуз и начала готовить. Я боялся, что она, вновь оказавшись рядом с капитаном, поругается с ним, но решил, что если у неё хватит ума так поступить, то пусть сама и расхлёбывает последствия – я ей не нянька. Но в рубке звучали только голова капитана и Шакти, значит, расхлёбывать ничего не нужно. По крайней мере, пока.
А я решил обдумать причины вспышки Зоиной страсти. Я не очень их понимал, и потому беспокоился. Ведь не могла же она, лесби, вдруг сменить ориентацию на нормальную, да ещё и видимых причин. А вариант, что она единственным доступным ей способом просто поблагодарила меня за поиски решения её проблем с Латифундией, перестал казаться мне вероятным. Да, женщины часто благодарят сексом, но сколько раз они выражают так свою благодарность за один поступок мужчины? Единожды, в крайнем случае дважды, а уж никак не такой вакханалией, что она для меня устроила.
Нет, тут что-то другое. Она хочет от меня какой-нибудь ответной услуги, если бурный секс в женском исполнении можно считать услугой? Я попытался угадать, что она от меня потребует. Я активировал терминал Пью прямо с койки, которую делил с Зоей. О том, что так можно, мне поведал сам Пью, и я не уверен, что спрашивал его об этом. Наш бортовой компьютер всё больше походил на Искусственный Разум во всём, что не касалось навигации, так что я ожидал от него существенной помощи в вопросе странного и нелогичного поведения нашего кока. Или просто кажущегося нелогичным.
- Пью, ты, конечно же, в курсе, что у меня с Зоей недавно был обильный секс.
- Да, навигатор Дарт. Я, как бортовой компьютер, в курсе всего, что происходит на борту.
- Так вот, Пью, зачем это понадобилось Зое?
- Обычно члены экипажа вдоволь совокупляются, потому что хотят вдоволь совокупляться и имеют для этого возможность.
- Прими дополнительное условие: сам по себе секс со мной Зое совершенно не нужен. И ещё одно: это не ради денег, у меня их не столько, чтобы стоило стараться.
- Достоверного ответа я дать не смогу. Уж простите, навигатор Дарт.
- А какой сможешь?
- Только гипотетический, основанный на информации из художественной литературы, содержащейся в моей памяти.
- Вполне устроит, Пью, - улыбнулся я.
- Придётся некоторое время подождать, - предупредил компьютер. – Очень уж большой объём информации мне предстоит обработать.
Пока он глубокомысленно молчал, я попытался ещё раз отыскать решение этой жизненной задачки, но мне это опять не удалось. Льщу себе мыслью, что просто не успел, Пью дал слишком мало времени.
- Я решил вашу задачу, - заявил компьютер. – В книгах из моей библиотеки многие женщины-персонажи считают свой секс ценным товаром, хотя крайне редко говорят об этом вслух.
- И в реальном мире есть такие женщины, - согласился я.
- То, что вы получили от кока Зои крупную партию этого товара, можно расценивать как взятку. Она хочет, чтобы вы когда-нибудь позже сделали для неё что-то такое, что делать не обязаны. Если, разумеется, с её стороны это не возврат старого долга.
- Нет, Пью, она мне столько не должна. Она мне вообще ничего не должна. А чего именно она от меня хочет?
- Увы, навигатор Дарт, кок Зоя не просто женщина, а нестандартная женщина. Если вы не можете определить мотивы её поступков своим мужским мозгом, то моему металлическому это тем более не под силу. Вероятных мотивов я отыскал более ста пятидесяти тысяч, вряд ли вам удастся определить среди них истинный.
Может, если бы я умел лучше формулировать задания компьютеру, я достиг бы большего. А так получил подсказку, что достижение так называемой духовной близости есть взятка натурой в особо крупных размерах, да ещё и с целью, так и оставшейся неизвестной, несмотря на все старания Пью. Но всё оказалось ещё хуже – Зоя подслушала мой разговор с компьютером.
- Ты не поверил, что я просто хотела сделать тебя приятно? – печально спросила она. – Так почему меня не спросил? Мы с тобой вроде как не чужие друг другу люди! А ты почему-то считаешь меня мерзкой корыстной сукой!
- То, что ты сука, я не сомневаюсь. То, что корыстная – тоже не сомневаюсь, хотя не могу понять, в чём твоя корысть. А вот с тем, что ты мерзкая – категорически не согласен, при всех твоих, так сказать, недостатках.
- Законное желание, - признала она. – У тебя глаза красные, ты на зомби похож, или там на демона какого-нибудь. А мы с Бычком немножко отметили переход в тахионное пространство, но это я осталась трезвая, а он пьян в жопу! А раз так…
Не закончив излагать свою глубокую мысль, Шакти плюхнулась в свободное кресло и захрапела так, что затряслись иллюминаторы, а рубка заполнилась густым перегаром. Зоя смотрела на неё с отвращением, но это не решало проблему, кто поведёт корабль дальше. Пока я осознавал всю тяжесть нашего положения, пришлось дважды обходить скопления мусора, а потом возвращаться на прежний курс. К слезам, сквозь которые и так почти ничего не было видно, добавилась резь в глазах, да и голова уже мало что соображала. Я решил посоветоваться с компьютером, сочтя, что больше не с кем.
- Пью, капитан действительно пьян в жопу? – спросил я.
- Несомненно, навигатор Дарт. Хотя сам он предпочитает выражение «в говно». Уж не знаю, почему.
- Он действительно упивается в говно всякий раз, когда корабль преодолевает световой барьер?
- Да, навигатор Дарт. Хотя правильным местоимением в данном случае будет «они», поскольку напивается капитан всегда вдвоём с супругой. Такая у них традиция
- И как они раньше выкручивались? Не только я, салага, вообще никто не в силах отстоять две вахты подряд! А раньше они не протрезвеют!
- Именно так. Не исключено, что понадобится даже больше, чем две вахты. Но раньше на борту было два навигатора, не считая капитана, и они легко справлялись, а сейчас вы один.
- Зоя отказывается стать за штурвал, и наверняка имеет для того веские причины. А мне что делать?
- Резервный навигатор Зоя, а почему вы не хотите пилотировать корабль? – уточнил Пью. – Вы уже много лет в космосе, разве вам ни разу не приходилось стоять на вахте?
- Не в такой грязи! – отрезала она. – На чистой траектории – сколько угодно, а здесь боюсь разбить эту лоханку! Ещё быстрее, чем если корабль просто положим в дрейф.
Дрейфом на жаргоне космонавтов назывался полёт под управлением Разума или, за неимением такового, бортового компьютера, причём совершенно без присмотра человека. Когда-то это слово использовалось моряками древнего парусного флота, и обозначало что-то совсем другое, но похожее – неуправляемое перемещение судна, или что-то вроде того. Официально класть корабль в дрейф строжайше запрещалось, но экипажи барж клали на эти запреты, если вы понимаете, о чём я. Судя по всему, на грузовых такси поступали точно так же.
- Пью, тут поблизости весь космос такой грязный? – поинтересовался я.
- Нет, навигатор Дарт, это локальная аномалия, официально именуемая космическим течением, а на космическом жаргоне называется «струйка». Вокруг неё космос даже чище обычного, поскольку весь окрестный мусор она притягивает к себе и поглощает. Нам не повезло, мы восемь часов шли по течению, и продолжаем идти. Хотя чистый космос совсем рядом, и перейти туда совсем несложно и совсем недолго.
Я вспомнил кошмар восьмичасовой вахты, который, оказывается, было очень просто прервать. Хотелось как следует набить морду придурку, так неудачно проложившему курс, но хоть это было и несложно, но не принесло бы мне облегчения – курс я прокладывал сам. Так или иначе, но я здорово разозлился.
- Пью, почему ты, видя, как мне тяжело пробираться сквозь мусор, не сказал мне, что чистый космос совсем рядом? – рявкнул я.
- Я запрограммирован не утомлять вахтенного информацией без хотя бы подобия запроса на неё. К тому же наш детектор массы видит достаточно далеко, если бы вы им воспользовались, увидели бы чистый космос и без моей подсказки.
- Я салага, откуда мне было знать, куда смотреть?
- Быть салагой – не достижение. Нашли, чем хвастаться, навигатор Дарт.
- А как же знаменитые три закона?
- Я не робот, а бортовой компьютер. В меня не прошиты те дурацкие три закона.
Зоя, слушая наши пререкания, хихикала. Но совсем не зло, у её взгляд так и оставался влюблённым. Ну, или, по крайней мере, нежным, что было неожиданно видеть в исполнении лесбиянки. Не сильно отвлекаясь на неё, я выбрался на хрен из струйки, и уже в чистом космосе развернул корабль параллельно первоначальному курсу. Детекторы массы показывали довольно плотную струйку на нашей бывшей траектории, и благословенную пустоту в остальных местах.
- Спасибо Господу нашему Иисусу Христу и Матери Его Пресвятой Деве Марии за наше спасение из лап нечистого, - страстно выкрикнула Зоя на латыни и перекрестилась.
- Насколько я видел, из объятий нечистой струйки нас вытащил навигатор Дарт, с моей скромной помощью, а вовсе не теми двумя, кого вы за это поблагодарили, кок Зоя.
- Богохульник, - безразлично заявила она.
- Нет. Бортовой компьютер не может быть богохульником, поскольку говорит только то, что запрограммирован говорить. Вся ответственность за мои слова – на программисте или на пользователях.
Через десяток минут Зоя недовольно заявила, что не видит ни малейшего смысла пялиться в экран, передающий изображение исключительно межзвёздной пустоты, за неимением ничего лучшего. Отдала приказ Пью дальше справляться самому, то есть, положила «Шакти» в дрейф, и с многообещающей улыбкой повернулась ко мне.
- Сначала поужинаем или сразу подумаем об Англии? – уточнила она, игриво подмигнув.
Я дико устал, и секс с Зоей меня ничуть не привлекал, хоть она слегка меня и возбуждала даже сейчас, уж не знаю, почему. Но уйти в свой закуток, оставив рубку на вдребезги пьяную Шакти, показалось мне так себе идеей. Как бы ни был умён Пью, в дрейфе он запросто способен завести корабль в какую-нибудь подвернувшуюся задницу, а выбираться из неё буду я, и чем раньше я этим займусь, тем выше вероятность успешно выбраться. Значит, мой секс с благодарной лесбиянкой состоится в рубке, но мне категорически не хотелось совокупляться под носом у Шакти, даже якобы беспробудно спящей.
Пока Зоя готовила тушёную курицу с жареной картошкой, понятно, из полуфабрикатов, я потащил бесчувственное тело Шакти к мужу. Она вовсе не была толстой, но и я не такой уж силач, и ускорение корабля на одну пятую превышала стандартное планетарное тяготение. Я не справлялся, но вскоре ко мне подбежала Зоя и подставила второе плечо. Стало гораздо легче. Правда, в какой-то момент Шакти, не открывая глаз, внезапно запела. Голос у неё, кстати, оказался довольно приятным.
- Я пью до дна, причём тут море? – исполнила она и снова отрубилась.
- На каком это языке? – не поняла Зоя.
- Не знаю, - ответил я. – Наверно, на хинди. Индийский фольклор.
На само деле мне показалось, что это славянский язык, но досконально выяснять не хотелось.
- А столица у них Лондон, - хихикнула она, когда мы закончили ужинать в опустевшей рубке.
- Ты о чём? – теперь уже не понял я.
- Об Англии. Я о ней ничего не знаю, но Пью мне подсказал.
- На самом деле она думает вовсе не об Англии, а о сексе, - просветил меня бортовой компьютер.
Я перевёл взгляд на Зою, и она тут же радостно мне улыбнулась и полезла целоваться.
Глава 15
Пью управлял кораблём на своё усмотрение, и уходил всё дальше от прежней траектории, хоть и выдерживал вдали от неё более-менее верное направление. Детектор массы уверенно показывал чистый космос, так что я не стал корректировать курс – движемся примерно куда надо, и ладно. Да и Зоя как с цепи сорвалась, неутомимо ублажая своего фиктивного мужа, то есть, меня. Правда, если я что-то понимаю в женских оргазмах, их не было – она ничего подобного не только не испытывала, но даже не имитировала, так что оставалось лишь гадать, с чего вдруг у неё прорезался такой энтузиазм в сексе.
- Тебе понравилось? – взволнованно спросила она, когда я больше не мог проявлять сексуальную активность. – Я не была бревном?
- Бревном ты точно не была, - заверил я. – Я вот только не понял, откуда у тебя такое разнообразие поз? Многие из них совершенно не годятся для лесби.
- Ну… в порнофильмах подсмотрела. Не была бы я цветной… то есть, мулаткой, сейчас бы ты видел покрасневшую Зою. Хотя, казалось бы, чего тыт стыдиться? Вот только не говори, что ты никогда порнуху не смотрел!
Я не был цветным даже в малейшей степени, так что покраснел безо всякой маскировки смуглой кожей.
- Смотрел, конечно. Только там в начале почти любого фильма появляются предупреждающие титры, что зрителям не следует даже пытаться повторить трюки, исполняемые профессиональными каскадёрами.
- Мы же с тобой космонавты, нам ли бояться столько мелких трудностей? – рассмеялась Зоя. – Но ты мне не ответил, понравились ли мои трюки тебе? Я так старалась!
- Со мной всё нормально. Но вот у тебя я ни одного оргазма не заметил.
- Их и не было. Я с самого начала знала, что так и будет. Я не той ориентации, забыл?
- Не понимаю тебя. Зачем тебе тогда всё это?
- Сделать приятно напарнику. Укрепить духовную близость. Я же говорила! Так у меня получилось?
- Получилось, - не стал спорить я. – Мы стали неимоверно духовно близкими. А теперь я, с твоего позволения, спать. Устал жутко.
Мы разложили кресла и уже собрались отойти ко сну, но тут корабль затрясся от рёва разъярённого зверя, а именно Быка, причём Великого.
- Это кто тут приказал Пью лечь в дрейф? – вопросил он так, что у меня уши заложило.
- Это был мой приказ, капитан, - признался я.
- Зачем? Ты не знаешь, что это опасно? И даже не видишь, что дико отклонился от курса?
- Курс – говно, - буркнул я. – Проложен едва не точно по струйке. Пью получил приказ идти параллельно прежней траектории, но по чистому космосу. Если бы курс прокладывал кто-то другой, подумал бы, что это диверсия. Но его прокладывал лично я.
- Ты должен был посмотреть на детектор масс, и сразу бы увидел эту проклятую струйку!
- Протупил по неопытности, - я покаянно опустил взгляд вниз.
Конечно, я бы мог сказать в своё оправдание, что капитан мой курс проверил и тоже протупил струйку, хотя уж он-то далеко не салага, а потом ещё и нажрался, бросив меня единственным дееспособным навигатором на корабле на время больше двух вахт, но я понимал, что обвинять в чём-то капитана – так себе идея, даже если он во многом категорически неправ.
- Ладно, ничего страшного, - гнев капитана утих, и он пошёл на мировую. – Все мы иногда совершаем ошибки. Эй, девка-кок, ну-ка, быстро сделай кофе мне и бортинженеру! С завтраком подожди, аппетита пока нет совсем.
Потом Зоя у него выясняла, где на корабле хранится кофе, в кладовке при камбузе его не было. Капитан сделал широкий жест, и разрешил выпить по маленькой чашке и нам, а когда она скорчила недовольную рожу, «утешил» её сообщением, что на Латифундии кофе сколько угодно, и там можно потреблять его вёдрами и даже цистернами, если возникнет такое желание. Девушка расстроилась, и я потащил её в постель, не ради секса, конечно же, а для того, чтобы она что-нибудь сгоряча не ляпнула и не разъярила капитана, что неизвестно чем для неё закончится. Да и для меня тоже.
Я уже почти заснул, но Великий Бык снова заревел так, будто его кастрируют. Оказалось, проснувшаяся Шакти испила кофе и возжелала позавтракать – видать, похмелье она переносила гораздо лучше мужа. Зоя, от души матерясь, отправилась на камбуз и начала готовить. Я боялся, что она, вновь оказавшись рядом с капитаном, поругается с ним, но решил, что если у неё хватит ума так поступить, то пусть сама и расхлёбывает последствия – я ей не нянька. Но в рубке звучали только голова капитана и Шакти, значит, расхлёбывать ничего не нужно. По крайней мере, пока.
А я решил обдумать причины вспышки Зоиной страсти. Я не очень их понимал, и потому беспокоился. Ведь не могла же она, лесби, вдруг сменить ориентацию на нормальную, да ещё и видимых причин. А вариант, что она единственным доступным ей способом просто поблагодарила меня за поиски решения её проблем с Латифундией, перестал казаться мне вероятным. Да, женщины часто благодарят сексом, но сколько раз они выражают так свою благодарность за один поступок мужчины? Единожды, в крайнем случае дважды, а уж никак не такой вакханалией, что она для меня устроила.
Нет, тут что-то другое. Она хочет от меня какой-нибудь ответной услуги, если бурный секс в женском исполнении можно считать услугой? Я попытался угадать, что она от меня потребует. Я активировал терминал Пью прямо с койки, которую делил с Зоей. О том, что так можно, мне поведал сам Пью, и я не уверен, что спрашивал его об этом. Наш бортовой компьютер всё больше походил на Искусственный Разум во всём, что не касалось навигации, так что я ожидал от него существенной помощи в вопросе странного и нелогичного поведения нашего кока. Или просто кажущегося нелогичным.
- Пью, ты, конечно же, в курсе, что у меня с Зоей недавно был обильный секс.
- Да, навигатор Дарт. Я, как бортовой компьютер, в курсе всего, что происходит на борту.
- Так вот, Пью, зачем это понадобилось Зое?
- Обычно члены экипажа вдоволь совокупляются, потому что хотят вдоволь совокупляться и имеют для этого возможность.
- Прими дополнительное условие: сам по себе секс со мной Зое совершенно не нужен. И ещё одно: это не ради денег, у меня их не столько, чтобы стоило стараться.
- Достоверного ответа я дать не смогу. Уж простите, навигатор Дарт.
- А какой сможешь?
- Только гипотетический, основанный на информации из художественной литературы, содержащейся в моей памяти.
- Вполне устроит, Пью, - улыбнулся я.
- Придётся некоторое время подождать, - предупредил компьютер. – Очень уж большой объём информации мне предстоит обработать.
Пока он глубокомысленно молчал, я попытался ещё раз отыскать решение этой жизненной задачки, но мне это опять не удалось. Льщу себе мыслью, что просто не успел, Пью дал слишком мало времени.
- Я решил вашу задачу, - заявил компьютер. – В книгах из моей библиотеки многие женщины-персонажи считают свой секс ценным товаром, хотя крайне редко говорят об этом вслух.
- И в реальном мире есть такие женщины, - согласился я.
- То, что вы получили от кока Зои крупную партию этого товара, можно расценивать как взятку. Она хочет, чтобы вы когда-нибудь позже сделали для неё что-то такое, что делать не обязаны. Если, разумеется, с её стороны это не возврат старого долга.
- Нет, Пью, она мне столько не должна. Она мне вообще ничего не должна. А чего именно она от меня хочет?
- Увы, навигатор Дарт, кок Зоя не просто женщина, а нестандартная женщина. Если вы не можете определить мотивы её поступков своим мужским мозгом, то моему металлическому это тем более не под силу. Вероятных мотивов я отыскал более ста пятидесяти тысяч, вряд ли вам удастся определить среди них истинный.
Может, если бы я умел лучше формулировать задания компьютеру, я достиг бы большего. А так получил подсказку, что достижение так называемой духовной близости есть взятка натурой в особо крупных размерах, да ещё и с целью, так и оставшейся неизвестной, несмотря на все старания Пью. Но всё оказалось ещё хуже – Зоя подслушала мой разговор с компьютером.
- Ты не поверил, что я просто хотела сделать тебя приятно? – печально спросила она. – Так почему меня не спросил? Мы с тобой вроде как не чужие друг другу люди! А ты почему-то считаешь меня мерзкой корыстной сукой!
- То, что ты сука, я не сомневаюсь. То, что корыстная – тоже не сомневаюсь, хотя не могу понять, в чём твоя корысть. А вот с тем, что ты мерзкая – категорически не согласен, при всех твоих, так сказать, недостатках.
