Согласившись с ним, я собиралась оставить мужчину, чтобы тот мог, как следует всё обдумать, но у него на меня видимо были другие планы. В общем, не смотря на все мои "старания" переубедить его, что наши отношения не правильны и у нас ничего не может быть, эту ночь мы всё равно снова провели вместе. И да, мне всё очень понравилось, вот только ощущение того, что я предаю собственного парня, который в этот же самый момент сидит в следственном изоляторе никуда не делось. И я знаю, что многие скажут, что я и в самом деле предательница, спелась с отцом лучшей подруги, вместо того, чтобы быть рядом с парнем, поддерживать его и пытаться спасти собственные отношения. Вот только знаете, что я отвечу на это? Нечего там уже спасать, мы с Пашей оба охладели друг к другу и даже элементарной симпатии просто не осталось. Единственное почему я всё ещё была с ним - это потому что мне его жалко. Да и в данной ситуации ему никто кроме меня не поможет, даже тот Роберт или Кира, они ведь просто делают вид будто они его лучшие друзья, и готовы ради него на всё, а на самом деле им плевать на всех, кроме себя. Так что, какой бы я ни была хреновой девушкой, но один на один его с этой... проблемой никогда не брошу, как бы пафосно это не звучало.
Проснувшись в шесть часов утра в комнате Стаса, я кое-как освободилась из его объятий и стала потихоньку собираться в школу. Но, тут надо поблагодарить мою "великолепную" грацию, ведь я практически завалила журнальный столик, мать его, на котором стояли кружки. Кое-как удержав всю эту конструкцию, чтобы ничего не разбилось и не сломалось, я конечно же разбудила Стаса. Сонный мужчина буквально подорвался с постели, тут же схватив лежащий рядом пистолет и направил его на меня. Взвизгнув от страха, я машинально подняла руки вверх, попятившись немного назад и только тогда он рассмотрев моё лицо, спрятал пистолет обратно, в ту же секунду оказавшись рядом. Через силу успокоив меня после утреннего потрясения, мы вместе отправились в ванную, чтобы умыться. Всё то время пока мы там находились, мужчина не сказал мне ни слова и вообще держался довольно отстранённо, что конечно начало меня раздражать. Пытаясь хоть как-то разговорить его, я начала спрашивать того о том, как так вышло, что он стал отцом в мои же годы, но Стас лишь продолжал упрямо молчать, пока вдруг резко не заговорил:
- Я кажется знаю, что нужно делать с Павлом.
Нахмурившись, я хотела уже спросить о чём именно тот говорит, но он опередил меня.
- Ты должна прийти сегодня ко мне в отдел и поговорить с ним с глазу на глаз. Я устрою вам свидание.
- И что, ты думаешь он скажет мне правду?
- Конечно нет, он станет отпираться или того хуже просто молчать, но если ты хочешь спасти Пашу от тюрьмы, то постарайся вразумить его и вдолбить в голову, что если он не расскажет всё, как есть, то суд признает его вину и тот выйдет из тюрьмы в лучшем случае через двадцать лет.
- А в худшем? - с опаской спросила я.
- А в худшем - никогда. Так что его свобода сейчас зависит от твоей силы убеждения, он ведь только тебе доверяет.
- Хах, если бы он только знал, что я тут... творила, пока он там сидит один, то тут же перестал бы доверять мне.
- Прекрати - сухо бросил мне Стас. Лучше думай о том, как его спасти.
Интонация его голоса мне совершенно не понравилась, как-будто он был недоволен тем, что между нами произошло и винил в этом именно меня, но я конечно же ничего ему не ответила, лишь отведя взгляд в сторону. Закончив с будничными делами, мы отправились на кухню, но порознь, на случай, если Лика проснулась. Собственно так и вышло, когда я вошла на кухню после Стаса, то увидела, как она готовит завтрак. Пожелав подруге доброго утра, я спросила, что та готовит и после полученного ответа принялась ей помогать. Накрыв на стол, мы втроём сели за него, молча приступив к завтраку. Разговор во время еды всё никак не клеился и, как бы я ни старалась обратить на себя взгляд отца Лики, тот никак не поддаваясь на мои провокации упрямо смотрел либо на дочь, либо в тарелку. Когда с едой было покончено и Лика стала собирать грязную посуду, обозлённая я специально ткнула Стаса под столом ногой в колено, чтобы тот хоть немного обратил на меня внимание, но тот лишь кинул на меня короткий взгляд и одними губами недовольно прошептал:
- Хватит, она заметит.
Посмотрев на подругу, которая была увлечена мытьём посуды, я вернула свой взгляд на мужчину, иронично подняв бровь: "Мол, ты ведь сам видишь, что она нас даже не замечает". В общем, пришлось оставить свою дурацкую затею подразнить его, так как очевидно, что он был не в духе. Но, как только я встала из-за стола, чтобы уйти дальше собираться, как вдруг Лика обратилась к отцу:
- Пап, а что за странные звуки я слышала сегодня из твоей комнаты утром?
Мельком глянув на него, я заметила, как Стас нахмурился, а глаза его бешено забегали из стороны в сторону.
- Мне... просто приснился кошмар и я упал с кровати.
Да уж, самая нелепая отговорка какую только можно было придумать, Лика никогда в такое не поверит, хотя, отступать уже всё равно некуда.
- Но я слышала крики. Женские. Ты что, от меня кого-то прячешь? - улыбнувшись, спросила она.
И тут уже мне пришлось спасать положение.
- Кричала я. Просто я услышала из комнаты твоего отца грохот и испугавшись того, что это может быть убийца, пошла узнать в чём дело, а тут он открывает мне дверь, а в руках пистолет держит, ну я и завизжала, как истеричка.
- Оу, тогда понятно всё.
- Извини, что напугали.
- Да ничего, но впредь будь аккуратен, особенно, когда у нас в гостях моя подруга.
Неловко улыбнувшись дочери, Стас утвердительно кивнул и встав из-за стола, оставил нас вдвоём. Больше Лика никаких вопросов не задавала и уже вскоре, мы были в школе. Встретив там Киру и Роберта, что конечно для меня не было удивлением, ведь я прекрасно знала, что они выкрутятся из любой ситуации, мне пришлось коротко рассказать им о том, что сегодня я иду на "свидание" с Пашей с твёрдым намерением узнать, что на самом деле с ним произошло. Узнав об этом, они, как мне показалось отнеслись к этому с абсолютным скептицизмом, как - будто и сами начали верить в вину друга. Лично меня это очень сильно оскорбило, потому как все мы прекрасно знаем Пашу и понимаем, что он бы никогда не решился на такую жестокость, тем более никакого мотива убивать Аню, и Антона у него не было. Но высказать своё негодование я так и не успела, так как прозвенел звонок и нам пришлось закрыть эту тему. После окончания всех уроков, нам сообщили, что первый экзамен по русскому состоится уже через три дня. Его мне бояться вообще не стоило, так как я была прекрасно подготовлена, а вот насчёт остальных двух предметов, которые мне очень нужны при поступлении в ВУЗ, ничего с уверенностью сказать не могу. Хотя, по сравнению с тем, что на меня точит зуб убийца моих одноклассников, коим возможно является мой парень, которому я уже несколько раз изменила с отцом лучшей подруги, экзамены это вообще уже не проблема. Так ладно, мне просто надо успокоиться и сосредоточиться на том, что действительно важно. После уроков нас с Ликой забрала мама и отвезла к её отцу, вопросов она мне не задавала, что означало что Стас уже сам успел с ней поговорить. Вот только что-то в мамином поведении меня настораживало: казалось, будто она чего-то ждала, периодически заглядывая в телефон, как я тогда думала это всё может быть связано с работой, но нет. Оказавшись в отделе, я оставила Лику с отцом, а сама отправилась к Паше в комнату для "свиданий". И так, как времени у нас было катастрофически мало - всего лишь пятнадцать минут, я сразу начала с главного.
- Не расскажешь, как так получилось, что тебя обвиняют в убийстве?
Даже не взглянув на меня, он сухо ответил:
- А должен?
- Паш послушай, я прекрасно знаю, что ты никого не убивал, а просто действовал под чьим-то влиянием.
- Да неужели? А Кира с Робертом поверили в мою виновность, уверен и Лика тоже, но вот что тебе всё никак не имётся, я не пойму.
- Да потому что ты врёшь! Я же знаю тебя с первого класса, мы всегда были вместе и ты никогда никого не обидел просто так, а тут вдруг двойное убийство? Чушь собачья!
- Правда? Ну что же, сообщаю тебе последние новости, я изменился! И, как бы ты не хотела "отбелить" меня, ничего у тебя не получится, потому что я убийца!
- Ну и как же ты это сделал, позволь спросить?
- Ты знаешь.
- Я имела ввиду какой у тебя мотив? Что они тебе сделали?
- Разве для убийства обязательно должен быть мотив? Разве у Чикатилло он был? Нет, ему просто нравилось насиловать, убивать, а потом смотреть, как жертвы мучаются в предсмертных конвульсиях.
- Да, вот только Чикатилло был психом с самого детства, он ненавидел женщин потому что над ним постоянно издевалась мать, а ты впечатление невменяемого человека не производишь.
- То есть, ты хочешь сказать, что у меня нет проблем с матерью, она не издевается надо мной, не приводит в дом мужиков, которые потом отбирают у нас последние деньги. А?
Почти поверив в приведённые им доводы, я посмотрев на Пашу с мольбой в глазах, сказала:
- Я не верю в это. Ты ведь не такой, ты никогда бы не причинил другому вред, даже если сам страдал от бесконечных проблем в семье.
- А я и не прошу тебя верить мне Крис, я прошу о другом - больше никогда не приходи сюда, не проси о свидании со мной и на суде тоже не появляйся. И остальным передай, я не хочу никого из вас там видеть. Поняла?
Как бы мне не было больно слышать сейчас эти слова от того, кого я ещё не так давно любила, мне никак нельзя было показывать перед ним свою слабость, иначе он бы тут же понял, что сделал всё правильно. А мне нужно было не это, мне необходимо было заставить его раскаяться в содеянном и рассказать наконец правду, чтобы спасти его. Потому что я понимала, что даже если то, что говорил Паша имело место быть, то это уж точно сказано не с его подачи. Значит придётся действовать по другому. Утвердительно кивнув ему, я больше ничего не сказав, встала из-за стола, направившись к выходу. Лишь стоя у двери я остановилась и повернувшись к парню, холодно бросила:
- Можно последний вопрос?
- Давай только быстрее.
- Я могу понять почему ты это сделал с нашими одноклассниками, эти заучки могли вывести из себя любого, особенно, если дело доходило до каких-то склок. Но одно у меня не укладывается в голове, причём здесь я, Паша? Почему ты начал шантажировать именно меня, зачем угрожал смертью моей матери?
Удивлённая реакция моего парня не заставила себя долго ждать. А комичность его широко раскрытых глаз и напряжённых рук вцепившихся в этот несчастный стол, которые то и дело подтверждали, что я была права, а он лишь просто действовал под чьим-то влиянием, говорили мне, что теперь Паша точно не сможет отвертеться. Усмехнувшись этому, я спросила:
- Ну, что теперь, продолжишь врать или расскажешь, как было?
- Расскажу - недовольно ответил тот.
С победной улыбкой я села обратно рядом с Пашей, приготовившись слушать его. Оказалось, что как я и думала ранее, ему тоже звонил убийца, угрожав тому расправой над его друзьями, если он не расскажет какое отношения имеет к тем событиям, в которых повинна я. Паша отказался подтверждать, что имеет к этому какое-то отношение и на следующий день орудие убийства нашли у него дома под кроватью. Прекрасно понимая, что это "наказание" от того психа, он принял решение признаться в том чего не делал, лишь для того, чтобы спасти нас от его чокнутых игр. В свою очередь мне тоже пришлось рассказать о том, чему он меня подверг. Про измены я увы не рассказала, решив что сейчас для этого точно не подходящее время. Пообещав ему, что сделаю всё возможное, чтобы спасти его, я полная надежд, направилась к Стасу. Позвав меня в свой кабинет, он оставил Лику с моей мамой в коридоре. Сев за свой рабочий стол, он жестом показал мне сесть рядом. Сев, я стала рассказывать ему всё, что узнала от Паши. Выслушав меня, Стас спросил:
- Значит убийца шантажировал его также, как и тебя?
В ответ я утвердительно кивнула головой.
- А, как он объяснил своё появление на камере сразу после убийства?
- Он в тот момент шёл ко мне и случайно попал в объектив камеры, которая за воротами дома стоит.
- Значит алиби у него всё же никакого нет, так как к тебе он попал сразу после убийства, значит теоретически мог его совершить. Мда, вроде бы его признание и помогло, и в тоже время нет - разочарованно покачав головой, продолжил Стас.
- Так и что же теперь, это всё впустую было? - с опаской спросила я.
- Да нет конечно, ты очень помогла следствию, просто это всё ещё доказать надо.
- Ну проверьте Пашин телефон, там же должен был сохраниться номер с которого ему звонил убийца.
- И что это даст, кроме того, что мы зря потеряем время, узнав о том, что тот номер больше не обслуживается. Или ты серьёзно полагаешь, что убийца сам ждёт, когда же мы его отыщем?
- Но что-то же надо делать, он же не виновен, ты сам всё слышал!
- Слышал конечно. Буду разбираться дальше, а ты пока не паникуй и иди домой отдыхай, я позвоню, как появятся новости.
Конечно угрюмое настроение мужчины никак не могло вселять в меня надежду на хороший исход событий, но я также понимала, что не должна ему сейчас докучать своими глупыми сомнениями, потому как Стасу это явно не поможет быстрее докопаться до истины. Ответив ему короткое: "Хорошо" - я встала и уже направилась к выходу, как вдруг он снова меня окликнул:
- Кристина, я не знаю, как ты сейчас к этому отнесёшься, но... в общем, мне кажется, что нам стоит повременить с нашими... встречами. Иначе, если всё вскроется, то нам обоим будет очень плохо. Я думаю ты и сама это понимаешь.
Нельзя сказать, что данная новость меня каким-то образом вообще обрадовала, точнее сказать она разочаровала меня настолько сильно, что я совершенно забыла о том, как нужно дышать. Хотя, я же не маленькая девочка, которая тешила себя мнимыми надеждами о счастливом будущем с отцом лучшей подруги и я прекрасно понимала, что рано или поздно это всё кончится и мне снова придётся одной со своими проблемами. Но, как говорится с глаз долой из сердца вон, пока не стало слишком поздно. В общем, кое-как совладав со своими эмоциями, чтобы вдруг не показать перед ним свою слабость, я посмотрела на Стаса, как можно холодно, безразличным тоном ответив:
- Ладно, как скажешь.
- Правда? - удивлённо спросил тот.
- Ага.
- Ну, вот и хорошо. Тогда жди моего звонка, если что.
Ничего не ответив, я быстро вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. В тот момент мне дико захотелось разрыдаться, уткнувшись в плечо своей подруги рассказать ей о том, что я только что сейчас услышала от человека, к которому уже успела прикипеть всей душой. Но я ведь сама знала на что иду, понимая, что никогда ничего не смогу ей рассказать, иначе скорее всего потеряю Лику навсегда. Поэтому, пришлось молча глотать обиду и с совершенно каменным выражением лица рассказывать о том, что я узнала про Пашу. Как мне показалось мама слушала меня лишь поверхностно, всё время переписываясь с кем-то в телефоне, да и честно говоря, тогда мне было совершенно не до этого.
Проснувшись в шесть часов утра в комнате Стаса, я кое-как освободилась из его объятий и стала потихоньку собираться в школу. Но, тут надо поблагодарить мою "великолепную" грацию, ведь я практически завалила журнальный столик, мать его, на котором стояли кружки. Кое-как удержав всю эту конструкцию, чтобы ничего не разбилось и не сломалось, я конечно же разбудила Стаса. Сонный мужчина буквально подорвался с постели, тут же схватив лежащий рядом пистолет и направил его на меня. Взвизгнув от страха, я машинально подняла руки вверх, попятившись немного назад и только тогда он рассмотрев моё лицо, спрятал пистолет обратно, в ту же секунду оказавшись рядом. Через силу успокоив меня после утреннего потрясения, мы вместе отправились в ванную, чтобы умыться. Всё то время пока мы там находились, мужчина не сказал мне ни слова и вообще держался довольно отстранённо, что конечно начало меня раздражать. Пытаясь хоть как-то разговорить его, я начала спрашивать того о том, как так вышло, что он стал отцом в мои же годы, но Стас лишь продолжал упрямо молчать, пока вдруг резко не заговорил:
- Я кажется знаю, что нужно делать с Павлом.
Нахмурившись, я хотела уже спросить о чём именно тот говорит, но он опередил меня.
- Ты должна прийти сегодня ко мне в отдел и поговорить с ним с глазу на глаз. Я устрою вам свидание.
- И что, ты думаешь он скажет мне правду?
- Конечно нет, он станет отпираться или того хуже просто молчать, но если ты хочешь спасти Пашу от тюрьмы, то постарайся вразумить его и вдолбить в голову, что если он не расскажет всё, как есть, то суд признает его вину и тот выйдет из тюрьмы в лучшем случае через двадцать лет.
- А в худшем? - с опаской спросила я.
- А в худшем - никогда. Так что его свобода сейчас зависит от твоей силы убеждения, он ведь только тебе доверяет.
- Хах, если бы он только знал, что я тут... творила, пока он там сидит один, то тут же перестал бы доверять мне.
- Прекрати - сухо бросил мне Стас. Лучше думай о том, как его спасти.
Интонация его голоса мне совершенно не понравилась, как-будто он был недоволен тем, что между нами произошло и винил в этом именно меня, но я конечно же ничего ему не ответила, лишь отведя взгляд в сторону. Закончив с будничными делами, мы отправились на кухню, но порознь, на случай, если Лика проснулась. Собственно так и вышло, когда я вошла на кухню после Стаса, то увидела, как она готовит завтрак. Пожелав подруге доброго утра, я спросила, что та готовит и после полученного ответа принялась ей помогать. Накрыв на стол, мы втроём сели за него, молча приступив к завтраку. Разговор во время еды всё никак не клеился и, как бы я ни старалась обратить на себя взгляд отца Лики, тот никак не поддаваясь на мои провокации упрямо смотрел либо на дочь, либо в тарелку. Когда с едой было покончено и Лика стала собирать грязную посуду, обозлённая я специально ткнула Стаса под столом ногой в колено, чтобы тот хоть немного обратил на меня внимание, но тот лишь кинул на меня короткий взгляд и одними губами недовольно прошептал:
- Хватит, она заметит.
Посмотрев на подругу, которая была увлечена мытьём посуды, я вернула свой взгляд на мужчину, иронично подняв бровь: "Мол, ты ведь сам видишь, что она нас даже не замечает". В общем, пришлось оставить свою дурацкую затею подразнить его, так как очевидно, что он был не в духе. Но, как только я встала из-за стола, чтобы уйти дальше собираться, как вдруг Лика обратилась к отцу:
- Пап, а что за странные звуки я слышала сегодня из твоей комнаты утром?
Мельком глянув на него, я заметила, как Стас нахмурился, а глаза его бешено забегали из стороны в сторону.
- Мне... просто приснился кошмар и я упал с кровати.
Да уж, самая нелепая отговорка какую только можно было придумать, Лика никогда в такое не поверит, хотя, отступать уже всё равно некуда.
- Но я слышала крики. Женские. Ты что, от меня кого-то прячешь? - улыбнувшись, спросила она.
И тут уже мне пришлось спасать положение.
- Кричала я. Просто я услышала из комнаты твоего отца грохот и испугавшись того, что это может быть убийца, пошла узнать в чём дело, а тут он открывает мне дверь, а в руках пистолет держит, ну я и завизжала, как истеричка.
- Оу, тогда понятно всё.
- Извини, что напугали.
- Да ничего, но впредь будь аккуратен, особенно, когда у нас в гостях моя подруга.
Неловко улыбнувшись дочери, Стас утвердительно кивнул и встав из-за стола, оставил нас вдвоём. Больше Лика никаких вопросов не задавала и уже вскоре, мы были в школе. Встретив там Киру и Роберта, что конечно для меня не было удивлением, ведь я прекрасно знала, что они выкрутятся из любой ситуации, мне пришлось коротко рассказать им о том, что сегодня я иду на "свидание" с Пашей с твёрдым намерением узнать, что на самом деле с ним произошло. Узнав об этом, они, как мне показалось отнеслись к этому с абсолютным скептицизмом, как - будто и сами начали верить в вину друга. Лично меня это очень сильно оскорбило, потому как все мы прекрасно знаем Пашу и понимаем, что он бы никогда не решился на такую жестокость, тем более никакого мотива убивать Аню, и Антона у него не было. Но высказать своё негодование я так и не успела, так как прозвенел звонок и нам пришлось закрыть эту тему. После окончания всех уроков, нам сообщили, что первый экзамен по русскому состоится уже через три дня. Его мне бояться вообще не стоило, так как я была прекрасно подготовлена, а вот насчёт остальных двух предметов, которые мне очень нужны при поступлении в ВУЗ, ничего с уверенностью сказать не могу. Хотя, по сравнению с тем, что на меня точит зуб убийца моих одноклассников, коим возможно является мой парень, которому я уже несколько раз изменила с отцом лучшей подруги, экзамены это вообще уже не проблема. Так ладно, мне просто надо успокоиться и сосредоточиться на том, что действительно важно. После уроков нас с Ликой забрала мама и отвезла к её отцу, вопросов она мне не задавала, что означало что Стас уже сам успел с ней поговорить. Вот только что-то в мамином поведении меня настораживало: казалось, будто она чего-то ждала, периодически заглядывая в телефон, как я тогда думала это всё может быть связано с работой, но нет. Оказавшись в отделе, я оставила Лику с отцом, а сама отправилась к Паше в комнату для "свиданий". И так, как времени у нас было катастрофически мало - всего лишь пятнадцать минут, я сразу начала с главного.
- Не расскажешь, как так получилось, что тебя обвиняют в убийстве?
Даже не взглянув на меня, он сухо ответил:
- А должен?
- Паш послушай, я прекрасно знаю, что ты никого не убивал, а просто действовал под чьим-то влиянием.
- Да неужели? А Кира с Робертом поверили в мою виновность, уверен и Лика тоже, но вот что тебе всё никак не имётся, я не пойму.
- Да потому что ты врёшь! Я же знаю тебя с первого класса, мы всегда были вместе и ты никогда никого не обидел просто так, а тут вдруг двойное убийство? Чушь собачья!
- Правда? Ну что же, сообщаю тебе последние новости, я изменился! И, как бы ты не хотела "отбелить" меня, ничего у тебя не получится, потому что я убийца!
- Ну и как же ты это сделал, позволь спросить?
- Ты знаешь.
- Я имела ввиду какой у тебя мотив? Что они тебе сделали?
- Разве для убийства обязательно должен быть мотив? Разве у Чикатилло он был? Нет, ему просто нравилось насиловать, убивать, а потом смотреть, как жертвы мучаются в предсмертных конвульсиях.
- Да, вот только Чикатилло был психом с самого детства, он ненавидел женщин потому что над ним постоянно издевалась мать, а ты впечатление невменяемого человека не производишь.
- То есть, ты хочешь сказать, что у меня нет проблем с матерью, она не издевается надо мной, не приводит в дом мужиков, которые потом отбирают у нас последние деньги. А?
Почти поверив в приведённые им доводы, я посмотрев на Пашу с мольбой в глазах, сказала:
- Я не верю в это. Ты ведь не такой, ты никогда бы не причинил другому вред, даже если сам страдал от бесконечных проблем в семье.
- А я и не прошу тебя верить мне Крис, я прошу о другом - больше никогда не приходи сюда, не проси о свидании со мной и на суде тоже не появляйся. И остальным передай, я не хочу никого из вас там видеть. Поняла?
Как бы мне не было больно слышать сейчас эти слова от того, кого я ещё не так давно любила, мне никак нельзя было показывать перед ним свою слабость, иначе он бы тут же понял, что сделал всё правильно. А мне нужно было не это, мне необходимо было заставить его раскаяться в содеянном и рассказать наконец правду, чтобы спасти его. Потому что я понимала, что даже если то, что говорил Паша имело место быть, то это уж точно сказано не с его подачи. Значит придётся действовать по другому. Утвердительно кивнув ему, я больше ничего не сказав, встала из-за стола, направившись к выходу. Лишь стоя у двери я остановилась и повернувшись к парню, холодно бросила:
- Можно последний вопрос?
- Давай только быстрее.
- Я могу понять почему ты это сделал с нашими одноклассниками, эти заучки могли вывести из себя любого, особенно, если дело доходило до каких-то склок. Но одно у меня не укладывается в голове, причём здесь я, Паша? Почему ты начал шантажировать именно меня, зачем угрожал смертью моей матери?
Удивлённая реакция моего парня не заставила себя долго ждать. А комичность его широко раскрытых глаз и напряжённых рук вцепившихся в этот несчастный стол, которые то и дело подтверждали, что я была права, а он лишь просто действовал под чьим-то влиянием, говорили мне, что теперь Паша точно не сможет отвертеться. Усмехнувшись этому, я спросила:
- Ну, что теперь, продолжишь врать или расскажешь, как было?
- Расскажу - недовольно ответил тот.
С победной улыбкой я села обратно рядом с Пашей, приготовившись слушать его. Оказалось, что как я и думала ранее, ему тоже звонил убийца, угрожав тому расправой над его друзьями, если он не расскажет какое отношения имеет к тем событиям, в которых повинна я. Паша отказался подтверждать, что имеет к этому какое-то отношение и на следующий день орудие убийства нашли у него дома под кроватью. Прекрасно понимая, что это "наказание" от того психа, он принял решение признаться в том чего не делал, лишь для того, чтобы спасти нас от его чокнутых игр. В свою очередь мне тоже пришлось рассказать о том, чему он меня подверг. Про измены я увы не рассказала, решив что сейчас для этого точно не подходящее время. Пообещав ему, что сделаю всё возможное, чтобы спасти его, я полная надежд, направилась к Стасу. Позвав меня в свой кабинет, он оставил Лику с моей мамой в коридоре. Сев за свой рабочий стол, он жестом показал мне сесть рядом. Сев, я стала рассказывать ему всё, что узнала от Паши. Выслушав меня, Стас спросил:
- Значит убийца шантажировал его также, как и тебя?
В ответ я утвердительно кивнула головой.
- А, как он объяснил своё появление на камере сразу после убийства?
- Он в тот момент шёл ко мне и случайно попал в объектив камеры, которая за воротами дома стоит.
- Значит алиби у него всё же никакого нет, так как к тебе он попал сразу после убийства, значит теоретически мог его совершить. Мда, вроде бы его признание и помогло, и в тоже время нет - разочарованно покачав головой, продолжил Стас.
- Так и что же теперь, это всё впустую было? - с опаской спросила я.
- Да нет конечно, ты очень помогла следствию, просто это всё ещё доказать надо.
- Ну проверьте Пашин телефон, там же должен был сохраниться номер с которого ему звонил убийца.
- И что это даст, кроме того, что мы зря потеряем время, узнав о том, что тот номер больше не обслуживается. Или ты серьёзно полагаешь, что убийца сам ждёт, когда же мы его отыщем?
- Но что-то же надо делать, он же не виновен, ты сам всё слышал!
- Слышал конечно. Буду разбираться дальше, а ты пока не паникуй и иди домой отдыхай, я позвоню, как появятся новости.
Конечно угрюмое настроение мужчины никак не могло вселять в меня надежду на хороший исход событий, но я также понимала, что не должна ему сейчас докучать своими глупыми сомнениями, потому как Стасу это явно не поможет быстрее докопаться до истины. Ответив ему короткое: "Хорошо" - я встала и уже направилась к выходу, как вдруг он снова меня окликнул:
- Кристина, я не знаю, как ты сейчас к этому отнесёшься, но... в общем, мне кажется, что нам стоит повременить с нашими... встречами. Иначе, если всё вскроется, то нам обоим будет очень плохо. Я думаю ты и сама это понимаешь.
Нельзя сказать, что данная новость меня каким-то образом вообще обрадовала, точнее сказать она разочаровала меня настолько сильно, что я совершенно забыла о том, как нужно дышать. Хотя, я же не маленькая девочка, которая тешила себя мнимыми надеждами о счастливом будущем с отцом лучшей подруги и я прекрасно понимала, что рано или поздно это всё кончится и мне снова придётся одной со своими проблемами. Но, как говорится с глаз долой из сердца вон, пока не стало слишком поздно. В общем, кое-как совладав со своими эмоциями, чтобы вдруг не показать перед ним свою слабость, я посмотрела на Стаса, как можно холодно, безразличным тоном ответив:
- Ладно, как скажешь.
- Правда? - удивлённо спросил тот.
- Ага.
- Ну, вот и хорошо. Тогда жди моего звонка, если что.
Ничего не ответив, я быстро вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. В тот момент мне дико захотелось разрыдаться, уткнувшись в плечо своей подруги рассказать ей о том, что я только что сейчас услышала от человека, к которому уже успела прикипеть всей душой. Но я ведь сама знала на что иду, понимая, что никогда ничего не смогу ей рассказать, иначе скорее всего потеряю Лику навсегда. Поэтому, пришлось молча глотать обиду и с совершенно каменным выражением лица рассказывать о том, что я узнала про Пашу. Как мне показалось мама слушала меня лишь поверхностно, всё время переписываясь с кем-то в телефоне, да и честно говоря, тогда мне было совершенно не до этого.
