— На переводчика! Я на третьем курсе! — гордо произнёс Артёмин.
Иннокентий и Егор вышли в коридор покурить. Князев, встав со стула, приблизился к Оксане. Он горячими губами прикоснулся к её щеке. Девушка от удовольствия закрыла глаза, следом Денис поцеловал лоб, переметнулся к губам. Разжав их, его язык проник в рот.
Она положила руки ему на плечи. Стоя, они ласкали друг другу лица.
— Люблю тебя всю, Ведьмочка, — прошептал Денис.
— Я бесконечно счастлива от твоей любви!!! — девушка вздохнула и продолжила: — Мне пора идти в свою комнату! Много накопилась дел.
— Мы скоро увидимся, — Денис подмигнул Оксане.
Наблюдая за новым соседом по комнате, Князев нашёл общий язык с ним, несмотря на противоположное отношение к людям. В отличие от Дениса, Иннокентий верил в духовность человека.
Прохладными вечерами, попивая чай, он рассказывал Денису истории, произошедшие с ним. Князеву нравилось в них то, что они пахли правдой.
Артёмин сделал глоток мятного чая, после чего стал говорить:
— По слухам общежитие построено на месте, где в XV веке собирались ведьмы на шабаш. Так вот, я испугался одного утра под конец учебного года. Странно, всё очень странно. Сквозь беспокойную дремоту слышу, на моей спине ругаются двое, делят между собой территорию общаги. Внутри меня всё перевернулось, по коже пробежали мурашки. Я хотел открыть глаза, но не смог. Слушая их разговор, я понял, что это домовые. В ярости они лапами ударяли по моей спине. Наконец-то барабашки сползли на пол. Я открыл глаза. К изумлению, домовые напомнили мне ёжиков, но вместо колючек у них в разные стороны торчала шерсть. Они проскользнули за дверь, я пошёл за ними. В коридоре людей не было. Мы спустились на первый этаж. Домовые повели меня в запертую комнату, знаешь, в ту, на которой всегда висит замок. В тот раз она была открыта. Я вошёл в комнату, заросшую в паутине, услышал голоса, читающие заклинания. Горели свечи. На полу и по стенам мелькали очертания женских силуэтов. Раздался хохот. Мне стало не по себе, и я выбежал из проклятой комнаты! За мной захлопнулась дверь.
Князев пришёл в восторг от истории.
Иннокентий поник:
— Позже я пытался туда войти, но не вышло.
— Ключи у нашей комендантши, — наводил на мысль Денис.
— Может, она и есть ведьма?! — уловил намёк Артёмин.
— Ты выясни! Уж очень комендантша подозрительно костлявая и хромая, — оскалил зубы Князев.
— Я спрашивал у ребят про комнату, они ответили, что там лежит всякое сломанное старьё: стулья, кровати и тому подобное. Когда меня привели туда домовые, я этого не заметил, только обратил внимание на голоса и паутину, которая, словно занавес, прикрывала тайну, поселившуюся в стенах.
— Насколько я знаю, домовые охраняют жилища от потустороннего мира, таким образом, они защищают людей, — смеялся Денис.
— Думаю, домовые слабее. Духи ведьм хотели мне что-то сказать, поэтому прислали двоих прислужников.
— Значит, они беспокоить тебя ещё будут, ты же не понял для чего оказался в комнате.
— Надеюсь! — Иннокентий снял очки, чтобы протереть запотевшие стёкла.
Волчья преданность
Бабье лето ласкает землю солнцем. Хочется дорожить последними тёплыми днями перед бесконечными дождями, мысль о которых наводит тоску. По воздуху летают серебристые нити. Ветки, не выдерживая желтизны листов, редеют. Становится просторнее и вместе с этим одиноко.
Агния направлялась в столовую, где её ждал Михаил. Она поздоровалась с ним, не смея его обнять.
— Как здоровье? — с трепетом поинтересовалась она.
— Я полон сил.
— Как жена? — Петрова боялась ответа.
— Нормально, — в голосе Михаила улавливались нотки неуверенности, — я думаю о том, чтобы развестись.
— Ты настолько любишь меня?! — в изумрудных глазах девушки вспыхнул огонёк надежды.
— Даже сам не пойму, но при встрече с тобой мне не хватает воздуха. Раньше я терпеть не мог целоваться, а теперь никак не оторваться от твоих губ. Волосы цвета меди сводят меня с ума, хотя к рыжим я всегда относился равнодушно. Скучаю по твоему голосу, когда ты молчишь! Я паникую, если тебя долго нет рядом. — Ерёмин страстно прижал Агнию к сердцу.
— Сможешь ли ты бросить жену? — девушка, отстранившись, посмотрела ему в глаза.
— Этот вопрос меня сильно тяготит, — взгляд Михаила помутнел.
— Я не тороплю тебя делать серьёзный шаг, подумай хорошенько. — Петрова прильнула к Ерёмину.
— Рано или поздно она всё узнает, ведь мы с тобой обнимаемся у всех на виду, — вздохнул Михаил.
К ним подошли ребята.
— Слышали о семейке, живущей в лесу? — глаза Лерича блестели.
— Нет, а что? — заинтересовалась Агния.
— Да им вообще не до этого! И от кого они услышат, если эта история приключилась с нами? — улыбнулся Роман.
Лерич, кивнув, начал рассказывать:
— Я и Ромыч пошли в лес, чтобы насладиться волей за распитием водки.
— Вы смогли выйти из Центра?! — не ожидал Михаил.
Солнцев тихим голосом объяснил:
— От запасного выхода, который находится за складом, я купил летом девяносто шестого года ключ у завхоза, сделавшего для меня дубликат. Кстати, у Агнии тоже есть, разве она тебе не говорила? Хотя мы договорились не распространять информацию о возможности выхода за пределы Центра, чтобы утечки не произошло. Раньше, несмотря на то что лечились только богатые, писали заявление, чтобы вырваться отсюда, впрочем, как и сейчас, но, ты же знаешь, ведь долго ждать подписи главного врача или заместителя по медицинской части.
— Миша, я хотела тебе сказать, но ты вроде бы проигнорировал информацию, — оправдывалась Петрова.
— Припоминаю, в августе, — подмигнул девушке Ерёмин.
— Так вы будете слушать?! — перебил их Лерич. — Мы почти добрели до этого самого дома, сели неподалёку на поваленное дерево за кустами, чтобы нас не было видно, разлили по стаканам водку. Тут мой взор переключился на мальчика, начавшего играть с лисицей. Он кидал палку, а она обратно приносила. Я про стакан налитый забыл, смотрю разинув рот.
— Видели бы вы его, — кривовато улыбнулся Рома. — Я уже стакан осушил, а он всё наблюдает за ними.
— Да уж, лису они хорошо надрессировали! — воскликнул Лерич. — Однако ж дело не в этом, мальчик, наигравшись, скрылся в доме, — Марков взглянул на Солнцева: — Ты, Ромыч, отошёл по нужде, а я всё не отводил глаз от их жилища, и вижу, оттуда выходит мужик, рослый такой, ни с того ни с сего он начал кувыркаться. От удивления у меня во рту пересохло, и я выпил залпом почти всю бутылку.
Роман продолжил рассказывать:
— Я подошёл, а Лерич весь дрожит, стаканы в сумку собирает, уходить, говорит, пора. Я у него спрашиваю, почему надо сматывать удочки? А в мыслях крутится одно, неужели медсестра идёт, спохватившись, что мы исчезли.
— Мои глаза такое увидели, об этом только в сказке скажешь! — подхватил Марков. — Вышел из дома высокий мускулистый мужик, голый причём, кувыркнулся пару раз, превратившись в волка, и в чащу убежал.
— Ты не сочиняешь, Лерич?! — Михаил понимал, что Маркову не до смеха. — Фильмов насмотрелся, и у тебя воображение разыгралось!
— Да нет, — произнёс Роман, не дав Леричу ответить, — я видел его состояние с перепуга, может, и правда, дикого животного увидел, кабана например.
— Интересно, если этот мужик оборотень, то должен был почувствовать твой запах, почему же он тогда при тебе превратился?! — предположила Петрова.
— Я читал, что какие-то оборотни не умеют сдерживать перевоплощение, когда накапливается энергия, непереносимая человеческим телом, — сообщил Миша. — Кстати, Владимир Даль ещё писал, что по поверью, они, помимо обличья живых существ, принимают вид разных предметов. Я думаю, могут стать сумкой, таким образом, наверное, у них снимается напряжение.
— Ужас, неподалёку от нас живут оборотни! — встревожилась девушка.
— Лучше держать это в тайне, — проговорил Роман, косясь на сумку, кем-то забытую у лавочки.
— Так лучше и сделать, а то вдруг они опасны, и, не сохранив всё в секрете, мы разъярим их, — подтвердила Агния.
— Ну, вы даёте, ребята, насмотрелись ужастиков! — смеялся Миша.
— При чём здесь кино, я своими глазами всё видел?! — напомнил Марков.
— Не переживай, я пошутил, — успокоил Михаил товарища.
— Ладно, пора идти по палатам, сейчас обход начнётся, — вспомнил Рома.
Целуясь и обнимаясь, Агния с Михаилом попрощались до обеда.
Заместитель главного врача по медицинской части попросил Петрову зайти к нему в кабинет, чтобы обсудить кое-какие проблемы со здоровьем.
Девушка пришла к нему в назначенное время.
— Агния, — начал разговор доктор, — мне стало известно, что у тебя любовь с женатым мужчиной.
— Не ваше дело!
— Ошибаешься, потому что это происходит в заведении, где я работаю! — неодобрительно покачал головой Василий Васильевич.
— А я за лечение плачу большие деньги.
Заместитель приблизился к девушке.
— Ты так прекрасна! — его колючая щетина коснулась её лица.
Агния растерялась, но быстро сориентировалась, залепила пощёчину Василию Васильевичу. Он прижал Петрову к стене, его скользкие губы начали страстно лобзать её шею. Затем доктор посадил девушку на стол. Одной рукой держал Агнию, второй — возился со своей ширинкой. В это время Петрова двинула ему высвободившейся ногой в область паха. Заместитель главного врача от боли согнулся, и девушка выскочила за дверь. Агния побежала к психологу и рассказала ему о произошедшем. Без веры в слова девушки, он всё-таки решил поговорить с Василием Васильевичем.
Вопрос удалось замять, заместитель главного врача по медицинской части выкрутился.
Михаил, узнав новость, пришёл в бешенство:
— Я убью его! — он сжал кулаки.
— Не нужно! Ты этим поступком ничего не добьёшься, у него связи имеются в криминальном мире, — удерживала его Петрова. — Давай на него оборотня натравим!
— Чушь!
— А я верю в их существование! — надула губки девушка.
— Маленькая моя, — притянул её к себе Михаил. — Может, нам убраться из этого Центра?
— Вдруг он какую-нибудь девушку изнасилует!
— Хорошо, давай пойдём знакомиться с оборотнями, у вас же есть лазейка из этой тюрьмы? Всё равно из меня сейчас боец паршивый! — Миша пребывал в растерянности, он подумал, что прогулка соберёт его мысли.
Они обошли склад, Агния достала из кармана ключ.
Петрова и Ерёмин прошли через заброшенный лагерь, поросший мхом, и вышли к рубленому дому. На стук в дверь им открыла старая женщина.
— Здравствуйте, мы пришли знакомиться! — с порога проговорила Агния, не дав старушке открыть рот.
— Молодые люди из Реабилитации пришли к нам в гости, — нахмурилась седая женщина. — Ну, заходите!
Возлюбленные переступили порог. Внутри дом состоял из трёх небольших комнат, обставленных старинной мебелью, на стенах висели портреты красивых женщин, мужчин и детей прошлых столетий. Хозяйка велела гостям присесть за дубовый стол.
— Какими судьбами вас привела дорога к нам? Что-то случилось? — прищурилась старуха.
— Меня пытался изнасиловать доктор Василий Васильевич, — сразу же пожаловалась девушка.
— Я знаю, что вам известно кто мы! — вспыхнула женщина. — Но не в наших правилах убивать людей!
Петрова растерялась от её гнева.
— Можно ли его припугнуть как-нибудь, чтобы он потерял интерес к девушкам? — нашлась Агния.
— Я бы не хотела афишировать племя.
— Мать, а откуда он узнает про оборотней, если на него нападёт волк? — у входной двери стоял крепкий мальчик на вид лет пятнадцати.
— Фёдор, ты не смеешь задавать такие вопросы! — нервничала женщина.
— Ну поищут люди волка, а может, и не будут искать, подумают, что врач перепутал его с собакой, да успокоятся. В России никогда дело до конца не доводят. А мы зато поможем этим ребятам, ведь несправедливо Василия Васильевича оставлять безнаказанным, — кивнул мальчик в сторону Агнии и Михаила.
— Не упрашивай, мы и так выдали себя им!!! Говорила я о жилье, до которого не добраться человеку! А ты мне все уши прожужжал, видите ли нужно селиться ближе к цивилизации, подружиться с людьми.
— Никто не поверит в то, что мы оборотни, — настаивал Фёдор.
Мальчик сел в угол, оскалив зубы в усмешке. Агния подошла к портретам, ей захотелось их лучше рассмотреть. Он увидел её интерес:
— Правда, эта дама очень красивая?!
— Очень!
— Она настоящая моя мама, — сообщил Фёдор.
— А где она сейчас?
— Мама была ведьмой, и в 1411 году в Пскове её сожгли на костре. Отец вскоре женился на другой. Мачеха опасалась, что во мне разовьётся дар колдуна, поэтому приказала сыновьям отвезти меня в город как еретика. По кочкам в лесу карета то и дело подскакивала. Удача дала мне шанс, одно колесо отвалилось, и я выпрыгнул. Кустарники меня поглотили от глаз преследователей. В ужасающей чаще я прятался три дня и три ночи. Психика не выдерживала, и силы уже покидали тело. К счастью, меня нашли. Позже я узнал, что они оборотни. Пока мозг находился без сознания, они исцеляли мой организм травами. Но душа, оставив телесное заточение, летала по лесу, где и встретила маму. Я понял, что после смерти она соединилась с духом леса, а оборотни поклоняются ему. Мама передала мне вместе с лечебными травами, которыми меня отпаивали оборотни, магические способности обращаться в любого зверя, и плоть моя в обличье человеческом теперь наделена богатырской силой, однако тело перестало расти. Я навсегда остался мальчиком с взрослыми мыслями. Мне удалось убить мачеху и её отпрысков. Я разорвал их тела, забрызгав кровью комнаты отчего дома, — папа к этому времени умер от горя по мне. А потом я, перевоплотившись в образ чёрта, отомстил маминым палачам и православным священникам. Ты не поймёшь, но последних я распял вниз головой. Тогда злость кипела во мне. Я отрицал Бога. А сейчас сердце верит в его милость.
Девушка с широко открытыми глазами смотрела на голубоглазого с не детским выражением лица мальчишку. Она позвала Михаила, разговаривающего с женщиной. Девушка поспешила уйти.
По дороге Миша осведомился, чем она так напугана. Агния прошептала:
— Они вправду нелюди! — она огляделась по сторонам.
— Да хватит тебе, самые обычные люди, только одичавшие немного и шутники.
— Зачем ты тогда пошёл, если не веришь в существование оборотней?
— Чтобы разогнать все легенды об этой семье, потому что вы с Леричем ведёте себя как дети.
— Ты выставил меня дурой! — чуть не плача произнесла девушка.
Михаил остановился:
— Что ты, малыш, я и сам почти поверил в историю Маркова.
— Ладно, пойдём, а то мне перед едой нужно сделать укол инсулина! — переключилась Агния с пугающих мыслей.
После ужина влюблённые, погуляв по территории Центра, разошлись по палатам. Объявили отбой, Ерёмин в мрачной тишине размышлял, как поступить с заместителем главного врача по медчасти.
Предрассветные сумерки окрасили пространство в голубой оттенок, затуманили очертание силуэтов. Роман медленно затягивал сигарету у второго корпуса. Его внимание привлёк воробей, перескакивающий с ветки на ветку кустарника. Птица поглядывала на человека, точно желала общения с ним. Солнцев, увлёкшись красотой природы, не заметил, как к нему подкрался Лерич:
— На заместителя главного врача по медицинской части вчера поздним вечером, видимо, напал волк.
— Где?!
— За воротами Центра, Василий Васильевич ждал машину, возможно, с братками, — предположил Лерич. — Из кустов выпрыгнул
Иннокентий и Егор вышли в коридор покурить. Князев, встав со стула, приблизился к Оксане. Он горячими губами прикоснулся к её щеке. Девушка от удовольствия закрыла глаза, следом Денис поцеловал лоб, переметнулся к губам. Разжав их, его язык проник в рот.
Она положила руки ему на плечи. Стоя, они ласкали друг другу лица.
— Люблю тебя всю, Ведьмочка, — прошептал Денис.
— Я бесконечно счастлива от твоей любви!!! — девушка вздохнула и продолжила: — Мне пора идти в свою комнату! Много накопилась дел.
— Мы скоро увидимся, — Денис подмигнул Оксане.
Наблюдая за новым соседом по комнате, Князев нашёл общий язык с ним, несмотря на противоположное отношение к людям. В отличие от Дениса, Иннокентий верил в духовность человека.
Прохладными вечерами, попивая чай, он рассказывал Денису истории, произошедшие с ним. Князеву нравилось в них то, что они пахли правдой.
Артёмин сделал глоток мятного чая, после чего стал говорить:
— По слухам общежитие построено на месте, где в XV веке собирались ведьмы на шабаш. Так вот, я испугался одного утра под конец учебного года. Странно, всё очень странно. Сквозь беспокойную дремоту слышу, на моей спине ругаются двое, делят между собой территорию общаги. Внутри меня всё перевернулось, по коже пробежали мурашки. Я хотел открыть глаза, но не смог. Слушая их разговор, я понял, что это домовые. В ярости они лапами ударяли по моей спине. Наконец-то барабашки сползли на пол. Я открыл глаза. К изумлению, домовые напомнили мне ёжиков, но вместо колючек у них в разные стороны торчала шерсть. Они проскользнули за дверь, я пошёл за ними. В коридоре людей не было. Мы спустились на первый этаж. Домовые повели меня в запертую комнату, знаешь, в ту, на которой всегда висит замок. В тот раз она была открыта. Я вошёл в комнату, заросшую в паутине, услышал голоса, читающие заклинания. Горели свечи. На полу и по стенам мелькали очертания женских силуэтов. Раздался хохот. Мне стало не по себе, и я выбежал из проклятой комнаты! За мной захлопнулась дверь.
Князев пришёл в восторг от истории.
Иннокентий поник:
— Позже я пытался туда войти, но не вышло.
— Ключи у нашей комендантши, — наводил на мысль Денис.
— Может, она и есть ведьма?! — уловил намёк Артёмин.
— Ты выясни! Уж очень комендантша подозрительно костлявая и хромая, — оскалил зубы Князев.
— Я спрашивал у ребят про комнату, они ответили, что там лежит всякое сломанное старьё: стулья, кровати и тому подобное. Когда меня привели туда домовые, я этого не заметил, только обратил внимание на голоса и паутину, которая, словно занавес, прикрывала тайну, поселившуюся в стенах.
— Насколько я знаю, домовые охраняют жилища от потустороннего мира, таким образом, они защищают людей, — смеялся Денис.
— Думаю, домовые слабее. Духи ведьм хотели мне что-то сказать, поэтому прислали двоих прислужников.
— Значит, они беспокоить тебя ещё будут, ты же не понял для чего оказался в комнате.
— Надеюсь! — Иннокентий снял очки, чтобы протереть запотевшие стёкла.
Глава десятая
Волчья преданность
Бабье лето ласкает землю солнцем. Хочется дорожить последними тёплыми днями перед бесконечными дождями, мысль о которых наводит тоску. По воздуху летают серебристые нити. Ветки, не выдерживая желтизны листов, редеют. Становится просторнее и вместе с этим одиноко.
Агния направлялась в столовую, где её ждал Михаил. Она поздоровалась с ним, не смея его обнять.
— Как здоровье? — с трепетом поинтересовалась она.
— Я полон сил.
— Как жена? — Петрова боялась ответа.
— Нормально, — в голосе Михаила улавливались нотки неуверенности, — я думаю о том, чтобы развестись.
— Ты настолько любишь меня?! — в изумрудных глазах девушки вспыхнул огонёк надежды.
— Даже сам не пойму, но при встрече с тобой мне не хватает воздуха. Раньше я терпеть не мог целоваться, а теперь никак не оторваться от твоих губ. Волосы цвета меди сводят меня с ума, хотя к рыжим я всегда относился равнодушно. Скучаю по твоему голосу, когда ты молчишь! Я паникую, если тебя долго нет рядом. — Ерёмин страстно прижал Агнию к сердцу.
— Сможешь ли ты бросить жену? — девушка, отстранившись, посмотрела ему в глаза.
— Этот вопрос меня сильно тяготит, — взгляд Михаила помутнел.
— Я не тороплю тебя делать серьёзный шаг, подумай хорошенько. — Петрова прильнула к Ерёмину.
— Рано или поздно она всё узнает, ведь мы с тобой обнимаемся у всех на виду, — вздохнул Михаил.
К ним подошли ребята.
— Слышали о семейке, живущей в лесу? — глаза Лерича блестели.
— Нет, а что? — заинтересовалась Агния.
— Да им вообще не до этого! И от кого они услышат, если эта история приключилась с нами? — улыбнулся Роман.
Лерич, кивнув, начал рассказывать:
— Я и Ромыч пошли в лес, чтобы насладиться волей за распитием водки.
— Вы смогли выйти из Центра?! — не ожидал Михаил.
Солнцев тихим голосом объяснил:
— От запасного выхода, который находится за складом, я купил летом девяносто шестого года ключ у завхоза, сделавшего для меня дубликат. Кстати, у Агнии тоже есть, разве она тебе не говорила? Хотя мы договорились не распространять информацию о возможности выхода за пределы Центра, чтобы утечки не произошло. Раньше, несмотря на то что лечились только богатые, писали заявление, чтобы вырваться отсюда, впрочем, как и сейчас, но, ты же знаешь, ведь долго ждать подписи главного врача или заместителя по медицинской части.
— Миша, я хотела тебе сказать, но ты вроде бы проигнорировал информацию, — оправдывалась Петрова.
— Припоминаю, в августе, — подмигнул девушке Ерёмин.
— Так вы будете слушать?! — перебил их Лерич. — Мы почти добрели до этого самого дома, сели неподалёку на поваленное дерево за кустами, чтобы нас не было видно, разлили по стаканам водку. Тут мой взор переключился на мальчика, начавшего играть с лисицей. Он кидал палку, а она обратно приносила. Я про стакан налитый забыл, смотрю разинув рот.
— Видели бы вы его, — кривовато улыбнулся Рома. — Я уже стакан осушил, а он всё наблюдает за ними.
— Да уж, лису они хорошо надрессировали! — воскликнул Лерич. — Однако ж дело не в этом, мальчик, наигравшись, скрылся в доме, — Марков взглянул на Солнцева: — Ты, Ромыч, отошёл по нужде, а я всё не отводил глаз от их жилища, и вижу, оттуда выходит мужик, рослый такой, ни с того ни с сего он начал кувыркаться. От удивления у меня во рту пересохло, и я выпил залпом почти всю бутылку.
Роман продолжил рассказывать:
— Я подошёл, а Лерич весь дрожит, стаканы в сумку собирает, уходить, говорит, пора. Я у него спрашиваю, почему надо сматывать удочки? А в мыслях крутится одно, неужели медсестра идёт, спохватившись, что мы исчезли.
— Мои глаза такое увидели, об этом только в сказке скажешь! — подхватил Марков. — Вышел из дома высокий мускулистый мужик, голый причём, кувыркнулся пару раз, превратившись в волка, и в чащу убежал.
— Ты не сочиняешь, Лерич?! — Михаил понимал, что Маркову не до смеха. — Фильмов насмотрелся, и у тебя воображение разыгралось!
— Да нет, — произнёс Роман, не дав Леричу ответить, — я видел его состояние с перепуга, может, и правда, дикого животного увидел, кабана например.
— Интересно, если этот мужик оборотень, то должен был почувствовать твой запах, почему же он тогда при тебе превратился?! — предположила Петрова.
— Я читал, что какие-то оборотни не умеют сдерживать перевоплощение, когда накапливается энергия, непереносимая человеческим телом, — сообщил Миша. — Кстати, Владимир Даль ещё писал, что по поверью, они, помимо обличья живых существ, принимают вид разных предметов. Я думаю, могут стать сумкой, таким образом, наверное, у них снимается напряжение.
— Ужас, неподалёку от нас живут оборотни! — встревожилась девушка.
— Лучше держать это в тайне, — проговорил Роман, косясь на сумку, кем-то забытую у лавочки.
— Так лучше и сделать, а то вдруг они опасны, и, не сохранив всё в секрете, мы разъярим их, — подтвердила Агния.
— Ну, вы даёте, ребята, насмотрелись ужастиков! — смеялся Миша.
— При чём здесь кино, я своими глазами всё видел?! — напомнил Марков.
— Не переживай, я пошутил, — успокоил Михаил товарища.
— Ладно, пора идти по палатам, сейчас обход начнётся, — вспомнил Рома.
Целуясь и обнимаясь, Агния с Михаилом попрощались до обеда.
Заместитель главного врача по медицинской части попросил Петрову зайти к нему в кабинет, чтобы обсудить кое-какие проблемы со здоровьем.
Девушка пришла к нему в назначенное время.
— Агния, — начал разговор доктор, — мне стало известно, что у тебя любовь с женатым мужчиной.
— Не ваше дело!
— Ошибаешься, потому что это происходит в заведении, где я работаю! — неодобрительно покачал головой Василий Васильевич.
— А я за лечение плачу большие деньги.
Заместитель приблизился к девушке.
— Ты так прекрасна! — его колючая щетина коснулась её лица.
Агния растерялась, но быстро сориентировалась, залепила пощёчину Василию Васильевичу. Он прижал Петрову к стене, его скользкие губы начали страстно лобзать её шею. Затем доктор посадил девушку на стол. Одной рукой держал Агнию, второй — возился со своей ширинкой. В это время Петрова двинула ему высвободившейся ногой в область паха. Заместитель главного врача от боли согнулся, и девушка выскочила за дверь. Агния побежала к психологу и рассказала ему о произошедшем. Без веры в слова девушки, он всё-таки решил поговорить с Василием Васильевичем.
Вопрос удалось замять, заместитель главного врача по медицинской части выкрутился.
Михаил, узнав новость, пришёл в бешенство:
— Я убью его! — он сжал кулаки.
— Не нужно! Ты этим поступком ничего не добьёшься, у него связи имеются в криминальном мире, — удерживала его Петрова. — Давай на него оборотня натравим!
— Чушь!
— А я верю в их существование! — надула губки девушка.
— Маленькая моя, — притянул её к себе Михаил. — Может, нам убраться из этого Центра?
— Вдруг он какую-нибудь девушку изнасилует!
— Хорошо, давай пойдём знакомиться с оборотнями, у вас же есть лазейка из этой тюрьмы? Всё равно из меня сейчас боец паршивый! — Миша пребывал в растерянности, он подумал, что прогулка соберёт его мысли.
Они обошли склад, Агния достала из кармана ключ.
Петрова и Ерёмин прошли через заброшенный лагерь, поросший мхом, и вышли к рубленому дому. На стук в дверь им открыла старая женщина.
— Здравствуйте, мы пришли знакомиться! — с порога проговорила Агния, не дав старушке открыть рот.
— Молодые люди из Реабилитации пришли к нам в гости, — нахмурилась седая женщина. — Ну, заходите!
Возлюбленные переступили порог. Внутри дом состоял из трёх небольших комнат, обставленных старинной мебелью, на стенах висели портреты красивых женщин, мужчин и детей прошлых столетий. Хозяйка велела гостям присесть за дубовый стол.
— Какими судьбами вас привела дорога к нам? Что-то случилось? — прищурилась старуха.
— Меня пытался изнасиловать доктор Василий Васильевич, — сразу же пожаловалась девушка.
— Я знаю, что вам известно кто мы! — вспыхнула женщина. — Но не в наших правилах убивать людей!
Петрова растерялась от её гнева.
— Можно ли его припугнуть как-нибудь, чтобы он потерял интерес к девушкам? — нашлась Агния.
— Я бы не хотела афишировать племя.
— Мать, а откуда он узнает про оборотней, если на него нападёт волк? — у входной двери стоял крепкий мальчик на вид лет пятнадцати.
— Фёдор, ты не смеешь задавать такие вопросы! — нервничала женщина.
— Ну поищут люди волка, а может, и не будут искать, подумают, что врач перепутал его с собакой, да успокоятся. В России никогда дело до конца не доводят. А мы зато поможем этим ребятам, ведь несправедливо Василия Васильевича оставлять безнаказанным, — кивнул мальчик в сторону Агнии и Михаила.
— Не упрашивай, мы и так выдали себя им!!! Говорила я о жилье, до которого не добраться человеку! А ты мне все уши прожужжал, видите ли нужно селиться ближе к цивилизации, подружиться с людьми.
— Никто не поверит в то, что мы оборотни, — настаивал Фёдор.
Мальчик сел в угол, оскалив зубы в усмешке. Агния подошла к портретам, ей захотелось их лучше рассмотреть. Он увидел её интерес:
— Правда, эта дама очень красивая?!
— Очень!
— Она настоящая моя мама, — сообщил Фёдор.
— А где она сейчас?
— Мама была ведьмой, и в 1411 году в Пскове её сожгли на костре. Отец вскоре женился на другой. Мачеха опасалась, что во мне разовьётся дар колдуна, поэтому приказала сыновьям отвезти меня в город как еретика. По кочкам в лесу карета то и дело подскакивала. Удача дала мне шанс, одно колесо отвалилось, и я выпрыгнул. Кустарники меня поглотили от глаз преследователей. В ужасающей чаще я прятался три дня и три ночи. Психика не выдерживала, и силы уже покидали тело. К счастью, меня нашли. Позже я узнал, что они оборотни. Пока мозг находился без сознания, они исцеляли мой организм травами. Но душа, оставив телесное заточение, летала по лесу, где и встретила маму. Я понял, что после смерти она соединилась с духом леса, а оборотни поклоняются ему. Мама передала мне вместе с лечебными травами, которыми меня отпаивали оборотни, магические способности обращаться в любого зверя, и плоть моя в обличье человеческом теперь наделена богатырской силой, однако тело перестало расти. Я навсегда остался мальчиком с взрослыми мыслями. Мне удалось убить мачеху и её отпрысков. Я разорвал их тела, забрызгав кровью комнаты отчего дома, — папа к этому времени умер от горя по мне. А потом я, перевоплотившись в образ чёрта, отомстил маминым палачам и православным священникам. Ты не поймёшь, но последних я распял вниз головой. Тогда злость кипела во мне. Я отрицал Бога. А сейчас сердце верит в его милость.
Девушка с широко открытыми глазами смотрела на голубоглазого с не детским выражением лица мальчишку. Она позвала Михаила, разговаривающего с женщиной. Девушка поспешила уйти.
По дороге Миша осведомился, чем она так напугана. Агния прошептала:
— Они вправду нелюди! — она огляделась по сторонам.
— Да хватит тебе, самые обычные люди, только одичавшие немного и шутники.
— Зачем ты тогда пошёл, если не веришь в существование оборотней?
— Чтобы разогнать все легенды об этой семье, потому что вы с Леричем ведёте себя как дети.
— Ты выставил меня дурой! — чуть не плача произнесла девушка.
Михаил остановился:
— Что ты, малыш, я и сам почти поверил в историю Маркова.
— Ладно, пойдём, а то мне перед едой нужно сделать укол инсулина! — переключилась Агния с пугающих мыслей.
После ужина влюблённые, погуляв по территории Центра, разошлись по палатам. Объявили отбой, Ерёмин в мрачной тишине размышлял, как поступить с заместителем главного врача по медчасти.
Предрассветные сумерки окрасили пространство в голубой оттенок, затуманили очертание силуэтов. Роман медленно затягивал сигарету у второго корпуса. Его внимание привлёк воробей, перескакивающий с ветки на ветку кустарника. Птица поглядывала на человека, точно желала общения с ним. Солнцев, увлёкшись красотой природы, не заметил, как к нему подкрался Лерич:
— На заместителя главного врача по медицинской части вчера поздним вечером, видимо, напал волк.
— Где?!
— За воротами Центра, Василий Васильевич ждал машину, возможно, с братками, — предположил Лерич. — Из кустов выпрыгнул
