Впереди, за пеленой дождя едва виднелось здание, в которое вскоре ворвутся служители закона. Слева, невероятно раздражая, доносился скрип вывески какого-то бакалейного магазинчика. Хорошего настроения он не прибавлял, и Ребекка едва подавила яростное желание смачно выругаться. Хорошо, что головная боль начала понемногу проходить, иначе первой жертвой стал бы верный помощник.
Марко сделал вид, что глубоко задумался.
– Ждем, когда прибудет Комиссия по азартным играм вкупе с полицией и разгромит нелегальный игровой клуб. Разве не так говорилось в том послании?
Ребекка испепелила его взглядом.
– Ты издеваешься надо мной, или что?
– Даже не думал! – Помощник мгновенно вздернул руки вверх, приняв самый невинный вид.
– Тогда заткнись и включи «дворники». Ни черта же не видно.
Марко подчинился. Дождь усилился, и даже с включенными «дворниками» ничего было не разглядеть. Но Ребекка знала, когда прибудет кавалерия. Ровно в одиннадцать. Через десять минут.
Теперь рабочие дни заканчивались рано. Заказов на информацию больше не поступало: все легальные каналы связи ей обрубили, а пользоваться тайными было слишком опасно. Обычная работа телеканала и так была отлично налажена, поэтому Ребекка решила устроить себе выходной вечер. И, уже собираясь домой, удостоилась такой чести, как звонок от самого мэра. Подавив первый порыв швырнуть трубку о стену, молча выслушала все, о чем он говорил: сегодня быть в одиннадцать часов у здания на углу пятой и седьмой улиц в Старом квартале, встать у черного входа закрытой на ремонт аптеки и ждать, пока не прибудут власти. Затем максимально точно осветить все происходящее и прогнать спецвыпуском в прямом эфире. Повторить завтра в утренних новостях. Вопросы?
– Только один. Вас снимать крупным планом?
Беррингтон сделал вид, что не заметил ехидцы.
Разумеется, сам он сюда не явится. Не его юрисдикция. Но вполне можно ожидать появления Аарона Брейди – главы Комиссии по азартным играм. Крупных дел он никогда не пропускал – как раз из тех типов, которые покрасоваться перед камерой считают своей святой обязанностью. Город должен знать своих героев, и Аарон Брейди был как раз из их числа: неутомимый борец с нелегальными игровыми клубами, подпольными казино и букмекерскими конторами, яростно выступавший против легализации азартных игр несколько лет назад. Этот бой он, разумеется, проиграл, что, однако, не помешало ему занять пост главы Комиссии и немилосердно шерстить казино и игровые площадки по всему городу. И столь же немилосердно брать взятки, но об этом знали очень немногие. К примеру, Амадео Солитарио, на чью подпольную точку сейчас и готовился налет. Каким образом паренек умудрился перейти дорогу Комиссии? Насколько знала Ребекка, у Амадео никогда не возникало с ними проблем.
Разумеется, до памятной ссоры. Наверняка доступ к Комиссии открыл именно Ксавьер, а сейчас парень лишился этой защиты.
– Мальчик вовремя не заплатил, – пробормотала она, выдыхая дым.
– Что? – переспросил Марко, но она отмахнулась.
Ребекка приоткрыла окно и выкинула окурок. Фургон с телевизионным оборудованием, стоящий позади, мигнул фарами, будто спрашивая, долго ли еще ждать. Марко посигналил в ответ.
И что она тут делает? Могла бы просто отправить бригаду, а сама растянуться дома на диване, тем более незаконные дела ее больше не касаются. Но что-то не давало покоя. Профессиональная интуиция вопила, призывая брать ноги в руки и нестись сюда самой. А Ребекка привыкла ей доверять.
Ровно одиннадцать.
После того, как Лукас ушел, Амадео вызвал Дэвида и приказал больше не впускать его на территорию особняка ни под каким предлогом. Он уже жалел, что решил так опрометчиво выслушать брата. Неужели и правда верил, что в Лукасе осталось что-то хорошее? Пусть это будет последний раз, когда он решил в этом убедиться и потерпел неудачу. Амадео до сих пор трясло, стоило только вспомнить, с какой жадностью Лукас схватил Тео, будто голодный волк, собравшийся утащить его в свое логово.
Нет, теперь Амадео не сомневался: брат по-прежнему готов на все, лишь бы досадить ему. Люди, к сожалению, не меняются. На это и надеяться было глупо.
Остаток дня он провел в кабинете, приводя в порядок бумаги. Тео сидел за низеньким журнальным столиком и рисовал, высунув кончик языка от усердия. Амадео с улыбкой поглядывал на него. Малыш просто влюбился в цветные карандаши и теперь рисовал везде, где только мог найти ровную поверхность. Про Лукаса он уже и думать забыл, и этому можно было только порадоваться.
За окном забарабанил дождь. Амадео поднял голову от документов и с наслаждением потянулся. Уже давным-давно стемнело, часы показывали начало двенадцатого. Тео свернулся калачиком в кресле и спал, сжимая в руке красный карандаш.
– Ох и засиделись мы с тобой, малыш, – прошептал Амадео, поднимая его на руки. – Роза нас просто убьет.
Но домоправительница не появлялась. С кухни доносился яростный звон посуды – похоже, несмотря на поздний час, Роза затеяла там уборку, и беспокоить ее не следовало.
Амадео отнес мальчика наверх, в спальню, и уложил на кровать. Наклонившись, чтобы поцеловать сына, почувствовал, что в кармане завибрировал телефон.
– Слушаю вас, мистер Блэк, – сказал он, прикрывая за собой дверь.
Мгновением спустя он слетел с лестницы и опрометью бросился в гостиную, переполошив Розу. Схватил пульт и включил телевизор, с первого раза не попав на нужную кнопку – настолько тряслись руки.
– …нелегальный игровой притон, принадлежащий, по всей вероятности, магнату азартных игр Амадео Солитарио…
Амадео узнал корреспондента – одна из протеже Ребекки. Кажется, ее звали Анита. А вон там и сама Ребекка, изо всех сил старается не попасть в кадр. Впрочем, беспокоиться ей не о чем: вокруг такая суматоха, что окажись там сам президент, его бы не сразу заметили.
Крупный план с облезлой вывеской «Аптека Боунса» – Амадео выкупил это здание у старика полгода назад. Медовый голос корреспондентки продолжал вещать об отличной работе Комиссии, накрывшей сегодня крупную точку. Игроки и кое-кто из персонала, не успевшие скрыться, дрожали под дождем под бдительным присмотром полицейских. Что ж, слишком смело было бы ожидать слаженных действий от перепуганных людей при неожиданном налете. Амадео глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Итана Блэка, смотрящего этой точки, там сегодня по счастливой случайности не оказалось.
– Да, я здесь, мистер Блэк, – проговорил Амадео в трубку, которую все еще держал у уха. – Не паникуйте. Как только что-нибудь прояснится, я вам перезвоню. А вы пока и близко туда не подходите.
Он сунул телефон в карман и опустился в кресло, не сводя взгляда с экрана. Анита говорила о том, что всех игроков и работников задержат для допроса, как вдруг от толпы отделился невысокий паренек. Глаза лихорадочно горели, губы тряслись, и вовсе не от холода – Амадео уже не раз видел такое состояние у игроков, которые больше не могли продолжать игру, но в горячке азарта требовали дать им еще пять минут, чтобы отыграться. Словно наркоманы, просящие дозу, они кричали, угрожали, плакали, пока охрана настойчиво не провожала их к выходу.
– Вы! – выкрикнул он прямо в камеру. – Да вы хоть знаете, с кем связались?!
Полицейский попытался утихомирить разошедшегося игрока, подтолкнув его к остальным, но тот отдернул руку.
– Не трогай меня! Да ты хоть знаешь, кто мой отец?! По какому праву нас тут всех держат и не дают продолжить игру?! Мне стоит только слово сказать, и вся ваша шайка полетит к черту!
Анита тут же сунула микрофон ему под нос.
– Назовите ваше имя, пожалуйста.
Камера снимала парня, возмущенно продолжающего вещать, пока оператора не оттолкнули в сторону. Но игрок и так сказал уже более чем достаточно. Камера лихорадочно металась по толпе, пока наконец не нацелилась на черный автомобиль, рядом с которым под огромным зонтом стоял сам глава Комиссии по азартным играм – Аарон Брейди. Лицо его абсолютно ничего не выражало, лишь плотно сжатые, побелевшие губы говорили о том, что досточтимый господин еле сдерживает злость.
Анита мгновенно оказалась рядом с ним, умудрившись опередить двоих бросившихся ей наперерез охранников.
– Господин Брейди! Всего один вопрос…
Амадео выключил телевизор и закрыл лицо руками. Его душил смех.
– Вот это просчет, – прошептал он. – Ты даже не представляешь себе, насколько крупно просчитался.
Ксавьер стучал по клавиатуре, пытаясь отвлечься от мыслей, роем круживших в голове. Как он и советовал Сезару, вчера был совершен налет на подпольное казино Амадео. Жертв при этом не было, однако весь персонал и посетителей взяли под стражу для дальнейшего допроса. Кого-то как свидетелей, кого-то – как соучастников.
Сотрудникам вряд ли светят серьезные обвинения – скорей всего, они заявят, что знать не знали, где работали. Управляющего этой точкой на месте не оказалось, поэтому под раздачу он не попал. Да и как им вычислить, кто именно являлся управляющим? Целая проблема.
Ксавьер отодвинул клавиатуру и потянулся за пачкой сигарет. С чего бы ему так переживать? Принц сам этого добивался, вот и получил, что хотел. Какие теперь претензии?
– Слышали о вчерашнем? Это было… очень громко. – С лица Сезара не сходила довольная ухмылка, он потирал руки, будто в предвкушении сытного обеда.
– Конечно, слышал, – ответил Ксавьер, едва заметно поморщившись – Сезар явился с самого утра, чтобы позлопыхать как следует, и теперь жутко мешал работать. – Сложно не услышать новость, которую крутят по всем каналам. Публика падка на громкие скандалы.
– Неизвестно, что ответит по этому поводу Солитарио. – Сезар пригладил седые волосы. – Но, готов спорить, его хорошенько припекло. Есть ли шанс в таких условиях вырваться вперед?
– Вы забываете, Сезар, что сейчас я заведую развитием вашего бизнеса, поэтому вперед вы бы вырвались в любом случае. Но уверяю вас – Солитарио и так теряет позиции. – Ксавьер развернул к нему ноутбук. – Настолько стремительно, насколько возможно. Это подпольное казино было одним из самых доходных, и такая потеря не может не сказаться на его бизнесе. Взгляните сами.
Сезар довольно поглаживал лацкан пиджака. Он даже не посмотрел на экран, удовольствовавшись словами партнера.
– Каковы ваши дальнейшие планы по устранению этого выскочки?
Ксавьер приподнял брови.
– Мои планы? Всеми силами стараться, чтобы мое имя не выплыло в связи с этим скандалом, иначе не миновать мне мести. По нему не скажешь, но этот принц довольно мстителен. Я не слишком пострадал от его выходки, но он не упустит возможности вставить мне палки в колеса после того, что я сделал в ответ.
– Это было справедливо. Он начал первый.
– Да, но я поступил по-ребячески, ответив ему. – Ксавьер взял в руки папку и раскрыл. – Не следовало до такого опускаться, но будем считать это борьбой с вашими конкурентами, Сезар. – Он глянул на партнера поверх папки. – Согласны?
Тот мгновенно понял намек.
– Разумеется. Никаких личных мотивов. Надеюсь, Солитарио посчитает так же.
– В таком случае сейчас же свяжитесь с мэром.
– Зачем?
– Не хочу, чтобы о моем участии стало известно. Беррингтон не дурак и сразу понял, откуда вы взяли сведения о подпольной точке. Скажите ему, что если хоть одно слово обо мне просочится в прессу, пусть забудет о сотрудничестве. Это в ваших же интересах, Сезар, потому что в противном случае мне придется расторгнуть и наш договор тоже.
– Но на каком основании?! – взвился тот.
– Я веду честный бизнес. – Ксавьер захлопнул папку. – И предпочитаю честные методы. Моя репутация дороже тех денег, что вы заплатили мне за работу. Я доходчиво объясняю?
Сезар угрюмо молчал. Ксавьер усмехнулся про себя: похоже, Лаэрте надеялся, что к «Азарино» подкатят танки и разнесут ненавистное заведение в прах, однако этого не случилось. Он в очередной раз поразился наивности партнера: как можно было достичь таких высот с кардинально неверным подходом к бизнесу? Времена расстреливающей за любую провинность мафии уже прошли. Теперь все решается дипломатией.
– Звоните мэру, – повторил он.
– Неважно выглядите, – вместо приветствия сказал Ричард Крамер, входя в гостиную.
Амадео лишь устало мотнул головой.
После памятного репортажа он не спал всю ночь. Беспрестанно звонящий телефон, который, казалось, еще немного и начнет обжигать ухо, доводил до белого каления, но Амадео терпеливо решал все вопросы, связанные с налетом на казино. Итан Блэк сообщил, что в «Азар» нагрянула полиция, но без ордера на обыск их не пустили дальше первого этажа. Тем не менее, полчища журналистов осаждали здание в ожидании комментариев кого-либо из руководства.
Удивительно, но никого из представителей власти так и не появилось у его порога. Дэвид удвоил охрану, но за ночь не произошло ровным счетом ничего. По всей видимости, попытав счастья в «Азар», полиция решила повременить с допросом и дождаться ордера.
Зато от кого-кого, а от репортеров отбою не было. Дальше ворот их не пускала охрана, но меньше их не становилось. Наоборот, прибывали все новые и новые люди. За оградой уже образовалась приличная толпа, но Амадео предпочел закрыть на это глаза. Рано или поздно им надоест.
– Судя по вашему встрепанному виду, вы совсем не спали, – констатировала Чилли, садясь в кресло напротив Амадео. – Так и угробить себя недолго.
– Ничего страшного, мне не привыкать. – Амадео взял у нее толстую папку с отчетами. – Какие у нас проблемы из-за вчерашнего скандала, господин Крамер?
– С точки зрения закона, никаких. – Тот достал из нагрудного кармана очки и водрузил на нос. Затем, порывшись в стопке документов, принесенной с собой, выудил лист. – Здание официально принадлежит не вам, и доказать какую-либо причастность не представляется возможным. Однако ликвидировалась точка отмывки денег, поэтому возникает вопрос с незадекларированными доходами…
– О каких незадекларированных доходах вы говорите? – осведомился Амадео, откладывая отчеты. – Не припомню, чтобы через эту точку проходили денежные суммы от «Азар».
– Разумеется, нет, это было бы слишком опасно, однако «Камальон»…
– Господин Крамер, – мягко произнес Амадео. – Вы уже наверняка в курсе, что с «Камальон» мы не имеем больше никаких дел, как официально, так и нет.
– Конечно, я слышал об этом, – раздраженно отозвался финансовый директор. – Но это глупо! Вы хоть представляете, какой мощной поддержки мы лишились?
– Я говорила ему то же самое, – заметила Чилли. – И не только я, но босс и слышать ничего не желает. Прежде чем разрывать контракт, нужно было просчитать все риски. Хотя бы.
– Оставим это, – перебил Амадео. – Если деловые отношения меня не устраивают, я просто ищу нового партнера. Еще какие-то вопросы?
Чилли махнула рукой, показывая: я же говорила, бесполезно.
– С этим клубом нам просто повезло, – буркнул Крамер. – В следующий раз все может обернуться гораздо хуже. Санторо может сдать точку поважнее, и тогда…
– Око за око, – улыбнулся Амадео. – Думаю, больше он таких глупостей предпринимать не станет. Он многое знает о моем бизнесе, но ему не следует забывать, что я осведомлен не меньше. И в случае чего мне есть, чем ответить. – Он повернулся к окну и раздраженно поморщился. – Этот шум совершенно не дает сосредоточиться.
Марко сделал вид, что глубоко задумался.
– Ждем, когда прибудет Комиссия по азартным играм вкупе с полицией и разгромит нелегальный игровой клуб. Разве не так говорилось в том послании?
Ребекка испепелила его взглядом.
– Ты издеваешься надо мной, или что?
– Даже не думал! – Помощник мгновенно вздернул руки вверх, приняв самый невинный вид.
– Тогда заткнись и включи «дворники». Ни черта же не видно.
Марко подчинился. Дождь усилился, и даже с включенными «дворниками» ничего было не разглядеть. Но Ребекка знала, когда прибудет кавалерия. Ровно в одиннадцать. Через десять минут.
Теперь рабочие дни заканчивались рано. Заказов на информацию больше не поступало: все легальные каналы связи ей обрубили, а пользоваться тайными было слишком опасно. Обычная работа телеканала и так была отлично налажена, поэтому Ребекка решила устроить себе выходной вечер. И, уже собираясь домой, удостоилась такой чести, как звонок от самого мэра. Подавив первый порыв швырнуть трубку о стену, молча выслушала все, о чем он говорил: сегодня быть в одиннадцать часов у здания на углу пятой и седьмой улиц в Старом квартале, встать у черного входа закрытой на ремонт аптеки и ждать, пока не прибудут власти. Затем максимально точно осветить все происходящее и прогнать спецвыпуском в прямом эфире. Повторить завтра в утренних новостях. Вопросы?
– Только один. Вас снимать крупным планом?
Беррингтон сделал вид, что не заметил ехидцы.
Разумеется, сам он сюда не явится. Не его юрисдикция. Но вполне можно ожидать появления Аарона Брейди – главы Комиссии по азартным играм. Крупных дел он никогда не пропускал – как раз из тех типов, которые покрасоваться перед камерой считают своей святой обязанностью. Город должен знать своих героев, и Аарон Брейди был как раз из их числа: неутомимый борец с нелегальными игровыми клубами, подпольными казино и букмекерскими конторами, яростно выступавший против легализации азартных игр несколько лет назад. Этот бой он, разумеется, проиграл, что, однако, не помешало ему занять пост главы Комиссии и немилосердно шерстить казино и игровые площадки по всему городу. И столь же немилосердно брать взятки, но об этом знали очень немногие. К примеру, Амадео Солитарио, на чью подпольную точку сейчас и готовился налет. Каким образом паренек умудрился перейти дорогу Комиссии? Насколько знала Ребекка, у Амадео никогда не возникало с ними проблем.
Разумеется, до памятной ссоры. Наверняка доступ к Комиссии открыл именно Ксавьер, а сейчас парень лишился этой защиты.
– Мальчик вовремя не заплатил, – пробормотала она, выдыхая дым.
– Что? – переспросил Марко, но она отмахнулась.
Ребекка приоткрыла окно и выкинула окурок. Фургон с телевизионным оборудованием, стоящий позади, мигнул фарами, будто спрашивая, долго ли еще ждать. Марко посигналил в ответ.
И что она тут делает? Могла бы просто отправить бригаду, а сама растянуться дома на диване, тем более незаконные дела ее больше не касаются. Но что-то не давало покоя. Профессиональная интуиция вопила, призывая брать ноги в руки и нестись сюда самой. А Ребекка привыкла ей доверять.
Ровно одиннадцать.
После того, как Лукас ушел, Амадео вызвал Дэвида и приказал больше не впускать его на территорию особняка ни под каким предлогом. Он уже жалел, что решил так опрометчиво выслушать брата. Неужели и правда верил, что в Лукасе осталось что-то хорошее? Пусть это будет последний раз, когда он решил в этом убедиться и потерпел неудачу. Амадео до сих пор трясло, стоило только вспомнить, с какой жадностью Лукас схватил Тео, будто голодный волк, собравшийся утащить его в свое логово.
Нет, теперь Амадео не сомневался: брат по-прежнему готов на все, лишь бы досадить ему. Люди, к сожалению, не меняются. На это и надеяться было глупо.
Остаток дня он провел в кабинете, приводя в порядок бумаги. Тео сидел за низеньким журнальным столиком и рисовал, высунув кончик языка от усердия. Амадео с улыбкой поглядывал на него. Малыш просто влюбился в цветные карандаши и теперь рисовал везде, где только мог найти ровную поверхность. Про Лукаса он уже и думать забыл, и этому можно было только порадоваться.
За окном забарабанил дождь. Амадео поднял голову от документов и с наслаждением потянулся. Уже давным-давно стемнело, часы показывали начало двенадцатого. Тео свернулся калачиком в кресле и спал, сжимая в руке красный карандаш.
– Ох и засиделись мы с тобой, малыш, – прошептал Амадео, поднимая его на руки. – Роза нас просто убьет.
Но домоправительница не появлялась. С кухни доносился яростный звон посуды – похоже, несмотря на поздний час, Роза затеяла там уборку, и беспокоить ее не следовало.
Амадео отнес мальчика наверх, в спальню, и уложил на кровать. Наклонившись, чтобы поцеловать сына, почувствовал, что в кармане завибрировал телефон.
– Слушаю вас, мистер Блэк, – сказал он, прикрывая за собой дверь.
Мгновением спустя он слетел с лестницы и опрометью бросился в гостиную, переполошив Розу. Схватил пульт и включил телевизор, с первого раза не попав на нужную кнопку – настолько тряслись руки.
– …нелегальный игровой притон, принадлежащий, по всей вероятности, магнату азартных игр Амадео Солитарио…
Амадео узнал корреспондента – одна из протеже Ребекки. Кажется, ее звали Анита. А вон там и сама Ребекка, изо всех сил старается не попасть в кадр. Впрочем, беспокоиться ей не о чем: вокруг такая суматоха, что окажись там сам президент, его бы не сразу заметили.
Крупный план с облезлой вывеской «Аптека Боунса» – Амадео выкупил это здание у старика полгода назад. Медовый голос корреспондентки продолжал вещать об отличной работе Комиссии, накрывшей сегодня крупную точку. Игроки и кое-кто из персонала, не успевшие скрыться, дрожали под дождем под бдительным присмотром полицейских. Что ж, слишком смело было бы ожидать слаженных действий от перепуганных людей при неожиданном налете. Амадео глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Итана Блэка, смотрящего этой точки, там сегодня по счастливой случайности не оказалось.
– Да, я здесь, мистер Блэк, – проговорил Амадео в трубку, которую все еще держал у уха. – Не паникуйте. Как только что-нибудь прояснится, я вам перезвоню. А вы пока и близко туда не подходите.
Он сунул телефон в карман и опустился в кресло, не сводя взгляда с экрана. Анита говорила о том, что всех игроков и работников задержат для допроса, как вдруг от толпы отделился невысокий паренек. Глаза лихорадочно горели, губы тряслись, и вовсе не от холода – Амадео уже не раз видел такое состояние у игроков, которые больше не могли продолжать игру, но в горячке азарта требовали дать им еще пять минут, чтобы отыграться. Словно наркоманы, просящие дозу, они кричали, угрожали, плакали, пока охрана настойчиво не провожала их к выходу.
– Вы! – выкрикнул он прямо в камеру. – Да вы хоть знаете, с кем связались?!
Полицейский попытался утихомирить разошедшегося игрока, подтолкнув его к остальным, но тот отдернул руку.
– Не трогай меня! Да ты хоть знаешь, кто мой отец?! По какому праву нас тут всех держат и не дают продолжить игру?! Мне стоит только слово сказать, и вся ваша шайка полетит к черту!
Анита тут же сунула микрофон ему под нос.
– Назовите ваше имя, пожалуйста.
Камера снимала парня, возмущенно продолжающего вещать, пока оператора не оттолкнули в сторону. Но игрок и так сказал уже более чем достаточно. Камера лихорадочно металась по толпе, пока наконец не нацелилась на черный автомобиль, рядом с которым под огромным зонтом стоял сам глава Комиссии по азартным играм – Аарон Брейди. Лицо его абсолютно ничего не выражало, лишь плотно сжатые, побелевшие губы говорили о том, что досточтимый господин еле сдерживает злость.
Анита мгновенно оказалась рядом с ним, умудрившись опередить двоих бросившихся ей наперерез охранников.
– Господин Брейди! Всего один вопрос…
Амадео выключил телевизор и закрыл лицо руками. Его душил смех.
– Вот это просчет, – прошептал он. – Ты даже не представляешь себе, насколько крупно просчитался.
Ксавьер стучал по клавиатуре, пытаясь отвлечься от мыслей, роем круживших в голове. Как он и советовал Сезару, вчера был совершен налет на подпольное казино Амадео. Жертв при этом не было, однако весь персонал и посетителей взяли под стражу для дальнейшего допроса. Кого-то как свидетелей, кого-то – как соучастников.
Сотрудникам вряд ли светят серьезные обвинения – скорей всего, они заявят, что знать не знали, где работали. Управляющего этой точкой на месте не оказалось, поэтому под раздачу он не попал. Да и как им вычислить, кто именно являлся управляющим? Целая проблема.
Ксавьер отодвинул клавиатуру и потянулся за пачкой сигарет. С чего бы ему так переживать? Принц сам этого добивался, вот и получил, что хотел. Какие теперь претензии?
– Слышали о вчерашнем? Это было… очень громко. – С лица Сезара не сходила довольная ухмылка, он потирал руки, будто в предвкушении сытного обеда.
– Конечно, слышал, – ответил Ксавьер, едва заметно поморщившись – Сезар явился с самого утра, чтобы позлопыхать как следует, и теперь жутко мешал работать. – Сложно не услышать новость, которую крутят по всем каналам. Публика падка на громкие скандалы.
– Неизвестно, что ответит по этому поводу Солитарио. – Сезар пригладил седые волосы. – Но, готов спорить, его хорошенько припекло. Есть ли шанс в таких условиях вырваться вперед?
– Вы забываете, Сезар, что сейчас я заведую развитием вашего бизнеса, поэтому вперед вы бы вырвались в любом случае. Но уверяю вас – Солитарио и так теряет позиции. – Ксавьер развернул к нему ноутбук. – Настолько стремительно, насколько возможно. Это подпольное казино было одним из самых доходных, и такая потеря не может не сказаться на его бизнесе. Взгляните сами.
Сезар довольно поглаживал лацкан пиджака. Он даже не посмотрел на экран, удовольствовавшись словами партнера.
– Каковы ваши дальнейшие планы по устранению этого выскочки?
Ксавьер приподнял брови.
– Мои планы? Всеми силами стараться, чтобы мое имя не выплыло в связи с этим скандалом, иначе не миновать мне мести. По нему не скажешь, но этот принц довольно мстителен. Я не слишком пострадал от его выходки, но он не упустит возможности вставить мне палки в колеса после того, что я сделал в ответ.
– Это было справедливо. Он начал первый.
– Да, но я поступил по-ребячески, ответив ему. – Ксавьер взял в руки папку и раскрыл. – Не следовало до такого опускаться, но будем считать это борьбой с вашими конкурентами, Сезар. – Он глянул на партнера поверх папки. – Согласны?
Тот мгновенно понял намек.
– Разумеется. Никаких личных мотивов. Надеюсь, Солитарио посчитает так же.
– В таком случае сейчас же свяжитесь с мэром.
– Зачем?
– Не хочу, чтобы о моем участии стало известно. Беррингтон не дурак и сразу понял, откуда вы взяли сведения о подпольной точке. Скажите ему, что если хоть одно слово обо мне просочится в прессу, пусть забудет о сотрудничестве. Это в ваших же интересах, Сезар, потому что в противном случае мне придется расторгнуть и наш договор тоже.
– Но на каком основании?! – взвился тот.
– Я веду честный бизнес. – Ксавьер захлопнул папку. – И предпочитаю честные методы. Моя репутация дороже тех денег, что вы заплатили мне за работу. Я доходчиво объясняю?
Сезар угрюмо молчал. Ксавьер усмехнулся про себя: похоже, Лаэрте надеялся, что к «Азарино» подкатят танки и разнесут ненавистное заведение в прах, однако этого не случилось. Он в очередной раз поразился наивности партнера: как можно было достичь таких высот с кардинально неверным подходом к бизнесу? Времена расстреливающей за любую провинность мафии уже прошли. Теперь все решается дипломатией.
– Звоните мэру, – повторил он.
– Неважно выглядите, – вместо приветствия сказал Ричард Крамер, входя в гостиную.
Амадео лишь устало мотнул головой.
После памятного репортажа он не спал всю ночь. Беспрестанно звонящий телефон, который, казалось, еще немного и начнет обжигать ухо, доводил до белого каления, но Амадео терпеливо решал все вопросы, связанные с налетом на казино. Итан Блэк сообщил, что в «Азар» нагрянула полиция, но без ордера на обыск их не пустили дальше первого этажа. Тем не менее, полчища журналистов осаждали здание в ожидании комментариев кого-либо из руководства.
Удивительно, но никого из представителей власти так и не появилось у его порога. Дэвид удвоил охрану, но за ночь не произошло ровным счетом ничего. По всей видимости, попытав счастья в «Азар», полиция решила повременить с допросом и дождаться ордера.
Зато от кого-кого, а от репортеров отбою не было. Дальше ворот их не пускала охрана, но меньше их не становилось. Наоборот, прибывали все новые и новые люди. За оградой уже образовалась приличная толпа, но Амадео предпочел закрыть на это глаза. Рано или поздно им надоест.
– Судя по вашему встрепанному виду, вы совсем не спали, – констатировала Чилли, садясь в кресло напротив Амадео. – Так и угробить себя недолго.
– Ничего страшного, мне не привыкать. – Амадео взял у нее толстую папку с отчетами. – Какие у нас проблемы из-за вчерашнего скандала, господин Крамер?
– С точки зрения закона, никаких. – Тот достал из нагрудного кармана очки и водрузил на нос. Затем, порывшись в стопке документов, принесенной с собой, выудил лист. – Здание официально принадлежит не вам, и доказать какую-либо причастность не представляется возможным. Однако ликвидировалась точка отмывки денег, поэтому возникает вопрос с незадекларированными доходами…
– О каких незадекларированных доходах вы говорите? – осведомился Амадео, откладывая отчеты. – Не припомню, чтобы через эту точку проходили денежные суммы от «Азар».
– Разумеется, нет, это было бы слишком опасно, однако «Камальон»…
– Господин Крамер, – мягко произнес Амадео. – Вы уже наверняка в курсе, что с «Камальон» мы не имеем больше никаких дел, как официально, так и нет.
– Конечно, я слышал об этом, – раздраженно отозвался финансовый директор. – Но это глупо! Вы хоть представляете, какой мощной поддержки мы лишились?
– Я говорила ему то же самое, – заметила Чилли. – И не только я, но босс и слышать ничего не желает. Прежде чем разрывать контракт, нужно было просчитать все риски. Хотя бы.
– Оставим это, – перебил Амадео. – Если деловые отношения меня не устраивают, я просто ищу нового партнера. Еще какие-то вопросы?
Чилли махнула рукой, показывая: я же говорила, бесполезно.
– С этим клубом нам просто повезло, – буркнул Крамер. – В следующий раз все может обернуться гораздо хуже. Санторо может сдать точку поважнее, и тогда…
– Око за око, – улыбнулся Амадео. – Думаю, больше он таких глупостей предпринимать не станет. Он многое знает о моем бизнесе, но ему не следует забывать, что я осведомлен не меньше. И в случае чего мне есть, чем ответить. – Он повернулся к окну и раздраженно поморщился. – Этот шум совершенно не дает сосредоточиться.
