Магомедова на вид так запугана, задавлена и переутомлена, что действительно ее психика может быть нарушена... Да, я верю, что она временно потеряла самоконтроль".
Вслед за Наумом, Виктором и Никой, Алена тоже сочувствовала Диле Магомедовой и думала о том, что потерпевшая Гельсингфорская таких чувств у нее не вызывает. И Алена, как и Наум, не хотела, чтобы
Дилю судили по 105-й статье. Тут скорее 107-я, часть 1, максимум три года..."
Закончив допрос, Алена выписала постановление о взятии под стражу и вызвала конвой.
- Алена Петровна, - внезапно спросила Диля, - мне сказали... Это правда, что Ярослав хотел взять вину на себя?
- Да, - ответила Алена. - И признаться, очень меня удивил.
- Вы смогли заставить этого лощёного павлина вспомнить о человеческих чувствах, - добавил Наум.
Диля зарделась. И, когда угрюмая женщина-конвойная выводила ее, на измождённом девичьем личике затеплилась улыбка, а глаза из погасших снова стали яркими и блестящими.
Через несколько дней Виктор, Вероника и Лиля уезжали из Алустоса. Осень обрушилась на курортный город в одну ночь. Проснувшись в день отъезда, Ника увидела в окно серое небо, неопрятные клочкастые тучи, белые "барашки" на море, полосу водорослей, выброшенных на пляж прибоем, и опустевшую под мелким дождем набережную. На балконе ее хлестнул по лицу холодный осенний ветер.
Закрывая отпуск, Вероника и Лиля после завтрака в пансионатской столовой искупались на пляже - благо море еще хранило тепло. Затем купили чебуреки в любимом кафе около пляжа, а у знакомого Лилиного бармена - по стаканчику ристретто. У приветливой продавщицы "Союзпечати" девушки приобрели на память наборы открыток с видами города, а у пенсионерки у "Дома вверх дном" - по "15 магнитиков за 100 рублей" для сувениров.
- Завтра уже сдаю товар, - сказала им продавщица, - первое октября, чай, долго в этом году лето нас радовало.
Дочь тёти Стеши в кофейне грустно сказала, что снова ищет сменщицу, и поблагодарила, когда Ника пообещала в следующий раз покупать рогалики только у нее.
Знакомая продавщица экскурсионных билетов теперь сидела около "Дома вверх дном" и попросила Нику передать благодарность Виктору. "А то так бы и куковала у пляжа с пустой кассой, если бы он с хозяином не потолковал"...
Наум оплатил еще две недели в "Морском". Он должен был вести дела Магомедовой и Оганесянов.
Кирилл Гельсингфорский уехал тремя днями раньше, забрав маленькую Злату. И это порадовало Веронику. Она видела, как бережно, но крепко отец держит девочку, другой рукой катя чемодан к такси до аэропорта, и как малышка улыбается, обхватив ручонками его шею.
Кратову было предъявлено обвинение по статье 159.3, и ему могло грозить до десяти лет лишения свободы, но Морской попросил внести в дело пометку: так как Кратов и Гельсингфорская не смогли взломать его счет и похитить деньги, и парень находился под значительным влиянием своей подельницы, он просит суд проявить снисхождение и не хочет для Кратова максимального наказания. "Если парень готов был сознаться в убийстве, чтобы отвести удар от девушки - это поступок, - пояснил Виктор Нике, - значит, не совсем еще пропащий, есть шансы. А тюрьма его только изломает и раздавить. Я думаю, лучше дать ему шанс на новую жизнь, чем добить окончательно".
И Вероника с ним согласилась.
В 17.25 Вероника, Морской и Лиля уже стояли на вокзале Акмесджита, нетерпеливо выглядывая петербургский поезд. Как только он открыл двери, они спешно предъявили билеты, вбежали в вагон, щелкая зубами от холода и сложили зонты, выдержавшие неравный бой со свирепым ветром.
- Кто бы мог подумать, что на юге нужно было надеть в дорогу свитер, - сказал Морской, потирая замёрзшие руки.
Они стояли в коридоре СВ и слушали "Прощание славянки", под которое поезд тихо и бесшумно отходил от перрона. За окном медленно уплывал назад Акмесджитский вокзал, залитый дождем.
- Южный сентябрь непредсказуем.
- Как сердце красавицы в песенке Скупого рыцаря, - привычно сострил Морской.
- Витя, за такие шутки прикус портится, - шутливо пригрозила ему Ника.
Наум Гершвин выиграл оба дела не без помощи Алёны Панфёровой. Суд признал, что Диля Магомедова действительно ударила потерпевшую Гельсингфорскую обломком кирпичной кладки по голове в состоянии аффекта. Девушке дали два с половиной года колонии-поселения и отправили отбывать наказание в Акмесджит. Потом суд удовлетворил кассационную жалобу Наума, снизив срок до двух лет.
Туда же отправился и осуждённый на те же два года Ярослав Кратов. Сразу после новогодних праздников они с Дилей расписались. После освобождения они планируют отправиться на Кубань и обосноваться в одной из станиц у моря.
Кирилл Гельсингфорский все так же делает свои экстравагантные выставки фотокартин. Но у него пропал интерес к бурным гулянкам и неумеренным возлияниям. Он помнит о том, что теперь у него на руках - маленькая дочка. Гельсингфорский не носит траура по жене, но и не торопится найти ей замену.
Против семьи Магомедовых возбуждено сразу несколько уголовных дел. На этот раз натиск и изворотливость не помогают Магомедовой-старшей избежать ответственности. И даже ее родственница, занимающая высокий пост в комиссии по делам несовершеннолетних и подруга - специалист по семейному праву, до сих пор не раз успешно прикрывающие Альмиру и Карима Магомедовых, бессильны против тандема Гершвин - Панферова.
В процессе работы Наум и Алена незаметно сдружились, но ухаживания адвоката Алена пока старательно не замечает, выдерживая дружелюбный тон.
После пересмотра дела десятилетней давности об убийстве бизнесмена в Кефе удалось установить личность человека, который на самом деле произвел те роковые выстрелы. Им оказался член недавно ликвидированной ОПГ, орудовавшей в Кефе много лет. Тигран Оганесян был освобождён и переехал к жене в Алустос. Теперь Тигран и Лиана вдвоём руководят клубом "Аю-даг" и снова ждут ребёнка.
председатель управления культуры Алустоса Кузьмин ушёл на пенсию, посадив на свое место Полину Елистратову. Она стала настоящей героиней, когда на сайте "Невского телескопа" прочли, как она отстаивала историко-культурное наследие Алустоса. Горожане восхитились ее самоотверженностью и любовью к родному городу.
Подборка статей Вероники "Внучка лейтенанта Шмидта" произвела фурор среди читателей, позже вышла отдельной брошюрой "Спецвыпуск. Журналистское расследование" и на шесть недель подняла "Телескоп" на первое место в рейтинге популярности СМИ.
А Виктор Морской однажды, в начале весны просматривая почту, увидел в ящике письмо с аббревиатурой, которая заставила его сердце забиться чаще. Прочитав письмо, он задумчиво посмотрел на экран. "А почему бы и нет!"
О том, что это было за письмо и как оно повлияло на жизнь Виктора и Вероники, будет подробно рассказано в следующем романе из серии "Вероника Орлова".
Книга дописана 17 октября 2021 года.
Компьютерный набор завершён 27 марта 2022 года.
Вслед за Наумом, Виктором и Никой, Алена тоже сочувствовала Диле Магомедовой и думала о том, что потерпевшая Гельсингфорская таких чувств у нее не вызывает. И Алена, как и Наум, не хотела, чтобы
Дилю судили по 105-й статье. Тут скорее 107-я, часть 1, максимум три года..."
Закончив допрос, Алена выписала постановление о взятии под стражу и вызвала конвой.
- Алена Петровна, - внезапно спросила Диля, - мне сказали... Это правда, что Ярослав хотел взять вину на себя?
- Да, - ответила Алена. - И признаться, очень меня удивил.
- Вы смогли заставить этого лощёного павлина вспомнить о человеческих чувствах, - добавил Наум.
Диля зарделась. И, когда угрюмая женщина-конвойная выводила ее, на измождённом девичьем личике затеплилась улыбка, а глаза из погасших снова стали яркими и блестящими.
***
Через несколько дней Виктор, Вероника и Лиля уезжали из Алустоса. Осень обрушилась на курортный город в одну ночь. Проснувшись в день отъезда, Ника увидела в окно серое небо, неопрятные клочкастые тучи, белые "барашки" на море, полосу водорослей, выброшенных на пляж прибоем, и опустевшую под мелким дождем набережную. На балконе ее хлестнул по лицу холодный осенний ветер.
Закрывая отпуск, Вероника и Лиля после завтрака в пансионатской столовой искупались на пляже - благо море еще хранило тепло. Затем купили чебуреки в любимом кафе около пляжа, а у знакомого Лилиного бармена - по стаканчику ристретто. У приветливой продавщицы "Союзпечати" девушки приобрели на память наборы открыток с видами города, а у пенсионерки у "Дома вверх дном" - по "15 магнитиков за 100 рублей" для сувениров.
- Завтра уже сдаю товар, - сказала им продавщица, - первое октября, чай, долго в этом году лето нас радовало.
Дочь тёти Стеши в кофейне грустно сказала, что снова ищет сменщицу, и поблагодарила, когда Ника пообещала в следующий раз покупать рогалики только у нее.
Знакомая продавщица экскурсионных билетов теперь сидела около "Дома вверх дном" и попросила Нику передать благодарность Виктору. "А то так бы и куковала у пляжа с пустой кассой, если бы он с хозяином не потолковал"...
Наум оплатил еще две недели в "Морском". Он должен был вести дела Магомедовой и Оганесянов.
Кирилл Гельсингфорский уехал тремя днями раньше, забрав маленькую Злату. И это порадовало Веронику. Она видела, как бережно, но крепко отец держит девочку, другой рукой катя чемодан к такси до аэропорта, и как малышка улыбается, обхватив ручонками его шею.
Кратову было предъявлено обвинение по статье 159.3, и ему могло грозить до десяти лет лишения свободы, но Морской попросил внести в дело пометку: так как Кратов и Гельсингфорская не смогли взломать его счет и похитить деньги, и парень находился под значительным влиянием своей подельницы, он просит суд проявить снисхождение и не хочет для Кратова максимального наказания. "Если парень готов был сознаться в убийстве, чтобы отвести удар от девушки - это поступок, - пояснил Виктор Нике, - значит, не совсем еще пропащий, есть шансы. А тюрьма его только изломает и раздавить. Я думаю, лучше дать ему шанс на новую жизнь, чем добить окончательно".
И Вероника с ним согласилась.
В 17.25 Вероника, Морской и Лиля уже стояли на вокзале Акмесджита, нетерпеливо выглядывая петербургский поезд. Как только он открыл двери, они спешно предъявили билеты, вбежали в вагон, щелкая зубами от холода и сложили зонты, выдержавшие неравный бой со свирепым ветром.
- Кто бы мог подумать, что на юге нужно было надеть в дорогу свитер, - сказал Морской, потирая замёрзшие руки.
Они стояли в коридоре СВ и слушали "Прощание славянки", под которое поезд тихо и бесшумно отходил от перрона. За окном медленно уплывал назад Акмесджитский вокзал, залитый дождем.
- Южный сентябрь непредсказуем.
- Как сердце красавицы в песенке Скупого рыцаря, - привычно сострил Морской.
- Витя, за такие шутки прикус портится, - шутливо пригрозила ему Ника.
***
Наум Гершвин выиграл оба дела не без помощи Алёны Панфёровой. Суд признал, что Диля Магомедова действительно ударила потерпевшую Гельсингфорскую обломком кирпичной кладки по голове в состоянии аффекта. Девушке дали два с половиной года колонии-поселения и отправили отбывать наказание в Акмесджит. Потом суд удовлетворил кассационную жалобу Наума, снизив срок до двух лет.
Туда же отправился и осуждённый на те же два года Ярослав Кратов. Сразу после новогодних праздников они с Дилей расписались. После освобождения они планируют отправиться на Кубань и обосноваться в одной из станиц у моря.
Кирилл Гельсингфорский все так же делает свои экстравагантные выставки фотокартин. Но у него пропал интерес к бурным гулянкам и неумеренным возлияниям. Он помнит о том, что теперь у него на руках - маленькая дочка. Гельсингфорский не носит траура по жене, но и не торопится найти ей замену.
Против семьи Магомедовых возбуждено сразу несколько уголовных дел. На этот раз натиск и изворотливость не помогают Магомедовой-старшей избежать ответственности. И даже ее родственница, занимающая высокий пост в комиссии по делам несовершеннолетних и подруга - специалист по семейному праву, до сих пор не раз успешно прикрывающие Альмиру и Карима Магомедовых, бессильны против тандема Гершвин - Панферова.
В процессе работы Наум и Алена незаметно сдружились, но ухаживания адвоката Алена пока старательно не замечает, выдерживая дружелюбный тон.
После пересмотра дела десятилетней давности об убийстве бизнесмена в Кефе удалось установить личность человека, который на самом деле произвел те роковые выстрелы. Им оказался член недавно ликвидированной ОПГ, орудовавшей в Кефе много лет. Тигран Оганесян был освобождён и переехал к жене в Алустос. Теперь Тигран и Лиана вдвоём руководят клубом "Аю-даг" и снова ждут ребёнка.
председатель управления культуры Алустоса Кузьмин ушёл на пенсию, посадив на свое место Полину Елистратову. Она стала настоящей героиней, когда на сайте "Невского телескопа" прочли, как она отстаивала историко-культурное наследие Алустоса. Горожане восхитились ее самоотверженностью и любовью к родному городу.
Подборка статей Вероники "Внучка лейтенанта Шмидта" произвела фурор среди читателей, позже вышла отдельной брошюрой "Спецвыпуск. Журналистское расследование" и на шесть недель подняла "Телескоп" на первое место в рейтинге популярности СМИ.
А Виктор Морской однажды, в начале весны просматривая почту, увидел в ящике письмо с аббревиатурой, которая заставила его сердце забиться чаще. Прочитав письмо, он задумчиво посмотрел на экран. "А почему бы и нет!"
О том, что это было за письмо и как оно повлияло на жизнь Виктора и Вероники, будет подробно рассказано в следующем романе из серии "Вероника Орлова".
Книга дописана 17 октября 2021 года.
Компьютерный набор завершён 27 марта 2022 года.
