- Он рассказал мне, - Дей заспешил перейти к сути. – И он пошел на этот шаг по многим причинам. Да послушай же! – прикрикнул мужчина. Данан начала сползать на пол, дрожа. Дей опустился следом: так даже лучше, не удерет неожиданно. – Сейчас, пока мы движемся только в числе смотрителей, что бы ни случилось, насилия никто не допустит. Но когда мы соединимся с лагерем короля, – Дей отвел глаза в сторону, не зная, как подобрать слова. – Ты – Таламрин, – сказал он, наконец, посмотрев на Данан прямо. – И ты… – покраснел. – Ты красивая, Данан. Незнатная половина лагеря будет облизывать тебя взглядами, которые тебе и так не забыть. А другая будет видеть то же, что видели Марелл и твой отец.
Данан все еще трясло – но теперь от злости и ярости. Все лучше, чем страх, подумали смотрители одновременно.
- И при чем тут ты?! – рявкнула чародейка.
- Мужчины на самом деле просты, - сказал Дей. – Ты не отобьешься от них, будучи ничьей. Но если все будут думать, что у тебя есть кто-то … я, – Дей сглотнул и улыбнулся, надеясь, что это смягчит для неё новость, – от тебя отвяжутся.
Он говорил правильно. Она сама уже видела, что так все и есть: и в Цитадели, и ранее в замке. Женщин Цитадели не трогали во многом из-за их возможностей, потому как обвинить в пристрастиях к запретному колдовству слишком несговорчивую чародейку без оснований было можно, а провести обряд абсолютного очищения – мало шансов: на дознании рыцаря-командора Хагена почти всегда выяснялась правда. Вместе с тем, Данан знала: её не трогали в пору расцвета по двум причинам: за неё точно мог отомстить август-отец (мало ли, чем грозит связываться с благородными?) и за её спиной всегда стоял Клейв.
Дей все говорил правильно, подумала Данан. И все-таки не могла смириться, что командор, то ли прорицатель, то ли скотина, принял такое решение, не поговорив с ней. Данан дернулась из рук мужчины безотчетно, просто назло. Дей воспринял это по-своему.
- Данан! – прикрикнул он, перехватив женские запястья. Данан только захотела оправдаться, но Диармайд встряхнул снова, не давая говорить, и с напором затараторил. – Подумай уже головой! Я хоть раз сделал то, что тебе навредило?
Страх накатил снова – похоже, её организм стал вести себя таким образом на любое проявление агрессии. Ну и как при таком раскладе ей биться с исчадиями Пустоты? – едко спросила она саму себя. Мало шансов, что подземная нечисть будет особенно деликатна в общении с молодой чародейкой. Данан принялась кусать губы, бессмысленно шаря взглядом где-то у себя в ногах. Дей явно ждал ответа.
- Ты сказал, что я заклина… тельни… – пролепетала она первое, что кое-как смогла наскрести в памяти, прекрасно понимая, что вот теперь она действительно выглядит последней дурой.
- Драконьи яйца! – воскликнул Дей, так всплеснув руками, что Данан отшатнулась. Поскольку они сидели на земле, женщина завалилась назад и упала на вовремя выставленные позади руки. – Я сказал! СКАЗАЛ! Женщины! – Дей почти выплюнул.
- Лейтенант! – донеслось с улицы. ¬– Я принес вещи рядовой Таламрин.
Данан, услышав, уронила лицо в ладонь: «Рядовой Таламрин» - более унизительно её имя не звучало еще ни с одних уст. Дей шагнул к пологу, но Данан, оттолкнув мужчину в сторону, выглянула первой, не глядя схватила у какого-то незнакомца ворох принадлежностей и посох, прошипев:
- Я – чародейка Таламрин!
Вернулась в шатер Диармайда, который стоял, как она его оставила – оглушенный наглостью и неустойчивостью девчонки. Та, бросив посох на пол, уставилась на лейтенанта, словно он был её подчиненным, а не наоборот.
- Мой слева?
- Чего? – не понял Дей. – А, да, - сообразил, что о лежаках. – Слушай, Да…
- Спокойной ночи, лейтенант, - рявкнула женщина и завалилась на лежак, не раздеваясь, прижимая изъятый ворох вещей к груди.
Дей посмотрел на это сначала с усталым раздражением, потом – с прощением: честное слово, ребенок. Было видно, что Данан не спит и как будто даже не собирается. Зато Дей, поняв, то главная беда миновала, с облегчением вздохнул и хлопнулся на ложе. Похрустел спиной, разворачиваясь вправо-влево, стащил через голову рубаху, ослабил завязку на штанах и с наслаждением раскинулся. Приятно все-таки расслабиться после непростого длинного дня.
Однако едва Дею показалось, что он вот-вот заснет, из темноты донесся голос чародейки – совсем робкий:
- А эта… Алара… она… у них с командором связь?
Дей от подобного вопроса, как лежал, вытянулся в струну. Почувствовал, как краснеет.
- Ох… - протянул он вслух, не зная, как подобрать слова. – Ну, дело в том, что… как бы сказать… Ред ведь не жрец какой-нибудь… Святые яйца, там такая ситуация… в двух словах не скажешь…
Данан шевельнулась – резко и решительно. Дей подумал, что наверняка девчонка снова вся скукожилась, как младенец – тихий, беспомощный и обиженный судьбой.
- Забудь, пожалуйста, - попросила она. – Это… это все не мое дело.
Уговаривать не пришлось: хвала Вечному, подумал Дей, избавленный от необходимости лавировать между Данан, с которой надеялся наладить отношения, и Редом, к которому испытывал сыновьи чувства. И потом, ведь правда, это не её дело! Довольный стечением обстоятельств, Дей брякнул: «Добрых снов» и перекатился на бок. Данан не отозвалась, размышляя, что на деле ситуация была предельно проста, и её вполне можно было описать одним словом: «Да».
Дей проснулся раньше обычного. Первым делом оглянулся – Данан все-таки сморило, и теперь она развалилась на лежаке, вытянув руки и ноги среди разбросанных вещей. Её мучали беспокойные сновидения – молодая женщина металась по ложу, путаясь в вещах еще сильнее. Иногда она вздрагивала, будто втягивая голову в плечи и инстинктивно стараясь закрыться руками. Дея затопило сочувствие: он осторожно подполз, постарался как мог аккуратно поправить одеяло, чтобы Данан меньше дрожала хотя бы от ночной прохлады. Но стоило задеть пальцем чародейку, она вцепилась в руку Диармайда, не просыпаясь и хныкая:
- Не надо, пожалуйста!
Поколебавшись, Диармайд оставил благие намерения, встал, стараясь не будить чародейку. Подхватил рубаху, вышел. Управившись с утренними делами, пошел к лагерному костру.
- Кто б сомневался, - буркнул под нос: конечно, Редгар тоже уже не спит и пялится на огонь. Присутствие хмурого командора разогнало от костра рядовых и офицеров. Когда Дей приблизился, Редгар бросил на соратника любопытствующий взгляд.
- Нормально?
Дей весело улыбнулся:
- Я бы на твоем месте не попадался ей на глаза пару недель, если не хочешь, чтобы она выцарапала твои. А так порядок.
Редгар кивнул, размышляя, потом снова уставился на огонь.
- Спасибо, - протянул командор. – Твои-то глаза на месте, я погляжу. И все остальное тоже.
Дей заржал, но вовремя заткнулся – чтобы не перебудить весь лагерь.
- Я состроил из себя жертву и благодетеля. Мол, меня ты тоже не спросил.
- А я и не спросил, - Редгар повел плечом.
- Да, но… - Диармайд согласился, потом замолчал. Командор коротко скосил на Дея взгляд, словно прикидывая что-то в уме.
- Готов? – спросил, явно меняя тему.
- Наверное, - честно ответил Диармайд. Выбора у него всяко нет, но этого он вслух не сказал. – С гонцом что-то выяснили?
- Нет. Гворт отрядил его дальше вчера вечером. ¬– Дей в ответ на это кивнул, а Редгар, завидев раздумчивость на лице лейтенанта, добавил: - Даже если все не так, как кажется, нас это не должно волновать.
Так-то оно так, думал Диармайд, потирая шею, да только Данан, например, все равно взволновало. Командор, между тем, в упор уставился на Дея и изрек:
- Ты тоже чувствуешь.
Он был предельно серьезен, и это сильно напрягло Диармайда:
- Особенно голод, – попытался он пошутить, намекая на завтрак. Но Ред не засмеялся.
Рассвет еще не настал, когда в лагерь смотрителей привезли очередную депешу. На сей раз – строго командору. Редгар решительным жестом развернул сверток, прочел, зыркнул на лейтенанта:
- Во время последней стычки с парталанцами с битву вмешались исчадия Пустоты. Парталанцы заняли берег.
- Их так много?! – ужаснулся Дей. Редгар качнул головой:
- Скорее, нас так мало. Судя по письму, Драммонд готовился встретить вторжение нескольких отрядов, но часть войск все еще не подошла.
- Включая нас, - вставил Диармайд. Командор кивнул и продолжил, не сбиваясь.
- В отсутствии основных сил, Драммонд счел за лучшее отступить, когда напали исчадия. Поднимай всех, больше нет времени на отдых.
Дей кивнул, вставая.
- По крайней мере, теперь мы знаем, что Драммонд действительно рассылает гонцов с письмами, - рассудил лейтенант, поклонился командованию и зашагал в их с Данан шатер.
Путь превратился в сплошное испытание. И прежде нещедрый на привалы Редгар дал команду держать коней попеременно рысью и шагом, но держаться в седле весь день. Пить на ходу, на ходу, где возможно, кормить лошадей. Прикорм требовал свернуть в бездорожье. Несмотря на указ Редгара не отдаляться сильно от большака, несколько новичков-смотрителей все равно углубились, и ушло почти полчаса, чтобы собрать весь отряд и продолжить путь. Другой раз бездорожьем оказалась опушка какой-то чащи, и лошадям было жутко неспокойно рядом с ней. Они вскидывали головы, переступали, как безумные, вперед-назад, некоторые даже ухитрились сбросить всадников.
Кляня, на чем свет стоит, чащу и «магов с их колдунствами», которые по всей Аэриде наплодили таких вот скверных, непригодных для жизни областей, Ованн подался к командору и почти потребовал:
- Дайте приказ вернуться на большак.
Редгар поглядел на него с подозрением, потом с недоверием посмотрел туда, где кормились скакуны. Тех, кого кони сбросили, сейчас подлечивали маги. Проклятье, думал Редгар, все эти спонтанные неприятности только задерживают его в пути, а должно было быть совсем наоборот!
Он прислушался, наконец, к лейтенанту Ованну и велел вернуться на дорогу. Когда представится случай, они устроят привал.
- Ну наконец!
Высокий молодой мужчина, возрастом где-то между Диармайдом и Редгаром, заслышав новости, стрелой вылетел из военного шатра и зашагал навстречу прибывшим. – Сам Редгар Тысячи Битв! Значит, мы все-таки выйдем в бой с этими отвратительными тварями плечом к плечу!
Мужчина, едва Редгар успел спешиться, бросился с объятием – по-настоящему мужским, почти медвежьим, подумала Данан, наблюдая с завистью. Почему мужчины могут относиться друг к другу так, как никогда, никогда вообще не смогут к женщинам? Внутренний голос одернул чародейку: а как же Клейв?
- Как иначе, ваше величество? Чтобы я пропустил все веселье? – Редгар ответил на объятие с широкой улыбкой. От взгляда на него у Данан переломило в груди: эти его глаза, отражавшие прожитый опыт, и скулы, подчеркивающие эйтианские корни, и серьга, блеснувшая в тусклом лунном луче и выдававшая озорную и беспризорную молодость, и клятая, самая клятая в мире улыбка, от которой у Данан живот с тоской прилипал к позвонку, заставляли её постоянно пялиться на командора совершенно неблаговидным образом. И еще – его сердце в горячей груди, которое билось гулко и надежно в те самые минуты, когда Редгар, согревая, нес её на руках в Цитадель Тайн.
Она сглотнула. С того момента, как Редгар взял её за руку в лазарете, она, как больная, думает только о его теплоте.
Если командор так беспокоился за её сохранность, почему не поселил в свой шатер?! – подумала женщина с тупой укоризной. Дей… чудесный он, этот Дей, но Редгар…
Молодая женщина осеклась: подаренное человеческое тепло никогда не забыть, но хватило бы ей благодарности для того, чтобы, не дрожа, остаться с Редгаром наедине? Просто остаться – и так, чтобы он не слышал, как от страха застучат её зубы?
Данан дернулась, поняв, что уже все заметили, как она, покраснев, неотрывно смотрит на командора. Взять себя в руки не получалось, но как обычно помог Дей: подошел сзади и отвесил легкую затрещину.
- О! – шепнул он тут же с энтузиазмом. – А я уж думал, они выпадут от подзатыльника – ты так таращилась! – восхищенно закончил мужчина и подмигнул чародейке.
Уличенная в столь бесстыдном занятии, Данан нахмурилась, вперив взгляд в Диармайда, но того совсем не пробрало.
Король Драммонд был высоченным шатеном в сияющих позолоченных латах, полный всякого энтузиазма свершить на своем веку что-нибудь стоящее. Когда он шел жать руку Диармайду, Данан приметила его пружинящую походку, сверкающий оскал и блестящие глаза – словом, уловила человека, который рад бы заняться чем угодно, кроме удержания унылых бразд правления.
- Дей, - несколько небрежно бросил король.
- Ваше величество, - отозвался тот, и Данан показалось, что она слышит в голосе лейтенанта несвойственную осторожность.
- Гвортиджирн, - гаркнул Драммонд констеблю смотрителей, – располагай людей. Командор, - король мотнул головой Редгару: «Есть разговор».
Объяснять суть соображений Драммонд начал ещё по дороге в шатер.
- Местность спорная. Берег – пустынен, я отошел сюда, чтобы дождаться остальных. Рано что-то предпринимать.
Несмотря на то, что Драммонд Саэнгрин не был великим стратегом, значительная доля истины в его словах была: лагерь короля находился на небольшой природной насыпи, возвышаясь над стоянкой вторженцев. Если вытеснить их с одного набега не удалось, значит, они крепче и многочисленнее, чем король ожидал вначале. Или, вернее, чем ожидал Молдвинн Брайс, стратий Буйного берега. А пока непонятно, какую позицию и каким числом займет враг, пока не прояснится его следующий маневр, остается стоять неподвижно в неусыпном бдении на холме и следить с мечом наготове.
- Сколько времени потребуется остальным, чтобы добраться? – спросил Редгар озабоченно. – Если парталанцев становится больше, стоит поторопиться.
- Войска уже в пути, - заверил Брайс Молдвинн, стратий здешних ныне оспариваемых мест, недовольный, смуглый, с лицом, словно выщербленным последствиями перенесенной оспы. – Не говоря о том, что я все еще тут! – гаркнул стратий. – Пусть попробуют эти пираты вырвать у меня мою землю!
- Они уже попробовали, - шепнул себе под нос Диармайд, но он стоял поодаль, и, к счастью, никто не услышал.
- Неделю или две, - заключил король быстро и вполне оптимистично. – Продержаться нужно не так долго, командор, - Редгару показалось, что его величество ему самым натуральным образом подмигнул.
- Ну, во всяком случае, - Редгар попытался поддержать настроение государя, хотя откровенно в душе не разделял его, – Продий Девирн прибудет сюда раньше, чем последний гонец, которого вы послали за ним – они, кажись, разминулись.
Драммонд скуксил лицо, дескать: «Серьезно? Такое могло произойти?»
- Продий! Песчаный краб! Я послал за ним еще месяц назад, и он даже прислал ответ, что уже наготове. И где?! – недовольно рыкнул король, глянув на Редгара так, будто именно он должен был знать.
- Уже неподалеку, - расплывчато отозвался командор Смотрителей. – Ваше величество, а гонец, которого вы отправляли за Продием, сейчас в лагере?
- Ну да. Чего?
- Я видел их обоих – и Продия, и гонца по дороге сюда, и странно, что, разминувшись, гонец уже здесь, а Продия еще нет.
- Гонец уже две недели здесь, а за Продия – забудь. Из всех стратиев этот самый бесполезный, вечно пытается подмазаться к чужим успехам.
Данан все еще трясло – но теперь от злости и ярости. Все лучше, чем страх, подумали смотрители одновременно.
- И при чем тут ты?! – рявкнула чародейка.
- Мужчины на самом деле просты, - сказал Дей. – Ты не отобьешься от них, будучи ничьей. Но если все будут думать, что у тебя есть кто-то … я, – Дей сглотнул и улыбнулся, надеясь, что это смягчит для неё новость, – от тебя отвяжутся.
Он говорил правильно. Она сама уже видела, что так все и есть: и в Цитадели, и ранее в замке. Женщин Цитадели не трогали во многом из-за их возможностей, потому как обвинить в пристрастиях к запретному колдовству слишком несговорчивую чародейку без оснований было можно, а провести обряд абсолютного очищения – мало шансов: на дознании рыцаря-командора Хагена почти всегда выяснялась правда. Вместе с тем, Данан знала: её не трогали в пору расцвета по двум причинам: за неё точно мог отомстить август-отец (мало ли, чем грозит связываться с благородными?) и за её спиной всегда стоял Клейв.
Дей все говорил правильно, подумала Данан. И все-таки не могла смириться, что командор, то ли прорицатель, то ли скотина, принял такое решение, не поговорив с ней. Данан дернулась из рук мужчины безотчетно, просто назло. Дей воспринял это по-своему.
- Данан! – прикрикнул он, перехватив женские запястья. Данан только захотела оправдаться, но Диармайд встряхнул снова, не давая говорить, и с напором затараторил. – Подумай уже головой! Я хоть раз сделал то, что тебе навредило?
Страх накатил снова – похоже, её организм стал вести себя таким образом на любое проявление агрессии. Ну и как при таком раскладе ей биться с исчадиями Пустоты? – едко спросила она саму себя. Мало шансов, что подземная нечисть будет особенно деликатна в общении с молодой чародейкой. Данан принялась кусать губы, бессмысленно шаря взглядом где-то у себя в ногах. Дей явно ждал ответа.
- Ты сказал, что я заклина… тельни… – пролепетала она первое, что кое-как смогла наскрести в памяти, прекрасно понимая, что вот теперь она действительно выглядит последней дурой.
- Драконьи яйца! – воскликнул Дей, так всплеснув руками, что Данан отшатнулась. Поскольку они сидели на земле, женщина завалилась назад и упала на вовремя выставленные позади руки. – Я сказал! СКАЗАЛ! Женщины! – Дей почти выплюнул.
- Лейтенант! – донеслось с улицы. ¬– Я принес вещи рядовой Таламрин.
Данан, услышав, уронила лицо в ладонь: «Рядовой Таламрин» - более унизительно её имя не звучало еще ни с одних уст. Дей шагнул к пологу, но Данан, оттолкнув мужчину в сторону, выглянула первой, не глядя схватила у какого-то незнакомца ворох принадлежностей и посох, прошипев:
- Я – чародейка Таламрин!
Вернулась в шатер Диармайда, который стоял, как она его оставила – оглушенный наглостью и неустойчивостью девчонки. Та, бросив посох на пол, уставилась на лейтенанта, словно он был её подчиненным, а не наоборот.
- Мой слева?
- Чего? – не понял Дей. – А, да, - сообразил, что о лежаках. – Слушай, Да…
- Спокойной ночи, лейтенант, - рявкнула женщина и завалилась на лежак, не раздеваясь, прижимая изъятый ворох вещей к груди.
Дей посмотрел на это сначала с усталым раздражением, потом – с прощением: честное слово, ребенок. Было видно, что Данан не спит и как будто даже не собирается. Зато Дей, поняв, то главная беда миновала, с облегчением вздохнул и хлопнулся на ложе. Похрустел спиной, разворачиваясь вправо-влево, стащил через голову рубаху, ослабил завязку на штанах и с наслаждением раскинулся. Приятно все-таки расслабиться после непростого длинного дня.
Однако едва Дею показалось, что он вот-вот заснет, из темноты донесся голос чародейки – совсем робкий:
- А эта… Алара… она… у них с командором связь?
Дей от подобного вопроса, как лежал, вытянулся в струну. Почувствовал, как краснеет.
- Ох… - протянул он вслух, не зная, как подобрать слова. – Ну, дело в том, что… как бы сказать… Ред ведь не жрец какой-нибудь… Святые яйца, там такая ситуация… в двух словах не скажешь…
Данан шевельнулась – резко и решительно. Дей подумал, что наверняка девчонка снова вся скукожилась, как младенец – тихий, беспомощный и обиженный судьбой.
- Забудь, пожалуйста, - попросила она. – Это… это все не мое дело.
Уговаривать не пришлось: хвала Вечному, подумал Дей, избавленный от необходимости лавировать между Данан, с которой надеялся наладить отношения, и Редом, к которому испытывал сыновьи чувства. И потом, ведь правда, это не её дело! Довольный стечением обстоятельств, Дей брякнул: «Добрых снов» и перекатился на бок. Данан не отозвалась, размышляя, что на деле ситуация была предельно проста, и её вполне можно было описать одним словом: «Да».
Глава 5
Дей проснулся раньше обычного. Первым делом оглянулся – Данан все-таки сморило, и теперь она развалилась на лежаке, вытянув руки и ноги среди разбросанных вещей. Её мучали беспокойные сновидения – молодая женщина металась по ложу, путаясь в вещах еще сильнее. Иногда она вздрагивала, будто втягивая голову в плечи и инстинктивно стараясь закрыться руками. Дея затопило сочувствие: он осторожно подполз, постарался как мог аккуратно поправить одеяло, чтобы Данан меньше дрожала хотя бы от ночной прохлады. Но стоило задеть пальцем чародейку, она вцепилась в руку Диармайда, не просыпаясь и хныкая:
- Не надо, пожалуйста!
Поколебавшись, Диармайд оставил благие намерения, встал, стараясь не будить чародейку. Подхватил рубаху, вышел. Управившись с утренними делами, пошел к лагерному костру.
- Кто б сомневался, - буркнул под нос: конечно, Редгар тоже уже не спит и пялится на огонь. Присутствие хмурого командора разогнало от костра рядовых и офицеров. Когда Дей приблизился, Редгар бросил на соратника любопытствующий взгляд.
- Нормально?
Дей весело улыбнулся:
- Я бы на твоем месте не попадался ей на глаза пару недель, если не хочешь, чтобы она выцарапала твои. А так порядок.
Редгар кивнул, размышляя, потом снова уставился на огонь.
- Спасибо, - протянул командор. – Твои-то глаза на месте, я погляжу. И все остальное тоже.
Дей заржал, но вовремя заткнулся – чтобы не перебудить весь лагерь.
- Я состроил из себя жертву и благодетеля. Мол, меня ты тоже не спросил.
- А я и не спросил, - Редгар повел плечом.
- Да, но… - Диармайд согласился, потом замолчал. Командор коротко скосил на Дея взгляд, словно прикидывая что-то в уме.
- Готов? – спросил, явно меняя тему.
- Наверное, - честно ответил Диармайд. Выбора у него всяко нет, но этого он вслух не сказал. – С гонцом что-то выяснили?
- Нет. Гворт отрядил его дальше вчера вечером. ¬– Дей в ответ на это кивнул, а Редгар, завидев раздумчивость на лице лейтенанта, добавил: - Даже если все не так, как кажется, нас это не должно волновать.
Так-то оно так, думал Диармайд, потирая шею, да только Данан, например, все равно взволновало. Командор, между тем, в упор уставился на Дея и изрек:
- Ты тоже чувствуешь.
Он был предельно серьезен, и это сильно напрягло Диармайда:
- Особенно голод, – попытался он пошутить, намекая на завтрак. Но Ред не засмеялся.
Рассвет еще не настал, когда в лагерь смотрителей привезли очередную депешу. На сей раз – строго командору. Редгар решительным жестом развернул сверток, прочел, зыркнул на лейтенанта:
- Во время последней стычки с парталанцами с битву вмешались исчадия Пустоты. Парталанцы заняли берег.
- Их так много?! – ужаснулся Дей. Редгар качнул головой:
- Скорее, нас так мало. Судя по письму, Драммонд готовился встретить вторжение нескольких отрядов, но часть войск все еще не подошла.
- Включая нас, - вставил Диармайд. Командор кивнул и продолжил, не сбиваясь.
- В отсутствии основных сил, Драммонд счел за лучшее отступить, когда напали исчадия. Поднимай всех, больше нет времени на отдых.
Дей кивнул, вставая.
- По крайней мере, теперь мы знаем, что Драммонд действительно рассылает гонцов с письмами, - рассудил лейтенант, поклонился командованию и зашагал в их с Данан шатер.
Путь превратился в сплошное испытание. И прежде нещедрый на привалы Редгар дал команду держать коней попеременно рысью и шагом, но держаться в седле весь день. Пить на ходу, на ходу, где возможно, кормить лошадей. Прикорм требовал свернуть в бездорожье. Несмотря на указ Редгара не отдаляться сильно от большака, несколько новичков-смотрителей все равно углубились, и ушло почти полчаса, чтобы собрать весь отряд и продолжить путь. Другой раз бездорожьем оказалась опушка какой-то чащи, и лошадям было жутко неспокойно рядом с ней. Они вскидывали головы, переступали, как безумные, вперед-назад, некоторые даже ухитрились сбросить всадников.
Кляня, на чем свет стоит, чащу и «магов с их колдунствами», которые по всей Аэриде наплодили таких вот скверных, непригодных для жизни областей, Ованн подался к командору и почти потребовал:
- Дайте приказ вернуться на большак.
Редгар поглядел на него с подозрением, потом с недоверием посмотрел туда, где кормились скакуны. Тех, кого кони сбросили, сейчас подлечивали маги. Проклятье, думал Редгар, все эти спонтанные неприятности только задерживают его в пути, а должно было быть совсем наоборот!
Он прислушался, наконец, к лейтенанту Ованну и велел вернуться на дорогу. Когда представится случай, они устроят привал.
- Ну наконец!
Высокий молодой мужчина, возрастом где-то между Диармайдом и Редгаром, заслышав новости, стрелой вылетел из военного шатра и зашагал навстречу прибывшим. – Сам Редгар Тысячи Битв! Значит, мы все-таки выйдем в бой с этими отвратительными тварями плечом к плечу!
Мужчина, едва Редгар успел спешиться, бросился с объятием – по-настоящему мужским, почти медвежьим, подумала Данан, наблюдая с завистью. Почему мужчины могут относиться друг к другу так, как никогда, никогда вообще не смогут к женщинам? Внутренний голос одернул чародейку: а как же Клейв?
- Как иначе, ваше величество? Чтобы я пропустил все веселье? – Редгар ответил на объятие с широкой улыбкой. От взгляда на него у Данан переломило в груди: эти его глаза, отражавшие прожитый опыт, и скулы, подчеркивающие эйтианские корни, и серьга, блеснувшая в тусклом лунном луче и выдававшая озорную и беспризорную молодость, и клятая, самая клятая в мире улыбка, от которой у Данан живот с тоской прилипал к позвонку, заставляли её постоянно пялиться на командора совершенно неблаговидным образом. И еще – его сердце в горячей груди, которое билось гулко и надежно в те самые минуты, когда Редгар, согревая, нес её на руках в Цитадель Тайн.
Она сглотнула. С того момента, как Редгар взял её за руку в лазарете, она, как больная, думает только о его теплоте.
Если командор так беспокоился за её сохранность, почему не поселил в свой шатер?! – подумала женщина с тупой укоризной. Дей… чудесный он, этот Дей, но Редгар…
Молодая женщина осеклась: подаренное человеческое тепло никогда не забыть, но хватило бы ей благодарности для того, чтобы, не дрожа, остаться с Редгаром наедине? Просто остаться – и так, чтобы он не слышал, как от страха застучат её зубы?
Данан дернулась, поняв, что уже все заметили, как она, покраснев, неотрывно смотрит на командора. Взять себя в руки не получалось, но как обычно помог Дей: подошел сзади и отвесил легкую затрещину.
- О! – шепнул он тут же с энтузиазмом. – А я уж думал, они выпадут от подзатыльника – ты так таращилась! – восхищенно закончил мужчина и подмигнул чародейке.
Уличенная в столь бесстыдном занятии, Данан нахмурилась, вперив взгляд в Диармайда, но того совсем не пробрало.
Король Драммонд был высоченным шатеном в сияющих позолоченных латах, полный всякого энтузиазма свершить на своем веку что-нибудь стоящее. Когда он шел жать руку Диармайду, Данан приметила его пружинящую походку, сверкающий оскал и блестящие глаза – словом, уловила человека, который рад бы заняться чем угодно, кроме удержания унылых бразд правления.
- Дей, - несколько небрежно бросил король.
- Ваше величество, - отозвался тот, и Данан показалось, что она слышит в голосе лейтенанта несвойственную осторожность.
- Гвортиджирн, - гаркнул Драммонд констеблю смотрителей, – располагай людей. Командор, - король мотнул головой Редгару: «Есть разговор».
Объяснять суть соображений Драммонд начал ещё по дороге в шатер.
- Местность спорная. Берег – пустынен, я отошел сюда, чтобы дождаться остальных. Рано что-то предпринимать.
Несмотря на то, что Драммонд Саэнгрин не был великим стратегом, значительная доля истины в его словах была: лагерь короля находился на небольшой природной насыпи, возвышаясь над стоянкой вторженцев. Если вытеснить их с одного набега не удалось, значит, они крепче и многочисленнее, чем король ожидал вначале. Или, вернее, чем ожидал Молдвинн Брайс, стратий Буйного берега. А пока непонятно, какую позицию и каким числом займет враг, пока не прояснится его следующий маневр, остается стоять неподвижно в неусыпном бдении на холме и следить с мечом наготове.
- Сколько времени потребуется остальным, чтобы добраться? – спросил Редгар озабоченно. – Если парталанцев становится больше, стоит поторопиться.
- Войска уже в пути, - заверил Брайс Молдвинн, стратий здешних ныне оспариваемых мест, недовольный, смуглый, с лицом, словно выщербленным последствиями перенесенной оспы. – Не говоря о том, что я все еще тут! – гаркнул стратий. – Пусть попробуют эти пираты вырвать у меня мою землю!
- Они уже попробовали, - шепнул себе под нос Диармайд, но он стоял поодаль, и, к счастью, никто не услышал.
- Неделю или две, - заключил король быстро и вполне оптимистично. – Продержаться нужно не так долго, командор, - Редгару показалось, что его величество ему самым натуральным образом подмигнул.
- Ну, во всяком случае, - Редгар попытался поддержать настроение государя, хотя откровенно в душе не разделял его, – Продий Девирн прибудет сюда раньше, чем последний гонец, которого вы послали за ним – они, кажись, разминулись.
Драммонд скуксил лицо, дескать: «Серьезно? Такое могло произойти?»
- Продий! Песчаный краб! Я послал за ним еще месяц назад, и он даже прислал ответ, что уже наготове. И где?! – недовольно рыкнул король, глянув на Редгара так, будто именно он должен был знать.
- Уже неподалеку, - расплывчато отозвался командор Смотрителей. – Ваше величество, а гонец, которого вы отправляли за Продием, сейчас в лагере?
- Ну да. Чего?
- Я видел их обоих – и Продия, и гонца по дороге сюда, и странно, что, разминувшись, гонец уже здесь, а Продия еще нет.
- Гонец уже две недели здесь, а за Продия – забудь. Из всех стратиев этот самый бесполезный, вечно пытается подмазаться к чужим успехам.
